«А ты не думай, — вдруг издевательски говорит Агате внутренний голос. — Ступай-ка прочь, детка, потихоньку-полегоньку, поспи под кустиком, дождись утречка, спустись по лесенке и беги к мамочке и папочке — и к своему ненаглядному Торсону. Будешь при нем собачкой — вон как ты научилась на четвереньках бегать. Если, конечно, Мелисса вообще разрешит ему дружить с „ундерритой”, хе-хе. А про маму с папой забудь — ты ведь даже не знаешь, хочешь ли ты спасать маму с папой, верно, маленькая трусишка? Не знаешь — и не узнаешь, маленькая трусишка. Вот и не спасай, вот и не надо…»
