автордың кітабын онлайн тегін оқу  Из Матросских досугов

Владимир Даль

В 1697 году Царь Петр Великий, находясь в Голландии для личного изучения корабельного мастерства, заложил своими руками и строил с помощью взятых им с собой из России дворян и голландских плотников 60-ти пушечный корабль, длиною во 100 футов, во имя Петра и Павла. Он был спущен, вооружен, оснащен и отправлен в Архангельск — тогда еще у нас балтийского поморья не было, оно было шведское, — и этот корабль, к которому царь ходил на работу с топором за поясом, был первый русский военный линейный корабль.

Но первые корабли русской постройки сделаны были в Воронеже, на верфи, основанной в 1694 году; в 1696-м первая донская флотилия, спущенная на воду, состояла из 2 военных кораблей, 25 галер, 2 галеасов[1]и 4 брандеров[2]и из Воронежа прошла Доном в Азовское море. 40-ка пушечный фрегат «Ластка» в 1699 году был первым нашим военным судном на Черном море; он отвез русского посла, думного дьяка Емельяна Украинцова, в Царьград и нечаянным появлением своим там перепугал турок и наделал много тревоги.

После Воронежа верфь заложена была в Брянске, потом, для каспийского флота, в Нижнем; затем, после завоевания Невы и основания северной столицы, Петр Великий в 1704 году начал там строить суда; а в то же время корабли строились в Архангельске и покупались у англичан и голландцев.

Таким образом, прозорливый царь в несколько лет создал гребной и парусный флоты на всех сопредельных нам морях, видя, что без этого пособия не быть у нас свободной торговле, ни даже крепости государству. Только с этого времени Россия стала выходить из-под зависимости Швеции и Турции, а вскоре сделалась и победительницей над ними.

В турецкую войну нашу 1769 года государыня императрица Екатерина II повелела готовиться балтийскому флоту в поход, в Средиземное море, чтобы побеспокоить турок с того конца, где они русских не ожидали. Изготовлено было 7 кораблей, 1 фрегат, 1 бомбардирское судно, 6 транспортных судов и начальство над ними поручено адмиралу Спиридову[3]. 17 июля государыня сама посетила флот на кронштадтском рейде и благословила адмирала орденом Св. Александра Невского. На другой день флот снялся, имея 8 рот пехотных солдат и 2 роты артиллерии, для десанта.

После разных похождений, при которых некоторые корабли отстали, другие зашли в иностранные порты, один транспорт разбился в Категате, а один корабль и вовсе покинут был в Англии, флот наш собрался к зиме в Средиземном море. Придан был еще контр-адмирал Эльфинстон, с тремя кораблями, двумя фрегатами и несколькими транспортами, а главное начальство на море и на суше принял граф Алексей Григорьевич Орлов. Всю зиму флот занят был блокированием или занятием турецких городов и крепостей, то высадкой, то сбором туг и там войска, в подкрепление грекам; но по бестолочи их, своевольству, непривычке к порядку и послушанию все попытки их, даже при нашей помощи, были довольно неудачны. Весной 1770 года турецкий флот вышел из Цареградского пролива и через Дарданеллы; тогда флот наш всеми силами пустился на поиск за ним.

Контр-адмирал Эльфинстон, с тремя кораблями и фрегатом, первый открыл, в половине мая, неприятеля за мысом Св. Ангела, на самой южной оконечности турецкого полуострова Морей. Адмирал спустился на турецкий флот, несмотря на слабость свою, и завязал было сражение; но турки уклонились и при затиши успели уйти буксиром в залив Навплию.

На другой день подул нам противный ветер; эскадра гнала к ветру подо всеми парусами и нашла турок на якоре, под крепостными пушками Навплии. Наши открыли огонь, но опять заштилило; течением понесло корабли наши в бухту, почему они вынуждены были бросить якорь, стать на шпринг, чтобы поворотиться лагом[4]к неприятелю, и продолжали сражаться: но к вечеру вышли опять из бухты, причем корабль «Саратов», зашедший слишком глубоко, насилу выведен был гребными судами.

Видя, что с такими неравными силами нельзя атаковать неприятеля под крепостью, адмирал отошел от бухты, выжидая выхода его в море. В то же время послал он греческое судно в Наварин, где граф Ф.Г.Орлов занят был другими военными распоряжениями, известить его, что турецкий флот отыскан. 22-го мая граф Ф.Г.Орлов с флотом соединился с эскадрою Эльфинстона у острова Цериго; 24-го в полдень, при южном ветре, открылся неприятельский флот на якоре при острове Специи. Поднят был сигнал общей погони.

Турки спешно обрубили канаты, вступили под паруса и легли бейдевинд[5], на восток. Русские быстро на них спускались. Южный ветер свежел, корабли Эльфинстона выбежали вперед; к 6-ти часам, когда ветер опять затихал, корабли «Саратов» и «Нетронь-Меня» открыли пальбу. Турки опять обрадовались затиши и отбуксировали корабли свои гребными судами вне выстрела.

На рассвете 25-го подул слабый N[6]; турецкий флот был милях в четырех, на ветре; погоня возобновилась, но безуспешно: при маловетрии во все следующие дни турецкий флот ушел из виду и скрылся за островами.

Адмиралы Спиридов и Эльфинстон разделились, частью для наливки водой, в которой терпели нужду. Затем оба отправились к острову Цериго, за главнокомандующим графом Алексеем Григорьевичем Орловым, под начальством коего они желали атаковать турок.

11-го июня граф Орлов соединился с флотом у острова Специя; затем некоторые корабли опять наливались водой, а 19-го флот направился к острову Хиосу отыскивать неприятеля и отрезать ему путь домой. Но опять маловетрие удерживало флот наш; наконец 23-го