Глава 1. Магия — не оправдание для бардака
Очнулась Анита лицом вниз на каменном полу. Где-то очень близко раздавался звук, похожий на чихание больного дракона, а в нос ударил коктейль из затхлой воды, старого воска и чужого отчаяния.
— Очухалась, голубушка? — пропел чей-то голосок. — А мы уж думали, ты того… того… Совсем того.
Анита с трудом приподняла голову. Перед ней стояла пожилая женщина в чепце, из-под которого торчали седые космы, и смотрела с той особой смесью любопытства и равнодушия, с которой смотрят на зазевавшуюся муху.
— Где я? — хрипло спросила Анита. Последнее, что она помнила, был номер люкс 704, разлитое красное вино на персидском ковре и какой-то странный зелёный отсвет, ударивший из-под кровати, куда она полезла за забытой туфлей постояльца.
— В королевском дворце, разумеется, — ответила женщина. — В кладовой для ветоши. Ты ударилась головой, когда тебя сюда принесли. Принесла тебя стража, сказали — лежала в грязной канаве у восточных ворот. Без документов, без магии, без ничего. Хорошо хоть живая.
Анита села. Кладовую для ветоши освещал единственный магический светлячок, запертый в стеклянном шаре. Ветошью тут, судя по всему, называли всё, что когда-то было тканью, но потом решило умереть, но не до конца. Груды серых тряпок громоздились вокруг, издавая запах, который в её прошлой жизни назывался «пожарная тревога в прачечной».
— Я Анита, — представилась она. — Я горничная. Пять звёзд.
— Чего?
— Пять звёзд, — повторила Анита, уже автоматически поправляя несуществующий галстук форменного платья. — Это значит, что я работаю в лучшем отеле мира. Или… работала.
— Звёзды у нас только на небе бывают, — вздохнула женщина. — А здесь ты, стало быть, теперь уборщица. Коли выживешь. Я Грета, старшая горничная. Бывшая. Меня уже на покой отправляют, так что на мое место никого не искали, вот и оставили тебя. Пока.
— А почему уборщица? — осторожно спросила Анита. — Я могу делать карьеру. У меня есть навыки.
— Карьеру? — Грета хмыкнула. — Дитятко, здесь всё давно поделено. Маги убираются магией, не маги — руками. Ты вон магией даже свечку не зажжёшь. Значит, будешь полы тереть. Там и помрёшь, если повезёт.
— А если не повезёт?
— Тогда раньше.
Анита встала. Ноги слушались плохо, голова гудела, но профессиональная привычка брала своё. Она оглядела кладовую и безотчётно отметила, что ветошь следовало бы рассортировать по цветам и степени износа, а светлячка — выпустить, потому что в замкнутом простр
