Выбор подкаста «Книжницы»

Один из самых прослушиваемых эпизодов «Книжниц» посвящён именно этой книге. История о женщинах, которые поддерживают друг друга в литературном кружке, тронула и ведущих. Формально участницы закрытого книжного клуба обсуждают книги, но постепенно разговоры уходят в гораздо более глубокие и сложные темы.

Главная героиня путешествует со своим отцом в его фуре по бескрайней астраханской степи и далее в Центральную Россию. Внешне роман похож на тревелог, однако внутри это поразительный, щемящий текст о зрелости и родительской любви. Именно этой книгой открылся третий сезон подкаста «Книжницы», где мы обсуждаем литературу о доме и родине.

Книга о гениях науки, которые приблизились к пониманию устройства мира — и почти сошли с ума от этого знания. Лабатут соединяет документальное и художественное так, что граница между фактом и вымыслом практически размыта, поэтому, конечно, не стоит всё принимать за чистую монету. Однако внутри можно прочитать любопытную точку зрения на то, как научные разработки, изначально призванные нести благо в мир, оборачивались для людей болью и разрушением. Это особенно сильно поражает.

Сложно представить список книг от «Книжниц» без Оливии Лэнг — в нашем подкасте мы уже обсуждали две её книги. Мы регулярно вспоминаем сад писательницы, а ещё каждая из ведущих успела обменяться с любимой Лэнг небольшими переписками.
«Путешествие к Источнику Эха» написано в фирменном стиле Оливии: заметки, которые она ведёт, путешествуя по знаковым для своих героев местам, переплетаются с личными воспоминаниями и размышлениями о природе зависимости.

Эссе Сьюзен Сонтаг, которое в сложный период очень поддержало одну из «Книжниц» — Настю. В нём Сонтаг пытается демистифицировать рак, разоблачая мифы и метафоры, окружающие болезнь. Её интересует не столько физическая боль, сколько то, как общество превращает болезнь в фигуру речи — символ наказания, проклятия или моральной слабости.
Позднее, на фоне эпидемии СПИДа, Сонтаг продолжила этот разговор в эссе «СПИД и его метафоры» (1989). В двух текстах она настаивает: самый честный и здоровый способ говорить о болезни — отказаться от метафор и видеть в ней просто заболевание.

По своей структуре это сборник интервью с современными композиторами, проникновение в их работу и жизнь в творчестве. Книгу можно назвать узкоспециальной — для любителей современной академической музыки. Хотя, мы считаем, она хороша для всех, кому любопытен мир, его разность, чувствование вглубь.

Это путевые заметки и иллюстрации ко всем европейским местам, где художник Никита Алексеев побывал в течение жизни — что-то среднее между дневником и тревелогом. Честно признаемся: одна из «Книжниц», Настя, мечтает когда-нибудь написать нечто подобное.
Изначально эти записи существовали как арт-объект — «книга-чемодан»: обтянутый кожей короб с более чем 600 рисунками, к которому была прикреплена флешка с текстами. Единственный экземпляр был продан неизвестному коллекционеру и утерян, а рисунки и тексты впервые опубликованы именно в этом издании.

Эта книга должна была войти в наш последний сезон, но, к сожалению, не получилось. Тем не менее новый роман Еганы Джаббаровой сложно обойти стороной. Это история о том, что близко и нам: поиск и утрата дома, отношения с собственной идентичностью и попытка понять историю своей семьи.
В 1980-е герой переезжает из родового гнезда в грузинском селе в Екатеринбург и становится предприимчивым авантюристом. В наше время героиня покидает родную страну, где распространяется вирус, отключающий часть мозга, отвечающую за эмпатию. Постепенно эти линии сходятся в один многослойный текст.

Мемуары военного фотографа, который стал свидетелем самых печальных моментов истории середины прошлого столетия. Это книга о взгляде — о том, как камера становится способом выжить и сохранить человеческое. О Роберте Капе слагали легенды ещё при жизни, и эта книга не развенчивает мифы. Но его дар рассказчика просто невозможно не отметить: в Капу влюбляешься моментально, даже если учесть, что добрая часть его мемуаров — художественное приукрашивание для красного словца.

После этой книги лес перестаёт быть фоном. Вольлебен рассказывает о связях между деревьями так, что начинаешь иначе смотреть на всё живое — как на сеть поддержки, а не как на набор отдельных существ. Эта мысль о скрытой взаимности мира очень поддерживает, особенно в трудные времена. После прочтения можно послушать об этой книге выпуск «Книжниц», где мы выяснили, что деревья и люди на самом деле ближе другу к другу, чем кажется.