«Лошади становятся чудаковатыми, если подолгу остаются в одиночестве, – говорила Долли. – Совсем как люди».
8 Ұнайды1 түсініктеме
Иногда мне тоже хочется быть собакой. Они вообще не знают никаких забот.
7 Ұнайды
Видно, ангелы сегодня опять опрокинули свою ванну небесную,
2 Ұнайды
Рано или поздно они поймут, что вдвоём гораздо приятнее, чем в одиночку.
2 Ұнайды
меня слабость к животным, которые никому не нужны.
2 Ұнайды
Одиннадцать, – ответила Эмма.
Она положила печенюшку на блюдечко и отнесла к перевязочному столу. Собака госпожи Штрицель с интересом обнюхала лакомство и тут же жадно его проглотила.
– О, какой умный пёс, – похвалила Эмма. – Это сразу видно. И как же его зовут?
– Барнабас! – шмыгнула носом госпожа Штрицель. – Он у меня самый-самый умный!
Она вынула из сумочки носовой платок и высморкалась.
– Ах, у меня такая отвратительная простуда. Как вы полагаете, доктор, не поможет ли такое печенье и мне тоже? Ну просто ни в какую не могу избавиться от этого насморка.
– Где же вы его подхватили? – спросил доктор, возвращая Эмме чисто вылизанное блюдечко.
Госпожа Штрицель вздохнула.
– Ох, на похоронах. Честное слово, следовало бы запретить устраивать похороны в дождливую погоду.
Она чихнула.
– На похоронах? – переспросил доктор Кнапс. – На чьих же? Иоганна Клипербуша?
– О нет! – Госпожа Штрицель похлопала Барнабаса по лоснящейся спинке. – В тот день стояла прекрасная погода. Ведь Клипербуш всегда соблюдал правила приличия. Нет, мы хоронили собаку. Скончалась такса моей лучшей подруги.
– Вот как. – Кнапс бросил на Эмму разочарованный взгляд и вставил в уши стетоскоп. – Раз вы уже здесь, фрау Штрицель, я заодно ещё раз основательно обследую Барнабаса. Вы не возражаете?
1 Ұнайды
Ах какая неудача, а ведь он всё ещё у меня, – отозвалась Эмма.
Они подъехали к дороге.
– Давай, толстяк! – крикнула Эмма, подгоняя мерина. – Быстрее, не то твоя подруга Мисси скоро превратится в собачий корм.
Альдо навострил уши и прибавил шагу.
– Как? Ну всё, теперь уж я ничегошеньки не понимаю! – простонал Лео. – Что же тогда на наших глазах сжёг Аллигатор?
– Договор, – подтвердила Эмма. – Но у меня есть копия.
1 Ұнайды
Лео уже поджидал её.
Он сидел рядом с Альдо в траве и обстругивал своим перочинным ножом деревяшку. Эмма подбежала к нему и поцеловала. Крепко-крепко.
– Спасибо! – сказала она. – Спасибо тебе, что спас меня от Аллигатора. Это было самое замечательное, что кто-нибудь когда-нибудь совершал ради меня.
Лео покраснел, как варёный рак, и едва не порезал себе палец.
– Да не за что, – пробормотал он. – Ведь это… это само собой разумеется.
– Само собой разумеется? – Эмма взяла Лео за руку. – Альдо, ты это слышал?
Она помогла Лео встать.
– Ты поступил как герой. Как настоящий герой! Я бы в жизни на такое не отважилась. Хоть за тысячу лет! Мне казалось, у меня вот-вот душа в пятки уйдёт. Ведь если бы этот тип меня заметил, даже и не знаю…
При мысли об этом у Эммы и теперь ещё отнимался язык.
– Вот именно! – Лео пожал плечами и спрятал нож в карман. – Тебя он не должен был увидеть. Тебя бы он так просто не отпустил.
– Да знаешь что? – Эмма подтолкнула его к Альдо. – Твой брат после такого ещё сто лет бы зазнавался. А ты себя так ведёшь, словно тебе за это должно быть стыдно. Давай, забирайся. Мы должны вернуться, прежде чем этот тип уведёт Миссисипи.
Ухватившись за гриву, она вскочила Альдо на спину. Лео уцепился за Эмму, подтянулся и уселся за нею.
1 Ұнайды
Эмма помотала головой.
Долли наклонилась к ней.
– Что-нибудь не так?
Эмма откашлялась.
– То, что ты сказала… Вот тогда… Ты ведь это просто так сказала, да?
– Что же я такое сказала? – На лице Долли появилась лукавая улыбка. – Теперь уж и не припомню.
Эмма залилась краской.
– Ну что ты хочешь мне эту кобылу… подарить.
Долли осклабилась.
– Да? Я это сказала? Ну раз я это сказала, значит, я это и имела в виду.
Тут Эмма бросилась ей на шею. Да так стремительно, что Долли едва не выпустила из рук верёвку.
– Эй, эй, не так бурно! – крикнула она. – Не то твоя лошадь сбежит, а ты с нею даже познакомиться поближе не успеешь.
У Эммы от волнения сбилось дыхание.
– Как думаешь… – спросила она, немного успокоившись. – Как ты думаешь, Альдо и Миссисипи поладят? – И сунула руку в карман куртки. – Эх, у меня для неё даже морковки нет.
1 Ұнайды
– Ну привет, сторожевые суперпсы.
Почесав обоим за ушами, Эмма угостила их собачьими сухариками. Она всегда набивала ими полные карманы, собираясь ехать к бабушке.
Из дома несло горелым.
Эмма улыбнулась. Видно, Долли снова пыталась что-то испечь. Вероятно, на всём белом свете она была единственной бабушкой, которой ни в какую не удавался даже самый простенький пирог. Готовила она, впрочем, тоже не особенно хорошо. Всё то, чем с удовольствием занимались бабушки подружек Эммы, Долли ничуть не увлекало: она не вязала крючком, не вязала на спицах и не читала вслух сказок. О дне рождения Эммы она забывала каждый год. Её седые волосы были короткими, как спички, одежду она носила главным образом мужскую и свою машину ремонтировала сама.
Эмма не променяла бы её ни на какую другую бабушку.
– При-ве-ет! – крикнула она в заполненную дымом кухню. – Я снова приехала.
Из-под кухонного стола на Эмму с лаем выскочил здоровенный пёс и, подпрыгнув, лизнул её в лицо.
– Привет, родная моя. – Долли сидела на корточках перед духовкой, и вид у неё был совершенно несчастный. Она вынула свой пирог и шмякнула его на стол. – Ну ты погляди, опять перепекла. Ничего не понимаю. А ведь я даже специально раздобыла себе такой вот дурацкий кухонный будильник.
Огромная собака оставила Эмму в покое и принялась обнюхивать сгоревший пирог.
– Какая удача, что я ещё на всякий случай купила немного выпечки.
Долли вытерла о штаны испачканные мукой руки и чмокнула Эмму в щёку.
– Как хорошо, что ты снова здесь. Надеюсь, ты по мне скучала?!
– Ещё как скучала.
Эмма сняла рюкзак и протянула незнакомой собаке горстку сухариков.
– А этот ещё откуда взялся?
Долли вынула из шкафа большой свёрток с пирогом.
– Пучок-то? – Она потянула Эмму за собой на свежий воздух. – Его наш ветеринар Кнапс нашёл где-то у въезда на автобан. Ты же знаешь, как раз такие всегда попадают ко мне.
Эмма широко улыбнулась.
1 Ұнайды