Оглавление

Книга первая. Сладкий бунт в Веселундии

«Смех — это ключ, открывающий двери в чудеса,

а дружба — свет, который не погаснет никогда.»

Пролог: Сказочный Город, где улицы пахнут ванилью

Никто точно не знает, как появилась Веселундия. Одни говорят, что она выросла из смеха первого ребёнка, другие уверены, что её случайно построили гномы, запутавшись в рецепте пирога. А может быть, она существует во сне какого-то очень доброго сказочного великана. Но все согласятся в одном: это самый чудесный, шумный и невероятно весёлый город в мире!

Туда очень трудно найти дорогу, но я могу приоткрыть завесу тайны и немного рассказать о нём.

Веселундия напоминает гигантскую коробку с разноцветными карандашами. Его улицы вымощены яркой брусчаткой, которая меняет цвет при каждом прыжке. А дома здесь — не просто дома, а настоящие сказочные чудеса: в форме мороженого, воздушных шаров и даже гитар. На центральной площади бьёт Фонтан Сюрпризов — вместо воды он выбрасывает конфетти, которое, если поймать его ртом, превращается в леденцы.

По субботам река Вираж течёт вспять, и дети катаются на лодках-пузырях против течения. А по воскресеньям, на тёмном небе зажигаются созвездия-шарады, которые все вместе разгадывают жители города.

Если бы Веселундию можно было попробовать на вкус, она напоминала бы клубничный зефир: воздушная, сладкая и чуть-чуть липкая. Дома здесь строят не из кирпичей, а из пряничных плиток, склеенных карамельным раствором. Каждое утро пекарь-великан Гоша выкладывает на крышах свежие печенья-черепицы, а почтальон Мятлик развозит письма на облаке из сахарной ваты. Даже дождь здесь особенный: вместо капель с неба сыпется цветной попкорн, который местные ребятишки ловят шапками.

Глава 1: Начало

Утро в Веселундии всегда начиналось с фейерверка красок. Солнце, похожее на прыгающего зайца, подскочило над крышами домов-мороженок, осыпая улицы золотыми бликами. Река Вираж лениво переливалась радужными струями, а на деревьях звенели конфетные колокольчики.

— Мама, смотри! — воскликнул малыш, широко раскрывая глаза и подставляя ладошку под поток конфетти, которое тут же превращалось в мармеладных зайцев. — Я поймал леденец!

Но вдруг что-то изменилось. Город затрясся, и сладкий ветер сменился запахом гари. С неба начали падать… зефирные хлопья.

Джо-Джо Весельчак жил в доме, похожем на перевёрнутый рожок мороженого. Его комната находилась в самой верхней части, где вместо потолка была прозрачная глазурь, через которую он мог видеть небо.

Джо-Джо был тем, кто не мог не заставить смеяться всех вокруг. Его рыжие волосы торчали, как метла после урагана, а веснушки на носу складывались в смешные нотки, словно кто-то рассыпал музыкальные знаки. На голове у него была клетчатая кепка-вертолёт — подарок от Гизмо. Она жужжала, когда Джо-Джо бегал, и свистела, если он что-то врал. Но главное — Джо-Джо умел смешить. Правда, его шутки были очень странными, словно кот в пижаме: «Почему облако плачет? Потому что его дождик щекотал!». Смех был только у него, но когда он смеялся — вокруг всё оживало. И, скажу по секрету, однажды от его хохота каменный лев у фонтана вдруг чихнул и убежал в кусты.

Каждое утро его будил птичий хор — конфетные синицы, птички с крыльями из леденцов. Но сегодня что-то пошло не так.

— Тихон, ты опять спишь?! — Джо-Джо тряс будильник, который мирно посапывал, свернувшись в клубок. — Мама же велела тебя выбросить, если ты не проснёшься вовремя!

Будильник тихо поскребся и издал жалобный писк.

— Ну что ж, придётся самому вставать, — пробормотал Джо-Джо, натягивая клетчатую кепку. Он схватил рюкзак и выбежал на улицу, едва не споткнувшись о тротуарную плитку, которая вдруг замигала розовым светом. Видимо, её перекрасили в честь Дня Ватрушки.

— Осторожнее, Джо-Джо! — крикнула старушка Миндалина, продавщица из булочной «Сдобный рай», махая ему рукой. Её фартук был усыпан крошками от вчерашних кексов. — Гизмо опять что-то взорвала у фонтана! Ты же знаешь, что с ней лучше не шутить!

Из-за угла доносился шипящий звук, словно ракета из жареного зефира пролетела прямо туда.

— Хм… Похоже, сегодня нам точно предстоит похихикать, — задумчиво сказал Джо-Джо, улыбаясь и оглядываясь по сторонам.

Глава 2: Гизмо и машина для конфетного апокалипсиса

Если Джо-Джо был мастером смеха, то Гизмо-Изобретательница была настоящей королевой хаоса. В свои 12 лет она носила очки с линзами, как калейдоскопы, и хвост, заплетённый в косичку с шестерёнками. Её карманы всегда были забиты гаечными ключами, а под кроватью жил робот-тапок, сбежавший из прошлого эксперимента.

Гизмо стояла посреди площади, как взъерошенная сорока. Её мастерская — старый трамвай «Сладкий экспресс» — дымилась, словно перегретый самовар, а в руках она держала своё последнее творение: «Супер-Рост-3000» — машину, которая должна была ускорить рост конфетных деревьев.

— Формула идеальна! — с энтузиазмом бормотала она, закручивая гайку. — Три капли дождя, две щепотки смеха… И турбо-кнопка для мощности! Это будет взрыв!

Джо-Джо осторожно подкрался сзади, стараясь не наступить на разбросанные шестерёнки. Одна из них жалобно пискнула:

— Эй, не тро-о-огай меня!

— Привет, Гиз! — позвал Джо-Джо с улыбкой. — Что у тебя тут за чудо-машина?

— Не мешай! — с громким щелчком рычага Гизмо запустила аппарат. В небо взмыла огромная облака розовой пены.

— Видишь? Это «Супер-Рост-3000»! — гордо заявила она. — Он ускорит созревание конфетных деревьев!

Пена начала превращаться в зефирные хлопья. Один из них упал Джо-Джо прямо на нос.

— Эй, это что за штука? — удивлённо спросил он, пытаясь стряхнуть зефир.

— Совершенно безопасно! — с широкой улыбкой ответила Гизмо и хлопнула по аппарату. Машина чихнула и выстрелила струёй карамели, приклеив мальчика к дереву-мороженому.

— Гениально, — пробормотал Джо-Джо, отдирая рукав от ствола. Ветка над ним качнулась, и мармеладная груша упала прямо в его рот. — Ну хоть что-то сегодня получилось!

Глава 3: Ворчун и котёнок, который любил ворчать

Где-то в тихом переулке звенели колокольчики. Это был гном Ворчун, страж тишины, проверяющий, не нарушают ли качели порядок. Ворчун был похож на сердитый кактус в жилете. Его борода, заплетённая в «сердитые» косички, колыхалась при каждом ворчании, а посох стучал так громко, что пугал даже голубей.

Но в кармане у Ворчуна был секрет — маленький котёнок Лирик. Этот котёнок не любил суету, поэтому гном всегда подкармливал его и прятал в своём кармане.

— Прекратите шуметь! — зарычал Ворчун, выглядывая из-за угла. В его руке был посох с колокольчиком, который издавал звук «Тссс!». — Вы что, не видите? Ваша машина превратила тротуар в карамельную тюрьму!

— Это не я! — с вызовом показала на Джо-Джо Гизмо.

— Я? — удивлённо поперхнулся мальчик, зажимая рот, набитый мармеладом.

Ворчун фыркнул и махнул посохом. Колокольчик заиграл весёлую мелодию, а деревья начали качаться в ритме.

— Вот опять! — буркнул гном и пнул камень. Камень превратился в барабан. — Всё из-за ваших изобретений!

В кармане его жилета показалась пушистая мордочка. Котёнок Лирик, лизнув карамель на тротуаре, фыркнул и отвернулся.

Глава 4: Хохи и слизевая атака