Оглавление

Маленькие военные эпизоды
Солдатский дневник

~~ Предисловие ~~

Давно отгремела Великая Отечественная война 1941—1945, уходят ее бывшие участники, а память о тех событиях продолжает жить в народе и переживет поколения. На эту тему написано много книг, поставлены спектакли, выпущено много кинофильмов, интересных и правдивых, серых и надуманных. Наверное, необходимо значительное время для того, чтобы появились такие произведения, как «Война и мир» Л. Толстого, где была бы показана настоящая картина всего того, что произошло тогда.

Сегодня материалы о войне отражают субъективные впечатления людей, участвовавших в событиях тех лет, или изучавших их под влиянием официальной точки зрения и сложившегося общественного мнения. Каждый автор описывает события с учетом своих эмоций.

Это видно хорошо из мемуарной литературы, особенно военачальников. Если послушать наших, видно, как они описывают кратко и невнятно печальные и трагические дни 1941—1942, но бодро и дотошно победы 1943—1945, из которых видна их роль — небольшая при поражениях в 1-й половине войны (в основном, по вине Сталина), и очень крупная роль при победах во 2-й половине войны.

Немецкие генералы в своих мемуарах высказываются в таком же духе, только наоборот: о 1-й половине войны подробно в деталях о своих победах, а про 2-ю половину скупо и туманно, при этом всю вину сваливают на Гитлера.

Американские военные и огромная армия знатоков «войны издалека», как правило, мало интересуются начальной стадией войны и в основном описывают свою неоценимую помощь союзникам, без которой те неминуемо погибли бы. И очень подробно рассказывают, как они разгромили немцев после высадки в Европе, уделяя второстепенное внимание союзникам-англичанам. Война с Японией освещена американцами значительно объективнее.

Сильное впечатление из всей мемуарной литературы оставляет «История 2-й Мировой войны» Уинстона Черчилля, написанная в целом объективно, хотя, естественно, отражает мнение английской стороны. Произведение было удостоено Нобелевской премии по литературе.

Солдатской мемуарной литературы практически нет, и неспроста. Солдаты были теми маленькими винтиками войны (по выражению Сталина), которых также называют пушечным мясом, выполнявшими волю вышестоящего руководства и мало имели возможности масштабно оценивать обстановку на фронте. Они видели узкую полоску своего участка действий, а сверхчеловеческие физические напряжения и страдания иногда приводили к тому, что человек оказывался на той грани, где нормальные человеческие чувства и понятия исчезают — где там до оценки событий! Поэтому цельных, реалистичных солдатских мемуаров ожидать не приходится.

И в то же время, из калейдоскопа тех дней остаются в памяти различные эпизоды, какими они представлялись тогда, а не после войны, когда многое переосмысливаешь и воспринимаешь по-другому. Как сказал Ф.Рузвельт, «историю нельзя переписывать заново, выдавая желаемое за действительность». Отсюда и название этой работы- «Маленькие эпизоды» — от очевидца событий тех лет…

«Внезапность нападения»

В Днепропетровске проходили майские праздничные дни 1941 года. Для девятиклассников все казалось безоблачным, вся жизнь впереди. Несмотря на большие материальные трудности и даже на то, что ты остался без родителей, все кажется простым и ясным. Жить теперь стало лучше и веселей, особенно после разгрома внутренних врагов и после того, как утерли носы англо-французским империалистам, заключив пакты о ненападении с Германией и Японией. В результате у нас мир, те бьют друг друга, и СССР вагонами поставляет Германии различное сырье в помощь… Хотя, было странно читать в газетах, как здорово немцы бьют Западные страны — ведь совсем недавно у нас Германию называли фашистским агрессором…

Помню, в школе мы учили стих на уроке немецкого:

В один праздничный майский день сидели мы дома у товарища по классу и о чем-то спорили. В той же комнате, в другом углу, не очень громко, но отчетливо, беседовали отец моего товарища с приехавшим к нему братом- директором крупного в то время металлургического комбината. Мы не слушали, о чем они говорили, однако, когда наш спор прекратился, услышали голос гостя: «Ты брось, что ничего не будет. Вопрос ясный полностью, немцы подготовились и нападут на нас, вот только когда произойдет это, не знаю».

Мы с товарищем переглянулись, не подав виду, что подслушали. Когда полтора месяца спустя, в середине июня 1941 года в газетах появилось сообщение ТАСС, что слухи о якобы готовящемся нападении Германии на СССР являются провокационными, невольно вспомнился подслушанный разговор, который тут же к радости был забыт. В это же время, по рассказам, на Западной Украине появились плакаты «На советско-польской границе все спокойно. За панику расстрел!»

Вечером в субботу 21 июня у нас в школе был вечер по случаю окончания учебного года, на котором главными героями были ребята, окончившие 10 классов. Поздно ночью разошлись по домам. А утром в воскресенье 22 июня разбудил шум во дворе — все что-то громко обсуждали, беспрерывно повторяя слово «война». По радио передали заявление наркома иностранных дел Молотова о «вероломном внезапном нападении фашистской Германии». Эта «внезапность» стала считаться одной из основных причин огромных поражений и потерь Красной армии в первый период войны. Снова вспомнился подслушанный разговор у товарища, и появился навязчивый вопрос: почему же «наверху» никто ничего не знал, и почему мы так плохо подготовились?… Кто мог представить себе тогда миллионы русских военнопленных?…

Первые дни войны

Для подростков нашего двора все изменилось. Как-то сами по себе прекратились многочисленные драки и хулиганские шалости, хорошо известные жителям нашей Мостовой улицы в Днепропетровске. Ребята часто собирались вместе, участвовали в сооружении «щелей», предназначенных для укрытия жильцов двора от вражеской авиации. По вечерам друг другу жаловались: плохо, что мы еще малые и не сможем участвовать в боях на фронте, который так далеко отсюда. Завидовали тем солдатам, которые будут громить фашистов на территории Германии. Об отступлении Красной армии никто и не думал. На формирование таких взглядов у молодежи перед войной повлияла целая серия интересных кинофильмов, которые мы с жадностью смотрели: «Если завтра война», «Чапаев», «Щорс» и другие. Все верили в мудрость Сталина.

Очень быстро война докатилась и до нас — по ночам начались налеты немецкой авиации, во время воздушной тревоги все бежали укрываться в «щелях». Там, в укрытии, среди ребят продолжались обсуждения в том же духе, как здорово было бы повоевать на фронте. Взрослые при этом на нас шикали и становились все более мрачными, переговариваясь между собой только шепотом.

Вскоре события в городе начали разворачиваться все быстрее. Налеты немцев становились частыми, бомбы летали над нашими головами в сторону недалеко расположенного вокзала и моста через Днепр. Огромные вереницы автомашин, повозок, скота забили улицы, ведущие к вокзалу и мосту. В воздухе носилась слово «эвакуация». Большинство ребят в нашем дворе не знали, что делать, тут оставались люди, не работающие на крупных предприятиях, которые власти начали эвакуировать в далекий тыл.

С товарищами побежали мы в свою школу, она была закрыта. Бросились в райком комсомола — там какие-то люди бегали со связками бумаг, которые сбрасывали в грузовик, ругаясь с перепуганным водителем, пытавшимся быстрее уехать.

На наш вопрос, что нам делать, никто не реагировал. Какой-то дядя на ходу крикнул: «Не до вас тут!» Другой человек крикнул нам, чтобы мы быстро выносили кипы бумаги в грузовик. Взялись и мы за дело и вскоре все были в мыле, так как стояла сильная жара. После очередного окрика водителя несколько человек, участвовавших в этой операции, вскочили в кузов, грузовик взревел и исчез из наших глаз в клубах пыли. Долго смотрели мы грузовику вслед, затем в подавленном состоянии разошлись по домам.

На следующий день в Днепропетровск вступили немецкие войска. От всех этих событий ребята быстро взрослели: война забрала у нас детство…

Оккупация

Время оккупации прошло как сплошное черное пятно в жизни. Это были жуткие дни. За исключением предателей, которые пошли в услужение к фашистам и которых было явное меньшинство, для всех жителей города стоял вопрос, как выжить. Немцы вели себя по отношению к населению, как злой хозяин к скоту. Вначале уничтожили всех евреев, которых в Днепропетровске много осталось, а затем принялись за остальных. Если где-то подстрелили одного немца, весь район в облаве, и сотня взрослых, детей, стариков, кто попадется под руку, расстреливаются на месте. Поэтому надо быть всегда начеку и прятаться. Тем более, молодежь немцы угоняли в Германию на каторжные работы.

Чтобы не умереть с голоду, все наши скромные вещи пошли в обмен на любые продукты. Так мы лишились особо ценной вещи- швейной машинки «Зингер», которую бабушка вывезла из Острога еще во время эвакуации на Восток в 1915 году.

Единственной отрадой в то жуткое время был спрятанный мной на складе угля радиоприемник, который затем я перепрятал в кухне. Время от времени я включал его и слушал сообщения из Москвы и «BBC» из Лондона. Сведения передавал своим знакомым под видом, что от кого-то сам услышал. Тогда так и говорилось: слышал от агентства ОБС- «одна баба сказала».

Однажды бабушка пыталась продавать на рынке старые советские газеты, которые можно было свободно брать из разгромленной библиотеки нашей школы, которая была открыта и не функционировала. Только вышла она с пачкой газет, как ее схватили полицаи и повели в гестапо. Поставили лицом к стенке и приказали отвечать, кто дал ей задание распространять эти газеты. Бабушка ничего не могла понять, пока какой-то полицай стал тыкать ей в лицо газеты, посвященные годовщине разгрома белогвардейцев под Царицыном в 1918 году. Оказалось, что только что, зимой 1943-го, немцы были разгромлены под Сталинградом, и полицаи решили, что газеты распространялись, как пропаганда. Наконец, сообразив, что старуха тут не причем, они ее обругали и вытолкнули на улицу. Бабушка долго не могла прийти в себя, она говорила, что одного боялась: если бы с ней что-то плохое произошло, я бы никогда ничего не узнал.

Ненависть к немцам росла очень быстро, и подавляющее большинство населения с радостью ожидало освобождения. При приближении наших войск все стремились взяться за оружие и бить германцев. Натиск Красной армии сократил время фашистской оккупации города.

\\\\|||////

~ ~ ~ ~ ~