Оглавление

Глава 1. Пароход «Принцесса Анна»

В каюте первого класса огромного океанского лайнера свет был приглушен. За столом, на котором стояли бокалы с напитками, вели переговоры пятеро человек. Их серьезный тон не оставлял сомнений в том, что решался какой-то очень важный вопрос.

— Сколько же нам ждать? Когда мы можем начать действовать? — задала вопрос молодая привлекательная женщина, делая глоток тропического сока.

— Подождите, мисс Дикос, — чуть подняв ладонь, хриплым голосом ответил ей пожилой мужчина с длинным тонким шрамом на правой щеке. — Если все-таки Лоран и все остальные правы в том, что рубин имеет какую-то силу, то нам лучше найти этот красный камушек.

— Да это всё чушь! — нетерпеливым, раздраженным голосом произнесла женщина.

— Может и нет. По крайней мере, наш босс так теперь не считает, — все посмотрели на неподвижно сидящего мужчину у края стола. — Кажется, у Вас теперь новое имя, хозяин?

— Имя Драг мне подходит. А что касается рубина, то он в любом случае нам будет нужен. Быть может, когда он окажется у меня в руках, я смогу повлиять на Эрика. И ты сможешь добиться желаемого от нашего друга, дорогая, — мужчина посмотрел на молодую женщину, которая легко ударяла кончиками ногтей по бокалу, издавая звенящий звук.

— Мне ничего больше от Эрика не нужно. Меня интересует другое. И когда я это получу, он будет у моих ног, а его женушка станет моей горничной.

— Ты слишком самоуверенна. Эта горничная тебе дорого обойдётся и платить ей столько, сколько она зарабатывает, ты явно не сможешь. Ну ладно, не будем об этом. Мы столько ждали, подождем еще немного. Сын моего дорогого знакомого скоро прилетит сюда и, если мы сможем добраться до мальчика, то у нас будет еще один козырь. Ведь король, Советники и жители Анжелин наверняка будут рассчитывать на то, что сын Эрика заменит своего отца.

Тот, кого назвали хозяином, выпрямился в кресле и торжественно произнес:

— А теперь я представлю нашего нового друга, который просил пока не называть его настоящим именем. Мы будем звать его мистером Форсом. Итак, прошу Вас, мистер Форс.

— Я здесь потому, что у нас общие цели, — начал говорить мужчина лет пятидесяти с густыми бровями, глубоко посаженными глазами, прямым носом и тонкими губами. — Мы хотим получить самое богатое королевство на свете, и я уверен, что у нас это получится, если мы будем доверять друг другу. Всё, что требуется от меня, я сделаю. Вы ждете от меня силы, и она у меня есть. Но, к сожалению, воспользоваться ею в полной мере я пока не могу. Чтобы получить над ней абсолютный контроль, мне нужны коды. Вы знаете, о чем я говорю. Достаньте мне их и королевство будет нашим.

— Мы собрались, чтобы подготовить план наших действий. Мистер Форс сможет нам помочь. Кави, тебе нужно будет проследить за Лораном младшим на Земле. А мы с Плюмбергом подумаем о том, чтобы мальчик оказался у нас как можно быстрее после его возвращения на нашу планету. А если у нас это сразу не получится, то Вам, сэр, — Драг посмотрел на пятого участника беседы, до сих пор безмолвно сидящего за столом напротив Плюмберга, — нужно будет следить за ним в школе.

— В школе? — растерявшись, спросил мужчина с испуганным, неуверенным взглядом.

— Наверняка сын моего друга будет учиться в школе Роума. Вы устроитесь туда.

— Но…

— Ну что у тебя на этот раз? — раздраженным голосом спросила женщина.

— Нет, ничего, я всё сделаю.

— Отлично! — произнес явно довольный Драг. — Думаю, теперь мы можем немного расслабиться.

По палубе парохода «Принцесса Анна» в это же самое время прогуливался мужчина лет тридцати-тридцати пяти, одетый в дорогой строгий костюм и шляпу. Остановившись около одного из легких белых деревянных столиков, расставленных на верхней прогулочной палубе, он заговорил с человеком его возраста, явно грустившем о чем-то.

— Сегодня прекрасный вечер! Не так ли, доктор? — присев, сказал мужчина.

— Вы же знаете, что для меня этот вечер и все последующие уже не будут добрыми, — поникшим голосом ответил тот, кого назвали доктором.

— Я понимаю, как Вам трудно. Не знаю, что и сказать. Могу только обещать, что сделаю все, чтобы разобраться в причинах гибели Вашей супруги. Мы знакомы восемь лет, и я считаю Вас своим другом. Если только нужна помощь, скажите.

— Если Вы считаете меня своим другом, то почему я ничего о Вас не знаю, кроме имени?

— Потому что это никто не должен знать, — ответил мужчина в шляпе и посмотрел в сторону моря, очевидно, чтобы избежать пристального взгляда собеседника.

Наступила тишина. На прогулочной палубе звучала приятная музыка в исполнении небольшого оркестра. Легкий морской ветерок и спокойная обстановка располагали к доверительному разговору. И через минуту доктор спросил:

— Вы работаете в полиции?

— Не совсем. Но я могу помочь Вам.

— В самом деле? Что Вы делаете на корабле?

— Послушайте, доктор! Это совпадение, что мы с Вами оказались на борту одного и того же лайнера. Ведь Вы совершаете путешествие, чтобы печалиться тут в одиночестве, чтобы дочь не видела Вас таким. А я здесь работаю. Мне надлежит проследить маршрут одного очень неприятного мне человека. Причем он не один, а со своей командой.

Доктор сделал глубокий вдох.

— Я ничем не смог ей помочь, хотя я врач.

— Даже такой талантливый хирург как Вы не всё может.

— До сих пор не известно, что это за болезнь, которая уничтожила всю группу. Этот проклятый остров…

— С каждым человеком с момента его рождения когда угодно и где угодно может произойти всё что угодно. Ваша жена очень смелая. Вы можете ею гордиться.

— Спасибо! — сказал врач и поднялся, собираясь уйти.

— Доктор, — чуть громче произнес мужчина в шляпе, — когда я что-то выясню, я дам Вам знать.

Медик устало кивнул и медленно зашагал по палубе.

Глава 2. Снова в школу

— Здорово, что мы выехали с тобой за город, Вик! — сказала Элис, ловко управляя автомобилем.

— Это точно. Каникулы закончились и завтра в школу. Теперь мы не скоро так покатаемся.

— Не скоро, — произнесла Элис и надавила на педаль ускорения. Автомобиль невероятно быстро начал набирать скорость, так что их вдавило в спинки сидений.

— Это слишком! — Вик посмотрел на свою подругу, а та лишь улыбнулась ему в ответ и еще сильнее нажала на акселератор.

— Элис, по-моему, так нельзя, — пока еще спокойно проговорил сын Советника Эрика.

— Можно, Вик. Это скоростная автострада.

— Я не в этом смысле. Мы едем со скоростью сто пятьдесят миль в час!

Девочка посмотрела на спидометр и безмятежным голосом произнесла:

— И правда! Для этого автомобиля слишком неподходящая скорость. Здесь установлена гибридная силовая установка большой мощности. Это папин спортивный автомобиль ВиЭр 3000 корпорации «Рудгор». Кстати, они и полеры выпускают.

— Элис! — чуть громче, чем обычно, сказал Вик.

— А, да, забыла! — Элис нажала педаль ускорения до упора. Автомобиль, казалось, подпрыгнул и рванул с головокружительной скоростью, обгоняя все автомобили на пути.

— Мы разобьемся! — помотав головой, безнадежно проговорил мальчик.

— Девочка здесь я! — ответила Элис и укоризненно глянула на своего друга.

Спустя несколько секунд ей пришлось начать экстренное торможение, так как совершенно неожиданно после плавного поворота перед ними появился пикап. Их автомобиль повело в сторону и казалось, катастрофа неизбежна, но сработала автоматика и машина сама нашла оптимальную траекторию маневра. В этот момент Элис не контролировала автомобиль. Когда же управление возобновилось, она снизила скорость и остановилась на широкой обочине.

— Надеюсь, памперсы тебе не понадобились? — невозмутимым голосом спросила девочка.

— Я никогда так быстро не ездил.

— Я тоже. Мне просто было интересно.

— Что?

— Если бы ты был один, то наверняка бы попробовал разогнаться до максимальной скорости. Может быть не в первый и не во второй, но в десятый раз точно.

Сын Советника задумался, а потом довольно уверенно ответил:

— Скорее всего да, и что?

— Я много раз ездила по этой скоростной высокотехнологичной автостраде, где минимальная скорость восемьдесят пять миль в час и где на опасных участках дороги существует множество аварийных ловушек в виде сеток и мягких буферов. Но вот только сейчас смогла выжать всё из этой машины. Я смогла, потому что ты был рядом. Ты ведь больше беспокоился за меня или нет?

— Ну…

— Что? Нет?

— Да.

— Я так и знала. Мне уютно с тобой. И я чувствую себя более уверенно.

— Спасибо, Элис!

— Да ладно, я говорю то, что есть. Расскажи теперь, как ты отдохнул у родственников.

— Неплохо. В основном летали с дедом на его самолетах. Я уже научился мягко приземляться. Как-нибудь продемонстрирую тебе свои навыки.

— Договорились.

Девочка плавно тронулась с места, и они поехали в город.

На следующий день, когда Вик приехал на вокзал, он встретил Полину и Родерика. Чуть позже подъехала Элис. Друзья заранее договорились ехать все вместе в поезде. Они обнялись друг с другом и, подождав остальных своих однокурсников, зашли в вагон. Внутри поезда почти все лица были знакомы. Первокурсников, впервые собирающихся в школу Роума, можно было узнать по слегка растерянным и даже испуганным взглядам. Но один ученик всё же вел себя очень уверенно, возможно потому, что рядом с ним находилась его сестра.

— Привет, Анна! — восторженно поприветствовал Вик свою приятельницу и буквально рванулся к ней, чем немало удивил своих друзей.

— Здравствуй, Вик! Ты так повзрослел за лето.

— А ты стала еще красивее! — смело произнес сын Советника, правда при этом все же чуть наклонив голову от смущения.

— Теперь в школе Роума появится еще один представитель семейства Рейн.

— Твой братишка?

— Да. Родители так довольны, что его приняли.

— Меня зовут Вермонт. А тебя Вик?

— Верно. Откуда ты знаешь?

— С тобой только что сестра поздоровалась, — не выражая никаких эмоций, проговорил мальчик.

— Понятно, — улыбнувшись и почувствовав себя глупо, ответил старшекурсник.

— Я буду учиться на Трониксе, а может и на Эффи. Хотя рекомендовали меня на Уайтлэйк.

— Почему же ты хочешь выбрать другой факультет?

— Многие считают, что Уайтлэйк — это отстой, ничему путному там не учат. Я слышал, что в какой-то год на факультет чародеев пошли учиться только пять учеников, в то время как технический выбрали больше двадцати.

— Ты можешь выбрать любой факультет, но прими решение сам. Если всегда будешь слушать других и думать как многие, то ты никогда не станешь тем, кем хотел бы быть на самом деле.

Из динамиков раздался приветливый женский голос, приглашающий всех пассажиров занять свои места в вагонах.

— Скоро начнется ускорение, — напомнила Анна.

— Хорошо. Я пойду, — сказал Вик и вернулся к своим друзьям, которые уже сидели и пристегнули ремни безопасности.

— Фатум, кажется, стал еще толще! — заметила Полина.

— Зато у Анны фигура стала идеальной, — с нотками восхищения в голосе произнес Родерик.

Через пять минут, когда поезд набрал скорость и мчался к станции Роума, ребята начали свободно гулять по вагонам. Направляясь к бару, Лук Фиджи заметил Вика и его друзей. Они тоже обратили на него внимание.

Фиджи собирался молча пройти, но тут Полина затронула его.

— Ты можешь уделить нам пять минут? — спросила она, серьезно глядя на него.

— Конечно!

Элис трансформировала кресла так, что они превратились в диван, и Фиджи сел рядом с ней.

— Вик все никак не может понять, как эти поезда двигаются с такой огромной скоростью, а у меня не получается ему объяснить. Можешь рассказать? — попросила Полина.

— Это же просто. У поезда нет трения с дорогой, он парит над треком. Ты, наверное, что-то слышал о магнитной подушке?

Вик кивнул. Он знал о ней еще на Земле.

— Не буду вдаваться в подробности, скажу только, что основание поезда и трек — это как один растянутый электромотор. Большая скорость достигается не только отсутствием трения, но также и тем, что поезд двигается по особому герметичному тоннелю. Перед каждой станцией и после нее находятся шлюзы. Когда поезд готовится к разгону, шлюзы закрываются и воздух из тоннеля выкачивается. Но не из всего сразу, а по частям. Для этого существуют еще секционные шлюзы на трассе, которые одновременно являются и аварийными. Движение поезда в вакууме значительно увеличивает его скорость и снижает нагрев внешней оболочки состава.

— А это надежно? — засомневался Родерик.

— Могу только сказать, что за несколько десятков лет использования этой технологии случился лишь один инцидент. В 910 году на одном из перегонов между столичной и пригородной станцией произошла разгерметизация: чуть разошлись швы секционного тоннеля и не выдержали уплотнители. Насколько мне известно, поезд не въехал на аварийный участок пути и совершил экстренное торможение. Никто не пострадал.

— Понятно! Спасибо, Фиджи, — поблагодарила Элис.

— Не за что! Увидимся в школе.

После того, как ученик Троникса ушел, друзья с факультета Уайтлэйк заговорили о нем.

— Фиджи изменился, — поделилась своими наблюдениями Полина.

— Значительно, — согласилась Элис.

— Возможно, он просто повзрослел, — выразил мысль Вик.

— Тогда мы все повзрослели, — заключил Родерик.

Когда ребята прибыли в школу, Вик направился к зданию факультета Троникса и попросил робота на входе позвать Фиджи.

— Я еще даже вещи не успел разложить, — сказал техник, увидев ученика Уайтлэйка.

— Мне очень нужно с тобой поговорить и так, чтобы никто не слышал.

Фиджи подумал секунду, затем ответил:

— Увидимся через минуту в саду.

Они сели на одну из скамеек под кроной урюкового дерева. Фиджи пришел с небольшим чемоданчиком, который положил себе на колени и открыл. Там оказался какой-то прибор с дисплеем.

— Не волнуйся, Лоран! Это мое изобретение, — объяснил он.

— Очередное изобретение.

— Этот прибор поможет нам определить присутствие других людей вблизи нас.

Техник включил устройство.

— Видишь желтые точки на экране? Это те, кто находится в радиусе от десяти до двадцати метров от нас. Ну а те, кто будет высвечиваться красным, тот будет в непосредственной близости и, скорее всего, сможет нас слышать. Следи за экраном и говори. Сейчас нас никто не слышит.

— Послушай, Фиджи, — Вик сделал паузу, а затем продолжил. — Ты, наверное, кое-что знаешь о паролях к программам, которые нужны для перепрограммирования роботов. Военных роботов.

— Ну, я могу тебе рассказать о них, потому что папа разрешил мне говорить с тобой о всяких секретах. Но ты понимаешь, что это закрытая информация, а потому…

— Я понял, Фиджи.

— Ладно, можешь только своим самым близким друзьям. Я сам очень долго уговаривал папу поведать мне об этих кодах.

— Обещаю, что о них никто не узнает, кроме, может быть, Родерика, Полины и Элис. Я не привык от них что-то скрывать и уверен в них.

— Мне бы тоже хотелось иметь таких друзей. В общем, слушай. Эти пароли действительно существуют и находятся в специальном королевском хранилище, где хранятся важнейшие государственные документы. Имея эти пароли или, как их называют программисты, коды доступа, любой может получить управление над боевыми машинами всех видов и родов войск. Правда при этом нужно влезть в сеть Министерства обороны. Перепрограммировать роботов совсем не сложно. Это сделают сами программы, которым нужно лишь задать требования. Например, требование подчиняться лишь приказам определенной группы командиров или даже одного командующего. Тогда все приказы командующих других штабов будут игнорироваться.

— Получение этих кодов плюс соединение с информационной сетью Министерства обороны фактически означает контроль над вооруженными силами Росвика? — решил уточнить Вик.

— Именно!

— А кто может получить доступ к паролям, запускающим программы?

— Доступ к королевскому хранилищу, кроме самого короля, имеют Советники. Они могут в любое время получить эти коды. Если кто-то захватит Советников, а потом при помощи угрозы расправы или шантажа получит их, то для Анжелин могут наступить тяжелые времена. Эта одна из причин, почему всех Советников так хорошо охраняют.

— Моего папу не так хорошо охраняли, — с сожалением заметил Вик.

— Не спеши делать таких выводов.

— Почему не спешить? Ведь Драг с легкостью смог увезти его в ту ночь.

— Вот именно, что легко смог увезти. Это странно. Мне кажется, что не только Советник Эрик и Драг о чем-то предварительно договаривались, но и служба охраны была предупреждена.

— Ты хочешь сказать, что папа сам мог устроить своё исчезновение? — повысив голос, возмутился подросток.

— Успокойся, успокойся! Ничего я пока не хочу сказать. Но я сделал один вывод: твои родители очень храбрые. Извини, если расстроил тебя чем-то. Сейчас точно известно, что Советник Эрик не достал для Драга пароли, хотя мог получить их до того, как тот появился у него в доме.

— Папа этого не сделал.

— Вот именно! Теперь главным для Драга являешься ты. Тебе нужно быть особенно внимательным. Всякое может случиться.

— А что может случиться?

— Не знаю.

Оба замолчали и пауза была довольно продолжительной.

— Я должен встретиться со своим отцом. Я поеду к нему, — наконец сказал Вик.

— Опрометчивое решение, — серьезным тоном заговорил техник. — Я бы на твоем месте вообще не покидал школу в ближайшее время, не говоря уже о стране. Дважды ты убегал от Драга. В первый раз это удалось потому, что ему так было нужно, во второй раз тебе помогли, а вот если ты попадешь к Драгу в третий раз, то, возможно, останешься с ним навсегда.

— Я должен знать, что именно заставило папу покинуть дом в ту ночь.

— Может быть, я ошибаюсь, — закрыв крышку своего устройства и поднимаясь со скамейки, сказал Фиджи, — но ты сейчас цел и невредим благодаря своему отцу. Теперь многое поменялось. Будь осторожен! Весной ты заболел из-за Дикос, а она могла убить тебя.

— Она еще раньше пыталась убить меня. При помощи прибора, который называется «Поглотитель энергии».

— Это была ее инициатива, а не Драга. Я уверен. Драгу это не нужно.

— А ей зачем? Что я ей сделал?

— Слишком много вопросов, — Фиджи приложил палец к губам.

Через несколько секунд показались второкурсники факультета Лира. Они прошли мимо, не обращая особого внимания на учеников Троникса и Уайтлэйка.

— Пошли. Здесь сейчас будет много народу.

— Хорошо. Спасибо, что согласился рассказать мне о… — Вик посмотрел по сторонам и замолчал.

— Будь внимательным и гляди в оба! — сказал Фиджи и каждый направился к своему общежитию.

Глава 3. Новый урок

На второй день занятий в новом учебном году ученики третьего курса факультетов Уайтлэйк и Троникс узнали, что им предстоит изучать новый, самый необычный предмет, который будет вести сам директор школы Роума — профессор Импашал. Ребята знали, что глава их школы был единственным человеком, кто одновременно закончил два факультета. В учебном кабинете, с нетерпением ожидая урока и разбившись на небольшие группы, ребята рассказывали друг другу то, что слышали об этом предмете от учеников четвертого курса. Несколько ребят, среди которых был и Вик, внимательно слушали Брайана, рассказывающего об информационных полях, с которыми может взаимодействовать человек. Незаметно к сыну Советника Эрика подошел робот-курьер и передал письмо. Взглянув на конверт, мальчик понял, что это письмо от деда, у которого он гостил летом. Вскрыв бумажный прямоугольник, юноша прочитал:

«Дорогой внучок! Мы поздравляем тебя с началом нового учебного года! Надеюсь, обучение в этом году тебе понравится не меньше, чем в предыдущие два года. Тем более, что в этом году в вашей школе будет проходить особенный турнир по хоголу, посвященный пятидесятилетию факультета, который закончила твоя мама. Но я буду держать кулаки за твою команду.

С того момента как ты уехал, у нас ничего не изменилось. Вот только Кейси, твой второй дед, прислал сообщение, что скоро приедет ко мне и мы постараемся решить одну проблемку, связанную со спасательным самолетом. А трудность в том, что у меня никак не получается сделать так, чтобы он зависал в воздухе. Конечно, это технически осуществимо, но я сделал что-то не так и самолет при зависании медленно заваливается влево. Наверное, что-то напутал в расчетах. Вместе с Кейси мы найдем ошибку и, когда ты приедешь ко мне в следующий раз, мы и на нем полетаем. Будем ждать от тебя вестей. Удачи!

Любящий тебя, дед Дональд»

Сложив письмо, Вик посмотрел на входную дверь — вошел профессор Импашал, держа в руках небольшую коробку, сложенный коричневый платок и желтый непрозрачный пакет. В этот момент все ученики замолчали.

— Добрый день! — поприветствовал третьекурсников директор. — Сегодня мы начинаем изучать еще один предмет, который является ключевым в нашей школе. Вы знаете, что факультеты Уайтлэйк и Троникс первыми появились в этой школе. Я думаю, это не случайно. 250 лет назад тоже была проблема сосуществования сложной техники и человека. Первый директор школы и ее основатель герцог Лиусский, более известный всем как Рико Роум, очень обрадовался, когда в его школе появился факультет паранормальных способностей. Сейчас всё меньше людей считают способности, которые вы развиваете в этой школе, выходящими за рамки возможностей человека. Так же, как и современные приборы, многие уже не воспринимают как техническое чудо. И если человек развивается вместе с техникой — это хорошо. Рико Роум хотел, чтобы так и происходило, но позже он понял, что гораздо важнее в человеке развивать не его способности, а чувство ответственности. Ответственность за всё, что он приобретает, ответственность за всё, что он делает, за всё, что он умеет. С того времени каждый директор школы внимательно следил за тем, чтобы ученики не пытались использовать свои знания и умения во вред другим. Это очень тяжело. Ведь не уследишь за всеми и за каждым. И это одна из причин, почему в эту школу набирают так мало учеников и почему в мире существует не так много подобных школ.

— На занятиях, — продолжал директор, — мы будем знакомиться с перспективными направлениями развития техники и человека. Когда вы окончите эту школу и решите поступать в университет, возможно, вы уже будете знать, чем хотите заниматься. Но что бы вы ни делали, помните об ответственности. То, что вам покажется привлекательным, может принести больше вреда, чем пользы. Помните об этом!

— Как же мы узнаем, что будет хорошо, а что плохо? — задала вопрос Джессика.

— Это действительно очень сложно. Каждый может сделать ошибку, но все равно задумываться над этим необходимо. Выбирать правильный путь тоже нужно уметь. А при обучении ошибки неизбежны.

Директор понял, что ребята не совсем его поняли, но решил не продолжать этот разговор. Он взял коробку с пакетом и подошел к небольшой тумбочке, где стоял прозрачный графин с водой.

— Мистер Фиджи, Вы верите в чудеса? — спросил профессор.

— Мне не приходится верить. Если я допустил неточность в расчетах, то моё изобретение не будет работать так как нужно, пока я не исправлю эту ошибку. Если я неправильно написал код в программе, то она или не откомпилируется вовсе, или будет выдавать неверные результаты. Чуда не произойдет, и программа не заработает правильно. Я сам должен буду всё исправить.

— Понятно! — профессор высыпал из пакета несколько красных ягод себе на ладонь и бросил их в графин. Потом открыл коробку, взял оттуда ложку и насыпал несколько порций белого песка.

Все ученики, не отрываясь, следили за действиями директора.

Профессор поднял стеклянный сосуд и пластиковый стаканчик и перенес их на свой стол. Затем накрыл графин большим темным платком и приложил сверху к нему свои ладони. Так он простоял около трех минут.

— Ну, мистер Фиджи, я предоставляю Вам право поднять этот платок и посмотреть, что у меня получилось.

Посмотрев на своего друга Дуча, ученик Троникса медленно поднялся и подошел к профессорскому столу. Нерешительно взявшись за край мягкого материала, он оттянул его в сторону. То, что увидели ребята, очень их удивило. Вода в графине окрасилась в вишневый цвет, а на дне лежали ягоды. Также было видно, что стекло графина заледенело. Все ждали объяснений профессора.

— Я с лета припас килограмм вишен, — профессор налил жидкость в стакан. — Попробуйте, мистер Фиджи, не бойтесь.

Техник сделал несколько глотков.

— Ну как? — улыбнувшись, спросил директор.

— Вкусно, — коротко ответил ученик, а затем, сделав еще один глоток, добавил: — Только очень холодное!

— Я сварил этот компот и сразу остудил его.

Ребята зашумели.

— Как же Вы это сделали? — спросила Элис.

— Сначала я задам вам всем вопрос: «Что это: магия или техника? Чудо или вполне объяснимое явление?»

Глава школы посмотрел на ученика технического факультета.

— Я бы сказал, — Фиджи поставил наполовину пустой стакан на стол, — что это техника. Эта емкость, в которой Вы приготовили напиток, может оказаться высокотехнологичной посудой со встроенными наномеханизмами, способными насыщать воду цветом, вкусом и запахом, взятых из вишен. Обычно это происходит во время нагрева, но в данном случае при помощи наноботов можно получить такой же результат, минуя термический процесс. Я так думаю.

— Неплохо, мистер Фиджи. Но как же насчет того, что этот компот стал таким холодным?

— Возможно, там находились прозрачные растворяемые капсулы, содержащие вещества, которые охладили жидкость, — не совсем уверенно проговорил Фиджи.

— Понятно. Ну, а что скажет мисс Хьюит? — обратился директор к ученице Уайтлэйка.

— Я уверена, что это Ваши способности, профессор. Знаю, что это возможно. Вот Элис может буквально за секунды нагреть воду, а Анжелина может охладить ее, правда, не так быстро.

— Мистер Фиджи, Вы допускаете, что человек на это способен? — вновь спросил юного изобретателя директор.

Мальчик подумал немного и ответил:

— Если даже и способен, то здесь нет никакого волшебства.

— Полностью с Вами согласен. Но все дело в том, что я до сих пор не могу понять, как это происходит. Впервые это случилось со мной еще в детстве. Как-то зимним днем я со своими друзьями вышел поиграть на улицу. Мы взяли сосульки примерно одинакового размера и начали соревноваться: у кого она быстрее растает в руках. Сначала у меня сосулька таяла очень медленно, как и у других ребят. Рука сильно замерзла, так что уже невозможно было держать этот ледяной кусочек. Но я видел, как мои друзья мужественно терпели, и решил не отставать. Потом моя кисть начала болеть, но желание выиграть, чтобы все мои страдания не прошли даром, победило. Я закрыл глаза и со всей силы сжал замороженный кусок воды, представляя, как рука плавит лед. Неожиданно я почувствовал, что в ладони уже ничего нет. Тоненькой струйкой вода сочилась с моего кулака. А когда я его разжал, то ладонь была практически сухой и сверху шел пар. Мой друг, увидев это, не мог поверить своим глазам. Меня попросили повторить «фокус», и вновь через несколько секунд от кусочка льда не осталось и следа. В восторге я пришел домой и рассказал все родителям. Как ни странно, они мне сразу поверили и обрадовались. Папа написал письмо в школу Роума и через неделю я получил приглашение. В этой школе мои способности проверили опытные учителя с факультета Уайтлэйк и решили принять меня. Потом больше полугода я ждал пока начнется новый учебный год и когда смогу начать учиться в знаменитой школе. Приехав сюда, я очень быстро понял, что совсем не уникален. Что таких как я тут много и все они обладают способностями, даже превосходящими мои. Меня вызвал к себе декан факультета паранормальных способностей и сказал, что в мире существуют миллионы талантливых детей и, если я могу плавить лед, то это совсем не означает, что я чем-то лучше тех, кто обладает отличным слухом и тонко чувствует музыку или умеет превосходно рисовать. Он говорил об учениках факультета Лира.

«Тебе это не дано, но дано другое. Помни, что ты должен уважать каждого ученика в этой школе!»

— Это я запомнил на всю жизнь. Вскоре я также понял, что главная причина того, что я попал в эту школу, не мои суперспособности, а то, что учителя школы Роума поверили мне. Поверили, что все, чему я научусь, не будет использоваться во вред живым существам планеты Анжелин. Позже я узнал и то, сколько учителей из моей прежней школы поручились за меня и какую ответственность несли мои родители. Осознав все это, я начал интенсивно учиться. Прежде всего, я пытался понять, как у меня получается выделять такое огромное количество тепла. Я начал изучать биологию, потом физику, химию, математику, но не мог найти ответа. Но зато понял другое: человек — это существо, в котором все эти и другие науки переплетены. Изучая человеческий организм, можно сделать что-то полезное и для развития наших технологий. Проучившись первый год, я пошел к директору и попросил его определить меня на факультет Троникс. «А как же Уайтлэйк?» — недоумевал он. «Я не собираюсь его бросать. Буду учиться на двух факультетах одновременно», — ответил я. Прежде, чем я получил разрешение, прошло две недели. Подобного случая, когда ученик школы Роума учился одновременно на двух факультетах, еще не было. Мое прошение поставило в тупик учителей. Несколько раз они собирались на совещание и даже консультировались с экспертами из Министерства образования. В конце концов они разрешили и для меня была составлена специальная программа обучения. Было очень тяжело, ведь я изучал все предметы технического курса и все дисциплины факультета Уайтлэйк. Но эти четыре года, что я учился, были самыми запоминающимися в моей жизни. Мне так понравилась эта школа, что после окончания университета я вернулся сюда работать. Сначала я вел на факультете Троникс курс «Кибернетика и биотехнология», затем на факультете Уайтлэйк проводил уроки по «ПОСЖС». Спустя двадцать восемь лет преподавания я стал директором школы. И вот семь лет назад мне пришла в голову идея ввести в программу обучения двух факультетов общий предмет, который бы объединял в себе несколько дисциплин. Педагогический Совет школы поддержал меня, и я получил разрешение от Министерства образования.

Директор сел за стол и после паузы продолжил:

— Теперь вас наверняка интересует, что же мы будем проходить на наших уроках. Скажу сразу, что за основу я взял такие направления развития науки как бионика и ПОСЖС. Многое из того, что мы будем изучать, покажется вам знакомым. Цель изучения нашей дисциплины — научиться находить безопасные точки соприкосновения возможностей техники и человека.

— Но ведь определение самих этих точек может быть связано с риском, — вдруг высказался Фиджи.

— Я очень рад, что Вы отлично меня понимаете, — посмотрев на ученика, сказал глава школы. — Так всегда бывает, когда начинаешь изучать что-то новое.

В учебном кабинете на несколько секунд установилась тишина. Возможно, в этот момент лишь Лук Фиджи и Элис Ривка поняли, что хотел сказать директор.

— Еще есть вопросы? — наконец спросил профессор Импашал.

— Да, а что такое «Бионика»? — поинтересовалась одна из учениц Уайтлэйка.

— Можно ответить мне? — попросила Лиза Джинкс из Троникса.

Директор одобрительно кивнул.

— Слово «бионика» состоит из двух частей: био- и техника. Это наука о принципах построения и функционирования биологических систем. Имеет цель создание технических средств, имеющих сходные с ними характеристики. Бионика исследует аналогии между живыми существами и искусственными системами. Это также направление кибернетики, изучающее структуру и жизнедеятельность организмов с целью использования открытых закономерностей и обнаруженных свойств для решения инженерных задач.

— Превосходно, мисс Джинкс! Вы хорошо учите теорию.

— Она и практик неплохой! — неожиданно громко сказал Брайан, чем вызвал удивление и на несколько секунд тишину в кабинете. Почувствовав на себе взгляды учеников обоих факультетов, юноша оглянулся и, чтобы скрыть смущение, задал серьезный вопрос, который, видимо, заранее был у него подготовлен.

— Профессор, я слышал от старшего брата об информационных полях, которые теоретически может генерировать специальная радиосистема. И с этими полями может взаимодействовать человек. А что это за поля такие?

— Я помню Томаса, он сейчас учится в столичном техническом университете. Верно, мистер Роук?

— Да. Хотя он учился на Уайтлэйке, а не на Трониксе.

— Отвечая на Ваш вопрос, я должен сказать, что взаимодействие человека с информационными полями — это как раз основное, что я задумывал изучать вместе со своими учениками. Вы понимаете, что с каждым годом поток информации увеличивается. Часть данных очень быстро устаревает. Для эффективного развития нашей планеты людям необходимо найти способ получения любой информации. И нужно находить ее довольно быстро. Как решить эту проблему? Конечно, у нас есть биокомы с емкой памятью, есть дифоуны, во многих городах и деревнях имеются множественные компьютерные терминалы, подойдя к которым, можно сделать информационный запрос и получить справку. Многие так и делают. Но мне кажется, что человек способен на большее. Он может сам напрямую соединяться с огромной информационной базой данных и получать оттуда сведения. И эта база данных должна содержаться в специальном устройстве, которое сможет отправлять информацию каждому конкретному человеку, способному взаимодействовать с этим устройством без каких-либо технических средств связи.

— То есть в какой-то момент человек будет приемником, а это устройство — транслятором, и наоборот? — решил уточнить Фиджи.

— Верно. Весь вопрос в том, возможно ли создать такое устройство и как научить человека с ним взаимодействовать.

— Это было бы здорово, тогда учиться не нужно! — воскликнул Фатум.

— Не совсем так, мистер Нортон. Все предметы придется изучать традиционным способом. Но многие данные, которые помогут осваивать различные дисциплины, человек сможет получать из информационного банка данных, подключаясь к нему.

— А над созданием такой системы уже кто-нибудь работал? — спросил Брайан.

— Нет. Ведь это кажется абсолютной фантастикой. Ученые не воспримут эту идею всерьез. Когда в Министерстве образования я просил разрешения ввести этот урок в школе и объяснил суть предмета, то все, возможно из уважения ко мне, тактично промолчали. Лишь министр осторожно промолвил: «Попробуйте, профессор Импашал! Главное, чтобы это не мешало основным занятиям». Я надеюсь, что кто-нибудь из вас захочет поработать над такой системой.

В этот момент Вик задумался о том, чем вообще он хочет заниматься. Его взгляд упал на сложенный лист письма на краю парты. «Может мне заняться самолетами, — подумал он, — как дед. Строить собственные летающие машины. Это ведь здорово! Выдумывать разные модели, а потом летать на них над лесами и озерами, над городами и деревнями». Его раздумья прервал монотонный голос Фатума, задавшего свой вопрос:

— В расписании мы прочитали, что наш предмет называется «Магия». Почему?

— Пусть это будет просто кодовое название нашего курса. Если, конечно, никто не возражает.

Никто не возражал.

— И зачем нам этот предмет? — выйдя из кабинета, пробурчал Родерик. — К тому же мы будем учиться с Трониксом.

— Неужели ты ничего не понял? — Элис остановилась и внимательно посмотрела на друга.

— А чего тут понимать? Будем знакомиться с чудесами, которые сами никогда осуществить не сможем.

— Как раз наоборот. Профессор хочет, чтобы мы попробовали то, что никто до нас не пытался делать.

— Что? Неужели мы будем пытаться взаимодействовать с этими информационными полями? Это же фантастика! Неосуществимо!

— До тех пор, пока кто-то не доказал обратное.

— И наш директор хочет, чтобы мы доказали всему миру, что это возможно?

— Он разработал специальный курс, чтобы дать нам возможность попробовать. Это не такая уж фантастика как ты думаешь. Интересно, что же думает Фиджи?

— А какое нам дело до Фиджи?! — недоумевала Полина.

— Потому что только с его помощью мы сможем начать проводить эксперименты.

— Только этого еще не хватало! — нахмурившись, сказал Родерик и затопал по ступенькам к вестибюлю учебного центра.

Глава 4. Поездка

Бродить по лесу осенью было особенно приятно. Деревья с золотыми листьями и прохладный осенний воздух, наполненный ароматом растений, заряжали ребят энергией.

— Жаль, что вся наша группа не пошла, — с сожалением сказала Полина, срывая красно-желтую ягоду с какого-то кустарника.

— В данный момент наша команда готовится к матчу с Эффи, — напомнила Элис. — Вы, кстати, тоже должны сейчас быть на стадионе. Через два месяца будет первый матч.

— Я не буду сильно огорчаться, если меня отстранят от турнира Френсиса Лета по хоголу, — заявил Родерик.

— Я тоже не буду, — равнодушно сказала Полина, собираясь съесть ягоду.

— Подожди, Поли, она может быть ядовита, — предупредила Элис.

— Дай лучше сначала я попробую, — попросил Вик, собираясь забрать у девочки маленький плод кустарника.

— Думаешь, будет лучше, если ты вместо меня отравишься, Вик? Тебе как раз нельзя выходить из строя. Ты обязательно должен быть в команде. Не так много хороших снайперов среди игроков нашего факультета. И не говори, что тебе все равно, будешь ли ты участвовать в соревновании или нет. Ты должен принять в нем участие!

— Я ничего не должен, Поли, — пробурчал сын Советника Эрика.

— Если от тебя этого ждут…

— Не надо его поучать, он уже взрослый, — спокойно сказала Элис.

— Хорошо. Просто я хотела сказать, что все очень надеются на Вика.

— Ладно, пойдемте уже обратно, — предложил Родерик. — Сейчас там будет какой-то вопрос решаться. Может без нас не обойдутся, а мы потом крайними будем. Кстати, вы знаете, что на финальную часть турнира приедут ученики из школы Леграна и среди них будут Дина Форе и Ален Арб?

Вернувшись в школу, ребята пошли к себе в общежитие, переоделись и направились к стадиону. На их удивление там собрались команды всех факультетов. И главные роботы факультетов тоже стояли возле своих команд и что-то объясняли. Увидев прибывших учеников Уайтлэйка, все замолчали.

— Где вы бродите? — громким сердитым голосом спросил ребят робот факультета Троникс, которого звали Фокус.

— Эй, полегче. Не нужно на них повышать голос. Ты не учитель, — тут же утихомирил Эрни своего коллегу.

— Мы же договаривались встретиться здесь, — на этот раз спокойно сказал Фокус, окинув ребят взглядом.

— Мы и встретились, — ответил Вик. — Разве нет? Или мы еще кого-то ждем?

— Нет, все здесь, — сообщил Джаг, робот факультета Эффи.

— Что ж, — заговорил Эрни, — сегодня нам предстоит договориться в каком порядке мы будем выходить при открытии турнира.

— Предлагаю всем выйти в порядке занятых мест в прошлом сезоне, — предложил робот экономического факультета.

— В этом есть логика, — согласился Фокус.

— Хорошо, — заговорил Гриф, электронный помощник факультета Лира. — Но у ребят может быть своё мнение.

Фиджи, все это время что-то искавший в своем дифоуне, вдруг заговорил:

— Если главные роботы факультетов собрали всех игроков школы только чтобы обсудить этот вопрос, то мы все теряем время. Кому какая разница в каком порядке игроки выйдут на парад? Нас всего шесть команд, и, думаю, Троникс не обидится, если выйдет на поле вторым или последним. Гораздо важнее разобраться кто с кем будет играть в этом году. До сих пор пары выбирались случайным образом, я предлагаю, чтобы каждая команда выбрала себе соперника на первый, второй и третий матч самостоятельно. При этом должны учитываться мнения каждого игрока каждой команды. Для этого я написал специальную программу и разослал всем ученикам и учителям школы по дифоуну. Программа простая: если, к примеру, большинство игроков Уайтлэйка выберут для первого матча команду Эффи, то они будут играть с Эффи, а если Эффи выберут еще и географы, и экономисты, то сравниваться результаты будут по количеству выбравших игроков. Например, если среди уайтлэйковцев десять игроков выберут исторический факультет, на факультете Скотта — семь человек, а на экономическом — шесть, то первый матч с Эффи проведет Уайтлэйк. При равном количестве голосов будут учитываться голоса других учеников школы Роума. Если снова голоса сравняются, то будут учитываться голоса учителей. По тем же правилам будут выбираться соперники и для второго, и для третьего матча.

— Мне нравится эта идея, мистер Фиджи, — отреагировал Эрни. — Это будет первое изменение регламента за прошедшие десять лет. С одной стороны, мы сможем учитывать мнения игроков, с другой — никто точно не будет знать, как сложится турнирная сетка.

Благодаря Фиджи собрание игроков закончилось довольно-таки быстро.

Игры начались в первых числах октября. Команда Троникса на удивление легко обыграла факультет Скотта. Уайтлэйковцы в упорной борьбе одолели Эффи. Теперь этим двум лучшим командам предстояла игра друг с другом.

Шестнадцатого октября игроки команды факультета паранормальных способностей готовились к принципиальному поединку со своим извечным соперником. Прямо перед игрой Полина решила поговорить со своей командой. На стадионе возле тренерской скамейки собрались все игроки.

— Каждый игрок Троникса силен, — начала беседу Полина. — Они играли с экономистами, будто проводили легкую тренировку. Их нападающим не составляло никакого труда пробить защиту. Они разгромили команду Скотта за пятнадцать минут. О чем это говорит?

— Они неплохо подготовлены! — грубоватым голосом произнес ветеран команды Максим Корешов.

— Вот именно! Они много работали! Они…

— Подожди, Поли, — прервала подругу Элис. — Я знаю, ты хочешь сказать, что они отличные игроки и не раз это доказывали. Но в этот раз, кажется, дело не только в их мастерстве.

— В чем же?

Элис не успела ответить. Зазвучал писклявый голос Али Кабабы:

— Добрый вечер всем собравшимся зрителям, болельщикам! Я приветствую команды Троникса и Уайтлэйка! Хотя это только отборочный матч, сейчас здесь, по-видимому, собрались все ученики Роума. И не только потому, что играют две очень сильные команды школы, но и по причине того, что этот год особенный для команд. Ведь предстоящий турнир посвящен 50-летию основания экономического факультета нашей школы. Поэтому интерес к каждому матчу повышенный. Что же, с нетерпением ждем начала игры. Я уже вижу, что на поле готовятся первыми выйти игроки технического факультета. Они и в этом хотят быть первыми. Напомню, команда Троникса легко выиграла матч с командой географического факультета, а команда Уайтлэйка справилась с чемпионами прошлого года. Многие говорят, что в этом матче у Уайтлэйка нет никаких шансов. Ну что ж, посмотрим.

По свистку судьи игра началась. Вик первым отправил мяч в лунку и счет стал 2:0 в пользу Уайтлэйка. Затем началось что-то невероятное. Троникс полностью перехватил инициативу и до конца игры мяч практически не покидал половину поля Уайтлэйка. Факультету паранормальных способностей оставалось