Призрак прошлого
Современный детектив
Елена Сперанская

© Елена Сперанская, 2016

ISBN 978-5-4483-1961-7

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

1. Яхта «Надежда»

Стоял жаркий июльский полдень. Пассажиры выходили на берег после трехчасовой прогулки по морю. Яхта «Надежда» тихо покачивалась у причала. Люди легко выпрыгивали с мостков, подавая руки друг другу.

Полусонных детей несли на руках или передавали прямо через перила мостков. Молодая, очень привлекательная женщина с длинными, светлыми волосами почему-то задержалась у причала. Казалось, что она искала глазами кого-то.

Когда все пассажиры покинули яхту, женщина с любопытством обратилась к капитану яхты – обаятельному бородачу лет сорока в синих джинсах, светлой майке «поло» и летних сандалиях на босу ногу. Он вытер пот со лба, закрыл рубку и вышел на мостик, закуривая сигарету, при этом доставая портсигар в элитной кожаной обложке с выбитой эмблемой всемирно известной итальянской фирмы кожаных изделий «Перуцы»:

– Откуда у вас такая экзотическая вещица? – блондинка вызывающе улыбнулась, показывая свои идеальные зубы. Она держалась за поручни мостков одной рукой, а другой откинула длинную прядь волос, которая внезапно от легкого дуновения ветра упала на утонченное, с яркими губами, лицо, открывая капитану выразительные, испуганные глаза и покрытый веснушками прямой маленький носик.

– Как откуда? Из Италии. Наш рейс предусматривает швартовку в Генуе и там, в ближайшем магазине этой фирмы, мне дали этот презент бесплатно. У них постоянно проходят такие акции по всей стране. Их представительство находится во Флоренции. Кстати в следующий вторник мы отправляемся туда. Добро пожаловать!

– Мы с мужем рассмотрим ваше предложение, – заявила она, с завидным вниманием огляделась по сторонам, вызывая любопытство у капитана и всей команды, которая состояла из двух человек.

Они к тому времени вышли на бортик небольшой яхты, покрытой тонким слоем морской пены и раскачивающейся из стороны в сторону. Женщина демонстративно продолжала:

– Он известный ученый, его работы раньше печатались во всех современных научных изданиях, но из-за болезни сердца он отложил свои научные исследования. У нас теперь турфирма.

Она, наконец, сошла с яхты. Двое молодых, рослых, спортивного телосложения парней стали убирать мостки.

– Кстати, где мой муж? Он не сходил на берег. Возможно, он задремал? Вы смогли бы еще раз проверить внизу и разбудить его, если он случайно заснул.

Капитан, он же владелец яхты, быстро спустился в нижний отсек палубы. Прошло около пяти минут. Внезапно он появился на верхней палубе с бледным лицом и резко крикнул:

– Срочно зовите врача. Ваш муж, вероятно, выпил лишнего и у него случился сердечный приступ, – капитан устало взглянул на нее.

– Прошу вас, пожалуйста, побыстрее, – она договорила, лихорадочно набирая на ай-паде фирмы «Самсунг» номер телефона гостиницы «Приморская», где они остановились.

Чайки кричали над причалом, задевая крыльями мачту с российскими и иностранными флажками на флагштоке. Прошло менее десяти минут. За это время Лариса, а именно так звали блондинку, спотыкаясь о настил, поднялась на яхту.

К берегу подъехала скорая помощь. Из машины вышел врач и поспешил на причал с чемоданчиком синего цвета в руках. Он спустился в каюту. На кресле около окна, привалившись к стене, сидел мужчина с закрытыми глазами. Создавалось впечатление, что он спал. Женщина находилась около своего попутчика. Она зачем-то стала тереть ему щеки и виски, пытаясь привести в чувство.

Врач осмотрел пациента, простукал грудную клетку через майку, взял его левую руку и попытался прослушать пульс.

– Пульс отсутствует.

– Надо что-то предпринять. У вас есть валокордин, новокаин, кодеин, что-нибудь от сердца? Срочно сделайте ему укол, – умоляла и в тоже время требовала Лариса.

На щеках у нее появились слезы. Капитан в сопровождении обоих своих подчиненных стоял и наблюдал за происходящим. Они положили тело на соединенные вместе стулья и отошли.

– Боюсь, что слишком поздно. Смерть наступила примерно минут пятнадцать назад. Вам надо прийти в себя, успокоиться. Сейчас приедет судмедэксперт. Мы заберем тело. Постарайтесь понять: все наши усилия будут бесполезны.

– Я должна находиться с ним.

– Сделаю вам успокоительный укол.

– Нет, ни за что. У меня все в порядке, – она, плача, закрыла глаза, побледнела и медленно стала оседать на рядом стоящий стул.

Врач и один из команды едва успели ее подхватить за руки. Они положили Ларису на второй ряд сдвинутых стульев. Врач двумя сложенными вместе ладонями стал приводить пациентку в чувства, делая ей искусственное дыхание. Затем он опустил свою голову к ее голове и стал дышать ей изо рта в рот. Эта процедура отняла считанные секунды. У нее стал появляться румянец. Лара открыла глаза и тут же закрыла.

Врач молча расстегнул чемоданчик, достал одноразовый шприц, набрал лекарство из ампулы, оглядывая, лежащую рядом по диагонали со своим мужем, Лару. Он растер ей правую руку на сгибе с внутренней стороны облаткой, пропитанной спиртом, прощупал артерию и сделал укол. Лара минуты через четыре стала приходить в себя, оглядываясь по сторонам. Она попыталась встать и с трудом едва смогла самостоятельно приподняться. Капитан взял ее за плечи сильными руками и вместе с другим помощником помог ей это сделать. Они аккуратно посадили ее на то же кресло, где сидел до этого ее муж.

– Доктор, неужели все так безнадежно, можно констатировать смерть? – удивленная всем происходящим, рыдая, спросила Лара, и видно было, что ее страдания постепенно притупляются.

– Боюсь, что так.

– Мы давно женаты и приехали, чтобы провести вместе отпуск, – она нервно размазывала слезы по щекам обеими руками. – Скорее всего, здесь кому-то надо было, чтобы его убили.

Она открыла сумочку и достала косметичку, в которой находились: флакончик французских духов «Коко Шанель», помада той же фирмы, карандаш для подводки глаз и тени. Отыскала зеркальце и стала интенсивно платком стирать следы размазанной косметики с лица. Затем аккуратно закрыла косметичку и убрала ее в сумочку.

– Если это так, то делом займется прокуратура. Я вызвал полицию. Сейчас приедет следователь.

– Пусть разберутся, в чем дело, – предусмотрительно заявил капитан, наливая воду из бутылки с минералкой в принесенный одним из его помощников из бара стакан и протягивая ей. – Как вас зовут?

Она сделала над собой усилие, поднялась, подошла к стойке бара, взяла в руки стакан с ледяной содовой водой и с горечью выпила.

– Лариса, – проговорила она в отчаянии, выставляя напоказ свои длинные ноги и выпячивая маленькую нижнюю губку. – Пробыли здесь только три дня. Что дальше будет?

– Идите в гостиницу. Соберите все вещи и оставайтесь в номере до нашего приезда. Вы наш главный свидетель.

Лара поднялась по лестнице, вышла из нижнего отсека палубы и, пройдя метра два, ступила на мостки. Опираясь на поручни, она оказалась на причале. За ней следовали врач и капитан яхты. Было заметно, что они сильно встревожены случившимся.

– Пожалуйста, перестаньте отчаиваться, – капитан старался как-то ободрить Лару и стал поглаживать ладонью по ее спине, когда они сошли с яхты. – Разберемся в чем дело. Мы сделаем все возможное…

– Это ужасно, ужасно… Почему это случилось? – продолжая задавать глупые вопросы, она тяжело вздохнула.

– Заберем труп в морг и попытаемся установить причину смерти. Вы сможете подъехать завтра и забрать тело, – врач был на редкость лаконичен. – Остальные формальности узнаете завтра, но пока оставайтесь здесь, возможно, следователь захочет задать вам несколько вопросов.

Вскоре к причалу набережной подъехала машина. Из нее вышел молодой, высокий, светловолосый мужчина лет тридцати в джинсах и ветровке – старший следователь районной прокуратуры, подполковник полиции Алексей Серегин.

Врач отошел от группы и проследовал за полицейским, который поднялся на яхту, спустился в нижний отсек, тщательно изучил место смерти пассажира, сфотографировал труп, осмотрел каждую деталь палубы, делая пометки у себя в ай-паде, пытаясь найти любую улику. В карманах тела, лежащего на сдвинутых стульях, он обнаружил только ключ от номера в гостинице и платок со следами крови.

– Ваш ключ, – он передал ключ Ларисе. – Ваши паспорта…

Она нервно, дрожащей рукой взяла, протянутый ей ключ и положила его в сумочку, предварительно проверив ее содержимое.

Там находились паспорта, которые она показала следователю, чтобы он точно записал ее и бывшего мужа фамилию, имя и домашний адрес. Затем она закрыла сумочку.

– Когда наступила смерть? – поинтересовался Серегин у врача.

Тот посмотрел на часы. Было без четверти двенадцать.

– Часов в одиннадцать.

– Что послужило причиной смерти? – следователь опять обратился к врачу.

– Сейчас рано что-либо говорить, – отозвался врач, подхватив носилки с трупом с одной стороны, с другой был санитар.

– У вас есть список пассажиров? – обратился Алексей к капитану, который смотрел на все происходящее с тревогой и недоумением.

Он взял ключи, нашел нужный выдвижной ящик-сейф в стойке бара, где хранились все деловые бумаги, порылся в нем и, обнаружив список, протянул его следователю. Тот проглядел фамилии и стал делать пометки напротив каждой.

– Да, трудновато будет отыскать всех. Хотя можно попробовать через турагентства, кто, где временно был прописан. Теперь нам надо установить причину смерти. Завтра результаты будут готовы, – сказал он, и, обращаясь к Ларе, добавил: – Вы обязательно приходите завтра в отделение в десять утра.

– Что сейчас делать, скажите? – спросила Лара и выразительно посмотрела на следователя, разведя руки в стороны, призывая всех искать преступника.

– Идите домой и успокойтесь. Постарайтесь вспомнить, были ли у вашего мужа враги, с кем в последнее время он общался. Вы вообще в курсе его дел?

– Конечно. Мы работали вместе: я – секретарь, переводчица, референт. Виталий – директор. У нас своя фирма и всегда проводили отпуск вместе. Наша фирма процветает, владеем крупным капиталом. Наш оборот более трехсот тысяч рублей.

– Заметили во время поездки что-то странное. Возможно, ссорился ваш муж с кем-то? – следователю хотелось выяснить подробности этой кровавой драмы. – Это очень нужно для следствия. Он один возглавлял турфирму или у него были партнеры по бизнесу?

– Ссорился? Да нет, какой он был прекрасный человек! Хотя, постойте, сейчас вспомню, – Лара задумалась на минуту, закрыла глаза, провела ладонью по голове потом, продолжила, – был на яхте кто-то, кого Виталий меньше всего хотел бы видеть.

– И кто это? – откликнулся Алексей.

– Игорь Мурин – мой бывший одноклассник. Он ухаживал за мной, когда училась в школе. Потом расстались, я поступила в университет и познакомилась с Виталием. Игорь устроился работать в фирму, где работал Виталий, – Лара хотела продолжить рассказ, но слезы снова ручьем полились у нее из глаз.

– Вы так сильно переживаете. Где вы живете? – следователя явно раздражала эта ситуация

– Тут… рядом, в гостинице «Приморская» на втором этаже, – объяснила она, показывая рукой в сторону берега.

– Заметите что-то подозрительное в номере гостиницы, обязательно сообщите мне вот по этому номеру, – Серегин протянул свою визитку.

Лара прошла вдоль берега, поднялась на набережную, подошла к зданию гостиницы, зашла к себе в номер на втором этаже, открыла дверь и ахнула: все чемоданы были перевернуты и валялись на полу. Она проверила встроенный в стенке шкафа сейф. Он был тоже открыт, но, к счастью, все ценные вещи и деньги около двух тысяч долларов она взяла с собой в морскую поездку. Лара срочно бросилась через две ступеньки вниз к администратору, по пути набирая номер Алексея.

Администратор, мужчина лет тридцати пяти, сидел за столом и оформлял чьи-то документы. Рядом за компьютером сидела симпатичная, черноволосая студентка, возможно, выпускница вуза по делам туризма и этнографии.

– Пожалуйста, пойдемте со мной, посмотрите, что происходит у вас в гостинице…

– Сейчас, сию секунду, – администратор заискивающе промямлил.

Лара вернулась назад в номер. Минут через двадцать, когда полиция вместе с администратором поднялись в комнату, то на полу среди разбросанных вещей лежала задушенная веревкой Лариса. Рядом на полу валялась пустая раскрытая сумочка, около сумочки лежали две гостиничные расписки. На шее у жертвы красовался ярко багровый шрам от шпагата. Платье женщины было сбоку разорвано. На щеках и руках – ссадины и синяки – следы борьбы. Ноги и руки жертвы были вывернуты, как будто тело тащили по полу.

Минут через пятнадцать появился тот же старший следователь районной прокуратуры, подполковник Серегин. Он поднял расписки с пола, тщательно осмотрел и сфотографировал место преступления. «Смерть наступила сразу. Значит, пока она ходила и разговаривала с администратором, преступник находился все это время в комнате, – решил следователь, – возможно, он не успел далеко убежать».

Администратор срочно позвонил в дежурную часть. Приехал кинолог с собакой. Собака, выпрыгнув из окна, побежала по направлению к пляжу, но у воды остановилась и села в ожидании команды. Полицейский тщательно обследовал еще раз подоконник, пытаясь обнаружить хоть малейшие улики. Большие комочки грязи на полу и подоконнике говорили о том, что преступник проник в комнату через окно, которое выходило в цветник. Серегин предположил, что в комнате злоумышленник что-то долго искал, но когда Лара зашла, он успел спрятаться, скорее всего, в ванной, так как там он заметил на полу такие же комочки дерна. «Пока женщина ходила к администратору, убийца дожидался жертвы», – решил Алексей.

В цветочной клумбе Серегин заметил след кроссовок. Он более тщательно сфотографировал все следы на полу в гостинице и рядом с окнами в цветнике. Было около половины третьего. Алексей достал платок и рукой стер пот со лба. Он успел перекусить после первого вызова на причал, а уже вызвали второй раз. Дело принимало крутой оборот. Прибыли судмедэксперт и криминалист. Они забрали тело. Теперь Серегин ждал результаты экспертизы семейной пары, и должен выяснить, что за пассажиры находились на яхте.

Всего в списке было пятнадцать человек. Восемь мужчин и семь женщин. Кто они? Подозреваемых женщин Алексей успел выяснить: это были отдыхающие из пансионата по соседству с гостиницей «Приморская». Две женщины приехали раздельно, а проживали вместе. До этого у них, возможно, были связи друг с другом. Другими тремя были две студентки и мать одной из них. Такая компания едва ли додумается совершить вообще какое-либо правонарушение. Оставались плохо выясненными одна женщина и семь мужчин.

На железнодорожном вокзале долго изучали фамилии и инициалы пассажиров из списка, но мало что обнаружили. Зато в аэропорту сразу нашли среди улетевших пятичасовым рейсом в Санкт-Петербург двоих подозреваемых по фамилии Пономаревы Елену и Виктора. Возможно, у них были связи с Соркиными. Они оставались под подозрением.

Итак, оставались шестеро мужчин: частный предприниматель, сотрудник охранного предприятия, двое менеджеров тоже из Тарасова и двое частных предпринимателей: один из Красноярска, другой из Волгограда. Серегин вернулся в гостиницу. Он взял у администратора паспорта и внимательно их изучил: «Соркин Виталий Львович» и «Соркина Лариса Викторовна», место прописки Тарасов. Алексей понял, что, и следы преступления ведут тоже в Тарасов, город, откуда приехали Виталий и Лариса. Он хмуро записал что-то и затем, дожидаясь эксперта, стал фотографировать место преступления.

На следующий день патологоанатом установил причину смерти Виталия Соркина: большая доза лекарства, снижающего артериальное давление, которое ему подсыпали в вино. Такие препараты выписывают больным с сердечными заболеваниями. Для здорового человека это лекарство в сочетании с алкоголем могло вызвать смертельный исход.

Серегин решил встретиться с менеджерами – Кудиновым Сергеем и Муриным Игорем. Они проживали в одной из частных гостиниц на окраине Сочи. Увитый виноградом домик буквально утопал в цветах и зелени. Хозяйка – красивая рыжеволосая женщина лет сорока пяти, в скромном сером платье без рукавов, с янтарными бусами вокруг шеи – встретила Алексея с подозрением.

– Простите, здесь проживают Мурин Игорь и Кудинов Сергей? – спросил Алексей прямо у калитки, показывая полицейское удостоверение. – Мне хотелось бы поговорить с ними.

– Молодой человек, постояльцы с самого утра ушли на пляж, должны скоро вернуться.

– Вы знаете, где они обычно проводили вечера? – интерес Серегина вызвал разбросанная мужская одежда и бутылки во дворе.

– Да, есть здесь один ночной клуб «Атлантика». Работает до четырех утра.

Алексей, казалось, поверил в удачу. Теперь загвоздка состояла в том, что он плохо знал Сергея и Игоря в лицо. Он попросил словоохотливую хозяйку дать словесный портрет подозреваемых мужчин.

Женщина рассказала, что Игорь – очень высокий, долговязый, почти двухметрового роста парень с темными волосами, выразительными, карими глазами и немного сутулился. Сергей гораздо ниже его, худощав, темноволос, на правой руке у запястья имел татуировку «Сергей», а на верхней челюсти у него нет одного резца, лидировал над Игорем.

На основе рассказа в ее присутствии в отделении полиции были составлены фотороботы Мурина и Кудинова.

Клуб «Атлантика», куда пришел Алексей, чтобы встретиться с Муриным и Кудиновым, начинал работать в двенадцать часов.

Публика спешила собираться, поэтому все столики пока были заняты.

Алексею удалось занять место напротив входа, чтобы лучше видеть гостей. Заказав бутылку коньяка, он медленно потягивал рюмку за рюмкой. Примерно через час у входа в зал Алексей заметил Мурина, которого сразу узнал по его росту. Но он был один. Алексей встал с места и пошел навстречу. Поравнявшись, он случайно толкнул его и в знак примирения пригласил за свой столик. Мурин, не раздумывая, согласился. Они познакомились.

– Постой, кореш, дай закурить, откуда ты? – поинтересовался Алексей и показал на пальцах как прикуривают.

– Из Тарасова. А ты?

– Сам по себе, – Алексей, попросив у официанта еще одну рюмку, налил незнакомцу.

Выпив рюмку коньяка, Мурин заказал еще бутылку.

– За что пьем? – спросил Алексей, стараясь найти общий язык с новым знакомым.

– За приятный отдых без осложнений, – Мурин сказал сквозь зубы, изобразив улыбку на лице.

– Тост знаменательный, но простой, ничего конкретного. Надо выпить за успешное завершение любого дела, – добавил Алексей, искоса поглядывая на собеседника.

– Можно и так, – членораздельно промычал сосед по столу. – Ты один приехал?

– Один или вдвоем, тебе какое дело?

– Как знаешь, – Алексей замолчал.

– Ты скажи, если ты местный, когда вылетает самолет на Москву? Мне надо передать посылку с товаром своему другу. Там около двух с половиной миллионов зеленых и европейской валюты, понял?

– Да, ты что, вот это «прикол»!

– Это не прикол, а чистая правда.

– Ты, друг, врешь.

– Можешь не верить, если больной.

– Мне отдай, у меня связи с полицией, они сопроводят охрану, – эта внезапная ложь сразу понравилась Алексею, он одобрительно кивнул.

– Тебе будет двадцать процентов от суммы, но ты сейчас дай мне семьсот долларов, чтобы мы могли оформить этот груз официально.

– Ты меня знаешь. Вот деньги и можешь отправлять. Заказать еще что-нибудь? – предложил Алексей и, доставая из кармана бумажник, положил перед собеседником валюту, соображая, где Мурин мог потерять Кудинова. Сосед взял деньги, пересчитал их, аккуратно положил в задний карман брюк, и, собираясь вставать, оперся о край стола.

– Прости, приятель. Завтра уезжаю, а сейчас пойду, наверно. Бывай, – он вышел из-за стола и, слегка покачиваясь, направился к выходу.

2. Старые знакомые

Алексею хотелось арестовать Игоря, но прямые улики отсутствовали. Они распрощались.

На другой день, снова посетив хозяйку, где проживали Игорь и Сергей, Алексей выяснил, что Сергей больше не появлялся у нее. Съезжал Игорь один, расплатился за двоих, объясняя это тем, что Сергей дожидался его на вокзале. Но там, как выяснил Серегин, Сергей тоже появлялся только однажды во время приезда.

Итак, Серегину предстояла срочная командировка в Тарасов, где трудилась его хорошая давняя знакомая Татьяна Иванова. Она была высокой, элегантной, зеленоглазой блондинкой с идеальной фигурой и прекрасным чувством юмора. Татьяна проживала в однокомнатной квартире в центре, и Алексей рассчитывал остановиться у нее. Теперь у нее было частное детективное агентство, и она могла помочь в ходе следствия, чтобы найти человека, виновного в смерти двух отдыхающих.

Мне часто приходилось расследовать сложные криминальные случаи, но сейчас лето и был временный застой в работе. Нельзя сказать, что преступники вообще исчезли с лица земли, но как рысь из засады выжидала и, как могла, поддерживала форму, посещая спортивный зал, бассейн, солярий, парикмахерскую и библиотеку. После срочного недавнего розыска пропавшего мужа одной молодой дамы, разрешила себе небольшой отпуск и мечтала только лишь о поездке куда-нибудь в жаркие страны или в Сочи. Дни летели незаметно быстро, тысяча долларов, оставленная на отпуск растаяла, как только что выпавший снег, но так никуда не собралась ехать. Мечтала слетать на Гавайи, в Турцию, Италию или Грецию.

У Кирьянова Владимира, или просто Кири, кстати, моего лучшего друга, отпуск намечался в конце сентября, поэтому приходилось просто ждать бархатного сезона, чтобы потом вместе с ним и его семьей рвануть куда-нибудь подальше. Ожидание работы было приятно, как никогда раньше. Подворачивались только мелкие заказы. Вечерами сидела на кухне под кондиционером и медленно смаковала кофе, приготовленное по новому рецепту, запивая водой со льдом, просматривая последние новости в Интернете: политические, скандальные истории, сплетни шоу-бизнеса, кулинарные рецепты, рекламные проспекты, анекдоты. Словом все то, чем полна наша пресса. Пачка свежих газет и журналов также была разбросана на столе. Мои мысли были где-то между приготовлением морковного салата и тем как лучше ловить рыбу. Вдруг внезапная мелодия потребовала взять ай-пад.

– Татьяна Александровна, привет! – услышала я в трубке приятный мужской голос, который очень напоминал голос моего старинного друга из Сочи.

– Привет! – сделала паузу, так как лихорадочно пыталась представить, кто бы это мог быть.

– Не узнала? Это Алексей. Теперь вспомнила?

Наконец, поняла, что это был Алексей Серегин, сотрудник криминально-следственного отдела полиции Сочи. Он приезжал в Тарасов на стажировку, меня с ним познакомил тот же Кирьянов, когда мы ходили вместе в ресторан в день отъезда Серегина домой.

– Привет, Алексей! Почему так официально? – поняла, что случилось что-то серьезное. Просто так звонить Алексей не стал бы.

– У меня срочное дело в Тарасове. Все следы ведут в ваш город. Рассказывать очень долго. Узнаешь все, когда прилечу. Нужна твоя помощь.

– А ты мои расценки знаешь? – пошутила, так как знала, что с друга возьму «наличными».

– Договоримся, приедете отдыхать к нам. Я вас таким вином угощу, – Алексей сделал паузу, давая возможность представить богатый букет южного вина, – какое ты пила когда-то давно!

– Отлично. Когда вылетаешь? – спросила я терпеливо, мне уже хотелось быстрее раскрутить это дельце, руки давно чесались по настоящей работе.

– Самолет вылетает сегодня утром. Встречай меня в аэропорту в одиннадцать и обязательно позвони Кири.

– Ладно, обязательно встречу, – пообещала я.

Разговор прервался. Я допила уже успевший остыть кофе и мечтательно представила себя, сидящей за чашечкой кофе и сигаретой в прибрежном ресторане. Погода была исключительная. Оркестр играл романтическую мелодию вальса. Волны разбивались о пирс и до меня долетали брызги волн. Чайки с гортанным криком парили над волнами, и белоснежные парусники бороздили бескрайнюю синеву водной глади.

Но пока для осуществления моей фантастической мечты нужно было провести расследование еще мало известного мне дела. Конечно, с Алексея будет причитаться принять нас у себя дома, познакомить с ресторанами, аквапарками, экскурсиями в горы, на водопады, в пещеры, ущелья, на родники и другими развлечениями, что вообще-то отвечало всем законам дружбы и гостеприимства.

Нельзя сказать, что все это было для меня в новинку, но за время, проведенное в Тарасове и, расследуя сложные и запутанные дела, уже успела соскучиться по простым житейским радостям, морским прогулкам и бездумному барахтанью в пересоленной воде.

Все необходимое для сыщика у меня было – «жучки», миниатюрная видеокамера, пистолет «Макаров», отмычки, и прочее. Даже просроченные корочки работника прокуратуры, которые много раз выручали меня в тяжелых схватках с бандитами. Имея уже достаточно большой практический опыт, часто встречала людей, которым помогала раньше, и они платили мне той же валютой.

После легкого европейского завтрака и приятной сигареты села в свое светлое «Рено-Меган» и ехала встречать друга. Машина завелась моментально, что было верным признаком того, что дел предстояло по самую макушку. По дороге пришлось заправиться и купить свежую прессу.

В аэропорту была уже за полчаса до посадки самолета «Сочи-Тарасов», поставила машину на стоянке, походила между рядами киосков с сувенирами и открытками с видами города и лишний раз убедилась, в каком замечательном месте я живу.

Наконец, объявили посадку. Минут через десять Алексей Серегин появился в проходе с большим портфелем и коробкой для фруктов в руках.

– Таня, здравствуй, – обрадовано произнес он. Было видно, что подполковник искренне рад встрече, но крайне озабочен.

– Какая встреча! Припарковалась рядом.

У него был легкий южный загар. Одет был в гражданскую одежду, чтобы особенно не привлекать к себе внимания граждан.

– Здравствуй, Алексей, очень рада тебя видеть, – поприветствовала его еще раз, указывая на автомобиль в стороне.

– Отлично, так мы быстрее все успеем, – сказал он. – Привез чудесный Новокубанский коньяк. Попробуем при случае. Хорошо?

– Как скажешь. Ну, а что нового в южных краях? – интересовалась и села за руль, кивком приглашая Алексея сесть рядом на переднее сиденье.

– Все по-старому: солнце, море, пляжи, фрукты. Иногда море штормило, и чайки носились и кричали над волнами. А если отплывал дальше от берега на корабле, то встречал стаи дельфинов.

Рассказ Алексея разбудил мое воображение.

– Ну, а как, господин Серегин, раскрываемость преступлений? – спросила с иронией. – Что-то давно от вас не было никаких известий. Думала, что ты уже забыл своих друзей. Нельзя, нельзя. Если тебе нужна помощь, так и скажи. Помогу чем смогу, введи меня в курс дела.

Алексей благодарно чмокнул меня в щеку и почувствовал пряный аромат одних из моих любимых французских духов «Сальвадор Дали».

– Обязательно, Таня, ты всегда неотразима! – еле сдерживая восхищение, медленно проговорил он, внимательно изучая маршрут следования в направлении моего дома.

– Приятно слышать. А если рассказать поподробнее. Что же заставило тебя лететь сюда?

– Двойное убийство супружеской пары: он предприниматель, она переводчица у него на фирме. Все следы ведут к вам в город. Также странное исчезновение менеджера Кудинова Сергея. Прозвонил все клиники и больницы на побережье, но нигде никаких следов подозреваемого, – Алексей продолжал излагать во всех подробностях суть дела.

– Да, запутанная история. Потребуется ни один день, чтобы выяснить, кто настоящий преступник. У тебя есть время? – интересовалась я проблемами коллеги.

– В моем распоряжении максимум дня три. Должен встретиться с Муриным. Узнать куда ходит, с кем общается. Побывать на фирме Соркина и порасспросить сотрудников. Есть еще двое, кто в то же время находился на яхте: Куценко Владимир, сотрудник охранного предприятия и Шустрый Леонид, частный предприниматель. Из каких они фирм, это и предстоит мне тоже выяснить.

– Как насчет владельца яхты? Ты проверял его алиби?

– Владелец яхты вне подозрений, так как он во время отравления находился у руля и не мог одновременно насыпать в бокал яд. В этом уже убедился. Словом дел по горло. Нам без вас никак не обойтись. Надо работать сообща, а то преступники уже скоро в окна полезут. Два трупа и один пропавший без вести, – констатировал Алексей.

– Да, ситуация накаляется. Тогда давай сначала ко мне, там подробнее расскажешь, что к чему. Помнишь нашу последнюю встречу, когда мы вместе ездили кататься на лыжах и вели дело о пропавших бриллиантах.

– Конечно, – и помолчав, добавил, – сколько сил вложили в старинные украшения. Поможешь и сейчас?

– Помогу, – без ложной скромности, шутя ответила я. – Клянусь.

– Твоя стратегия редко дает сбой, а в долгу не останусь… Проси, что хочешь. Сейчас заедем купить что-нибудь на ужин. Добро? – предложил Алексей и улыбнулся, видно он ушел в свои мысли.

– Никто не против приятного ужина в хорошей компании, – подбодрила друга.

– Ну, вот и отлично, Таня. Если будут изменения, то уладим сами.

Мельком взглянула на Алексея и снова уставилась на дорогу. Затем после перекрестка молча включила указатель поворота и стала тормозить. Машина выехала на обочину и остановилась.

Мы посетили супермаркет и затем отправились ко мне. Предоставила в распоряжение Серегину свою отдельную «конспиративную» однокомнатную квартиру, доставшуюся мне от бабки.

– А ты неплохо устроилась. Кажется, был у тебя раз, – сказал Алексей, когда разложил все вещи.

– Спасибо. Пока не жалуюсь, – ответила, удобно расположившись в кресле.

– У меня есть фотороботы Мурина и Кудинова. Сделаны они по описанию хозяйки гостиницы, у кого они жили.

Алексей достал из папки отпечатанные рисунки и положил передо мной.

– Ты можешь воспользоваться ими.

– Спасибо, очень занятно. Какие характерные скулы вот у этого.

Внимательно изучала лица подозреваемых свидетелей.

– Вот посмотри, – и Алексей продемонстрировал мне серию фотографий, сделанных им на яхте, в номере гостиницы и в цветнике, куда прыгнул убегавший преступник.

На фотографиях было запечатлено положение тел Виталия и Ларисы при их обнаружении, обстановка яхты и номера гостиницы, столик, перевернутое кресло, разбросанные по полу вещи из чемодана, отпечатки следов обуви на вскопанной земле.

– След ясно виден на фотографии, – прокомментировала я, передавая снимки Алексею. – Развлечься можно.

– Да, и только на этой. У меня есть крупный план данного отпечатка обуви, который сделал с помощью специальной камеры.

– Молодец, Серегин!

– Использую ее для съемки объектов крупным планом. Наш эксперт увеличил негативы, если тебя это интересует.

– Конечно, очень интересует, – ответила. – Будь так любезен, покажи мне увеличенные снимки.

Алексей достал из портфеля фотографии, на которых была крупно запечатлена часть цветника со следом обуви. Очень четкий, в мельчайших подробностях снимок, а другой снимок – менее четкий след обуви в комнате гостиницы.

– Фотографии сделаны в натуральную величину, – пояснил Алексей. – У нас в фотолаборатории есть специальное устройство, позволяющее точно зафиксировать расстояние, при такой съемке будут получены фото в натуральную величину. Ты смотрела внимательно на фотографии и заметила, что следы совпали.

Взяла фотографии и сравнила. Действительно нельзя было с первого взгляда заметить их идентичность.

– Благодарю тебя. Мне бы хотелось, чтобы оставил мне эти фотографии. Они будут важными вещественными доказательствами.

– Не возражаю, – поддержал меня Алексей. – По размеру и подошве обуви определим человека, побывавшего в номере гостиницы, так?

– Конечно, – искренне поддержала его. – Кроссовки мог надеть кто-то другой, не обязательно их владелец… Важно определить, кому помешали Соркины или вернее, кому они больше всего досадили.

Мы слегка перекусили, сварила кофе и угостила гостя, а Алексей вручил мне целую корзину персиков – «дары юга», так он назвал свой подарок.

Итак, с корзиной «даров юга» и уравнением со многими известными ехала домой. Дома за чашечкой кофе и сигаретой анализировала всю ситуацию еще раз. Достала кости. Эти кубики частенько помогали в разгадке самых трудных и запутанных дел. Их предсказания всегда попадали в самую точку. Потрясла их на ладони и высыпала на стол. Выпали цифры: 7, 18, 31. Затем прочитала объяснение: «Прекрасное время для старта. Вам надо проявить силу воли и активную жизненную позицию. Все контакты с возможными противниками разрешатся в ваших интересах».

Да, стоит призадуматься. Татьяна Александровна, что же это за людишки, с кем общались Соркины. Круг свидетелей, подозреваемых в убийствах, был достаточно широк. Сегодня должна выяснить все о сотрудниках фирмы «Монолит» Куценко и Шустром. Прошло чуть более часа. Звонок телефона вернул меня в реальность.

– Таня, – услышала на другом конце и узнала голос Алексея. – Посетил налоговую инспекцию и узнал, что Шустрый возглавлял большое охранное предприятие «Монолит», а Куценко Владимир являлся его новым сотрудником. Вероятно, они хорошо знакомы и вместе ездили отдыхать.

– Любопытно.

– Сходи, пожалуйста, под видом клиентки в эту фирму и, если узнаешь что-то важное, сообщи. Словом… держи меня в курсе дела. Сделай это как можно быстрее, – пояснил Серегин.

– Обязательно. Уже выезжаю. А где находится фирма, скажи? – интересовалась я между прочим.

Алексей продиктовал мне адрес. Разговор прервался. Теперь надо было посетить эту фирму и расспросить сотрудников. Перед уходом взяла с собой сумку с диктофоном и жучком для прослушивания.

Фирма «Монолит» находилась в центре города в районе автовокзала. Благополучно доехала до фирмы, вышла из машины и огляделась. Прямо передо мной висела табличка: «Охранное предприятие „Монолит“». Фирма находилась в полуподвальном помещении девятиэтажного дома. Спустилась по лестнице и оказалась в большом холле. На меня повеяло прохладой. Справа за столом сидел пожилой мужчина в ветровке и вежливо спросил:

– Простите, девушка, вы к кому?

– Мне нужно видеть вашего шефа Шустрого Леонида.

– Подождите минутку, сейчас узнаю.

Мужчина деловито вышел из-за стола и прошел по коридору в другую комнату. Через минуту он вернулся.

– Сейчас его нет на месте. Подойдите минут через сорок.

Что оставалось делать? Ушла и вернулась к машине. В голове крутилась сегодняшняя информация. В зеркале стала внимательно разглядывать свое отражение: аккуратный макияж, волосы, растрепанные ветром, лицо с блестящей от пота кожей, майка-топ и джинсы. Теперь жалела о шортах, так как жара проникала и в салон автомобиля. Закурила. Пыталась выяснить как можно подробнее все об этой фирме: как давно она существовала, есть ли у них дополнительный бизнес. Затушила, докуренную сигарету, вышла из машины и подошла к рядом стоящему коммерческому ларьку. Внимательно рассмотрела ассортимент, купила бутылочку минералки.

– Простите, не знаете, давно ли здесь фирма «Монолит» существует? – спросила у продавщицы через крошечное окошечко и купила еще одну бутылку минералки.

– Знаю. Давно здесь работаю. Вы лучше у хозяина спросили бы. Он здесь всех знает, – и, помолчав, добавила, – через полчаса подъедет, товар привезет.

Утолив жажду и уже совсем растаяв от жары, опять зашла в фирму. В большом холле с прекрасными климатическими условиями доброжелательный сотрудник в лице молодого накаченного парня предложил мне пройти к шефу. Из холла прошла в кабинет директора, где за столом сидел очень симпатичный, цыганского вида, молодой мужчина. Со спортивной фигурой, смуглой кожей и в бежевом летнем костюме, он был похож на модель из рекламного ролика зубной пасты. Жесткие складки у рта выдали его характер. Рядом с его столом стоял вентилятор. На стене в рамочке висела лицензия, рядом плакаты с фотографиями культуристов. Директор при моем появлении улыбнулся, сразу почувствовала его мужское обаяние.

– Что привело к нам такую очаровательную женщину? У вас ко мне дело? – начал он.

– Да. Меня зовут Иванова Татьяна Александровна, – представилась. – Вы директор охранного агентства Шустрый Леонид?

– Вам кто-нибудь рекомендовал нашу фирму?

– Много слышала о вашей деятельности, – театрально смутилась и сексуально облизала губы.

– Мы можем обеспечить вашу безопасность на любой срок и в самых сложных ситуациях, – выдал он заученную дежурную фразу.

– Хотела заказать охрану моей квартиры на два дня, подозреваю, кто-то приходил ко мне в мое отсутствие. У меня переложены и пропало много хороших вещей, и кто-то брал письма из ящика. Сейчас даже боюсь оставлять квартиру. Сидеть все время дома не в моих правилах, – жаловалась, до конца разыгрывая свою роль.

– В наши обязанности входит охранять частную собственность.

– Кто это сможет сделать? – настаивала я, изображая непримиримость.

– Вам что список сотрудников надо? – процедил он.

Промолчала, потирая руки и приглаживая волосы на затылке, показывая, что стараюсь успокоиться и набраться терпения для дальнейшей беседы с представителем фирмы «Монолит». Он придвинул мне стул и предложил:

– Садитесь, пожалуйста. Простите, но, вообще-то, у нас все специалисты своего дела. Только они сейчас задействованы. Хотите пить? – он достал из холодильника воду, налил в два стакана и протянул мне стакан прохладной минералки.

Его правильные черты лица выдавали очень компетентного типа.

– Спасибо, – взяла бокал и выпила. – Может быть, мне стоило пойти в другое агентство

– Нет, почему же. У нас есть один новый сотрудник: Куценко Владимир. Он будет следить за вашей безопасностью и днем, и ночью. Шустрый сделал ударение на слова «вашей», чтобы почувствовала, какой важный пост он занимал.

– Кстати, видели его в холле. Оставьте, пожалуйста, ваш адрес и задаток.

Заметила, что Шустрый начал нервничать. Он встал из-за стола и стал расхаживать по комнате. После большой паузы спросил:

– Вы хотите составить письменный договор или достаточно устной договоренности?

– Да, желательно письменно. За последнее время научилась верить только бумагам, а не словам, – иронично ответила.

– Ну, зачем так плохо думать о людях. Мы должны доверять друг другу. Хотя, если бы вы настаивали, то, пожалуйста.

Шустрый составил договор, написал на бумаге приличную сумму и показал мне. Кивком согласилась, он торопливо выписал чек, и я заполнила договор.

Директор расписался. Доставая из сумки деньги, одновременно взяла жучок и прикрепила его под ручку кресла в большую выемку.

Расплатилась и написала адрес своей квартиры, сделала вид, что собираюсь уходить. Главный менеджер вежливо распахнул передо мной дверь.

– Итак, с сегодняшнего дня вы и ваша квартира будут под нашим неусыпным контролем. Вот моя визитка. Договор можно будет продлить на любой срок.

– Пока, – разозлилась, сжала руки в кулаки и направилась к двери. – Спасибо за заботу обо мне. Рада была познакомиться.

– Простите, что делаете сегодня вечером? Могу пригласить вас куда-нибудь часов в семь?

Вслед мне заговорил директор, источая внимание и заботу с ароматом французских мужских духов.

– Куда, например? – обернулась я легкомысленно.

– Можно в ресторан, кафе, театр или еще куда-нибудь.

– Стоило бы задуматься. Двойная охрана мне бы не повредила, – согласилась, очаровательно улыбнулась. Отлично помнила, что ужинать сегодня собиралась с Алексеем. Но в интересах дела можно было жертвовать договоренностью.

– Превосходно, жду вас в семь в ресторане «Речной» на набережной. Идет? – поинтересовался он бесцеремонно

– Итак, до встречи! – кинула на прощанье.

Выполнив задуманное и, даже более того, покидала фирму, окрыленная своим первым успехом. У коммерческого ларька из легковой машины разгружали товар. Подошла, и смело заговорила с хозяином ларька:

– Простите, не знаете, давно ли здесь эта фирма?

– Да, как вам сказать, года два, а может быть полтора. Здесь раньше склад был. А потом фирма появилась. Она и взяла под свой надзор склад, – разговорился хозяин ларька, одновременно продолжая выгружать бутылки с напитками. – Зачем вам?

– Да, мы собирали сведения для рекламного журнала обо всех новых фирмах, – не долго думая, ответила я. – Устраивает?

– Ясно, – сказал незнакомец, окончательно потеряв интерес к моему присутствию.

Планы переменились, но расслабилась я рано. Нужно было сейчас опробовать в действии подслушивающее устройство. Завернула на машине на соседнюю улицу, остановилась, надела наушники и настроила приемник. После долгого молчания услышала, как Шустрый сказал: – Очаровательная дамочка. Владимир, ну, а как тебе наша новая клиентка?

Стало обидно, что меня назвали «дамочкой». Это напоминало гадание на картах: ожидание встречи по ранней дорожке с бубновой дамой.

– Прыткая. С такой бы и сам не отказался встретиться. Заметил, как она разговаривала с хозяином коммерческого ларька. Что-то она все вынюхивает. Конкуренты подослали или из полиции, – еле расслышала глубокомысленное предположение охранника.

– Думаешь?

– Определенно.

– Мне она напомнила мою первую жену. Та тоже везде свой нос совала. Из-за этого с ней и расстался.

– Женщин вообще-то трудно понять, чего они на самом деле постоянно хотят?

– В этом ты, в какой-то степени, прав, – и после большой паузы Шустрый продолжил. – Возьми адрес. Постарайся выяснить все подробности о ней. Что-то она договаривалась, заодно обеспечь ее безопасность на два дня. Если сможешь, сделай так, чтобы она продлила договор. Мы на мели. Отдых закончился. Иди.

– Не волнуйтесь.

– За этот месяц наверстали упущенное время. Прибыль разделили, – эта последняя фраза сразу переменила мое впечатление о Шустром.

Выключила приемник, сняла наушники и на минуту задумалась. Ну, Таня, ты еще стала и философом. Посмотрим, что смогу раскопать сегодня вечером. Итак, в сторону философию. Убрала приемник, отпила из бутылки минералку, нажала на газ и поехала домой. По дороге решила заскочить к Алексею и извиниться. Умом прекрасно понимала, что могу быть наживкой в игре Шустрого, и это меня радовало. Посмотрим кто кого! Чем наивнее и посредственнее буду выглядеть, тем больше смогу выудить информации о деятельности Шустрого от него самого. Кстати, проверю его алиби на предмет убийства, что он знал о Соркиных, были они знакомы раньше или впервые увиделись. Общались или замечали друг друга в морской поездке на яхте.

Алексей встретил меня на пороге квартиры в шортах и майке. Отчетливо разглядела, что под тонкой материей была отлично сложенная фигура и уже жалела, что должна идти к этому Шустрому.

– Будем пить кофе? – предложила, не зная как преступить к разговору.

– Мне что-нибудь покрепче.

– Крепче это коньяк, так?

– Ну, если хочешь, пусть так.

Когда прошла в комнату, Алексей поставил на стол уже начатую бутылку, привезенного коньяка.

– Ждал тебя. Присаживайся к столу, – сказал он, отодвигая стул.

– Прости, но сегодня договорилась о встрече с частным предпринимателем Шустрым, который был на яхте в момент убийства. Он пригласил меня в ресторан «Речной» на набережной. Это очень важно. Другой повод нашла пообщаться, – сказала и выразительно пожала плечами. – Циничный господин…

– Это весомый аргумент. Тоже не терял время даром. Успел поговорить с секретаршей Соркина по телефону и выяснил, что Мурин числился у него в фирме менеджером давно, – в голосе Алексея звучали нотки сомнения.

– Мурин уже вышел на работу? – спросила удивленно.

– Да. Приходил, но, как сказала секретарша, «не надолго вышел».

– А что они говорили о смерти шефа? Есть какие-то версии?

– Представился обычным клиентом. Об убийстве там пока мало кто знает, не стал вводить их в курс дела? Кстати, для визита в ресторан ты должна отлично выглядеть, – Алексей помогал мне, и я собиралась с радостью и энтузиазмом. – У тебя для этого все есть.

– Конечно, о чем речь?

– Тогда тебе нужно встряхнуться. Присаживайся к столу.

– Выпью только кофе, а ты поешь и почувствуешь себя на все сто.

– Жаль, что скоро улетаю, мы бы успели сходить с тобой куда-нибудь. Но, как только приедешь ко мне, обязательно наверстаем, —Алексей многозначительно улыбнулся.

ж ж ж

Было без четверти семь, я только вышла из дома. Опаздывать на свидание считала хорошим тоном, поэтому не торопилась заводить машину. Доехала за десять минут, избежав пробок. Припарковалась прямо напротив входа.

Ресторан «Речной» представлял собой вполне приличное ночное заведение, где посетителей не обманывали и хорошо кормили.

Это развлекательное место находилось неподалеку от центрального района Тарасова и рядом с торговыми рядами. Туда стекались частные предприниматели, театралы, водители такси, туристы и все, кому наскучило сидеть дома и смотреть телевизор.

Леонид уже ждал меня. Выглядел он намного лучше: элегантно и мужественно. Просто модель из журнала мод. Волнуясь, подошла и игриво улыбнулась.

– Ценю вашу пунктуальность, Таня. Уже занял столик на двоих персон, – он многозначительно улыбнулся.

Заметила, что директор охранного агентства впервые назвал меня по имени. Для начала это вселяло уверенность.

– Спасибо, – ответила, радуясь первой победе.

Мы прошли. Каждый стул у стойки и все столики были заняты. Сегодня в зале были в основном туристы с теплоходов. В центре пары раскачивались в такт медленной мелодии. Официант отвел нас к своему столику, где уже стояла бутылка шампанского и два салата.

– За что выпьем? – спросила я как можно естественнее.

Казалось, что Леонид собирался с мыслями, чтобы сказать что-то очень важное.

– Разумеется за нас.

Мы чокнулись, и он жадно отхлебнул из своего бокала. Леонид еще налил искрящегося напитка. Неотрывно смотрела, как пузырьки воздуха медленно поднимались со дна и исчезали на поверхности. Леонид взял меня за руку и проговорил:

– Предлагаю выпить за знакомство в неофициальной обстановке и перейти на «ты».

Он поднял бокал и моментально осушил.

– Не возражаю, – мне ничего не оставалось делать, как последовать его примеру.

– Ну, вот и чудесно! – сказал Леонид и расслабился. – Можно наслаждаться твоим обществом. Пойдем, потанцуем?

– С удовольствием.

Мы прошли в самый центр зала. Тихая знакомая мелодия и низкий голос певицы вызывали приятные воспоминания. Леонид обнимал меня, а в душе терзалась тревогой: какие новые препятствия появились у меня на пути при расследовании этого дела?

Музыка закончилась, и мы вернулись на место. Молча, глядя в упор, друг на друга танцевали еще не один танец. Казалось, время остановилось, но умом понимала, что начала выяснять обстоятельства дела. Прошло примерно полчаса. Наконец Леонид проговорил:

– Сегодня ты и твоя квартира в полной безопасности. Почему бы ни выпить за это?

– Отлично, значит, пьем за работу твоей фирмы и всех охранных фирм вместе взятых! – продолжила его тост.

– Ты мне льстишь, но если настаиваешь, я рад поддержать тебя.

Мы снова чокнулись, сделала глоток, принялась быстро закусывать и съела все, что было принесено: жаркое из телятины, пару экзотических салатов, куриное филе. Запила все изумительным сладким морсом из яблок и черной смородины.

– Как тебе здесь?

– Просто супер. Замечательный вечер, – поддержала разговор, заметила, что мой кавалер заскучал. – Просто праздник для души! – не переставая восхищаться сообразительностью Шустрого, и он скоро опять пригласил меня на танец.

– Здесь довольно мило, – произнес Леонид, оценивающе оглядываясь по сторонам.

Почувствовала приятную легкость и решила исподволь преступить к выяснению обстоятельств совершенного преступления у моего подозреваемого, когда мы вернулись на место после танца.

– Такое ощущение, мы давно знакомы или встречались когда-то, – исподволь заметила я, так как мое высказывание напоминало поведение героини из обычной мелодрамы со счастливым концом и красивыми героями.

– Да, ты просто завораживающая женщина! – Леонид протянул мне сигареты. – Закуришь?

– Спасибо, как самочувствие? – демонстративно закурила.

– Прекрасно. Может быть, еще раз пойдем, потанцуем? – дерзко и немного вальяжно снова предложил Леонид.

– У тебя такой изумительный южный загар, – чуть слышно проговорила, приложив свою руку к руке Леонида, когда мы присоединились к танцующим парам и находились посередине зала. – Расскажи мне о себе. Ты проводил отпуск где-то в теплых краях?

– Да. На недельку выбрался в Сочи.

– Как отдохнул?

– Нормально. У тебя такая нежная кожа, – продолжил Леонид начатую мной тему, отмечая заметный контраст оттенков кожи. – Хочешь, поехали ко мне? Твоя квартира под охраной…

– Чуть позже. Сейчас мне, кажется, рано, – продолжала разыгрывать легкий флирт. – Только прихватил бы с собой еще одну бутылочку шампанского.

– Отлично.

– Ну и как Сочи? Наверно ты покорил там много женских сердец? – спросила, когда мы снова сели за столик.

Оркестр внезапно прекратил играть и ждал, пока публика начала заказывать музыку.

– Да как сказать… – промямлил Леонид, уходя от темы.

На его выразительном лице заметила тень страха и сомнения: проницаемая маска спокойствия и умиротворенности.

– Когда хорошо покопаешься в памяти, наверно, что-то вспомнишь, что произошло в далеком прошлом, – используя знание психоанализа.

Внимательно следила за выразительными, темными глазами Леонида и читала в них скрытую любовь или тайную страсть.

– Таня, ты говоришь как опытный психоаналитик или гипнотизер, – он точно определил мою профессию.

– Психология всегда меня привлекала, но если честно, то просто интересно больше узнать о тебе, – проговорила я искренне. – Какой ты человек, что тебя волнует, какие женщины тебе нравились блондинки или брюнетки?

– Ты мне очень понравилась, – сказал он, делая ударение на слове «ты». – Кажется, увлекся тобой всерьез, ты чувствуешь? – его деликатные слова проникали глубоко в душу, но понимала, что не имею право расслабиться ни на минуту.

– Правда, ты произвел на меня приятное впечатление, – снова солгала. – Рассказал бы что-то интересное, что произошло с тобой в Сочи? – охмелев от выпивки и осмелев, в лоб спросила я. – Такие прекрасные перспективы открываются после катания на яхте в открытом море. Диву можно даваться!

– Извини, Таня, что мне рассказывать, – его ответ снова насторожил и озадачил меня, потому, что так обычно говорили всегда, когда у человека была богатая личная жизнь.

Меня раздражала его скрытность, но изо всех сил старалась выглядеть по-детски наивно, зная, что он тоже подозревает меня в чем-то.

– Когда мы были на юге, то во время прогулки на яхте мне понравилась одна очень симпатичная женщина. Показалось, что муж ей был безразличен. Когда он заметил наши косые взгляды друг на друга, то затеял скандал, но к счастью я его успокоил, – поведал Леонид. – Потом мы с ним даже подружились.

– Как ты его успокоил? – мой интерес удвоился и, осторожно порывшись в сумочке, включила диктофон для записи его откровений.

– Мы выпили с ним и говорили по душам. Он оказался очень симпатичным человеком, – ответил Шустрый, несомненно, подозревая, что я веду свою тайную игру.

– Они тоже из Тарасова?

– Да. Как ты догадалась?

– Немного логики, фантазии, здравого смысла, – игриво засмеялась.

– Ты оказывается фантазерка, – глаза Шустрого загорелись.

– Вы подружились? – спросила, выдавая собственное напряжение, и усмехнулась.

– Нет. Мы разъехались по гостиницам и после этого иногда встречались, даже визитками обменялись. Просто распили вместе бутылку шампанского в честь знакомства.

– Как мило! И все?

– Ты что ревнуешь?

– Нисколько.

– Таня, ты очаровала меня с первого взгляда! Ради тебя готов пойти на любое рискованное предприятие.

Его рассказ заинтересовал меня и дал пищу для размышлений. Мы пробыли в ресторане часов до десяти. Вскоре стало жарко и душно из-за прибывающей светской публики.

– Пойдем на воздух, подышать, – лукаво предложила, холодная светская львица, давая понять своему партнеру, что ей жарко.

– Да, конечно.

– Замечательный ресторан. У тебя отличный вкус.

Шустрый расплатился. Взяла предварительно купленную еще одну бутылку шампанского и мы, протолкались через толпу народа, вышли на улицу.

– Такси. Сейчас не стоит садиться за руль… – прямо по-отечески сказал он.

Притормозил, вывернувшую из-за угла машину, назвал цену и свой адрес и поехали к Леониду. Свою машину оставила на стоянке. Леонид жил в четырнадцатиэтажном доме.

Зашли в подъезд, поднялись на одиннадцатый этаж и оказались в просторной двухкомнатной квартире.

В углах у окна стояли напольные китайские вазы, торшер Тиффани из разноцветных кусочков стекла напоминал огромный георгин, картина с изображением библейского сюжета в золоченой раме, зеленый кожаный диван и два кресла. Аквариум в виде колонны до потолка, полки с книгами.

Удержалась от расспросов, с интересом разглядывая необычный интерьер квартиры:

– Ты один здесь живешь?

– Да уже год. Жена ушла от меня к родителям, – глубокомысленно ответил он, с грустью рассматривая семейную фотографию на стене.

– Ты очень переживаешь… Расскажи мне о своей жене. Кем она работала, какая она, наверно, часто путешествовали вместе? – пыталась утолить женское любопытство, расспрашивала исподволь.

– Таня, зачем тебе это? – нервно ответил он. – Мы давно расстались, иногда встречались.

Глядя на довольное выражение его лица, поняла, Леонид клюнул на мою удочку, ему приятно было общаться и чувствовать себя хозяином положения.

– Так значит, у тебя целый год кто-то был еще кроме жены? Очень сомневаюсь, чтоб такой красивый мужчина после расставания с женой потерял интерес к женщинам, – мое любопытство переходило все допустимые границы. – Я права? – взглянув на партнера, потребовала язвительно.

– Отнюдь. Ты так думаешь? – осведомился он зло. – У тебя неправильное впечатление, – укоризненно добавил он. – У меня была подруга, но сейчас она уехала работать в Германию. Пока один.

– И ты предлагаешь мне временно занять ее место? – моя язвительность была очень кстати.

– Кто сказал, что временно? Люблю постоянство в жизни, – проговорил он, улыбаясь, по достоинству оценив иронию.

– В этой жизни вообще нет ничего постоянного, – нравоучительно ответила, посмотрела Леониду в глаза. – Но если ты так настаиваешь, как далеко простирается твое постоянство? Год, два, месяц или может быть неделя?

– Все зависит от тебя самой. Насколько ты сама оценила бы свои чувства по отношению к человеку, который тебе нравился – это по поводу личной жизни. Ну, а что касается работы, скажу лишь, что у меня своя фирма, штат сотрудников, постоянные клиенты. Наша работа похожа на работу детективов, и, по сути, это так и есть.

Оценила его проницательность. Возможно, мне еще придется учиться у Леонида хватке и деловым качествам. Однако конкурировать с ним стала бы снова.

– Ты коллекционируешь антиквариат? – спросила, разглядывая старинные подсвечники на столике и гобелены на стене. – Сколько же это богатство стоит, если не секрет?

– Нет. Это вовсе не старина. Просто умело выполненные копии под девятнадцатый век, – ответил он удовлетворенный, что восхищалась его обстановкой.

По интерьеру и книгам на стеллаже поняла, что он разбирался во многих вещах. Наконец, приняв принужденную позу на диване рядом со столиком, загадочно улыбаясь, поинтересовалась:

– Ты, наверно, бывал за границей?

– Был и очень часто. Ну, что продолжим знакомство? – Леонид, достал из стенки хрустальные бокалы и разлил шампанское.

– Хочу много сока. Мне очень хорошо.

– Я тоже выпью много. Какой сок ты предпочла бы? – галантно спросил он. – У меня есть абрикосовый и виноградный.

– Какой ты любишь?

– Абрикосовый.

– Тогда и мне налей абрикосовый сок.

Леонид достал из бара сок и два высоких стакана с красивой гравировкой в виде виноградных листьев и налил по полстакана в каждый. Заметила, что его взгляд медленно скользнул по моим ногам, обтянутым джинсами и пыталась поправить чересчур облегающую шифоновую блузку, его интерес вызвал во мне заметное удовольствие. Поняла, что наступает критический момент и надо срочно действовать, поэтому сказала:

– Леонид, у тебя есть конфеты или шоколад? Обожаю шампанское с шоколадом.

– Извини. Сейчас принесу из кухни.

Пока он ходил в кухню, достала из сумочки порошки снотворного, всыпала содержимое двух пакетиков в один из стаканов, затем тщательно размешала, чтобы весь порошок растворился без осадка.

Нормальная доза для того, чтобы кто-то успокоился и уснул. Через минуту появился Леонид с красочной коробкой конфет.

– Угощайся.

Взяла шоколад и с удовольствием запила соком. Леонид, следуя моему примеру, выпил весь сок до дна.

– Давай теперь выпьем на брудершафт! – он поднял бокал шампанского. – Возражаешь?

– За процветание твоего бизнеса, милый, – мечтательно произнесла. – За успех!

– За наше большое будущее, счастье и взаимное доверие, – глаза Леонида говорили о многом.

Он снова сел рядом со мной на диван. Взяла свой бокал, обвила руку Леонида и выпила залпом шампанское. Леонид сделал точно также. Мы целовались. Заметила, что движения Леонида стали ленивыми и плавными. Он откинулся на спинку дивана.

– Какое-то обычное шампанское, а сразу с ног валит. Таня, ужасно хочу спать,… наверное, это переутомление… весь вечер был такой озабоченный, нервный. Мне… дорогая, ты возражала бы, если…

– Ни в коем случае, дорогой, – ответила, но продолжала сидеть, случайно заметив, что он уже спал.

Встала и начала обследовать квартиру. Везде были разложены всякие антикварные безделушки. Пройдя в ванную и среди шампуней, гелей, паст, порошков и полотенец нашла аптечку с лекарствами. Плохо разбиралась в фармакологии, по некоторым аннотациям лекарств поняла, что среди слабых препаратов были и сильнодействующие средства. Названия всех лекарств записала, чтобы выяснить подробности их действия. Домой добиралась опять на такси. После выпитого шампанского у меня кружилась голова, но походка была уверенная.

«Таня, ты стала чересчур медлительной. Пора бы искать преступника, а не его тень», – подтрунивала сама над собой, зашла в подъезд, нажала на кнопку. Лифт тут же подъехал.

В квартире, за сигаретой переосмысливая и оценивая ситуацию в целом, поняла, что Леонид вряд ли был убийца. Возможно, фирма «Монолит» имела какое-то отношение к фирме Виталия? Вся в сомнениях и противоречиях, набрала номер Алексея. Было начало второго. Наконец, услышала знакомый голос:

– Алло, Таня, это ты, как отдохнула?

– Прекрасно.

– На яхте произошла ссора между Соркиным и Шустрым из-за Ларисы, но потом они помирились. Все это рассказал Шустрый в ресторане, я записала на диктофон.

– Молодец, что еще? Нам нужны вещественные доказательства.

– Дома у Шустрого нашла сильно действующие препараты, влияющие на давление коронарных сосудов сердца, – достала листок с названиями лекарств, прочитала их Алексею.

Он замолчал на минуту, как будто, вспомнил что-то:

– Второе лекарство в твоем списке послужило причиной смерти. Но учти, лекарства, о которых ты говоришь, при желании могут быть в аптечке почти в каждой семье. Чтобы свалить, взрослого мужчину нужна лошадиная доза, и много спиртного.

– Кажется, Лариса что-то скрыла. Возможно, конфликт на яхте был продолжением их семейных неурядиц. Причиной была ревность. Ты говорил, что Лариса была очень красивой женщиной.

– В этом права, все возможно. За Ларой в школе ухаживал Игорь Мурин. Они дружили. А потом у них вышел конфликт из-за Виталия, который встал между ними.

– Понятно.

Мне хотелось уйти от темы.

– Ты запомнил размер обуви, отпечатки на фотографиях?

– Кроссовки примерно сорок третьего размера. Но в кроссовках ходили все. Да и обувь можно сменить.

– Спасибо. Жаль, что сама не видела места преступления. У меня бы тогда появилась хоть какая-то зацепка.

– Таня, ничего нового ты не нашла бы там. Все это уже рассказывал тебе, и ты сама убедилась, рассматривая снимки. Стакан, из которого пил Виталий на яхте, был с отпечатками только его пальцев.

– Алексей, у меня появилась еще одна версия, но ее надо проверить.

– Какая версия, если не секрет? – спросил Алексей с нетерпением.

– Думаю, это были заранее спланированные убийства, – меня обрадовало его логическое умозаключение

– Почему ты так решила?

– Так как все было проделано с ювелирной точностью. Похоже, план преступления обдумывался и анализировался неоднократно. Нет ни отпечатков пальцев, ни других улик, которые могли бы привести нас моментально к истине. Может быть, у преступника был даже сообщник. Но это не обязательно. Одним словом действовал человек, просчитавший все до мелочей, – констатировала я.

– Таня, теперь ты поняла насколько запутанное это дело и здесь мне одному без твоей помощи не справиться, – предупредил Алексей.

– Бесплатно отказываюсь помочь в расследовании, но на это уйдет некоторое время, – предупредила твердо подполковника. – Знаешь мои расценки? Двести долларов в час. Пароль тот же.

– Главное нам надо действовать сообща. Тогда быстрее пойдет дело, – в голосе Алексея были нотки сомнения.

– Тогда можешь на меня положиться, – заверила его. – Начнем сразу со свидетелей.

– Рад, что нашел в твоем лице сподвижника и со спокойной душой ложусь спать.

Мои мысли теперь занимала фигура Шустрого и его деятельность. Посмотрела на часы: было около двух. Имея такой штат сотрудников, он мог бы установить слежение за деятельностью Соркина, даже не появляясь рядом с ним. Как одержимая гоняюсь за преступником, а он не будет прикладывать большого труда, чтобы выяснить, чем занимается Соркин. Но зачем-то он оказался с ним на одной яхте или это было простое совпадение? Не поверю, что они не были знакомы раньше.

Усталость валила меня с ног, но решила все же бросить кости и посмотреть, что же это за человек Шустрый Леонид. После трехразового встряхивания в кулаке, высыпала их на стол. Выпали цифры: 2, 15, 28.

Прочитала разгадку: «Это хитрый, точный, расчетливый, осторожный, знающий себе цену человек. Способен на оправданный риск, неожиданно реализует давно предложенную идею, что принесет неплохой доход. Хочет знать больше других, порой это желание приобретает навязчивые черты».

Значит, он как опытный охотник, которому достанутся лучшие трофеи. Под «неплохим доходом» надо было понимать финансовую деятельность директора фирмы. На этот раз мое любопытство было удовлетворено. Никакой душевной тонкости или глубины, как мне показалось вначале нашего знакомства, там не было.

Это сняло розовую завесу с глаз и отрезвило полностью. Ждать, что преступник сам явится, не могла, поэтому решила проверить каждого подозреваемого. И начать хотела с Шустрого. Сколько бы обаяния не излучал этот человек, моя интуиция подсказывала, что должна быть с ним постоянно начеку.

ж ж ж

На следующее утро, Алексей Серегин, прихватил с собой портфель, пошел на фирму, где работали Соркины, выяснять некоторые возникшие вопросы. Было еще не очень жарко. Алексей торопился сделать многое до наступления полуденного зноя.

Фирма Соркина находилась в самом центре города. Он поднялся на второй этаж, где его встретила улыбчивая секретарша. На столе у нее стояла табличка с названием фирмы «Международное агентство „Орхидея“, секретарь: Ступина Майя». Она еще ничего не знала о смерти шефа и его жены, так как их тела пока находились в Сочи и дня через два будут доставлены в Тарасов.

– Добрый день, чем могу помочь? – поинтересовалась она доверительно.

– Мне нужно выяснить с кем последнее время контактировал ваш шеф, и были ли у него конкретные враги или недоброжелатели? – Серегин сделал ударение на слове шеф.

– Простите, а кто вы такой, если не секрет. Такую информацию мы не разглашаем, – девушка строго посмотрела на Серегина.

Алексей достал из кармана брюк и показал свое полицейское удостоверение.

– Извините, товарищ подполковник.

– Ваш шеф и его жена были убиты на курорте. Кто еще кроме вас знал о месте пребывания Соркиных? – Алексей пытался говорить как можно мягче.

Девушка побледнела и онемела на какое-то время. Затем она закрыла лицо руками и прошептала:

– Да все знали, они ни от кого не скрывали, что уезжают. Каждый день приходят люди и трудно выделить кого-то конкретного. Хотя постойте.… В начале прошлой недели к нему приходил один человек, он запомнился мне. Когда он появился, удивилась, что он сразу без приглашения зашел к Виталию Львовичу. Мне показалось, что он знал шефа раньше, так как назвал шефа по имени.

– А вы не помните, о чем они говорили? Может быть, слышали отрывки фраз? – докапывался Алексей до истины, стараясь восстановить в памяти девушки события прошлого.

– Нет, хотя, впрочем, они говорили о какой-то недостаче или долге, но это не связано с делами фирмы. Скорее всего, личного характера. Они говорили примерно полчаса, и потом шеф мне приказал предупреждать о приходе каждого. И его последней фразой были слова: «Ну, Игорек, удумал, десять лет думал, чтобы сказать мне», – Майя внимательно смотрела на Серегина, пытаясь понять – помогли ее слова ему или нет.

– И что было потом? – не отходя от темы, спросил Алексей.

– А потом Соркин предложил мне оформить этого человека на работу менеджером, – Майя как будто переживала все заново.

– Простите, Майя, а фамилию его случайно не помните?

– Фамилию не помню, но у меня есть его личное дело и заявление о приеме на работу подписанное шефом. Хотите взглянуть?

– Конечно, – подтвердил Алексей, а Майя встала из-за стола, поискала в шкафу папку, выудила оттуда заявление и протянула Алексею, а тот взял заявление и положил к себе в папку.

– Можно мне взять это заявление на некоторое время для графологической экспертизы? – спросил Серегин.

– Возьмите, – у девушки лицо было испуганное, голос дрожал, и на глазах появились слезы. Алексей в это время записывал все тщательно в блокнот.

– А у Соркина был заместитель? И кто у вас за время отсутствия директора исполнял его функции?

– Наш бухгалтер – Соусов Сергей Николаевич.

– Он сейчас у себя? – спросил Алексей, посматривая на дверь, ведущую в кабинет шефа.

– Нет. Он сказал, что придет после обеда. Если он вам нужен, то подойдите попозже.

– Спасибо большое Майечка. Вы мне очень помогли. Что вы делаете сегодня в полдень? Может быть, пообедаем вместе? – Алексею казалось, что Майя что-то недоговаривает, поэтому хотел продолжить беседу в непринужденной обстановке.

– Вообще-то у меня скоро обеденный перерыв, – застенчиво пролепетала девушка. – Я освобожусь в час дня. – Отлично, буду встречать вас у выхода, – Серегин уже собирался уходить, как Майя его окликнула:

– Я вспомнила, Виталий Львович назвал этого мужчину, когда он уходил «Мурик». Он сказал: «Ну, пока Мурик».

Интуитивно Алексей чувствовал причастность Мурина, но прямых улик опять не было. Он также не скидывал со счетов других подозреваемых, в частности Кудинова, Шустрого и Куценко.

Алексей не знал, где живет Игорь. Хотя в отделении полиции должны были знать о его прописке. Алексей посмотрел на часы. «Сейчас Мурин уже, наверно, прилетел домой. Надо срочно узнать его местонахождение». Его домашний адрес Серегин узнал в течение часа, когда зашел в отделение полиции.

В компьютере были внесены также другие сведения. Серегин сразу выяснил и сообщил Татьяне, что Игорь Мурин вышел месяц назад из заключения. Он сидел за крупную растрату. Деньги он так и не вернул, и до самого конца следствия не признался в содеянной растрате. Алексей решил зайти к Игорю сразу после свидания с Майей.

Сыщик встретил Майю у выхода из здания. Майя, с печальным выражением лица, вежливо спросила:

– Ну что, куда пойдем? – и, не дожидаясь ответа, продолжила: – Здесь есть очень милое кафе, где можно хорошо отдохнуть. Кстати и цены там умеренные.

В кафе они заняли столик в самом центре. Заказали бутылку сухого вина, два салата и два пирожных. Выпив бокал вина, Майя немного осмелела и стала рассказывать все, что знала о фирме.

Оказалось, что фирма процветает давно и имеет связи во всем мире. Часто Соркины выезжали за границу для налаживания контактов. Услуги фирмы стоили от четырехсот до тысячи долларов. Отбоя от клиентуры не было. Сама Майя работает там года два, и уже успела неплохо заработать.

– А вы не знаете, Майя, застрахована ли фирма и кто наследник Соркиных? – по-приятельски решил выяснить Алексей все подробности дела.

– Да, фирма, конечно, застрахована и на это имеются соответствующие документы, но прямых наследников у Соркиных не было. Они недавно поженились, хотя знакомы были уже давно.

– Интересно…

– Лара вообще пользовалась большим вниманием у мужчин, можно сказать мужчины ее обожали: образованная, элегантная, привлекательная, знала несколько иностранных языков, умела разговор поддержать. И мне часто премию выписывала. Так что я всегда могла себе позволить что-нибудь вкусненькое.

Алексей и Майя вернулись назад в фирму. Исполняющий обязанности директора Соусов уже был на месте. Алексей после приглашения прошел к нему в кабинет.

– Чем обязан такому визиту? – поинтересовался бухгалтер, крупный пышущий здоровьем господин в элегантном черном костюме.

Алексей сообщил о смерти директора, но не увидел никакой реакции на лице собеседника. Он подтвердил все те сведения, что узнал от Майи, за исключением того, что Соркин последнее время иногда жаловался на сердце. Бухгалтер показался ему человеком хитрым, но недальновидным.

Теперь Алексею предстояло побывать у Игоря и допросить его. Он выписал повестку, в случае если не застанет его дома.

Мурин жил в современном девятиэтажном доме на третьем этаже. Когда Алексей позвонил, ему открыла красивая высокая темноволосая женщина, мать Игоря.

– Простите, Игорь дома? – спросил Алексей, показывая удостоверение.

– Его нет, – лаконично ответила женщина.

– Если он появится, передайте ему вот это, – и Алексей протянул ей повестку.

– Он сказал, что останется ночевать у Оксаны. Они давно знакомы, еще со школы, – продолжила женщина волнуясь. – Но я обязательно все ему передам.

– Извините, а где живет Оксана? Мне нужно срочно его увидеть. Может быть, есть телефон? – настаивал Алексей.

– Да, конечно, вот запишите, – мама Игоря продиктовала номер.

Алексей ушел совершенно сбитый с толку. Когда он пробовал звонить несколько раз Оксане, то ему никто не отвечал.

«Возможно, Мурин со своей подругой уехали куда-то. В данном случае Татьяна будет незаменима для выяснения всех обстоятельств в ходе следствия. Пусть проработает версию исчезновения Игоря. Надо выяснить, не уехал ли он из города снова. За границу ему бы так быстро без визы все равно не скрыться. Надо выяснить, что же Таня накопала о других подозреваемых», – рассуждал следователь.

Алексей взял такси и отправился на квартиру к Тане. За день он здорово вымотался и мечтал только о горячем чае и сне.

ж ж ж

Первая чашка ароматного утреннего кофе подняла мне настроение и прибавила жизненной энергии. С утра несколько раз попробовала позвонить Алексею, но абонент упорно не отвечал. Значит, чем-то занят. Поэтому решила не терять времени впустую и отогнать машину со стоянки на набережной, где вчера ее оставила, а потом съездить и послушать, что же творится на фирме «Монолит». Вышла из дома легкой походкой. Можно было доехать до стоянки на такси, но решила пройтись пешком.

С утра еще не было так жарко и душно. Похоже, лето продлится без дождей. В киосках около рынка купила сигарет и свежие газеты. Вспомнила про одного из своих осведомителей Венчика Аякса – бомжа-философа, неопределенного возраста, живущего близко отсюда в полуподвале.

Венчик Аякс, он же Вениамин Аяксов не работал из идейных соображений, а промышлял тем, что собирал и сдавал бутылки.

Иногда мне приходилось поручать ему, следить за некоторыми подозреваемыми, за что он получал доллары. Куда он их девал, не знала. Но по сроку нашего знакомства, у него уже должно было скопиться приличное состояние.

Заметила Венчика недалеко от пункта приема металлических банок из-под пива. На нем были разорванные на коленях джинсы, подобие майки и кепка на голове. Подошла ближе.

Он перекладывал банки из своей сумки в мешок и методично пересчитывал. Увидев меня, улыбнулся, и мне показалось, что зубов у него стало еще меньше, после нашей последней встречи полгода назад. Речь Венчика была полна притч и философских высказываний, поэтому приготовилась его слушать:

– А, Татьяна свет Александровна! Кто себе друзей не ищет, самому себе он враг. Ранняя птичка и гнездо совьет и птенцов накормит. Что привело вас в столь ранний час в этот «хаос»? – высказался он, не отрываясь от работы.

– Привет, Венчик, – поздоровалась. – Ты прав, действительно у меня к тебе дело. Давай отойдем в сторонку.

– Как пожелаете сударыня. Для вас хоть на край света готов лететь, – было видно, что у него давно не было подобных предложений, и он с нескрываемым интересом слушал меня.

Мы отошли в сторону от любопытных глаз людей стоящих вплотную.

– Нужно понаблюдать за директором фирмы «Монолит» Шустрым и одним из его сотрудников Куценко, – чуть слышно начала. – рин со своей подругой ыхписке как раз послужило причиной смерти. Когда и куда они ходят? Что это за люди? Когда возвращаются? Какие у них привязанности? Ну, сам знаешь. Полное досье.

– Отныне понятно только то, что у тебя с одним из них роман, … если никто тебя не любит неразумно жить на свете. Прав, не так ли? – предположил Венчик, выставляя на показ свой беззубый рот. – Что такое любовь? Это зубная боль в сердце. Да и любви не утаишь…

– Очень остроумно, – чуть не обиделась. – Здесь речь идет совершенно не об этом.

– А о чем? – недоумевал Венчик. – Человеку нужно два года, чтобы научиться говорить и шестьдесят лет, чтобы научиться держать язык за зубами. Таня, лучше скажи мало, но хорошо.

– Сейчас занимаюсь этим делом. Эта фирма находится в районе автовокзала. Вот адрес, – протянула ему визитку с адресом и фамилией. – Сегодня же займись, пожалуйста.

– Для тебя, Танюша, постараюсь. Хотя человеческое достоинство не может измеряться долларами, а золото – худший из всех пороков, но мой труд стоит хорошего вознаграждения, – стал торговаться Венчик. – Забудь по печали и отдайся наслаждению, – он хмыкнул.

– Сколько?

– Ты меня знаешь, лишнего не возьму, только лишь на насущные нужды. Богат тот, кто считает себя таким, с тем, что у него есть.

– Ясно. Получишь как обычно зелеными, – пообещала, наконец, поняв, о чем он говорит. – Да, кстати Куценко в отличной спортивной форме. Будь с ним осторожнее. Они случайно или преднамеренно оказались там, где было совершено преступление. Уловил суть?

– Более чем. Ум имею хоть маленький да свой, – гордо сказал он. – Осел и под пышной попоной осел.

– И постарайся сделать это как можно быстрее, – поторопила. – Ладно?

– Хорошо, – согласился он. – Тот, кто медлит, часто уходит с пустыми руками.

– Завтра подходи в это же время к моему дому с готовой информацией, а лучше сама найду тебя.

Венчик вернулся в свою очередь и продолжил прерванный на середине счет тары.

Мне надо было торопиться и возвращаться на стоянку. Машина одиноко стояла среди таких же, оставленных без владельца движущих средств. Села и поехала в район автовокзала.

За два квартала остановилась и настроила наушники. Из-за музыки, которую сразу услышала, голосов нельзя было разобрать. Леонид раздавал распоряжения:

– Закажи столик на восемь человек. Водку для мужчин, вино или ликер для женщин. Что-нибудь легкое из закуски. Фрукты и минералку на твое усмотрение. Будут только свои. И никакой самодеятельности. Запомнил? Про шоколад не забудь. У меня после вчерашнего голова как колокол гудит.

– Да, шеф, никакой самодеятельности.

– Были в ресторане с той самой клиенткой, которая вчера приходила к нам, потом поехали ко мне, взяли бутылку шампанского с собой. И пил как будто мало, а уснул моментально. До сих пор не пойму как это случилось?

– Говорил, что она мне сразу показалась подозрительной. Чересчур любопытная. Может быть, она и подсыпала чего-нибудь в стакан?

– Не знаю, не знаю, – в трубке загудело. – Сам посуди, зачем ей это? Очаровательная женщина, все достоинства при ней, – мне немного польстило такое высказывание. – Она ушла, и даже записку не оставила. А так все романтично начиналось…

– У нас же есть ее телефон, – услышала громкий кашель и потом номера своего сотового и домашнего телефонов.

– Хорошо. Позвоню ей и выясню, как так получилось. Кстати ты поинтересовался кто она?

– Похоже что-то вроде частного детектива. У нее своя фирма.

– Отлично.

Мой интерес иссяк, сняла наушники и закурила. Этот разговор показался мне слишком тривиальным, но одно поняла, точно, что на фирме затевался что-то вроде дня рождения, и решила временно прекратить подслушивание. Остальные сведения мне обещал достать Венчик. То, что мне сказал Алексей по поводу обуви, заинтересовало меня куда больше остальной информации, поэтому, как опытная сыщица, решила внедриться в фирму «Монолит» и еще раз отработать версию с обувью: выяснить размер обуви Куценко и Шустрого на предмет наличия дерна с газона гостиницы «Приморская».

После небольшого раздумья, набрала номер телефона фирмы:

– Охранное предприятие «Монолит»? – четко выговаривая каждое слово, спросила.

Сначала услышала писклявый голос его секретарши, а потом приятный баритон Леонида:

– Да, говорите, вас слушают.

– Здравствуй, Леонид!

– А Таня… Мы расстались, ты ушла так быстро, даже не заметил. Хотел тебе позвонить, узнать что случилось, но ты опередила меня.

– Ты вчера так крепко уснул, и не стала тебя будить.

– Может быть, встретимся сегодня?

– У меня днем дела, а вечером я свободна.

– Это же здорово! – воскликнул он. – Таня, сегодня мой день рождения, поэтому приглашаю тебя. Будем отмечать в ресторане «Центральный». Обязательно приходи к шести часам. Только дарить ничего не надо. Поняла?

– Не совсем, – сказала, изображая удивление. – Естественно поздравляю тебя и желаю всего, что сам себе пожелаешь, – сказала совсем тихо.

– Таня, ты не больна? – проговорил Леонид взволнованно.

– Нет, а что? – старалась говорить как можно спокойнее и мягче.

– Просто мне показалось, что ты чем-то недовольна или сильно нервничаешь.

– Все нормально, не обращай внимания, просто твое приглашение для меня очень неожиданно. Боюсь, что не успею собраться. Времени маловато.

– Брось, дорогая. Будь такой как всегда. Мне нравится твоя непосредственность.

– Ну, хорошо. Обязательно буду, – согласилась, после минутного размышления.

Разговор прервался. Надо было заехать на квартиру, где жил Алексей и поговорить с ним с глазу на глаз. Алексей мог что-то дельное посоветовать, да и сам часто нуждался в помощи. Нажала на газ, развернула машину и выехала из двора. Через десять минут уже входила в квартиру. Но дома никого не было.

Звонить Алексею не стала, так как хотела принять душ, чтобы смыть с себя усталость и расслабиться. Прохладный душ заставил меня на минуту забыть о запутанном расследовании и жаре. После душа завернулась в уютный халат и села на кухне.

Все мысли были заняты ходом следствия и предстоящим посещением ресторана. Чашечка ароматного кофе и булочка с джемом утолили голод. Прошла в комнату, села в кресло и запрокинула голову назад. Так мне казалось, лучше можно было сосредоточиться на деле.

Алексей появился передо мной неожиданно. Пока медитировала, пребывая в заоблачных высях, не заметила, как он прошел в комнату и сел рядом, оценивая мои размышления одобрительным взглядом.

– Привет, Таня, – бросил он при входе. – Ты меня дожидаешься. Это очень приятно.

– Мне вдвойне, – мы обменялись любезностями. – Хотела тебе сообщить, что сегодня иду на день рождения Шустрого в ресторан «Центральный». Он лично пригласил меня. Куценко там тоже будет. Хочу выяснить размер обуви обоих подозреваемых, – пояснила, сдержанно собираясь с мыслями.

– Одобряю. Если тебе нужен мой совет, то будь осторожнее с ними, – Алексей был обеспокоено, он сел рядом и закурил.

– Спасибо, но не об этом речь. Там никакого риска не будет, – успокоила его.

– А о чем? – удивленно спросил Алексей. – Мы пока еще не знаем кто истинный виновник трагических событий.

– Я думаю, что дело нужно раскрутить как можно быстрее, интуиция мне подсказывает, что через неделю, ну самое большее десять дней мы будем знать, кто убийца, – смело объявила свое предположение.

– Замечательный прогноз. У тебя своя собственная стратегия. И как ты себе это представляешь? – поинтересовался он.

– Вот поэтому мне захотелось поговорить с тобой, – стала оправдываться. – Но для начала нужно попробовать твоего эликсира молодости, раз ты так настаиваешь, – сказала, так как мне не хотелось обижать Алексея, и действительно было желание не упустить мельчайшей детали следствия. – Потом хочу выяснить, что по этому поводу думает Кирьянов. Наверняка у них уже появились какие-то необходимые мне сведения.

– Это не факт, но тебе виднее.

– Ты, знаешь, Алексей, думаю, что у Игоря здесь в Тарасове есть прикрытие, то есть защита из тех людей, с кем он сидел. Десять лет это не шутка. И случайно или специально избавившись от одного напарника, у него есть кто-то, у кого он может спрятаться.

– Так ты думаешь, что в исчезновении Сергея виноват Игорь? – спросил Серегин. – Но пока у нас нет никаких доказательств его виновности. Там же мог оказаться кто угодно, даже Шустрый или Куценко. Запомни, находиться некоторое время до убийства рядом с убитым, еще не значит быть убийцей, – поучительно закончил Алексей.

– Ты уверен? Откуда такая уверенность?

Алексей утвердительно покачал головой.

– Но не испарился же Сергей! Можно только догадываться, что Сергей убит, и труп надо искать там, где они в последний раз были вместе с Игорем.

– Когда я вернусь в Сочи, то на его поиски попрошу бросить бригаду омоновцев с собакой. И сам пойду с ними.

– Алексей, ты хочешь сказать, что Сергей не виновен в смерти Соркиных, не так ли?

– Этого я не говорил, – ответил он.

– Не говорил, но дал понять, – настаивала.

– Возможно, – Алексею явно импонировала моя логика. – Ну что же давай, попробуй моей живительной влаги. Легче будет рассуждать. Конечно, не претендую конкурировать с твоим любимым кофе, но кофе с коньяком и мороженым только улучшает вкус напитка, – Алексей говорил так убедительно, что с ним трудно было спорить.

Прошла на кухню, достала из кухонного шкафа маленькие хрустальные рюмочки, порезала мелко лимон. Общение с приятным собеседником вызывало у меня всплеск эмоций. Он налил в рюмочки хваленый напиток, и мы выпили. По телу разлилось тепло.

Разговор предстоял долгий и серьезный.

– Действительно прекрасный коньяк, – сказала, чтобы не обидеть Алексея, ощущая во рту терпкий привкус коньяка.

– На этот раз просто хотел тебе угодить, – оправдывался Алексей.

– Будем считать, что тебе это удалось, – продолжила, заметив, что глаза у Алексея заблестели гораздо сильнее и выразительнее.

– Очень рад, – отозвался Алексей улыбаясь. – Ты знаешь, у меня появилась странная версия.

– Какая версия, если не секрет? – видела, что Алексей погрузился в собственные мысли.

– Таня, как ты думаешь, мог ли кто-то на яхте оказаться случайным свидетелем преступления? Тот же Мурин, Шустрый или Куценко, как ты полагаешь?

– И что ты предлагаешь? – спросила, явно озадаченная его словами.

– Порасспросить возможных свидетелей и продолжить выяснять их взаимоотношения между собой. По крайней мере, мы будет больше знать, что же на самом деле случилось на яхте. Может быть, кто-то из них слышал, о чем Виталий Соркин разговаривал, какие-то его реплики или даже угрозы. Думаю, что Лариса Соркина могла бы многое рассказать по этому поводу. Ее слова были бы важной уликой в этом деле, но преступник понял это гораздо раньше нас и позаботился, чтобы мы не могли воспользоваться ее показаниями, – Алексей говорил, и внимательно слушая, не прерывала ход его мыслей.

– Попытаюсь отработать версию соучастников преступления, это будет серьезной зацепкой, не все здесь так просто. Могли же встречаться Мурин, Шустрый и Куценко до поездки на юг? – задала, мучивший меня вопрос.

Мои слова поставили собеседника в тупик. Алексей задумался, но отступать не собирался.

– Возможно, убийства совершены по чьему-то наущению, и за ними стоит тот, кому нужно было, чтобы обстоятельства сложились именно таким образом, – сказал Алексей, понимая насколько важно было обсудить сейчас все обстоятельства следствия и перейти к дальнейшему расследованию.

– Значит, ты склоняешься к версии заказного убийства? И что ты хочешь этим сказать? – поинтересовалась, пожав плечами. – Много бытовых, политических и экономических причин редко совместимы…

– Если все они были знакомы, то достаточно доказать, виновность одного, чтобы понять, причастны или нет остальные. Очень сомневаюсь, что у них у всех был общий сговор, – рассуждал Алексей, и поняла, что он чувствует себя комфортно. Мне было приятно осознавать себя хорошей хозяйкой. – Может быть, выпьем еще чуть-чуть? – предложил он гораздо позже.

– Нет. Собираюсь сесть за руль, поэтому пить коньяк больше не буду, – ответила честно.

– Это верно. Рисковать не стоит, – сказал Алексей. – А что ты думаешь, по поводу того, что бы поставить преступника в безвыходную ситуацию и заставить его совершать поступки, которые выдали бы его полностью? – продолжая развивать начатую тему, спросил он.

– Сейчас у преступника масса времени, во-первых, чтобы спрятаться, а во-вторых, наладить контакты. И будем действовать также, не выдавая своих намерений, осторожно выявлять связи всех подозреваемых в преступлении, их мотивы, свидетелей и все возможные улики, – сказала, посматривая на часы, чтобы за разговором не опоздать к назначенному времени в ресторан. Мой собеседник заметил, что начинаю нервничать и торопиться.

– Таня, не волнуйся, успеешь. Слежу за временем, – успокоил он. – Знаешь, ты сможешь здесь на месте заняться поисками Мурина, выяснить, причастны ли к делу остальные подозреваемые, и раскрутить весь запутанный клубок. Для этого и приехал сюда, чтобы ты помогла мне.

– Алексей, а где ты сегодня был? Все утро звонила и не могла дозвониться, – спросила придирчиво.

– Сегодня сбился с ног, выясняя обстоятельства дела. Успел побывать на фирме Соркиных, пообедал в ресторане с секретаршей Виталия Львовича. Познакомился с его заместителем Соусовым и выяснил, что последнее время Соркин жаловался на сердце. Даже общался с матерью Мурина. «Мурик» как в воду канул, – ответил Алексей, по выражению его лица было видно, что он крайне недоволен собой и мог бы выяснить гораздо больше при наличии времени.

– Хорошо, займусь им, а ты попытайся отыскать Кудинова. Кто его видел последний раз, и при каких обстоятельствах? Еще мне кажется, судя по твоему рассказу, хозяйка что-то знает, но не договаривает.

– Возможно, – ответил он. – Завтра самолетом вернусь в Сочи, а сейчас хочу только, чтобы твоя встреча в ресторане принесла плоды и ты и выяснила все обстоятельства.

– Узнал подробности биографии Мурина и Кудинова? От этого может зависеть дальнейший ход следствия, – спросила, догадываясь, что их биографии помогут открыть некоторую завесу личностей этих людей.

– Да, выяснил кое-что. Сергей тоже сидел вместе с Муриным за хулиганство, но вышел на месяц раньше. На зоне они, наверно, договорились встретиться и провернуть какое-то выгодное дельце. Боюсь что это как-то связано с деятельностью Мурина, но дальше след теряется. Они могли поругаться, не сойтись в чем-то. Сергей мог оказаться случайным свидетелем преступления. Возможных вариантов сколько угодно. И предполагаемый преступник захотел от него избавиться и нашел способ сделать это.

Внимательно слушала и разрабатывала свой план действий.

– Логично.

– Наконец-то дождался от тебя не похвалы, так одобрения, – обрадовался он.

– Но что за дело хотели они провернуть? И почему ты думаешь, что их обязательно связывал какой-то криминал? Разве не могли бывшие сокамерники просто так прокатиться в Сочи? – вопросов у меня было куда больше, чем ответов. – Сочи не какая-то заграница, а вполне доступный российский курорт.

– Ты права. Откуда у них столько денег? Может быть, они клад откопали, нашли спонсора или ограбили кого-то? – подытожил Алексей. – Это ты можешь объяснить?

– Это просто, взяли у кого-то в долг, – предположила я. – Думаю, деньги в долг или с отработкой мог дать тот же Соркин, Оксана, девушка Мурина или его мать. Подозреваемых много.

– Ты сама понимаешь, слишком много вопросов.

Внимательно посмотрела на Алексея, но ничего не сказала.

– На самом деле секретарша говорила о каком-то долге, который Мурин требовал с Виталия Соркина. Они по-крупному разговаривали перед отъездом.

– Значит убийство из-за денег? – не выдержала я. – Что ты скажешь?

– Не знаю, – отозвался Алексей.

– Но за что пострадала Лара? – недоумение переполняло меня. – Лара и Виталий иногда ссорились, – женская интуиция подсказывала.

– И их личная жизнь была не такой безоблачной, как это казалось с первого взгляда. Вероятно, Лара оказалась помехой в делах или встала между предполагаемым преступником и Виталием Львовичем.

– Она была женой человека, от которого хотели избавиться. Представь, что она могла вспомнить что-то, что преступник хотел больше всего скрыть.

– Значит, зря трачу время на встречи с директором фирмы «Монолит» и его сотрудником, если ты имеешь в виду Мурина? А ведь они тоже были на яхте и даже общались с Соркиными, – одернула Алексея.

– Просто мы не знаем мотивов настоящего убийцы, – глубокомысленно изрек Алексей. – Для кого-то это стало вопросом жизни и смерти.

– Ладно, завтра буду выяснять местонахождение Мурина, – глубоко вздохнула и добавила терпеливо:

– Прибавил ты мне забот, – замолчала, так как очень ясно представила обстановку, царящую на яхте, где произошло преступление. – И не скидывай, пожалуйста, со счетов фирму «Монолит» во главе с ее директором Шустрым Леонидом и охранником Куценко Владимиром.

– Это верно. Они тоже были на яхте. И мне кажется, у них тоже могли быть какие-то разногласия с Соркиным, – моя догадка эхом отозвалась в словах Алексея. – Кто-то из них мог спровоцировать ссору и вывести Виталия из себя. Лариса сама, вероятно, дала ему лекарство, от которого, при наличии алкоголя в крови, наступила смерть.

– Ты прав. Но это всего лишь твоя версия. Надо подробнее разобраться с этой фирмой. Завтра я непременно послушаю, что там творится.

– И как ты собираешься это сделать? Опять жучок? – Алексей знал мои методы работы. – Будь осторожнее, об этих штучках знают все законопослушные граждане.

– Естественно. При наличии диктофона и прослушивающего устройства можно через свидетелей выйти на настоящего преступника. Кстати, у меня есть один ценный осведомитель.

– Ну что ж удачи тебе, – подбодрил он меня.

Алексей налил немного коньяка в чай, который специально заварила для него. Для себя сварила превосходный, ароматный кофе.

– Таня, ты чудесная кулинарка, – похвалил он умело. – Буду перенимать опыт.

– Итак, мы имеем уравнение с тремя неизвестными, – продолжила. – Виталий Львович мог быть отравлен любым, кто имел к нему непосредственное отношение. То, что Соркина и его жену убил один и тот же человек это ясно?

– Вполне. Значит, ты отбрасываешь версию, что Лариса причастна к смерти своего мужа? – спросил Алексей, посматривая на часы и давая понять, что мне надо было собираться на свидание в ресторан.

– И, да и нет, потому что сила познания в сомнении. Просто надо уметь извлекать из фактов смысл.

– Таня, с тобой трудно спорить, – сказал Алексей, и его слова приятно польстили моему самолюбию.

– Научилась кое-чему при расследовании дел, – подтвердила его наблюдения. – Опыт – это доказательство доказательств, а источник истинного знания в фактах.

– Разумеется, и до всего надо добираться самому тяжелым трудом. Собирайся, а то опоздаешь, – поторапливал меня Алексей.

Единственное, что меня смущало, это не выпитая рюмка коньяка. У меня было одно безоговорочное правило, которое всегда неукоснительно соблюдала: никогда не садиться за руль после выпитого спиртного. Но и на этот раз решила все же не делать исключения, хотя и приняла все меры предосторожности: умылась холодной водой и для большей трезвости проглотила еще одну чашечку ароматного кофе. Это придало мне уверенности и спокойствия. От одной маленькой чашки кофе мои водительские права и умственные способности усилились, а желание покидать дом улетучилось.

Подошла к зеркалу: никакой косметики, кроме легкого, розового тона помады и, с запахом корицы и кориандра, сладкого аромата духов. Волосы уложила на затылке красивым узлом.

Скрепя сердцем надела маленькое черное платье. Как обычно в сумочке со мной было все необходимое для следствия, вплоть до «Макарова», использовать который предпочитала в самом крайнем случае.

– Счастливо оставаться, – сказала уже у порога, на ходу прихватила свою сумочку со всем необходимым.

Алексей уже не слышал моих последних слов, так как погрузился в изучение свежих газет и журналов.

До ресторана быстро домчалась на своей машине, без каких-либо происшествий. Ресторан находился в трех кварталах от моего дома, в самом центре города, что вполне оправдывало его название. По дороге купила огромный ярко-красный букет гвоздик.

Припарковалась рядом с входом. Пить ни шампанское, ни какое другое вино не собиралась. Около ресторана уже толпились люди.

День был субботний, и публика спешила провести остаток дня в хорошей компании, послушать музыку, потанцевать. В ресторане выхватила глазами из толпы высокую фигуру Леонида. Он, завидев меня, улыбнулся и поспешил навстречу.

– Таня, здравствуй. Большое спасибо, что пришла, почти все уже собрались, – сказал он. – Пойдем, я тебя познакомлю с моими друзьями, – вежливость Леонида казалась чересчур наигранной, но подкупала, и мы поцеловались.

Он говорил спокойно, его голос был нежен и мягок.

– Поздравляю. Вот цветы, – тихо почти официально сказала, вручая цветы и вторично целуя Леонида в щеку.

Мы прошли в зал. Это было светлое просторное помещение, уставленное столиками, где было прохладно и еще не чувствовался запах дыма от табака, и ароматов разных снадобий, пряностей и напитков. В глубине зала эстрада для оркестра, рядом бар. Я с интересом разглядывала окружающую обстановку.

– Вот наш стол, – Леонид указал рукой на центр зала, где за длинным столом, накрытым белой скатертью, и уставленным разнообразными блюдами с закусками, бутылками, вазами с цветами сидело человек пять гостей: три женщины и двое мужчин – гости Леонида.

В них не было ничего примечательного. Обычные труженики малого бизнеса, одетые и причесанные для торжественного случая. Меня интересовали только Леонид и Владимир. Но Куценко еще не подошел, поэтому я спросила Леонида, претворившись наивной овечкой:

– Где же тот сотрудник, который охраняет мою квартиру?

– Владимир?

– Наверно.

– Он сейчас подойдет. Его сменил другой наш сотрудник. Звонил ему недавно, – сразу же ответил Леонид.

– Владимир неплохо справляется со своими обязанностями. За то время пока моя квартира находилась под его неусыпным контролем, ничего подозрительного не произошло, – похвалила работу фирмы.

– Правда? Рад слышать. Это значит, ты довольна? – улыбка не сходила с лица Леонида.

– Абсолютно. Думаю продлить контракт еще дней на десять, – поддержала я свою инициативу.

– Ты подозреваешь кого-то конкретного? – вопрос Леонида поставил меня в недоумение, но тут же собралась и ответила.

– Что-то подсказывает мне, что это соседи?

– Скоро мы узнаем, и ждать осталось недолго, – пояснил он.

– Думаю, что когда они заметят, что за ними следят, то интерес отпадет сам собой.

– Зайди завтра в офис, и мы подпишем условия, – заботливо предложил именинник. – Главное, чтобы клиент был доволен.

Минут через десять появился Владимир с подарком и букетом цветов. Когда он проходил к столу, украдкой обратила внимание на его обувь: на нем были черные модельные ботинки, у Леонида тоже были летние ботинки. Это обстоятельство нисколько не снимало с них подозрения и говорило о том, что они могут носить любые импортные кроссовки.

Начались поздравления именинника и тосты. Официанты суетились вокруг стола, разнося горячее и разливая напитки. Гости не стеснялись и подливали друг другу. Леонид заметил мой категорический отказ пить.

– Ты боишься не справиться с управлением? – спросил Леонид. – Или какие- другие причины?

– Нет, просто не хочу и все, – упорно отстаивала свое решение и не собиралась его менять.

Его ирония меня нисколько не раздражала, потому что и сама любила подтрунивать над собой.

– Другого ответа не ожидал. Может быть, потанцуем? – спросил Леонид, после того как оркестр заиграл быструю мелодию.

– Не возражаю, – согласилась и вышла из-за стола.

Владимир тоже пригласил на танец рядом сидящую эксцентричную партнершу. Небольшой оркестр со свежими силами извлекал из инструментов струящиеся мелодии и ритмы зарубежной эстрады. Музыка разносилась из каждого усилителя и, вибрируя, распространялась по всему залу. Уходить в толпу танцующих пар мы не стали, а остались почти рядом со столом, чтобы не потерять из виду выход из зала. Музыка продолжала звучать, сотрясая воздух. Появилась солистка оркестра. Она запела на французском языке. Танцоры, столпились около эстрады, медленно раскачивались, повторяя ритмы.

Теплый летний вечер, город раскинулся на берегу реки, приятная истома, весь мир уместился для нас в целом наэлектризованном пространстве зала. Здесь, кажется, забывались и исчезали прошлые неприятности, проблемы, тревоги и появлялась надежда на завтрашний день. Между танцами были минутные перерывы, когда танцующие успевали выпить бокал вина и снова почувствовать себя в центре внимания. Мне тоже передалось всеобщее наслаждение и блаженство. Оркестр перестал играть, и поставили магнитофонную запись. Казалось, музыка никогда не кончится, одна запись сменяла другую, ни на мгновение не ослабевал поток резких ударных звуков. Страсти и музыка переполняли и вдохновляли меня на танец. Обернулась и увидела, как Владимир наблюдает за нами алчными, голодными, лихорадочно горящими глазами. Меня не напугал, а скорее насторожил этот взгляд. Мне почему-то захотелось подразнить этого человека, чтобы прощупать, что же способен он сделать в отчаянном порыве сиюминутной страсти. Посмотрела прямо на него, бросая ему своеобразный вызов. Он принял его и протянул ко мне руку, приглашая на танец. Не спрашивая разрешения у Леонида, я прошла с Владимиром. Он сжал меня в своих могучих объятиях. Мне сразу передалось его состояние наэлектризованности.

– Вам здесь нравится? – обдавая горячим дыханием с сильным запахом алкоголя, спросил он.

– Слишком шумно, – ощущала себя гибкой тростинкой рядом с дубом.

– Конечно, это не библиотека и не читальный зал, – Владимир внимательно разглядывал меня.

– Совершенно верно, – неотрывно следила за его действиями. – Вы недавно вернулись с юга?

– Да. Здесь туристов гораздо меньше, чем там, откуда мы недавно приехали. Вот там действительно шумно.

Владимир засмеялся, показывая два ряда идеально ровных зубов.

– Но отдых на курорте закончился слишком быстро, – лаконично ответил Владимир.

– Что-то помешало? Случилось что-то непредвиденное?

– Да как сказать, служебная необходимость, – его слова были скорее отговоркой, пытливый взгляд говорил о внутренней борьбе с собой.

Почувствовала, что нужно сменить тактику разговора и перейти в наступление.

– Тебя устраивает твоя работа? – попыталась прощупать почву.

– Нет, но Леонид отличный руководитель. Мне повезло познакомиться с ним, – тон голоса Владимира стал спокойнее.

– Понимаю, – поддерживала собеседника и заметила, что мои слова дошли до самой глубины его души. – Наверно, ты недавно вернулся из армии. Права? – спросила, найдя, что он хочет с кем-то откровенно поговорить.

– Абсолютно. Сначала долго не мог найти работу. Обращался в разные организации, но везде нужны специалисты с высшим образованием. Решил пойти в охрану. Меня познакомил с Леонидом один друг, с ним служил в армии на Северном Кавказе, но он на год раньше меня закончил службу. Он тоже у нас работает, но сейчас у него дежурство в магазине.

– Думаешь дальше учиться?

– На следующий год надеюсь поступать, – рассудительно констатировал Владимир.

Неожиданно музыка прекратилась. Мы снова вернулись на свои места, и поняла, что здорово зацепила Владимира своими вопросами. Рассматривать его в качестве подозреваемого мне не хотелось. мукой и блаженствомНо как знать… Заметила, что Леонид стал нервно теребить галстук на рубашке, пока мы с Владимиром танцевали. Теперь он не отходил от меня ни на шаг в продолжение всего вечера. И мне захотелось сокрушить его планы. Выбрав момент, пока Леонид разговаривал с официантом, подошла к Владимиру и чуть слышно шепнула ему на ухо: «Буду ждать у выхода из ресторана». Владимир сделал непроницаемое лицо. Боялась, что моя интрига может обернуться ссорой. Но другого способа остаться наедине и поговорить с Владимиром не могла найти.

Оркестр заиграл медленную мелодию, и Леонид, воодушевленный приятным вином и собственным лидерством в этой компании, подошел ко мне и снова пригласил на танец. Отказать имениннику мне было неудобно, поэтому согласилась, предполагая сбежать с вечеринки чуть позже вместе с Владимиром. Но Леонид даже и не собирался расставаться со мной. Он заметил мою суету и вежливо сказал:

– Таня, у тебя такое озабоченное выражение лица, что боюсь, обидел тебя чем-то.

– Ты ни в чем не виноват.

Мне нельзя было себя выдавать, и продолжала играть роль легкомысленной простушки.

– Просто мне показалось, что тебе захотелось уединиться с Владимиром, – весь вид Леонида говорил о его ревности и уязвленном самолюбии.

При этих словах я оторопела. Мои планы рухнули, не успев начаться. Чтобы не показаться эксцентричной, нежно положила руку Леониду на плечо и прошла с ним в центр зала.

Отлично понимая, что создала пиковую ситуацию для двух соперников. Но в этом и заключалась моя задача на данный момент, выяснить до конца, на что же способен каждый из них. И тот и другой не хотели упустить шанс остаться со мной наедине. Тем лучше. Значит, они оба будут сегодня провожать меня до дома. Вот тогда и постараюсь выяснить подробности их отдыха в Сочи.

Вечеринка продолжалась в том же ключе: постоянной конкуренции за право танцевать со мной между Леонидом и Владимиром.

Видно было, что оба они раздосадованы не на шутку. К концу вечера страсти разгорелись с такой силой, что испугалась, как бы они не подрались. Было около четверти двенадцатого, когда Леонид предложил мне уйти. Немного засомневавшись, твердо ответила:

– Ты знаешь, мне кажется, нам надо подождать Владимира. Он сейчас выйдет.

– Не собираюсь этого делать. Меня гораздо больше волнуешь ты, милая, – категорично ответил Леонид.

Провела кончиками пальцев по его щетинистой щеке и проговорила нежным голосом: – Значит, я тебе безразлична?

Он улыбнулся.

– Конечно, нет. Ты думала, с тобой просто развлекаюсь?

– Честно говоря, Леонид, вообще не знаю, что думать.

– Может быть, мой поцелуй внесет ясность в этот вопрос? – он наклонился и нежно коснулся моих губ своими.

Его голубые глаза были глубоки и искренни.

– Запомни, Таня: мы вместе и должны полагаться только друг на друга.

– Хорошо, запомню, – сказала, закинув руки ему на шею.

Но даже в надежных объятиях меня не отпускали мысли о грядущем дне. Теперь была уверена, что Леонид ко мне не равнодушен, но сомневалась в его поддержке. Однако его истинные мотивы скрывались все в том же тумане загадочности, который мешал нам сблизиться.

– Сделай это ради меня.

Моя последняя фраза здорово обидела Леонида, но он не подал вида и продолжал всячески уговаривать меня, выставляя на показ свои достоинства и преимущества.

– Таня, если ты хоть каплю уважаешь, мои чувства к тебе, то разреши Владимиру оставить нас в покое, – настаивал он.

– Это значит, что у тебя ко мне есть какие-то чувства? – было видно, что мой вопрос вызвал положительный отклик в его сердце.

– А ты как думаешь? Разве я похож на бесчувственную статую, – обиженно сказал он.

На этот раз мне стало немного неловко, и опустила глаза. Посмотрев на Леонида с ног до головы, проговорила:

– Предлагаю пойти проводить меня вам обоим. Другого выхода из данной ситуации не вижу.

От этих моих слов Леониду стало совсем грустно, но надо было соглашаться. Он наклонился ко мне очень близко и категорично сказал:

– Хорошо. Пусть все будет, как ты хочешь. Желание дамы для меня закон, – уже не сопротивляясь, согласился Шустрый.

Леонид расплатился с официантом, оставил приличные чаевые, затем распрощался с оставшимися гостями и, взяв меня под руку, направился к выходу. Когда мы вышли на улицу, то в отдалении под деревом заметила Владимира. Он стоял и курил.

Леонид упрямо потянул меня в противоположную сторону, и мне потребовалось усилие, чтобы идти туда, где стоял Владимир. Поравнявшись с ним плечом, небрежно проговорила:

– Мы думали, что ты просто сбежал из ресторана, не попрощавшись, – при этом сделала такое лицо, чтобы Владимир понял, что Леонид сам навязался ко мне в попутчики.

– Да вот вышел проветриться и покурить, там слишком душно, – ответил он, затушив сигарету.

– Разве не чудесный сегодня вечер, – сказала, стараясь исправить ситуацию.

На самом деле, было на редкость тихо, как перед грозой, и чуточку прохладно. Мы шли по аллее, занимая почти весь тротуар. Оказалась между двумя мужчинами, которых подозревала в совершении серьезных преступлений. Ситуация показалась мне несколько забавной. Но меня это нисколько не смущало. Теперь мои чувства обострились, как у сыскной собаки.

– Наверно, мне не стоит сейчас садиться за руль. Пусть ничего не пила, – слегка покривив душой, проговорила убедительно, – но зато пары алкоголя витают вокруг меня и создается впечатление, что тоже пила, – стала объяснять, так как одной возвращаться домой мне совершенно не хотелось.

– Правильно, лучше избегать столкновений с правосудием, – поддержал меня Владимир.

– Сейчас вызовем такси? – предложил Леонид. – Пусть развезет нас по домам.

Посмотрела на часы. Было начало первого. Еще некоторое время мы постояли на перекрестке, дожидаясь машины.

Наконец около нас с тихим шорохом остановилась запоздалая «Мазда». Водитель небрежно предложил нам садиться и тут же выяснил кого куда вести. Первым Леонид предложил отвезти Владимира, так как он жил не очень далеко. Леонид настаивал, и видно было, хотел показаться щедрым и гостеприимным хозяином. Леонид сел рядом с водителем, мы с Владимиром сзади.

– Вы хотели поделиться рассказом о том, как вы отдыхали в Сочи, – спросила, нарушив молчание, когда машина отъехала метров сто.

– Сочи как Сочи. Суета. Жара. Море. Отдыхающие, – перечислял Владимир, как будто специально, чтобы досадить мне. – Ничего особенного.

– Собираюсь тоже скоро туда лететь. Вот не знаю, где лучше остановиться в частном секторе или в гостинице? – не унималась, вызывая на разговор. – Может быть, у вас есть адрес знакомых?

– Адрес есть, но можно найти что-то лучше. Выбор всегда есть, – отозвался Леонид.

Весь остальной путь мы молчали, но ощущала, что стоит мне заговорить и произойдет скандал. Теперь меня разбирало простое женское любопытство: что же будет дальше, и как поведут себя Куценко и Шустрый.

Казалось, что никакой черной кошки не пробегало между ними. Но это только внешне они были предельно вежливы, стесняясь моего присутствия.

Наконец Леонид первым не выдержал и повернулся назад. Он уставился на нас с Владимиром, и крепко выругавшись, продолжил:

– Какого черта, ты стал дожидаться Таню? Она моя гостья и не собираюсь оставлять ее одну.

– Таня очень обаятельная женщина и заслуживает большего внимания, – слова Владимира задели меня. И мне показалось, что меня выставили на торги. – Она многим может нравиться.

– Не люблю, когда в моем присутствии обо мне говорят в третьем лице, – сказала, изображая обиженную посредственность.

– Извини.

– Ничего, – ответила, еле сдерживаясь, чтобы не нагрубить.

– Поверь, справлюсь с твоими обязанностями не хуже тебя. Так что можешь сильно не напрягаться. Ты понял?

Теперь слова Леонида резанули мне ухо, если бы не присутствие водителя, то между ними завязалась бы потасовка.

Срочно вступила, стараясь хоть как-то компенсировать время, потраченное впустую на вечеринке для выяснения обстоятельств дальнейшего следствия:

– Не представляю, как вы уживались на юге. Мне, кажется, вы вместе ездили отдыхать в Сочи?

– Так то юг, там совсем другое, – ответил Владимир.

Отступать не хотела. Поэтому, набрав в легкие больше воздуха, сказала на одном дыхании:

– Ну и что юг. Характер, он и на юге характер. И скандал из-за пустяка можно при мне не устраивать.

– Здесь дело принципа. Почему не могу высказать своего мнения? – не унимался Владимир. – Так?

Его вопрос повис в воздухе без ответа.

– Глядя на вас, можно подумать, что и на юге с вами постоянно случались какие-то непонятные споры, неприятности, неурядицы и скандалы. Трудно поверить, что все прошло гладко без происшествий, если при каждом слове готовы съесть друг на друга. Мужчины легче понимают любую ситуацию.

– Таня, ты отличный психолог, – тонко подметил Леонид. – У тебя профессиональная наблюдательность. – Кстати, извини за навязчивость, но кто ты по профессии? Помимо твоего адреса о тебе мы ничего не знаем.

Смена темы теперь понравилась мне, но что-то надо было отвечать, чтобы не вызвать подозрения и сказала:

– Сейчас временно работаю над одним очень важным и интересным проектом по охране окружающей среды.

Заметила, что Леонид окончательно протрезвел и уже мог контроливать свои слова и поступки.

– Так значит ты эколог? – глубокомысленно изрек он.

– В какой-то степени да, – поддержала его догадку.

– А если точнее? Ты училась в Тарасове? – Леонид переключился на сферу моей деятельности.

– Да. В Тарасове окончила университет, работала, защитила диссертацию, открыла свое частное агентство. Выполняю любые заказы, – проговорила выразительно и интуитивно почувствовала, что мое туманное объяснение понравилось и Владимиру, и Леониду.

– В таком случае мы с тобой одного поля ягоды. Ты тоже работаешь в частном бизнесе. Так? – спросил Леонид уже более жестко.

– Верно.

При этих словах машина притормозила. Владимир вышел и прошел к своему дому, не оборачиваясь. Его атлетическая фигура растаяла в дверях подъезда.

Леонид пересел на заднее сиденье, смело положил руку мне на плечо, мечтательно вдыхал аромат моих духов, притягивал к себе. Машина тронулась. Наша дальнейшая беседа носила более интимный характер:

– Таня, почему ты не доверяешь мне? Чувствую холодок в наших отношениях, – прошептал он мне прямо на ухо. – Есть какие-то проблемы личного характера?

– Прости, Леонид. Твои придирки мне страшно надоели, – запротестовав, мне пришлось отодвинуться.

– Исправлюсь, вот увидишь. Давай заедем ко мне и там все обсудим. У меня есть прекрасное шампанское Краснодарского разлива из Абрау-Дюрсо. Называется «Ах, Абрау». Я специально берегу для особого случая. И, мне кажется, такой случай наступил, – расхваливал он свои запасы.

Его предложение меня даже немного разволновало, и было сейчас как нельзя более кстати. Мне обязательно надо было побывать у него еще раз, чтобы точно узнать размер обуви и есть ли у него кроссовки.

Еще раз как следует, поразмыслив, ответила:

– Заманчивое предложение, но предлагаю встретиться в другой раз. Сейчас уже слишком поздно, хочу спать. Кстати ты занимаешься спортом? – спросила как будто невзначай.

– Иногда. А что ты предлагаешь? Начать вместе тренироваться? – закончил Леонид мою мысль.

– Да. Почему бы нам вместе не заняться бегом. Можно и Владимиру присоединиться к нам. Нужно постоянно поддерживать себя в форме. Периодически посещаю тренажерный зал. Ты тоже можешь записаться. Будем ходить туда вместе, если не хочешь бегать на стадионе. У тебя есть кроссовки? – торопливо закончила свою тираду нужным мне вопросом.

– Конечно.

– Отлично. Давай встретимся завтра, то есть сегодня утром часов в семь и сделаем несколько кругов на стадионе, – сказала и снова посмотрела на часы.

Доходил час ночи.

– Ты шутишь? – сказал Леонид, зевнув, при этом прикрывая ладонью рот.

– Нет. Вполне серьезно, – уговаривать мне долго не пришлось.

– И как ты себе это представляешь? – почти согласившись, спросил он жестко.

– Надеваешь спортивный костюм, кроссовки и подъезжаешь к входу на стадион в семь ноль, ноль. Тоже подъеду. Кстати стадион находится как раз далеко между нашими домами. Идет?

Заметила, что хотя мое воодушевление передалось Леониду, но уговорить его встать раньше семи часов казалось мне непосильной задачей.

– Почему в такую рань мы должны бегать? Неужели нельзя выбрать другое, более подходящее время суток? Конечно, спорт это замечательно, но ради чего должен жертвовать своим сном и покоем не знаю? – спросил он, глядя мне прямо в глаза.

Слова Леонида повергли меня в уныние, но отступать не собиралась, поэтому без всякой паузы перешла в наступление, доказывая свою правоту каждым словом:

– Прости, а как бы ты хотел? Чтобы чувствовать себя стопроцентным джентльменом и ради процветания своего бизнеса надо преодолевать и не такие препятствия. Тренировка бега для этого, надеюсь, будет оптимальным вариантом. До девяти часов ты успеешь на любую срочную работу.

– Уговорила, – проговорил он вальяжно. Ты феноменальная женщина. На какие только жертвы не пойдешь ради того, чтобы угодить тебе! – примирился он. – Подвинула меня на все сто долларов. У тебя широкие связи со всеми сильными мира сего, включая и наше агентство «Монолит»!

Машина незаметно подкатила к моему дому. Я вышла и поспешила в подъезд, бросив на прощанье:

– До встречи.

В квартире быстро разделась, скинула туфли и рухнула на диван. Уснула моментально, не забыв поставить будильник на шесть часов.

3. Удачная погоня

Своим пробуждением я была обязана не будильнику, а странному чувству тревоги, охватившему меня под утро. Наконец, вспомнила, что собиралась совершить пробежку на стадионе вместе с Леонидом и заодно выяснить точный размер и отпечаток его кроссовок. Посмотрев на себя в зеркало, я увидела заспанную, слегка помятую физиономию.

«Танечка, пожалуй, лучше будет принять холодный душ», – сразу подумала я.

Голова болела, несмотря на то, что вчера я ничего не пила на банкете, кроме рюмки коньяка с Алексеем. Сбросив с себя остатки сна и головной боли прохладным душем, поставила чайник. Есть ничего не хотелось. Налила в чашку кофе и отрезала маленький кусочек кекса с изюмом. Одним глотком осушила чашку.

«Что мешает нормально жить, – стала рассуждать вслух, натягивая на себя ярко синий спортивный костюм и белые кроссовки, – нежелание заниматься честно своим делом, лень, наркотики, алчность, иногда гипертрофированное честолюбие и зависть», – можно было продолжить мои рассуждения и дальше, но боялась опоздать на утреннюю разминку на стадионе. С собой захватила только сотовый телефон со встроенной миниатюрной фотокамерой и секундомер. Сбежала по ступенькам и поспешила в сторону стадиона.

Из-за раннего часа около подъездов не было видно вездесущих бабушек. Они еще только готовили завтрак для любимых внучат. Бежала по улице, по лицу у меня струился пот.

Миновала красивые старинные особняки в стиле итальянского возрождения, исторического района, тенистый сквер с фонтанами и памятником известной личности на пересечении центральных улиц, уютные современные коттеджи, панельные и каменные многоэтажные постройки. Не смотря на усталость, залюбовалась этой частью города.

Родилась и выросла в Тарасове и считала этот город прекрасным местом. Впрочем, мое впечатление иногда омрачали разные уголовные элементы, с которыми периодически приходилось бороться.

Мысленно вернулась к более приятным вещам, продолжала свой бег, вдыхая ароматы цветов на газонах, недавно политых машинами, и радовалась току крови в сосудах и легкому дыханию.

Завернула за угол в сторону стадиона. Вот это жизнь – всегда в движении! Надо держать форму. Около входа на стадион увидела Леонида. Он стоял ко мне спиной в спортивном костюме и кроссовках с небольшой спортивной сумкой через плечо.

Рысью подбежала ближе, он обернулся, и я увидела на его лице следы вчерашнего посещения ресторана: под глазами были мешки, нос слегка припух, и волосы требовали более тщательного ухода. Встать так рано стоило ему огромных усилий.

– Ну, как самочувствие? – спросила с ходу.

– Нормально, – его «нормально» прозвучало так, как «сейчас меня лучше не трогать».

– Слышала, что лучшее средство от похмелья – это сделать несколько дыхательных упражнений и переключить свои мысли на что-то духовное, например, музыку или живопись, – последовал участливый совет.

– Есть какое-то другое средство?

– Можно просто некоторое время созерцать окружающую природу и наслаждаться.

– Возможно, но немного пива не повредит в любом случае, – сказал он и достал из сумки две банки пива и, протянув одну мне, спросил:

– Будешь?

– С удовольствием, – отхлебнув глоток из его банки, начала разминку и стала подпрыгивать на месте.

– Ты любишь виски или кока-колу?

– Для меня кроме кофе не существует никаких других напитков.

– Зря. Ну, как знаешь, – и он одним глотком опустошил содержимое другой банки.

– Похоже, сегодня будет дождь. Посмотри вон туда, – указав рукой на восток. – Надвигается огромная туча.

– Тем лучше. Раньше закончим нашу пробежку, – обрадовался он.

– Ты я вижу на машине? – поинтересовалась, так как заметила недалеко от него последнюю модель «Ауди» белого цвета.

– Да. Это моя гордость. Не люблю впустую тратить энергию и время, – провозгласил он.

Леонид бросил свою сумку на трибуну стадиона и поинтересовался:

– Сколько кругов ты предлагаешь бежать?

– Как опытному спортсмену посоветовала бы бежать кругов десять-двенадцать. Но для начала можно сделать кругов пять-шесть, – сказала, демонстративно разглядывая его обувь.

– Какие у тебя красивые кроссовки. Кстати, какого они размера?

– Сорок третьего. Почему ты спросила?

– Да так просто. Мне захотелось приобрести точно такие же кроссовки. Где ты их купил? – по-кошачьи быстро отреагировало мое самолюбие.

– Купил в Болгарии, когда ездил по турпутевке.

– Ну что побежали?

Мы стартовали. Леонид бежал впереди, высоко поднимая ноги. Его следы четко отпечатывались на гаревой дорожке. Незаметно сфотографировала следы его кроссовок, чтобы сверить эти фотографии с теми, которые мне передал Алексей. «Итак, Таня, что ты сегодня собиралась сделать для следствия, тебе удалось. Вперед и выше! Теперь тебе нужны прямые доказательства его виновности», – подумала, оценивая свои действия. Через пятнадцать минут Шустрый остановился метрах в ста от меня, скрестив руки на груди, давая понять, что больше он бегать не будет. Догнав его и, переводя дыхание, спросила:

– Разве тренировка закончилась?

– Нет. Но лучше посижу немного, посмотрю, как ты тренируешься.

– Что-то случилось? Ты устал? Ты отстал от меня на полкруга.

– Просто надоело, – с этими словами он пошел в сторону трибун, туда, где оставил сумку с вещами.

Пробежав еще пару кругов, медленным шагом подошла к Леониду.

– Улучшила свой результат на минуту и сорок секунд, – весело сказала я, вытирая пот с лица.

– Поздравляю, – отозвался он, потягивая из банки пиво.

– Спасибо. Зря ты отказался дальше продолжить бег. Появляется такое ощущение легкости. Кстати, ты говорил, что выезжал в Болгарию по туристической путевке, случайно не знаешь никого по фамилии Соркин? – спросила я, поправляя волосы.

– Соркин? – переспросил он.

– Да, уточняю Соркин Виталий – директор международного агентства «Орхидея».

Хотела раскрыть свои карты, но по его реакции поняла, что он что-то тщательно скрывает. И это может быть ниточкой для дальнейшего расследования.

– Странный вопрос, – отреагировал он серьезно. – Я заметил, что ты все время задаешь какие-то необычные вопросы. Для чего тебе это нужно? Ты что хочешь куда-то поехать в ближайшее время?

– Да. Вот закончу свой проект и махну куда-нибудь на Канары или в Испанию. Но пока не знаю, в какую фирму обратиться. Вот и спрашиваю у тебя, знаешь ты что-нибудь про эту фирму? И куда мне лучше обратиться? – с наивным лицом осыпала его вопросами.

Леонид задумался, и по его лицу угадала, что он пытается что-то вспомнить. Еще из лекций по психологии в академии, помнила, что преступник часто забывает мелкие детали преступления, концентрируясь на чем-то большом.

– Слышал, что у этой фирмы не самая лучшая репутация в городе. Поищи что-нибудь другое. Одна моя знакомая обращалась туда года два назад, но они не сумели за ее деньги организовать поездку. Потом она долго судилась с ними. Дело выиграла, но они так ничего и не вернули, сославшись на то, что они банкроты, фирма арендует чужое помещение, и едва сводит концы с концами, выплачивая налоги и деньги за аренду.

Ощущая к себе внимание, вся превратилась в слух.

– Интересная история. Значит, ты все-таки рекомендуешь мне обратиться в другую фирму? – спросила я, нащупывая нужное направление.

– Советовать не буду, но хотя бы в ту, у кого лицензия не липовая, – со знанием дела ответил он.

– А кто эта твоя знакомая, уж не твоя ли бывшая жена? – расспрос продолжался.

– Это теперь не имеет никакого значения. Ты меня спросила, ответил, вот и все. А там решай сама, что к чему, – его ответ дал понять, что разговаривать на эту тему он больше не хочет.

– Отлично. Ну что поехали по домам? Боюсь, ты опоздаешь на работу, – предложила, делая вид, что вопросов больше нет. Теперь-то, наконец, поняла, как лучше действовать, чтобы усыпить всякие подозрения Леонида относительно моей профессии

Было абсолютно ясно, что Леонид что-то недоговаривает и знает гораздо больше о международном агентстве. Расспрашивать дальше не имело смысла, и приберегала вопросы для более подходящего момента.

– Хочешь, подброшу тебя до дома? – предложил Леонид.

– Подбрось, – согласилась не без энтузиазма и села в его машину.

Он сделал задний ход, выруливая на проезжую часть. Его внимание сконцентрировалось на проезжей полосе.

– Вы ездили на юг на машине? – спросила, когда мы выехали на прямую дорогу.

– Да, а как ты догадалась? – ответил Леонид нехотя и многозначительно усмехнулся. – У меня что на лбу написано?

– Просто так спросила. Мне показалось, что у тебя уже большой опыт вождения.

– Заметил, что у женщин наблюдательность и любопытство развито гораздо сильнее, чем у мужчин, – изрек он понимающе.

– Это зависит, какой мужчина и какая женщина, – поддержала бессмысленный разговор.

– Таня, забыла, что хотела продлить договор? – поинтересовался он напоследок.

– Нет. Подъеду сегодня же. Будь так любезен, пока подготовь документы.

– Договорились. До скорой встречи.

Благополучно доехала до дома, вышла из машины, помахала рукой и направилась к своему подъезду. Когда машина скрылась за поворотом, вдалеке на противоположной стороне увидела знакомую фигуру Венчика.

Остановилась, дожидаясь пока он подойдет ко мне. Он видно не спешил, так как шел еле поднимая ноги. Его фигура выглядела вызывающе.

– Привет. Рада тебя видеть. Ну что, узнал что-нибудь новенькое, кроме того, что уже знаю? – выпалила сходу.

– Неизвестно, что ты знаешь. Ведь единственный путь, ведущий к знанию, – это деятельность, – прокомментировал он мой вопрос.

– А если конкретнее?

– Конкретнее могу сказать одно, что фирма «Монолит» – это частное охранное предприятие и имеет один филиал. Вот адрес, – Венчик протянул мне листок бумаги с адресом филиала.

– Ну и …?

– Открылась фирма два года назад и постоянно набирает обороты. Главный офис находится в помещении, где раньше находился аптечный склад. Часть склада ликвидировали, другую часть взяла под свое крылышко сама фирма, – отрапортовал Венчик.

«Так вот значит, откуда у Леонида дома столько дорогих лекарств», – мелькнула у меня мысль.

– А как насчет директора и сотрудников? Выяснил что-то?

– Кое-что: директор набирает сотрудников из бывших военнослужащих, но с уголовниками не связывается. Сам пользуется авторитетом в криминальных кругах, но никогда не пойдет на преступление: дорожит честью фирмы, – в этих его словах очень усомнилась.

– А как насчет личной жизни? Выяснил? – спросила я просто так, без интереса.

– Здесь все чисто. Никаких связей на стороне, с женщинами общается только на работе, в магазинах, прачечных и парикмахерских. Был официально женат один раз, потом поддерживал дружбу с одной сотрудницей модельного агентства, но она уехала куда-то заграницу, и сейчас он в полном одиночестве, – такой ответ удовлетворил меня полностью, так как уже убедилась полностью в этом сама.

– А как насчет Куценко? – мое любопытство нисколько не раздражало Венчика.

– Это свой парень. Всегда из дома выходит раньше всех и торопится на работу.

– И это все?

Венчик немного замялся, подыскивая нужные слова

– Парень недавно вернулся из армии, служил на Кавказе. Поддерживает дружбу с армейскими друзьями. Живет с матерью в однокомнатной квартире. В гараже у него есть иномарка, но не его, а шефа. Время любит проводить в теплой компании среди друзей в бильярдном зале «Встреча». Насчет личной жизни, то есть взаимоотношений с противоположным полом, пока ничего не выяснил, но в ближайшие дни займусь.

– Ладно, думаю здесь нужно поторопиться, – прервала его тираду.

– Молодость это такой недостаток, который с каждым днем проходит, – сказал он шутливо, перефразируя известное изречение.

– Совершенно верно.

– Таня, сумел рассеять туман?

– Немного. Вот, получай свой гонорар, – достала из сумочки бумажку в пятьдесят долларов и протянула Венчику.

Тот быстренько взял деньги, утопив их в кармане брюк, повернулся, чтобы уходить и изрек на прощанье:

– Ошибки глупцов ставят в тупик умных людей. Желаю удачи. Найдешь меня, если что.

Дома, прежде всего, выпила залпом стакан апельсинового сока и еще раз освежилась под душем. Потом достала фотографии, которые передал мне Алексей, и сверила мое фото следа от кроссовок с фотографиями следов в гостинице. Хотя размер совпадал, рисунок следа был совершенно другой.

Закурила. Теперь можно было очень усомниться в виновности Шустрого. Он мог купить кроссовки для совершения преступления и потом выбросить их. Оставались в поле зрения Куценко, Мурин и Кудинов. Кудинов пропал, Мурин где-то прячется, а следов кроссовок Куценко пока у меня не было.

В ближайшее время надо было заняться этим тоже. Докурив, переоделась в мою традиционную одежду: джинсы, спортивную майку, кроссовки, сумка через плечо. На ходу кинула в сумку кое-что из необходимых мне вещей для подслушивания: портативный магнитофон, наушники. Отвратительное чувство скуки и меланхолии исчезло. И снова почувствовала, что в моих жилах течет не бесцветная жидкость, а кровь. На этот раз все будет зависеть от моего опыта и умения преодолевать препятствия. Прилив адреналина в кровь заставил меня по-другому смотреть на минувшие события.

Приготовилась к прыжку как хищный зверь перед охотой на дичь. Для начала решила съездить и послушать, что говорят на фирме «Монолит». Мой интерес к Шустрому и Куценко еще не иссяк. Да и они, думаю, уже приехали на работу. Выехала из ворот стоянки и рванула по направлению к фирме. Припарковалась в соседнем дворе. Рассчитывая, что мое присутствие не обнаружат. Настроив приемник, стала ждать. С полчаса ничего не было слышно. Наверно, никто еще не пришел в офис. Потом услышала стук входной двери и шаги. Голос Леонида узнала сразу:

– Владимир, скажи, пожалуйста, ты справился с заданием по слежению за квартирой нашей клиентки?

– Леонид Павлович, ничего особенного. Никто к ней не приходит. Она вернулась одна примерно в час. Приехала с вами на такси. Вот и все.

– Ну и как ты это обнаружил?

– А я поехал на вашей машине.

– Та, что стоит в твоем гараже?

– Да, а разве есть другая?

Услышала легкий смешок.

– Ты многословен. Ну, ладно хватит острить. Что-то заметил, что у меня сегодня полный бак.

– Простите, успел заправиться.

– Прощаю. Она обещала подкатить сегодня и продлить договор, зря пригласил вчера ее в ресторан.

– По-моему вы ей безразличны. Она так и вьется около нашего офиса.

– Это твое дело следить. Приступай к своим основным обязанностям.

– Да, шеф. Сейчас опять пойду к ее дому. У меня там очень удобный наблюдательный пункт, рядом с соседним подъездом скамейка. Вы сами как?

– Нормально доехали. Тем все и закончилось.

– Заметили что-то странное в ее поведении?

– Нет. Она все время молча сидела, а потом собралась и резко ушла. Сегодня бегал с ней на стадионе. Она и тебя приглашала побегать. Хочешь присоединиться? – теперь услышала, как Шустрый засмеялся.

– Хорошо. Как-нибудь в другой раз.

– Проверь, как справляются наши сотрудники, и прозвони все фирмы, где находится наша охрана. Действуй. Через полчаса мне доложишь. А потом можешь отправляться на свое задание.

Такое поведение мне показалось очень странным: только вчера они чуть не подрались. А сегодня уже все было забыто. Они были друзьями и союзниками одновременно. Решила подождать еще полчаса, чтобы послушать отчет Куценко. Было еще не жарко, с удовольствием вышла из машины и немного размялась. Полчаса пролетело быстро. Когда снова настроила наушники, то услышала, что говорил Леонид:

– Что, готово?

– Да. Все сотрудники на месте. За исключением фирмы «Озеленитель». Там директор сказал, что только один охранник явился на работу.

– Иди, сам выясню причину. Позвоню ему домой.

По ходу дела я прослушала прогноз погоды, концерт и собиралась отъезжать, но тут звуки прекратились. Через некоторое время какой-то голос появился на выходе из наушников. Отключила устройство. Следить за ним в машине было сложно, поэтому поставила свою машину на сигнализацию, а сама пешком пошла следом за ним. Но шел он недолго. Буквально через два квартала он зашел в небольшую дверь под названием с вывеской «Мистер В».

Зайти мне в дверь следом было делом слишком рискованным, но отступаться было не в моей привычке. И решила рискнуть. Надев черные очки и завязав на затылке в пучок волосы, перешагнула через порог фирмы. Дверь следом захлопнулась, и я оказалась в ловушке. Отступать была привычка воров и хулиганов разного пошиба. Игральные столы, бар с напитками, приглушенная музыка, яркое освещение. Народу очень мало. Все чинно и благородно. Молодая девушка-крупье вела игру. Говорят, что игроком следует родиться. Счастье игроков в стуке фишек, звоне золотых монет, перестуке игральных костей, крутящейся в разных направлениях рулетке.

Нежданная стремительная удача, добрая вечная надежда на легкие сногсшибательные деньги их номинальное выражение. Все радости жизни: любовь, бизнес, дружба уходят перед жаждой выигрыша. Еще один виток рулетки и удача спешит к вам навстречу.

Когда я вошла в зал, то увидела, что какой-то человек в дорогостоящем и красивом костюме с золотой заколкой на лацкане пиджака уже стоял у одного стола с рулеткой. Он обратил на меня внимание во время игрой. Вся жизнь теперь сконцентрировалась для него в этой вращающейся рулетке. Высокая, очень миловидная девушка, напоминающая Анжелину Джоли в фильме «Превратности любви», подошла близко ко мне и нежным голосом, поправляя сбившуюся набок челку, спросила:

– Во что будете играть: рулетка или кости?

Смущенно улыбнулась и ответила наугад:

– Конечно, рулетка!

– Дама, представляете, как играть в кубики… Нет? Очень жаль, что здесь не играют в преферанс. Вот где надо соображать и думать, а не надеяться на удачу.

Девушка подала мне стул. Усевшись, я посмотрела еще раз на незнакомца и вздохнула:

– У меня такое чувство, что мне повезет сегодня.

Девушка улыбнулась мне в ответ и высыпала горсть жетонов прямо передо мной. Положила сколько жетонов на красное, сколько показала на пальцах, пять. Игра началась. Шарик ударился о красное! Боясь продолжения, взяла выигрыш, обменяла на валюту и прошла за стойку бара. По пути в бар обогнула стол, за которым сидел неизвестный, напоминающий Виктора Демидова, который проходил по делу об ограблении инкассатора, еще раз окинула его цепким взглядом. Заняла позицию за стойкой у двери, где хорошо было видно моего подопечного, заказала мартини, кафе-гляссе, принялась медленно потягивать мартини. Как ни пыталась раскрутить это старое дело, здесь было нечто доступное моего внимания. Убийцы, грабители, шантажисты, сутенеры, наркоманы, стриптизерши низкого пошиба из студенток хореографического училища, их содержатели, владельцы банков и салонов красоты с интимными услугами, – все они вызывали у меня раздражение, жалость и некоторую сонливость. У них была загадка, что-то заставляло их преступать закон, идти наперекор социальному порядку.

Вспомнила, что его фамилия Демидов имела вес среди сутенеров и медвежатников. Эти два брата, Виктор и Александр вели двойную игру. Почему они так поступали? Знала только я. Это было их закрытое казино, причастное к обороту наркотиков и проституции. Напряженно наблюдая за Виктором, который представлял младшего из известной сибирской династии золотодобытчиков, и у которых были золотоносные заводы в Уральских горах и на территории Дальнего Востока. Эта династия брала свое начало с середины шестнадцатого века и была оплотом царской семьи. Все драгоценные украшения, вплоть до царской короны отливались на их заводах, а бриллианты вкраплялись уже за пределами России, обычно во Франции, на заводах Фаберже. Эти украшения имели историческую окраску и были присущи только представителям царского рода. Все это богатство переправлялось через границу для дальнейшего усиления России на политической арене, так как нигде, кроме России не было столько запасов угля, железной руды, цинка, олова, черных металлов, кремнезема, платины, ртути, серебра.

Словом, мои догадки оправдались, в том, что преступник-рецидивист предвосхитил свой выход из тюремной камеры. Его срок кончался в этом году, примерно через месяц.

Наши сотрудники иногда выпускали «зверей» на свободу перед выпиской из колоний общего режима, чтобы поймать более крупную птицу. Этому способствовали их связи с нашими коллегами из других ведомств и исправительных учреждений, которые занимались расследованием запутанных преступлений в различных сферах игорного бизнеса, который прекратив существовать в начале двухтысячного столетия, буйно расцвел в последующие годы, имея легальную окраску только для сотрудников госбезопасности и администрации. Такая реальная угроза по подрыву экономике России, вместе с бурным социальным ростом налогов, повышением тарифов на жилье оттягивала последние силы у гражданского населения.

Моя позиция у окна позволяла наблюдать за движениями крупье и за рулеткой. К Виктору подошла пышная брюнетка и чуть-чуть прижалась к спине.

Все пережитые им в заключении горести: зависть, шантаж, доносы, смерть однокамерников, плохое питание, болезни, предумышленные убийства, побои, извращения, стабильное кровохарканье у туберкулезных больных, постоянное курение в закрытых помещениях, что заставляло людей ложиться на пол и грызть землю или асфальт, чтобы прекратить страдания жизни, воплощала поза женщины. Зэки иногда посещали эти заведения и общались между собой, чтобы поиграть в «русскую рулетку», «американский покер».

Заядлые игроки всегда приходили сюда со своими любовницами или любовниками. Такой заведенный ритуал приветствовался со стороны руководства. Кто проиграл смог расплатиться своей второй половиной в случае проигрыша.

В случае выигрыша уйти из игорного дома с приобретенным «экспонатом» для использования в собственных уже известных целях, то есть этот человек шел работать в шоу-бизнес, привлекая всеобщее внимание своим чересчур развитым чувством юмора или голосовыми данными, акробатикой, мимикой, танцами топлес. Их продюсеры содержали своих «рабов» в прекрасных условиях, делая все возможное, чтобы человек обезличивался, чтобы показать свое могущество среди руководства масс-медиа.

Наша задача была следить, чтобы эти таланты во время своих гастролей за границу соблюдали все допустимые нормы российского законодательства, внося сумятицу в умы зарубежных партнеров. Те тоже перекупали их за баснословные деньги у продюсеров, а потом убивали и закапывали под своими окнами на их виллах в Центральной Америке, Африке, на Севере Юго-Восточной Азии, Центральной Европе, на всем побережье Австралии. Особенно этот бизнес процветал в Греции, Нигерии, Республике Чад, Голландии, Великобритании, России, США.

Мы отслеживали их передвижения во время гастролей заграницей. При всей нашей компетентности, они постоянно перевозили наркотики, предметы роскоши, иконы, исторические памятники культуры народов Севера и Кавказских районов: скань, ковры, яйца Фаберже, золотые украшения с исторической подоплекой, серебряные изделия, кубки, завоеванные на всемирных спортивных состязаниях. Свечи, изготовленные по заказу церковных служащих, тоже имели историческую ценность и всегда фигурировали в наших отчетах. В православных храмах за пределами России они продавали их за хорошие деньги, чтобы отдать дань уважения своим предкам, которые несли там службу, и сложили головы в борьбе против всех инородных элементов.

В эту минуту крупье весело, энергично и с азартом запустил колесо, бросил шарик. Пора было делать ход. Заметила, что он поставил жетоны на красное снова. Постепенно колесо замедлило ход, и шарик оказался на черном секторе.

– Две бутылки шампанского и две рюмки мне и даме! – бросил Виктор официанту.

Брюнетка оторвалась от Виктора и резко отодвинулась в сторону:

– Торопись, приятель, принесу тебе удачу! – воскликнула дама. – Будь внимательней и поставь на красное снова, – посоветовала брюнетка.

Он слышал ее слова. Действуя по собственному усмотрению, поставил на черное. Теперь шарик оказался в красном секторе. Второй проигрыш удовлетворил Виктора. Продолжая делать ходы, большой куш заставил его собрать все имеющиеся у него жетоны и поставить в красный квадрат. Снова колесо фортуны закрутилось. Он взял рюмку в правую руку, а левой рукой легко коснулся колена брюнетки. Она уже пила шампанское из второй принесенной бутылки. Шарик упал на черное. Было заметно, как Виктор побледнел и тихо прошептал:

– Срезался!

Он медленно поднялся из-за стола и направился к выходу как лунатик. Ужасное выражение было на его лице: веки полуопущены, рот до боли сжат. Можно было подумать, что у него сильная головная боль. Пошла следом, оставив на стойке бара деньги за напитки и чаевые. Теперь весь мой интерес сконцентрировался на этой трагической фигуре.

Выбежала из казино, подлетела к машине, которая стояла в полуквартале от казино, села, включила наушники. В ушах послышался звук открываемой двери и легкий женский смех: «Моя миссия закончилась, хочу танцевать, кто со мной, вытри сопли, крошка, иди домой к своему долбаному мужу, а то сам им стану, свали тварь, какая я тебе тварь». Послышался бой посуды и скрежет металла. Они стали бить предметы интерьера: вазы, рюмки, фужеры, бутылки. Послышался женский крик, стук и звук сигнальной сирены полицейских. Веселье продолжалось. Полицейские вывели троих в наручниках и посадили в рядом стоящую машину для перевозки заключенных.

Завела мотор, медленно подъехала прямо к входу к фирме, чтобы выполнить договоренность. У входа столкнулась с Владимиром.

– Ну, вот и приехала, – бросила сходу, внимательно всматриваясь в его лицо.

– Татьяна, здравствуйте! А мы только что о вас говорили, – громко, чтобы слышно было в соседней комнате. – Рад вас видеть. Как ваше здоровье?

– Превосходно. Как ты справляешься со своими обязанностями?

– Сами видите, все спокойно, – посмотрел на дверь в комнату шефа.

– Каждое утро занимаюсь бегом, а ты? – спросила небрежно и провела ладонью вдоль своей фигуры, подчеркнуто выгнув спину. – Мы пробежались сегодня, и хочу продолжить завтра нашу тренировку. Хочешь, присоединяйся?

– Надо подумать…, – он замялся. – У меня строгое расписание.

– Ничего лишнего. Два раза в неделю хожу в тренажерный зал для укрепления мышц. Вставать в семь часов мне и в армии надоело.

– Что плохого. Всегда быть в форме, по-моему, девиз каждого спортсмена, правильно говорю?

– Абсолютно.

– Приходи, буду ждать около стадиона завтра в семь ноль, ноль.

– Хорошо. Попробую встать. Проснетесь, Татьяна, позвоните мне, пожалуйста, и разбудите. Вот мой номер телефона, – отозвался он и дал мне листок с цифрами.

– Согласна. Только зови меня просто Таня, идет?

– Идет, Таня.

– Ну а теперь о деле. Директор на месте?

– Да. Дожидается вас с нетерпением. Проходи, – предупредительно проговорил он и провел меня в кабинет шефа.

Пройдя в комнату и поставив сумку на стол, скрестила руки на груди и вперила в Леонида испепеляющий взгляд. Выглядел он гораздо лучше, чем когда с ним рассталась час назад. Шустрый смутился. Была так возбуждена, что обратила внимание на его красивые руки и аккуратные ногти.

– Спасибо за визит. Присаживайся. Если хочешь, можешь курить, – Леонид придвинул ко мне пачку сигарет. – Что-то не так? – наигранная вежливость сквозила в каждом жесте и слове Леонида.

– Все нормально. Оформляйте договор, – ответила нетерпеливо.

– Вот все готово. Надо только расписаться, – Леонид достал из стола бумаги и ручку и дал их мне прямо в руки. – Может быть чашечку кофе или рюмку вина?

– Нет спасибо, – придерживая бумаги одной рукой, расписалась. – Завтра опять встречаемся около стадиона в семь часов.

– Завтра… – он замолчал размышляя. – Гарантирую, что сам приеду и уговорю Владимира. Таня, тебе легко рассуждать, да и мне, честно говоря, очень нравятся эти пробежки. Просто исключительно из солидарности и уважения к тебе пришел сегодня, а завтра едва ли. Спроси его сама? – Леонид как мог, отказывался продолжать начатый мной эксперимент.

– Обязательно, – немного смягчившись, мечтательно улыбнулась и, окинув кабинет взглядом, проговорила: – Позвоню, когда закончу дела.

Мы распрощались.

ж ж ж

На самом деле сегодня была очень занята. Надо было встретиться с Алексеем и проводить его в Аэропорт на ближайший рейс в Сочи.

Погода резко переменилась. Как и предполагала, вскоре полил дождь, поднялся сильный ветер. Все рейсы как назло отложили. Ехать на поезде займет больше суток. Время было дорого, поэтому после моего звонка, решили ждать. Был еще автобус на крайний случай. Где-то часов в двенадцать ветер немного стих, и стал накрапывать дождь. Мы сели в машину и отправились в аэропорт. Машина неслась легко. По пути заправились.

– Неплохо бы и нам перекусить, – предложил Алексей. – Ты знаешь где-то поблизости кафе?

– Да, но лучше перекусить прямо в аэропорту.

– Отлично, давай выпьем по чашечке кофе, когда приедем. О’кей? Заодно и обсудим все подробности наших дальнейших действий.

– Послушай, Алексей, подъеду позднее, заодно отдохну недельку, и помогу тебе в делах?

– Конечно. Мне не дает покоя Мурин. Он гораздо умнее и хитрее, чем мы думаем.

– Он недавно вышел из заключения и едва ли захочет попасть на нары снова, – рассуждала вслух.

– Это верно.

– Приедешь отдыхать, когда найдешь и обезвредишь преступника. Согласна?

– Ну, что ж уговорил.

Слова Серегина насторожили меня и заставили сконцентрироваться на дороге. Когда мы подъехали, небрежно затормозила прямо у входа в зал ожидания.

– Да, кстати, выяснила, что у Шустрого совершенно другие кроссовки.

– А ты уверена, что они одни у него?

– Нет.

– Вот так. Ты должна здесь отработать версию каждого, а сразу как прилечу, немедленно появлюсь в управлении и доложу начальству о ходе следствия.

После регистрации мы зашли в небольшое кафе на первом этаже недалеко от касс. Алексей заказал два кофе и два пирожных.

– Ты еще успеешь вечером зайти в рестораны недалеко от места проживания Мурина и Кудинова. При наличии фотороботов выясни, появлялась ли где-то наша злополучная парочка. Расспроси официантов. У них глаз наметанный, наверняка заметили что-нибудь подозрительное, – мои советы показались Серегину уместными.

– Официанты – это наши люди, кроме того, у меня есть некоторые наводки.

– Ну, тебе виднее. Дай мне знать, когда у тебя что-то проклюнется. Соответственно, тоже извещу тебя.

Мы допили кофе. Когда самолет с Алексеем взмыл в воздух, возвратилась к выполнению важного задания.

ж ж ж

Первым делом решила подежурить у дома матери Мурина. Когда, никогда, Мурин должен появиться. Ордер на арест держала при себе.

Чтобы время прошло с пользой для дела, решила зайти к матери Мурина и пообщаться с ней.

Поднялась на третий этаж и позвонила. Через минуту дверь открылась и на пороге появилась Валентина Петровна. Она точно соответствовала тому описанию, которое мне дал Алексей: высокая, статная, темноволосая женщина, с выразительными глазами чайного цвета. На ней был обычный домашний фланелевый халат.

– Здравствуйте, вы Валентина Петровна?

– Да. Здравствуйте. Что вы хотите?

– Из прокуратуры, – сказала, показывая просроченные корочки работника прокуратуры. – Меня зовут Татьяна Александровна. Можно пройти?

– Ну, что же проходите, – по выражению лица и голосу поняла, что она привыкла руководить людьми, а не подчиняться. – Ваш сотрудник уже был у меня, спрашивал про Игорька. Рассказала, что знала и даже дала номер телефона Оксаны.

Пройдя на кухню, куда Валентина Петровна вежливо провела меня, села на предложенный мне табурет. Кухня была просторной со светлыми занавесками и красивой немецкой посудой. На столе стояла высокая хрустальная ваза с цветами. На полочках буфета красовались хрустальные рюмки разного калибра. Через распахнутую дверь увидела большого черно-белого кота, который выгнул спину, а потом медленно распластался на ковре в соседней комнате. Эта комната, вернее та ее видимая часть, соответствовала дизайну современной планировки жилья: в центре домашний кинотеатр, справа полки с разными безделушками и книгами, слева диван, в углу компьютер. Все говорило о прекрасном вкусе.

– У вас одна комната?

– Нет. Две. Есть еще комната сына.

– Эта комната Игоря?

– Комната Игоря вон там, – она указала на противоположную дверь.

– Но мне очень хотелось бы подробнее узнать все о характере Игоря, его увлечениях, привычках.

– Это долгий разговор.

– Рассчитываю минут на десять, – сказала, поддержав ее предложение. – Говорите, пожалуйста.

– Татьяна Александровна, знаю Игорька только таким, какой он был дома: добрый, честный, всегда помогал мне по хозяйству. Когда отец ушел из семьи, мне приходилось много работать. Так Игорек мне и обед сготовит и в магазин сходит. Конечно, не отрицаю, у него сложный характер, но мы с ним всегда ладили, – она замолчала и после небольшой паузы предложила: – Кофе или чай будете?

– Да спасибо, выпью чашечку кофе. Когда вы узнали, что Игоря обвиняют в растрате, вы пытались ему помочь?

– Такую сумму мы бы нашли, продали бы все свое имущество.

– Вы знаете кого-нибудь из его друзей?

– Некоторое время он общался с Соркиным Виталием. Они даже работали вместе. С Ларисой они учились в одном классе в школе. Но она не захотела с ним дружить, и вышла замуж за Виталика.

– Знаете, что Соркины были убиты на юге?

– Да вы что? – в свою очередь спросила она возбужденно. – Неужели, это правда?

– Какой смысл мне обманывать вас?

Сейчас хорошо было бы проверить правдивость ее слов на детекторе лжи, но выбирать не приходилось.

– Кто, как вы думаете, мог сделать это? – спросила в упор.

– Не знаю. У них было много и друзей, и врагов. Вообще-то, они были очень общительными людьми, – Валентина Петровна тяжело вздохнула. – Сейчас не могу назвать никого конкретного.

– Хорошо, – согласилась. – Вот вы сказали «врагов». Что вы этим хотели сказать?

– Вы знаете, что эта фирма одурачивала своих клиентов.

– Вот как. Откуда вы это знаете?

– Слышала от Игоря. Он говорил, что они собирали деньги за путевки, а потом говорили, что виз нет. И деньги не возвращали.

– Валентина Петровна, не знаете кого-нибудь из общих друзей вашего сына, кто был знаком и с Соркиными?

– Нет.

– У вас есть старые фотографии Игоря?

– Конечно.

Она встала, подошла к стенке, порылась на полке среди книг, достала альбом с детскими и юношескими фотографиями сына и аккуратно положила передо мной на столе. С заметным любопытством стала перекладывать снимки: ясли, детский садик, первый класс, Игорь в окружении школьных друзей, в клубе, на танцах. На одной фотографии он стоял в окружении молодых людей.

– Вот это Виталий Соркин, – Валентина Петровна указала на фото высокого спортивного вида парня.

– Можно мне взять одну из фотографий, где Виталий и Игорь вместе?

– Да, возьмите вот эту, – Валентина Петровна протянула мне карточку, где бывшие друзья стояли рядом с красивой новенькой «Волгой», и из окошка за рулем выглядывала девушка.

– Это Оксана, а рядом Игорек и Виталий, – объяснила женщина.

– А это Лара в день последнего звонка, – сказала, посмотрев на снимок белокурой девушки с косой и огромным бантом на макушке.

Перевернула фотографию и прочитала на обороте: «На память Игорю в знак нашей дружбы!»

– Замечательное фото! – искренне восхитилась я. – Такие естественные позы!

– Если честно, то нисколько не жалею Соркина. Он исковеркал Игорьку жизнь. Вот и получил по заслугам. Конечно, Ларису жалко, что она попала в сети к этому дельцу. Он ее опутал и настроил против моего сына, – проговорила женщина, и глаза ее заблестели от слез.

– Валентина Петровна, а не могли бы вы поподробнее рассказать, чем занимался Игорь до зоны? Были у него какие-то увлечения?

– Читать любил детективы, книги о разведчиках. Любил путешествовать, – в этом уже сама прекрасно убедилась. – Музыку обожал. Его приглашали работать ди-джеем на танцы, ему хорошо платили. Он откладывал, хотел купить плазменный телевизор. Он ездил в Канаду на международный съезд ди-джеев.

Поняла из каких доходов был куплен домашний кинотеатр и обстановка квартиры, но промолчала и лишь спросила:

– Простите, а с Оксаной он уже давно знаком?

– Да. Она ждала его на протяжении всех десяти лет его пребывания на зоне. Писала ему длинные письма, ходила на свидания, посылала небольшие посылки. Словом, мы вместе как могли, поддерживали Игоря. «Мурзик» – так часто называла она его в письмах, был для Оксаны чем-то большим, чем просто друг.

– Скажите, пожалуйста, а письма сохранились?

– Да. Но все они у Оксаны. Она попросила, оставить их себе.

– Значит, Лариса была забыта?

– Ну, можно сказать и так.

Ушла со странным чувством тревоги и надежды, что, возможно, все это наваждение просто неудачное стечение обстоятельств. Но оправдывать никого не собиралась. Если кто и совершил преступление, то должен понести ответственность.

Вернулась в свою машину и продолжала из укрытия наблюдать за подъездом. Прошло около часа, как во дворе затормозила «Волга», похожая на ту, которую только что видела на фотографии. Из нее вышел Мурин. За рулем сидела молодая женщина. Она осталась сидеть в машине, а Игорь зашел в подъезд и буквально через минуту вернулся. Он быстро сел в машину и «Волга» резко рванулась с места. Запомнила номер машины и немедленно устремилась за ними. Машина неслась по городу на полной скорости. Мы проехали центр и подъехали к переезду через железнодорожные пути. «Волга» проскочила, и шлагбаум медленно пошел вниз. Когда товарный проехал и шлагбаум поднялся, «Волга» видна было на горизонте. Теряя надежду, ехала следом. Через пять минут, поняла, что они оторвались и сейчас надо действовать другими методами. Набрала номер Кирьянова.

– Алло. Владимир, прости, что отрываю от дел. Пожалуйста, позвонила в ГАИ, и попроси их, чтобы задержали «Волгу», – назвала район и номер машины.

– Таня, в чем дело?

– Там находятся ценные свидетели: Мурин и его девушка. Их надо задержать. Потом объясню все подробно. Позвони мне, когда будет результат. Сама хочу поговорить с ними. Он может решиться на любую крайнюю меру. Возможно, вооружен пистолетом или другим оружием, – у меня от волнения дрожал голос.

– Понятно, не первый день работаем, – согласился Кирьянов.

Вдруг Мурин попытается скрыться, изменив внешность или по чужому паспорту. Но тогда надо надеется только на удачу. Настроение у меня было испорчено. Если вечером позвонит Алексей, то даже сказать будет нечего. Только это подумала, как зазвонил сотовый телефон.

– Алло, Таня, долетел нормально и сейчас отправлюсь на поиски Сергея. Как твои дела?

– Мать предупредила Игоря, и он сумел скрыться. Надеюсь, где-нибудь он засветится.

– Хорошо. Звони мне завтра.

Опять наступила вынужденная остановка в поисках пропавшего свидетеля. Минут через сорок позвонил Кирьянов и предупредил, что видели эту машину на выезде из города и установлена слежка.

Слегка приободрилась, вышла из дома, села за руль и двинулась в том же направлении, пытаясь сократить расстояние. Но ехать на крайней скорости в городе запрещалось, поэтому успокаивала себя, что им удастся задержать «Волгу». Даже при самом хорошем стечении обстоятельств опаздывала минут на пятнадцать.

Снова заиграла мелодия.

– Таня, ты слушаешь? Машина задержана, но там нет того человека, о котором ты говорила, – услышала хрипловатый голос.

– Как нет?! Кто за рулем?

– Девушка. Это ее машина и все документы в порядке.

Трудно было усомниться в правдивости слов. Значит, Игорь выскочил где-то по ходу и скрывается в городе. После поворота увидела «Волгу» и рядом стоящих работников ГАИ. Знала, что надо как можно больше узнать информации от Оксаны. Возможно, она даже знает, где прячется Игорь. Притормозила, вышла из машины и медленно подошла к девушке.

На вид ей было лет двадцать пять – тридцать. Мы были примерно одного возраста. У нее были крупные черты лица, вздернутый носик, круглые карие глаза и немного удивленный взгляд. Темные крашенные волосы были закручены сзади в пучок, джинсы и яркая вызывающая блузка. На лице почти не было никакой косметики.

– Здравствуйте, где ваш спутник? О чем идет речь? О каком спутнике вы мне говорите? – лгала Оксана без запинки. – Мне срочно нужно ехать. Прошу пропустить меня.

– Пропустят, когда скажете, куда исчез Игорь Мурин. Он у вас ночевал. Вы подвозили его до дома, – настоятельно требовала, надеясь, что у Оксаны лопнет терпение, и она скажет, где потеряла Мурина. Оксане понравилась моя откровенность. Возможно, она тянула время, пока Игорь уйдет подальше. Только любящая женщина знает, как лучше спрятать своего друга. Слова из Оксаны приходилось вытаскивать клещами. Она притворялась наивной жертвой обстоятельств, представляя, что ее тоже могут арестовать за укрывательство важного свидетеля по делу.

– На этот раз вам лучше сознаться. Скажите, где вы его высадили, и вас отпустят. Вам ведь только надо сказать пару слов, Мурин об этом ничего не узнает.

– О чем собственно идет речь?

– Он свидетель в расследовании смерти Виталия Соркина на яхте и его жены Ларисы, убитую в номере гостиницы.

– Да, он мне говорил об этом.

– Он вам всегда все рассказывал?

– Конечно.

На самом деле я хотела, чтобы девушку арестовывали. Требовалось установить за ней слежку, и немного смягчившись, стала долго и упорно объяснять ей, что для Мурина будет лучше, если он сам придет ко мне и даст свидетельские показания. Но, поняв, что этим трудно чего-либо добиться, строго сказала:

– Итак, раз вы все знаете, поехали в отделение там и подпишете свои слова в протоколе, – пыталась напугать Оксану. – Вам предъявят этот протокол позднее, когда вина Игоря будет доказана и он сам расскажет, где вы его высадили, но тогда вам уже будет грозить срок. Хотите? – мне показалось, что решительная Оксана думает и взвешивает все за и против.

Мне захотелось подлить масло в огонь, найти самые тонкие струнки молодой женщины и коварно произнесла:

– Жаль, вы еще такая молодая, у вас все впереди. На зоне совсем другие законы и там искренне поверят в вашу самоотверженность. Оправдывая Игоря, вы делаете хуже только себе одной. Никому не стоит докладывать об этом признании. На суде будет легче говорить.

Машину Оксане разрешили оставить временно у поста ГАИ. Она села в машину вместе со мной. Полиция поехала следом.

– Поймите меня правильно, безрассудно вести себя так легкомысленно, – продолжала уже по дороге. – Чистосердечное признание – это единственное для вас спасение.

– То, что случилось с Игорем до тюрьмы, было просто каким-то кошмаром. Растратил деньги тот самый Соркин.

– Значит надо было пойти в прокуратуру и доказать виновность Соркина, но теперь поздно говорить что-либо, – мое спокойствие, казалось, раздражало ее.

Тут смятенные чувства Оксаны вступали в противоречие со здравым смыслом.

Эта женщина казалась очень милой, обаятельной и сексуальной. В ней угадывался поразительный ум, и это только подстегивало мой интерес к ней. Если бы я была мужчиной, то непременно увлеклась бы ей, глядя на ее густые темно-каштановые волосы, широкое лицо с большими полными губами, ее высокую стройную фигуру с округлой грудью, тонкой талий и изящным изгибом бедер.

– Он никого не убивал. Он замечательный человек. Это просто несчастный случай. Может быть, у Соркина было слабое здоровье или он выпил лишнего.

– Вам это Мурин поведал?

– О, боже, да вы сами только что мне это рассказали.

Мне редко приходилось жаловаться на память, и следом решила упомянуть о методе убийства.

– Тогда почему задушили жену Соркина Ларису? – моя настойчивость, казалось, испугала ее.

– Такие ужасные подробности… И, вообще, хватит из меня жилы тянуть! – почти кричала она.

– Кто сказал, что из вас тянут жилы?

– Ну, спасибо. Век не забуду, – заговорила Оксана на блатном жаргоне.

– Пожалуйста, кого из друзей Игоря вы знаете? Ведь были у него какие-то знакомые, одноклассники, в конце концов.

– У него не было друзей. Все друзья у него остались на зоне. Правда, у него есть дядя, который помогал его матери, когда Игорь был в заключении. Видела его один раз случайно. Игорь говорил, что он живет где-то в районе парка.

– Интересно.

– Вы знаете, Игорь такой ранимый. Все принимает близко к сердцу.

– Какая фамилия у дяди?

– Фамилия? – девушка задумалась. – Такая же, как у Игоря.

– Расскажите все по порядку.

– Хорошо, скажу, что Вы просите, – стала выворачиваться из трудной ситуации Оксана. – Мы расстались у парка. Он попросил меня остановить машину, а сам вышел и побежал по направлению к озеру.

– Ну, вот видите, оказывается, мы умеем говорить, – иронично произнесла, когда машина подъезжала к районному отделению.

– Ну что, теперь свободна? – спросила она, смущаясь. – Устала ждать…

4. Новые лица

Оксану отпустили. Проводила ее взглядом, отлично понимая, что правды в этом признании мало. Но ориентиры у меня появились. Позвонила Кирьянову.

– Алло, – услышала знакомый голос.

– Привет. Это Таня тебя беспокоит по важному делу.

– Догадался. Таня, как дела? Одно то, что ты звонишь, говорит об очень многом. Что случилось?

– Владимир, твоя помощь снова мне очень необходима. Алексей Серегин приезжал ко мне и просил помочь в расследовании преступления, совершенного на яхте и в гостинице, и поисках важных свидетелей. Следы преступления ведут в наш город. Ты знаешь что-нибудь об этом деле?

– Да, наслышан. Алексей приходил к нам за информацией.

– И что ты знаешь нового?

– Практически ничего. Хочу только сказать, что трупы Виталия и Ларисы Соркиных уже доставлены, и мы вызвали родственников для опознания и захоронения.

– Сегодня надо установить наблюдение за домами Оксаны Цыплаковой и матери Мурина. Сама я решила также узнать, где проживает некий дядя Мурина, проверить дачу дяди и домик матери в деревне. Сам Мурин является важным свидетелем по делу, он находился в тот момент, когда было совершено преступление на яхте. Но он умудряется просачиваться как вода сквозь пальцы.

– Хорошо. Сообщу об этом в дежурные отделы по месту их жительства. Как насчет других подозреваемых по делу? Помощь нужна?

– Пока справляюсь сама. Но при случае обращусь.

– Молодец! Передавай от меня привет Алексею. Спроси, есть ли у него какие-то новости.

– Обязательно.

Поехала домой. Уже дома несколько раз звонила и узнавала о результатах слежения. Потом нашла в компьютере несколько человек по фамилии Мурин. Возможно, кто-то с отчеством Петрович и был предполагаемый дядя Игоря. Итак, отыскала Юрия Петровича, проживающего недалеко от центрального парка, записала его адрес и решила позвонить, а затем съездить к нему.

– Здравствуйте, это Юрий Петрович, – пропела приятным голосом в трубку.

– Да, а кто спрашивает? – ответил мужской голос.

– Это вас беспокоят из прокуратуры? К нам поступили сведения, что у вас проживает ваш племянник, – врала без запинки.

– Из прокуратуры? – недоумевал дядя. – Мне надо к вам приехать и поговорить лично.

– Что же приходите. Буду до четырех часов дома.

– Отлично.

Села за руль и двинулась по направлению к центральному парку.

Припарковалась на стоянке, зашла в подъезд, поднялась на седьмой этаж и позвонила в дверь. Мне открыл уже не молодой мужчина в спортивном костюме. На вид ему было лет семьдесят, и он похож был на мать Игоря, только лет на десять старше ее.

– Добрый день, Вам звонила только что. Разрешите пройти? – сделала шаг вперед, держа в вытянутой руке просроченные корочки работника прокуратуры

– Да, конечно, проходите. Что-нибудь не так?

– Мне надо выяснить, как часто у вас появлялся Ваш племянник Игорь. И есть ли у него какое-то место в городе, где бы он мог спрятаться? – открыла сразу свои карты.

– Что он опять натворил? Насколько знаю, он недавно вышел из заключения. Валя заходила к нам частенько, пока Игорь загорал на зоне. Чем мог, помогал сестре: то картошку, то капусту, привезу, то ягод или яблок дам. У нас сад старый, плодоносит отлично. Хватало на всех. Иногда даже на рынок носил продавать. Думал, когда Игорь приедет, будет помогать нам, но какое там…

– Простите, а куда уехали ваши дети, если не секрет? Игорь мог уехать с ними?

– Они уехали отдыхать в Кисловодск по путевке три дня назад. Игоря видел один раз после его возвращения. Теперь он, наверно, совершил еще что-то, верно? – голос дяди дрогнул.

– Как догадались? – спросила я серьезно. – Вы сами побывали там?

– Просто предполагаю.

– Мне нужен Игорь для взятия свидетельских показаний по поводу смерти супружеской пары. Он в это время находился с ними на яхте. Это случилось три дня назад. Мы с ног сбились, ищем вашего племянника, – поняла, что мои слова подействовали на Юрия Петровича как мина замедленного действия.

И чтобы подлить масла в огонь, продолжила:

– В этой ситуации ему лучше самому прийти в полицию и дать свидетельские показания.

– Да вы что? – мужчина положил руки на колени и выразительно качнул головой из стороны в сторону. – Ну, вот вы и признались. Как такое могло случиться? – и, помолчав, выразительно изрек: – Теперь конечно, Игорь боится появляться на людях. Наверняка он что-то знает, и думает, что его сразу заподозрят раз он после тюрьмы. И вообще, не представлял, что такое могло случиться на курорте.

– Вот представьте себе, – заметила, и, боясь потерять контакт с нужным мне человеком, спросила: – Юрий Петрович, у вас есть кофе?

– Нет, могу предложить чай. Кофе пью очень редко. Сердце слабое. Если курите, то можете спокойно курить.

Закурила и поинтересовалась:

– Теперь вы поняли, почему вам звонила?

– Да, – признался он. – Расскажите, пожалуйста, как все произошло.

– Это ваша очередь рассказывать. Где он может находиться в настоящее время?

На непроницаемом лице дяди появились следы озабоченности и тревоги. От волнения у него стал дрожать голос:

– Мест в городе много, за городом есть дача, а у сестры есть домик в деревне.

Закралось сомнение, что если Мурин уехал тоже в Кисловодск к родственникам. Нет лучшего места, где можно затеряться среди отдыхающих. – У Вас есть точный адрес в Кисловодске? – пыталась вывести дядю на чистую воду. – Где живут ваши родственники? – уточнила, когда хозяин квартиры налил мне чашку чая.

– Знаю. Записывайте: санаторий «Кавказ», комната тридцать четыре, Мурины Александр и Ольга.

– Скажите, пожалуйста, адрес вашей дачи и адрес домика сестры в деревне?

Юрий Петрович продиктовал и эти адреса. Ему явно был симпатичен племянник, но он хоть сейчас отправил бы его обратно в тюрьму, так как тень злобы промелькнула на его лице.

– Спасибо большое. Было интересно познакомиться с вами, – заторопилась уходить, так как надо было срочно проверить дачу дяди и домик матери в деревни, нет ли там кого. А потом позвонить в Кисловодск. Если Игорь поехал туда, то сейчас он еще в дороге. – До свидания.

Машина мчалась по шоссе с предельной скоростью. Мне хотелось быстрее доехать, боялась, что Мурин может наследить еще где-нибудь.

Начались дачи. Около поворота притормозила, определяя направление. Полюбовалась видом небольших лесистых холмов и вдохнула чистого воздуха.

Минут через десять уже расхаживала среди благоуханных цветов и ягодных кустарников. Дача дяди представляла собой небольшой двухэтажный коттедж, утопающий в цветах и зелени. Рядом фруктовый сад, кустарник, клумба, баня и небольшая беседка. Обошла вокруг и заглянула в окно. Коттедж был закрыт снаружи. На первом этаже хорошо было видно, что никого нет.

На втором этаже окна были плотно занавешены, но в некоторых местах можно было разглядеть щели. Заметив деревянную лестницу, подтащила ее к стене коттеджа, вскарабкалась по лестнице и прилипла лицом к окну. В комнате никого не было. Из комнаты дверь вела на застекленную веранду. Увидеть, что находится на веранде, надо было перетащить лестницу. С большим усилием перенесла ее и заглянула снова в окно. Внутри веранды было тоже пусто.

Выкурила одну сигарету, села в машину и двинулась дальше. Деревня находилась в другом направлении, и доехать туда можно часа за полтора. У меня появилось подозрение, что уже слишком поздно, поэтому решила посетить деревенский домик на другой день. Меня утомил сегодняшний день. Но еще должна была позвонить Алексею и обменяться информацией. Возможно, у него есть какие-то наметки в поисках пропавшего Сергея.

По пути домой, заехала в ближайший супермаркет и купила кое-что из еды. На рынке приобрела немного овощей и фруктов. Дома за полчаса приготовила ужин. Сравнивала важные обстоятельства по делу. Надо было искать настоящих свидетелей. Закурила. Мои раздумья были прерваны трелью телефонного звонка.

– Алло, Таня. Как дела? Накопала что-нибудь? – голос Алексея звучал тихо и напряженно. Казалось, что он рядом со мной.

– Знаешь, у меня есть сомнение, что Мурин все еще в городе. Полагаю, он отправился или к родственникам в Кисловодск, или в деревню, замести следы. Завтра поеду в деревню, посмотрю, нет ли там чего-нибудь интересного. Как у тебя дела?

– Нормально. Жара стоит страшная.

– Ну, хорошо, удачи тебе, сыщик! Передает привет Кирьянов.

– Спасибо.

– Звонила ему сегодня, сказал, что трупы Ларисы и Виталия Соркиных уже прибыли. Вызвали родственников для опознания.

– Жду звонка завтра.

У меня разболелась голова, приняла таблетку аспирина. Стало немного легче.

Включила музыку, села ужинать и с огромным аппетитом поела. От любимой мелодии и вкусной пищи мне стало тепло и уютно.

Все мысли были заняты ходом следствия: из четырех подозреваемых только с двумя установила контакт – это Шустрый и Куценко, двое других как в воду канули, правда, Мурин появился на горизонте, и опять исчез и где-то прячется. Подруга Мурина всячески оправдывала его. Понятно, какой смысл обвинять любимого человека. Естественно, она знает его с совершенно другой стороны, но допустила мысль, что он способен на убийство. Мнения матери и дяди Мурина слишком неадекватны, субъективны и противоречивы. Было жаль маму Игоря. Я сочувствовала ей от всей души. Чувства матерей всегда объяснимы. Установить истину было моей целью.

5. Поиски

В самолете Алексей, детально продумывая план поиска Сергея, сразу вспомнил советы Татьяны, обойти некоторые прибрежные рестораны. Эта идея соответствовала его собственным мыслям.

Из аэропорта он сразу заехал на побережье в небольшой ресторанчик «Лагуна» с морской кухней. Он сел во внутреннем дворике, освещенном золотыми лучами заходящего солнца. Знакомая официантка взглянула на Алексея с шутливым вызовом.

– Давно вы здесь не появлялись. Желаете заказать устрицы и пиво?

Вокруг него за столиками сидели люди, ели морепродукты, пили пиво и оживленно беседовали. Несколько пар танцевали под музыку. По набережной гуляли отдыхающие, наблюдая за яхтами и чайками, которые кружили над парусами. Вдали нарисовался комфортабельный туристический лайнер. Было жарко, легкий ветерок шевелил листья пальм. Обстановка была как нельзя более романтичной. Казалось, что скоро пойдет дождь. Официантка принесла заказ. Алексей поблагодарил ее и пригласил за свой столик.

– Простите, Наташа, вы видели здесь дня два назад вот этих людей, – Алексей показал портреты Мурина и Кудинова.

– Может быть, и видела, но не могу точно сказать. У нас много гостей ежедневно бывает. Всех не упомнишь.

– А если внимательно приглядеться, – предложил Алексей.

– Вот этого видела. Он заходил к нам один днем часа в два-три, – указала она на лицо Мурина, – а этого нет.

– Точно?

– Куда уж точнее. Он заказал тогда две порции креветок. Полчаса примерно сидел один. Был очень общительным и веселым.

– Спасибо. Вы мне очень помогли, – Алексей расплатился и ушел.

Ниточка опять прервалась. Алексей внимательно оглядел окрестности: дети неугомонно барахтались у берега, ленивые курортники сидели и лежали на пляже, многие плавали на цветных матрасах, что создавало яркую жизнерадостную картину.

Едва ли кто-то из них мог запомнить, что было два, даже день тому назад. Все дни для них представляли один большой выходной.

Сыщик внимательно присматривался к фотографам, торговцам сувенирами и сладостями, уличному художнику, певцу с ужасно расстроенной гитарой и владельцам караоке. «Было бы хорошо постепенно опросить всех. Хотя эта довольно капризная публика», – подумал Алексей. У него был свой особый подход к каждому из них: он помогал прописывать постояльцев, с кем просто был знаком давно и время от времени перекидывался словечками, у некоторых постоянно что-нибудь покупал, и они тоже хорошо его знали и просто улыбались при встрече.

На расспрос ушло часа два, зато потрачены они были с пользой для дела.

Алексей показывал всем портреты Сергея и Игоря. Никто не заметил их, кроме дотошного фотографа. Фотограф рассказал, что видел, как эти двое вышли из ресторана и пошли в направлении гор.

– О чем они разговаривали? Слышали? – Алексей задавал вопросы наугад.

– О чем разговаривали? Да, было слышно, что они спорили о деньгах. Молодые люди думают только об этом, – фотограф понимающе улыбнулся. – У меня глаз наметанный, часто фотографирую отдыхающих. Вот этот, – он показал на портрет Сергея, – был чем-то очень доволен. Но так сердито смотрел на всех. А я тут полез со своими предложениями: давайте сфотографируемся на память. Так он мне ответил, что на том свете фотографии не нужны.

– Безусловно. Этот что-нибудь говорил, – не унимался Серегин.

– Этот? – переспросил фотограф, еще раз взглянув на портрет Мурина. – Уж очень грозный вид. Прямо олицетворение террора.

– Вы что-то путаете? – засомневался Алексей.

– Путаю, – повторил фотограф. – Фотоаппарат разве может спутать? Фотография как зеркало отражает реальность.

– Спасибо.

Алексей купил бутылочку минералки и моментально осушил ее, так как от всей этой жары, суеты и чрезмерной словоохотливости свидетелей у него пересохло в горле. Хотелось еще перекусить чего-нибудь, но Алексей решил поужинать в ресторане «Горный аул», куда по его расчетам пошли друзья. Там часто отдыхали приезжие, кому не терпелось потратить легкие деньги: авторитеты криминального мира, воры в законе, высокооплачиваемые проститутки, шикарные девочки, не чистые на руку игроки в карты, черные маклеры, бывшие диссиденты, кто недавно вернулся из эмиграции, второсортные артисты, словом, все те, кому не хотелось показываться на широкой публике. Они оставляли здесь иногда за вечер более десяти тысяч долларов или его годовой оклад.

Ресторан принадлежал местному воротиле. Он выкупил его за большие деньги, зная, что прибыль потечет рекой.

Алексей свернул с центральной дороги и стал подниматься в горы. Подъем был довольно крутой, но на машине это расстояние проезжали за минуты. Наконец, вдалеке послышалась веселенькая музыка, и Алексей увидел мерцание огней.

Ресторан всегда находился под контролем местной полиции, поэтому его появление будет расценено, как очередное дежурство, что на деле было именно так. Единственное, что смущало Алексея, это то, что он был без машины, но это легко исправить, позвонив в отделение. Он набрал номер и сообщил о своем пребывании. Ему сказали, что за ним подъедет дежурная машина. Хозяин ресторана, дородный седовласый грек, улыбаясь своими золотыми зубами всем подъезжающим, стоял у входа и лично здоровался с гостями. Он сам строго следил за порядком. Заметив Алексея, он как-то нервно дернулся и проговорил:

– Добрый вечер, Алексей Иванович! Добро пожаловать к нам, – с южным акцентом поприветствовал он гостя.

– Как у вас дела?

– Сами видите, – он кивнул в сторону публики.

– Давно я у вас не был. У меня к вам дело.

– Да, да. Подойду к вам позже. Вы пока присаживайтесь вот сюда, – он указал на свободный столик у окна. – Люсенька обслужи гостя, – попросил он.

Люся, ярко-рыжая, с короткой стрижкой красавица в красной юбке, едва прикрывающей бедра, подошла к столику Алексея.

– Пожалуйста, принеси салат, бифштекс и что-нибудь выпить.

Алексей огляделся вокруг: белые скатерти, стены, выложенные из необработанного камня, деревянные статуэтки, свечи в высоких подсвечниках. Обстановку оживляли искусственные цветы в кашпо. Кругом была чистота и порядок. Зал был слишком большой, чтобы охватить всех присутствующих.

Гости рассаживались поближе к эстраде, где разместился небольшой оркестр. У них была своя программа, но они предпочитали играть на заказ.

А заказы поступали как из рога изобилия. Играли, начиная от лезгинки и «Черных очей» до модной попсы. Наблюдая, Алексей понял, что здесь и могла произойти трагедия. Место довольно глухое. Напоить, а потом заманить Сергея чуть в сторону от ресторана Мурин или кто другой мог совершенно спокойно, не опасаясь, что на него кто-то обратит внимание.

– Какое у вас ко мне дело? – спросил хозяин, подойдя к столику.

– Посмотрите, пожалуйста, не узнаете никого на этих портретах из ваших гостей?

– Нет, хотя постойте, – владелец ресторана присел за столик и стал внимательно изучать рисунки. Видно было по его лицу, что он старается что-то вспомнить.

– Пожалуй, да. Дня два назад они заходили отдохнуть к нам сюда.

– Могли бы вы рассказать, что запомнили о том вечере? – Алексей старался говорить так, чтобы до собеседника дошел смысл слов.

– Прежде всего, мне бросились в глаза эти молодые люди, так как они были очень разные по росту и манерам поведения. Один очень высокий, темноволосый, хорошо разбирается в музыке, так как раза два подходил к оркестру и о чем-то говорил с ними, другой юркий, развязный. Постоянно извинялся и требовал что-то. Мне очень не понравились их разговоры, так как они употребляли очень много бранных слов и выражений.

– Каких, например? – Алексею не хотелось вдаваться в подробности их речитатива, но в целях, чтобы воспроизвести картину происходящего, продолжал задавать каверзные вопросы.

– Разве я запомнил все, что они говорили… – и владелец ресторана мечтательно закурил, припоминая все детали той ночи. – Одно я помню точно, один из них постоянно демонстрировал пачку долларов, а другой слащаво улыбался, постоянно пил коньяк и ничего не ел. На столе у них был наш местный напиток, кстати, очень хорошего качества. Хотите попробовать? – и мужчина протянул мне рюмку их местного самогона.

– Нет, спасибо… Как-нибудь в следующий раз обязательно попробую, – Алексей отстранил протянутый ему бокал с вином. – Что-нибудь еще они заказывали, куда-нибудь отлучались, помните? – усомнился Алексей в честности владельца ресторана.

– Отлучались… – он почесал затылок и сделал паузу. – Заказали потом, кажется, бутылку водки и горячее, то есть мясное блюдо.

– Кто обслуживал, помните? – Алексей старательно выговаривал слова, так как знал, что грек хорошо разбирается в ассортименте.

– Посмотрите сколько у нас красивых женщин и у каждой полно клиентов, – сказал хозяин, теребя правой рукой слегка заросший щетиной подбородок и, вытянув вперед левую руку, показал в сторону зала. – Кажется, вспомнил. Работала смена Саркисовой. Они и сегодня здесь. Зулечка, – позвал он яркую высокую татарку в облегающем черном платье с низким декольте и туфлях на плоской подошве. – Она вам поможет.

– Что, Арафат Шалвович? – женщина вопросительно посмотрела на нас подошла поближе и приветливо улыбнулась.

– Ты не помнишь вот этих гостей, – грек показал портреты Мурина и Кудинова. – Они были здесь два дня тому назад. Что заказывали: вино, коньяк или водку? Что брали покушать: шашлыки, сациви, гуляш? Вспомни-ка дорогая. Здесь вот молодой человек из полиции интересуется ими, – греку явно симпатизировала официантка.

– Конечно, помню. Они заказывали бутылку коньяка, бутылку водки и два вторых блюда. Попросили что-нибудь на мой выбор, принесла им антрекот с овощами, – официантка старалась угодить хозяину. – Они сильно напились, приглашали танцевать, ругались и потом ушли.

– Спасибо тебе милая. Ступай.

Зулечка ушла, поправляя прическу на ходу.

– Интересно, – Алексей уже рисовал картину происшедшего. – Что они говорили, слышали? Быть может, видели в каком направлении они шли, когда вышли из ресторана? – поинтересовался Алексей.

– Народу было много. Официантки бегали туда сюда, старались угодить посетителям. Что собственно случилось? Убили кого-то?

– Ищем. Вот когда найдем, тогда скажу.

– Ну что ж ищите. Работа ваша такая.

Хозяин встал из-за стола и занял свой столик рядом со стойкой. По его лицу было видно, что он озадачен. Официантка принесла ему чашечку кофе и рюмку коньяка. Гости продолжали кружиться под звуки оркестра. Ресторан будет работать до часу ночи. После разговора с хозяином, Алексей заметил знакомого полицейского. Они пожали друг другу руки.

– Ну, как дежурство? Ты завтра приедешь на совещание?

– Обязательно, Иван. Доложу о результатах. Сейчас кое-что выяснил. Понадобится завтра собака. Окрестности зачистить надо.

– Думаю, будут проблемы.

Они постояли минут пять. Эффектные женщины в удивительных туалетах маняще улыбались. Праздничное веселье продолжалось. Полумрак и мерцание огоньков создавали фантастическое впечатление завихрения, оторванности от мира и таинственности. Слышался смех.

Алексей и Иван прошли к машине. День выдался трудный и Алексей задремал. Его довезли до дома.

– Встретимся на совещании.

– Тебе надо выспаться

Они распрощались, и Алексей поспешил домой.

Дома Серегин взвесил факты, все за и против. Он не обольщался, ожидая легкую победу. Правда, времени у него было маловато, но он очень надеялся на Татьяну и ее методы работы.

ж ж ж

Было уже поздно, начало второго, но из-за срочности информации Алексею хотелось поговорить.

– Алло, Таня, извини. Наверно разбудил тебя, – услышала в трубке, когда приняла душ и уже, действительно, собиралась лечь отдохнуть.

– Говори, Алексей, если есть что сказать.

– Нашел, в каком ресторане были Кудинов и Мурин, также выяснил, что все следы исчезнувшего Сергея ведут в горы. Завтра, то есть сегодня, будем искать с собаками.

– Алексей, что искали преступники в номере Соркиных? – отозвалась, зевая. – У тебя есть какие-то варианты?

– Деньги и ценности Соркины держали в камере хранения. Личные вещи были просто разбросаны по комнате.

– Раз они перевернули все вещи, значит, что-то искали. Тогда постараюсь здесь узнать, какие ценности принадлежали Соркиным.

Положила телефон, достала сигарету из пачки и закурила, пытаясь представить, что же все-таки искали. Быстро выпуская дым, продолжила разговор.

– У тебя гениальная интуиция. Подумай, там замешано третье лицо.

– Хорошо. Попытаюсь выяснить, с кем сидел Мурин на зоне, и кто сейчас уже вышел. Конечно, это будет сложно.

– Хотелось бы проверить, были ли у Соркина помимо Мурина другие враги, кого он успел нажить, пока тот сидел.

– Да ты прав. Обязательно схожу еще раз в турфирму Виталия Львовича и пообщаюсь с сотрудниками, – заверила Серегина, медленно выдыхала дым от сигареты.

Порывы ветра на улице шевелили деревья, они вырисовывались как сказочные тени удивительного мира. Чувствовала себя его мельчайшей частичкой. Сон как рукой сняло. Будто реальность перетекла в другое измерение и поглотила при своем перевоплощении все предметы, превратив их во что-то совершенно иное, сказочное. Лишиться сна, не слишком-то большое удовольствие, для дела всегда мешает, именно ночью начинаешь думать о том, что днем предстоит сделать. У меня возникло желание бросить кубики.

Достала мешочек, потрясла его и высыпала на стол заветные магические «косточки». Выпали цифры: 13, 21, 30. Достала объяснение и прочитала: «У вас давно был такой шанс столь полно себя реализовать. Рассмотрите все дополнительные источники, все предложения о сотрудничестве. Беритесь за любое дело, даже если придется трудиться по ночам».

Поняла, что предстоит много кропотливой сыскной работы, поэтому была необходима тщательная подготовка, особое внимание и осторожность.

Итак, план действий на завтра был разработан: стадион, попытаться сфотографировать отпечаток следа кроссовок Куценко, съездить в деревню, предполагаемое место укрытия Мурина, посетить фирму, где работали Виталий Львович и Лариса, и выудить всю возможную и невозможную информацию об их внутренней и зарубежной деятельности. Имели ли они связи с известными коллекционерами? Если да, то с кем? И что именно коллекционировали?

Ответы на эти вопросы, возможно, получу, когда сама лично побываю у них дома. Кстати не плохо было бы порасспросить соседей. Те наверняка кое-что знали. Но квартира была опечатана. Стану работать по иному плану: попаду в квартиру через окно или воспользуюсь отмычками, которых у меня был полный набор. Поле деятельности казалось необозримым. Ради лучшего друга пойду на риск! Но кто не рискует, тот не пьет шампанское. Такая игра стоит свеч! Вперед Татьяна Александровна. Лучше грудь в крестах, чем голова в кустах. Напрягись и дня через два преступник сам придет к тебе, и мы отправимся с Серегиным отдыхать на юг.

ж ж ж

Сегодня хорошо помнила, что договорилась снова совершить небольшую пробежку на стадионе. Утвердительный ответ от Леонида получила. Его алиби было почти полностью доказано. Подозрения с Куценко тоже еще не сняты.

Следы его кроссовок мне были очень необходимы. Поэтому, как только проснулась, посмотрела на часы, боясь опоздать: было без четверти шесть. Звонить Леониду еще было рано, наверняка он спал. Прошла на кухню и сварила кофе. Когда кофе начал кипеть, тут же сняла с огня и налила в чашку. Села за стол, сделала глоток и почувствовала всю прелесть напитка. Потом набрала номер сотового Леонида. Он сразу взял трубку. Мне почему-то показалось, что он ждал моего звонка.

– Привет, Леонид.

– Татьяна, ну как дела? Что-то случилось?

– Все в порядке. Ты забыл, о чем мы с тобой договаривались?

– Почему? Все помню прекрасно. Прости, но у меня складывается впечатление, что тебя больше беспокоят соседи или похитители почты.

– Можно сказать и так, но знаю, что вы защитите меня.

– Рад это слышать.

– Ты готов к тренировке?

– Почти. Через пять минут выхожу из дома, а через пятнадцать мы встречаемся.

– Жду на том же месте, – закончила приглашение.

Итак, решила сегодня пойти «ва-банк». При встрече на стадионе с Владимиром и Леонидом смогу разыграть свою козырную карту и выяснить был ли кто-то из них замешан в этой кровавой драме. Рискнула и набрала номер телефона Владимира. К телефону долго никто не подходил. Наконец услышала знакомый голос: – Таня, это ты так рано? Дорогая сколько лет сколько зим!

– Как ты догадался? – самодовольно съязвила.

– Помню, о чем мы договаривались.

– Ну что готов к тренировке? – командирским тоном выпалила приказ.

– Вполне. Уже выхожу, – сказал он, и представила, что он только встает с постели.

– Если так, тогда вперед! Не забудь надеть спортивный костюм и кроссовки, – напомнила заботливо.

– Извини, пожалуйста, но кроссовки порвались, а купить новые еще не успел. Надеялся сделать это вчера, но был занят до самого вечера. Смогу бежать в кедах.

Его слова повергли меня в шок. Только собралась соединить черепки разбитой вазы, а она лопнула у меня прямо в руках.

– Нет, так дело не пойдет. Надо бежать в кроссовках. Посмотри, куда ты их дел? – старалась как-то исправить ситуацию.

– Положил в ящик для мусора в сарае, – проговорил он. Моя радость сразу выплеснулась наружу и как можно мягче резюмировала:

– Ты поторопись и возьми их, а я буду ждать тебя на стадионе. Понял?

– Конечно, понял. О’кей.

– Сегодня днем купишь новые кроссовки. Если хочешь, можем вместе сходить и выбрать на твой вкус, – заботливо успокоила его.

– Татьяна, ловлю тебя на слове.

– Договорились, буду ждать.

Убрала телефон в сумочку, и выбежала из дома в надежде, что мои сегодняшние старания увенчаются успехом. Было без четверти семь, но город уже купался в утреннем солнце. Как и вчера, решила пробежаться до стадиона.

Десяти минут мне хватило, чтобы оказаться рядом с главным входом на стадион, но ни машины Леонида, ни его самого не заметила. Это меня сильно насторожило. Главное для меня было сейчас встретиться с Куценко, поэтому набралась терпения и вышла на дорожку. Расслабилась, сделала несколько прыжков и побежала первый круг. Внезапный звонок потребовал, чтобы ответила. Это звонил Леонид. Голос у него был, как никогда взволнован.

– Таня, ты меня ждешь?

– Да, конечно, – отозвалась. – Почему ты спрашиваешь?

Его волнение передалось мне. И что-то подсказывало, что у него проблемы.

– Застрял. Случилось непредвиденное, – его голос дрожал.

– Что? Ты заболел? – недоумевая, проговорила.

– Нет, но гораздо хуже. Сейчас вызвал полицию и жду, чтобы попытаться выяснить, кто подложил мне в машину тротиловую бомбу.

Последние слова заставили меня серьезно задуматься.

– Постой и как ты это обнаружил? – удивилась неожиданному известию.

– Вчера оставил машину у подъезда, не стал ставить в гараж. А сегодня открыл дверцу, сел, собираясь завести, но сначала посмотрел под сиденьем. У меня там всегда лежит дежурная пачка сигарет. Прячу, чтобы меньше курить. Пока шарил рукой, пытаясь нащупать сигареты, натолкнулся на небольшой сверток. Достал и обнаружил двухсотграммовую тротиловую бомбу с часовым механизмом. Сразу позвонил в полицию и вызвал дежурного, чтобы составить протокол, – проговорил он заикаясь.

Меня переполняла досада из-за испорченной встречи со свидетелями по делу, но пришлось убедительно сказать:

– Сейчас подъеду. Там могли остаться отпечатки пальцев. Осмотрись вокруг. Может быть, за тобой следят.

– Думаю, что это мне первое предупреждение.

– Ты кого-то подозреваешь?

– Как сказать. Никого конкретного. Даже не представляю, кто бы это мог сделать.

– Ты запомнил все, что тебе сказала?

– Естественно. Если сможешь, подъезжай. Никуда не отойду, пока не приедет полиция.

– Хорошо жди.

Тут же позвонила Куценко. Никто не брал трубку. Закурила. Трудно было поверить, что бомбу мог подложить Владимир. Между ним и его шефом были нормальные дружеские отношения. Шустрый и сам мог подстроить покушение, чтобы таким образом отвести от себя всякие подозрения и самому выступить в роли жертвы. Несколько раз я набирала один и тот же номер, но безуспешно. Наконец Куценко взял трубку.

– Татьяна, ты мне звонила? Извини, не слышал. Ходил в сарай за кроссовками. Долго искал, но не нашел их. Сарай у нас закрывается только на крючок с внутренней стороны. И кроме меня им пользуются мои соседи. Может быть, кто-то взял да и выкинул их или бомжи позаимствовали.

– Ладно, – ответила я. – Побегаем в другой раз.

Вернулась домой. Не теряя время на сборы, села в машину, оставленную вчера около дома и поехала к Леониду. Мой распорядок дня несколько изменился. Когда подъехала к дому Леонида, полиция уже работала на месте. Притормозив около его машины, вышла и подошла к Леониду. Он был в спортивном костюме и тех же кроссовках. Лицо у него было бледное и испуганное.

– У тебя, оказывается, есть враги? – спросила. – Не догадываешься, кто бы это мог быть?

– Даже не представляю, – недоумение было написано на его лице. – Таня, вызвал дежурную бригаду. Они прибыли минуту назад. Пусть разбираются.

– Конечно, это твое дело, но постарайся вспомнить, кого последнее время ты больше всего раздражал?

– Да, никого, – обиделся он. – Прошло более недели с моего приезда. Слишком короткий срок, чтобы нажить врагов.

– Но как видишь, значит, кому-то у кого есть серьезное оружие, ты уже не угодил.

Тут вспомнила слова Венчика о связях Шустрого с криминалом, но тут же отбросила эту версию.

– Мне, кажется, это конкуренты нашей фирмы.

– Скорее всего, – отозвалась я. – Ты пока здесь, а я поеду мне надо решить некоторые свои вопросы. Хорошо?

– Ладно, – согласился он гораздо спокойнее.

Снова села в машину и поехала в сторону пригородного шоссе. Мое обещание сходить с Владимиром в спортивный магазин оставалось в силе. На это мероприятие понадобится примерно час, а потом оттуда поехать в деревню, где находился домик матери Мурина.

ж ж ж

На другой день на утреннем совещании Серегин докладывал о результатах командировки.

– Забирайте наших ребят и за дело, – серьезно сказал генерал после доклада Алексея. – В нашем городе редко происходят подобные казусы. Здесь курорт международного значения и мы приложим все усилия для ликвидации подобных преступлений. Вы сами-то откуда? Кажется из Тарасова. Отлично, – он пожал Алексею руку. – Постарайтесь сделать работу хорошо и отыскать пропавшего преступника. Так договорились? Хорошо. Идите.

Алексей вышел из кабинета. События принимали крутой оборот. Алексею выделили собаку и двоих омоновцев. Отряд на машине поднялся в горы и рассредоточился по местности. Они прочесывали территорию метр за метром. Хуже всего было то, что не было следа. Шли наугад. Дорога петляла между скал и переходила в узкую тропу. В некоторых местах шли вообще без дороги, между кустарников через чащу леса.

Алексей торопился и тяжело дышал, когда карабкался на гору. Он знал, что надо тщательно прочесывать километр за километром, и для осмотра всей близлежащей территории потребуется ни один час. Но факты в результате должны превзойти все ожидания.

Отряд школы полицейских одетые в костюмы защитного цвета внимательно изучали близлежащую местность на расстоянии трех или четырех километров выше ресторана. Затем стали спускаться ниже в ущелье. Собака постоянно останавливалась у кустов и что-то копала. Алексей пытался вычислить местонахождение, как он предполагал, трупа. В некоторых местах попадались предметы туристов: старые миски, платки, обрывки газет и целлофан. Пытаясь облегчить себе задачу, решили двигаться все сразу в одном направлении.

На самом дне ущелья у поворота в долину, где текла горная река, собака начала копать землю усерднее обычного. Отряд рассредоточился в разных направлениях.

– Остановимся и поищем в этом месте, у меня появилось предчувствие, что здесь что-то есть, – предположил Алексей и сам стал ковырять землю небольшой лопаткой.

Ребята тоже принялись раскидывать камни, щебенку, ветки и листья, которые были разбросаны повсюду, и казалось, лежали здесь еще с всемирного потопа. Однако, неожиданно среди корней, сучьев и аккуратно примятого щебня стала показываться нога в летнем ботинке, затем появилось и все тело. Оно успело сильно испортиться, так как было все покрыто кусочками глины, и, по-видимому, пролежало здесь день или два. Серегин внимательно осмотрел тело. На правой руке у запястья была татуировка «Сергей». Это было то, что осталось от Сергея. Ботинки были примерно сорокового размера, и их отпечаток совершенно не соответствовал тому, что они обнаружили в номере гостиницы.

После осмотра трупа обнаружили, что на черепе чернела запекшаяся кровь – метка от удара по голове, в районе шеи, плечевого пояса и груди просматривались синяки и гематомы. Почти в самом центре, чуть выше правого соска было большое пятно от ножевого ранения.

Вероятно, удар пришелся в самое сердце, и смерть наступила мгновенно. Такой поворот событий озадачил следователя. Он сфотографировал место преступления. По рисунку фоторобота криминалист опознал личность Сергея Кудинова, который у них значился в списках пропавших без вести.

Алексей порылся в карманах убитого. Там он обнаружил старую записную книжку, платок, двести рублей и паспорт на имя Кудинова Сергея, прописанный в Тарасове. Сомнения исчезли окончательно.

Алексей полистал страницы записной книжки, и на некоторых прочитал несколько записей адресов, фамилий и имен.

Серегин положил все вещи в целлофановый пакет. Все это будет серьезными вещественными доказательствами в дальнейшем расследовании. Из-за поворота показалась машина. Она остановилась, и тело осторожно перенесли и погрузили в машину.

Машина уехала, а омоновцы с собакой и Алексей решили задержаться. Вина Мурина была очевидной, нужно было найти какие-то улики, отпечатки пальцев и орудие преступления. Алексей заметил следы костра на расстоянии двух метров и торопливо подошел поближе. Там были разбросаны две банки из-под пива, одна пустая бутылка водки, пластиковые стаканы, коробка от сока, носки. Все это собрали и положили в специальный контейнер и взяли с собой.

Еще раз обошли окрестности, более тщательно обращая внимание на возможные вещественные доказательства. В одном месте собака опять принялась копать.

Алексей заметил небольшой блестящий предмет среди вороха листьев и пожухлой травы. Он наклонился пониже и, надев перчатки, осторожно взял эту вещь, чтобы не стереть отпечатков пальцев убийцы, положил нож в еще один специально приготовленный для этих целей целлофановый пакет.

Оказалось, что это был обыкновенный нож из ресторана «Горный аул», которым преступник воспользовался в своих целях. Заключение врачей должно быть на следующий день. А пока Алексей решил позвонить Татьяне Ивановой в Тарасов и выяснить, как идет расследование.

6. Поездка в деревню

Когда позвонила Куценко, то сообщила, что смогу вырваться на часик. Он с готовностью согласился, тем более что до окончания рабочего дня подполковника Кирьянова было еще далеко. Владимир ждал меня около магазина «Спорттовары», как и было условлено в половине пятого.

– Таня, надеюсь, что ты подскажешь мне, – улыбнулся он.

– С удовольствием.

Мы обошли полки, заставленные разнообразной спортивной обувью, внимательно изучая всевозможные подошвы кроссовок. Одни, как мне показалось, очень напоминала ту, что мне надо было найти.

– Владимир, тебе нравится эта модель? – показала кроссовки своему спутнику.

– Вполне приличные, – проговорил он деловито, разглядывая новую модель.

Он примерил. Мне понравился фасон, и Владимир одобрительно кивнул. Назойливый продавец выписал товарный чек.

– Отличный выбор, – улыбнулся продавец.

– Таня, у тебя легкая рука на покупки. Фирма Рибок – это то, что мне нужно.

Владимир расплатился, и мы покинули магазин.

– Извини, я тороплюсь на задание, – заторопился Куценко. – Пока.

Звонок застал меня, когда выехала на трассу. Это был Серегин. Мне очень хотелось пообщаться и провентилировать основные моменты следствия.

– Алло, – голос Алексея звучал решительно. – Таня, поздравь меня.

– Прими поздравления, – заочно поздравила Алексея, переключая скорость.

– Сегодня нашли труп Сергея. Врачи установят причину и время смерти. При нем находилась записная книжка с адресами и телефонами, вышлю ее тебе сам. Ты посмотришь и поймешь что к чему. По версии криминалистов смерть наступила от ножевого ранения. Орудие убийства мы нашли в десяти шагах от места преступления. Внимательно осмотрел обувь: у него на ногах были летние ботинки примерно сорокового размера. Их отпечаток совершенно не соответствует следам, оставленным в гостиничном номере. Как твои дела?

– Еду в деревню за доказательствами вины подозреваемого Мурина. Расспрошу соседей, поищу дополнительные улики. Помнишь одного из свидетелей, кто был на яхте по фамилии Шустрый? Так вот. Ему сегодня подложили в машину тротиловую двухсотграммовую бомбу. Кто это сделал, он примерно догадывается.

– Ты-то как думаешь?

– Конкуренты или те, кому он здорово насолил.

Мне хотелось порадовать Алексея своим расследованием.

– Желаю удачи. Докладывай мне о ходе дела. Жду твоего звонка.

«Ну, что же Танечка постарайся сложить факты воедино и из всей этой массы выложить правильную мозаику», – подумала, перебирая в памяти события последних дней. По дороге заправилась, купила «Салем» – лучшее, из того, что было в табачном киоске. У развилки выяснила, как ехать. Обогнав на повороте трейлер, переключила на третью скорость и с новыми силами выехала на пригородное шоссе. Отъехав километра два, посмотрела на город в боковое зеркало: он таял в синеватой дымке выхлопного газа. Слева и справа от дороги зеленели фруктовые сады. У меня сложилось впечатление, что у преступника был до мелочей заранее разработанный план действий. Он постарался избавиться от ненужных свидетелей, чтобы отвести подозрения в тягчайшем преступлении от себя. Возможно, в этом и заключалась его задача: попытаться сделать так, чтобы все подозрения падали на Мурина и как можно скорее.

Оксана, подруга Игоря, упомянула при разговоре, что все друзья остались у Игоря на зоне, а кто вернулся раньше, ждут, не дождутся, когда же им снова выйти на дело, показалось мне просто вспышкой гнева любящей женщины. Но часто в таких высказываниях содержится отгадка на все загадки. Точно убежище у них имеется, и они сумеют поддержать своего друга. Игорю непременно надо где-то прятаться и самым дешевым оптимальным вариантом был именно этот домик. Ехать туда одной было опасно, поэтому позвонила Кирьянову, заодно и проконсультируюсь. Дозвонилась легко и услышала немного усталый хрипловатый голос.

– Привет, работникам полиции, – выпалила сходу.

– Собираюсь поехать в деревню, где у матери Мурина дом. Возможно, там будет развязка следствия. Хотел бы присоединиться ко мне, чтобы самому арестовать преступника, – меня раздирало чувство радости, что следствие подходит к концу.

Кирьянов внимательно выслушал и, кажется, на этот раз обеспокоился всерьез: – Да, после работы, часов в пять, начало шестого. – Где ты сейчас находишься? Встречу тебя. Подъезжай к перекрестку около поста ГАИ, – он во всех подробностях стал объяснять, где он будет меня ждать.

– Хорошо, – на минуту задумалась. – Встретимся, где договорились.

Мы обсудили различные варианты действий. Мне нужно было, чтобы Кирьянов подстраховал меня. Он стоял на обочине, когда затормозила около поста. При его занятости, оценила «жертву», но не стала говорить об этом, чтобы очень-то не загордился.

– Владимир, для меня ты практически неуловим, – начала с критики, когда он сел в машину, и мы двинулись в нужном направлении.

– Таня, ты права. Сам не знаю, как вырвался, – вздохнул он. – Заметил, любишь рисковать. Просто хочу уберечь тебя от самой себя.

– Спасибо, родной полиции, – пошутила, стараясь перевести разговор в деловое русло. – Это расследование для меня вопрос чести. Ты сам знаешь, Алексей так просто не стал бы приезжать к нам в Тарасов. Конечно, у вашей организации свои методы, но моя практика более эффективна.

– Ты наша сыщица, – Кирьянов снисходительно улыбнулся.

– Боюсь, что Мурин уже оценил наши усилия, если он до сих пор гуляет на свободе. Мы идем за ним прямо по следу.

– Посмотрим, что покажет наша экскурсия, – после небольшой паузы сказал Киря.

– Мне до сих пор не понятно, что же преступники искали в гостиничном номере. Ваши ребята успели побывать у Соркина дома? Есть там что-нибудь полезное для следствия? – мне не хотелась открывать свои карты, но решила просто прозондировать почву.

– Виталий Львович был крупным коллекционером старинных орденов. Коллекционировал он их давно, примерно лет пятнадцать, – изрек подполковник. – Как и каждый коллекционер, он почти все деньги тратил на пополнение своей коллекции. Ему часто предлагали продать отдельные экземпляры, но он редко соглашался. Возможно, преступники знали, что он хранил всю коллекцию в банке, но надеялись, что привез пару орденов на продажу, поэтому перерыли все в его номере в гостинице, – выложил Кирьянов все имеющиеся у него в наличии сведения и лично свою версию.

«Да, загвоздочку ты себе приобрела, Татьяна Александровна. Что-то в этом коллекционировании не сходится. А если, эта коллекция принадлежала вначале Игорю, раз они вместе работали когда-то», – рассуждала и мне становилось намного легче.

Каждый поворот событий был разработан заранее и вариантов в расследовании должно быть столько, сколько потребуется для обезвреживания этого гнусного преступника. Хотелось верить, что следствие идет по правильному пути. Эта поездка будет еще одной яркой страницей в раскрытии этого сложного дела. Стала вслух высказывать свои версии по делу, так как к своему неожиданному удивлению поняла, что следствие заходит в тупик.

– А что если преступники все же успели похитить что-то? Существует перечень всех орденов коллекции Соркина? Надо выяснить все ли ордена на месте или что-то пропало.

– Таня, ты гениальна. Вот и займись этим. У тебя сыщицкий нюх в таких делах, – рассуждал он, зная мою женскую слабость к похвалам. Надо быть хорошим психологом, чтобы суметь задеть мои самые тонкие душевные струнки.

– Что мне за это будет? – обгоняя большегрузный транспорт, выехала на встречную полосу и затем на удивление легко влилась в поток легковых автомобилей загородного шоссе.

– Этот вопрос решаем. Мы же договорились после этого расследования ехать вместе с детьми отдыхать к Алексею в Сочи. Он будет очень рад нашему визиту.

– До окончания расследования уже очень скоро, – старалась поддержать друга своими словами

Мы ехали уже около получаса и были где-то на середине пути. Машина неслась как ветер, я лишь успевала давить на педаль и выруливать при встречном транспорте. Мы проехали кукурузные поля и теперь мчались по дороге через обширную лесостепь, покрытую зелеными кустарниками и полями с подсолнечником к югу. Далеко справа при еле заметном ветерке раскачивались провода электропередач. Машина мчалась на большой скорости по асфальту, шины визжали на поворотах.

Подъезжая к деревне, мы съехали с автотрассы и выехали на проселочную дорогу. Деревня казалась заброшенной. Отдельные аккуратные, одноэтажные домики и двухэтажные коттеджи с огородами и фруктовыми деревьями выглядели одиноко. Вдали стояла стайка детей. Наверно, только поздним вечером, возможно, было бы увидеть местных жителей. На лето сюда обычно приезжали из города отдыхающие. Наконец, в одном из дворов я заметила старенькую бабушку и затормозила, чтобы выяснить, где находится нужный нам адрес.

– Это вон там, милая, – бабуся указала на виднеющийся невдалеке небольшой домик. – Вы не первые туда. Что-то зачастили к ним гости, то одни, то другие. Мой сосед Петр Семенович видел гостей. Вы поезжайте, скажите ему, что мне калитку надо поправить. Он у них в гостях, что-то задержался.

– Спасибо, мы его поторопим, – поблагодарила, заподозрив что-то неладное.

Теперь у меня появились сомнения относительно слов бабушки. Мы подъехали к домику, вышли из машины, зашли за дощатый забор и стали обследовать территорию двора. Сад был заброшен. Кругом буйно росли сорняки. Трава чуть ли ни по пояс. Садовый инвентарь: лопата, грабли, ведра, тяпки, шланг, носилки были разбросаны и валялись среди травы. Мы прошли в самый конец сада, но нигде никого не было видно. Только в одном месте трава была примята и испачкана, как мне показалось, кровью.

– Боюсь, что мы опоздали. Давай обойдем вокруг.

Мои догадки могли подтвердиться, когда за домом мы увидели лежащего на животе человека с кровоточащей раной на голове. По всей вероятности это и есть Петр Семенович. Я наклонилась над человеком и попросила, чтобы Володя перевернул его. Тело казалось мертвым, когда взяла руку, чтобы измерить пульс, поняла, что старик жив, просто находится без сознания: еле уловимые удары сердца, значит, жизнь еще не покинула тело.

– Давай перенесем его в домик, – предложил Киря, после того как сфотографировала место преступления.

– Бери старика и неси в дом, – скомандовала я. – Последую за тобой.

И на этот раз интуиция не подвела меня. Преступникам чем-то помешал Петр Семенович, и они нанесли ему удар по голове, скорее всего сзади, но старик оказался крепким и выжил. Он будет хорошим свидетелем в суде.

Кирьянов со стариком на руках зашел в домик, дверь которого была распахнута настежь. Я подстраховывала их следом с пистолетом в вытянутой руке.

Но в домике было пусто. Везде были видны следы недавнего присутствия здесь людей. На столе стояли три стакана, пустая бутылка водки валялась на полу. Надела перчатки, взяла стаканы, положила в целлофановый пакет и отнесла в машину. На стаканах должны были остаться отпечатки пальцев преступников.

Поискав в доме, обнаружила простыню и, разорвав ее на ленты, перевязала рану пострадавшему. Кровотечение постепенно прекратилось.

– Надо срочно отвезти Петра Семеновича в больницу. Володя, отнеси деда в машину. Сейчас нам надо спешно вернуться в город, чтобы спасти жизнь человеку.

– Мы должны отвезти человека в больницу. Да, нам надо поторопиться.

– Мы на самом деле могли опоздать, но вовремя успели подъехать и перевязать пострадавшего.

Кирьянов положил старика на заднее сиденье. Он еще не пришел в сознание. Не теряя время, быстро завела машину, и мы поехали в ближайшую больницу. В приемном покое нас встретил дежурный врач. Он осмотрел пациента и, тяжело вздохнув, сказал:

– Еще чуть-чуть и пациент мог бы скончаться от потери крови. Сейчас ему надо экстренно сделать переливание. На данный момент у нас нет нужного количества в наличии. Срочно требуется донор.

Предложила свою кровь, так как знала, что моя первая группа подходит для переливания любой группе крови. Меня провели в палату и стали готовить к процедуре.

Еще во время учебы в академии права стала донором, после этого мне часто доводилось сдавать кровь. Эта процедура была мне знакома. И каждый раз ощущала замечательное чувство полезности людям и счастья, что помогаю в деле непосредственного спасения жизни человека.

Когда все было уже закончено, мне предложили пообедать и даже налили рюмку вина. С удовольствием пообедала, но пить не стала. Кирьянов позвонил в криминальный отдел и в дежурную часть полиции. Он вызвал кого-нибудь из сотрудников охраны. Когда раненного старика положат в отдельную палату, за ним будет установлено специальное наблюдение, чтобы преступникам не удалось завершить свои коварные планы по ликвидации важного свидетеля.

– Как все прошло? – спросил Владимир, увидев меня спускающейся по лестнице в холл, где он меня все это время дожидался.

– Нормально, – искренне улыбнулась и помахала рукой.

– Минут через пятнадцать приедет охрана, и тогда мы спокойно сможем дальше заниматься расследованием, а пока отдохни немного.

На самом деле вскоре приехала охрана. Это был высокий парень в форме омоновца. Кирьянов похлопал парня по плечу и серьезно предупредил:

– Ну, Василий, передаем тебе нашего подопечного. Следи за всеми, кто будет заходить к нему в палату, даже за медперсоналом. Это единственный свидетель и нам нельзя его потерять. Возможно, преступники захотят навестить дедушку в больнице, поэтому будь начеку.

– Понятно, – заверил Василий Кирьянова.

– Если что, звони. Номер знаешь.

Мы вышли из больницы. Больничный двор напоминал парк: то тут, то там сидели больные с посетителями. Это я заметила только сейчас, когда операция по спасению деда была завершена.

Было начало седьмого. Банки и офисы еще должны были работать, поэтому мне предстояло съездить на фирму Соркина и самой поговорить с сотрудниками и, если успею, изучить коллекцию орденов Соркина. На посещение квартиры убитого у меня оставалась ночь.

– Забрось меня в отделение, а сама можешь ехать, – попросил меня Владимир.

– Хорошо, можно мне с вашего разрешения взглянуть на квартиру Соркина, – спросила, застенчиво поглядывая на подполковника.

– Наши там были, ничего подозрительного не заметили.

– Но чтобы разгадать эту тайну, мы должны как можно больше узнать о том, чем занимался Соркин перед смертью, – добавила с жаром.

Кирьянов искоса взглянул на меня.

– Ты думаешь, Соркин сам спровоцировал убийство и явился причиной смерти своей секретарши?

– Думаю, да, особенно если принять во внимание события последних дней, – невесело усмехнулась.

– Конечно, – Кирьянов надолго замолчал, потом вдруг рассмеялся. – Вспомнил одну вещь!

– Какую вещь? – удивленно спросила.

Он прищурился и внимательно посмотрел на меня.

– Квартира была застрахована на крупную сумму и находилась под охраной полиции. Ты сможешь туда попасть только по особому разрешению. Не вздумай применять свои методы. Лучше завтра позвони и получишь разрешение на обыск.

Хотела задать еще один вопрос, но тут мы уже подъехали к месту работы Кирьянова.

– Высади меня здесь, – Кирьянов указал на пересечение улиц. – Не забудь завтра позвонить, договорюсь с начальством.

7. Расследование

Кирьянов вышел и проследовал в отделение. Снова нажала на газ. Моя машина мчалась на фирму, где работал Соркин. Хотела изучить финансовые документы и некоторые договора.

Соучастником преступника мог быть один из должников фирмы или тот с кем фирма не расплатилась по кредитам. Если лучше покопаться, то наверняка найдется один два, а то и больше тех, с кем фирма расторгла договора или не выплатила компенсацию за неудовлетворительные услуги. Везде имеются такие, часто за счет них и процветают убыточные предприятия.

Оставила машину на стоянке и подошла к двери с надписью «Международное агентство „Орхидея“». Поднялась на второй этаж. В холле за компьютером сидела смазливая секретарша. Она живо обратила на меня внимание:

– Простите, вы кого-то ищите? – поинтересовалась девушка.

– Да, мне хотелось бы узнать, здесь находится международное агентство? И кто директор?

Девушка немного оторопела и постаралась принять самый, что ни на есть, важный вид.

– Проходите, садитесь, пожалуйста. Вы по какому вопросу?

– Наше издательство регистрирует все фирмы и частные предприятия города, чтобы выпустить сборник с адресами и телефонами. Потом вы сможете приобрести его у нас, – многозначительно произнесла я, удивляясь своему умению так ловко выкручиваться из затруднительных ситуаций.

– Директора нет. Обязанности директора исполняет наш бухгалтер Соусов Сергей Николаевич. Вообще-то скоро фирма будет выставлена на торги из-за смены руководства.

– Могла бы поговорить с ним, то есть с Сергеем Николаевичем? – я спросила Соусова, чтобы избежать дальнейших вопросов.

– Да, безусловно. Подождите немного.

Девушка по имени Майя, как было написано на бэдже, набрала номер телефона и, мило улыбаясь, сказала:

– Сергей Николаевич, к вам женщина из издательства, – и после небольшой паузы, обращаясь ко мне, предложила: – Проходите, пожалуйста.

Прошла в просторный кабинет. За столом сидел молодой, крупный, светловолосый мужчина. На столе лежали различных размеров и качества папки с деловыми бумагами, набор карандашей и ручек, ключи от машина ВМW, которая, как было замечено мною, была припаркована внизу. При моем появлении он встал с места и предложил мне присесть.

– Спасибо, – сказала и удобно расположилась в уютном кресле.

– Простите, как мне к вам обращаться? – спросил он, разглядывая меня с ног до головы.

– Иванова Татьяна, – сказала без утайки и лишнего кокетства.

Считала себя красивой женщиной, и любила привлекать к себе пристальное внимание. С волосами цвета пшеницы, в темно-зеленой блузке из набивного шелка, черных обтягивающих джинсах, босоножках на низких каблуках и сумкой через плечо сразу почувствовала на себе плотоядный взгляд бухгалтера.

Знала, что у меня отличная фигура – высокая, статная, гибкая, стройные ноги и никакого лишнего веса. Входила в разряд тех некоторых роскошных женщин, появление которых вызывало смятение у мужской половины населения.

– Татьяна, чем вас заинтересовала наша фирма? – спокойно спросил Соусов.

Повторила свою версию об издании сборника с адресами и телефонами и еще добавила напрямик:

– У вас имеются недовольные клиенты, те, чьи контракты по каким-то причинам не удовлетворены или удовлетворены частично?

– Почему вас это волнует? – Соусов явно начал что-то подозревать и занервничал.

– Хочу съездить куда-нибудь. Вот и интересуюсь, – проговорила, разглядывая собеседника, и для убедительности показала полицейские корочки, присев на рядом стоящий стул.

Соусов понимающе кивнул.

– Двоих не пустили на работу в Израиль.

– Почему? – не унималась я.

– Из-за просроченных кредитов. Троих не пустили в Америку по другим причинам. Вообще-то везде свои нюансы. Но часть суммы по договору мы возвращаем, а остальные деньги идут на организационные расходы, – оправдывался бухгалтер.

– Интересно, а эти недовольные не подавали в суд? – полезла я в дебри расследования.

– Все судебные процессы слишком были затянуты, но мы сумели добиться, как сейчас говорят консенсуса. Они считали себя пострадавшими, а мы столько сил вложили, когда отправляли их. Дорога и виза – это были их проблемы, – нравоучительно произнесла она.

– Вот как.

Ситуация постепенно начала проясняться. Мне представились многочисленные судебные процессы, из которых фирма сумела выпутываться, покрывая расходы и принося приличную прибыль.

– Кофе, чай, коньяк? – предложил бухгалтер, стараясь мне угодить и заметив мой интерес к внутренним проблемам.

– Да, с удовольствием, выпью чашечку кофе.

Мной завладел аромат свежеприготовленного тонизирующего напитка. Сделала глоток и разочаровалась. Конечно, сваренный дома из молотых зерен кофе был гораздо вкуснее.

– Простите, а вы не могли бы рассказать мне подробнее об этих людях.

– Боюсь, что нашего директора убили именно по этим причинам, из-за мести.

– Оказывается, у него было много недоброжелателей, – хотела казаться ангелом хранителем всех международных агентств.

– Откуда у вас такой интерес к нашей деятельности? Вы расследуете какое-то преступление?

– Нет. Но вы мне симпатичны, – снова солгала я, – хотела предостеречь вас от общения с этими людьми, зная по собственному опыту, что такое общение принесет лишь вред вам и вашим сотрудникам.

– Да, вы правы, – согласился Соусов, наливая себе стакан воды и залпом выпивая.

– У вас есть список этих людей? – тут мое любопытство перешло все допустимые пределы.

– Естественно, вот он, – и порывшись в столе, бухгалтер протянул мне листок с фамилиями людей. – Меня тоже беспокоит моя безопасность. Сейчас надо принимать крутые меры, устанавливать охрану, чтобы обезопасить себя. Это обойдется в хорошую копеечку.

– У фирмы есть задолженность по кредитам? – поинтересовалась я предусмотрительно.

– Нет, однако, мы в затруднительном материальном положении, – начал прибедняться Соусов. – Скоро фирму будут продавать с торгов.

– Разрешите мне посмотреть список, – взяла в руки листок и старалась всячески заговорить зубы бухгалтеру, чтобы он забыл потребовать у меня листок назад. Естественно, у них есть копия этого списка. – Вы лично собираетесь купить фирму?

– Пока трудно что-либо сказать. Торги будут назначены в ближайшую неделю.

– Кто будет претендовать, чтобы взять фирму в свою собственность?

– Да претендентом может быть любой, у кого есть достаточно средств.

– Спасибо за информацию, – прокомментировала слова бухгалтера.

Машинально уронила листок на пол и, поднимая его, положила в сумочку. Соусов заметил мои манипуляции, но промолчал. Мне интересно было, чем же занимается фирма в данный момент, и кто является конкурентами. Пока поднимала листок, изловчилась и прикрепила жучок к креслу. Судя по вороху папок на столе, он сегодня никуда с утра не выезжал и разгребал текущие дела. Мне хотелось уточнить этот факт, поэтому глубокомысленно спросила:

– Сергей Николаевич, извините за бестактность, знаете ли вы Мурина Игоря. Слышала, что он является важным свидетелем по делу?

Соусов уставился на меня пронизывающим взглядом. Ему явно не понравился мой вопрос.

– Мне этот Мурин никогда не нравился, хотя Соркин его побаивался и даже запретил нам вступать в какой-либо контакт с ним. Почему вы спрашиваете?

– Да, так. Боюсь, что Мурин может навредить и вам.

Казалось, что Соусов никак не отреагировал на мои слова.

– Вы постоянно с утра бываете здесь, если при случае мне надо будет встретиться с вами?

– Почти всегда. Привожу в порядок финансовые дела.

– Сегодня вы тоже были здесь, так как звонила, но никто не брал трубку, – в интересах дела мне не стыдно было обманывать.

– Был занят, не слышал звонков. Может быть, секретарша выходила, – недоумевал бухгалтер.

– Может и так. Извините, не буду вас отвлекать от работы, – распрощалась и легкой походкой выпорхнула из кабинета.

Беседа с бухгалтером фирмы прояснила многие темные стороны этого запутанного дела. Но пренебрегать «жучком» мне не хотелось. Села за руль, проехала метров двадцать и остановилась.

Настроила жучок на нужную волну и набралась терпения в надежде услышать, о чем Соусов умалчивал. Буквально сразу услышала отчетливые ругательства в мой адрес, потом после некоторого молчания Соусов вызвал секретаршу и сказал:

– Ко мне сегодня никого не пускать, а то ходят всякие и потом документы из-под носа пропадают.

Секретарша упорно отмалчивалась.

– Боюсь, что главные наши проблемы впереди. Журналисты, следователи, издатели это одного поля ягоды, поняла. Живем как на вулкане.

Дальше слушать не стала и сняла наушники. У меня возникла отличная идея, а что если распространить слух, что убийца найден. Тогда Мурин ослабит бдительность и его легче будет найти.

На телевидении работал один мой хороший знакомый, в данной ситуации его помощь очень пригодилась бы. Без усилия завела мотор и поехала на студию. Бензин был почти на нуле. По дороге заехала на заправочную станцию. Внезапный звонок по сотовому телефону прервал мои размышления.

– Таня, ты слышишь? Это Алексей. Сегодня получил результаты патологоанатома, – его голос хорошо звучал.

– Да, да, говори, пожалуйста.

– Сергея убили между двенадцатью и часом ночи сервировочным ножом в область сердца, – докладывал Серегин.

– Как насчет отпечатков пальцев? – спросила, выруливая и останавливая машину.

– К сожалению, на ноже никаких отпечатков пальцев не обнаружено. Действовали в перчатках.

– Понятно. Алексей, твои предположения по поводу сообщника подтвердились. В домике матери Мурина останавливались двое. Они собирались убить старика, который видел их там. Мы едва успели спасти деда.

– Таня, есть какие-нибудь новости о фирме?

– Только возвращаюсь оттуда. Фирма будет выставлена на торги.

– Обрати внимание на покупателей. Среди них может быть Мурин или те, кому интересно, чтобы фирма не ушла в чужие руки.

– Хочу, чтобы по телевидению сообщили, что преступник найден, у меня к тебе такая же просьба. Сможешь помочь?

– Да. Хитрый план.

– Позвони, расскажешь какая реакция на эту новость. И вот еще что, Соркин коллекционировал ордена. Проверь, пожалуйста, не встречался ли Виталий Львович с коллекционерами и не продавал ли чего-нибудь. Мурин с Сергеем искали что-то из его коллекции, что Соркин привез на продажу. Поищи в комиссионных магазинах и у антикваров. Список орденов из его коллекции я вышлю тебе по факсу.

– Договорились. Удачи тебе.

Мы простились. Когда дозвонилась до своего приятеля на телевидение, то объяснила ситуацию. Он многого не обещал, но сказал, что в ближайший выпуск новостей постарается запустить нужную информацию. Теперь мне необходим был список орденов из коллекции Соркина.

Позвонила Кирьянову.

– Привет, Таня.

– Киря, смотри вечерние новости. Скажут, что убийца Соркиных найден, учти: моя утка нужна, чтобы преступник потерял бдительность.

– Таня, ты только это хотела мне сказать? – разозлился подполковник учтиво.

– Нет, мне срочно нужен список коллекции орденов Соркина. Просила Алексея Серегина поискать у антикваров что-то из этой коллекции. Предполагаю, что Виталий Львович успел кое-что продать в Сочи, что искал преступник.

– Хорошо, приезжай сейчас. Сделал запрос в банк, и мне прислали список. Но они сообщили, что незадолго до отъезда, Соркин заходил к ним и взял один экспонат из его коллекции: наградной крест «За службу на Кавказе» времен Александра П. Это очень дорогой орден. За него Соркин мог получить большие деньги.

– Ты шутишь?

– Нет. Быстрее приезжай и убедишься сама. В твоем распоряжении сорок минут. Нас вызывают на экстренное вечернее совещание.

– Лечу.

Итак, обратилась к фалеристике – учению о наградах. Фалерой называлась наградная бляха римского легионера. Фалера была награда за доблесть. Как в капле воды, в фалеристике преломлялось развитие истории, законы этого поступательного процесса.

Страницы книги о фалеристике, которую пришлось взять из шкафа, повествовали о мужестве и честолюбии, бесстрашии и лести, коварстве и преданности, предательстве и верности, великодушии, тщеславии и бескорыстии. Фалеристика драматична и не предсказуема, как драматична и сама история.

Буквально через пять минут уже шла по коридору местного отдела внутренних дел. Кирьянов ждал меня сидя за столом и рассматривая какие-то бумаги. С ходу спросила его: – Ну, что готовы списки?

– Да. Вот смотри, – Кирьянов протянул мне бумаги. – Это, конечно, копия. Можешь оставить себе. В списке всего пятьдесят три ордена. Обрати внимание, что напротив ордена «За службу на Кавказе» стоит прочерк. Это значит, они его передали владельцу. Теперь надо искать этот орден, где-то в руках коллекционеров.

– Уже сделала запрос у Серегина. Он пообещал поискать по магазинам. Может быть, еще не успели продать. Надо срочно отправить список Серегину по факсу. Сможешь сделать?

– Конечно.

– Это облегчает дело. Молодец. Хотелось бы еще разрешение на обыск получить.

– Об этом уже побеспокоился, – сказал Киря и протянул мне листок с гербовой печатью. – Вот.

– Спасибо.

– Ты всегда опережаешь события.

– Ну, прямо сахарная вата, – прокомментировала слова Кирьянова. – Перезвоню, когда что-то выясню.

Мы расстались. Мне хотелось оценить всю коллекцию. Она могла стоить несколько десятков тысяч долларов. Тем более все ордена представляли историческую ценность и были достоянием государства.

Поехала домой. У моего «Рено-Меган» был особый характер, когда у меня дело шло на лад, машина тоже заводилась с пол-оборота. Но стоило мне немного расслабиться, то и машина стояла. На этот раз у меня не было проблем с зажиганием. Это тоже радовало. Надо было все, как следует обдумать и разработать план дальнейших действий. Еще хотела последить за бухгалтером фирмы. Что-то слишком чистое у него было алиби. Памятник добросовестности и порядочности выглядел бы гораздо проще. В таком деле едва ли такое возможно. Все могло упираться в его дружбу с Муриным, о которой он, возможно, умалчивал.

Мурин мог как-то уговорить бухгалтера помочь заполучить коллекцию, продать часть орденов и выручку поделить. Они прямо или косвенно могли быть заодно. Дела сами валились с неба, появлялись все новые и новые трудноразрешимые вопросы. Ну, Танюша, предсказания кубиков сбываются.

ж ж ж

Алексей оделся в гражданскую одежду, выпил кофе, съел булочку с сыром и отправился на своем «Туареге» на поиски пропавшего ордена.

С собой у него всегда было его табельное оружие. На этот раз он захватил видеокамеру, чтобы можно было отснять подозрительные объекты. Он выглядел очень элегантно, и никто не мог заподозрить в нем сыщика. Сначала он решил порыться в библиотеке своего ай-пада со стикером эпл, чтобы выяснить какой это орден.

После пятиминутного пребывания в сети, Серегин прочитал много исторических фактов. «Антиколониальная война кавказских народов не прекратилась со сдачей Шамиля, но центр сопротивления переместился к западу. Именно в районах, примыкавших к Черноморскому побережью, сохранились очаги борьбы. Превосходство царских войск было подавляющим, однако прошло несколько лет, прежде чем закончилась эта война.

21 мая 1864 года новый наместник Кавказа великий князь Михаил Николаевич послал в Петербург телеграмму: «Отныне на всем Кавказе нет ни одного человека, не покоренного Вашему Императорскому Величеству». Участники последнего этапа войны награждались серебряной медалью «За покорение Западного Кавказа» с датами на оборотной стороне «1859—1864». Александр II дважды побывал на Кавказе. Первый раз в 1861 году, когда он посетил расположение войск на реке Фарс. Вторично он объехал уже замиренный Кавказ в 1871 году. К этой поездке относится медаль, скопированная с медали Николая I. Она отличается от медали «Кавказ. 1837» лишь тем, что на ней изображение другого императора и дата «1871». Она также раздавалась чинам из почетного конвоя императора».

И последнее, что Алексею удалось выяснить, что несколько выпадало из ряда «кавказских» наград: крест с мечами «За службу на Кавказе». Кроме военнослужащих этот крест получали также медики, священники и чиновники. Вот эту награду и надо было найти. Этот орден примерно стоит около шестнадцати тысяч евро.

Погода с утра задалась. Народу в городе было как всегда в пик сезона. Несмотря на жару, по улицам толпами ходили отдыхающие.

По яркости нарядов и раскрепощенности они напоминали цыганский табор или республиканскую демонстрацию в Париже с их детьми и родственниками в день празднования Парижской коммуны. Серегин решил посетить ряд магазинов в центре города, где бывало больше всего посетителей.

Один из таких магазинов находился совсем недалеко от его дома. Магазин отличался от остальных обилием редких и ценных вещей расставленных и разложенных на всех прилавках и витринах. Продавцы скучали из-за отсутствия покупателей.

– Простите, – Алексей обратился к владельцу, когда прошел в служебное помещение, – к вам недавно не приносили орден «За службу на Кавказе»?

Директор, солидный и добропорядочный пожилой мужчина, сразу понял вопрос, но из вежливости молчал. Алексею пришлось показать свои документы работника полиции. Порывшись в документах, он извинился, отрицательно покачал головой и сложил руки на груди, давая понять, что он больше не собирается обсуждать эту тему. Алексей ушел. Следующий магазин находился в районе парка. Зайти туда надо было тоже сегодня, иначе орден мог исчезнуть в неизвестном направлении. Здесь Алексею повезло. Продавец заверил, что имел удовольствие видеть этот орден. Порылся в документах, и обнаружил квитанцию на сдачу ордена. Затем он провел Алексея к витрине, и они увидели тот самый злополучный орден, из-за которого, как он полагал, была убита Лариса.

– Вот обратите внимание, мы выставляем наши лучшие товары на самое видное место, – расхваливал продавец витрину с большим количеством разных безделушек и всевозможных украшений, среди которых красовался одиноким рыцарем крест с перекрещенными мечами.

– Кто-нибудь приходил прицениться или купить этот орден?

– Нет, вещь дорогая, не всякому по карману.

– Вы знаете, что хозяина креста убили, и мы должны выяснить, кто же охотился за ним. Здесь теперь будет установлена видеокамера постоянного наблюдения пока мы не найдем убийцу. Камера будет постоянно фиксировать всех посетителей, – спокойно сказал Алексей.

– Пожалуйста. Это ваше право, – в его голосе прозвучало наигранное равнодушие.

– Каждый день кто-нибудь из наших сотрудников будет приходить в конце дня, и забирать пленку. Система круглосуточного наблюдения работает безотказно. Но и вы не скучайте. Как только кто-нибудь заинтересуется этой наградой, сразу же звоните нам, мы тут же примем соответствующие меры. Вот мой телефон. Алексей написал свой номер маркером на оберточной бумаге.

Алексею надо было, чтобы газеты и телевидение трубили о поимке преступников. После утреннего обхода магазинов у него появилась реальная надежда. Алексей выехал на главную дорогу, миновал дендрарий и проехал еще около двухсот метров, припарковался, зашел в ближайший от автозаправочной станции кафе и занял свободный столик. Играла лирическая музыка. Публика расслаблялась, потягивая прохладное пиво. Заведение было чистым и скромным, с простой мебелью, без декоративных излишеств. Алексей набрал номер телефона местной газеты. У него там было много друзей, так как служба информации постоянно узнавала у них о происшествиях.

– Алло, – прозвучало как-то одиноко. – Можно вызвать дежурного выпускающего новостей.

– Кто спрашивает? – женский голос на другом конце казался спасительной ниточкой.

– Это беспокоят из оперативного отдела полиции. Передайте в ближайший номер: поиски опасного преступника, совершившего убийство двух отдыхающих, завершены. Преступник найден и обезврежен. Подпись Серегин.

– Хорошо, сообщение выйдет в ближайшем номере.

Дело сделано. Оставалось ждать, пока преступники проглотят наживку и выйдут из укрытия. Алексей сидел и наблюдал за публикой. Это было куда интереснее, чем слоняться по магазинам.

Отдыхающие в основном с детьми заходили и выходили из кафе. На входе появилась маленького роста женщина с мужем и тремя детьми.

Дети вели себя спокойно, сразу уселись за столик, а отец заказал себе пару бутылок пива и креветок, в то время когда жена покупала в буфете напитки.

Алексей наблюдал с огромным удовольствием эту идиллию. В голове у него крутился напарник Игоря. У него в памяти всплыл один фальшивомонетчик, который лет пять проходил по делу за распространение фальшивых денег, но эту версию отмел сразу. Надо поискать среди тех, кто разбирался в старинных орденах или монетах. На этот раз он вспомнил сразу двоих: один скупал старинные ордена, а потом продавал их иностранным гражданам, а другой наоборот покупал у иностранцев старинные медали. Оба отсидели небольшие сроки за мелкое хулиганство. Фамилии и имена их Серегин не помнил, но если покопаться в компьютере, то можно было бы выяснить их место проживания в настоящее время, фамилии и другие личные данные необходимые для дела.

Он допил свой кофе и вышел на воздух, завел машину и двинулся в путь. Повеяло вечерней прохладой. Цикады, ароматы южных растений, вечерние огни превращали город в сказочное место. Алексей решил зайти в управления и поработать за компьютером.

– Ты что здесь делаешь в такое время? – кто-то похлопал его сзади по плечу.

– А, Иван, – Алексей обернулся. – Да, вот хочу поискать в архиве, кто у нас числится среди любителей орденов.

Компьютер высветил на экране вопрос, в каком разделе искать.

– Попробуй посмотреть из тех, кто вышел из заключения в прошлом году. Там есть кое-что интересное, – предложил Иван.

– Попробуем, где-то они должны числиться, – проговорил Алексей и набрал код данных архива правонарушений, совершенных в прошлом году на побережье.

Список оказался длинным. Среди них Алексей выбрал только тех, кто сидел за хулиганство и драку. Осталось совсем мало. Но и тут надо было изучить их дела, чем интересовались, подробности биографии. На этот раз среди подозреваемых оказалось трое мужчин: Вольский Николай, Храмов Виктор и Демидов Александр. Вольский и Демидов были из Тарасова, поэтому появилась зацепка, что один из них и был сообщником Игоря.

– Тебе повезло, сразу нашел, что искал, – Ивану надо было сесть за руль и ехать домой отдохнуть после дежурства, поэтому он торопил Алексея. – Поищи для меня. Мне нужно узнать, кто у нас проходил по делу об ограблении ювелирного магазина. Кажется, что там были люди компетентные во всяких там орденах и медалях. Они могли быть как-то причастны к этому делу.

– Ты с дежурства? – поинтересовался Алексей, так как заметил, что Иван что-то скрывает. Они были давно дружны и знали друг друга отлично. Не раз приходилось выручать друг друга, не раз были в перестрелках и всегда, после каждой операции, их дружба становилась прочнее.

– Можно сказать и так. Проехал по вечернему городу. Познакомился с несколькими ребятами из Москвы. Они здесь отрабатывают версию по делу о серийном ограблении квартир. Следы привели к нам, и они ищут преступников даже в санаториях. Надеюсь, ты слышал об этом?

– Конечно, докладывали на утреннем собрании, что «гастролеры» переметнулись на юг, чтобы прогулять награбленные денежки. На квартире подруги одного из грабителей обнаружили краденые вещи. Она призналась, что ее ухажер уехал погреться на южном солнышке, а ее с собой не взял. Вот она и сдала его. Ее обнаружили, когда она торговала крадеными вещами на вещевом рынке, – проговорил Алексей и без паузы спросил:

– Так, что ты хотел узнать об ограблении ювелирного магазина? Вот смотри.

Алексей указал на список людей, появившийся на экране.

– Тебе что-нибудь говорят эти фамилии?

– Повторяется фамилия Демидов. Но не Александр, а Виктор.

– Значит это или брат или еще какой-нибудь родственник нашего Демидова. Но Виктор еще находится на зоне. Вероятно, у Александра с ним есть связь.

– Похоже на то.

– Ну вот, субботний вечер провели за работой. Пойдем куда-нибудь. Здесь есть один отличный бар. Там можно посмотреть футбол, и заодно выпить пива. Ну, как согласен?

Друзья отправились в бар. У Ивана была новая десятка, которую он хотел обменять на любую чуть подержанную иномарку, но пока не нашел подходящей модели. Они пересели на машину Ивана. Машина мчалась по автостраде с максимальной скоростью. Иван умело лавировал в потоке автотранспорта.

Притормозив у поворота, Иван свернул на стоянку. Он припарковался.

Друзья вышли и отправились в прибрежный бар. Людей в баре почти не было: несколько одиноких молоденьких девушек уныло допивали коктейли. При виде входящих молодых людей они оживились.

Заиграла ритмичная музыка, и в центре бара образовался кружок из довольно очаровательных девиц. Они демонстрировали свои достоинства, соблазнительно извиваясь и пританцовывая в такт музыки.

Одна из них сразу привлекла внимание Ивана. Ее длинные русые волосы, как дорогостоящий шелк, колыхались при любом телодвижении. Она всем своим видом напоминала русалку.

Алексей подошел к стойке и заказал две бутылки лимонада и сигареты.

– Какие замечательные сеньориты, – Иван сказал как можно громче, чтобы привлечь внимание русалки.

Девушка улыбнулась и продолжала танцевать, стараясь еще больше завладеть вниманием молодых людей. Элегантная, длинноволосая блондинка в очень короткой юбке и молодой человек, накаченного телосложения, прошли мимо. Блондинка двусмысленно улыбнулась Алексею, и он понял, что это была путана, работающая со своим сутенером.

– Давай пригласим девушек за наш столик, – предложил Алексей, заметив симпатии Ивана.

– Полностью за.

Когда музыка закончилась, и танцующие стали садиться на свои места, Алексей подошел к подруге русалки, тоже весьма импозантной особе и прошептал:

– Приглашаю присоединиться к нашей мужской компании. Мой друг сгорает от нетерпения познакомиться с вами.

– Вот пусть ваш друг сам садиться к нам, мы не будем возражать, – довольно кокетливо прощебетала русалочья подруга в ярко-синем, переливающемся костюме.

Иван и Алексей пересели за соседний столик к девушкам, между ними завязался легкий диалог. Русалку звали Анной, а ее подругу Людмилой. Они были студентками. Девушкам было скучно, и по вечерам они иногда заходили в бар выпить порцию коктейля. Молодые люди заказали кроме коктейлей еще две порции шашлыка.

– Ну, как вам у нас нравится? – спросил Иван Анну.

– Бесподобно. Отдыхать надо только на юге. После наших московских метелей и вьюг ваш климат – просто сказка.

– Приятно слышать. Вы давно сюда приехали?

– Уже неделю наслаждаемся.

Ивану хотелось продлить знакомство, но он всегда немного терялся в присутствии девушек, поэтому всю инициативу знакомства он переложил на Алексея.

– Почему бы ни провести свободный вечер вместе, а потом поехать отдохнуть куда-нибудь?

– Очень милое предложение. Но у нас строгий распорядок и режим. Мы боимся потерять форму, – засмеялась Анна.

– Да, да, мальчики, – поддержала подругу Людмила.

Девушки казалось, хотели оставить ребят в одиночестве. Такой оборот событий Алексея сразу насторожил, и он довольно резко спросил Ивана:

– Иван, поедешь домой? Наверно, девушкам наша компания нравиться.

– Нет, посижу еще чуть-чуть. Посмотри сколько клевых девиц вокруг.

Вечер продолжался, молодежь резвилась и развлекалась, танцуя в пьянящем аромате южного вечера.

– Как было бы замечательно съездить завтра на охоту или рыбалку с такими замечательными рыцарями, – предложила Людмила, стараясь сгладить углы и снова завязать беседу.

– Дамы любят охотиться? – удивился Иван. – И за кем извините?

– Ну, это зависит от ситуации.

После прекрасного ужина, который восстановил силы и настроение, Алексей сидел, расслабленно потягивая сигарету, наслаждаясь, в приятном обществе дам. Иван что-то подпевал в такт музыки. Девушкам надоело вытягивать слова из сыщиков, так как Алексей вовсе не собирался рассказывать об своих проблемах. Анна предложила пойти в другой ресторан или посетить казино.

– Лучший способ отрешиться от всех проблем – пойти искупаться в море, – предложила Людмила.

– У русалок есть купальники? – Иван продолжал начатую игру.

– Нам купальники не нужны, сейчас темно и ничего не видно.

– Логично. Ну, тогда пойдем на пляж. Надеюсь, русалки умеют плавать, и не будут заплывать далеко.

– Мы плавать умеем, – парировала Анна за себя и за подругу. – Вы не боитесь, что морской царь утащит кого-нибудь из нас к себе?

– Вот об этом-то и подумал, – развеселился Иван. – Судя по погоде, морской царь десятый сон видит.

Ивану хотелось сесть за руль и вернуться домой, но он с наигранной радостью согласился искупаться. Алексею тоже надо было после приезда почувствовать себя снова полным сил, чтобы довести дело до конца. Вся компания расплатилась и пошла на пляж пешком. Девушки ликовали. У берега было очень тихо и ничто не нарушало спокойствия: ни веселая компания, ни отдаленные звуки прибрежного города, лишь равномерный всплеск и шорох накатывающихся волн, да мерное покачивание птиц на воде. Девушки были очень возбуждены, поэтому все время смеялись и с легким визгом бросились в воду. Иван и Алексей последовали за ними, едва различая в темноте мягкие очертания женских фигур. Купание доставляло Алексею неописуемое удовольствие, девушки тоже млели. После такого небольшого ночного развлечения у всех появилось желание отправиться по домам. Иван и Алексей вызвались проводить студенток.

– Нет, нет спасибо. Мы доберемся сами. Здесь в пяти минутах ходьбы, – снова ответила за подругу Анна.

– Ну что ж, тогда может быть, увидимся завтра, то есть сегодня утром, – засмеялся Алексей и посмотрел на часы. Было уже чуть больше полуночи.

– Договорились. Приходите на пляж. Сюда же. Мы здесь всегда до обеда пропадаем.

Компания неожиданно распалась. Девушки побежали домой, а молодые люди медленно пошли, обдумывая план дальнейшей операции по захвату преступников в магазине.

Утром все местные газеты пестрели заголовками о поимке опасных преступников, совершивших тяжкое преступление. Известно, что привлекает читателей и вызывает острый интерес в прессе, так это сенсационные раскрытия преступлений. Однако отдыхающие всегда очень бурно реагировали на такие сообщения. И новость распространялась с молниеносной быстротой.

Алексей и Иван появились около здания управления почти одновременно. Там собралось даже больше полицейских, чем обычно. Несколько автомобилей иностранного производства и новенькие десятки стояли в ряд у центрального входа. Было понятно, что предстояло ответственное совещание.

– Читал, – показал Алексей Ивану только что купленные местные и столичные издания, где крупным шрифтом было напечатано «ОПАСНЫЙ ПРЕСТУПНИК ОБЕЗВРЕЖЕН», «КРОВАВЫЙ УБИЙЦА ПОЙМАН», «КОНЕЦ КОШМАРУ НА ПОБЕРЕЖЬЕ», «УБИЙЦА СЕМЕЙНОЙ ПАРЫ НАЙДЕН».

– Твоих рук дело?

– Ты как бы хотел? Теперь, по крайней мере, мы сможем спокойно ждать, когда убийцы выйдут из укрытия и явятся в магазин, чтобы завладеть орденом. Боюсь, они захотят даже ограбить магазин, поэтому нам надо установить слежку за магазином ночью.

– Магазин находится под охраной местного охранного агентства. Ограбление магазина отпадает сразу. Наши ребята немедленно свяжутся с управлением. Тем более преступники не захотят рисковать. Проще будет им явиться и спокойно купить орден.

– Ты прав, такой вариант возможен. Помнишь, этих «крестовых» братьев Демидовых Александра и Виктора? Когда Виктор выйдет из зоны, сразу захочет встретиться с Александром. Здесь у нас будет еще одна возможность обезвредить их, пока нет прямых улик для ареста.

Все прошли на совещание. Начался медленный доклад о событиях за истекшие сутки. Ничего особенного не произошло, за исключением того, что были задержаны несколько фальшивомонетчиков из Прибалтики, когда они пытались обменять деньги в одном из баров, да небольшая драка около продуктового рынка. Немедленно подоспела полиция и арестовала хулиганов. Отделались разбитыми носами. Потом заслушали следователей по особо важным делам.

Серегин пояснил свои последующие ходы и сообщил, что собирается установить ночное наблюдение за магазином. Его планы одобрили и разрешили взять в распоряжение машину для оперативных действий. Совещание закончилось, и все разошлись по отделам.

На самом деле Алексею хотелось быстрее узнать, когда выходит с зоны Виктор, поэтому сразу после совещания он позвонил в тюрьму, где Виктор отбывал наказание. Алексею сообщили, что в связи с примерным поведением и после прошения о сокращении срока, Виктор должен выйти примерно дня через два. Срок ему сократили на год. Вместо положенных пяти, отсидел четыре года. Этот факт менял дело в корне. Алексею надо было срочно позвонить Тане в Тарасов, для обмена информацией о ходе следствия.

ж ж ж

Утром после выпитой второй чашки ароматного кофе, поняла, что ждать появления новых лиц осталось часов шесть. Закурила. Дымок струился, вызывая в памяти воспоминания о начатом расследовании. Пробежка на стадионе пока отпадала. У Алексея были шансы найти награду. Поэтому должна была опережать события. Надо было послушать, о чем говорят на бывшей фирме Соркиных. К бухгалтеру фирмы доверие пропало сразу при первой встрече. Набрала номер Алексея, зная его нетерпение.

– Алексей, – почти кричала в трубку, – нашел орден?

– Привет, Таня. Орден находится в магазине, где мы установили круглосуточное слежение и запись информации на камеру.

– Замечательно. Как с наводками? Есть что-нибудь ценное? – уже представляла себя среди загорелых людей в купальнике.

– Да. Дней через пять возвращается с зоны Виктор Демидов. Возможно, он свяжется со своим родственником Александром Демидовым, предполагаемым подельником Мурина. Демидов приедет к вам в Тарасов и надо будет отследить его встречи. Через него можно выйти на Игоря.

– Сообщи, каким поездом приезжает Демидов. Попрошу Кирьянова подключить его агентуру.

– Так точно. Информацией владею. Но ты сможешь через его брата Александра установить за ними двумя слежку. Адрес Демидовых в Тарасове есть. Александр тоже недавно из заключения, где отбывал за групповую драку с нанесением тяжких телесных повреждений. Виктор был причастен к ограблению ювелирного магазина. Он наверняка разбирается в орденах и медалях. Скорее всего, именно через Александра Виктор и Игорь Мурин хотели завладеть орденом. Сергей Кудинов оказался лишь пешкой в их игре.

– Хорошо. Сделаю все возможное и даже больше.

– Передавай привет Владимиру.

– Непременно, – была поражена информацией.

Срочно узнаю круг общения фирмы «Монолит», прослушаю бухгалтера «Международного агентства» и его манипуляции с обманутыми клиентами. Представлялось широкое поле деятельности. Тем более список находился у меня. Среди них могу отыскать кого-то кто прямо или косвенно виновен в смерти Соркиных. Снимать с них подозрения пока рано. Всего можно было ожидать от людей, чьи заказы сгорели. Побывать на квартире Соркиных без официального разрешения и искать там что-то, было рискованно. Кирьянов предупредил меня, чтобы не предпринимала больше резких шагов, да соблазн был слишком велик! Поэтому, все-таки решила взять разрешение на обыск и нанести визит в их бывшую квартиру сегодня. Адрес у меня был. Вспоминала старика с травмой головы, которого мы доставили в больницу. После прослушивания разговоров фирмы, сразу съезжу и проведаю деда. Может быть он сможет точнее описать преступников. Свидетель никогда не помешает.

Странное чувство – успех. Всегда появляется, когда его уже совсем не ждешь. Кажется, что вот уже совсем потеряна нить, но тут наверняка появляется что-то, что выводит на новый виток следствия. Так и сейчас. В пути осознала, что у бухгалтера дела обстоят совсем по-другому, как он предполагал. И если бы даже встретилась с одним из их клиентов, то узнала куда больше интересного о фирме. Здесь могли бы пригодиться мои старые корочки работника прокуратуры.

Недалеко от места расположения фирмы, притормозила машину. Достала наушники, настроила приемник на нужную волну и с упоением стала ждать. Буквально сразу до меня понесся скрежет, будто передвигали мебель. Вероятно, фирма готовилась переезжать, и паковали вещи. «Осторожно, не повредите. Это дорогой компьютер. Несите все в мою машину», – наконец услышала я голос бухгалтера. Жучок находился где-то под креслом. Пока не вынесли всю мебель, можно было спокойно слушать. «Сергей Николаевич, а мебель тоже будете вывозить, – услышала голос Майи. – Нет, – прозвучал ответ бухгалтера. Сегодня вывезем только оргтехнику, сейф и вентилятор. Чайник и посуду оставьте. Это завтра захвачу сам». Вот тут поняла, что основные документы и деньги они хранили в сейфе. Значит, Соусов был на самом деле заинтересован в смерти Соркиных, чтобы присвоить те деньги, которые они держали черным налом в сейфе, то есть выручку от обманутых клиентов. А их в списке было человек двадцать. Помимо этого другие левые махинации приносили немалый доход. В наушниках мне были только слышны торопливые шаги и звук закрываемой двери. После короткой паузы и внятных реплик отчетливо слышала, как будто в комнате началась какая-то возня и шорох бумаги. Похоже на звуки перекладывания папок или газет.

– Майя, всю почту и корреспонденцию оставь мне. Сам разберусь. Приходил кто-то без меня?

– Нет. Только было несколько звонков из налоговой инспекции.

– Постой вот закончим с делами и поедем вместе в Грецию. Ты была когда-нибудь на Кипре?

– Да, была.

– Ну, так поедем еще. Ты хочешь отдохнуть на Средиземном море?

– Да, хочу. За эти дни себе все нервы вымотала, – еле расслышала.

Оставались сомнения, были ли у бухгалтера и секретарши секреты от посторонних глаз и ушей. Да, бесспорно, Майя была привлекательной девушкой и знала о махинациях бухгалтера. Дожидаться окончания разговора имело смысл, но надо было ехать в больницу. Сняла наушники и вздохнула. Надо будет в ближайшее время выяснить все о клиентах фирмы. Какова сумма долга фирмы, некоторые подробности судебных разбирательств ну и все остальное. Если бы могла раньше попасть на фирму и открыть сейф, то нашла все деньги долга.

Итак, мое успешное прослушивание закончилось, убрала приемник и завела машину. Мотор погудел, и машина легко тронулась с места. До больницы ехать было минут пятнадцать. У ворот больницы затормозила, поставила машину на сигнализацию и прошла в приемное отделение. Там выяснила, что старика из реанимации перевели в палату. Мне разрешили пройти, только заставили надеть халат и тапочки. Около палаты находился охранник, но он узнал меня.

– Все спокойно, – доложил парень.

– Как больной? Пришел в сознание?

– Медсестра говорит, что с ним можно общаться.

Тут появился врач, принимавший старика.

– Наш донор, – улыбаясь, проговорил доктор. – Сегодня дедушка пришел в сознание, разговаривать может, общаться с ним можно только в присутствии медперсонала.

– Мне срочно его нужно увидеть.

– Постарайтесь ограничиться немым присутствием, – сказал врач. Поняла, что спорить бесполезно, поэтому согласилась.

Зайдя в палату, увидела больного. Старик выглядел очень бледным и беспомощным. Лицо, покрытое морщинами, почти сливалось по цвету с простыней. Вся голова была перевязана бинтами. Мне хотелось поговорить с потерпевшим, но упорно молчала. Врач понял мое терпение и добавил:

– Дня через три больному будет намного лучше. Приходите и сможете задать свои вопросы.

– Спасибо, доктор.

Вышла из палаты. План дальнейших действий развивался сам собой: ехать на квартиру Соркиных, а потом постараться встретиться с одним из их бывших обманутых клиентов. Квартира находилась примерно в пяти минутах езды, умру с голода, надо перекусить где-нибудь.

Притормозила машину рядом с маленьким кафетерием, вышла из машины и поспешила внутрь. Конечно, можно было заехать домой, но желание закончить расследование пересилило.

Витрина пестрела разнообразием пирожных, бутербродов, булочек, кексов, пирогов и пирожков. Проглотила бутерброд на ходу и снова отправилась в дорогу. Около нужного дома остановилась. «Если есть домофон, мне удастся попасть внутрь», – сказала себе скоропалительно. Я запаслась терпением и решила ждать, когда кто-нибудь выйдет из подъезда. На это у меня ушло более получаса. Наконец, дверь открылась, и из подъезда вышли. Мигом проскользнула внутрь. Рядом с входной дверью пришлось потрудиться с замком, но дверь легко подалась и оказалась в просторной прихожей. Коврик из шкуры лани посередине. Оттуда шло несколько дверей. Спальня меня мало интересовала: резная дубовая двуспальная кровать, накрытая атласным покрывалом, зеркало, прикроватные тумбочки, шкаф. Порылась в тумбочках, кроме лекарств там обнаружила косметику и золотые украшения, в шкафу висело несколько шуб хозяйки.

В гостиной стоял музыкальный центр и домашний кинотеатр. Паркетный пол, причудливые тени от кружевных занавесок ложились на кожаный диван и кресла. Толстый слой пыли на мебели. Две китайские напольные вазы ручной работы одиноко стояли в углах. Мое внимание привлекла фотография в золоченой рамочке. На ней улыбались трое молодых людей: двое юношей и девушка. Это были Игорь Мурин, Лариса и Виталий Соркины в юности. Лариса стояла посередине с букетом ромашек. Все трое выглядели счастливыми и беззаботными. Можно было только догадываться, что у Игоря с Виталием мог выйти конфликт из-за Лары.

Прошла в третью комнату, которая больше напоминала кабинет: письменный стол для офисов, такой же, как и на фирме, компьютер. Открыла главную страницу, и стала просматривать документы. Наткнулась на счета. Расчеты велись в течение нескольких лет, постоянный оборот капитала фирмы был порядка пяти тысяч долларов. Наверно, вся бухгалтерия дублировалась с той, что была на компьютере в фирме, обнаружила ежемесячную прибыль и расходы. Напротив некоторых фамилий стояли вопросительные знаки. Достала из сумочки лист со списком пострадавших клиентов и сверила с этими фамилиями. Они совпадали. Внизу списка стояла цифра сто тридцать восемь тысяч рублей. Значит, эту сумму прихватил с собой Соусов из сейфа в офисе. Такова была сумма судебного иска обманутых клиентов. Но адресов этих людей не было. Выключила компьютер и продолжала дальнейшие поиски. Среди вороха безделушек книжных полок хранилась папка с документами. Взяла папку в руки и стала просматривать. Мне несказанно повезло – списки клиентов фирмы с адресами. Фамилии некоторых были подчеркнуты. Прихватила эту папку с собой. Вероятно, Соусов знал, что у Соркина дома могла храниться вся информация, и поступил как настоящий грабитель. Мне хотелось узнать подробнее о бухгалтере. След здесь терялся. Соусов был человеком, который воспользовался ситуацией.

Выйдя из квартиры, с облегчением вздохнула. Теперь предстоит встретиться с клиентами фирмы. Решила пообщаться сразу с двумя-тремя клиентами из списка. Находить подход к людям умела со студенческих пор. Обзвонить всех, чтобы встретиться в назначенное время где-нибудь в кафе завтра, так как на сегодня моя программа минимум была уже выполнена. Сидела в машине и торопливо просматривала бумаги. Закурила и вспомнила, что хотела доложить Кирьянову о своем визите. Соусов оказался настолько хитер, что воспользовался ситуацией и приватизировал всю наличность. Набрала рабочий номер Кири:

– Киря, ты занят?

– Таня. Рад тебя слышать.

– Взаимно, – обменялись комплиментами. – Тебе информация: бухгалтер фирмы «Орхидея» Соусов пытался укрывать деньги фирмы. Сделай у него обыск и как можно скорее. Была у Соркиных на квартире и нашла все бухгалтерские счета и расчеты фирмы с клиентурой. Если заинтересуешься, могу показать тебе их.

– Где и когда мы встретимся?

– Сегодня в семь у меня?

– О’кей. Доложу. От Алексея есть новости?

– Пока нет.

– Мне поручили расследование, поэтому в ближайшие две недели занят с утра до ночи. Поможешь раскрутить?

– Помогу, когда сдам вам убийцу Соркиных со всеми потрохами. Ты знаешь мои методы. Не забудь, что сегодня у меня в семь.

Обзвонила клиентов фирмы по алфавиту. Фамилия Андреева мне ничего не говорила. К телефону подошла женщина.

– Алло, Людмилу Сергеевну можно?

– Да, а кто спрашивает?

– Моя фамилия Иванова. Сейчас веду расследование по вашему делу. Мне нужно встретиться со всеми обманутыми клиентами фирмы Соркиных и выяснить подробности. Сможете завтра в двенадцать часов около кафе? – назвала наиболее тихое городское кафе, где можно спокойно посидеть и обсудить все детали.

– Нет, но знаю телефон Орловой Ольги, она тоже обращалась к ним. Мы вместе хотели ехать. Она обязательно подойдет.

– Облегчили мне задачу. До встречи.

Начало положено. Обзвонила всех, и многие согласились прийти. Сегодня фортуна явно улыбалась мне. До семи часов оставалось три часа. У меня был пустой холодильник. Надо было купить продукты и привести себя в порядок. Вечер предвещал много приятных минут, осталось осуществить задуманное. Быстренько закупила необходимый набор и помчалась домой. На романтический вечер в компании Кири рассчитывала после изложения материалов по делу следствия. Ну, что ж постараюсь расставить все по полочкам в этом деле и выстроить логическую цепочку. Казалось, все понятно, но мне не давал покоя Соусов и его махинации. Он уже видел себя владельцем фирмы. Через неделю состоятся торги, и он обязательно выставит свою кандидатуру среди покупателей.

Припарковалась на стоянке рядом с домом, поднялась на седьмой этаж. Уютное однокомнатное убежище устраивало меня полностью, но мужская рука часто требовалась. Киря с радостью помогал мне. Набрала номер Алексея, чтобы узнать ход расследования у него.

– Алло. Алексей, это Таня, – проговорила в трубку, пытаясь одновременно закурить.

– Таня, перезвони мне завтра, собираюсь идти на дежурство. Пока результатов никаких.

– У нас масса новостей. Соркины были дружны с Игорем Муриным еще в молодости. Лариса отдала предпочтение Виталию – раз, бухгалтер фирмы присвоил деньги – два, была у Соркиных на квартире и нашла документы – три, подтверждающие все левые сделки. Нашла также адреса клиентов и собиралась с ними встретиться завтра в двенадцать. Они мне на многое откроют глаза.

– Молодец. Сообщи результаты.

– Всенепременнейше.

Разговор прекратился. Телефон высветил номер подполковника Кирьянова.

– Таня, извини, меня срочно посылают на розыскное мероприятие, поэтому давай перенесем нашу встречу на другой день.

– Завтра после работы, устраивает?

– Как освобожусь, сам с тобой свяжусь.

Оставалось еще раз прослушать круг общения фирмы «Монолит». Вышла из дома и снова села за руль автомобиля.

Знала, что в помещении фирмы постоянно кто-то находится, и надеялась выяснить, с кем фирма поддерживает контакты, понять, кому помешал Шустрый. Подъехала в ближайший к фирме двор и надела наушники. Сначала прослушала вечерние новости, передаваемые по радио. Затем услышала голос Куценко:

– После наблюдения за домом клиентки, обзвонил все фирмы с нашими сотрудниками, – он говорил тихо и разборчиво.

– Ты кого-то подозреваешь? – услышала голос Шустрого.

– Думаю это дело рук кого-то из обиженных наших клиентов, у меня нет никаких версий, кто мог подложить взрывное устройство.

– Ладно, надеюсь, полиция разберется. Они сняли отпечатки пальцев с самой бомбы. Пока мало что-либо известно. Будем ждать.

Отключила наушники и поехала домой. «Сняты отпечатки пальцев», – новость очень порадовала меня. Завтра попытаюсь выяснить, чьи это отпечатки, чтобы разрабатывать дело дальше.

ж ж ж

Алексей ехал на дежурной машине по курортной зоне, с нескрываемым интересом разглядывая отдыхающих. Он заехал на заправочную станцию и отключил мотор.

Впереди красовался огромный рекламный щит. Платная стоянка в лесопарковой зоне была забита до отказа. Алексей тихо чертыхнулся, разглядев на стоянке еще два больших полицейских грузовика.

В кузове одного из них уже кто-то был, так как к нарушителям теперь стали применять более строгие меры. Существовало много преступлений, которые совершались безнаказанно.

Сыщик припарковался, вышел из машины и направился к магазину. Прошел через мост, откуда как на ладони были видны рельсы, провода электропередач, щит с рекламой, автобусная остановка, полицейский пост ГАИ. Он подошел к ним. Один из них узнал Алексея. Они вместе прочесывали местность в поисках пропавшего Сергея.

– Как дежурство? – поинтересовался Алексей. – Есть нарушители?

– Да вот двоих задержали за драку в общественном месте. Было еще указание запретить распитие спиртных напитков на улице и в общественных местах. Сейчас пишем протокол задержания.

– Молодцы. Хорошо следите за этим районом.

– Мы здесь до двенадцати, – продолжил страж порядка. – Было бы обидно пропустить полуфинал сезона.

Полицейский был молод, белое круглощекое лицо усеяно веснушками.

– А кто играет? – спросил второй полицейский постарше, опершись на стол. Он придвинулся к столу и стал перелистывать папку с официальными документами.

– Наша команда с москвичами, – ответил парень с веснушками.

– Обе команды сильные. Игра должна быть напряженной, – сказал Серегин.

– Ты свободен в субботу? Сходили бы вместе поболели, – выпалил первый полицейский

– Велика беда – схожу на следующей неделе. Приезжает украинская команда. Дежурство у меня в отделении считай, что повезло.

– Еще бы! – усмехнулся парень. – Лучше, чем торчать вот так на одном месте всю ночь или улицы патрулировать. Тем более в субботу.

– Тебе, что служить надоело, – поинтересовался другой патрульный полицейский. Подай в отставку.

– С какой стати. Мы всем довольны. По воскресеньям играем в футбол и с девушками встречаемся, – круглощекое лицо заулыбалось.

– Смотри, да, у тебя и девушка есть, – сказал напарник и закончил писать протокол

– Ну и что за девушка? – спросил Алексей, издалека посматривая за входом в магазин.

– Очень симпатичная. У нас свидание с ней перед матчем.

– Вы замечали у магазина подозрительных людей? Вон там, – Алексей указал взглядом на вход комиссионного магазина.

– Да там постоянно отираются отдыхающие. У входа пару раз появлялся долговязый парень. Присматривался к местности. Кажется, что боится чего-то. Постоит, постоит немного, да и уйдет. Вид у него такой странный.

– Когда он сегодня приходил?

– Часов в десять. Потом опять часа в три.

– О’кей, служите, спасибо за наводку. Завтра подойду примерно к девяти и постою с вами, но не факт. Опять этот парень появится, звоните мне на сотовый. Вот мой номер. Этот тип подозревается в совершении нескольких тяжких преступлений.

Алексей прошел в магазин, внимательно просмотрел все витрины и, наконец, увидел орден среди других старинных вещей. Продавец заметил Серегина и доверительно прошептал:

– Ваша камера слежения – просто подарок для нас. Мы теперь знаем намерения каждого, – продавец готов был раскланяться перед Алексеем.

– Стоит задуматься… – Алексей прошелся по всем отделам магазина, заглядывая в каждый угол, детально изучил расположение всех подсобных помещений и выхода на случай пожарной тревоги. – Вы сами замечали что-то подозрительное или приходил кто-то, чтобы купить орден?

– Люди постоянно заходят. Орденом интересовались еще до установления камеры. Такая вещь очень привлекательна для знатоков и коллекционеров.

– Поставлю новую, а старую заберу, – проговорил Алексей и заменил камеру. – До завтра.

Кирьянов вернулся к «Таурегу» и поехал в отделение полиции. Надо было обязательно срочно посмотреть запись. Во время просмотра он заметил подозрительного мужчину, похожего на Игоря. Он постоял минут десять напротив входной двери, заглянул внутрь и ушел. Следователь просмотрел запись вторично.

Подтвердились слова патрульных полицейских. Надо было еще немного подождать. Их слова навели на размышления, и он решил завтра с утра отправиться в магазин.

В перерыве после обеда отправился на стрельбище потренироваться. Из ста очков он обычно выбивал девяносто три, и постоянно тренировал руку.

После тира у Серегина возникло желание прогуляться вечером по набережной, так как если Мурин приехал, наверняка он выйдет из укрытия и, может быть, вечером проявит себя где-нибудь.

На набережной как всегда вечером было многолюдно. Фотографическая память Алексея фиксировала любую деталь, любое противоправное действие со стороны населения курортного городка. Должен же был Мурин где-то появиться, его портреты были разосланы во все рестораны и места общего скопления. Следом за осмотром Алексей решил побродить по берегу моря. С детства у него была какая-то вполне объяснимая страсть ко всему, что связано с морем.

– Ну, как дела, приятель? – Алексей спросил у капитана пришвартовавшейся яхты. – Вы по вечерам катаете пассажиров?

– Почему же? Катаем, но сейчас уже вернулись с последней прогулки. Приходите завтра.

– Вы видели среди своих пассажиров вот этого? – Алексей показал портрет Мурина.

– Сегодня с утра работал с вахтенным. Он принимал и высаживал пассажиров, возможно, и был у нас этот парень, видел много разных и кавказцев, и русских. Все в основном с детьми. Вот спросите у моего напарника, он будет завтра. Первый рейс в десять утра.

– О’кей. Подойду пораньше.

Ночная жизнь курортного городка кипела. Среди этой массы отдыхающих ходил или просто где-то прятался Мурин. Его волчьи повадки могли навести ужас на нормального человека. Интуиция Алексея подсказывала ему, что Таня обязательно найдет того, кто виновен. Поднялся ветер. Волны с шумом ударялись о берег и тихо откатывались назад, затем еще с большей силой разбивались о камни. Алексей поехал к себе, в сторону дома.

Половина десятого утра. Серегин уже спешил к причалу после обмена информацией с постовыми ГАИ, которые представили ему полный отчет о ночном дежурстве. Вслед за прочтением отчета о штрафах за превышение скорости, Серегину стало ясно, что подозреваемый преступник ушел в укрытие. С утра было прохладно. Волны успокоились и дул легкий ветерок. Прогулочная яхта стояла у берега. Помощник капитана запасался пресной водой, таская бутыли и бочки на яхту. Алексей показал помощнику портрет. Тот долго рассматривал лицо на портрете, потом вздохнул и добавил:

– Извини, друг, помню какого-то пассажира похожего на него. Оставь портрет, а то у меня память феноменальная. Увижу, обязательно позвоню. Дай свои координаты.

Алексей записал на ксерокопии фоторобота номер своего сотового. Он набрал номер Тани в надежде на ее здравый смысл и логическое мышление. Свой дедуктивный метод он решил связать с практической хваткой и целеустремленностью Тани.

– Алло, – прозвучало где-то в отдалении, когда взяла «Нокию» и услышала приятный голос Алексея, – Таня, попробуй разобраться. Тут сложилась понятная ситуация: Мурин знает, что орден в магазине, но боится туда зайти. Что в данной ситуации следует сделать?

– Серегин, рада тебя слышать. Привет! Вероятно, надо ждать подставы. Скорее всего, Мурин приехал один. Уверена, что он упустил свой шанс, чтобы заполучить орден, значит, попросил кого-нибудь другого за вознаграждение купить награду. Сам будет наблюдать за происходящим где-то в стороне. Важен момент, когда кто-то придет покупать орден. Отследите покупателя, возможно, он постарается связаться с тем, для кого куплена награда на самом деле.

– Хорошо, сам займусь этим вопросом. Как у тебя дела, что нового?

– Собираюсь на встречу с клиентами фирмы. Скоро выходит из заключения старший Демидов. Когда он будет встречаться с братом, отслежу их перемещения, Кирьянов обещал помочь. Сейчас он расследует другое дело.

– Попробуй заполучить как можно больше информации. Да, вот еще что, проверь родственников Мурина еще раз, чтобы выяснить их источник дохода. Кто-то щедро снабжает безработного деньгами. Было ли у вас совершено крупное ограбление за последнее время?

– Сегодня же выясню эту информацию.

Разговор прекратился, стала напряженно думать о том, что за такое короткое время Мурин успел два раза побывать в Сочи. Здесь не обошлось без богатого спонсора. Срочно позвонила Кирьянову в управление. Трубку взял дежурный:

– Извините, с кем имею честь разговаривать?

– Вас беспокоят из местной газеты, – тут мне пришлось приложить всю свою изобретательность, – дайте короткий отчет о преступлениях совершенных за последнюю неделю. Напечатаем этот материал в колонке новостей. Вышлите на наш сайт, – продиктовала свой адрес.

На этом разговор прервался, прикусила губу. Да, действительно, здесь без Кирьянова не обойтись. Посмотрела на часы, было около девяти. До встречи с клиентами оставалось примерно три часа. Ну что ж время есть, чтобы выпить чашечку крепкого кофе.

Мои кулинарные способности позволяли мне готовить разные изыски, чем баловала своих однокурсников, друзей и профессоров. Считала себя опытным кондитером. В международном конкурсе среди любителей кофе, наверняка заняла бы первое место.

Отложу встречу с клиентами, поеду в больницу к старику, он пришел в сознание и помнит людей, которые напали на него. Вышла из дома. Погода была на удивление жаркой, несмотря на то, что вечером шел дождь. Кое-где видны были лужи. Стайка голубей купалась в одной из них. Значит к вечеру, а может быть после обеда опять пойдет дождь. Включила мотор. По дороге заехала на рынок, купила фруктов и бутылку минеральной воды. Подъезжая к больнице, вспомнила, что захватила с собой халат. К счастью, справка донора давала мне возможность пройти в халате в любое отделение. Припарковалась, как и предыдущий раз, у ворот клиники, прошла в корпус, где лежал Петр Семенович. У дежурного врача узнала, что посещение старика разрешено. Прошла в палату. Охрана помещения была снята, но внизу у входа в клинику заметила пост полиции. В палате пахло лекарствами и карболовой кислотой. Было светло и уютно. На тумбочке красовался скромный букет ромашек. Наш пациент лежал с перебинтованной головой и открытыми глазами. Он устало смотрел в потолок. Морщины, казалось, еще больше углубились. Заметив меня, он как-то оживился и даже попытался улыбнуться, что у него плохо получалось.

– Здравствуйте, Петр Семенович. Вот вам фрукты и вода. Положила на тумбочку рядом с кроватью пакет. Как вы себя чувствуете?

– Спасибо, – еле слышно сказал старик. – Немного лучше. Дай мне, милая, водички. Что-то в горле пересохло.

Налила полстакана воды и поднесла ко рту старика. Тот едва смочил губы, потом отхлебнул глоток. Было видно, что любое движение головой доставляет ему страдание. Поставила стакан на тумбочку.

– Вспомните, кто напал на вас? Какие-то характерные особенности. Их было двое?

– Да. Один очень высокий, а другой чуть пониже. Заметил наколку у него на руке. Буквы А Д.

– Петр Семенович, помните, о чем они говорили между собой?

– Помню, – при этом старик закрыл глаза, дав понять, что разговор закончен.

Вышла из палаты, размышляя над таинственными буквами. Очевидно, А – означало Александр, а Д – Демидов. Версия подтвердилась. Адрес Демидовых знала. Было достаточно доказательств арестовать подельника Мурина, но я боялась спугнуть крупную рыбку. На телефоне высветился знакомый номер.

– Таня. Ты мне звонила час тому назад. Мне кто-то звонил из газеты, подумал, что это ты снова пытаешься выудить информацию. Есть проблемы?

– Да. Мне срочно нужно узнать, было ли совершено крупное ограбления за последнюю неделю. Кажется, что у подозреваемого появилась крупная валюта, раз он разъезжает. Алексей звонил и сказал, что видел человека похожего на Мурина в Сочи около магазина.

– Что дальше?

– Срочно надо арестовать Демидова. Была у Петра Семеновича в больнице, он сказал, что видел наколку на руке одного из нападавших: буквы А Д.

– Думаешь, что это значит Демидов Александр?

– Логично было бы предположить именно это.

– Хорошо, отдам распоряжение навестить Демидова. Что касается ограблений, то ты права. Два дня назад было ограблено кафе. Преступник унес дневную выручку. Могу предположить, что это связано с твоим делом. Да, вот еще что, извини еще раз, что отказался от встречи вчера. Думаю, в конце месяца у меня появится выходной. Специально возьму отгул, купим пива, воблы и съездим вместе с моей семьей на пляж.

– Это из области фантастики, так понимаю?

Услышала смех и тоже улыбнулась. Обида прошла, интересы дела были на первом месте.

– Позвони, когда сможешь, о’кей.

Набирая скорость, поехала на встречу с обманутыми клиентами фирмы «Орхидея». В голове всплыли воспоминания нашей последней встречи с Алексеем Серегиным у меня дома.

Захотелось все сразу бросить и заняться личной жизнью. Частный детектив победил на этот раз женщину. Внезапно стал накрапывать дождь, предусмотрительные пешеходы достали зонты. До кафе доехала за пять минут, оно находилось в самом центре города. Вокруг концентрировались магазины.

Припарковала машину за углом, выключила газ, вышла и отправилась в кафе. Из-за дождя все столики были заняты. Села рядом с двумя девушками, которые оказались здесь случайно и намеревались, как только дождь закончится, уйти. Было без пятнадцати двенадцать.

– Здравствуйте, вы меня вызывали, – услышала мягкий женский голос совсем рядом.

Подняла голову. Около моего стола стояла молодая блондинка с высокой прической.

– Присаживайтесь, – предложила. – Иванова Татьяна или Таня.

Указала, на стоящий рядом стул.

– Орлова Ольга Викторовна, – отрекомендовалась потерпевшая.

Женщина села на рядом стоящий стул и замолчала. По выражению ее лица было заметно, что она сильно нервничает.

– Расскажите все, что вы знаете о фирме. Собираю материалы для прокуратуры, вот мое удостоверение, – показала просроченные корочки работника прокуратуры.

– Все что знала, уже много раз рассказывала. Они уверяли, что поездка абсолютно законная, паспорт и документы были оформлены правильно. За услуги и путевку с меня взяли тысячу долларов, – видно было, что она в который раз повторяет заученные фразы.

– Так в чем оказались проблемы? – настаивала.

– Они предупредили меня, что поездка одинокой женщины может вызвать подозрения в посольстве и так далее. Словом граница оказалась закрытой. Деньги, которые взяли за услуги, так и сгорели.

– Договор подписывали с ними? – выясняла подробности сделки.

– К сожалению, нет. Только сейчас поняла, насколько они ловко все провернули.

– Что именно? – хотела уточнить.

– Они уговаривали меня. Предлагали, что можно прилично заработать за границей. Когда виза будет открыта, то в этом случае они снимут с себя ответственность. Положилась на них полностью, – собеседница замешкалась, собираясь с мыслями. – Привыкла доверять людям без лишних формальностей.

– Ну и зря. Вы же платили свои деньги. Что вы знаете о директоре или о бухгалтере фирмы? – перешла сразу к делу.

– Фактически, ничего. Знаю, только, что директор и его жена погибли где-то, и сейчас бухгалтер возглавил фирму.

– Легко вы поддались обману. Бухгалтер обещал вам возврат денег?

– Он нам объяснил, что деньги будут возвращены, когда фирма будет продана, а ее новый владелец расплатится с долгами. Теперь мы ждем, когда состоятся торги.

– Замечательно, – на этом мой интерес иссяк.

– Простите, Татьяна, есть ли у нас шансы получить назад наши деньги? – засомневалась Ольга.

– Ну, вы же сами сказали, что ждете торгов. Если у вас есть решение суда, то вы без проблем получите деньги у нового владельца фирмы.

– Боюсь, что новый владелец едва ли захочет расплачиваться с нами. Ведь долг более двухсот пятидесяти тысяч рублей.

– Это уже будет работа судебных приставов. Стоит побеспокоиться.

Хорошо понимала, что мои заверения слабо подействовали на Орлову. Провела рукой ей по плечу и участливо улыбнулась. Женщина как-то сразу растаяла и тоже улыбнулась мне в ответ.

– Спасибо, приятно осознавать, что кто-то познакомился с нашим положением, ведь нас несколько человек. И мы обошли уже все инстанции, судились много раз с фирмой, но они всегда выходила сухими из воды. Бухгалтер мне внушает доверие. После смерти владельца фирмы он взял руководство в свои руки и распоряжался всем на свое усмотрение.

– Почему вы так решили? – мой вопрос попал в самую точку.

– Когда последний раз была там, то он уже расположился в кресле директора и отдавал распоряжения секретарше для отправки людей за границу.

– Значит, они продолжают работать?

– Да, судя по тому, что он говорил по телефону о необходимости забронировать места в гостинице где-то в Греции.

Тут подумала, что Соусов собирается сам покинуть страну вместе с деньгами. Этот вариант для него мог быть наиболее приемлемым в данной ситуации.

– Вы предполагаете, что он сам решил сбежать, прихватив с собой ваши денежки?

– Вот об этом-то подумала. У вас тоже появилась такая же версия?

– Версия? – всегда слово «версия» вызывало во мне отрицательные эмоции. – Просто если рассуждать логически, то ему, безусловно, захочется скрыться куда-нибудь подальше в безопасное место. Вы слышали, сколько билетов он заказывал?

– Если не ошибаюсь, два.

– Спасибо, Ольга Викторовна, за ценную информацию. Мы обязательно проверим бухгалтера, особенно факт его переезда.

Орлова встала из-за столика и вышла из кафе. Дождь кончился, допила мой любимый напиток, вышла из кафе.

Сегодня обязательно должна проследить, чтобы Демидова взяли под стражу, иначе, когда приедет его брат, они вдвоем могут развить такую деятельность, что покажется мало, поэтому решила подстраховаться.

Поспешила к машине и поехала прямо в управление полиции, чтобы как-то ускорить события. Что-то подсказывало мне, что ждать появления брата Демидова осталось недолго. Задержалась на проходной, помахала тем же документом из прокуратуры, поднялась прямо на второй этаж, где на двери висела табличка «Старший следователь подполковник Кирьянов В. С.». Без стука, залетела в кабинет, застала Кирьянова за разбором папок и различных бумаг.

– Таня, не спрашиваю тебя, как ты прошла без пропуска и что за спешка?

– Мне надо, чтобы ты срочно выписал ордер на арест Демидова.

– Мы побеспокоились об этом, наши ребята уже выехали к нему на квартиру. В течение часа они должны вернуться. Мы же с тобой все обсудили по телефону.

– Хорошо. Ты интересовался, кто совершил ограбление кафе или запомнили какие-нибудь приметы грабителей. Возможно, описание его примет совпадает с описанием внешности Мурина.

– Полагаю, что здесь есть масса сомнений. Когда мы захватим, то есть ты изобличишь, – поправился Кирьянов, – правонарушителя, на очной ставке легко будет идентифицировать его внешность с внешностью грабителя.

– Присаживайся. Подожди немного.

На самом деле мне порядком надоело бегать, и я с радостью плюхнулась в придвинутый мне стул. Как прозаично все оборачивалось.

Тяжело вздохнув, проговорила:

– У меня появилась версия, что Мурина возила в Сочи его подруга Оксана. Она отличный водитель, это помню по нашему свиданию при удачном задержании.

– Татьяна, ты вправе предполагать все, что угодно, пока не убедишься в этом сама. Ты можешь навестить родителей Оксаны.

– Она живет одна, и будет докладывать о своих поездках только родителям.

– В этом ты полностью права.

Прошло более получаса, пока в комнате появились двое полицейских. Один из них был наручниками связан с Демидовым. При их появлении у меня как будто камень с души свалился. Облегченно вздохнула.

– Ладно, пошла. Позвоню, когда смогу.

– Бывай. Забудь про наш уговор.

Под уговором поняла нашу встречу и поездку на дачу, турбазу, пансионат или пляж. Теперь оставалось следить за братом Александра Виктором. Поехала к нему на квартиру. Демидовы проживали на тихой улице в центре города в старом двухэтажном доме. Оставила машину у дома и внимательно стала присматриваться к окружающей обстановке. Возможно, придется где-то спрятаться, чтобы следить за действиями Виктора. Но лучше всего, мне казалось, оставаться в машине и наблюдать. Рабочие разгружали джип с товаром и складывали в подвале прямо под квартирой Демидовых. Они обратили на меня внимание и продолжали перекидывать коробки. Предполагаемый приезд Виктора ожидался где-то вечером, поэтому у меня в запасе было верных часа три, и могла спокойно подъехать к фирме Соркиных и послушать, чем занимался в данный момент Соусов.

8. Освобождение

Перед рассветом все ждали освобождения сокамерника и писали записки на волю. Демидов подходил к каждой кровати. Верхние передавали записки нижним, те отдавали бывшему подельнику. Он их слюнявил, скручивал и засовывал за пазуху. Наконец, все записки были собраны, а их набралось более двадцати. В колонии общего режима можно было передавать просьбы заключенных через вновь освободившихся зэков их родственникам или знакомым, чтобы те пришли и передали им какую-нибудь посылку с продуктами. Все посылки проверялись: продукты выкладывали на стол и частично отдавали, а одежду возвращали до конца срока матери или тем, кто жил с ним до получения судимости.

В половине шестого утра дежурный нажал на кнопку, и прозвучала сирена. Рассвет наступал медленно. В камерах, вновь отремонтированного за счет заключенных здания тюрьмы, сокамерники подталкивали один другого, поспешно складывая постели, освобождая пространство для уборки. Кухонные дежурные задолго до подъема суетились в помещении кухни, одни готовили завтрак, другие расставляли железные миски, ложки, чашки. В камеры строгого режима завтрак приносили и просовывали в смотровое окошко тоже сами заключенные. Виктора Демидова сегодня должны были вызвать и сообщить о времени освобождения.

Он поднялся с железной койки и медленно натянул принесенные предварительно с вечера его новые, специально привезенные матерью брюки и рубашку, а фланелевую тюремную робу кинул на кровать. Все тело затекло от железных прутьев удобной кровати и жесткого матраса. Сокамерники зевали и с завистью смотрели на «освобожденного» сокамерника, который спрятал в карман лист бумаги, испещренный мелким подчерком и почти выкуренную пачку сигарет

– Ты на кой х… встал бля. На волю на х… бля с чистой работой? – спросил Демидова сосед, древний седой старик, которому едва было пятьдесят. – Отымь меня на х… бля с собой. Скучаю на х… бля по свободе на х… бля! Ты на кой х… бля уже отыметь на х… бля один или с товарищем на х… бля?

– Один на х… бля. Тебе на х… бля, дед, два срока на х… бля похлебку на х… бля хавать на х… бля! – резко сморкнувшись и выплюнув содержимое на пол, ответил вновь освобожденный.

– На х… бля ксиву отыметь на х… бля, – сказал дедок и плюнул на пол. – Откинусь на х.. бля и фарт на х… бля. На на х… бля клифт на х… бля. На на х… блю, отымь на х… бля, – и он протянул свою фланелевую робу.

– Х… с ней. Кинь на х… бля и шкабы на х… бля! Откинусь на х… бля. Аска под амнистию подпадет, – старик похлопал Виктора по спине, глухо засмеялся и тут же закашлялся.

Резкий стук в дверь заставил сокамерников замолчать. Они плюнули на пол и стали целоваться как мужчина с женщиной во время расставания. Стук в дверь заставил их разняться. Бандиты смотрели на них с удивлением и завистью. Засов тяжело громыхнул, и дверь открылась. Бандиты тоже плюнули, они всегда так провожали освобожденного заключенного с зоны. Один даже расплакался и сказал:

– Ну, на х… бля мы сюда приперлись, на х… бля.

Освобожденный Демидов шел по коридору впереди, за ним – дежурный надзиратель. Они спустились по металлической лестнице на первый этаж, вышли во двор через боковую дверь. Просторный тюремный двор, напоминающий спортивную площадку, с утра был заполнен заключенными. Многие стояли и курили, кто-то прогуливался, некоторые бегали или скучали в стороне. Всякие разговоры прервала команда:

– Становись! В колонну по шестеро!

Ночные надзиратели сдавали дежурство, помогали построить заключенных для проверки.

– Скорее! Бегом!

Заключенные, натягивая на ходу рубашки, бросали окурки на землю, ворча и переругиваясь, становились у стены в колонну по шестеро. Среди заключенных произошла небольшая путаница, которую создал молодой симпатичный парень с вороватыми ухватками. Он забежал впереди строя заключенных, стараясь влезть рядом с огромным, накаченным зэком.

– Ты, шо, шкет, табаш?

– Лярва, Великан! Жито парни. Все за определенную цену.

– Следи за метлой. У нас правильный порядок! Прокрутят через матрас, узнаешь, – верзила пихнул парня ногой, и тот покатился по полу, цепляясь за ноги крепкого и сильно накаченного зэка. – Ша, вставай, правилка будет, – ухмыльнулся тот.

– Прекратить разборки, – все отчетливо услышали слова интенданта.

Строй выровнялся. Дежурный надзиратель стал выкрикивать фамилии зэков. Он схватил за шиворот, лежащего на полу парня и поставил в ряд:

– Неприятностей захотел? Только скажи мне! Быстро тебе устрою отдельный номер со всеми удобствами! Встали в строй!

Зэки подняли лежащего на асфальте молодого парня и втолкнули в строй. Парень заплакал, растирая щеки, испещренными наколками, пальцами. Наконец зэк прекратил хныкать. Дежурный надзиратель закончил проверять список. Около Демидова он остановился и назидательно произнес:

– Зайдешь к начальнику подписать бумаги.

– Так точно, гражданин начальник, – Демидов плюнул и радостно произнес. – Спасибо вам гражданин начальник. Свобода. Меня жена и мать ждет.

Солнце начинало жечь спины заключенных. Они терпеливо слушали нравоучительную беседу. Стены тюремного двора были белые и высокие. Сама колония находилась в отдалении от населенного пункта, на холме. Строй зэков вернулся в корпус здания, и они прошли в помещение для приема пищи. Все рассаживались по своим закрепленным за каждым местам. Появились заключенные из кухонной команды. Они раздавали завтрак: кашу и кусок хлеба. Когда Виктор Демидов после завтрака вернулся в камеру, он собрал свои пожитки и сел на кровать, дожидаясь вызова. Несколько минут спустя надзиратель открыл со скрипом дверь, и сокамерники услышали долгожданные слова:

– Демидов на выход.

Заключенный встал и, не оборачиваясь, поспешил к выходу. Дверь глухо закрылась за ним, оставляя сокамерникам дожидаться окончания срока заключения. Выйдя из стен исправительного учреждения, Виктор оказался совершенно ошеломлен свободой и солнцем, которое уже было высоко в зените. Он прошел несколько метров и увидел коммерческий ларек с напитками, сигаретами, шоколадками и жвачкой. Пересчитав наличность, чего должно было едва хватить на дорогу, он купил бутылку водки, с наслаждением выпил и выбросил подальше.

Бывший зэк быстрым шагом пошел к вокзалу, чтобы успеть на проходящий поезд. Купив билет, он подошел к ближайшему киоску и купил газету, прочитал и положил в сумку. Только в поезде он почувствовал себя по настоящему на свободе. Суета пассажиров вагона приятно радовала его. Он смотрел на мелькающие за окнами деревья и кустарники, мечтая скорее окунуться в повседневную жизнь. Записки подельников лежали за пазухой. Он их достал, внимательно изучил, разорвал и выбросил из окна общего вагона. Сначала он хотел встретиться с братом и обдумывал дальнейшие действия. Все продумал основательно. Опыта и знаний у него хватало, чтобы заняться более крупными делами. В голове зрел план по печатанию фальшивых купюр. Просто грабить магазины или перепродавать ордена, медали или другие исторические ценности было бесполезно. Слишком опасно. Зато изготовление фальшивых денег казалось ему делом менее трудоемким и более выгодным. Теперь непременно надо было посоветоваться с братом по поводу своей задумки.

Ветер свистел где-то вдали. Стук вагонных колес сморил Виктора. Он привалился спиной к стенке и уснул. Очнулся, когда объявили, что до прибытия оставалось полчаса. Тогда он быстро протер глаза и прошел в тамбур. Поезд медленно подъехал к вокзалу, где уже толпились встречающие. Виктор знал, что его никто не встречает, но осознанно смотрел в толпу в надежде заметить знакомое лицо.

На вокзале, как обычно, было многолюдно. Люди устремлялись к кассам, чтобы отправиться в путешествие. Было около девяти вечера. Лиловые сумерки наступили незаметно.

Виктор вышел из поезда. До дома он дошел пешком и бегом поднялся к себе в комнату. Каково же было его разочарование, когда он встретил, как ожидал на пороге свою мать. Он осмотрел две комнаты, заглянул на кухню. Прошло около часа. Брат знал о его выходе с зоны, но почему-то ушел. Значит, на то были веские причины: арест или смерть. На здоровье Александр редко жаловался, оставался только арест. Тут Виктор вспомнил про Игоря Мурина и то, как они дружили последнее время с Александром. Тот наверняка его втянул во что-то, а сам скрылся.

ж ж ж

Подъехала к «Международному агентству», когда рабочий день подходил к концу. Но парковать машину прямо у самого входа было рискованно, поэтому повернула за угол и притормозила.

Надела наушники, настроила приемник и усердно стала ждать. Слышны были хрипы от шороха наушников. Возможно, все разошлись по домам. Надежды на получение каких-то сведений почти не оставалось. Я вспомнила рассказ Орловой о заказе бухгалтером двух билетов в Грецию. Хотелось узнать подробности и выяснить точнее, когда их рейс на самолет.

В машине было жарко. Асфальт накалился за день до температуры песка в пустыне. Все следы утреннего дождя исчезли минут через десять. Прошло примерно полчаса, мне уже стало казаться, что зря теряю время. Чтобы не уснуть, стала развлекать себя чтением объявлений в газете. Каких только предложений там не было. Случайно, наткнулась на объявление о продаже и покупке орденов, медалей и старинных монет. Меня оно заинтересовало. Записала номер телефона. Прошло еще полчаса. Мое терпение заканчивалось. Решила ждать еще полчаса, незаметно для себя начала мечтать о чашечке ароматного кофе с булочкой и джемом. Вообще-то следить за кем-то, дело не благодарное и опасное. В данной ситуации надеялась услышать хорошие новости. Мое терпение было вознаграждено. Неожиданно в трубке послышался треск, похожий на звук открываемой двери. Услышала тяжелые шаги, как будто кто-то входил в комнату. Шаги прекратились. Странные звуки открываемого шкафчика или сейфа. Возможно, в комнате был тайник, о наличии которого не подозревала. Жучок уловил звуки перелистывания бумаги, опять послышались те же шаги. Щелчок, как будто захлопнули чемодан или входную дверь. Все эти шорохи ясно говорили о том, что кто-то приходил тайно на фирму и что-то взял или положил.

Скорее всего, у бухгалтера был тайник, где он держал важные документы, а возможно и деньги. Решила побывать ночью на фирме и самой поискать этот сейф или тайник. Благо у меня были некоторые подручные приспособления для открывания замков. Убрала приемник и завела мотор. Настроение у меня в данный момент было исключительно хорошим. Машина завелась. Целесообразнее всего было ехать к дому Демидова и дожидаться его появления. По моим подсчетам до его приезда оставалось минут сорок.

Доехала до близлежащего супермаркета и купила продукты, сигареты и дельные приспособления для ночного посещения фирмы: веревку, чтобы подняться и спуститься со второго этажа, пандус для выдавливания стекла и матерчатые перчатки. Частенько мне приходилось навещать подозреваемые организации в не желательное для них время, и ни разу не прокололась. Сейчас было самое благоприятное время, так как фирма была снята с сигнализации из-за переплаты налогов. Сложила все купленное на заднее сиденье, а сама набрала номер телефона коллекционера старинных орденов, медалей и монет.

– Алло, – прозвучал в трубке молодой мужской голос.

– Звоню по объявлению, – пытаясь продолжить разговор, сказала: – Разрешите предложить вам старинный орден.

– Какой? Куплю любой из предложенных орденов. Встретимся и посмотрим. Как вас зовут?

– Татьяна, – сказала доверительно, собираясь закурить.

– Дмитрий Александрович.

– Скажите, почем орден времен Александра ΙI?

– Телефонный разговор прекращаю. Назначаю встречу завтра в шесть вечера в кафе «Лира». Устраивает?

– О’кей. Буду сидеть за столиком спиной к выходу, на столе у меня будет лежать пачка сигарет «Мальборо».

– До встречи.

Должна раздобыть где-то любой стоящий орден, чтобы вызвать коллекционера на откровенный разговор. Наверняка он знает многих перекупщиков и коллекционеров фалеристики. Хотелось бы определить, на самом ли деле Оксана поехала на юг с Муриным. Другие возможности попасть в Сочи у него были. Старалась позвонить на номер ее домашнего телефона, в трубке были гудки. Метод «от противного» доказал причастность Оксаны.

Завела мотор, и через каких-нибудь десять минут моя «Рено-Меган» стояла прямо напротив окон Виктора Демидова. Теперь в доме кто-то был. Присмотрелась к окнам, заметила движущуюся мужскую фигуру. Предположительно это был Виктор. Он приехал и уже осваивался. Какие у него появились мысли, когда он застал дома вместо брата подслеповатую мать.

Трудно ввести в заблуждение человека после заключения. Было крайне важно проследить, что предпримет Виктор, обнаружив отсутствие брата. У него сразу появились бы вопросы к Мурину. Было, что рассказать своему бывшему сокамернику. Сидела в машине у дома Демидова. Свет в окне квартиры погас и, почувствовав, что сон валит меня с ног, поехала домой. В квартире позволила себе поспать часа два, предварительно завела будильник на три часа ночи для выполнения опасного профессионального задания – в турфирме «Орхидея» найти тайный сейф с бумагами, документами или деньгами. После чашечки ароматного кофе и одной сигареты, была готова к ночной операции. Шаг был рискованный. Еще день-два потеряла из вида бухгалтера фирмы и все его документы.

Ночью город казался вымершим. Рестораны принимали приличных посетителей с деньгами. Казалось, жизнь прекратилась или замерла на время. Попадались одинокие прохожие и редкие автомобили. Прямо у фирмы поняла, как рискую. Припарковав машину за два дома от здания фирма, захватила с собой в сумочку все необходимое, прошла во двор, надела матерчатые перчатки, чтобы проникнуть в здание без отпечатков пальцев. Еще раз, оценила ситуацию, решила попасть в фирму по карнизу через окно.

Залезть на рядом стоящий гараж, пройти по нему как кошка, затем по веревочной лестнице, которую закинула на дерево около окна второго этажа, было делом не трудным. Поднялась на карниз, прошла по нему и очутилась около окон фирмы. Аккуратно выставила стекло, спрыгнула с подоконника и оказалась в пустом помещении. Как и предполагала, вся мебель была вывезена за исключением двух кресел. Под одним из них находился мой жучок. Пошарила рукой снизу и сняла подслушивающее устройство. Фонариком обшарила каждый угол комнаты и заметила в одном месте слегка отстающие обои. Ножом попыталась слегка приподнять отстающий край. Бумага приподнялась и там заметила встроенный шкаф-сейф.

Подобные сейфы приходилось открывать при помощи простого подбора цифр, но на это требовалось время. За час или два смогла бы открыть замок. Решила, что проще было бы захватить сейф с собой. Здесь опять возникали проблемы с извлечением самого сейфа. Еще поразмыслив минуту, наконец, все-таки решила попробовать комбинацией цифр открыть сейф. В полицейской терминологии есть специальный термин «медвежатник», кто занимался вскрытием сейфов. Надо быть очень опытным специалистом, чтобы рискнуть и попробовать открыть устройство.

После более тридцати не удачных попыток, когда пальцы уже плохо слушались, дверца сейфа щелкнула и легко открылась. Рано было радоваться. В сейфе находились документы, валюта в долларах и евро, дорожные чеки, золотые украшения с брильянтами, изумрудами, рубинами и сапфирами, коробка со швейцарскими часами, один золотой слиток, две старинные иконы, три Ордена Ленина.

Достала папку с бумагами и стала перелистывать. К моему счастью в бумагах был подробный отчет бухгалтера фирмы за все сделки и сколько левых денег он получил. Все суммы были в долларах. Столбики цифр занимали шесть листов. Рядом с фамилией и адресом стояло число и год. Записи велись в течение десяти лет. Меня поразила тщательность, с какой велась запись. Иногда фамилии клиентов повторялись. Пыталась найти знакомые фамилии. Снова быстро просмотрела список, фамилии Шустрый и Куценко отсутствовали.

Оставаться долго было нельзя, захватила с собой папку с бумагами и деньги, вылезла из окна, поставила стекло на место и тем же путем спустилась вниз. Соусов едва ли пойдет в полицию докладывать о пропаже бумаг и денег из сейфа, который существует по книгам инвентаризации. Даже частный детектив едва ли найдет мои отпечатки.

Домой ехала спокойно, без нервов. Голова гудела из-за сильного переутомления и мышечного напряжения. Папка и деньги лежала рядом на сиденье: мои трофеи.

Теперь дело принимало другой оборот. Соусов попадал под уголовную ответственность. Надо было срочно доложить Кирьянову. В данной ситуации могла бы шантажировать бухгалтера, работала на опережение. Искать и обезвреживать преступников моя задача номер один. Пусть эта папка будет важным доказательством в суде, а валюту в долларах и евро перечислят в банк.

Дома сварила по особому, недавно прочитанному рецепту, кофе, добавила чайную ложку коньяка, корицы и цедры лимона. Еще раз перелистала бумаги: адреса зарубежных фирм, различные сделки и многое другое. Заинтересовал список постоянных товаров, привозимый из-за рубежа. Там было все, начиная от косметики и нижнего белья и кончая дорогими шубами и оргтехникой. Реальный оборот фирмы был несколько десяткой тысяч долларов.

Было около пяти часов утра. Приняв теплый душ, мечтательно развалилась на диване и уснула.

ж ж ж

Проснулась, когда увидела, что высветился номер подполковника Кирьянова. Взяла трубку и услышала долгожданный и знакомый голос Кири:

– Алло, Таня! Еле дозвонился. Звоню тебе в третий раз. Ты куда-то пропала или спала так крепко?

– Конечно, спала. У меня вчера был трудный день, – оправдывалась я. – Получила секретную информацию о фирме. Тебя это должно заинтересовать. Полный компромат на бухгалтера, все их сделки за последние десять лет, и какая прибыль скрывалась от налоговой инспекции.

– Послушай, Таня, у тебя есть время. Захвати документы с собой. Мне прислать машину?

– О’кей, буду гораздо раньше, минут через тридцать. Как у вас дела с Демидовым?

– Находится в камере предварительного заключения. Похоже, он собирался признаться в содеянном покушении на старика. Хорошо, что мы поставили охрану в больнице.

– Старик запомнил Демидова и его сообщника. Его собирались выписать из больницы. Надо будет проведать деда. Кстати, хочу тебя порадовать, вернулся брат Демидова с зоны. Вчера отследила его приезд и сегодня собираюсь продолжить слежку.

– Приезжай. Жду. Захвати свои документы.

Вскочила с постели, причесала послушные волосы, наложила минимум косметики, на ходу допивая уже остывший кофе.

На стоянке, где стояла машина, веселый лай знакомой дворняжки встретил меня. Изредка подкармливала беднягу, и она каждый раз радостно приветствовала мое появление. На этот раз она с не меньшим энтузиазмом начала ласкаться ко мне, и я вынуждена была отдать свой бутерброд, который захватила с собой. Машина слегка побурчала как разбуженная кошка и потом завелась. Легко лавируя в потоке машин, мчалась на деловую встречу.

В управлении внизу меня пропустили без лишних хлопот, так как Кирьянов предупредил о моем появлении. Как обычно, постучалась в кабинет, услышала «входите» и открыла дверь. В кабинете был абсолютный порядок: все текущие дела находились на своих полочках. Кирьянов сидел за компьютером и что-то писал. Достала папку из сумочки и положила на стол.

– Таня, наконец-то. Ты замечательно выглядишь. Те самые документы? – Владимир взял папку и стал внимательно изучать. – Не спрашиваю, как ты достала их, почти догадался. Опять свои методы?

– В каком-то смысле ты прав.

– Ты могла бы оставить папку дня на два?

– Да, хотела тебя попросить, чтобы подержал ее у себя короткое время. Так будет надежнее. Боюсь, что хозяин документов обнаружил их пропажу, и кинулся искать. Входила в круг знакомых бухгалтера. Знаю, как он отреагировал бы, рассчитала возможные последствия. Сейчас отправляюсь, чтобы следить за передвижением Виктора.

– Позвони, если заметишь что-то подозрительное.

– Честь имею.

ж ж ж

Ушла от Кири и поехала к дому Демидова. Припарковала машину у входа в дом, стала наблюдать за окружающей обстановкой. По окнам сейчас трудно было определить дома ли мой подопечный. Минут через десять заметила из дома вышел мужчина, очень похожий на Виктора, поэтому специально нагнулась, чтобы он заметил пустую машину.

Мужчина перешел на другую сторону и двинулся в направлении перекрестка. Постоял на углу, будто ждал кого-то и вернулся назад. К нему подъехала серебристая иномарка «Форд». Из нее вышел спортивного телосложения молодой человек, поговорил о чем-то с Виктором. Догадалась, о чем они говорили. До меня долетела одна фраза, по которой поняла, что разговор шел о деньгах. Поставлю жучок в квартиру Виктора, чтобы знать о круге его общения. Виктор поговорил и сел в машину вместе с «крутым» знакомым, и они поехали. Последовала за ними. Они выехали на проселочную дорогу. Начались дачи.

Старалась отстать, держалась на расстоянии тридцати метров, отвлекая внимание. Водитель «Форда» умело вел автомобиль. Вклинивался, рвался вперед, перегонял. «Крутые» бизнесмены сбавляли скорость на поворотах. Просчиталась, через минуту проклинала себя за наивность. Водитель резко нажал на акселератор, и мощная машина оторвалась. Проехали километров пятнадцать. «Форд» лавировал в потоке машин, выезжал на встречную полосу. Вытерла пот со лба, устремилась следом, подгоняя свое «Рено-Меган», избегая резких поворотов.

На дороге впереди показался туристический автобус с пассажирами. Он перегородил всю дорогу и дал возможность «Форду» оторваться на большое расстояние от «хвоста». Затем вклинился крупнотоннажный трейлер. Поняла, что потеряла преследуемую машину. Надавила на педаль газа, высекая последние силы из двигателя, обогнала, трейлер. Впереди двигался «Опель», который внезапно на скорости врезался бампером в багажник, несущейся «Тегуаны-Лагуны». Оказалась перед выбором: или погибнуть или догнать потерянный из виду «Форд», до отказа выжала скорость и, методично обгоняя весь едущий впереди транспорт, сократила расстояние до минимума. Мы выехали к элитным особнякам. Около одного из них «Форд» затормозил. Виктор и водитель «Форда» вышли из машины, закрыли ее на ключ и проскользнули во двор особняка. Остановилась так далеко, что едва могла различать фигуры. В течение часа они отсутствовали. Сильно утомило ожидание.

Был другой способ узнать что-то о Викторе. Осмотрела окрестности и постаралась запомнить адрес. Вскоре они появились. Срочно заехала в лесополосу, чтобы оттуда продолжать наблюдение. «Форд» пронесся мимо меня, подозревая, что за ними следят. Запомнила номер серебристого красавца. Поняла, что он числился среди угнанных автомобилей по каким-то другим делам. Номера менялись очень просто. Подъезжая к городу, «Форд» задержался у перекрестка, пропуская группу туристов. Снизила скорость. Отстала от «Форда». К светофору «Форд» приблизился спокойно и размеренно. У перекрестка стояла только одна «Волга» в ожидании, когда сменятся огни. Мотор «Форда» урчал, словно сытый кот. Водитель «Форда» неожиданно дал полный газ. Преследуемая мною машина проскочила, отпрянула в сторону, повернула вправо к перекрестку. Зажегся зеленый свет. «Волга» стояла на тормозах, перегородив дорогу, и мешала движению. Терпеливо дожидаясь пока водитель «Волги» выйдет из ступора, «Форд» снова вернулась к дому Демидова. Моя машина остановилась в отдалении. Теперь Виктор вышел из машины совершенно преобразившийся. На нем был светлый летний костюм из красивой ткани, темная рубашка и легкие ботинки, в руках была спортивная сумка. Он подошел к подъезду и скрылся в нем. «Форд» исчез из виду.

К встрече в кафе с коллекционером орденов собиралась найти старую медаль или орден, чтобы показать собирателю ценностей. Позвонила в краеведческий музей, где часто выставлялись различные знаки боевой и воинской славы, спросила, могли бы они на время для проведения операции по задержанию опасного преступника выдать любой пресловутый орден. задержания проведения операции подля задержания опасного преступникаВыглядело навязчиво. Таня привыкла навязываться, тем более в таком деле.

9. Посещения

Временно отложила проблему поиска ордена. Экстренно решила съездить в больницу к Петру Семеновичу и привезти его к себе домой. Около наблюдаемого мною объекта, то есть дома, где жили Демидовы, заметила играющих во дворе детей, школьники коротали свои каникулы в городе. Они строили из веток что-то наподобие шалаша. Один мальчик лет десяти показался мне наиболее сообразительным, и решила поговорить с ним. Чтобы обратить на себя внимание, я по-мальчишески свистнула. Ребята прекратили игру и уставились на меня.

– Эй, ребята, хотите заработать доллар, чтобы помочь тетеньке?

– Нет, – отозвался один из них.

– Сейчас уеду, а вечером часам к семи подъеду. Последите за соседней дверью, кто уходил или приходил, расскажите. Договорились? Поеду в магазин за продуктами и мороженым и вам куплю.

– Нет, мы конфеты любим.

Дети окончательно согласились, и полная решимости я поехала в больницу. Все детективы обычно используют информаторов. Грешила и я этим часто. Иной раз приходилось покупать уговорами или хитростью у них признания.

Ни одно, раскрытое мною дело, не обошлось без этого. В арсенале было гораздо больше осведомителей, чем у обычного следователя, так как легко находила общий язык с любыми национальными группировками. Многие, кого спасла, сами предлагали свои услуги. Для кого был случай удачно подзаработать, они охотнее предлагали свои услуги частному детективу, чем правоохранительным органам. Дети часто становились пособниками в раскрытии запутанных преступлений. Старалась увлечь таким способом ведения дела, чтобы самой не стать жертвой своей любознательности. Встречалась с ними в расставленной мной сети, учитывая перепродажу любых сведений.

В стационаре, где лежал Петр Семенович, лечащий врач встретил меня с улыбкой. Он вручил список медикаментов для восстановления здоровья своего пациента.

– Вот этими препаратами плюс, усиленное питание вы завершите нашу работу.

Доктор был высокий, в белой шапочке, халате и напоминал снеговика.

– Спасибо, помогли нам, доктор.

– Наша работа такая, лечить людей. Пожалуйста, снимите бинт с раны самостоятельно. Приедете на перевязку.

– Что вы, никогда! – заверила я в шутку. – Приеду завтра полечусь сама.

– Рад был познакомиться.

Врач был настолько вежлив и внимателен, что мне было неловко. Прошла в палату, где лежал наш свидетель, и удивилась, насколько лучше стал глядеть: глаза блестели, лицо округлилось, сам улыбался.

– Танька, – обрадовался Петр Семенович. – Спасибо, что не забыла старика.

– Сегодня выписали, – доктор сказал: «Тебе сейчас прямо с бабой работы в огороде. Вот», – показала тыльной ладонью левой руки по груди. Сама отвезу вас к себе. Пока живи у меня на квартире. Работа наша такая, – указала весело на дверь рукой. – Хорошо? – села на край кровати, вытирая лоб краем платка и положила свой ай-пат с навигатором рядом:

– Наши дела между собой известны, купим лекарства, сделаем перевязку, а потом сюда еще раз приедем. Посидим, поговорим. Буду вас щами кормить.

– Поехали, дочка. Вещи-то брать?

– Да, обязательно. Вы очень хорошо теперь стали выглядеть.

Петр Семенович аккуратно сложил свои пожитки, мы вышли из палаты. Он опирался на мою руку, когда мы медленно спускались по лестнице вниз.

– Спасибо, родная, ты моя спасительница.

– Скоро найдем преступников, будете в суде свидетельствовать против них. Разберем их всех по нарам и дадим большие сроки.

– Когда же суд будет, милая?

– Скоро, дедуля. Они теперь перед тобой в долгу. Сама хочу увидеть этих бандитов за решеткой. Потом выпьем по сто грамм.

– Это верно.

– Петр Семенович, медали и ордена у вас есть? Нашла коллекционера, дайте, пожалуйста, на час старую какую-нибудь медаль для следствия, – любопытствовала, ожидая услышать положительный ответ.

– Устал. Давай постоим.

– Не торопитесь.

– Остались медали, ордена и нашивки. Воевал с самого начала войны, жив остался. Съездим в деревню, покажу свои награды, соседку проведаю. Я ей обещал забор поправить, – у Петра Семеновича была красивая речь с яркими эпитетами и вставками.

– Вот и замечательно.

Мы медленно подошли к «Рено». Помогла Петру Семеновичу сесть, и отправились в путь. Проблемы решались сами собой, устраивал и климатконтроль, и скорость.

– Знаешь, дочка, извини, что так тебя называю, своих детей у меня нет. Был контужен, долго лечился, потом работал. Так и не успел детей нажить, – Петр Семенович разоткровенничался

– Сейчас заедем к вам домой. Петр Семенович, вспомнили лица бандитов, чтобы опознать их на очной ставке?

– Их голоса и лица отлично запомнил. На войне смерть меня не взяла, а от руки бандитов помирал. Старший лейтенант Петр Сазонов.

Нравилось слушать рассуждения моего пассажира. Подъехали к его дому. Притормозила у калитки, вышла из машины, помогла Петру Семеновичу выйти и пройти в дом. Он, шаркая, подошел к комоду, порылся, доставая из укромного места свои награды, завернутые в шелковый, затем льняной и лишь потом целлофановый пакет. Улыбаясь, заслуженный пенсионер надел очки и сел за стол. Он разложил находку перед собой, снял очки, крякнул, закрыл ладонью глаза и заплакал громко от боли, стыда и обиды.

– Возьми для дела, покажи и верни мне завтра, дочка, коль связалась с этим миром. Отправь меня в больницу…

– Сегодня же верну, – обрадовалась и поцеловала участника боевых действий в щеку.

На обратном пути Петр Семенович задремал, старалась объезжать ухабы и рытвины, чтобы не разбудить старика. Около своего дома, притормозила, сидела и ждала, опустив руки на колени. Передала ветерану войны платок, он вытер пот со лба и посмотрел в зеркало.

– Приехали?

– Да, мы около моего дома. Отведу вас к себе, а сама уеду на время. Вы там сами располагайтесь, еда в холодильнике.

– Беспокоилась зря, Таня. Вернешься на ужин?

– Обязательно.

Зашли в мою большую квартиру, доставшуюся мне от бабушки. Здесь жил Серегин, когда останавливался у меня. Все мои подопечные, кому была нужна защита, коротали здесь время.

– Располагайтесь вот здесь на диване. Полежите немного, поспите, скоро приеду, навещу вас.

– Спасибо. Про медаль не забудь.

ж ж ж

Была тронута участием Петра Семеновича. Летела в кафе «Лира» встречаться с коллекционером. За углом кафе затормозила и припарковалась. Сидела за рулем, вспоминала мои обычные текущие дела, накрасила губы, немного припудрилась. Зашла в кафе без четверти шесть. Заняла место спиной к входу и положила пачку сигарет «Мальборо» на стол. Подошел официант. Заказала чашечку кофе и бокал минеральной воды. Внезапно к столику подошел мужчина, отодвинув стул, вежливо спросил:

– Можно к вам за столик? Вы Татьяна?

– Да. Вы Дмитрий Александрович?

– Так точно. Привезли что обещали?

– Нет. Знаете, у меня другие ордена и медали. Хотела поинтересоваться, как эти награды сейчас оцениваются?

Коллекционер заказал кофе и сто грамм коньяка, потом внимательно изучил все регалии. Некоторые он даже рассматривал через лупу. Затем, помолчав, сказал:

– Конечно, они имеют определенную ценность, но таких орденов и медалей тысячи. Они сохранились во многих семьях, где кто-то был на войне. Все из них у меня есть, но если вы хотите все-таки продать, постараюсь найти человека, кто бы купил их у вас.

– Вы могли бы сказать, кому можно продать наградной крест «За службу на Кавказе» времен Александра IΙ?

– Меня несколько дней назад уже спрашивали об этом ордене. Это дорогой орден, но смог бы купить его у вас, так как давно ищу его для своей коллекции.

– Кто спрашивал, не подскажите?

– Да так, один мой знакомый.

– И кто же это? – мое волнение передалось моему собеседнику. – Боюсь, что этого знакомого как раз и ищу. Этот человек виновен в ряде преступлений и было бы правильно, если бы вы позвонили мне, когда он снова обратится к вам.

– Сомневаюсь, что он еще позвонит.

– Но все же запомните, что вам сказала.

– Так вы для этого мне звонили и назначали встречу?

– Ну, если и так, что это меняет?

– Ладно, обижаться поздно. Позвоню.

– И еще одно, не рассказывайте никому о нашем уговоре. Идет?

– Ваше дело предупредить. Простите, мне надо идти, – коллекционер встал из-за столика, оставив недопитым кофе.

Закурила. Теперь дам возможность Мурину купить орден и арестую, усыпив его бдительность. Меня беспокоил Виктор Демидов и его новые знакомые. Они могли втянуть его в новое преступление. Разгадаю их планы раньше, чем они начали действовать и как можно скорее поставлю в его квартире жучок, но как попасть в его квартиру этого еще не знала. Поэтому надо было торопиться к дому Демидова и предупрежу Кирьянова, чтобы он взял под свой контроль это дело. Докурив, я выпила минералки, чтобы освежиться и нажала на номер Владимира.

– Киря, как дела? Ознакомился с бумагами?

– Таня, внимательно изучил твою папку и думаю, у нас есть все доказательства, чтобы арестовать бухгалтера, даже если он скрылся. Что новенького у тебя?

– Разговаривала с коллекционером и выяснила, что к нему обращались по поводу ордена. Подозреваю, что это был Мурин. Дам возможность заполучить орден и потом арестую.

– План хитрый.

– Возьми под свой контроль старшего брата Демидова. Он затевал что-то. Выяснила, что у него прекрасные отношения с одним из крупных авторитетов в городе. Он нашел там поддержку и, возможно, даже его снабдили деньгами.

– Сделаем все что можно. Адрес этих спонсоров ты знаешь?

Обстоятельно объяснила, где находится дом, куда ездил Демидов.

– Хорошо, записал. Таня, звонил в больницу. Мне сказали, что ты забрала Сазонова. Где он сейчас?

– С ним все в порядке. Отвезла его временно к себе на бабушкину квартиру. Сегодня позвоню Алексею Серегину. Узнаю, что нового.

– Передавай привет от меня и скажи ему, чтобы он ждал нас и приготовил лучшего вина из его запасов. Удачи тебе, сыщик!

Разговор закончился, расплатилась, поспешила к машине. Интуиция мне подсказывала, что Демидов затевает какое-то серьезное дело. Выяснить это – моя задача. Притормозила и, заглушив двигатель, вышла из машины. Около дома увидела мальчика, который обещал проследить за квартирой Виктора вместо меня. Вид у него был грустный.

– Эй, привет! – сразу приступила к расспросу, как только подъехала поближе. – Что-нибудь заметил?

– Нет, – парнишка почесал затылок и продолжил. – Правда, хозяин выходил два раза в магазин за продуктами и возвращался с большими сумками, даже бананом угостил. Велел следить, если кто придет, пока его нет дома. Сказал, чтобы подождали.

– Про меня ты ему рассказывал? – подозрительно поинтересовалась.

– Нет, вы же меня предупредили, – мальчишка скорчил такую кислую физиономию, и я поняла, что он врал.

– Вот получи свою премию на конфеты, – вручила ребенку американскую купюру достоинством в один доллар.

ж ж ж

Возвращалась домой поздно вечером, заехала в супермаркет, на заправку, в фитнес центр, затем покаталась по городу в поисках своей подруги по бизнесу. Сейчас он преподавала в военной академии и имела хорошие связи со всеми инстанциями, да и прокуратурой.

В ее подразделении проходили все современные ролевые игры, на которых будущие работники правопорядка отрабатывали основные методы работы с участниками различных споров по борьбе с коррупцией и другими правонарушениями. Все было в ее компетенции: растраты, поджоги, изнасилования, бандитские нападения на полицейских, предумышленные убийства, заведомо ложные обвинения, спекулятивные сделки, взяточничество, грабежи, провоз наркотиков через границы сопредельных государств и совершение разных террористических актов на территории России и за ее пределами Почти все они проходили на основе изучения моего опыта.

Для хода расследования взяла у старика все награды. Петр Семенович меня заждался. Окинула взглядом пустынную улицу: все попрятались от жары по домам или разъехались на дачи.

Веселые летние месяцы кружили всем головы. Только меня все начинало порядком раздражать: погода, разговоры, собственное затянувшееся расследование. Когда грезила мечтами пожить в свое удовольствие с любимым человеком на берегу моря, в краю легенд и сказок, всегда выполняла их. Иногда вспоминала планы, которые строила год назад. Теперь вынуждена была торчать в пыльном городе и вести это, простое, на первый взгляд, дело и ждать, чтобы преступника кто-то сдал, убил или он сам сдался, на что мало рассчитывала.

Особенно же выматывали душу не точные ориентиры и показания свидетелей. Прежде чем нажать на газ, увидела, как высветился телефона Алексея. Ждала его после всей этой суеты и была готова к любому повороту событий.

– Таня, что нового? – Услышала в трубке приятный баритон. – Мы разработали план, чтобы дали возможность Мурину купить орден, а здесь на месте мы арестуем бандита, когда он попытается продать этот орден.

– Вышла на коллекционера, с кем он договаривался о продаже ценности. Вычислила, что он приехал в Сочи на машине своей подруги Оксаны.

– Он прятался где-то в окрестностях и едва ли сам приходил. Вероятнее всего подсылал кого-то. Установили патрульное наблюдение за магазином. В самом магазине поставили скрытую видеокамеру. Со дня на день ждали визита.

– Замечательно. Понимаешь, Мурин пытался манипулировать людьми. Все его знакомые всего лишь марионетки. Он постарался перехитрить всех. Нам нужна ваша помощь.

– Так точно.

– Мы собирались приехать к вам, приготовь самого лучшего вина, – плакала от обиды и досады.

– Ты что плачешь? Брось. Купил отменный крымский херес. Есть «Черные глаза» и «Улыбка», будет мало, купим в любой момент. Здесь вино продается у каждого двора. Запомни, они не стоят твоих слез.

– Спасибо, Алексей. С тобой легко общаться. Ты понимаешь с полуслова.

Разговор прекратился. На самом деле у меня возникло тайное желание поехать к морю одной. Мне почему-то стало понятно, что Кирьянов обратил на это внимание. Ну да ладно. Резко нажала на газ и поехала домой, вернее, на квартиру, где теперь жил Петр Семенович. Когда вошла в комнату, увидела, что он сидел и читал книгу. Бинт на голове мешал ему надеть очки, поэтому он читал без очков, приставив очки к глазам.

– Вам сейчас вредно много читать. Лучше лежите или спите.

Петр Семенович взглянул строго на меня, выдохнул и продолжал читать дальше.

– Вот привезла назад ваши награды. Спасибо. Они очень пригодились, – положила все ордена и медали на стол.

– Рад, что вернулась. Ужинал.

После ужина каждый занялся своим делом. Писала список дел крайне срочных для расследования, Петр Семенович сложил свои награды в пакет, спрятал в сумку и положил под голову.

На другой день продолжала слежение за Виктором и решила поставить подслушивающий жучок, пока его нет дома, под кровать. Вдруг у меня возникла шальная мысль: почему бы ни навестить его сегодня ночью? Ведь чем раньше буду знать о его делах и связях, тем быстрее его обезврежу. Быстро собралась, прихватила сумку со всем необходимым. На листе бумаги написала свой номер телефона, чтобы Петр Семенович в случае надобности позвонил мне. Хорошо, что он спал, избежала не желательного объяснения своей отлучки.

Была ночь. Торопилась и почти бежала. Если Виктор получил одежду и деньги, то он естественно купил водку и сейчас спит. Бессонница присуща людям творческим или больным, ни тем, ни другим Виктор не был. До парковки бежала минуты три, завела мотор и поехала. Единичные пешеходы гуляли вдоль улиц, перешагивая через лужи. Притормозила около нужного мне дома, вышла из машины, посмотрела на окна Демидова, там света не было, внимательно огляделась и, заметив подозрительную парочку, зашла в подъезд. Квартира находилась на втором этаже двухэтажного дома старого жилого фонда. В темном длинном, заваленном разной рухлядью общем коридоре нашла нужную мне дверь.

Достала отмычку и попыталась открыть ею дверь. Входная дверь легко распахнулась, я очутилась в кухне. Заметила другую дверь в глубине ниши, которая вела в комнату, включила телефон. Ступала на цыпочках, освещая впереди дорогу, подошла к двери в комнату и плечом нажала на нее. Дверь приоткрылась, увидела Виктора, спящего на диване. Рядом с ним на стуле лежал пистолет. Достала жучок и прикрепила его прямо под стул, где лежал пистолет.

Тем же ходом обратно прошла буквально за считанные секунды. Захлопнув за собой входную дверь, смогла вздохнуть полной грудью.

Дело сделано. Прослушаю любые телефонные и другие разговоры. Обратно ехала, окрыленная удачей, и пыталась что-то напевать за рулем. Вернулась к себе в квартиру и чувствовала переутомление.

Приняв как обычно теплый душ, выкурила последнюю оставленную в пачке сигарету. Так как забыла пакет с продуктами в машине, вернулась, взяла продукты и сложила в холодильник. Автоматически посмотрела на часы. Было без четверти четыре. Сон валил меня с ног. Минут через пятнадцать блаженно уснула.