Бертран, естественно, переметнулся к мятежникам, став для них ценным приобретением. Это был не только талантливый поэт, но и неутомимый вояка, который писал о себе так:
Всю жизнь я только то и знал,
Что дрался, бился, фехтовал34.
Недаром Данте Алигьери поместил Бертрана де Борна в восьмой круг ада, среди зачинщиков раздора35, где тот предстал взору поэта, держа за волосы свою отрубленную голову.
1 Ұнайды
а Бертран, естественно, переметнулся к мятежникам, став для них ценным приобретением. Это был не только талантливый поэт, но и неутомимый вояка, который писал о себе так:
Всю жизнь я только то и знал,
Что дрался, бился, фехтовал34.
1 Ұнайды
Замок Тайбур стоял на правом берегу Шаранты, на высоком утесе. П
1 Ұнайды
Я лелею в мыслях надежду, что Господь когда-нибудь мне или другому королю Франции соизволит оказать такую милость, чтобы королевство Французское в прежнем своем состоянии — высоком и величественном, в каковом когда-то оно во времена Карла33 пребывало, — восстановиться смогло47.
1 Ұнайды
Ричард не слишком торопился призывать к порядку своих бывших наемников. По всей вероятности, граф де Пуатье с определенным удовлетворением следил за тем, как жестоко страдают изменники лимузенцы от грабительских набегов. В конце концов жители виконтства в конце концов не выдержали. Вдохновленные страстной проповедью Исамбера, аббата монастыря Святого Марциала, знатные сеньоры, арендаторы и горожане сами собрали ополчение для борьбы с наемниками. Неся впереди своих рядов крест, доставленный из Иерусалима, «армия мира» 21 апреля встретилась с брабансонами в Мальморе и уничтожила их в кровавом бою.
1 Ұнайды
Они выступают. Впереди идут разведчики и поджигатели. За ними следуют фуражиры, которые должны собрать добычу и погрузить ее в большой обоз. Всё вокруг в смятении. Крестьяне, только что вышедшие на поля, с громкими криками бегут назад. Пастухи собирают свои стада и гонят в соседние леса в надежде их спасти. Поджигатели поджигают деревни, а фуражиры осматривают и грабят их. Обезумевших жителей либо сжигают, либо уводят со связанными руками для выкупа. Колокола повсюду бьют тревогу; страх распространяется все шире и становится всеобщим. Куда ни глянь — всюду сверкающие на солнце шлемы, развевающиеся на ветру пенноны, всадники на равнине. Деньги изъяты, крупный и мелкий скот, ослы захвачены. Дым расползается, пламя рвется вверх. Крестьяне и пастухи разбегаются во все стороны… В городах, в городках и на фермах уже не крутятся ветряные мельницы, не дымят трубы, не кукарекают петухи, не лают собаки. Дома зарастают травой, трава пробивается на мощеных церковных дворах, ибо священники бросили службу Господу, и сломанные распятия лежат на земле. Путник может идти шесть дней и не встретить никого, кто бы дал ему кусок хлеба или глоток вина. Люди больше не ведут дела с соседями; колючий кустарник растет там, где когда-то стояли деревни43.
1 Ұнайды
принялся методически опустошать Пуату. «Песнь лотарингцев», одна из старейших chanson de geste
1 Ұнайды
Он был высок ростом, строен. Его мягкие вьющиеся волосы имели цвет между рыжим и огненно-золотым. Его члены были прямыми и гибкими, его руки — длинными, как нельзя лучше приспособленными для орудования мечом и для нанесения им ударов. Его длинные ноги гармонировали с остальными частями тела. Его вид был властным, что превосходно сочеталось с его манерами и обликом42.
1 Ұнайды
Будучи в юном возрасте, он с великим мужеством правил страной, досель неукрощенной, и усмирил ее. Он не только все волнения успокоил и без потрясений привел к миру, но также давно отсеченные и рассеянные области восстановил, решительно в прежнее единое состояние вернул. Наведя порядок в беспорядке, вернув в рамки закона беззаконное, приведя в замешательство сильных и сгладив все, что там было грубого, он восстановил старинные границы и законы Аквитании. Ибо он, жадно ловя удачу и устремляясь вперед, не терял времени и всегда добивался успеха. Подобно второму Цезарю, он считал
«Что ничего не свершил, если дело еще остается»28.
Неистовствуя в боях с оружием в руках, он был счастлив только тогда, когда его путь был отмечен пролитой кровью: ни крутые склоны гор, ни несокрушимые башни, с защитниками сколь умелыми столь и смелыми, ни их величественные и высоко вздымающиеся стены, ни спрятанные под землей фундаменты мужественному и отважному штурму не могли противостоять. Но поскольку
«Всюду хорошее смежно с худым, а от этого часто
И безупречная вещь может упреки навлечь»29.
Ревностно стремящийся к миру и законности, чтобы в первую очередь подавить дерзость необузданной нации и обеспечить безопасность невинных меж виноватых, он принужден был в своей яростной суровости поступаться законностью. Это должно было принести ему заслуженные хвалы от достойных; но недоброжелатели в общественных местах стали клеймить это как обычную жестокость41.
1 Ұнайды
Перед Ричардом стояла двуединая задача — умиротворение Аквитании и наказание тех мятежников, которые не исполнили свой вассальный долг и не примирились с королем даже после того, как это сделал их сеньор. Одно дело — сражаться во главе аквитанской знати за сохранение материнского наследства против Генри II, желавшего его разрушить, полностью подчинить себе Аквитанию и превратить ее во второразрядное владение Анжуйской империи. Совсем другое дело — поощрять сепаратизм местных сеньоров, видевших в мечтах свои владения независимыми от кого бы то ни было. Противопоставляя себя всем — и Генри II, и собственному правителю, — тем самым они подвергали серьезной опасности целостность герцогства.
1 Ұнайды