Стою и думаю о блокаде, думаю новыми думами. Мне становится ясно, что вся блокада была паспортом советского строя. Вы внезапно открываете дверь и видите человека в неубранном естестве. – Все, что пережито в блокаду, было типичным выражением сталинской нарочитой разрухи и угнетения, затравливания человека. Но это было краткое либретто. До и после блокады – та же тюремная метода, разыгранная медленно и протяжно. <…> Я эти строки пишу почти в темноте. Мне светит история. Я замерзаю. Это даже не блокада и не осада. Это простой обыденный советский день (XXVIII: 17, 78).
Это лучшее о блокаде, по глубине вообще бездна! Очень жаль, что дневники не изданы в полном объёме.
Спасибо Ирине Паперно за осмысление дневников Ольги Фрейденберг.
Сохранила себе фотографию молодой ОФ, красивой, стройной, нежной, полной надежд - как не похожа она на ту, что запечатлена на обложке этой книги.
Сталинское правление, блокада Ленинграда, гибель любимых, предательство до неузнаваемости изменили эту умную, прекрасную женщину.
Вот уж действительно «Меня, как реку,
Суровая эпоха повернула.
Мне подменили жизнь. В другое русло,
Мимо другого потекла она,
И я своих не знаю берегов»
