Оглавление

Предисловие

Мы все рождаемся одинаково богатыми. Прорвавшись к свету и издав первый крик, получаем одинаковое приданное — ЖИЗНЬ. Но не странно ли, что пройдя свой отрезок, выполнив личные нормативы, мы ее, свою Жизнь, кладем на плаху, как расплату за все содеянное?

****

Жан Гай молчаливо подпирал дверной косяк, пока в комнате была невообразимая, паническая неразбериха. Плачь, крики…, запах смерти. Картина не из приятных, а он не мог сказать и слова поддержки, в спину ему, в который раз, родная мать, вонзила нож безразличия. Ровно минуту назад он поднялся к ним на этаж, поговорить, разработать дальнейшие действия, а в лицо ему ударил холодный порыв ветра, от не закрытого окна. Пустота и тонкий конверт, с надписью «моему сыну, Жану». Он взял его, скомкал, хотел бросить на догорающие угли камина, даже не открыв, но не прошел к нему, а попятился, закрыл дверь, как оказалось, вместе с ней закрылась и маленькая дверка в его душе, связывающая его с родителями. Он уже не сердился, не пытался им позвонить, чтобы высказаться или выслушать извинения от отца, мать бы не соизволила с ним даже поговорить, он просто вычеркнул их из своего сердца. Оставив к отцу только жалость и благодарность за все годы, которые тот провел с ними, выбрав между властной женой и ими: сыном, внуками, семьей. Но это было давно, в другой жизни, в той, которая осталась за закрытой дверью.

Тяжело ступая, забыв о письме, которое все еще сжимал в кулаке, он подошел к комнате, где уже много дней лежала в коме девятнадцатилетняя девушка, приемная дочь детей, прикрывшая его своим стройным телом, от предательской пули сородича. Эта девочка спасла ЕГО и ее БОЛЬ была самым ВАЖНЫМ для него, самым ЗНАЧИТЕЛЬНЫМ. Взялся за дверную ручку, с крохотной надеждой, что сейчас, в этом длинном коридоре он оставит всю подлость, предательство и будет только их. Он будет принадлежать душой и телом только тем, кому дорог, кому нужен, кем любим и кого он, Жан Гай, уже признанный глава рода бессмертных, обожает и боготворит…

Судьба оказалась благосклонной. Создатели, в очередной раз, подарили ему больше счастья, чем родная мать. Жан безумно был счастлив и неизмеримо весел. Они побороли еще один барьер, поставленный на их жизненном пути смертью.

— Валерия жива! — ликовал он и повторял довольно долго, не только себе или жене, но и всем домочадцам. Он знал, какое это счастье — не терять близких, родных и дорогих людей. Знал и ошибался, что никто, так как он, не знает подобных потерь. Жизнь, такая каверзная штука и не спрашивает о возрасте, подсовывая тебе все новые и новые испытания, до тех пор, пока однажды ты не сорвешься. Пока не поймешь, что больше нет сил, пока не пустишь все по течению, плывя к своему финишу.

Вилен смотрела на него, улыбалась, прекрасно понимая всплеск эмоций, и не могла понять, как так получается, что чужой ребенок ему дороже собственных родителей? В их с ней отношениях все отлично, он ее и никто не вмешивается с нравоучениями, подсказками, дельными советами. У них полнейшее взаимопонимание, но должно же быть у него сыновнее чувство? Неужели так трудно взять трубочку, нажать запрограммированную кнопку и сказать им, отцу и матери, что девочка пришла в себя, что она обязательно выздоровеет.

Не сдержалась:

— Ты не хочешь позвонить отцу?

— Эд позвонил, я слышал. — отмахнулся Жан.

— Раз так, давай выспимся. — заявила она и ушла, так и не поняв его…

Часть 1 Спокойствия миражи

Глава 1

Тяжелая неделя сказалась на всем — сне, аппетите, общении… Последний же час стал просто адом, не смотря на прекрасный исход. Да, Судьба иногда преподносит подарки. Бесценные.

Вот тут бы радоваться, устроить пир, а они, практически все, устало, разбрелись по комнатам.

Дэн схватил дребезжащий под его ухом мобильный, собрался его прикончить, но вовремя увидел на экране: «Мала», ответил шепотом, сев на рай кровати:

— Да!

«Ой! Дэн, прости, наверное, разбудила. А можно Гению».

— Скажи мне, я попробую ее заменить. Не хочется будить, были очень тяжелые дни. — прикрыв трубочку рукой, зевнул и прикрыл глаза, не в силах проснуться.

«Ну, мы это, летим». — оповестила женщина и он расслышал голосок мальчика, пристающего к ней с вопросами.

— Отлично! — смутно припоминая предупреждение жены, уточнил: — Через сколько встречать?

«Если все хорошо, то через час приземлимся». — ответила ему подруга жены, Ольга и ребенку тоже.

— Понял, встретим.

«Тогда пока».

— Пока. — сказал он, уже потухшему экрану. Ев не проснулась. Он потянулся, растер лоб рукой и тихо поднялся, надев пижамную куртку, вышел в гостиную, тихо прикрыл дверь спальни, сделал звонок: — Юрий? Доброе утро. Приготовь машину, пожалуйста, надо встретить подругу из аэропорта.

«Съезжу, — отозвался мужчина и, видимо пребывая в приподнятом расположение духа, продолжил: — а кого? Их раньше тут было многовато.

Не смотря на то, что фраза прозвучала двояко, Дэн прекрасно понял, о чем идет речь:

— Как посмотреть. А встретить надо…. любимую. — тут он не сдержался, улыбнулся и даже оглянулся на дверь спальни. — Зовут Ольга, если это тебе что-то говорит.

«Маленькую, блондиночку, с сынишкой». — мгновенно понял Юрий.

— О! Ты у нас оказывается в курсе.

«Еще бы! — он хихикнул и уже спокойно, поинтересовался: — Как Лера?»

— Вроде нормально. Раз меня не будили, значит, все хорошо.

«Я так рад».

— Да, это счастье. Значит съездишь. Она прилетает через час.

«Да не вопрос».

— Пока! — оборвал Дэн разговор, услышав всхлипы, поспешил к жене: — Эй! Что за лужи?

— Я не смогла! Дэн, я ничего не могу в этой жизни!

— Стоп! Прекращай этот потоп и толком скажи, что ты такое не можешь.

— Бедная девочка! Как мы без нее.

— Спокойно, будем ездить в гости. — Ев вся изогнулась, словно судорога сковала все тело, издала непонятный шип и уставилась на него, замерев: — А вообще, чего ты решила, что она куда-то собирается?

Ев почернела, сразу пропали слезы, сжав кулаки, сказала:

— Ты что это? Совсем свихнулся! Какие гости? Как можно надо мной так издеваться?! Ну, муж, от тебя я такого не ожидала. Видеть тебя не могу! — у нее уже начинался новый поток слез. Дэн силой обнял, повторяя:

— Тихо, тихо… — и только сейчас понял, что она еще не в курсе. — Все хорошо. С Лерой уже все хорошо.

— Может и так. Но неужели ты думаешь, что я смогу забыть, как ее душа повисла над телом и смотрела на меня со страхом?! В гости! С каких это пор, кладбище — место для гостевания?

— Дорогая? Что ты сказала? Ты видела ее душу?

— Да! — ревела Ев, она была так убита, что сил не было даже ругаться с ним. — Такая тоненькая, прозрачно-голубая. И такая несчастная.

Дэн прижал ее сильней, гладя по спине, успокаивал:

— Вот глупыш мой! Если ты это действительно видела, а не видение было от усталости, то ты единственный человек на земном шаре, повидавший воскрешение! — Он поднял ее голову, вытер ей слеза и попытался поцеловать. Её огромные, заплаканные глаза, стали еще больше:

— Что ты сказал? — отстранилась. — Повтори! — тут же выскользнула из кровати и, не давая ему и рта открыть, спросила, — она жива?! — всунула ногу в один тапок и понеслась к двери, поняла, что не обулась, вернулась обратно, но Дэн уже схватил ее за талию:

— Только не шуми. Лера еще спит. Я так думаю. По крайне мере меня еще не звали. И еще… Ольга уже подлетает.

Вывернулась, схватила подушку и огрела его со всей силы:

— Ты, мужлан! Старый, противный, бессердечный! Я тут умираю от горя, а он молчит! И с ним я еще делю кровать! — Сорвала плед, закуталась.

— Ты это куда?

— На кудыкину гору! — Не поворачиваясь, буркнула она, а Дэн, так, невзначай, повторил:

— Ольчик прилетает…

Ев резко развернулась, запуталась в свисающем пледе, чуть не упала. Спасибо Дэну, подхватил ее на руки.

— Поставь сейчас же!

— А то что?

— Разведусь!

— Честно? — Уложил на кровать и отошел в сторону, наблюдая как она, психуя, не может освободиться. — Ну, да, а я и забыл. Любовь же всей жизни едет! Куда вы там собрались переехать, на Майями?

— Я убью тебя! Сейчас! Зубами загрызу и выпью всю твою кровь!

— Сколько страсти! Может помочь?

— Уйди! Видеть тебя не хочу. Это же надо, я, изнемогая от горя, а он молчит…. Да разверни меня!

— Уверена, что ты этого хочешь?

— Это тебе надо быть уверенным!

— В чем?

— В том, что я тебя убью!

— Тогда я не буду тебе помогать. Барахтайся!

Ев устало глянула на него и затихла:

— Пожалуйста.

— Как же я могу отказать твоей кротости! — Дэн наклонился, нашел завязавшийся узел, развязал и потянул угол на себя. Ев почувствовала свободу, моментально высунула руки, но он уже отошел: — И тебе доброе утро, любимая!

— Доброе! — Спокойно сказала Евгения, села на кровати, скрестив ноги. — Правда, все что сказал?

— Таким разве шутят? — В ответ в него врезалась подушка, а следом за ней Ев запрыгнула на него. — Не котенок, а настоящая тигрица! — Обнял и держал на весу. — Шею подставить или сразу за сердце возьмешься. Хотя…, оно и так принадлежит тебе. — Ев смотрела не него, глаза теплели, затем заулыбались и они слились в долгом и страстном поцелуе.

Глава 2

Ольга, единственная подруга Евгении и Валери с девических времен, низенькая, худая настолько, что выпирали косточки, с удрученно-уставшим лицом, села в правый угол заднего сидения присланного за ней авто, взяла сына на руки и даже не смотрела по сторонам, пока Юрий вез ее к имению друзей. Мальчик капризничал, вырывался из рук, но она его осаждала. Мужчина не вмешивался, сами разберутся. Так за всю дорогу не перемолвились и словом. Сестер, Вел и Ев, он заметил еще с въезда, прыгали на ступеньках, балуясь как дети, в ожидании гостьи. Встреча была ожидаемой — громкой и радостной. Юрий выгрузил чемодан, отнес в заранее приготовленную комнату, молча исчез, оставляя их одних.

— Ну, вот! Это ваши комнаты. — Вел открыла перед гостями дверь. — Располагайтесь, потом поговорим, после завтрака, так что поспешите. Мы будем ждать вас с маленькой столовой.

— А где твои вещи? — Ев смотрела на крохотный чемодан и сумку. — Это что, все?

— Да. Так уж получилось.

— Ну и ладно, купим! — заявили они дуэтом и снова рассмеялись.

— Девочки! Я так рада, что вы у нас есть. — На глаза женщины накатились слезы, но ни одна ни вторая обнимать не стали, прекрасно зная — разревутся.

— А мы-то, как рады! Особенно этому мужичку.

Мальчик насупился, но руки, протянутые ему, пожал.

— Идем! — потянула сестру Вел. — Успеем наболтаться. — и отойдя подальше, добавила. — Что-то они оба бледные.

— Дорога, перелет, скорее всего после очередной ссоры. — предположила Ев и отмахнулась: — Ладно, узнаем. — взяла сестру под локоть и потянула за собой: — Надо Лерку проведать, думаю, проснулась.

— Если вообще спала. Я-то помню, как это… — Вел унеслась в далекое прошлое, где после долгого забытья не могла спать ночами длительное время.

— Не начинай! Я и так с Дэном чуть не подралась.

— Ты чего это?

— Сама не знаю, нервы. — засмеялась: — Он помнит про Майями.

— Это трудно забыть! Ты же тогда, ну помнишь, так серьезно заявила: «В сорок лет, заберу Ольгу, уеду на Майями и женюсь на ней!» Думаешь, он забыл это заявление, после двух, прекрасных, лет замужества?!

— Ну, знаешь ли, ты тоже много чего говорила мужу, после нескольких бокальчиков МТС. — они еще веселее расхохотались, передразнивая друг друга воспоминаниями, пока шли из одного крыла, где были гостевые комнаты, в другое крыло первого этажа, где в одной из пустующих комнат, случайно образовался лазарет, так выручающий их время от времени. Постучали, осторожно приоткрыли дверь и заглянули:

— Не спишь?!

— Доброе утро! — девочка поднялась и села.

— Ты чего это, вояка! А ну-ка, быстро ложись! — прикрикнули на нее обе, улыбаясь от счастья, что дочь жива. — Сильно болит?

— Что болит-то? Вы все спрашиваете, а я толком не пойму. Нет, конечно, у меня косточки ломит, ну как на простуду, слабость какая-то, но толком скажите хоть вы, что у меня должно болеть?

— В тебя Пауло стрелял, попал прямо в грудь. — ответила Ев.

Девочка раскрыла свою сорочку, там была маленькая точка, синенькая, как от удара.

— Сюда?

Женщины кивнули. Она потерла синяк, напрягая память, но в голове был какой-то кавардак.

— Ты помнишь, что тебе снилось? — спросила Вел, прекрасно помня практически все свои ведения в те далекие, долгие месяцы, гипнотического сна, в который она впала не по своему желанию.

— Не помню, так, отдельные картинки. Но и их рассказать не смогу.

— Ничего страшного, вспомнишь. — вставила Ев, перебивая сестру от очередного излияния собственного опыта. — Как же здорово, что ты здорова! И Игорь теперь выспится.

— Я его еле выставила. — Смущаясь, сказала девушка.

— Выставила она его! Он тут на кресле, столько ночей провел…

— Мамы!

— Все, молчим! Только этого не надо стесняться. Игорь очень хороший и любит тебя сильно. Таких парней, как он, не часто встретишь.

— Да. — опустила голову Лера. — Но, никто из мужчин не любит больных женщин.

— Это ты нам говоришь? Про наших? Лера, что за пессимизм? Эд сколько со мной нянчился. А Дэн со мной и твоей младшей мамулей? Даже не смей думать такое.

— Не буду, а вы мне расскажите, как все случилось?

Вел присела на краешек кровати и ничего не скрывая, рассказала, как она получила ранение, как Игорь прикрыл ее от следующих пуль, как Дэн и Влад боролись за ее жизнь. И ни одна, ни вторая, даже не заикнулись о своем участии.

— Мне хоть вставать можно? — после всего услышанного, Лера смогла помолчать с полминуты и, заминая кроя одеяла, изнемогая от безделья, смотрела на них, моля.

— К врачам! Мы в этом не спецы. — Уже у двери ответили они ей. Послав воздушные поцелуи, скрылись.

Молча дошли до парадной лестницы и засмеялись, выпалив одновременно: — А свадьбе, быть!

****

Завтрак был веселый и многочисленный, собрались буквально все. Агния внимательно изучала мальчика, медленно пережевывая пищу и заставляя его искоса смотреть на нее:

— А вы к нам надолго? — спросила, как хозяйка, уставившись на него прищурив глаза.

— Не знаю. — тихо ответил мальчик: — Как мама скажет.

— Значит, учиться будешь у нас! — утвердила она и, взяла чашку, но пить не стала. Славки прыснули, но тут же затихли под ее взглядом. Они его тоже изучали, осознавая, что мальчишка, с кем они как-то играли, значительно подрос с их последней встречи.

— А девчонки положили на него взгляд. — шепнул Эд жене.

Ев, догадавшись, улыбнулась ему, глянула на сестру и затем на детей.

— Оля! — прервал молчание взрослых Влад. — Простите за вопрос, Вы себя хорошо чувствуете?

— Даже не знаю…. Перелет…. — она покраснела и опустила голову.

— Вот ты и займись ее здоровьем. — сказал Дэн. — Прогуляй, по свежему воздуху, покажи окрестности. Нам она нужна здоровенькой. У Ев на нее виды.

— Дэн! — засмеялась Вилен. — Не за столом же и не при детях.

— А что сразу — не при детях? — уставилась на них Агния. — Как помогать — большие! Как любовные истории — так дети!

— Агния! Попридержи-ка язычок. — попросил Дэн.

— Свободен. — буркнула девочка и отпила, наконец, из чашки. — А ты любишь какао? — Опять повернулась к Максиму, подвинув ему свою чашку.

— Не знаю.

— Так проверь. — требовала девочка, он моргал, не зная, слушаться или нет.

— Пойдемте в игровую. — Владислава поднялась первой. — Пусть взрослые расслабятся.

— Невыносимые дети! — бросил им вдогонку Эд и одарил строгим взглядом.

— Естественно, мы сами ходим. — парировала Мира и побежала за остальными.

— Не обращайте внимания. — смеялся Эдгар. — Начались естественные «выбражения», — он выделил последнее слово, даже пальцами изобразил кавычки, продолжая: — парень в доме!

— Что значит, естественные?! — уставились на него три пары женских глаз. — Мужчина, ты ничего не путаешь? — добавила Вел.

— Тихо вы, орлицы! — заступился Дэн за брата. — Сказал, что сказал. Что не так? А вы, типа, такими не были? Я-то, уж помню!

— Небыли! — стукнула его, шутя Ев. Ольга сидела молча, смущаясь их перебранке.

— Прекрати! — закрылся от жены салфеткой Дэн. — Что о нас подумает Оля? — И тут же подложил жене шпильку. — Вот, Оля, рассмотри ее как следует, уж если я изменить не смог, то никто не сможет. — Ев колотила его по спине, все заливались смехом, и только Ольга молчала, широко открыв серые глаза. — И еще совет, бесплатный. Не выходи за нее, она такая злая! — Стул грохнулся, оба поднялись и бегали вокруг стола. Ев пыталась его догнать и как следует двинуть, он же, не сильно старался убежать, но зато втянуть кого-то из родных, продолжая болтать: — Или у вас наоборот?

— Все! — Ев уселась на место и отодвинула его стул, как смогла, далеко. — Развод!

— А я и не сомневался! — Сел на стул, благодаря ей оказавшийся за ее же спиной, сложил руки на коленки и сверлил ее затылок прищуренным взглядом. — Уважаемая, доесть-то мне можно, или бросишь голодным?

— Клоун! — бросила Ев, утомившись.

— И часто у вас такое? — спросила Ольга, переводя взгляд от одного к другому.

— Только когда появляется предмет обожания. — садясь на свое место, ответил Дэн, за что получил локотком в бок. — Ты чего? Я же говорю, у девочек, появился предмет обожания. Будут за ним ухаживать, воспитывать, приручать. Ты разве не заметила, как Агния его изучала?

— Спасибо всем, — наконец смогла сказать Виен, улучив минуту покоя. — Нам с Жаном пора. А то чувствуем себя лишними. — И не дав никому возможности возразить, вытащила мужа из-за стола. Они еще и отойти не успели от столовой, как новая волна смеха разлетелась по дому.

Вел поглядывала на сидевшего перед ней Влада и считывала его заинтересованность в их с сестрой подруге, дала сигнал мужу и Эд, без лишних слов, все понял:

— Оля! А если серьезно. Влад наш семейный доктор и мы все, никому кроне него не доверяем. Пусть он измеряет твое давление, глаза-то красные. Если все нормуль, погуляйте по саду. У нас есть важные дела. Да и ужин, — он посмотрел на Леру: — мы планируем устроить праздничный. Как, дочь наша, Будур?!

— Я же не против. — краснея ответила Лера. — А то, на что ты намекаешь, как-то не ко мне. Все вопросы к Игорю.

— Что-то я не в теме. — шепнула Ольга на ухо Ев.

— Еще бы! Тут столько событий, за время нашего нечастого общения. Но все в свое время. Иди, действительно, измеряй давление, ты нам не нравишься.

Влад кашлянул, смущаясь напору женщин, подал руку и увел Ольгу.

— Сводницы! — Скорчил рожицу Дэн.

— Ты лучше радуйся, — ответила Ев, глядя вслед подруге. — одиночество твое откладывается!

— И почему это сразу сводницы? — Вел подошла к Дэну, подняв брови, смотрела не моргая, в ожидании ответа, но парень не спешил, что-либо говорить, тем более, что жена уже торопила. И поэтому Вел высказалась, сама: — Между прочим, это мы заботимся о благе родных и близких. А вы только и можете, что ёрничать!

— Как скажешь, сестренка, как скажешь! Валерия! — Тут же переключился Дэн, уже у двери. — Ты почему еще здесь, а не в кровати?

— Но…

— Никаких «но»! Игорь! Ты еще видишь ее своей женой? Так проводи, будь добр. Привет всем, увидимся! — И унесся.

— Как всегда! — Сказал Эд, последним выходя из столовой. — Ничего не меняется!

— Ты это о чем?

— О младших! Носятся, как дети.

— Это плохо?

— Это — клево! Но я хотел поговорить серьезно.

— Ты и серьезно?!

— Валерия!

— Я же просила, не называй меня так. Нет, я люблю свое имя, но две Валерии в доме — это слишком!

— Хорошо, Гелио, не буду. — Топот ног известил, что Дэн возвращается. А следом за ним и Ев. — И что забыли?

— Да вспомнил, поговорить надо. — Сказал парень довольно серьезно, от веселости не осталось и следа.

— Так пошли, поговорим. — Эд покрутился, спрашивая «куда?», и отправились в библиотеку. — И что тебя так вернуло?

— Лера! Вот не меряйте мой рассудок взглядами! Я пичкал ее лечебником, весь этот час.

— А то мы не знаем.

— Дело не в том. Эх! Надо все же говорить с Жаном и Виен. Может быть обратный эффект.

— Слушай, я и забыл, вообще выбило из головы. — Эд даже помрачнел: — А сколько она может продержаться?

— Так откуда мне знать? Поэтому и хотел со всеми поговорить. У Виен срывы начались через сутки.

— Что?! — Обе девушки уставились на него.

— Вы что, не в курсе? И мама не рассказала вам, как чуть не убила отца?

— Нет! Ну и дела! — удивлению Вел не было конца, а Ев опять взъелась на мужа:

— И ты мне ничего не сообщал! Да как ты мог?!

— Во-первых — это не моя тайна. Во-вторых — она ваша мама. И если не сказала, значит, были причины.

— Так! О причинах потом, говори вкратце.

— Да я и сам знаю вкратце. Помните наш первый приезд сюда, в имение? — сестры кивали. — А их внезапное исчезновение? Так вот. Виен почувствовала себя странно и не хотела нам портить выходные. Уговорила отца отвезти ее подальше от людей. Ну, вы сами понимаете, он и обрадовался. А у нее началось раздвоение личности. Как она мне говорила — соблазн был такой, что скручивало всю. Свидетельством — разрезанная ладонь. Она нож зажала в руке, чтобы не в садить ему в спину.

— Во дают! Столько лет молчали. — Вел посмотрела на Эда. — Ты знал?

— Кое — что. Отец брякнул, ругаясь на нас. Вел! Ну, я не думал, что она с тобой не поделилась!

— А ты вообще мало обо мне думаешь. И что дальше?

— Да ничего. Жан напоил ее каплями, додержал до новолуния и обратил.

— Н-да! — Мотнула головой Ев. — Целебная водичка. И часто такое бывает?

— Нет! — Ответил Дэн, прошелся по комнате и стал перед ними, убрав руки за спину. — Раз уж говорить, то говорить начистоту. Перед болезнью Виен, я сделал упрощенный вариант. Пробовал на себе, ну и так, понемногу, когда практиковал в больнице, на приговоренных. Это не продлевало жизнь, но и не укорачивало. Никаких побочных эффектов я не замечал. Да вообще, они же все были уже одной ногой там…, ну и…. всего несколько выздоровело, а остальные ушли в мир иной без мучений. Я, конечно, все время работал над настойкой. Ладно, что я теряю время…, да ни одно из животных, на ком я пробовал до того, как испробовать на человеке, не прожило дольше обычного, но болезней избегал. А тут такое с Ви. Да еще в момент их встречи с отцом. У меня опустились руки, и я решил — будь, что будет, но она не умрет! Вот и дал ей те капли. — Он замолчал, смотря на девушек. Вел не произнесла ни слова. Ев — подняла бровь, но молчала. — Знаю, что поступил…, не совсем гуманно, отец, когда узнал, так орал. Но ведь ее это спасло! Девочки, ну хоть вы меня понимаете? А ты Вел? Ты бы выкарабкалась тогда? Если бы не целебные капли?

— Не части! — сказала Ев. — Наверное, это правильно. Я, конечно, очень зла на тебя, не за эксперименты над нами, а потому, что думала, тайн между нами нет. Но тебя многое прощает.

— Дэн! — Вел кашлянула и продолжила: — Я не столь оптимистична, как сестрица. Знаешь ли — быть подопытным кроликом, неприятно! Но Ев права, когда теряешь родного — готов на все. Мог бы нам честно сказать, было бы не так обидно. Но что теперь махать саблей. По крайне мере, я хоть теперь знаю, отчего тогда, чуть с горы не сиганула! — Эд обнял ее, поглаживая по плечу, успокаивал. А Ев медленно поднялась со своего места, поставила руки на бока и уставилась на сестру:

— Новости! Оказывается у вас, у каждого, есть скелет в шкафу, и только я одна, девочка — Божий одуванчик, не в курсах! Подождите! Я хочу знать, когда ты собралась сделать то, что в здравом уме и представить сложно?

— Давно. — ответила Вел, смотря в пол.

— Это меня не устраивает.

— Ев, не надо! — попросил Эд. — И вовсе она не собиралась этого делать.

— Адвокат!

— Но ты же видишь, как ей тяжело вспоминать! Это случилось непреднамеренно. Мы немного поспорили, из-за Леры. Вел считала себя ущемленной, что детей не сможет иметь, поговорили на повышенных тонах, а тут это Солнце, к ней с любовью прильнуло. Ну и…. Да не выдумывайте, больше чем есть! И ты, родная, даже не думай так больше. Растрогалась, сердечко было на взводе, хотела побыть одна, отъехала от нас. Там склон, ну, коляску и понесло. Все! Какое тут желание, или еще что. Чистая случайность! Но зато испугалась, и все мы узнали, как ты оказалась на тех кладбищенских плитах. Где… — он оборвал себя. — Ев, дорогая, пойми. Просто есть моменты, о которых больно вспоминать, а уж по живым ранам… — Эд махнул рукой: — Вот, прошло время и мы можем это все озвучить. — Он прижал Вел еще сильней, но и к Ев протянул руку. Уж очень он любил эту взбалмошную правдолюбку. И Ев шмыгнув носом, повернулась к мужу:

— Колись, раз уж пошла такая пьянка, что я о себе не знаю. Может ты умолчал что, пока я витала, там, в зазеркалье?

— Ничего! Клянусь, как на духу! — Дэн смотрел в ее глаза, положив руку, себе на грудь и ждал эмоций недоверия, но Ев, как всегда, всех удивила.

— Я знала! Да! Я знала, что уникальна! А мне никто не верил! Так, тебе, муж, предписываю, сделать список побочных эффектов, ну так, на всякий случай. — и, не делая паузы, спросила: — Что у нас дальше?

— Дальше, только праздничный ужин! — Заулыбался Дэн, поняв, как легко отделался. — Какие есть предложения?

— Простите, мальчики, но это чисто ваша проблема! — Вел, наконец, подняла голову, хоть глаза все еще и блестели, но от сердца отлегло.

— Как это?

— Да так! Вас за язык никто не тянул. Пообещали всем праздник — извольте делать!

— Смотрите, не пожалейте! — Перемигнулись братья, тут же ушли, оставив их одних, перемолоть все услышанное.

Глава 3

Влад отнесся к поручению друга со всей серьезностью. Эта маленькая, хрупкая женщина, открылась ему, в эту встречу, совсем иначе, чем ранее. Она кардинально отличалась от подруг сестер, Сашки и Ирен, а уж тем более от Ан. Нет, это совсем не странно, что он ее не заприметил тогда, он, конечно же, видел ее, но тогда она ему казалась недосягаемой, определенной по жизни и холодной. Девушкой на своей волне, с серьезным влечением к любимому мужчине. Сегодня же, в своей скрытой обиде на мужа, а Влад прекрасно разбирался в людях, и ему не составило труда понять, с каким настроением Ольга приехала к Гаям в гости; она была такой ранимой, такой уязвимой, что ему ужасно хотелось закрыть ее от всего мира, своей широкой спиной.

— Давление низкое. Наверное, дня два на ногах? — проговорил он, мягко отпуская ее руку.

— Почти. — просто ответила Оля, даже не глянув ему в глаза.

— Выспаться Вам надо, как следует.

— Я бы с удовольствием, а сын?

— О! — обрадовался Влад. — За него не стоит волноваться, он в надежных руках. У него отличные няньки! А если не найдут общего языка, или он от них устанет, я с удовольствием с ним поиграю.

— Мне как-то неудобно Вас обременять.

— Неудобно… — он замолчал, улыбнулся, и плечи его распрямились, как только серые глаза Оли остановили свой взгляд на нем: — присказку Вы знаете…. — не закончив, присел на стул, продолжил: — На то друзья и существуют. Два часа сна и Вы в норме. Оль! А может на «ты»?

— Можно.

— Странно, почему мы ни разу не встречались?

— Разве? По-моему пересекались пару раз.

— Так, то же пересекались!

— Конечно, «то же» было лет восемь — десять назад. И я была значительно моложе.

— Правда?! — Он засмеялся, просто, по-доброму. И ей не было не по себе от его смеха. Ей вдруг стало намного спокойней, чем еще минуту назад. — Моложе — это проблема! — смеясь, говорил он. — Прости. Отдыхай. — подхватился, словно вспомнил нечто важное, закрыл дверь, довольный как слон, сам не понимая чем, и врезался в сестер: — Куда направляетесь?

— Как это куда? — не поняла его вопроса Вел. — К Ольке! Странные вопросы вы задаете, товарищ. Он взял их под руки и развернул:

— Ваша подруга — человек!

— А мы, по-твоему, кто?

— Суперменки! Пусть выспится, девушка.

— Влад! — Ев изучала его лицо, достаточно скрупулезно: — Ты не перегибаешь палку?

— Нет! Два часика погоду не испортят.

— Еще как испортят! Целых два часа, мы будем сидеть под дверью и ждать?! Мы хотим общения. Или ты намекаешь, что она сильно больна?

— Да, нет. Просто низкое давлении, но по сравнению с тобой, уважаемая Ев, она — космонавт. А вообще, где это вы ее столько лет прятали?

— Прятали? — снова повысила голос Вел. — Ну, батенька, вы даете. Ходите, задрав нос, под ноги не смотрите, а она у нас девушка маленькая.

— Да, Мал золотник, да дорог… — Вырвалось у парня и он, засмущавшись, ушел.

— Ты думаешь то же, что и я? — Спросила Вел.

— Не знаю о чем думаешь ты, но, кажется — да!

Декабрьский вечер, температура упала до нуля, лениво падал снег и тут же таял.

— Может, я останусь дома? — тихо спросила Оля, стесняясь. — У вас семейный праздник.

— Прекрати. С сыном все будет хорошо, не маленький. — Ответили ей девушки.

— Оля! — улыбнулся Эд. — Не стоит даже думать, что ему будет плохо без тебя. Ния не даст ему скучать.

— Эд! Не издевайся над моей дочерью! — насупила брови Ев, сдерживая улыбку. Ей нравилось поведение дочки, и она с большим удовольствием наблюдала за тем, как та крутит мальчонкой, воспитывая его, делая сильней, практически отрывая от юбки матери.

— И не думал! — сложа ладони под подбородком, Эдгар с минуту смотрел на нее глазами полными мольбы: — Я восторгаюсь ее хваткой. — но стоило ему отвернуться, как взгляд его становился серьезней, а лицо холодней: — И потом, Оль, не подводи нас.

— Колитесь, что уже задумали? — подала голос Вел. Она была сильно заинтригована отсутствием мужа и сестры целых полдня.

— Все узнаешь в свое время. Мы ждем вас в машине. — бросил Эд, но тут же повернулся к жене и, глядя с любовью, послал воздушный поцелуй, сообщая: — Жан и Ви доберутся сами.

— Мы что, собрались взять Бастилию? — не унималась Вел. Она не злилась, не подозревала, просто сгорала от любопытства, что замыслила эта парочка, умчавшись ни свет, ни заря, да еще и не поделившись с ней!

— Почти. — Эд уловил ее нетерпение и теперь, не смотря на то, что хотел все рассказать, тянул интригу: — Да что ты за человек! Сказал же…

— Нет, ну вы даете! А вдруг мы одеты несоответственно?!

— Как так? Нормально одеты — тепло, удобно…. Что еще нужно?

— Эд! Не зли меня.

— Да, хватит вам! Как дети. — вмешалась Ев, но несмотря на это, так и не стала на сторону сестры. — Долго мы еще тут торчать будем?

Эд сделал легкий поклон, открыв перед ними дверь и стоял так, пока все не вышли из комнаты, а в машине Вел опять запела свою песню:

— Мы на набережную?

— Вот что за человек! И с ней я столько лет в браке!

— В том то и дело, что в БРАКЕ. Я могу и облегчить твою участь. — Насупилась Валери.

— Да, родная, на набережную. И я тебя люблю очень!

— Оно и видно! — Отвернулась к темному окну, взялась рисовать по нему незамысловатые узоры.

Эдгар поглядывал на нее, но не трогал.

У причала стоял катер, весь усыпан огнями — трап, мачта, все борта. Отчего больше походил на плавучую елку.

— Подошли с масштабом! — принялась бурчать Вел, недовольная скрытностью мужа, но он не обращал внимания, шутил и обнимал ее, как ни в чем не бывало, поднимаясь на борт. Но, оставшись наедине, спросил:

— Ты чему сердишься, что я не сказал, делая сюрприз, или что без твоего руководства?

— Мог бы просто сказать! — ответила она. Улыбнулась, прищуривая глаза. — Мне нравится, зимой, морская прогулка…. Плавать хоть не заставишь?

— Плавать? Нет. Вот поездка на «банане» предусмотрена.

— Тогда только с тобой!

Ольга смотрела на все это, на их отношения, казалось бы, задиристые, но такие нежные, такие романтичные, что у нее дух захватывало. От этого и помалкивала большей частью. Был и еще один пунктик, будучи совсем не высокой, ниже подруг на голову, а уж их мужей и более, она не снимала обувь на высоких каблуках, даже в гололед, стесняясь своего роста. Выйдя из машины, просто остолбенела: — «Как туда добраться?» — думала она и топталась на месте, не решаясь отойти от машины. Только, к ней на встречу, уже сбежал Влад и протянув руку, галантно осведомился:

— Я могу помочь тебе?

— Можно! А то вот… — выставила вперед ножку, демонстрируя шпильку.

— В каюте тепло и не скользко, а это мы одолеем. — он положил ее руку на локоть, выдержал несколько неуверенных шагов и подхватил за талию, как пушинку приподнял и доставил на борт.

Оставшись одни в каюте, женщины переглянулись, и Ев подошла к бару:

— Размочим горлышко, пока мужчинки совещаются на палубе. Оль! А ты давай, рассказывай, что случилось?

— Может потом?

— Потом, это потом. Говори, хоть вкратце. — Ев протянула Лере бокал, мгновенно нарисовался Игорь, глянул на нее так, словно она яд подала девушке. — Да это сок! — отчиталась Ев, и замерла, поняв, что начала оправдываться перед парнем, но продолжила свою речь: — Мы все пьем сок, пока вы, мужики, опять исчезли.

— Считай, что я поверил! — улыбнулся, смутился и скрылся.

— Подумаешь! Две капли мартини никому не повредит. Или я не жена доктора? Ну, Оль, что молчишь?

— Да ничего страшного. Просто достало все!

— Ничего страшного!.. — хмыкнула Ев: — Ты срываешься среди ночи, бросаешь дом, школу. И ничего страшного?! — Глаза Ольги заблестели. Евгения, вздохнула: — Понятно! Значит, оставим до лучших времен.

Вел не была столь требовательно к подруге, расскажет, когда захочет, а нет…, что от этого изменится лично в ее жизни — да ничего! А вот мужчины начали ее уже заводить, она открыла дверь на палубу и строго спросила:

— И чего мы ждем?

— Кого! Родителей! — Ответил Дэн.

— Но у нас уже слюнки от запахов и колики!

— Вел! Милая, но не я же опаздываю. — крикнул Эд и машинально глянул на часы.

— Едут! — Тут же добавил Дэн.

Виен появилась первой:

— Простите! Это все Жан. Носился по городу, искал нечто особенное. Что именно, я так и не поняла. — глянув по сторона, добавила: — А мы тут не замерзнем?

— Глядя на боеприпасы, — Ев открыла бар, где выпивка была на все вкусы и не по бутылке: — нет!

Наконец, они услышали шаги мужчин, и у каждого в руках был букет.

— Так вот, что ты искал! — усмехнулась Виен. — Мог бы и не мучиться. Спасибо!

— Не угадала. — он поправил ее стул, пододвинул, и стоял, ожидая пока жена присядет. — Из-за цветов я бы тебя столько не возил по городу. — подождав, пока все усядутся, продолжил уже для всех: — Дамы и господа! Шучу!.. Дорогие мои! У нас сегодня грандиозный повод напиться.

— Пап! — засмеялся Дэн.

— А что я такого сказал? Каждый человек в жизни должен побыть в состоянии, так сказать, не стояния, но только по радостной причине, тогда голова на утро светлая. Ну, что, родня…. — он сделал паузу, приковывая всеобщее внимание: — Лерочка наша жива, здорова и все благодаря вам, мои дорогие… дочери. Так что — за вас! — Он выпил немного, стоя и, наконец-то присев, продолжал. — Дети наши счастливы, все без исключения. Мы выиграли, в очередной раз. Вот и Ольга в гости приехала. Правда за столом не хватает еще одной Ольги, кому хоть так, хоть иначе, но мы должны сказать спасибо….

— И Николя! — добавила Ев.

— А Николя тут! — вошел мужчина, сияя, с охапкой цветов и сразу к Лере. — Умница ты наша! Здоровенькая!

— Штрафную! — засмеялись все. — Ник, говори!

— Что же мне вам, дети, сказать? — он вдруг усмехнулся: — Я и сегодня один…. Но это не важно. Главное, что мы все вместе, и жена тоже, хоть и не за этим столом. А выпить я предлагаю за женщин. За милых, красивых, сильных и неповторимых!

— Ура!…

Влад сидел рядом с Олей и интеллигентно ухаживал, не надоедая присутствием, не настаивая на том, что она обязательно должна попробовать то или это. Он просто предугадывал любые ее желания, без лишних слов. Казалось, что даже без малейшего прикосновения, он чувствует ее. И ей это нравилось. Ей было уютно, в этой большой, необычной в своих отношениях, семье. Она даже перестала замечать, как они все хорошо выглядят, что у них совсем нет усталости, что была в ней, нет синяков под глазами и многочисленных морщинок. Она забыла ту небольшую зависть, что, нет-нет, а проскальзывала, когда они встречались и ее подруги, оставались все теми же молодыми и задорными, а она, глядя на себя, понимала что стареет. Ей было хорошо и уютно. И, что было самым главным, она ни разу не вспомнила свою семью….

Звучали тосты, говорили все. Катер шел на малом ходу вдоль берега. За комплиментами полились воспоминания и курьезные моменты жизни, от чего громкий и безудержный смех разлетался по пустым морским просторам.

Летели минуты, складываясь в часы, и вот Игорь осмелился:

— Родные мои, я уже просил у вас руки Валерии, сегодня хочу повторить. Лера, выходи за меня замуж!

Девушка опустила глаза, прикусила губку. Пауза тянулась, напрягая всех.

— Валерия! Ну, сколько можно мучить парня?! — не выдержал Эд. — Назначь поскорее дату.

— Я согласна! Но вот дата…

— 14 февраля! — Сказала вместо нее Виен.

— Почему так? — Повернулся Игорь.

— Прекрасный день. Для кого-то это праздник всех влюбленных, а вы разве не таковые? И потом. Зачем нам в конце года, или январь? Сам по себе насыщенный праздниками. Да не все ли равно, почему, отличный день. И не забудьте, это должно быть событие! Все-таки, у меня первая внучка замуж выходит.

— Значит четырнадцатого! Отлично! — Обрадовался Игорь, надел колечко на пальчик любимой.

На палубе матрос ударил в румбу, Ник всех отправил проветриться, небо озарялось фейерверком, за которым Жан носился, весь день, от фирмы к фирме. Не обычный фейерверк а, продолжительный, с разными сердечками.

— Не замерзла? — Спросил Владимир, стоя рядом с Ольгой.

— Есть немного. Но, тут такие события, что я не думаю об этом.

— Море, двойная свежесть. — Влад снял свою куртку, набросил ей на плечи, укутав практически всю. Его рост, в два метра и ее миниатюрность в скромные полтора, смотрелись немного несовместимо. Он приподнял ее и поставил на скамью. — Так лучше видно. — Ольга ничего не сказала, боясь упасть, держалась за его руку, что явно доставило ему удовольствие.

— Горячее подано! — Услышали они, едва ударил последний залп.

— Оля! — Ведя ее вниз, осведомился Владимир. — А ты надолго в гости?

— Если не выгонят, хотелось бы остаться на праздники.

— Не выгонят! — заявил он таким серьезным тоном, что сердце Оли, бешено заколотилось.

— Пойдем, нас все ждут.

****

— Ну, наконец, мы девичником! — входя к подруге, объявила Ев. — Двое суток ты у нас в доме, а мы еще и не болтали. Как настроение?

— Ой! После такого вечера, даже не знаю, что сказать. — Ольга часто заморгала, слегка покрылась румянцем, а руки, подрагивая, начали теребить полы кофты.

— И чего это?

— Да все так шикарно!.. Мне так не жить…

— Вот это ты сказала ерунду! — бросила Вел. — Вся жизнь в твоих руках.

— Но как?!

— Первое — бросить своего.

— Вел! — Прикрикнула Ев. — Так нельзя.

— А доводить ее до такого, можно?

— Я не мешаю вам? — подала голос Оля.

— Сиди уже! — крикнули на нее обе, но Ев тут же спохватилась. — Прости! Мы за тебя переживаем, очень! Значит поссорились?

— Мягко сказано. У меня просто нет больше сил — дом, работа, школа, больницы. Всем что-то должна, всем обязана!

— А Темыч?

— Как Темыч. То ему некогда, то друзья, то он спит! Потом в обратном порядке, а между всем этим списком — у него еще и машина ломается. Все свое время возится со своим дрындулетом! А ведь говорила ему, купи новую, подожди немного, и возьми хорошую. Нет — друг продавал, надо взять, за копейки…. Копейки! Он на нее уже столько вбухал, что полторы машины купить можно было. Да, что говорить. Ему вообще ничего не надо, только то, что стукнет в голову, сиюминутно!

— Оль! Ну, ты же у нас такая суперская. Брось его, найдешь другого. — более мягко повторила Ев, уже сказанное сестрой.

— Кого?! — она выпила залпом, как бы запивая горечь обид. — Мне уже столько лет! А сын? Кому нужен чужой ребенок?

— Вот почему все женщины так думают? — заговорила Вел, откидываясь на спинку стула и складывая руки замком на груди: — Оля — все, что ты говоришь, отговорки! И только затем, что бы ничего не менять.

Оля опустила голову, ей совсем не хотелось спорить или обсуждать семью. Она ехала к ним забыться от всех трудностей. Как же ей хотелось прервать этот разговор, но боялась обидеть подруг — они же от чистого сердца за нее волнуются. И тут в дверь постучали. Горничная внесла букетик бело-розовых, мелких розочек.

— Это мне? — удивилась Ольга.

— Нет, нам! В твою комнату. — Передразнила ее Вел, подскочила, взяла букетик и выпроводила горничную. — Здесь записка. — Подала и смотрела, не сводя глаз, как краснеют у подружки щеки и поднимаются брови.

— Ничего не понимаю! — Оля, пробежав записку пару раз, подала листик девушкам.

— «После первой встречи, всегда есть вторая…» Без подписи. — прочла Ев. — Чудесно!

— Ольчик! Ты понимаешь, что жизнь дает тебе второй шанс? — сказала Вел. — К слову, как тебе Влад?

— Хороший, интересный, внимательный, обходительный.

— И не женат.

— Что с того? Я замужем.

— Ты?! И штамп в паспорте есть? Неужели, мы что-то пропустили?! — Не унималась Вел.

— Оль! Тут Вел права. Ты подумай и обрати на Влада внимание. Он не только симпатичный внешне, он красив и внутри!

— А главное то, что будешь к нам ближе.

— Ой, девчонки, нужна я ему, как….

— Значит, не нужна? — Вел прищурила глаз. — Ну, ладно. — Она почесала носик, который начал предчувствовать нечто необычное и подмигнула сестре: — Кстати, ты вчера как добралась, а то мы загуляли, тебя не отвезли.

— Молча!

— Но это понятно, тут ехать пять минут.

— Сколько?!

И тут сестры уставились на нее пытливым глазами, сдерживая усмешки:

— Ага! Значит, дорога была долгой, молчаливой. И со вздохами!

— Перестаньте меня смущать.

— Тогда одевайся!

— Куда?

— Шопинг! Милая, у нас сегодня шопинг! Хотим тебя баловать. Ну, и себя, красавиц, тоже!

Поездка удалась. Вел, довольная собой и всем миром, влетела в комнату и, заметив мужа за работой, напевая, вошла в кабинет:

— Привет родной! Как дела в школе?

— Приятно слышать нотки любви и заботы.

Не обратив внимания на его подтекст, она продолжила:

— А о мальчике поговорил? Они к нам надолго….

Эд поднялся, медленно обошел стол и, опустив голову, поцеловал ее в щеку:

— Договорился. Будет учиться в классе с Агнией.

— С Нией? Но она же младше!

— А он пошел в школу, на год позже. Глядя на твое личико, напрашивается вопрос — ты не знала?

— Не знала. Как то не дошли до этого.

— Почему-то меня не удивляет. Еще один задать можно? Тогда скажи, когда ты перестанешь быть такой напористой? Неужели думаешь, что сорвав меня с рабочего процесса и дав поручение, должна еще и контролировать? Неужели я давал тебе повод сомневаться во мне?

— Нет. Я просто волнуюсь. Эд, а у нас новое веяние?

— Нет у нас ничего нового. И ты не волнуешься, а командуешь! Тебе бы родиться Наполеоном — Москву бы взяла! Ты дома, дорогая, дома! А я — твой муж. Могу хоть немного внимания и нежности получить?

— Мне выйти?

— Зачем?

— Перекадровку сделать, исправить неудавшийся момент встречи?

— Не исправима! — обнял ее, уняв свой всплеск эмоций, принялся отчитываться. — У всех все хорошо. Влад с Максом на площадке, придут к обеду, уроки сделали. А обед через двадцать минут. Я проверил документацию вашего агентства — все в порядке. Пока твой новый директор справляется. Буду в городе — наведаюсь.

Вел подняла к нему глаза:

— Эд! Но ты же и любишь меня такой!

— Да! Только, все года, что мы вместе, мечтаю ощутить твою заботу в свой адрес.

— Ага! Хитрец какой. Ты тогда сразу меня разлюбишь.

— Никогда! Клянусь!

— Вот и терпи, это твой крест.

— У меня жена не только красивая, но и умная. А главное — добрая! Иди, переодевайся и зайди к девочкам, они что-то хотят тебе сказать, по секрету.

— Тогда я сначала к ним, папочка, а потом сменю платьичко. Разрешаешь? — Ее лисьи глаза так смотрели на него, что Эд забыл обо всем на свете.

Глава 4

Ольга наслаждалась покоем, поселившимся в ее душе. Она ложилась поздно, даже если и уходила в отведенные ей комнаты раньше хозяев. Часто просто сидела у окна и смотрела на голые деревья или, включив телевизор не замечая, что за программа мельтешит перед глазами, отдавалась своим мыслям. В большей степени ее радовало то, как поменялся ее сынуля. Да, общение с девочками делает его живей, разговорчивее, любознательней. И тут у нее вырывался вздох — сын так стремился к Владу. К этому чужому мужчине. Кольнуло в груди, на глазах появились слезы и она, смахнув их, снова вздохнула и заметила, как Максимка и Влад, вдвоем, гуляют на детской площадке, довольные и не спешат возвращаться. «Что не говори, а мальчику нужен отец!» — сделала она заключение и задвинула гардину.

— Любуешься? — Спросила Вел.

— Да, красивый у вас вид из окна. И для детей все сделали… Вон, какую площадку отгрохали, никуда и выезжать не надо.

— Не уходит в сторону от прямо заданного мной вопроса. — оборвала ее Вел. — Ты же прекрасно поняла, о чем я. Максимка счастлив, неужели тебя это не трогает?

— Радует. Только, что ты этим хочешь сказать?

— Хочу сказать одно, тебе пора принять решение.

— Какого решения вы от меня ждете?

— Насчет твоей жизни! — подключилась Ев. — Неужели вернешься домой, и опять будешь тащить на себе рутину за всех? Оля! Не смотри на меня так. Сделай, наконец, шаг навстречу собственного счастья!

— Начать заново…. — проговорила женщина и минуту смотрела на подруг, покусывая ноготок. — Заманчиво…. Но как?

— С песнями и плясками! — выпалила Вел. — Что ты как маленькая?! Оля! Вот объясни нам, что тебя держит или связывает?

— Ребенок.

— Правда! — Вел начинала уже сердиться непонятной упертости подруги, от этого тон ее непроизвольно повышался. — Я что-то пропустила, но попробую наверстать, задав тебе несколько вопросов. Он его одевает, обувает? Возит на секции, оплачивает хорошую школу? Или хотя бы гуляет с ним в выходные? Молчишь?! Вот и молчи! А тут такой мужчина! И сын твой к нему привязался, да Влад им просто восхищен!

— Правда, Оля! Я стараюсь не вмешиваться. — подала голос Ев, отложив в сторону книгу. — Но посмотри на свою жизнь и себя со стороны. Неужели не хочешь лучшего?

— А где уверенность, что она будет лучше, жизнь моя, и в дальнейшем не придет к тому же финишу?

— Мы, твои живые гарантии! С Владом все будет по-другому! Он из того же теста, что и наши. Да вспомни хотя бы как Ан за ним сохла, даже с нами порвала, боясь невесть чего.

— Попробуй, — настаивала Вел: — и поймешь разницу.

— Как попробовать?! Или что значит ваше «попробуй»? Мне ему сделать предложение?

— Сначала определись, он нравится тебе, как человек, как мужчина?

— Нравится. И что?

— Ты праздники с нами?

— Хотела.

— Вот и отлично! Работа здесь тебя достанет, а ты, как порядочная девушка, просто будешь общаться с Владом. Ходить на свидания, гулять по саду, и все остальное, на что он тебя пробудит.

— Можно подумать он этого хочет?

— Знаешь, как говорят? «Не можешь — научим, не хочешь — заставим»! — и Ев засмеялась, своим словам, представляя, как этот «детина», укажет им правильный путь, попробуй они только вмешаться.

— Нет, так не хочу! Это должно быть хотя бы его желанием. Все, давайте закончим на этом.

— Давайте! — Сказала Вел и прищурила глазки, смотря на подругу. — И делайте, что хотите, мне-то все равно. — В дверь стучали, почему то очень долго и как-то скромно. — Кто там такой культурный?!

— Это я? — испуганно сказал мальчонка. — Мама! — позвал Максимка, всунув голову в дверь.

— Да, родной, что случилось, ты что, боишься входить?

— Дядя Эд везет девчонок к лошадкам. Можно мне с ними?

— Не можно, а нужно! — Ответила за подругу Ев. Но мальчик стоял и смотрел на мать.

— Иди, если хочешь.

Ребенок засиял. А Вел, глядя на него, решила уточнить свое предположение данной ситуации:

— Максимка, а скажи-ка нам. Эд один вас везет?

— Нет! Дядя Вова собирался.

— Что и следовало доказать! Беги малыш, налаживай мамино счастье! — И закрыв за ребенком дверь, повернулась к Оле. — Ты думаешь, это он Эду компанию составляет? Эд прекрасно обходится без него! А Дэн, бросив Ев перед праздниками, вместо него умчался, его же, Влада работу делать? Нет, голубушка, они ему помогают. Так что и ты, давай, не теряй время!

— Как?!

— Инстинктами! Ну, мне что, тебя учить? Скажи спасибо лишний раз, обрати внимания, как сыну с ним хорошо…. Похвали вкус в одежде, в конце-то концов!

— Оля! Вел права. И если ты не возьмешься за это, то у тебя будет только два пути. Либо опять в ту же яму. Либо мы сами за это возьмемся!

— О нет! Только не это.

— Вот! Тогда одевайся и выйдешь их встретить, а там по обстоятельствам.

****

Максим стоял, прижимаясь к стене, и с испугом смотрел, как девочки общаются с лошадьми.

— Ты чего тут прячешься? — подбежала к нему Агния. — Идем, будем кататься.

— Я не умею!

— Что тут уметь? Садись, а они сами повезут. Хочешь, бери пони. Лера все равно выросла! — Агния стояла перед мальчиком, хлопая маленьким кнутом по лакированному сапожку, коротенькая теплая курточка была расстегнута. Гордо задрав носик и, всем своим видом показывала, что она настоящий жокей.

— А ты что, тоже будешь ездить на большой?!

— Да!

— Сама? И не боишься?

— Так они умные! — повернулась к сестрам, где Мира, разговаривала со своим любимцем и тот, выполнял ее команды.

— Нет! — сказал честно мальчик. — Я лучше тут подожду.

— Ну, как хочешь! — попрыгала, сменяя ножки, к отцу, взобралась в седло, и Эд повел коня на улицу.

— Со мной поедешь? — спросил его Влад.

— А можно? — мальчишка так удивился, что спросив, забыл даже рот закрыть, стоял, задрав голову, и не дышал.

— Глупенький ты, конечно можно. — Влад подхватил его на руки, усадил перед собой и они медленно пошли за остальными. — Как ты там? — выехав на тропу, поинтересовался мужчина.

— Здорово! — радовался мальчик, вцепившись двумя руками в гриву: — Мне нравится.

— Может, ускорим шаг? А то перед девчонками неудобно.

— А вы меня удержите?

— Еще бы. И не выкай мне, пожалуйста. Говори мне ты, мы же друзья!

— Правда, можно?! — Макс повернулся, счастливо, по-детски, улыбаясь.

Обогнав девчонок, сделали кружок. Возвращаясь, Влад спрыгнул, оставив Макса в седле одного, пошел рядом.

— Хорошая прогулка! — радовался мальчик. — Маме бы понравилась!

— А давай возьмем ее завтра. Ты как, друг, согласен?

— Возьмем, если можно.

— Нам все можно. Только ты мне пообещай, что будешь хорошо учиться.

Они возвращались пешком, шли первые, за руку. Максим так светился, что едва увидел мать, закричал:

— Мама! Это так здорово! Мы тебя завтра с собой возьмем. Влад сказал. — он так и не отпустил его руку, не побежал к ней, как делал это раньше.

— Влад?! — Оля поправила сыну шапку, хотела сделать замечание, но тот ответил сам.

— Да! Мы друзья. Я сам ехал!

— Сам? — Ольга смотрела на сына и не верила.

— Скажи ей. — Дернул он Влада за руку.

— Правда!

Они остались на улице, слушали восторги мальчика, а он держал их двоих за руки и не отпускал, словно связывал невидимой нитью, как бы становился объединяющим звеном.

— Оля! — Влад выбрал минутку в рассказе мальчика. — Я хотел спросить. Не хотите проехаться в город, поужинать в кафе?

— Мама, мама! Поехали! — упрашивал ребенок.

— Если вы так просите… — засмущалась Оля.

И Влад загорелся:

— Тогда я сниму все это с себя и буду ждать вас в машине.

— Хорошо! — кивнула Ольга и, сама не заметила как, бросила невинную шутку: — Только одеться не забудь.

— Что?! Ах, ну конечно! — Смутился, подхватив Максимку на руки, побежал с ним в дом. Оля медленно шла за ними и удивлялась, как же ребенку мало надо для счастья…

***

— Лед тронулся! — заявила Ев. — Они уехали!

— Вдвоем? — Удивился Эд.

— Втроем. Макса же нет с Нией.

— А я-то думаю, что наша барышня не довольна.

— С этим все нормально, просто Дэн ей сказал, что готовит сюрприз, а какой, не сообщил. Вот она и ходит, насупившись, думает.

Рано утром, Дэн позвонил и сообщил, что возвращается. После его звонка исчезли Эд с Владом, толком ничего не объяснив, что привело Вел в некое замешательство — он ей был нужен, но не отвечал.

— Игорь! — спустилась в гараж, где парень возился над машиной. — А ты не знаешь, куда исчезли мужчины?

— Нет. Может, я заменю?

— Эда? Точно нет. — она глянула на него сомкнув брови, развернулась и пошла к сестре.

— Куда это они помчались?

— Возможно, встречать Дэна.

— Вдвоем?!

— А почему нет?

— Что-то задумали! Я носом чувствую!

— Вел! Не заморачивайся. Праздник скоро — подарки, и все такое.

— Нет! Тут нечто другое. Посмотри а, пожалуйста.

— Не буду я из-за пустяков тревожить голову Эда. Приедет сам расскажет!

— Ррррррр! — Не довольно прорычала Вел, ушла, злясь на несговорчивость сестры, но мужу звонить не стала, как и расспрашивать его, поздно вечером, после возвращения. Отмолчалась и утром, когда он, ни свет — ни заря, осыпав ее поцелуями, исчез, увозя с собой Влада, что тоже злило ее. Муж срывал ее планы воссоединения Влада с лучшей подругой!

И так — пятница. По традициям Гаев, выходные полностью принадлежат детям. И дети лягут спать намного позже обычного, когда сами свалятся с ног. К пятнице спешил вернуться Дэн, везя обещанные сюрпризы. Прибыв в имение, застал всех в каминном зале. Издали поздоровался, посылая женщинам воздушные поцелуи и отмахиваясь вопросам дочери. В скорости он присоединился к ним, принеся несколько коробок. И пошла веселая кутерьма.

Смех разрывал своды дома, когда в нем появились остальные мужчины:

— Не понял! Одиннадцатый час! — Эд остановился на первом проеме лестницы и прислушался. — Я думал, дети спят.

— Ты так сказал, словно без тебя жена и это сделать не может. — произнес Влад.

— Да нет же, я не к этому. Ай, что говорить, сейчас узнаем, что так всех развеселило.

Смех и радостный визг опять разразил пространство и унесся, зовя за собой.

— Ев! — кричал Дэн. — она сказала — левая рука на красное, а нога, правая, на желтое!

— Но тогда мне придется на мостик стать! Как минимум.

— А так ты филонишь!

— Не спорьте, люди! Я сейчас свалюсь! — хохотала Вел, стоя не совсем в понятной позе и с трудом удерживаясь на ногах и руке. — Просто перестаньте спорить и толкаться.

— Фотик есть? — тихо спросил Эд, минут с пять простояв у двери, и оставаясь никем не замеченный.

— Телефон подойдет? — так же тихо ответил Влад, крутя головой за движениями троицы в центре комнаты.

— Точно!

Вспышка камеры привела всех в чувство.

— Ты что творишь?! — закричала Вел.

— Для истории!

— Прекрати сейчас же! — Высунув голову из-под живота Дэна, говорила она.