Оглавление

Пролог

Раннее утро на планете Церэя. Поднимающаяся над горизонтом звезда Фермира осветила поляну, утопающую в крови. Это был необычный восход: ослепительно яркий, но одновременно с этим холодный и мёртвый. По земле, усеянной погибшими воинами расы Геррадус, шёл мальчик лет девяти, одетый в белую тогу. На ногах у него были кожаные сандалии, в которых он перешагивал через уже охладевшие трупы. Слабый ветер едва шевелил его короткие тёмно-коричневые волосы, а ярко-жёлтые глаза цвета Фермиры пристально вглядывались в горизонт.

Он думал. Вначале о чём-то своём, а потом об этих убитых существах, лежащих под его ногами. Постояв ещё немного, он увидел вдалеке силуэты маленьких детей, возившихся возле одного из мёртвых воинов. Мальчик сильно удивился и побежал в их сторону, спотыкаясь об истерзанные тела и поскальзываясь на ещё не застывшей крови. Когда до ребят оставалось всего несколько десятков метров, один из них резко встал и вытянул свою руку, вооружённую длинным зазубренным кинжалом, в сторону предполагаемого противника. — Не двигайся! — крикнул он, — ещё один шаг и я убью тебя!

После этих слов мальчишка в мгновение ока сократил расстояние между собой и вероятным врагом. У трупа продолжала копошиться маленькая девочка. Она поспешно снимала ожерелья с шеи убитого воина и клала их в свою небольшую тряпичную сумку, перекинутую через плечо. У обоих детей была бледная кожа, светлые, практически жёлтые волосы и яркие глаза цвета морской волны. Облачены они были в кожаные штаны и льняные рубашки. Двое ребят молча смотрели друг на друга, пока голубоглазый не приставил нож к горлу незнакомца и спросил: — Отвечай, кто ты и откуда?!

— Меня зовут Эльдрагор! Я Фламеанец с северных земель! — воскликнул мальчик в тоге.

— Так ты из наших?! Почему ты сразу не сказал нам об этом, когда подбегал? Я же мог ранить тебя! — ответил ему голубоглазый, моментально убрав клинок в подобие ножен, закреплённых у него на опояске. Затем он протянул руку и сказал: — Я Раград из королевства Аквиров, а это моя сестра Нория.

— Для друзей просто Нора, — ответила девочка, — но тебе нельзя меня так называть, ты нам пока не друг.

Эльдрагор с удивлением посмотрел на неё. Заметив это, Раград громко рассмеялся: — Не обращай внимания, она всегда пытается произвести впечатление на незнакомцев!

— Ой, а сам-то! Что за сцену ты только что устроил, когда он к нам подходил? — недовольно пробормотала Нория.

Раград сконфуженно почесал затылок. По его недовольному виду было понятно, что его самолюбие было сильно задето. Он поспешно пытался придумать, как сменить тему для разговора.

— Нора, ты всё собрала с трупа? — спросил он у сестры.

— Да, можем идти.

— Отлично, тогда не будем терять времени!

— А зачем вам эти украшения? — поинтересовался Эльдрагор. — Вы их потом продадите?

— Нет, конечно! Они нужны нам, чтобы доказать старейшинам, что армия народа Геррадус была полностью уничтожена в этом районе, — ответила Нора.

— Нам деньги не нужны. У нас и так всё есть, — дополнил сестру Раград.

Дети ещё некоторое время молча стояли, время от времени оглядываясь на поле битвы. Некоторые трупы уже начинали источать неприятный запах и оставаться тут долго было уже невыносимо.

— Думаю, нам пора, до лагеря около дня пути неспешным шагом, — сказал Раград. — Приятно было познакомиться, может, ещё увидимся когда-нибудь.

Он положил руку сестре на плечо, а затем быстро показал ей несколько необычных сигналов рукой, понятных только им. Эти знаки объясняли примерный путь их следования на случай, если ребятам придётся разделиться во время возвращения назад. Пара уже собиралась было идти, но тут Эльдрагор внезапно спросил: — А можно мне с вами? Брат с сестрой удивлённо переглянулись.

— А тебя разве не будут ждать другие Фламеанцы? — поинтересовался Раград. — Они же могут подумать, что ты пропал.

— Вы сможете подождать меня совсем немножко? — попросил Эльдрагор. — Мой лагерь разбит недалеко отсюда, и наша армия пробудет тут ещё несколько суток. Я попрошу отца отпустить меня с вами.

— Ну… хорошо. А немножко, это сколько? — спросил Раград.

Эльдрагор молча подобрал небольшую прямую ветку и с усилием воткнул её в землю. Затем мальчик подпрыгнул рядом с ней так сильно, что вдавил под собой ещё влажную от недавнего дождя почву. Посмотрев в сторону удивлённых детей, он сказал: — Если тень от палки станет параллельна этим следам, а меня ещё не будет, то можете уходить.

Не дав ребятам и секунды на размышления, Эльдрагор устремился в противоположную сторону поля. На этот раз он бежал назад гораздо быстрее, чем когда подбегал к ним. Спустя мгновение Раград увидел, как юного Фламеанца окружил небольшой ореол ярко-красного пламени.

— Мы будем его ждать? — с лёгким недовольством пробурчала Нория.

— Да, — спокойно и уверенно сказал Раград. — Во-первых, он очень интересно придумал этот трюк с палкой. Во-вторых, судя по тени, ждать нам не так уж и долго. А в-третьих…

Мальчик сел на землю, скрестив под собой ноги: — В-третьих, я надеюсь, что он успеет. Я чувствую, что в нём что-то есть. Прямо как во мне!

— Опять ты за своё! — возмущённо произнесла Нория. — Тебе похоже просто повезло найти такого же чудака, как и ты.

— Не хочешь ждать, иди одна! — обиженно воскликнул Раград.

Тяжело вздохнув, Нория села недалеко от брата, облокотившись на огромный корень большого раскидистого дерева.

— Прости, я не хотела так грубо, — сказала девочка с лёгким сожалением. Всё равно я без тебя никуда не пойду.

Дети долго смотрели в сторону восходящей Фермиры, которая уже полностью осветила не самый приятную картину. Раград втянул носом как можно больше воздуха и с наслаждением выдохнул.

— Хорошо… — протяжно сказал он.

— Что же тут хорошего? — с отвращением поморщилась Нория. — Ужасный вид на поляну с кучей трупов!

— Да я не про вид… Совсем скоро наша раса останется одной единственной на этой планете!

— И что?

— Как что?! Наконец — то воцарится мир! Мы перестанем бесконечно проливать кровь, и все станут жить в гармонии и согласии, как один единый народ на континенте!

Нория с грустным видом продолжала смотреть на поле. Его слова вовсе не обрадовали девочку. Напротив, только больше наполнили её хоть и маленькую, но уже очень смышлёную голову сомнением. Брат будто пытался себя успокоить и в чём-то убедить, нежели говорил эти слова от чистого сердца.

— Ты так в этом уверен? — печально пробормотала она. — Думаешь, ты не захочешь приложить клинок к горлу этого Фламеанца ещё раз, когда враждовать будет уже не с кем?

— Как ты можешь так говорить?! — сильно обидевшись сказал Раград. — Мы с ним одной расы, одной крови! И вообще мне очень стыдно за то, что мы сразу не поняли, кто он такой. Когда Эльдрагор вернётся, я обязательно перед ним извинюсь, вот увидишь!

— Прости, я наверно перенервничала сегодня… не каждый день видишь перед глазами такое, — сказала Нория.

— Ничего, забыли, — ответил ей Раград и подошёл к воткнутой Эльдрагором палке. — Лучше посмотри сюда! Падающая от ветки тень уже скоро станет параллельна его следам!

— Думаешь, он и вправду вернётся?

— Да. Я в этом уверен.

Тем временем Эльдрагор вернулся в свой лагерь. Сильно измотанный, мальчик еле стоял на ногах, изо всех сил пытаясь выровнять дыхание. К нему подошёл высокий мужчина, облачённый в ярко-алую тогу и сияющий плащ, прикреплённый к его плечам. На нём был большой бронзовый шлем с гребнем из звериных волос, посредине которого красовался огромный рубин кроваво-красного цвета в форме языка пламени. Суровый Фламеанский воин присел на корточки возле Эльдрагора и положил свою тяжёлую руку ему на плечо:

— Тебя в этот раз очень долго не было, сынок. Знаешь же, как опасно ходить у приграничной зоны.

— Я встретил двух детей из королевства Аквиров. Они собирали вещи погибших Геррадус, для доказательства уничтожения их вида в этих местах.

— Хм… Очень интересно, — задумчиво произнёс мужчина. — А я думал мы здесь и одни прекрасно справлялись, но, видимо, нам решили прислать подмогу.

Тут Эльдрагор стал вопрошающе смотреть на отца, что не ускользнуло от пристального взгляда опытного воина.

— Ты что-то ещё хочешь сказать? — спросил он.

— Отец! Понимаешь ли… я сказал ребятам, что пойду с ними до их лагеря.

— Как далеко он расположен?

— Они сказали, что около дня пути неспешным шагом.

— Хорошо… надо будет наведаться к их королю, пока они не начали путь назад. Такое знаменательное событие непременно нужно отпраздновать как следует!

Наступила тишина. Мужчина с задумчивым и улыбающимся лицом погрузился в свои мысли.

— Пап? — нетерпеливо спросил Эльдрагор, нарушив тишину и вернув отца на землю.

— Да, сынок? — отпустив свои воспоминания произнёс тот. — Хорошо, ты можешь пойти с ними. Более того, если они разрешат тебе остаться у себя на пару дней, то я смогу забрать тебя. Через пару дней я прибуду к их королю. Нам нужно будет многое обсудить.

— Правда?! Я знал, спасибо тебе!

Эльдрагор крепко обнял своего отца, после чего развернулся и побежал в обратный путь ещё быстрее прежнего. С его плеч будто спала вся накопившаяся усталость, так ему не терпелось вновь увидеть своих новых знакомых. В какой-то момент мальчик даже немного удивился тому, насколько сильно он к ним спешил. Познакомившись с совершенно незнакомыми ему детьми менее двух часов назад, он бежал к ним, как на встречу со старыми добрыми друзьями.

Отец долго провожал сына взглядом, пока тот не скрылся за огромными многовековыми деревьями, уходящими за горизонт. Затем он вошёл в свой огромный шатёр, сел за стол и стал писать большим углевым стержнем на толстом листе папируса:

«Мой огонёк, наш мальчик уже заметно подрос за этот год. Сейчас я отпускаю его к ребятам из королевства Аквиров, а через два дня у меня состоятся переговоры с их лидером. Надеюсь, всё пройдёт хорошо и Эльдрагор найдёт себе новых друзей. А мы как следует отметим долгожданную победу над Геррадусами. Если бы ты знала, сколько они доставили нам проблем, но мы наконец-то доказали своё превосходство над ними и стёрли их армию с лица планеты! Осталось только добить их остатки в виде женщин, детей и стариков, которые прячутся где-то в лесах. Но это лишь вопрос времени.

Жду не дождусь нашей встречи, этот год для меня длился целую вечность. Сыну я ещё не рассказал, что ты скоро будешь тут. Хочу сделать ему приятный подарок. Надеюсь, письмо дойдёт за неделю или даже меньше, но в конце всё равно ставлю на всякий случай дату. Крепко тебя обнимаю!»

Октавиор Иэрос. 12 Августа 10.237 года от начала великого переселения народов.

Свернув письмо и надёжно обвязав его крепкой нитью, Октавиор задумался и некоторое время просидел практически в полной тишине. Снаружи доносились лишь приглушённые обрывки фраз спорящих между собой солдат и недовольное рычание смилодонов, которых, судя по всему, не успели накормить вовремя.

Затем, будто придя в себя, командир резко встал и вышел наружу, подозвав своего гонца: — Ревокар Финис, подойди сюда! Есть срочное послание!

К шатру подбежал молодой парень с уверенным и решительным не по годам лицом.

У него были прямые, зачёсанные назад волосы и яркие жёлтые глаза. Облачённый в прочный и удобный кожаный доспех, который был надет поверх тонкой рубашки красного цвета, Ревокар был вооружён лишь одним небольшим клинком, годящимся разве что для разрезания запечатанных писем. На ногах мужчины красовалась пара кожаных сандалий с декоративными крылышками по бокам и тканевые обмотки. Своим видом он словно давал всем понять, что рождён для скорости.

Быстро приняв письмо от своего командира, Ревокар уверенно спросил: — Для кого, командующий Октавиор?

— Для моей жены, Винсерии Иэрос, — произнёс тот. — Северная граница Империи. Сейчас там началось строительство небольшого городка под названием Фламма. Великий Северный поход должен закончиться недалеко от этих мест. Письмо важное, необходимо доставить его как можно скорее.

Октавиор задумчиво посмотрел на Ревокара: — У обычного воина даже верхом на смилодоне или фороракосе этот путь займёт не менее одного месяца. Я полагаю, что, если я поручу это задание тебе, время смело можно сократить в четыре раза?

— Вы меня недооцениваете, командир. Если предоставите мне карту местности, а также примерные районы миграций крупного рогатого скота, я буду у границ Фламмы через пять суток.

Октавиор положил руку на плечо юноши и одобрительно кивнул. Спустя некоторое время Ревокар уже стоял у выхода из лагеря, внимательно рассматривая предоставленные ему карты.

К командиру, провожающему юношу, подошло несколько молодых солдат.

— Смотрите, — сказал мужчина, — талантливый парень из не менее талантливого рода, каких у нас уже великое множество. Идеальный разведчик и гонец одновременно, он далеко пойдёт!

Обернувшись, Октавиор увидел несколько неуверенное и смущённое выражение лиц своих подчинённых.

— Вам ещё есть куда расти! Старайтесь раскрывать свой сокрытый потенциал и, возможно, именно вы станете первыми корнями новых родовых деревьев нашего великого народа!

— Так точно, командующий Октавиор! — хором ответили ему солдаты, в чьих голосах появились нотки радости и гордости.

Это было той самой главной чертой, которую нельзя было отнять у командира: он всегда мог в подходящий момент настроить своих воинов на позитивный лад, который заряжал всех невероятным оптимизмом. Что, как не это, может являться невероятно мощным подспорьем в будущих сражениях с врагом.

Ревокар набрал полную грудь воздуха и побежал. На прямой дороге, уходящей за горизонт, было видно, как он постепенно набирал скорость: его тело стала понемногу скрывать ярко-алая дымка, а ноги начинали перемещаться между собой уже настолько быстро, что слились в одно целое. Разогнавшись чуть ли не в два раза быстрее наездника на смилодоне, Ревокар становился всё меньше и меньше, пока не превратился в яркую красную точку.

Когда пропала и она, Октавиор отдал приказ: — У вас ровно день, чтобы подготовиться к визиту в королевство Аквиров! Немедленно начинайте собирать свои шатры, вещи, оружие и не забудьте хорошо покормить животных!

Тем временем Эльдрагор уже почти подбегал к полю битвы. Он был на пределе и сильно утомился от долгого бега, но желание успеть вовремя и вновь увидеть новых знакомых брало верх над усталостью. Едва добежав до места, где он воткнул в землю палку, мальчик тут же посмотрел на тень, падающую от неё.

«Успел! — подумал он. — Но где же они?»

Эльдрагор стал смотреть по сторонам, но вокруг не было ни души.

— Как же так?! Я же успел! Отзовитесь!

Мальчик начал осматривать всё вокруг, ещё больше расстраиваясь. И когда он, уже отчаявшись, сел на землю, недалеко от него в кустах послышалось тихое хихиканье.

Эльдрагор резко встал и подбежал к кустам.

— Ага, вот вы где! — сказал он, раздвинув ветви.

В кустах сидела Нория и весело хохотала. Но она была одна.

— А где Раград?

— А ты назад посмотри, глупый! — едва сдерживая смех ответила девчонка.

Эльдрагор резко обернулся и увидел перед собой отрубленную голову Геррадус. От неожиданности он поскользнулся на влажной листве и упал прямо на Норию, которая уже пыталась вылезти из кустов.

— Ха-ха-ха! — Раград выкинул голову и разразился громким хохотом. — Всё вышло даже смешнее, чем мы с тобой представляли!

— Ай! Слезь с меня! — воскликнула девочка и принялась толкать Эльдрагора, который ещё не отошёл от шока. Немного придя в себя, он запрокинул голову назад и встретился с Норией взглядом, из-за чего та резко покраснела и изо всех сил откинула мальчика ногами. Эльдрагор вылетел из кустов и, проехавшись спиной по влажной траве, врезался в кучу гнилых листьев. К нему подошёл Раград и протянул юному Фламеанцу руку: — Ты уж прости меня, нам очень хотелось посмотреть, как ты отреагируешь на такую шутку.

— Ничего страшного, всё вышло довольно смешно! — с улыбкой ответил ему Эльдрагор. — Но ради этого ты отрезал трупу голову?!

— Ты чего, нет конечно! Она уже была отрезана, валялась у того оврага, — указал Раград.

Тем временем отряхивающаяся от ветвей Нория посмотрела в сторону мальчишек и вновь поймала на себе взгляд Эльдрагора. Снова покраснев, она не без злости крикнула: — Будете теперь отрубленную голову обсуждать полчаса?! Нам надо идти, мы опаздываем!

— Да что это с тобой, сестрёнка? — удивился Раград, — ты стала какой-то злой.

— Пошли уже, брат! Столько времени потеряли!

Пожав плечами в лёгком недоумении, мальчики догнали Норию, и троица двинулась по узкой тропинке, ведущей в густой тропический лес.

Глава 1. Коварные джунгли

Дети углублялись в непроходимые заросли. Некоторое время все трое шли молча, периодически озираясь по сторонам. Да и времени на разговоры особо не было: повсюду их могли ждать опасности в виде неизвестных диких животных или, что ещё хуже, выживших Геррадус. Необходимо было тщательно изучить местность и навострить чутьё, которое у Церэриан было отменное, равно как и физическая сила. В магии их народ так же сильно преуспел и вырвался вперёд.

Среди троицы самой слабой была Нория из-за своего возраста. Однако даже в свои восемь лет она уже с лёгкостью и без особых усилий могла одной рукой поднимать камни весом около пятидесяти килограммов.

Тем временем, несколько привыкнув к новой местности, дети позволили себе на время немного расслабиться и сразу же начали диалог. Первой заговорила Нория: — Пока у нас выдалась свободная минутка, я бы очень хотела рассказать одну интересную историю, которую на днях услышала от одного из наших советников. Она о развитии нашего народа.

— Давай! Уверен, это будет интересно! — сказал Раград.

— Да, тебе, который предпочитает урокам истории лесную беготню за белками, это будет крайне познавательно. — сострила девчонка.

Не обращая внимания на своего побагровевшего от злости брата, она начала свой рассказ: «Около нескольких десятков тысяч лет назад у всего нашего народа был всего один вид магических способностей: они могли выделять из тела особый вид энергии — необычную плазму фиолетового цвета. Она имела температуру человеческого тела и управлялась с помощью электрических сигналов, посылаемых головным мозгом. Примечателен был тот факт, что, окутывая этой плазмой всё своё тело, они могли в разы увеличивать свою разрушительную мощь. Также ей можно было придавать любую форму и структуру, что сильно помогало в военном, сельскохозяйственном и ремесленном деле. А если в момент магической плазменной атаки в руках у них было ещё и оружие, сила росла в геометрической прогрессии».

— Да, я что-то слышал об этом, — перебил Норию Эльдрагор, — однако наши старейшины на уроках редко затрагивали темы становления Церэрианского народа.

— Наш отец тоже старается не говорить об этом, — ответила девочка, — я думаю, что ему не особо нравятся подобные темы. Возможно, за этим стоит какая-нибудь жуткая тайна!

Поймав на себе удивлённый взгляд мальчиков, она самодовольно улыбнулась и продолжила: «До сих пор никто не смог объяснить эту необычную закономерность, но факт оставался фактом: вооружённые Церэриане, то есть мы, становились гораздо сильнее, имея в своих руках хотя бы какое-то оружие. Потому редко когда можно встретить безоружного представителя нашего народа. Нож, меч, копьё и прочее военное снаряжение для Церэрианина — это незаменимый и надёжный помощник, с которым они практически никогда не расстаются».

— ­­­ Всё это, конечно, очень познавательно и интересно, но давайте насладимся моментом и поговорим на более простые и приземлённые темы. Например, как здорово, что теперь можно ходить по этому лесу, практически не опасаясь засады или чего похуже, — радостно сказал Раград.

— Да… стало так спокойно. — ответил Эльдрагор. — Геррадус почти не осталось. Когда мы их полностью истребим, я надеюсь, что у нас получится объединиться и построить процветающие города, в которых будут жить счастливые люди. Знаешь, я мечтаю создать идеальный мир: без войн и голода, где каждый сможет заниматься не военным ремеслом, а тем, чем он действительно захочет!

Раград посмотрел на нового друга. Глаза мальчика засверкали подобно аквамаринам, а на лице появилась улыбка счастья и радости. Было видно, что ему не просто понравились слова нового друга: они проникли ему глубоко в душу и коснулись самого сокровенного — его главной мечты.

— Ты тоже так думаешь?! — воскликнул юный Аквир. — Что скоро наконец-то воцарится мир, где мы не будем больше никого убивать?! Мир, где мы сможем узнать больше нового, учиться разным наукам, путешествовать по миру в поисках приключений!

— Да, я так думаю! Главное, в это верить, ну и немножко потерпеть. Всё в наших силах, и я уверен, что именно мы являемся теми, кто положит конец всему этому ужасу и приведёт мир к процветанию!

На глазах Раграда выступили слёзы. В порыве чувств он кинулся на очень удивившегося Эльдрагора и крепко его обнял.

— Я знал! Знал, что не один такой! Из всех, кто мне встречался, ты единственный человек, который мыслит точно так же!

— Нашёл себе такого же наивного дурачка… — пробурчала Нория.

Раград отпустил Эльдрагора, резко схватил свою деревянную флягу, висевшую у него за поясом, и вытащил пробковую крышку.

— Даже не смей! — крикнула девочка. — Это новое платье, если ты намочишь его, то я за себя не отвечаю!

Раград будто пропустил мимо ушей слова сестры. Лёгким взмахом руки он вытянул содержимое фляги, образовав довольно крупный водяной шарик и кинул его в Норию, которая тщетно попыталась от него уклониться.

— Ах ты гад! Тебе конец!

— Не надо было меня провоцировать! Ты знаешь, как я на это реагирую!

Эльдрагор озадаченно стоял, не зная, что предпринять. Подумав, что у двоих намечается серьёзная перепалка, он попытался разнять брызгающих друг в друга водой ребят, но тут же попал под горячую руку. Получив в лицо водяным пузырём от Нории, он сконфуженно сел под большую корягу и стал сушиться с помочью внутреннего огня. Одной из полезных способностей как Аквиров, так и Фламеанцев, было умение выходить сухими из воды, причём в прямом смысле этого слова. Дело в том, что они могли контролировать воду вокруг себя, а также тепло своего тела и пространство недалеко от него. Правда, делали они это по-разному.

Аквиры управляли водой: они могли изменять её температуру, испаряя до образования пара или замораживая до ледяной корки. Так же жители королевства были способны как притягивать, так и отталкивать воду от собственного тела. Однако это умение требовало много практики и довольно больших затрат энергии, так что обычно использовали они эту способность только при необходимости. Нория ещё не умела отражать воду от своего тела, но уже была способна управлять ею, когда та находилась в неподвижном состоянии.

Фламеанцы же, в отличие от Аквиров, водой управлять не умели. Более того, среди них даже плавать умели лишь единицы, да и то довольно скверно. Их стихией являлся огонь: он мог быть продолжением их оружия или руки. Они были способны разжечь костёр для приготовления пищи или, в случае крайней необходимости, зажарить мясо прямо в своих руках. Так же они могли использовать внутренний огонь, чтобы повысить температуру своего тела на короткое время, убивая вирусы или болезнетворные бактерии, которые поражали их организм. Эльдрагор нагрел свою кожу, и вода, шипя, словно масло на сковороде, быстро начала испаряться.

Уже давно поняв, что перепалка являлась не более чем дружеской борьбой между сестрой и братом, он с весёлой улыбкой сидел и наблюдал, как они нещадно поливали друг друга градом водяных пузырей. Спустя некоторое время дети выдохлись и, промокнув до нитки, уселись рядом с Эльдрагором.

— А я говорил тебе, чтобы ты перестала специально бесить меня! — сказал Раград, переводя дыхание, — теперь сиди в мокром платье и думай над своим поведением!

— И это говорит мне тот, с чьей рубашки струятся потоки воды?! — язвительно ответила Нория, — ты похож на птенца фороракоса, которого вначале бросили в воду, а затем обдули сильным порывом ветра!

Раград скорчил злобную гримасу, чем спровоцировал непроизвольный взрыв хохота у Нории и Эльдрагора.

— Ты бы видел сейчас своё мокрое лицо! А эти волосы! — ребята уже не могли сдерживать свой смех.

Мгновение спустя уже все трое валялись на земле и хохотали так сильно, что на глазах у них выступили слёзы. Это был такой скоротечный и редкий момент счастья и радости, что они пытались насладиться им целиком.

Прошло ещё немного времени. Дети полностью просохли и отправились дальше в очень приподнятом настроении. Фермира уже находилась в зените, и её яркие лучи местами пробивались сквозь густые кроны огромных тропических деревьев, стоящих тут уже несколько сотен лет. Этот свет от лучей приятно щекотал лица ребят, которые постоянно смотрели вверх и восхищались всей грандиозностью верхнего яруса этого дремучего леса.

Прервав недолгую тишину, Раград спросил Эльдрагора: — Послушай, прости меня за такой странный вопрос, но ты умеешь жонглировать огнём? Мальчик, немного оторопев от такого необычного и резкого начала разговора, ответил: — Ну… Д-да, однако я не думаю, что здесь самое подходящее время и место, чтобы это показывать…

— Да давай! — поддержала брата Нория. — Мы тут одни, ты же сам прекрасно это чувствуешь! Последний раз мы с братом видели Фламеанца, который жонглировал огнём, целых два года назад!

Эльдрагор тяжело вздохнул и встал в стойку, раздвинув ноги на ширину плеч. Его начал окутывать красный ореол пламени, а глаза изменили цвет со светло-жёлтого, до ярко-оранжевого. Лицо стало очень серьёзным, он концентрировался и вбирал в себя энергию извне. Мальчик выставил перед собой согнутые в локтях руки, в которых начинали, будто из ничего, образовываться шарообразные огненные сферы. Брат и сестра, затаив дыхание, стали смотреть, как Эльдрагор начал перекидывать между руками вначале один, потом два, а затем и три сгустка пламени, будто они были небольшими деревянными шариками.

Одно из основных правил пребывания в нейтральных зонах, на одной из которых сейчас находились трое друзей, гласило: никогда не следует терять бдительности, даже если ты уверен в собственных силах и способен постоять за своего партнёра. Опасность может возникнуть так резко и внезапно, что даже самый закоренелый вояка рискует быть застигнутым врасплох, не говоря уже о детях.

Нарушив его, ребята подставили себя под удар: они даже не подозревали, что за ними уже около получаса наблюдали необычные существа. Это были не Геррадус, которых по характерным звукам шагов мог распознать любой Церэрианин. Считавшийся полностью истреблённым древний вид, величающий себя Протоцерранами, смог в небольших количествах выжить в приграничных и нейтральных зонах. Их вожак, свисая с толстой ветки, которую он крепко обхватил своими цепкими задними ногами, внимательно наблюдал за детьми с большой высоты и будто ждал подходящего момента.

И тут внезапно он дал сигнал к атаке. Издав невероятно громкий и ужасающий вопль, одновременно похожий на крик фороракоса и обезьяны, он выхватил длинную тростниковую трубку, висевшую у него за пазухой, и выстрелил из неё дротиком прямо в не успевших опомниться ребят.

Нория пришла в себя первой и попыталась отбить его струёй воды. Безрезультатно: дротик попал ей прямо в ногу, прежде чем она успела сделать замах. Эльдрагор и Раград, едва выхватив мечи и встав друг к другу спинами, прикрыли с двух сторон упавшую на землю от боли девочку, но тут же были окружены по крайней мере полудюжиной Протоцерран.

— Доигрались! Проклятье, как больно!! Бросайте меня и бегите! — крикнула Нория, вырывая дротик из ноги.

— Ты с ума сошла?! Мы скорее все тут втроём поляжем, чем бросим тебя! — огрызнулся Раград.

— Ты не понимаешь, это смертельно опасный яд! Он разрушает организм изнутри, вам придётся отрубить мне ногу до самого бедра, но тогда я точно умру от болевого шока!

Раград и Эльдрагор в спешке пытались оценить противника. На них напали сравнительно молодые особи: они были ростом не выше полутора метров и имели довольно стройное жилистое тело зеленоватого оттенка с чёрными полосами на спине, которую продолжал очень длинный и цепкий хвост. Вероятно, такой камуфляж позволял им эффективно сливаться с местной растительностью и максимально близко приближаться к противнику перед атакой, оставаясь при этом полностью незамеченными. У необычных существ было по пять длинных пальцев на руках и ногах, заканчивающихся острыми загнутыми когтями. Волосы у них были только на голове: они так же были зеленоватого цвета и напоминали тонкие нитеобразные водоросли. Глаза и уши имели непропорционально огромный размер в сравнении с головой, что говорило о чрезвычайно развитом слухе и остром зрении.

Вожак Протоцерран оставался на дереве. Он выпустил ещё пару дротиков уже в Эльдрагора, но тот успел отбить их своим клинком. Сразу после этого к ребятам подбежало двое противников, которые попытались поразить их своими мощными длинными когтями, однако ребята ловко смогли парировать их. А Раград даже умудрился успешно контратаковать: он вытянул всё содержимое из фляги, в которой оставалось ещё немножко воды, а затем, с её помощью, быстро удлинил свой клинок. Вода, замёрзнув на мече, моментально сделала его длиннее в два раза, что стало большой неожиданностью для близстоящего противника. В мгновение ока Раград одним взмахом своего клинка отсёк неприятелю несколько пальцев, и тот с диким воплем отпрыгнул назад.

Воспользовавшись временной суматохой, он крикнул Эльдрагору: — Хватай мою сестру и живо убегай!! Она покажет дорогу!

— Не смей, я без тебя не уйду! — кричала Нория, пока Эльдрагор перекидывал её через плечо.

— Это не обсуждается! Я обещаю, что не умру!

— Ты уверен?! — спросил Эльдрагор. — Их шесть, и ещё тот на дереве!

— Да. Убить я их не убью, но, думаю, сбежать сумею. Если Нора начнёт орать, заткни ей чем-нибудь рот и подожди, пока она придёт в себя!

Эльдрагор кивнул головой и побежал. Нория изо всех своих сил, сквозь боль, била его по спине кулаками и кричала. Она понимала, что сейчас ничем не сможет им помочь и горько плакала, не веря в то, что её брат сдержит своё слово. Отбежав около ста метров, Эльдрагор и сам усомнился в этом.

Он принял решение: надо во что бы то ни стало уничтожить того вожака, сидящего на высокой ветке. Фламеанец понимал, что, если против тех шести на земле у Раграда и был небольшой шанс сбежать, он не сможет физически отражать атаки и с земли, и с воздуха. К счастью для него, вожак думал совершенно иначе: вместо того, чтобы наверняка добить одинокого мальчишку, окружённого шестью своими соплеменниками, он решил подло выстрелить в убегающих детей со спины. Прицелившись Эльдрагору прямо в затылок, он стремительно выпустил в него пропитанный ядом дротик. Нория, чьё тело было обращено назад увидела это и прокричала: — Он стреляет сзади!!!

«Вот он. Мой единственный шанс спасти Раграда. — подумал Эльдрагор». Дротик со свистом полетел ему в затылок, но мальчик в последний момент наклонил голову и тело вправо. Полностью уклониться не получилось: он слегка оцарапал ему ухо. Дико прорычав от злости, вожак Протоцерран стал заряжать трубку, не понимая, что тем самым уже подписал себе смертный приговор. Уклонившись от атаки, Эльдрагор выхватил свой меч, за считанные секунды раскалив его у себя в руке докрасна, а затем стремительно развернулся и со всей силой метнул его во врага. Тот даже не успел понять, что произошло: пылающий клинок вонзился ему в грудь, дробя рёбра и сжигая внутренние органы. Захрипев в предсмертной агонии, он замертво рухнул на землю.

Увидев это, его соплеменники пронзительно закричали. Один из них подбежал к вожаку и, взяв его безжизненное тело на руки, начал жалобно выть. Воспользовавшийся этим, Раград яростно атаковал одного из замешкавшихся Протоцерран и отрубил ему руку по самый локоть. Потерявшие мотивацию и желание сражаться противники дали Аквиру небольшой шанс: весь потный от напряжения он одобрительно кивнул в сторону Эльдрагора и руками дал знак, что всё будет в порядке. Пожертвовав своим мечом, Фламеанец остался безоружным с беспомощной девочкой на руках. Он сделал всё что мог, другого выхода не было.

Яд уже начал действовать, и Нория потеряла сознание, повиснув на плече Эльдрагора. Он вытащил её меч из ножен, взял его себе в руки и пустился прочь, оставив Раграда одного против шестерых.

Мальчик мчался очень долго, ни разу не обернувшись назад. Спустя какое-то время он выбежал на небольшую лесную поляну, покрытую коротким и мягким ковром травы, посередине которой стояло большое раскидистое дерево. Позволив себе отдохнуть, он сел рядом с маленьким ручьём, протекающим под его корнями. Эльдрагор опустил бессознательное и ослабевшее тело Нории на траву и положил ей под голову небольшую охапку сухих листьев, которых поблизости было довольно много. Затем он поднял платье девочки и стал внимательно разглядывать рану. Дротик попал в нижнюю часть бедра, которое выглядело ужасно: оно посинело, по всей поверхности кожи вокруг места укола выступили сосуды, а нога жутко пульсировала. Не теряя времени зря, Эльдрагор разорвал часть своей тоги и сделал из ткани прочный жгут, которым он перевязал ногу Нории у самого её основания. Затем он развёл огонь и сорвал огромный зелёный лист древовидной травы, растущей у ручья. Мальчик скрутил его и превратил в подобие фляги, которую он заполнил водой, а затем стал держать над костром. Вода вскипела практически моментально, после чего Эльдрагор быстро остудил её до приемлемой температуры и напоил Норию. На коже юной Аквирки выступил пот, а пульсация в ноге стала немного утихать.

«Вода и жгут лишь ненадолго отложат неизбежное, — думал он, сев рядом с бессознательным телом девочки. — Я обязан попробовать тот секретный приём, которому меня научил отец, другого выхода просто нет!»

«Одна из наших способностей заключается в умении уничтожать практически любые вирусы и токсины, увеличивая температуру собственного тела. Аквиры так же способны на такое, но методы достижения этого процесса у нас слишком сильно различаются, — как бы в подтверждения своим мыслям Эльдрагор вспоминал слова Нории, — а следовательно есть риск вскипятить ей всю кровеносную систему, тем самым мгновенно убив её, если я буду неосторожен. Но у меня получится аккуратно нагреть и уничтожить токсин в конкретном месте, если потороплюсь. Пока что большая часть яда всё ещё находится в бедре…»

Эльдрагор взял ногу Нории в правую руку, а левой стал понемногу нагревать её изнутри. Он пытался увеличивать температуру очень осторожно и медленно, что было крайне тяжело для неопытного ребёнка. Спустя несколько минут он приблизился к порогу, при котором умирают все известные им вирусы, но это было пределом и для Церэрианина. Благо такой температуры достигла только верхняя часть ноги, и он мог продолжать, так как для уничтожения токсина этой температуры было всё ещё недостаточно. Основная проблема заключалась в том, что, если жгут ослабится хоть на миг, вся эта горячая кровь устремится прямо к сердцу, а последствия этого будут крайне плачевными. Спустя ещё пару минут, едва сохраняя силы от ужасного напряжения, он смог нагреть ногу до пятидесяти градусов. Клетки токсина начали разрушаться, но вместе с ними стали погибать и кровяные тельца. Времени оставалось всё меньше и меньше: нужно было срочно ослаблять жгут и пускать к ноге свежую кровь, иначе мог начаться некроз тканей, и Нория могла лишиться ноги.

Он провёл в таком положении ещё минуту, которая длилась для него целую вечность. И только полностью удостоверившись в том, что токсина больше не осталось, Эльдрагор тотчас стал охлаждать ногу девочки и ослабил жгут, после чего вспомнил про свою царапину. Рана была поверхностная и проблем с уничтожением яда не было: мальчик просто сжал своё поцарапанное ухо в руке и нагрел его до нужной температуры. Убедившись, что ранение больше не представляло опасности, он упал на землю, потеряв сознание от усталости.

Когда Эльдрагор наконец очнулся, была уже глубокая ночь. Он сразу же почувствовал жуткую боль во всём теле и сильное головокружение. Вдобавок, несмотря на то, что яркая луна прекрасно освещала их поляну, юный Фламеанец обнаружил, что у него заметно ухудшилось зрение.

Охваченный страхом мальчик, едва встав на ноги, подошёл к лежащей неподалёку Нории и приложил ухо к груди девочки. Сердце маленькой Церэрианки билось ритмично, хотя и очень слабо. Облегчённо вздохнув, мальчик терпеливо ждал, когда его подруга наконец очнётся. Однако сильно побледневшая Аквирка продолжала неподвижно лежать на мягком травяном ковре, не подавая признаков жизни. Постепенно Эльдрагора начал одолевать сон, с которым было очень трудно бороться. Когда этот бой был почти проигран, он услышал едва различимые и тихие слова Нории: — Пожалуйста, воды…

Вскочив с коряги и схватив флягу, Эльдрагор побежал к ручью. Ноги не слушались его, а голова продолжала кружиться, из-за чего он упал и уже едва полз до спасительной жидкости. Набрав столько воды, сколько позволял травяной лист, мальчик стал нагревать её прямо у себя в руках. Вскипятив воду, он охладил её до обычной температуры и подбежал с ней к едва живой Нории, прислонив край самодельной фляжки прямо к её губам. Та с жадностью начала пить и быстро опустошила листок, после чего попросила ещё. И так маленький Церэрианин бегал туда и обратно около пяти раз, пока девочка полностью не напилась.

Тут на глазах Нории выступили слёзы, и она протянула руки к Эльдрагору. Фламеанец, также не сдерживая своих чувств, крепко обнял Аквирку.

— Спасибо…, — тихим голоском прошептала она, — Если честно, то я уже не думала, что смогу очнуться.

— Не знаю, грубо ли это прозвучит, но я тоже… — ответил ей Эльдрагор, протирая рукой глаза, — я просто первый раз в жизни применял эту технику на ком-нибудь кроме себя…

— Но ведь получилось…

— И правда…

Они тихонько засмеялись. Это был смех радости и счастья, настолько редкий, искренний и прекрасный, словно лучик Фермиры, пробившийся сквозь огромные чёрные тучи во время сильной грозы.

— Как думаешь, Раград сдержал слово? — грустно спросила Нория.

— Это я должен у тебя спросить, ведь ты знаешь его лучше меня, — скромно засмеялся сквозь слёзы Эльдрагор, будто стараясь утешить обоих. — Но за то недолгое время, что мы были вместе, я понял, что Раград не из тех, кто просто так сдаётся. И уверен в том, что он выжил!

— Твои слова успокаивают меня… прости, не смогла тебя нормально обнять в ответ… я едва могу говорить…, — тихо сказала Нория. — Садись рядом, я-я должна тебе рассказать, как работает этот яд, чтобы мы смогли быстрее найти Раграда…

Эльдрагор присел рядом и стал внимательно слушать то, что стала рассказывать девочка. По выражению её лица было видно, что, хоть они оба и спаслись, трудностей впереди им предстоит немало.

Нория начала рассказывать: — То, что мы спаслись от этого яда, иначе как чудом не назовёшь. Это — один из самых ужасных токсинов на планете. Вероятно, всё дело в том, что на нас напали подростки: у них и мозгов поменьше и яд не настолько сильный…

— Подожди, — перебил её Эльдрагор, — как их возраст влияет на силу яда?! Если только…

— Да, вижу ты уже и сам догадываешься, — продолжила девочка, — на их теле находятся специальные железы, выделяющие смертельно опасную слизь, которой они смазывают всё своё оружие, дротики и когти. В древних свитках я читала, что много наших людей погибло, употребляя их в пищу во время голодных времён. Все их внутренние органы ядовиты, а когда Протоцерран вырастает до взрослой особи, то этот яд превращается в сильнейший парализующий токсин, который даже при лёгком соприкосновении с кожей сковывает все мышцы, и ты мучительно умираешь от удушения за пару минут. Тут даже наши секретные техники не помогут.

— Так ты поняла, как я смог тебя спасти? — удивлённо спросил Эльдрагор.

— Ну… это было нетрудно, — слегка улыбнувшись ответила Нория. — Я прочла практически про все ваши способности и умения, которыми вы овладели после великого переселения народов, а читать меня научил отец, когда мне было четыре года. Я всё свободное время изучаю древние свитки и книги. Это же так интересно!

— А твой брат?

— Откровенно говоря, я всегда беспокоюсь за Раграда потому, что в этом плане он полностью мне противоположен. Он ненавидит читать и всегда предпочитает теории практику.

— Ну в этом тоже есть что-то полезное.

— Не в его случае. Раград абсолютно ничего не знает об этом яде, так что хотя бы ты послушай меня. Мы на сто процентов были уверены в том, что Протоцерране и Геррадус полностью уничтожены в этих краях, поэтому я не сочла нужным рассказывать про этот токсин своему брату. В этом была моя главная ошибка.

Эльдрагор сидел и внимательно слушал всё, что говорила ему Нория. Но тут он внезапно схватился за голову и стиснул зубы от боли.

— Вот как раз об этом я и хочу тебе сказать, — сказала девочка, — ты много пил с того момента, как мы тут оказались?

— Если честно, то вообще ничего, да и времени на это особо не было…

— Быстрее иди к ручью и влей в себя столько воды, сколько сможешь!

Мальчик побежал к ручью и наполнил флягу, после чего стал жадно пить. Практически мгновенно он почувствовал, что боль в его теле начала ослабевать, а головокружение и вовсе исчезло.

— Заметил, как легче стало? — спросила Нория. — А мне ты этим вообще жизнь спас. Вода — это лучшее лекарство! Жаль, что немногие это понимают…

Допивая последние капли из фляги, Эльдрагор кивнул головой и помог девочке немного приподняться. Она облокотилась на мягкую горку из листьев и, вытянув ноги, продолжила: — Ты полностью восстановишься от яда через пару дней, а вот я лишь спустя неделю. Наш народ практически истребил Протоцерран только потому, что со временем мы смогли выработать иммунитет против их токсина, но молодое поколение с ним ещё не сталкивалось. Нас с тобой отравили впервые, а первый раз самый опасный. Я ещё долго не смогу ходить, поэтому прошу: оставь рядом со мной несколько фляг с водой, а сам иди искать Раграда. То место, про которое он говорил… это самое большое и старое дерево в этих краях. Если ты поднимешься повыше, то сможешь увидеть, как оно возвышается над другими кронами.

— И речи быть не может! — воскликнул Эльдрагор. — Я не оставлю тебя здесь одну!

— Сделай это ради меня! Вероятность, что меня найдут тут крайне мала. А вот шанс на то, что Раград не протянет до ночи, если его отравили, огромен! Прошу, приведи моего брата сюда!

Голос Нории под конец фразы задрожал, и она горько заплакала. Эльдрагору не оставалось ничего другого, кроме как с грустью полезть на высокое дерево посредине поляны, успевшее стать для них таким уютным и безопасным, что от него уже не хотелось никуда больше уходить. Поднявшись на самый верх и плавно покачиваясь на ветвях от небольшого ветерка, он увидел ковёр из крон деревьев, которые были примерно одинаковой высоты. Неожиданно мальчик заметил вдалеке тёмно-зелёного гиганта, который величественно возвышался над своими собратьями, раскинув свою пышную крону. Было сразу понятно, что это самое старое и могучее дерево в лесу, которое простояло тут уже не одну тысячу лет.

Эльдрагор стал спускаться обратно, быстро перебирая ветви, а затем спрыгнул на землю.

Нория с грустью посмотрела на него и сказала: — Тяжело тебе придётся, ты ещё не до конца оправился от яда. Как далеко то большое дерево?

— Примерно полдня пути пешком. Оказывается, мы не так уж и далеко ушли! — ответил Эльдрагор.

— Это хорошо. Но ты уверен, что у тебя хватит сил добраться до него?

— Да. Но ты же понимаешь, что если на меня нападут, то, скорее всего, я умру и тебе придётся добираться до дома самостоятельно. Я должен спасти твоего брата и, либо мы вернёмся сюда вдвоём, либо никто не придёт вовсе.

— Но… но если придёшь только ты…

Эльдрагор молча посмотрел на Норию, и на его измождённом лице появилась грустная улыбка. По спине девочки пробежала дрожь. С большим трудом она выдавила из себя несколько слов: — Я… я… не хочу никого терять, п-пожалуйста, не уходи…

— Но ты же сама меня попросила…, — начал было мальчик, но вовремя остановился. Он уже понимал, что бедная Нория перестала руководствоваться хоть какой-то логикой и контролировать свои эмоции. Страх и отчаяние взяли верх, нужно было что-то сделать на прощание. Эльдрагор молча подошёл к Нории и обнял её. Она заплакала ещё сильнее и крепко вцепилась в тело своего спасителя. Юный Фламеанец с трудом высвободился из её объятий, после чего набрал полную флягу воды, подобрал палку и принялся стачивать её с обеих сторон, образуя два острия. Нож же Эльдрагор положил рядом с девочкой.

«Я не могу оставить её без оружия. Если на меня нападут, пока я буду добираться до Раграда, эта палка вряд ли меня спасёт, но всё равно это лучше, чем ничего», — подумал он.

Нория с мокрыми от слёз глазами провожала уходящего в глубь леса Эльдрагора, который до последнего не хотел оборачиваться назад. Но мальчик не смог: тело само заставило его обернуться и взглянуть на юную Аквирку. Она была прекрасна: даже несмотря на ухудшившееся на время зрение, Эльдрагор довольно отчётливо видел милое заплаканное личико Нории с большими, сверкающими подобно аквамаринам, глазами.

В последний раз бросив взгляд на бедную встревоженную девочку с длинными растрёпанными волосами, он скрылся в густых ветвях дремучего леса.

Глава 2. Таинственная незнакомка

Эльдрагор шёл между огромными деревьями, приложив правую руку ко лбу, чтобы проще было вглядываться сквозь густой кустарниковый покров. В левой руке он держал наготове заточенную палку, которую был готов пустить в ход в любой момент. Небо с восточной стороны стало приобретать красновато-лиловый оттенок. Хотя до восхода было ещё далеко, везде, даже под густым пологом леса, становилось всё светлее.

Постепенно начинали просыпаться утренние птицы, и джунгли наполнились приятным и звонким щебетом. При любых других обстоятельствах Эльдрагор с радостью насладился бы этим мелодичным пением, но сейчас оно его скорее раздражало, чем радовало. Эти звуки отвлекали его и мешали навострить и без того притуплённое чутьё и слух. Так наполовину слепой, глухой и практически безоружный Фламеанец продолжал свой опасный путь.

Когда первые лучи Фермиры стали пробиваться сквозь пышные лесные кроны, мальчик решил ещё раз подняться на верхушку одного из деревьев, чтобы оценить расстояние до зелёного гиганта.

С большим трудом, цепляясь одной рукой за толстые ветви, он взобрался наверх и смог свысока оглядеть окружающую его местность. До цели оставалось уже не так много: можно было разглядеть толстые лианы, висевшие на ветвях лесного исполина и огромных птиц, которые что-то высматривали внизу, паря вокруг его пышной кроны.

Эльдрагор спрыгнул на землю и отправился дальше. Он был искренне уверен в том, что Раград жив и ждёт их у назначенного места, а если нет, то мальчик собирался прочесать всё вдоль и поперёк, но непременно его найти.

Внезапно, со стороны огромного дерева донёсся крик. Своим звучанием он сильно напоминал Геррадус, но был несколько выше по тембру, чем у взрослой особи или подростка. Сразу же вслед за ним раздался ещё один, но уже церэрианский. Он был так же высоковат для взрослого. «Это Раград! — промелькнуло в голове у Эльдрагора. — Он в беде, нужно срочно ему помочь!»

Фламеанец стремглав кинулся на крики, не разбирая дороги. Ветви хлестали его по лицу и спине, а острые коряги уже давно разодрали обувь и исцарапали ноги. Но мальчик не чувствовал боли, он хотел во что бы то ни стало успеть помочь своему другу. Вырвавшись из чащи, Эльдрагор оказался у подножия гигантского дерева, которое стояло посреди небольшой поляны. Основание его ствола было неописуемых размеров: казалось, что внутри него можно было построить небольшую деревню, а некоторые корни, поднявшиеся над землёй, не смогли бы обхватить и десяток взрослых Церэриан. Вдалеке, по другую сторону дерева, виднелись силуэты двух небольших существ, которые стояли друг напротив друга. Мальчик помчался навстречу им, надеясь увидеть, что именно там происходит. Приближаясь, он начинал понимать, что один из них нападает на другого. Эльдрагор изо всех сил напряг свои уставшие глаза и разглядел в нападавшем того, кого уже почти не надеялся найти живым.

— Раград! — крикнул он, переполненный радостью. — Ты живой!!!

Раград обернулся, но на нём не было такой же счастливой улыбки. Напротив, он был очень зол и напуган, чем сильно озадачил Эльдрагора. Фламеанец подбежал к нему и увидел полулежащее на земле у корней существо: это была маленькая девочка из расы Геррадус, примерно такого же возраста, как и сами дети. У неё была ранена нога и, судя по сочащейся из неё крови, рана была довольно свежей. Эльдрагор в ужасе смотрел на её заплаканное лицо, не способный проронить ни единого слова. Затем он обратил свой взгляд на Раграда, держащего в руке свой клинок, с которого капала кровь. Вне всякого сомнения, ранил её именно он.

— Что происходит, Раград?! — испуганно спросил Эльдрагор.

— Я не знаю! Помню, что открыл глаза и это… присело прямо рядом со мной! Я выхватил свой меч и пырнул это существо в ногу, я думал оно хочет меня убить!

— А в итоге…? — по лбу Эльдрагора потекли капельки пота.

— Оно схватилось за ногу и отползло к этой ветке! И было совершенно безоружно! Я не понимаю, что происходит, может, лучше просто добить его?!

— П-подожди, дай я подойду к нему…

— Эльдрагор, не надо!!

Эльдрагор, дрожа от волнения, подошёл к девочке. Он попытался осмотреть рану, но незнакомка оскалила свои острые зубы и начала отползать в сторону.

— Я убью её! — крикнул Раград, хватаясь за меч.

— Нет! Ты никого не убьёшь! — громко и решительно ответил Фламеанец.

— Но она же враг… наши только что уничтожили всю их армию…

— Я это прекрасно знаю! И тем не менее я не смогу дальше нормально спать, если мы убьём беззащитное и раненое существо!

Раград убрал руку с рукояти клинка и весь в поту сел на землю, не сводя глаз с девчонки.

— Эльдрагор… а моя сестра… — спросил он.

— Не переживай. С ней всё хорошо. Признаю, я не ожидал так быстро тебя найти.

— Я почти ничего не помню.

— Так постарайся! Расскажи всё, что произошло, пока меня не было рядом с Норией. Как ты смог сбежать от Протоцерран??

Эльдрагор сорвал с ветки большой трубчатый лист и попытался перевязать ногу девочке. На этот раз она уже не пыталась отползти, но всё ещё скалилась, когда мальчик обматывал рану.

Раград собрался с мыслями и начал рассказывать всё, что ему удалось вспомнить: — После того, как ты, убив того вожака, убежал с Норией, я продолжил драку с этими тварями. Должен признать, тебе удалось спасти мне жизнь, убив этого гада. Мне пришлось несладко даже во время побега от тех шестерых. Я смог убить одного из них, проткнув ему живот, а двоим получилось отсечь по руке. Но меня буквально искромсали когтями. Некоторые порезы были глубокие, из них стала течь кровь. Понимая, что больше держаться против них не получится, я вытянул последнюю оставшуюся во фляге воду и разогрел её практически до кипятка. Это отняло много сил, но в итоге стоило того: у меня получилось плеснуть этой горячей водой им прямо в лицо, ненадолго ослепив. А пока эти твари корчились от боли я, не теряя времени, пустился наутёк.

— Ты не почувствовал ничего необычного, пока бежал? Головокружение, слабость? — перебил Раграда Эльдрагор, заканчивая перевязывать девочке ногу.

— Поначалу нет, но потом… это было ужасно. Честно говоря, я уже не особо соображал, что происходит с моим телом. Думал только о том, как бы успеть добежать до огромного дерева, пока не потеряю сознание, а там надеялся прийти в себя… я надеялся, что Нория скажет тебе, где меня найти. Как видишь, я был прав.

— Да. Но ты был не прав в самом главном.

— В чём же…?

— Ты бы не смог прийти в себя. Как уже говорила твоя сестра, это был смертельный яд. Я едва успел вытянуть эту дрянь из её ноги. И даже несмотря на это, она не сможет самостоятельно передвигаться ещё неделю. Да что уж там говорить, даже я, которому поцарапали лишь край уха, как следует ощутил на себе его последствия. Мне кажется, что тут есть два варианта: либо ты обладаешь невероятной устойчивостью к ядам, в чём я очень сомневаюсь, учитывая нынешнее состояние твоей родной сестры, либо…

Глаза Раграда округлились. Он с побледневшим лицом посмотрел на девочку из племени Геррадус.

— Да, ты всё правильно понял. Она спасла тебе жизнь. Нам только предстоит узнать как, но это правда. Скорее всего, очнувшись, ты ещё не понимал, что происходит и принял её за врага, — подытожил Эльдрагор.

Раград продолжал смотреть на незнакомку. В голове юного Аквира было столько противоречий, что он не мог выдавить из себя и слова. Понимая это, Эльдрагор решил пока узнать, почему эта несчастная девочка спасла жизнь своему врагу, чей народ уничтожили практически всю их расу. Не зная, сможет ли она его понять, мальчик посмотрел на неё и спросил: — Как тебя зовут?

Она обернулась на него и удивлённо заглянула ему прямо в глаза. «Не понимает, подумал юный Фламеанец, — надо попробовать проще». Он поднял руку и ткнул указательным пальцем себе в грудь. — Эльдрагор, — сказал мальчик. Затем, положа руку на плечо ещё не пришедшего в себя друга, продолжил: — Раград.

Наконец Эльдрагор поднёс палец к груди девочки. Она зашипела, но, посмотрев на мальчика, который не собирался делать ей ничего плохого, тихонько произнесла: — Тлако.

— Тебя зовут Тлако? Какое необычное имя… первый раз слышу что-то подобное, — сказал удивлённый Фламеанец.

Тем временем Раград стал понемногу приходить в себя. Он принялся рассматривать девочку, которая казалась очень похожей на них, за несколькими исключениями: кожа была светло-зелёного оттенка с тёмно-зелёными полосами, а волосы пепельно-серыми. Зубы острые, как у акулы, но такие же небольшие, как Церэрианские. Пальцы на руках и ногах длиннее и тоньше. Зрачки узкие и сильно напоминали кошачьи, глаза жёлтые, чуть светлее, чем у Эльдрагора, а уши были большими и слегка заострёнными у верхнего края. По телосложению она практически полностью походила на обычного Церэрианина, разве что имела немного более изящные и утончённые черты.

За свою недолгую жизнь маленькие Церэриане повидали много погибших Геррадус, но никогда не видели живого, да ещё так близко. Тлако не проявляла никаких признаков враждебности по отношению к ребятам, а вся её агрессия была лишь защитной реакцией на вероятных противников. Нападать она не имела никакого желания.

Эльдрагор должен был понять, спасла ли девочка Раграда и если да, то как именно. Но для этого требовалось умение общаться на языке жестов. Было ясно, что они не понимают друг друга, и мальчику приходилось сильно ухищряться, чтобы показать ей то, что ему нужно. Первое время выходило довольно скверно: Эльдрагор заставил Раграда лечь на землю и притвориться мёртвым, после чего показал пальцем на Тлако и стал имитировать, как она помогает Аквиру подняться и лечит его раны. После этого было ещё несколько неудачных попыток, которые только сильнее запутали бедную девочку, озадаченно наблюдавшую за этим странным представлением. Фламеанец старался применить весь свой актёрский талант настолько, насколько ему позволяла фантазия, однако в ответ на все старания, он получил лишь удивлённый взгляд Тлако, которая судя по всему начала считать его не совсем нормальным.

В конечном счёте расстроившийся Эльдрагор уже почти было отбросил идею что-либо объяснить необычной девочке, как вдруг, будто что-то осознав, та внезапно пододвинулась вплотную к Раграду и бесцеремонно стащила с него рубашку. Это было настолько быстро и неожиданно, что ребята не успели проронить и слова. Раград сильно покраснел и крикнул: — Эй, ты что это делаешь?!

— Не кричи на неё так, она всё равно тебя не поймёт! — сказал Эльдрагор.