Оглавление

Друзья поневоле

Дружба от не дружбы близко живет.

Пословица

Глава 1. Снежный Буран

Белоснежный миури прошелся по лавке. Встал на задние лапы и поправил передними криво висевшие тушки дичи. Его отец Тантис был Побратимом охотника Эштона Карни. Сын Эштона Рикар и Снежный Буран торговали

«готовой продукцией» в виде тушек птиц и мелких животных. Крупные туши обычно разделывали и сдавали в трактиры. Изредка в лавку попадало мясо оленей и лосей. Тогда хозяйки с громкой бранью носились по лавке, норовя увести кусок поаппетитнее из-под носа товарки. В такие моменты Буран и Рикар метались перед при-лавком, следили чтобы не забыл кто оплатить покупку. Часто им давали в помощь брата Бурана, который больше мешал, чем помогал. Тениз был медлительным тугодумом и приходилось смотреть еще и за ним. Чтобы не отдал неоплаченный товар. Кроме того, в лавке в уголке были развешаны пучки лечебных трав и на маленькой полочке стояли дешевые микстуры. Жена Эштона была травницей и лекаркой. Она приносила в лавку свои травы и микс-туры и устраивала их в уголке. На листике было написано, что от чего и в каких дозах принимать. Продавал их Буран. Рикар читать особо не любил и вникать в названия лекарских снадобий не хотел.

Сегодня особенного наплыва покупателей не было. Рикар принес в большой сумке несколько кусков свежего мяса и повесил их на видном месте. По какой-то причине сей факт прошел мимо пристального внимания местных кумушек и свежее сочное мясо спокойно висело на крюках. Буран прохаживался по лавке, принюхи-вался, не появился ли где предательский душок. Но, нет. Весь товар был свежим. Он кивнул и Рикар, слегка расслабившись, облокотился обоими локтями на стойку. Вдруг Буран насторожился. Повел ушами. И повернул голову к левой стене. Рикар вопросительно на него посмотрел.

— «Сюда идет маг. И он готов применить колдовство. Я почувствовал его Силу, — Буран посмотрел в глаза Рикару и добавил, — положи амулет под стойку. Если он его и почувствует, то лишенный возможности колдовать не сможет оказать на нас ментальное давление».

Здесь уместно небольшое отступление, дабы у читателя прояснилось в голове. Существует амулет, изготовлен-ный из инеита, который гасит любое проявление магии в радиусе своего действия. Последний зависит исклю-чительно от размера кристалла. Размер кристалла определялся возможностями кошелка заказчика. Инеит был редок и амулеты стоили очень дорого. Но они того стоили.

Теперь, что касается Бурана. Снежный Буран принадлежал к миури — расе крупных разумных собак. Их создали маги Большой Академии Магии в Златограде. Экспериментом руководил гном Архивус, бывший в тот момент Начальником этой самой Академии. Маги хотели добавить частичку разума своим любимым собакам, но эксперимент вы-шел из-под контроля, и маги полностью обменялись сознанием со своими соба-ками. Так и зародилась раса миури. Скажу вам по секрету, как собачник. Я жалею, что моя собака не миури. Как бы мы с ней славненько болтали.

Но, все. Мы отвлеклись. Миури вместе с сознанием получили души и магические способности магов и теперь в них вопло-щались души, принадлежавшие раньше представителям самых различных рас. Но они ничего не помнили о своей прошлой жизни. Магические таланты миури тоже получали самые разные и бывало, что далеко превосходили двуногих магов. У Бурана был очень редкий дар. Он чувст-вовал малейшее возмущение магичес-кого фона. Мог почувствовать применен-ную магию, даже если ее источник уже исчез. Такой талант редко находил себе применение в обычной жизни, но иногда, все же, находил.

Итак, Буран почувствовал приближение

мага, который собирался воспользоваться своей магией. А вот для чего? Первая мысль, возникшая в головах лавочников, была о том, что их хотят обворовать или, как минимум, взять товар и не расплатиться. Рикар тихонько положил амулет с инеитом под прилавок и оба поприветствовали вошедших по-купателей. Вошедшие огляделись. Один из них, выглядевший моложе, сказал: — Мы не собираемся ничего у вас воровать. А, как вы догадались, что мы — маги? Ведь я применял магическую Силу минут двадцать назад, когда запускал Ворота.

Буран всмотрелся в говорившего. Он почувствовал, примененную ментальную магию, а вот для чего ее приме-нили, сказать не мог. Старший внимательно посмотрел на миури и сказал: — Мое имя — Авалон Гранье. Я — На-чальник Большой Академии Магии Златограда. Через шесть десятидневок вступительные экзамены. Вот возьми. Предъявишь этот кругляш дежурному на входе, и он подскажет куда тебе нужно обратиться. Я беру тебя на бесплатное место на факультет Ментальной Магии, так что о деньгах не волнуйся. Впервые встретил такое сильное проявление Дара подобного рода. Мне самому интересно, что из тебя может получиться при соот-ветствующем обучении. Если ты, умен и не ленив, то это твой шанс. Не будешь же ты, остаток жизни торговать кроличьими тушками?

Буран отрицательно замотал головой, потом утвердительно закивал и в результате выдал: «- Я очень хочу учиться, но нас у родителей шестеро и… я даже не надеялся. Благодарю вас, господин Авалон. Я обязательно буду на вступительных экзаменах!»

Авалон улыбнулся, потом указал на свежие куски: — А теперь заверните нам это аппетитное мясо, вот деньги и не растрачивайте на нас зря свой амулет. Рикар вручил сверток, принял деньги и начал отсчитывать сдачу. Маги рассмеялись, Авалон отрицательно мотнул головой, и они вышли из лавки. Рикар отделил две монетки и подви-нул Бурану: — Твой доля с той сдачи, что они не забрали.

Миури кивнул, но он явно уже отсутствовал в лавке. Все его помыслы были в Академии, о которой он давно и страстно мечтал, но прекрасно понимал, что ему туда не попасть. Рикар только плечами пожал. Учиться он не любил и не хотел. Освоил письмо, счет и считал, что ему этого вполне достаточно для безбедной жизни. Мечты и чаяния Бурана были для него за гранью понимания.

Глава 2. Гном Торвин из Подгорья Чугунного Лома по кличке «Длинный нос».

Торвин сидел за поворотом длинного коридора и тихонько морщился от боли. Болела задница, принявшая на себя материнский гнев в виде большой и тяжелой чугунной сковороды. Торвин сказал себе, что его здесь не понимают и не ценят. Гном обладал талантом буквально «чувствовать» суть рунной формулы. Нанесенная на любую поверхность она тут же начинала действовать. Очень ценный Дар, который мог бы сделать его уважа-емым и богатым Рунным кузнецом, если бы не одно, «но»! Торвин любил совать свой нос куда не надо и талант свой использовал не на благое дело своего народа, а на собственные каверзы и проделки. Вот и сейчас. Торвин создал поистине гениальное изобретение, которое будучи применено в благих целях имело бы далеко идущие последствия. Длинный Нос нанес на стену возле кухонного воздуховода ма-а-алюсенькие руны. Воздуховоды соединялись между собой, и на кухнях соседей воздуховоды были точь-в-точь такие же. Под различными пред-логами проскользнув на кухни соседок Длинный Нос нанес руны, которые наоборот, передавали звук дальше. Матушка Финрун сначала была очень довольна, когда до ее ушей долетали все сплетни, шептавшиеся на сосед-них кухнях. Но! Этим утром она услышала, как аппетитная вдовушка рассказывала о том, что Айульф помог ей нарубить дров для печки. Все ничего, но он был законным мужем госпожи Финрун и это послужило поводом для крупной семейной разборки. В результате которой папаша Айульф задумался, как бывшая на своей кухне жена могла все это услышать. Осмотрел воздуховод, увидел руны. Дальше путем логических выкладок всплыло имя Торвина, который и расплатился за свой криминальный талант.

Итак, Торвин потирал отбитый зад и строил планы мести. Вдруг до его ушей донесся обрывок разговора:

— … перейдем через Ворота графа Типфейта в Златоград. Как раз успеем вместе с рыбаками свой товар отвезти.

Длинный Нос задумался. Вот он, шанс. У Торвина были карманные деньги, и он решил, что на первое время ему хватит. Главное, успеть на экзамены в Академию Магии. Торвин был уверен, что его талант поможет ему посту-пить. В родном Подгорье ему стало тесно.

Торвин тихонько забрался в телегу, груженную ломами, кирками, лопатами, мотыгами и прочими инструмен-тами для тяжелого физического труда и затаился. На большой чугунный котелок нанес руны, скрывающие его от любопытных глаз. Надел усовершенствованный котелок на голову и затаился, как мышь в амбаре. Побег удался. Прожарившись на летнем солнце почти до потери сознания, гном сполз с телеги и шмыгнул в проулок. Там была тень и возле одного из домов по камням сбегал тоненький ручеек. Вода была прохладная, и наскоро утолив жажду Торвин пошел искать, где находится Академия Магии. Немного побродив, наткнулся на указатель, потом еще на один и потихоньку вышел к огромному зданию, бывшему искомой Академией.

Справился у дежурного в фойе, насчет экзаменов и с радостью узнал, что они завтра утром. Переночевать в фойе ему не разрешили, но гном особенно не настаивал. Чуть отойдя от Академии, он увидел небольшой лесок. Решил, что летом он не замерзнет и вполне может переночевать там.

Эйлир нашел Риэлу. Она была жива, но на сносях. Предстояло пережить еще и это. Отцом ребенка был один из

Утром перекусил захваченными из дома лепешками, напился воды в ручейке и пошел к Академии. Там уже все суетились и бегали. Торвин подошел к дежурному и узнал, куда ему идти. Пройдя по коридору, увидел троих гномов и двух человек. Стал ждать вместе со всеми.

Начался экзамен. Пока остальные демонстрировали свои таланты, Торвин напряженно размышлял. И доду-мался. Взял свой невидимый котелок и выставил его на стол преподавателя. Тот услышал стук, но самого пред-мета не видел. Спросил, как сделал. Торвин объяс-нил. Затер нанесенные руны и нанес руны укреп-ления. Котелок благополуч-но выдержал удар боевой секиры. Преподаватель только головой покачал. Спросил, что он еще может. Торвин подошел к задней стене и нанес на нее нес-колько рун. Стена стала прозрачной и за ней обна-ружилась парочка в весьма интимной позе. Торвин быстренько затер руны. Стена снова приобрела первозданный вид, а поч-тенный преподаватель хмыкнул и зачислил Торвина на вожделенное бесплатное место. Гном облегченно вздохнул. Стоимость обучения в Академии была за гранью его восприятия и осознать такую сумму житель дале-ко не самого богатого Подгорья попросту не мог. Длинный Нос поблагодарил свой талант и смекалку. Он посту-пил в Академию. Теперь, даже если родители его и найдут, то наказывать будет не за что и возвращать блудного сына в семью, где кроме него было еще семеро парней никто не станет.

Торвин спустился в фойе Академии, уселся около огромного цветка в горшке и принялся пересчитывать свою наличность. Пояс придется затянуть, но до первого дня занятий, когда можно будет поселиться в общежитии и поесть в столовой, он дотянет. Гном повернул голову и узрел крупного белого пса, который был занят такими же подсчетами.

— Разве собаки учатся в Академии, — не удержался Торвин и брякнул, — ой, извините, если что.

«- Я — не собака. Я — миури. Разумная раса. Ты, наверное, из южного Подгорья? Мы живем в основном на севере Междугорья и южане о нас не знают».

— Да, я с Рыбного Моря из Подгорья Чугунного Лома. Сбежал из дома, чтобы поступить сюда. А ты?

«- Меня пригласил сам господин Авалон, Начальник Академии. Он покупал в нашей лавке мясо и заметил мой талант. Я поступил на бесплатное место. Нас в семье шестеро, так что… А, ты? Ты, поступил?»

— Да, и тоже на бесплатное место. Нас, восемь парней и две девочки. Так что… — Торвин улыбнулся и развел руками.

«- Давай одну комнату на двоих снимем. Самую маленькую и дешевую. Я ведь миури. Могу и на коврике поспать, а тебе кровать нужна. Мы могли бы поохотиться, а тушку отдать за обед. И сами поедим. Я умею охотиться».

Стемнело. Буран сумел придавить молоденькую серну, которую и взвалил на плечи Торвин. Они пришли в трактир. Договорились, что за серну их покормят ужином и сдадут маленькую комнатку на двоих. Жизнь потихоньку налаживалась и появился шанс дотянуть до первого дня занятий.

Глава 3. Марвин Нэш

Марвин сидел в библиотеке, с ногами забравшись в глубокое кресло. Перед ним на большом массивном столе лежали несколько свитков и толстая книга с пустыми листами. Рядом стояла большая чернильница, сделанная в виде пузатой бутылки, из которой торчало длинное черное перо. Марвин только что закончил записывать понра-вившееся ему заклинание в книгу. Ради эксперимента он решил проверить действенность этого самого закли-нания на натуре. Вложив побольше Силы Марвин прочел вслух заученное наизусть заклинание. И стал ждать результата, который не замед-лил сказаться. Посреди библио-теки возник призрак мужчины, одетого по моде позапрошлого века. Призрак «посмотрел», если можно так сказать, на сидевшего в кресле парня и заговорил. В тишине библиоте-ки раздался шелестящий тихий голос: — Ты, на правнука моего похож. Но, ты, не он. Кто, ты? У кого из моих перепуганных до икоты потомков хватило сме-лости сунуть нос в мои свитки.

— Меня зовут Марвин. Я — внук твоего правнука. Я хочу посту-пить в Академию Магии. Учить-ся на некроманта, а мать буб-нит, что лучше идти в школу Меча, как все юноши благород-ной крови. Ну, не хочу я желе-зяками размахивать вместе с кучей придурков, плохо зна-ющих алфавит. Владеть оружи-ем я учусь, тренируюсь регу-лярно, но сделать это делом всей жизни… Не хочу и не буду.

— Хоть у одного характер есть. А, как громко назвали! Не иначе в честь самого Марвина из Рода Серой Совы, от которого мы, якобы, ведем свой Род.

— И здесь вранье?

— Ну, не совсем. Моя бабушка была с ним очень близко знакома. Так что, полностью исключить такую возмож-ность нельзя.

Скрипнула дверь и в библиотеку вошла темноволосая стройная женщина и седой мужчина который, увидев призрак предка, хмыкнул и сказал: — Я же говорил, что из парня будет толк.

— Папа, и ты туда же. Ну, какой из него некромант?! Баловство одно.

— Не скажи, дочка, не скажи. Вызвать призрак моего прадедушки, бывшего самым сильным из известных мне некромантов… И это в тринадцать лет. Решено, парень едет в Академию. Хватит ему за твои юбки держаться. Кроме него у нас еще два оболтуса, которые только и годятся на то, чтобы мечом размахивать.

— Что я слышу?! Внучек, ты хоть на старости лет заговорил, как мужчина. Если парень не поедет в Академию, я вам спать не дам. Моих талантов на это хватит.

— Марвин, иди к себе, — мать предприняла попытку приструнить зарвавшегося отпрыска. Но не тут-то было. Почуяв возможность свободы выбора, парень упрямо замотал головой и остался сидеть в кресле.

— Молодец, парень. Ты — мужчина и сам должен решать свою судьбу. Внучек, как тебя там, проследишь, чтобы Марвин поступил в Академию. Или я вас так отделаю… Вы, у меня забудете, что такое спокойный сон, — призрак резко развернулся, и пройдя сквозь стену, исчез.

Марвин поплотнее утвердил свой зад в кресле и зыркнул на мать. Та, после исчезновения призрака, снова вернула себе привычку командовать сыном, которого считала чем-то вроде своей собственности. Сезен Нэш, Владетельный граф и отец Марвина по совместительству, в семейные дела не вмешивался, считая это обязан-ностью жены. О желании сына поступить в Академию Магии он даже не знал. Поэтому Гила Нэш и считала себя вправе единолично решать судьбу сына. Ее отец, старый Джеффри из Рода Серой Совы, ныне обедневшего, был почетным членом семьи своего зятя, но реального веса его голос не имел. Марвин все это прекрасно знал, поэ-тому свой гримуар далеко от себя не клал и старался держать под рукой.

— Марвин, отправляйся в свою комнату. Через год, ты, поедешь в школу Меча.

— Не поеду, — отрезал сын, почуявший свою Силу, и понявший, что это единственное, на что он может надеяться. Мать резко шагнула к нему, видимо собираясь, как и до этого, оттаскать неслуха за уши. Но не тут-то было. Па-рень быстро произнес какую-то фразу. На Гилу повеяло холодком и за спиной раздался скрипучий голос призра-ка: — Я, Готган из Рода Серой Совы приказываю тебе оставить парня в покое. Или, ты, думаешь, что, выйдя замуж за толстый кошелек приобрела право командовать мужчинами нашего Рода?! Не будет этого! Парень едет в Академию или я твоего простолюдина-муженька вытолкаю вон из своего замка.

Женщина попятилась, покосилась на злорадную физиономию своего строптивого сына и заявила: — Деньги все равно должен дать твой отец. А я позабочусь, чтобы он их тебе не дал! — и вылетела из библиотеки, громко хлоп-нув дверью.

Марвин скорчил рожу закрывшейся двери и пробурчал: — Я на бесплатное место поступлю. Мне хватит моих способностей.

— Я сам буду тебя учить. Чтобы наверняка хватило, — заявил призрак старого некроманта. Марвин довольно улыбнулся и взялся за перо. Записывать новые заклинания.

За последующий год в замке произошло много интересного. По коридорам бесшумно скользили призраки. Однажды на Сезена Нэша налетела огромная серая сова. При попытке ее отогнать сова заухала, прошла сквозь оторопевшего мужчину и с громким уханьем скрылась за поворотом коридора. Сезен пошел следом и увидел посреди коридора большое серое совиное перо. Оно слегка шевелилось на сквозняке. Мужчина взял перо в руку, попытался его получше рассмотреть, но оно вдруг взлетело в воздух и с громким хлопком исчезло.

Его жена теперь без крайней нужды старалась ночью по коридорам сама не бродить. Слуги тоже тихими мышами сидели по своим комнатам. Старого Джеффри призраки и совы не трогали, и он спокойно ходил по естественной надобности в любое время суток. Также спокойно себя чувствовала старенькая нянька Марвина, которую на крутой лестнице даже поддержал под руку галантный призрак в старинном костюме. Однажды, в середине весны, Сезен сидел в кресле в своем кабинете и курил трубку, попивая старое вино. Он был один и наслаждался минутами покоя, которые в многочисленной семье выпадали нечасто. Вдруг в кресле, стоявшем напротив, материализовался призрак некроманта Готгана. Не тратя время на приветствия и разглагольствования, он сказал: — Ну, что, ты готов оплатить учебу своего сына в Академии Магии? Или нужно, чтобы я тебя и дальше сопровождал до ночного горшка? Заодно устраняя своим присутствием возможный запор.

Сезен покосился на призрак, глубоко затянулся, хлебнул вина и сказал: — Я оплачу обучение Марвина, при условии, что с этой минуты, вы, будете тренироваться подальше от моего кабинета.

Призрак поклонился и исчез в стене. Через три месяца Марвин стоял в фойе Академии Магии и спрашивал у дежурного, где проходят вступительные экзамены некромантов. Пройдя в указанном направлении, парень оказался в кучке таких-же, как и он. Через несколько минут начался сам экзамен. Марвин заблаговременно прочел заклинание, отвязывающее призрак от места смерти. Старина Готган материализовался посреди ауди-тории и без обиняков заявил, что Марвин имеет большой потенциал и владеет «неплохими заклинаниями», как он выразился. На вопрос, кто он собственно такой, Готган заявил, что он некромант из Рода Серой Совы. Внук самого Марвина, и это он обучал парня. Преподаватель хмыкнул, посмотрел на странную пару и… принял Марвина, заявил, что он тоже видит потенциал и принимает Марвина в Академию. Правда учиться он будет без своего призрачного наставника. Призрак исчез, а Марвин довольный уселся на свое место. Он все-таки поступил в Академию.

Глава 4. Роковая прогулка

Буран и Торвин первыми вошли в общежитие Академии. Еще бы они не были первыми. Выспавшись за день, гном и миури ровно в полночь спустились в обеденный зал гостиницы, расплатились с хозяином и медленно пошли к зданию Академии. Побродили по ночному Златограду, объяснили задержавшим их стражникам, что они идут в общежитие Академии. Те хмыкнули, но пропустили. Когда небо начало сереть, друзья уже крутились около входа в главный корпус. Дежурный высунул голову в двери и спросил, что им нужно. Услышав, что они первокурсники и хотят попасть в общежитие, направил в нужную сторону. Так, что, как только открылась дверь, Буран и Торвин вошли в здание. Поднялись на третий этаж и увидели открытую дверь под номером «три». Заглянули внутрь. Там было две комнаты. Вторая явно была спальней и в ней стояло четыре кровати. У миури вещей не было, только «парадный» ошейник, одетый поверх повседневного. У Торвина был узелок с запасными вещами и непотопляемый котелок. Он положил их на короткую кровать. На вторую короткую кровать Буран положил свой «парадный» ошейник. Потом гном уселся в кресло, стоявшее напротив входа, а миури улегся рядом на ковре.

Зашумели голоса, раздались торопливые шаги. Учащиеся начали заходить в общежитие. В комнату к друзьям заглянул высокий солнечный эльф и представился: — Эйлир из Рода Белого Легрифа. Я вижу, что вас двое и вы, кажется, заняли короткие кровати. Я хотел бы поселиться вместе с вами, тем более, что длинные кровати свободны.

Дело в том, что из четырех кроватей, бывших в спальне, две были длиннее и шире, а две — уже и короче. Если в

одной комнате селились все ученики, имевшие высокий рост, то приходилось решать вопрос с кроватями. Эльф это быстро понял и решил воспользоваться моментом.

Торвин и Буран переглянулись и кивнули. Длинные кровати им были не нужны, а эльф вызвал симпатию у обоих. Эйлир вошел в комнату, огляделся, потом пошел в спальню, положил свои вещи на одну из длинных кроватей. Вышел в первую комнату и уселся в кресло рядом с Торвином.

— Я так понимаю, что вы Побратимы? — эльф вопросительно посмотрел на гнома, потом перевел взгляд на миури.

— Нет, мы случайно познакомились в фойе, потом вместе сняли комнату… ну, и подружились. Потом решили вместе поселиться, — объяснил Длинный Нос.

— А вы, на каких факультетах? — эльф оказался общительным и любопытным.

— Я, на факультете Рунного Мастерства, — ответил Торвин.

— «А я буду учиться Ментальной Магии. У меня немного необычный Дар. Вот, ты, сейчас пытаешься нас прощу-пать и используешь Заклинание Распознавания Лжи. Это и есть мой Дар. Чувствовать применение Магии», — объяснил Буран.

— А если я уже использовал заклинание, ты, можешь определить какое? — у Эйлира загорелись глаза. Такой Дар он еще не встречал.

— «Я точно определяю, что была применена магия, но определить какое именно заклинание использовали могу редко. Поэтому я пришел в Академию», — объяснил миури.

В комнату заглянул довольно высокий парень и сказал: — Вас трое, могу я к вам поселиться? У всех двери закрыты, ваша только открыта.

Эльф, гном и миури переглянулись и синхронно кивнули. Парень вошел в комнату и представился: — Марвин Нэш. Мне куда вещи положить?

— На вторую длинную кровать. Тебе повезло. Гном и миури заняли две короткие. О!!! Простите меня. Я не спросил ваши имена! Еще раз извините мне мою болтливость. Отец не зря меня ругал, — эльф, смутившись, накрутил на палец прядь длинных черных волос, сильно ее дернул, ойкнул и смутился еще больше.

— Торвин из Подгорья Чугунного Лома, — представился гном, — это на Рыбном Море. Рядом и городок есть. Сушеная Тарань называется. И… ну, это… кличка еще у меня есть… Длинный нос. Ну, это, любопытный я. Вот и прозвали.

— «Снежный Буран. Я — миури. Вы, и так это поняли, — миури взмахнул хвостом, — Марвин, а ты на каком факуль-тете?»

— Некромантии и Призыва Духов. Моя мама из Рода Серой Совы, — объяснил парень.

— А чем известен этот Род? — спросил Эйлир, к которому вернулась его обычная болтливость.

— Основатель нашего Рода самый известный из некромантов, Марвин Серая Сова. Меня в его честь дед назвал. Мой дед праправнук Серой Совы, — объяснил Марвин-младший и добавил, — Эйлир, а у тебя какая магия?

— Я тоже на Ментальную Магию поступил, как и Буран. У меня немного получаются иллюзии, могу внушить что-нибудь. Вот Торвину смог внушить, чтобы он нос почесал, а Буран моему воздействию не поддается совершенно.

— «Все миури владеют ментальной магией. Иначе, мы бы даже миску не смогли подвинуть. А я еще и специально тренировался. Сам я не могу кем-то управлять, а вот выставить ментальный защитный щит могу.

В этот момент в коридоре раздался громкий голос: — Я — завуч вашего крыла Сигурд Торсон. Вы, должны слу-шаться меня, как родного папу и даже лучше. Сейчас, вы, прекратите болтовню и пойдете в главный корпус слушать вступительную речь господина Авалона.

После этих слов захлопали двери и раздался шум шагов.

— Пошли, — сказал Марвин и первый вышел из комнаты. За ним выбежал Буран. Торвин и Эйлир замялись в дверях. Каждый старался быть вежливым и пропустить другого. В результате вперед шагнули оба и застряли. Расхохотавшись, все-таки протиснулись и побежали догонять Марвина и Бурана. Так и началась дружба четверых парней, принадлежавших к разным расам.

Сообразительные, талантливые парни оказались большими любителями разных шалостей. Проучившись первый курс без каких-либо приключений, на втором компания отметилась выходкой, надолго запомнившейся всей Академии.

Однажды, дождливым осенним вечером компания сидела около камина и тихонько зубрила домашнее задание. Марвин опробовал заклинание призыва. Посреди комнаты возник дух рослого широкоплечего мужчины. Буран, бросив в его сторону быстрый взгляд сказал: — «На господина Торсона похож. Такой же огромный».

— Вот бы его вместо настоящего Торсона поставить и заставить делать, что мы скажем, — мечтательно пробормотал Торвин.

— Не выйдет. Сразу видно, что он прозрачный. Только девчонок попугать, — разочарованно протянул Эйлир.

— Нужно, чтобы ты, такой большой скелет призвал. Я на него рунную формулу нанесу, и он будет двигаться, —

предложил Торвин.

— Хорошо, пошли на учебное кладбище. В комнате я его никак не призову, — Марвин потянулся за курткой. Через

полчаса перед компанией стоял скелет, при жизни явно принадлежавший рослому широкоплечему мужчине. Парень что-то быстро сказал и все, включая скелет, прошмыгнули в дверь для обслуги.

— «Зачем он вам? Какую пакость, вы, еще придумали»? — рассудительный Буран попытался остановить приятелей.

— Смотри, что будет, — хихикнул Торвин и быстро нанес на берцовую кость скелета какую-то рунную формулу. Скелет резво потопал к выходу из коридора.

— А ну, назад, — рыкнул Марвин и тот послушно застыл на месте. К скелету подошел Эйлир. Замер, сосредоточенно прикрыв глаза. Вокруг скелета заклубилась легкая дымка и вот посреди коридора стоит господин Торсон собственной персоной. Эйлир еще что-то пробормотал и Торсон-два бодро потопал на этаж парней. Вышел на середину длинного коридора, в который выходили двери из всех комнат и громогласно объявил: — Всем выпускникам собраться около кабинета Начальника Академии. Господин Авалон лично будет обучать вас пить не пьянея. Вы — будущие Маги и обязаны владеть таким умением. С собой взять свою кружку.

Пушистая задница Бурна почуяла крупные неприятности, но бросать друзей было не в его правилах, и он сделал вид, что осматривает помещение на предмет использования магии. Это позволило ему задержаться на лестнице, в то время как толпа учеников, возглавляемая мнимым Торсоном, бодро прошлепала к дверям кабинета Начальника Академии. Друзья стояли в первых рядах, поскольку скелетом все же нужно было управлять и далеко отойти они не могли.

Господин Авалон уже собирался идти домой. Время было позднее, секретарь уже ушел и Начальник, самолично заперев дверь своего кабинета, быстрым шагом пересек приемную. До его ушей донесся гомон и какой-то непонятный звон. Выйдя в коридор господин Авалон узрел перед собой толпу будущих магов с кружками в руках. Стояли одни парни, девушек не было.

— По какому поводу собрание? — спросил Начальник. Все недоуменно переглянулись, и староста крыла, выйдя вперед, заявил: — Вы же, сами приказали собраться у вашего кабинета. Вы, будете обучать нас пить не пьянея. — Лицо господина Авалона приняло непередаваемое выражение. Староста не придумал ничего лучшего, как заявить: — Господин Торсон приказал. Да вот и он, сами спросите.

Здесь и задницы Торвина, Марвина и Эйлира почуяли запах паленого. Друзья тихонько растворились в тени длинной лестницы, а скелет потихоньку начал приобретать первозданный вид. Самые сообразительные уже почуяли неладное и тихонько исчезли на той же лестнице. До оставшихся потихоньку тоже начало доходить, что их разыграли и они предприняли попытку тихо исчезнуть. Но не тут-то было. Авалон уже понял, что произошло и потребовал привести к нему авторов идеи. Оставшиеся обалдело переглядывались. Начальник Академии начал подозревать, кто были авторы. Прибежавший на шум дежурный, был отправлен на кафедру Некромантии. Через несколько минут пришел завкафедрой и отправился вместе со скелетом на академическое кладбище. Тот же дежурный был послан за Торвином, Марвином и Эйлиром. Последние успели переодеться и шмыгнуть в постели. Буран уже давно лежал на ковре около камина. Невзирая на изумленные физиономии, друзья были доставлены к начальству. Буран пошел вместе со всеми. Из солидарности.

Господин Авалон сказал, что прямых доказательств у него нет, только подозрения. Но, еще одна такая шутка, и шутники могут вылететь из Академии. Друзья притихли и третий курс все проучились без приключений. За это время Эйлир успел влюбиться в красавицу-эльфийку, учившуюся на Боевого Мага. Марвин обхаживал девушку, учившуюся на лекаря. Торвин никого не обхаживал. Гномок в Академию родители не посылали, а с девушками Длинный Нос флиртовать не рисковал. С эльфийками, тем более. Буран был в единственном экземпляре и поневоле все свободное время посвящал библиотеке. В которой откапывал много интересного и не жалел об отсутствии дамы.

Так они и доучились до диплома. Мелкие шутки были, но до вмешательства господина Авалона дело не доходило. Торсон, будучи завкафедрой Боевого Мастерства, парням спуску не давал и отыгрался за шутку по полной программе, хотя это и пошло парням на пользу. Бурана он иначе, чем хвостатый лентяй не называл и заставлял бегать по кругу с секирой в зубах. От подобных тренировок плечи «лентяя» раздались, грудь стала шире и рослый миури производил весьма серьезное впечатление. Особенно когда демонстрировал пасть, усеянную длинными и острыми клыками.

Наступил Месяц Цветов. Впереди замаячили выпускные экзамены и долгожданный диплом. Был свободный день последней десятидневки. Компания выбралась в Златоград. Побродить по городу, развлечься. Эйлир и Марвин были со своими девушками. Торвин и Буран шли позади всех. Забрели на окраину, Мышиную Горку, как ее называли. Дальше начиналась березовая роща и, собственно, заканчивался город. За рощей было только небольшое селение.

Впереди всех шли Эйлир и Риэла. Немного отстав от них шагали Марвин и Леона, о чем-то увлеченно беседуя. Последними шли Торвин и Буран, потихоньку доедая на ходу копченый окорок. Вдруг сосредоточенно

жевавший Буран замер. Гном, протянувший другу кусок мяса, уронил его. Длинный Нос обернулся, увидел

настороженно замершего миури и вопросительно на него посмотрел.

— «Останови их срочно! Сильная скрывающая магия. Там враги. Скорее!!!» — Буран ринулся вперед и схватил

зубами куртку Марвина. Тот как раз приобнял девушку за талию и инстинктивно притянул ее к себе.

— Эйлир, назад! — Торвин попытался схватить друга за руку, но его рука неожидан-но ухватила пустоту. Эльфы исчезли. Как сквозь землю провалились. Все дружно выставили защитные щиты и схватились за оружие. Буран оскалил клыки и вздыбил шерсть на холке. Попутно он прощупывал окружающее пространство. Миури почув-ствовал резкую вспышку неизвестной магии, от кото-рой у него закружилась голо-ва и заломило виски. Миури, превозмогая боль, попытал-ся просканировать то место, где пропали эльфы. Но, ниче-го. Словно кто-то выкачал всю магию. Даже Источники Силы не ощущались, хотя нескольким секундами ра-нее Буран очень отчетливо их чувствовал. О чем он и уведомил друзей.

— Фата Пустоты. Очень ред-кое и опасное заклинание из арсенала некромантов. У нас в Академии его не препо-дают. Меня дух прадедушки научил. Источники на месте. Заклинание перекрыло к ним доступ. И еще какое-то. Я не могу его распознать, — Марвин почесал кончик носа и покрепче прижал к себе Леону. Девушка не делала никаких попыток отстраниться, наоборот поближе прижималась к парню, ища у него защиту. Буран замер, потом опустил морду к земле, сделал несколько шагов и резко остановился.

— «Странно. Я ясно чую следы эльфов и еще чьи-то. Я такой запах никогда раньше не слышал. Я даже не знаю, существу какой расы он принадлежит. Вроде бы орочий, но в то же время наслаивается эльфийский. Так бывает у полукровок. Но, полу эльф-полу орк! Невероятно! И следы резко обрываются. Только очень слабый запах. Вот пропал и он. Словно по воздуху полетели или через портал перешли. Но, открытый портал я бы почувствовал. Странно все», — миури насторожено повел ушами.

— Нужно обратиться к Серым Плащам. Заявление написать, — предложил Торвин.

— Я слышал о них, но как мы их найдем? — спросил Марвин.

— Я знаю, где это. Мне один соотечественник показал. Вернее, я помог ему их найти. Он по делу приезжал. Пошли, здесь недалеко, — Торвин похлопал по спине Бурана и пошел впереди всех, показывая дорогу.

Глава 5. Серый Плащ Джон Ратчер.

Двадцатилетний Джон Ратчер этой весной закончил курсы Следопытов и Дознавателей при гильдии Идущих по Следам и Восстанавливающих События. Как лучшего выпускника его направили в организацию под названием Серые Плащи, о которой слушатели курсов задавали много вопросов, но получали на них мало ответов.

Начальник Серых Плащей подчинялся непосредственно Старейшине-Дознавателю. Обычными кражами и бытовыми убийствами они не занимались. Для этого существовали Восстанавливающие События при городской страже. Серые Плащи занимались таинственным и непознанным, убийствами высокопоставленных или очень известных лиц. Серийными похищениями, когда исчезали либо представители какой-то одной расы, либо исчезнувшие принадлежали к различным расам, но в их исчезновениях было нечто общее. Применение

странной магии, которую никто толком не может распознать. Запрещенные магические эксперименты. Много

еще чего оказывалось в зоне пристального внимания Серых Плащей.

Иногда они работали вместе с Разведчиками Миров, засекшими иномирную тварь или очередного умника, ушедшего от заслуженного наказания в родном Мире.

Джон, раздувшийся от сознания собственной значимости, был водворен за огромный письменный стол в насквозь прокуренной комнатке, бывшей перед кабинетом Начальника Серых Плащей Роарда Нистольфа. Роард был мужчиной высоким и широкоплечим. Седоватые пшеничные волосы связывал в хвост на затылке. Бороды не носил, даже не пытаясь прикрыть ею уродливый шрам, шедший через половину его физиономии. Личность харизматичная и легендарная, Нистольф прославился своими блестяще раскрытыми загадочными делами и не менее блестящими связями с женами Сиятельных. Причем, вне зависимости от их расовой принадлежности. Мужья роптали, но вызывать на дуэль человека, виртуозно владеющего скимитарами, обладающего незаурядным интеллектом и сильным магическим потенциалом не решался никто. Да и в чистоте его челове-ческой крови были большие сомнения, хотя наличие крови еще какой-либо конкретной расы было весьма спорным. Так, что, все-таки человек. Или нет? Загадка, мучившая не одну голову, конкретного решения, не имела. Сам Роард посмеивался и говорил то про матушку-богиню, то про папу-демиурга. Шутит он или говорит серьезно можно было только догадываться.

Ошалевший сначала от нежданно свалившегося на него счастья, а потом претерпевший крушение всех своих мечтаний, Джон уселся за секретарский стол и начал исправно бегать по всем этажам с папками, бумажками и свитками. Жалобы потерпевших были тоже на нем. Причем за прорвавшихся в кабинет Начальника просителей, стружку снимали с Ратчера.

Так прошло почти четыре года. Неожиданно Джона перевели в отдел, занимавшийся таинственными похищениями. Вместо поздравления полу эльф Лердин из Рода Белого Пера сообщил, что занимавший раньше это место Джейс Кирс исчез, пытаясь распутать дело о таинственном похищении Сиятельной Туонель из Рода Серебряного Ясеня, бывшего королевским родом Лунных Эльфов Рощи Высоких Ясеней. Как вообще могла пропасть Сиятельная, путешествовавшая с внушительной охраной в числе которой были и Боевые Маги, оста-валась загадкой. Тем более, что сама Туонель была непревзойденной лучницей, обладательницей легендарного Ясеневого Лука. Загадка. Кирс был уже вторым, вернее третьим, кто бесследно исчез, пытаясь распутать это та-инственное похищение. Первыми двумя были солнечный эльф и его напарник, имевший кровь орков и их спо-собность к странной магии. Дед-шаман его успел обучить. Как они уживались, никто не знает, но эта пара не раз распутывала самые запутанные дела. И они исчезли без малейшего следа. Лердин сложил перед обалдевшим Джоном кучу документов и выложил ключи от кладовой, где было все, что относилось к этому делу. Ратчер дол-гим взглядом уставился на кипу бумаг и подумал, что совсем не рад оказанному ему высочайшему доверию. Ужасно захотелось покурить. Вышел на балкон. Вернулся и открыл первую папку. В ней аккуратным почерком было написано: «Дело о похищении Сиятельной Туонель из Рода Серебряного Ясеня». Дальше следовал текст, написанный четким мелким почерком и занимавший, как минимум, три больших листа. Курить захотелось еще сильнее, а потом накрыла ностальгия по славному секретарскому месту, где самой большой головной болью были шустрые просители, норовившие прорваться в начальственный кабинет.

Джон уткнулся в текст. Сначала давалось подробное и детальное описание места происшествия, сиречь валяв-шегося на земле колеса от кареты. Следы четко доходили до него, а потом исчезали, словно карета и все, кто в ней был перенеслись в другое место не касаясь земли. Следы лошадей и людей тоже отсутствовали. Вернее, они были, но тоже обрывались, достигнув определенной границы. Ратчер начал перебирать в уме возможные спосо-бы перемещения:

— взмыла в воздух. Вместе с лошадьми, кучером, госпожой Туонель и всеми прочими. Бред. Полный. Во всяком случае Джону не был известен артефакт, способный переместить по воздуху тяжелую карету и нескольких ло-шадей. И никто не попытался спрыгнуть, выпрыгнуть, оказать сопротивление. И, как артефакт, если предполо-жить его наличие, попал в королевскую карету?

— телепортация. Карету переместили через портал. Это какой же Ментальной Силой должен обладать гипоте-тический похититель, чтобы держать открытым портал настолько долго. И при этом еще и подавить волю всех присутствующих! Теоретически — возможно. Практически… Джон опять-таки не знал никого, способного на такой трюк. Либо преступник был не один. Тогда все запутывалось еще больше. Наличие помощников-подельников указывало на то, что существует некая организация, преследующая непонятные цели. И наличие не одного, а нескольких ментальных магов подобного уровня! От такой перспективы не только голова шла кругом, но и бе-гали мурашки по всему телу.

— заклинание исчезновения следов. Хотя вот строчка, в которой говорится, что все вокруг было проверено на при-менение подобного заклинания. И никаких следов не обнаружено. Карета просто испарилась, со всеми, кто в ней был. Местность была прочесана вдоль и поперек. И обычными следопытами, и специально обученными дозна-вателями.

— все погибли. Такая версия выдвигалась. Был даже приглашен Магистр Некромантии из самой Академии Магии. Все попытки вызвать души были тщетными, а это значит, что похищенные живы.

Больше теорий не было ни у предшественников Ратчера, ни у него самого. Единственное, что зацепило взгляд,

это фраза о том, что Кирс видел некое существо, названное им гноблином. Надо понимать так, что в нем смеша-лись гномы и гоблины, но такой мезальянс был настолько же невероятен, как и связь эльфийки с орком. Но, су-щество было описано достаточно подробно, правда в контакт с ним вступить не удалось, а потом Кирс пропал.

Ратчер снова пошел на балкон. Он уже докуривал трубку, когда до него донесся голос Лердина: — Джон, закан-чивай перекур. Послушай, рассказ этих молодых людей. Тебе будет полезно.

Ратчер вошел в приемную, в которой уже сидели трое молодых людей и крупный белый пес.

— Знакомьтесь. Это Джон Ратчер. Ведет дело о пропаже Сиятельной Госпожи Туонель. Мне кажется, ваш рассказ будет ему полезен, — заявил Лердин и добавил, — вы, тут пообщайтесь, а я, пошел.

Друзья переглянулись и Марвин рассказал обо всем, что с ними произошло. Особенно внимание Ратчера привлекли комментарии Бурана. То, что следов не было, но оставался запах, по большому счету только все запутало еще больше. Инфо-рмация об орочье-эльфий-ском запахе вообще ввергла Джона в ступор. Он никак не мог осознать гноблина, а тут еще и оркоэльф. Было от чего не только закурить, но и за-пить. Естественно, заявление от компании легло на стол Ратчера и оптимизма ему не прибавило. Единственное, что давало надежду, это способ-ность белого миури чувство-вать примененную магию да-же тогда, когда после ее применения прошло какое-то время. Но, миури учился, к тому же, никто не разрешит взять на такое задание недоучившегося ученика Академии.

Через день пришел Лердин и сказал: — Собирайся. Возьмешь с собой Кулуриэна из Рода Алмазного Сияния, нашего лучшего специалиста по магической экспертизе. Родители пропавших эльфов оказались не только из очень знатных Родов, но и очень скандальными. Пригрозили написать жалобу Владыке. Короче, ты, едешь в Золотую Рощу, где пропала госпожа Туонель и попутно ищешь пропавших учеников. Поверь, тебе сейчас лучше быть, как можно дальше от Златограда.

— Я сначала пройдусь на Мышиную Горку, где пропали эльфы и сам все осмотрю, — сказал Ратчер и вздохнул, он снова остро сожалел о невозможности работы с белым миури, имевшим такой необычный и очень нужный Джону Дар.

Глава 6. Судьбоносная встреча

— Неужели, вы, способны бросить наших друзей в беде! — воскликнул Марвин, нервно меряя шагами комнату. Торвин сидел в кресле и методически откручивал правый ус, а Буран смотрел в камин. — Вы, как хотите, а я сегодня же отправлюсь спасать наших друзей!

— «Марвин, мне очень грустно это говорить… но… ты, сначала призови их души. Мы должны точно знать, что они живы», — рассудительный и флегматичный Буран, как всегда старался не делать ненужных действий. Марвин резко остановился посреди комнаты, а Торвин осуждающе посмотрел на миури.

— «Торвин, не смотри на меня так. Я люблю их не меньше вашего, но мы должны быть уверены, что они живы.

Многие заклинания поиска рассчитаны на то, чтобы искать живые существа. Вот если бы у нас было что-то, что

есть и у них. Ты бы, тогда нанес руны Притяжения, и эта вещь притягивалась бы к подобной. Помнишь, ты говорил, что нашел так любимую заколку своей сестры используя вторую такую же», — Буран зыркнул на гнома.

— Я помню, но предмет должен быть парным, иначе ничего не выйдет, — объяснил Длинный Нос, — или на него должны быть нанесены нужные руны. Мы такую ситуацию не предусматривали, и таких предметов ни у кого нет.

— «Так сделай! Нанеси нужные руны на предметы, которые всегда с нами. Если что, то можно будет искать друг друга», — предложил миури. Марвин тем временем уселся в кресло, прикрыл глаза и что-то забормотал. Друзья притихли. Прошло минут десять. Марвин облегченно вздохнул и сказал: — Они живы. Я не смог их призвать. Давайте, еще раз пойдем на Мышиную Горку. Посмотрим, вдруг мы тогда что-то проглядели, был поздний вечер, мы были расстроены. Вдруг эльфы или похитители что-то обронили.

— «Я, согласен. Все равно сегодня свободный день», — заявил Буран.

— И я согласен. Чем так сидеть и мучиться от собственного бессилия нужно попробовать что-то предпринять, — Торвин встал с кресла, прихватил нож, сунул в карман любимую трубку и пошел к двери. Буран поднялся с коврика, потянулся и потопал за ним. Марвин повесил на плечо свою сумку, сунул туда толстую книгу, тощий кошелек и вышел следом.

Ратчер неспешным шагом шел в сторону Мышиной Горки. Идти от здания, где размещались Серые Плащи, было не далеко. Стоял прекрасный день, солнце не припекало, его даже изредка закрывали облака, было тепло, пахло цветами и нагретой травой. Кулуриэн с ним не пошел, сославшись на неотложные дела, а попросту не пожелал тратить время попусту, как он для себя решил.

Вот и небольшая полянка. Вокруг стояли редкие березки, шелестя молодой листвой. Щебетала какая-то птаха, порхали бабочки, от окружающей природы веяло миром и спокойствием. Ратчер покрутился по полянке, поворошил длинной палкой траву. Не найдя ничего интересного, сел на нагретый солнцем пенек, на который, правда, «переползла» тень от самой высокой и толстой березы. Раскурил трубку и задумался. В этом случае предмет, определяющий границу похищения, как он определил сам для себя, отсутствовал и сказать пересек он сам эту границу или нет, Джон не мог. Опять подумал о том, что нужно попросить белого миури о помощи. Хотя бы в пределах Мышиной Горки. Может быть благодаря своему необычному Дару он найдет хоть какую-то зацепку. Из размышлений Ратчера вывел громкий треск разломившейся ветки. Он поднял голову и увидел, что из-за деревьев вышли давешние ученики Академии и, о счастье, впереди всех бежал белоснежный миури. Ратчер сунул в карман потухшую трубку и первый поздоровался. Миури сразу же узнал его и в качестве приветствия вильнул хвостом и заявил: — «Привет, Серый Плащ. Мы рады, что на наше заявление отреагировали. Нас очень волнует судьба друзей. Мы готовы помочь вам, чем сможем».

— Называйте меня просто Джон. Я должен еще расследовать похищение Сиятельной Туонель, которую похитили так же, как и ваших друзей.

— Она тоже эльфийка, — сказал Марвин, — хотя я не знаю, это случайность или похищают именно эльфов.

— Я уже думал об этом. Поспрашивал в отделе. Так же странно пропали двое гномов. Они привезли на продажу драгоценности и их пропажа была сразу обнаружена. Сначала думали, что они попросту украли товар и сбежали, но выяснилось, что драгоценности остались лежать в шкатулке с секретом, бывшей среди их вещей. А вот сами гномы пропали. Это было пару лет назад. Может быть, еще кто-то так же пропадал, но заявления к нам не по-дали или они были поданы Восстанавливающим События, — объяснил Ратчер. Потом сказал, — я внимательно изучил дело Туонель. Существует некая граница, после которой пропадают все следы. Вот бы ее найти здесь. Это сможет только Снежный Буран. Он может чуять следы, как обычная собака и может чувствовать, что была при-менена магия. Это чрезвычайно нужный Дар, у нас многие были в восторге, от того, что он у кого-то есть. Буран, поищи такую границу. Дождя не было несколько дней, может быть, ты, что-то почуешь?

Буран кивнул и пошел по полянке, описывая круги вокруг того места, где они примерно стояли, когда похитили

эльфов. Торвин и Марвин стали около Ратчера и внимательно наблюдали за ним. Так продолжалось довольно долго. Буран ходил по кругу, возвращался, снова кружил. Потом остановился, прикрыл глаза и замер. Через несколько секунд он опустил нос в траву, сделал пару шагов, потом резко развернулся и подошел к Ратчеру.

— «Вот, смотри. Нашел в траве. Это колечко Риэлы. Эйлир говорил, что он подарил ей колечко. Там, где оно лежало и проходит такая граница. Дальше нет ни следов, ни запаха» — Буран положил Джону на ладонь неши-рокое серебряное колечко с красивым камешком.

— Торвин, ты теперь можешь сделать его поисковым артефактом. Эйлир купил два колечка. Одно у него, только попроще, без камешка. Они хотели пожениться. Я вот сейчас вспомнил, когда Буран кольцо Риэлы нашел, — заявил Марвин.

— Что за поисковый артефакт? — поинтересовался Ратчер, — что вы, задумали? Не хватало, чтобы еще и вы, куда-то влезли. Мне тогда Лердин голову открутит.

— Можно нанести на парный предмет специальные руны и тогда его будет притягивать к подобному. Нужно только, чтобы между предметами была связь. Здесь такая связь есть. Эйлир и Риэла были женихом и невестой, они искренне любили друг друга, — объяснил Торвин. И неожиданно для себя заявил, — мы идем с вами. Без меня,

вы, не справитесь с рунами, Марвин — некромант, а Буран единственный, кто может определить, что была при-

менена магия, к тому же, он способен чуять запах, как обычная собака.

— Не вздумайте увязаться с нами! Не только Лердин, а и сам господин Нистольф будет отрывать мне голову. Ваш Начальник Академии сотрет в порошок то, что от меня останется! — заорал на парней Ратчер, в глубине души страстно желая, чтобы они пошли с ним. С кольцом появился шанс найти эльфов, а там и Сиятельная, глядишь, отыщется. Убивать его никто уже не будет. Победителей не судят, если только они еще живы. Так, что орал он больше для приличия.

— «Мы все равно пойдем с вами. Проследим и перейдем следом. На Воротах Миров видно, куда был сделан переход», — Буран вздыбил на загривке шерсть и сверкнул ярко-синими глазами. Парни стали рядом с ним и уставились на Ратчера.

— Мы переходим к Роще Золотой Березы. Только Кулуриэну на глаза не попадитесь. Он сразу вас обратно отправит. Дня через два случайно встретимся. Когда отойдем от Ворот подальше. И… вы, меня не видели. Идите в Академию.

— Когда вы, переходите? — спросил Марвин.

— Завтра, на рассвете. Лердин торопит. Я еле выпросил сегодняшний день, чтобы сюда сходить, — Ратчер, не попрощавшись, резко развернулся и пошел в сторону здания Серых Плащей. Кольцо Риэлы осталось лежать на ладони Торвина.

На следующее утро Джон и Кулуриэн, тщательно экипированные многоопытным Лердином, подошли к Воро-там Миров. Джон был посредственным лучником и таким же посредственным мечником, но постоять за себя мог. Магией он не владел, компенсируя отсутствие способностей острым умом, сообразительностью, наблюда-тельностью и способностью делать правильные выводы. Кулуриэн был не только опытным экспертом по части всяческой магии, зелий и эликсиров, но и Мастером Мечей. Его, испытанные не в одной схватке, скимитары висели на поясе и вселяли уверенность не только в своего хозяина, но и в его напарника.

Из-за горизонта выползало яркое солнце, обещая жаркий день, а отсутствие облаков только подтверждало этот прогноз. Серые Плащи огляделись. На маленькой площади перед воротами никого не было. Только под боль-шим цветущим кустом лежал крупный белый пес. Положив лобастую башку на передние лапы, пес дремал, ни на кого не обращая внимания. Ратчер мельком глянул на него и отвернулся. Он сразу узнал Бурана и про себя пох-валил предусмотрительность юных магов. Человек сразу же привлек бы к себе внимание, особенно в такую рань. Собака, дремлющая под кустом, никакого любопытства не вызывала. Белого миури Кулуриэн не видел, хотя слышал о его необычных способностях. Лежащего под кустом пса с юным магом эльф не увязал и спокойно проговорил заклинание, запускающее Ворота и открывающее переход. Ратчер заметил, как уши пса развер-нулись в их сторону и улыбнулся в еще короткую бородку. Острый слух миури уловил сказанное заклинание, а тренированная память мага не даст его забыть. Друзья без проблем перейдут вслед за ними.

Малый круг Ворот с легким шорохом провернулся, против «Солнца», символа Академии стал символ «Белка», обозначавший Ворота эльфов Рода Золотой Березы. Появилось расходящееся кругами марево и Серые Плащи шагнули в прохладу березового леса.

Торвин и Марвин подбежали к кусту, под которым лежал Буран. Миури встал, потянулся всеми четырьмя лапа-ми и заявил: — «Я узнал новое заклинание. С его помощью можно перемещаться через Ворота. Только нужно знать нужный символ. Закрепите на мне сумки и пойдем».

— Пусть они еще чуть-чуть отойдут от Ворот. Вдруг их что-то отвлекло или задержало, и мы вывалимся прямо им на голову, — остановил всех Марвин.

— Стоять посреди площади у всех на виду тоже не лучший вариант. Не хватало еще Авалону на глаза попасться. Он часто пользуется Воротами или ездит через эту площадь на заседания Совета Старейшин, — сказал Торвин.

— «Ну, Старейшины еще дрыхнут. Авалон, я думаю, тоже. А вот лишнее внимание лучше к себе не привлекать. Так что, пошли. Я запускаю Ворота. Подключитесь, если мне Силы не хватит», — Буран подошел к Воротам.

— А как мы подключимся? — спросил Торвин. Буран мотнул головой и сосредоточился. Меньший круг прокрутился символы стали в нужную позицию, появилось расходящееся марево и Буран резво прыгнул на травку. Марвин проскочил следом. Торвин слегка замешкался, но Марвин протянул руку и вдернул его в круг. Гном споткнулся и с руганью шлепнулся на траву. Марево за его спиной исчезло и переход закрылся. Вокруг шелестели красавицы-березы. Орала какая-то пичуга, порхали бабочки. Невдалеке журчала вода.

— Вот мы и в Золотой Роще, — констатировал факт Марвин, — Буран, куда они пошли?

— «Сейчас разберемся. Доставай карту. Посмотрим, что тут где», — миури потрусил прочь от того места, где стояли Ворота. Парни быстро пошли следом.

— Мы их не потеряем? — заволновался Торвин.

— «Не потеряем. Ветер дует от них. Я ясно чую их запах», — заявил миури. Марвин достал из рюкзачка, висевшего на боку Бурана, карту и внимательно ее разглядывал.

— На два-три дня пути к западу лежит Золотая Роща. Потом она переходит в обычную. Это еще день пути. Потом

небольшая речка. Потом начинается степь. Севернее будут земли Степных Орков. А на западе начинаются отроги

Гор Серебряного Барса. Они невысокие и покрыты густым лесом. Есть Подгорья гномов, — оповестил друзей

некромант.

— Вот интересно, куда ехала Туонель? — спросил Торвин и добавил, — не к гномам пиво пить, в конце концов. И где находится Роща Высокого Ясеня, из которой Родом Сиятельная Туонель?

— «К оркам. На лошадях покататься, — съязвил Буран. Подумал и добавил, — вообще-то Торвин прав. Если бы знать, куда она ехала и зачем. Может быть ее похищение как-то связано с целью ее поездки? Кстати, Роща находится южнее отрогов Гор Серебряного Барса и на востоке граничит с землями ханьцев. Но это мало, что нам дает, ханьцы практически не обладают магической силой».

— Это объясняет, почему она оказалась в этих местах. Домой ехала. Хотя, все равно надо было у Джона спросить. Ну, да ладно. Еще спросим, — заявил гном.

— А зачем вам Туонель? — вклинился в разговор Марвин, — нам нужно найти Эйлира и Риэлу.

— «Мне кажется, они все в одном месте. Не знаю, почему, — ответил Буран, — кольцо себя как-то проявляет?»

— Нет. Мы идем за тобой. А вот куда идешь ты? — спросил гном.

— «Я иду по запаху. Следом за Серыми Плащами. А вот куда идут они, я не знаю, — уши миури повернулись, он принюхался и тут же скомандовал, — остановитесь и спрячьтесь. Я чувствую колебания магического фона, и они все усиливаются. Скорее в кусты!» — Буран шмыгнул в самую гущу кустарника и затаился. Остальные вломились следом и притихли. Марвин аккуратненько выпрямил примятые ветки. Буран подсунул морду под куст и выгля-нул наружу. Торвин тихо хрюкнул и, согнувшись в невероятную позу, высунул голову рядом с мордой Бурана. Марвин посопел немного и тоже кое-как протиснулся под самым высоким кустом. В этот момент посреди по-лянки, на которой они до этого стояли, сгустилось дрожащее марево, потом оно разошлось и на полянку выпрыгнули двое мужчин. Высокие, широкопле-чие. Длинные черные волосы связаны на затылке в хвост. Черты лица грубоватые, как для эльфов и слишком мягкие для орков. Ушки остренькие. А вот клыки почти не заметны. Одеты в кожаные доспехи, на поясе висят мечи и кинжалы. У одного в руках моток веревки, у другого — толстая дубинка. Марвин нащупал рукоять ме-ча, а Торвин тихонько подтя-нул к себе небольшую секиру. Буран принюхался и, отгоро-дившись ментальным щитом, передал: — «От них исходит тот самый орко-эльфийский за-пах».

Парни уже наловчились при необходимости мысленно общаться с миури и Марвин передал: — «Они ищут тех, кто сюда перешел. Они знают о нас или о Серых Плащах. Что будем делать? Мы можем против них не выстоять».

— «Может быть сдаться, и они сами отведут нас в нужное место?» — предложил Торвин.

— «Угу. Хорошо, если мы все будем в одной камере», — пессимистично прокомментировал его предложение Буран.

— «Сидим и не высовываемся. Может быть не учуют. Вроде бы не успели наследить на полянке», — Марвин тихонько сдал назад. Оркоэльфы покрутили головами и пошли в сторону кустов. Все замерли. Вот один из них сказал: — Фоб, ты не забыл, что господин Харга сказал? Сюда перешли люди из Златограда. Нам приказано привести господину нового раба.

— Господин сказал, что нужны эльфы или гномы, еще лучше, гномки. Людей у нас и так много. Если будут мешать, то людей и орков убивать, — поправил его напарник. Потом покрутил головой, принюхиваясь.

— «Хорошо, что ветер дует от них. Может быть пронесет…» — порадовался Буран. Все замерли, стараясь не дышать.

Вдруг на руке одного из ловцов засветился широкий браслет, и из него раздался недовольный голос: — Ну, что вы

там возитесь?! Я же переправил вас буквально им на голову. Неужели нельзя схватить эльфа, убить человека и

вернуться! Я столько Силы трачу на портал и что в итоге?! Вы, провалили задание. Возвращайтесь, два идиота! — голос затих, а посреди полянки закрутилось дрожащее марево, в которое и впрыгнули оба оркоэльфа, выглядев-шие, как побитые собаки. Чувствовалось, что возвращение их явно не радует.

Только когда оркоэльфы исчезли с полянки, друзья потихоньку выползли из-под куста. Отряхнулись и хором громко выдохнули. Буран постоял, прикрыв глаза и сказал: — «Магический фон ощущается так же, как и тогда, когда пропали Эйлир и Риэла. Похоже, что их украли именно эти двое и уволокли через портал. У них запах тот же», — миури посмотрел на парней.

— Интересно, привести эльфов и гномов, а орки и люди не нужны? Их и так много. Странна формулировка, — Марвин почесал кончик носа и добавил, — срочно идем к Серым Плащам. Им грозит опасность. Второй раз этот Харга может и не промахнуться, а у них нет Бурана, чтобы почуять открывающийся портал.

— Нас назад отправят, — буркнул Торвин.

— «Не отправят. Я сам буду с ними разговаривать. Я знаю, что нужно сказать», — белый миури взмахнул хвостом, принюхался и уверенно побежал на юго-восток.

Глава 7. Данута из Подгорья Мифрилового Молота.

— Получи! Теперь еще раз! И еще раз!

— Дана!!! Да прекрати, ты! Ой, ты, что решили мне нос отрезать?!

— А ты, быстрее шевели задницей! — крепкая девушка снова взмахнула небольшой секирой, при этом ее рыжая коса взметнулась за плечами. Один из парней попытался за эту самую косу ухватить и получил древком секиры по уху. Взвыл, схватился за это самое ухо и заорал: — Дура!!! Ты, мне ухо отбила!

— А надо было голову! — рявкнул проходивший мимо гном с длинной черной бородой в которой мелькали се-ребряные пряди. Потом добавил, — и не косись на меня. Ты, в кузнице такой же растяпа. Вчера хорошую заготовку испоганил в отличии от девчонки, которая исправляла твое художество.

Дана хихикнула, что окончательно вывело парня из себя и он насел на девушку. Но, та оказалась едва ли не крепче его и гораздо искуснее. Она легко отбила его удар, потом несколько раз взмахнула секирой у него перед носом. Парень отбить не успевал, попятился, споткнулся и поскользнувшись сел в грязь. Под дружное ржание остальных.

Данута, дочь Гильда из Подгорья Мифрилового Молота, имела семерых братьев, неисчислимое количестве кузенов и прочих родичей мужского пола. Обладая подвижностью, настырностью, редкостной сообразитель-ностью и непомерным упрямством Дана, как ее все называли, довольно быстро обучилась элементарным при-емам боя на секирах. Как только она смогла держать в руках что-то более тяжелое, чем кухонный топорик для рубки мяса, старшие братья потихоньку (смеха ради) сделали ей боевую секиру по руке и начали тренировать. Лет в двенадцать пришлось выковать новую секиру и к пятнадцати годам рыжеволосая гномка не уступала по силе и сноровке своим ровесникам-парням. А если еще добавить неуемное любопытство приведшее ее в куз-ницу и заставившее выковать гвоздь, то станет понятно, на кухне такую не закроешь. После гвоздей настал черед подков, потом задачи постепенно усложнялись, и девушка могла, в общем-то, вполне прилично работать моло-том. Правда, он был полегче мужских, братья постарались, но весил прилично. Мать Даны периодически сканда-лила по этому поводу с мужем, но Гильд особо дочку не ругал и, чего греха таить, за кружкой пива мог и прихва-стнуть, дескать у него не только парни, но и девка за себя постоять может и молот в руках держать умеет. Что са-мое странное, подобные достижения совершенно не отпугнули от нее потенциальных кавалеров. Даже наобо-рот. Гильд только успевал отмахиваться от брачных предложений, а его жена бралась за голову, справедливо полагая, что незадачливому супругу придется есть подгоревшее и недожаренное.

К Дане подбежал молоденький короткобородый гном и крикнул: — Данка, тебя Старейшина требует к себе вместе с отцом.

Один из парней заржал и выдал: — Не иначе его внучатый племянничек нажаловался, после того, как ты, ему под зад ногой дала.

Девушка пожала плечами, сунула за пояс секиру, кое-как поправила растрепавшуюся косу и пошла к входу в Подгорье. Гном-посыльный шел рядом и периодически ей подмигивал с какой-то загадочной физиономией.

— Ты, чего моргаешь? Нервный тик накрыл?

— Сейчас узнаешь, — парень ускорил шаг, обогнал девушку и резво пошагал в сторону Большого Зала, в котором принимали только очень официальных гостей. Обычно он стоял пустой. Разве что кто-нибудь из граверов ходил, задрав голову и рассматривал красоты, в надежде почерпнуть ускользнувшее вдохновение.

Перед открытой дверью парень шмыгнул в сторону, а прошагавшую в раскрытые огромные двери Дану еще и в спину успел подтолкнуть. Девушка сделала несколько шагов и замерла.

— Иди, иди сюда, — позвал ее Старейшина Мак-Тадг, — тебя только и ждем. Заметь, редко кому из девушек оказывают подобную честь. Обычно разговор ведется между отцами.

Крепкая, аппетитная попка Даны почуяла надвигающуюся крупную неприятность. Такое вступление могло

означать только одно: Старейшина почему-то лично решил выдать ее замуж. Девушка поискала глазами отца. Гильд стоял около незнакомого ей довольно высокого, широкоплечего гнома с длинной седоватой бородой. Широкоплечий ее внимательно разглядывал, причем выражение глаз изменялось с заинтересованного и оценивающего на удивленный.

— Это твоя дочь? А секира ей зачем?

— Это моя секира. И владею я ею совсем неплохо, — сверкнула ореховыми глазами Дана.

— Ну, мне это умение совершенно не нужно. Лучше скажи, как ты готовишь? — незнакомец пристально уставился на девушку.

— А у тебя, крепкий желудок?

— Что, ты, имеешь в виду?

— А то, что мою стряпню не все переваривают. Большинство страдают несварением желудка.

— Придется тебе поучиться, — безапелляционно заявил чернобородый.

— И на кой мне это надо? — искренне удивилась Дана.

— Ты, выходишь замуж за господина Трасамунда из Подгорья Чугунного Молота, — пояснил Старейшина.

— Что-о-о?!

— Дочка, ты должна выйти замуж за Трасамунда. Я ему обещал… после того, как… — Гильд окончательно стушевался и замолчал.

— Ты, обещал, ты, и выходи, — запальчив выкрикнула Дана.

— Гильд, по-моему, ей не хватает твердой руки, — сказал Трасамунд и осуждающе посмотрел на растерянного папашу. Дана развернулась и взмахнув косой пошла к выходу из зала.

— Данута, ты куда? — крикнул Гильд, тщетно пытаясь сохранить лицо.

— На кухню. Буду учиться жрать готовить, — выкрикнула девушка и выскочила из зала. Быстро прошла в свою комнату, побросала в сумку необходимые вещи, одежду, прихватила кинжал, сунула за голенище нож, схватила еще одну сумку и выбежала в коридор. Спрятавшись в нишу, переждала, пока ее мать с подругой прошли мимо. Шмыгнула на кухню, набрала побольше еды, прихватила из шкафчика две фляги. В одну налила воды, а в другой была ядреная гномья настойка. Сунула фляги в мешок и шмыгнула в коридор. Прислушалась. Голоса доносились с той стороны, где был Большой Зал. Дана хмыкнула и побежала к воротам. Проскочила их, на ходу поприветствовав стражей — двух молодых гномов. Крикнула, что она на тренировку и шмыгнула в лес. Быстро пошла к ручейку. Балансируя на камне, разулась и дальше пошла по воде. Пожалела, что не забежала в комнату брата, и не взяла его лук. Потом подумала, что брат мог бы ее задержать, или в коридоре она наткнулась бы на мать, или, еще хуже, на отца и его приятеля. Выбралась на крупный валун, обулась. Перепрыгнула на другой валун и потихоньку перебралась на другой берег. С камня она перелезла на дерево. Дерево росло около невысокой скалы. Девушка, балансируя в воздухе руками, пробежала по ветке, перебралась на скалу и, цепляясь руками и ногами за выступы, поползла вверх. Она знала, что дальше скала будет довольно пологой и можно, не оставляя следов, спуститься в лес. Пусть тогда ее ищут сколько угодно. Выйти замуж за этого старика. Быть придатком к сковороде и бадье с грязным бельем. Вспомнила уставшее лицо своей подруги, которая в прошлом году вышла замуж и уже родила первого ребенка. Постоянный писк этого самого ребенка и прибавила ходу.

Дана решила идти, сколько сможет. Небо затянули тучи и начал накрапывать дождик. Это прибавило оптимиз-ма. Ее соотечественники, в большинстве своем, были плохими следопытами. Охотник Трай и его Побратим-ми-ури утром ушли на охоту и сегодня скорее всего не вернутся. Двое других наоборот, только что вернулись с большой и тяжелой добычей и ради такой мелочи, как строптивая девчонка брести опять в лес не будут. Отец и новоявленный жених без их помощи по следу не пойдут. Навыка такого нет. Скорее всего дойдут до ручейка покрутятся и пойдут обратно. Решат, что она побесится, побесится, а когда оголодает сама вернется. Дождь усилился, Дана закуталась в свой толстый кожаный плащ и пошла в сторону Подгорья Русобородых. Ее бабка по матери была оттуда родом, и девушка надеялась, что покрутится около своих родичей. В крайнем случае станет к наковальне. Замуж ей как-то не хотелось и такой шаг она оставила на самый крайний случай. К ней засылал сватов Уйлин, приходившийся ей дальним родственником и бывший ненамного старше. Лучше уже он, чем папашин друг.

Темный от туч день довольно быстро перешел в такой же темный и мокрый вечер. Дана начала задумываться о ночлеге. Проснулась она рано, потом тренировка, потом неудавшееся сватовство, потом побег и скудный пере-кус. Зверски хотелось есть, а от усталости начали закрываться глаза. Девушка оглядывалась на предмет чего-то подходящего. Совершено стемнело, луна через толстый слой облаков пробиться не могла, и девушка уже почти ничего не видела.

Однако углядела прямо впереди что-то темное и большое. Вынула из-за пояса секиру и тихонько подкралась поближе. Это оказался шалаш. Видимо охотники для себя поставили. Дана тихонько залезла внутрь, достала из

кармана отложенные отдельно три огненных палочки. Чиркнула одной по небольшому шероховатому камешку. В неровном свете маленького огонька разглядела ложе и круг из камней с двумя рогатыми палками, вкопанными вертикально и одной поперечной. Даже небольшой котелок висел. Но варить Дане было нечего. Лук остался дома и подстрелить что-либо не представлялось возможным. Гномка достала еще один кусок ветчины, большой ломоть хлеба, флягу с водой и поужинала. Потом поплотнее завернулась в плащ, подложила под голову мешок и уснула. Спала она спокойно, никто ее не пытался съесть, никто не посягал на шалаш лишний раз оправдывая по-говорку: «Дуракам везет». В лесу кроме хищников разных видов и размеров бродили шайки разбойников всех рас и обоих полов. Дана об этом даже не подумала и никакие кошмары, и страхи ее не мучали.

Проснулась она от того, что солнечный лучик пощекотал ей нос. Девушка чихнула и открыла глаза. Вспомнила, где находится. После немудреного утреннего туалета перекусила остатками ветчины и хлеба, запила водой и выбралась наружу. Солнце уже начало пригревать, Дана сняла плащ, потом снова набросила на плечи. Пусть окончательно просохнет. По солнцу скорректировала направление и пошла дальше.

Приближался полдень. Плащ скатала в толстый сверток, повесила на плечо, придавила ремнем сумки для удобства. Солнце, стоявшее в зените, ощутимо припекало. Вода в фляге закончилась и назрела необходимость ее пополнить. Дана остановилась и прислушалась, не журчит ли где ручеек. Это ее и спасло. Воздух в нескольких шагах от нее задрожал, потом замерцал светящимся овалом и в него вбежали двое высоких мужчин. Что-то в их облике было странным и девушка, повинуясь какому-то подсознательному порыву, вынула из-за пояса секиру. Один их мужчин сказал: — Ургу, хватаем ее и назад. Хозяин будет рад такой добыче. Женщины гномов редко бегают сами по лесу и поймать их тяжело. — Второй молча кивнул и шагнул к девушке. Дана стала в боевую стой-ку и поудобнее перехватила рукоять секиры. Мужчина ухмыльнулся, сверкнув дву-мя недлинными клыками на нижней челюсти и попытался оглушить девушку ударом кулака. Дана взмахнула се-кирой, попала по стальной бляхе на кожаном наруче. Руку не отрубила, но сосколь-знувшее лезвие прорезало толстую кожу на наруче и весьма ощутимо разрезало руку. Нападавший взвыл и зажал второй рукой порез. Меч он выпустил и тот упал на траву. Дана снова стала в стойку.

— Ах ты, зараза. Я сейчас те-бя… — взвыл уцелевший и насел на девушку, правда, наученный горьким опытом напарника руки не протяги-вал, а попытался достать мечом. Орудуя мечом и на-чиная закипать выкрикнул:

— Я сейчас загоню ее к тебе, а ты перестанешь нянчить свою царапину и набросишь на нее сеть.

Ургу, ругаясь сквозь зубы, расправил сеть и начал заходить с левой стороны. Дана описала секирой блестящий круг. Ургу притормозил. Его напарник попытался выбить у девушки мечом секиру из рук. Дана ухитрилась отбить меч и с разворота рубанула по Ургу. Не попала, но сеть разрезала, что вызвала новый поток ругани.

— Фоб, может, ну ее? Провозимся с этой сумасшедшей и упустим основную добычу, — Ургу рыкнул и отошел в сторону, разглядывая порванную сеть. Дана подумала, что случай ее свел с орками, но они были какими-то не такими, неправильными. И ниже, и не такие мощные. И что-то было в их внешности странное, а что, гномка никак не могла сообразить. Фоб снова насел на нее и пришлось сосредоточиться на бое. Ургу, связавший узлом порванную сеть, начал подкрадываться сбоку. Дана отвлеклась на него и чуть было не пропустила удар Фоба, в последний момент увернулась, но меч успел черкануть по предплечью. Девушка отскочила к дереву. Еле успе-вала отбивать выпады Фоба, краем глаза увидела, что Ургу размахивается с намерением накинуть на нее сеть. Пригнулась и шмыгнула под низкую ветку. Сеть накрыла ветку и запуталась. Фоб опять наорал на незадачливого помощника, кроя того на чем свет стоит. Дана за это время отбежала в сторону, к более густо растущим де-ревьям. Сетью там размахивать будет совсем неудобно. Фоб погнался за ней и попытался черкануть по ногам мечом. Дана кое-как отбила удар и чуть не выронила секиру. Кровь из раны стекала по руке на рукоять секиры. Ладонь скользила, и девушка еле удерживала оружие. Дана поняла, что еще немного и ее либо подрежут, либо

накроют сетью. Подумала, что может быть она зря погорячилась? Но исправить уже ничего было нельзя, и Дана решила хотя бы подороже продать свою жизнь. Бежать было бессмысленно. Рослые, длинноногие мужчины легко ее догонят. Девушка обтерла ладонь об штаны, кое как обтерла листьями рукоять секиры, стала между двух близко растущих деревьев и приготовилась к бою. Ждать долго не пришлось. Фоб выскочил из кустов прямо перед ней, а неподалеку хрустели ветки под ногами Ургу.

Глава 8. Бой с орко-эльфами

Кулуриэн сверился с картой и махнул рукой в нужном направлении. Ратчер хмыкнул и спросил: — А ты, уверен, что нужно наведаться к Русобородым?

— Уверен. Старейшина Подгорья даже ходоков к нам направил. Не поленились через Ворота Миров в Златоград перейти. Его брат, племянник и еще двое вместе с несколькими горшочками Крови Земли пропали. Как сквозь землю провалились. А ведь шли не лесом. По гномьим тоннелям. Там есть речка подземная. Гномы ее приспо-собили, чтобы к Молотам быстро добираться. Так вот. Троица по реке плыла. Кто и как их мог украсть –совершен-но непонятно. Этим делом Лердин занимался. Переходил к Русобородым. Гномы его по подземной реке пока-тали, хотя обычно чужакам такое удовольствие недоступно. Там тоннель в скалах. По нему река течет. Кругом отвесные стены. У Молотов небольшой причал, к которому причалить можно. У Русобородых, такой-же. Скорее всего тот же похититель, что и Сиятельную украл. Но, как? Как похитить лодку с четырьмя вооруженными гнома-ми из тоннеля? Мне ни одного варианта в голову не приходит.

— А я почему об этом не знал? — не отставал Ратчер.

— Роард запретил говорить кому-либо. Гномы какое-то оружие придумали. Что-то такое мудрили. А самые главные пропали. Об этом пронюхали и доложили всю историю Владыке Междугорья. Лердин мне на всякий случай рассказал. Говорит, чует моя задница, что это все одна история.

— Вот это влипли. Жалко, миури с нами нет. Он бы мог что-то учуять, — пробормотал Ратчер.

— Он чует до определенного расстояния. А мы даже не знаем, где нюхать надо. Я ни какими эликсирами и магией воспользоваться не могу. Даже примерно не представляю, что нужно делать, — Кулуриэн вздохнул и посмотрел на помрачневшее небо, — нужно где-то дождь переждать. Все равно скоро совсем стемнеет.

Серые Плащи ускорили шаг. Ничего не попадалось и пришлось поставить палатку. Разожгли небольшой костерок внутри, повесили над огнем котелок и тут забарабанил дождь. Поужинали и улеглись спать. Проснулись рано. Только-только начало сереть. Быстренько перекусили и пошли дальше, благо дождя уже не было.

Компания юных магов быстрым шагом шла через лес, ведомая Бураном. Он чуял запах Серых Плащей совсем близко. Торвин сказал, пора прекратить игру в прятки и присоединится к ним. Отсюда уже обратно не отправят. Марвин предложил устроить «неожиданную встречу» утром. Начинал накрапывать дождь и нужно было срочно ставить палатку и набрать хвороста, пока не намок. Утром Буран принюхался и ругнулся. Ветер поменялся, и он перестал чуять Ратчера и Кулуриэна. Решили идти по следам. Направление примерно представляли. Сверились с картой. Торвин высказал предположение, что они идут к Подгорью Русобородых.

— И что они там забыли? Земли Ясеней южнее., — буркнул Марвин.

— «Может быть у гномов тоже кто-то пропал? Или они что-то видели, о чем мы не знаем», — предположил Буран и тут же навострил уши, — «с той стороны шум драки, и опять пахнет орко-эльфами. Ветерок сносит запах, но чуть-чуть есть. Ого! Гномом запахло и кровью. Они кого-то ловят!» — Вся компания помчалась следом за миури. Торвин отцепил от пояса секиру, Марвин взялся за меч и забормотал какие-то заклинания. Шум усилился и вот уже не только миури слышал шум драки и вопли орко-эльфов. Затрещали ветки, донеслись вой и отборная ругань. Все вылетели на полянку. В дальнем ее конце один орко-эльф размахивал над головой сетью, а другой тыкал в кого-то мечом и ругался. Друзья подбежали поближе. Торвин углядел взметнувшуюся толстую косу и заорал: — Вы, гады, отойдите от девушки!!!

Орко-эльфы обернулись. Один из них, тот, что с мечом пошел навстречу парням. Тот, что с сетью обернулся, неожиданно взмахнул руками и свалился лицом вниз. Из его спины торчала секира.

— Ах ты, тварь!!! — заорал мечник и бросился на девушку. Торвин мешкать не стал и метнул в него свою секиру. Орко-эльф услышал свист, успел обернуться и инстинктивно прикрыть рукой лицо. Секира Торвина врубилась ему в руку. Раздался громкий треск и истошный вопль. Подлетевший к орко-эльфу Марвин выкрикнул закли-нание и тут же рубанул мечом. Неожиданно сверкнуло около запястья орко-эльфа и Марвин, отлетев от него на пару шагов, приземлился на задницу, держа в вытянутой руке меч. Орко-эльф с рычанием бросился на него размахивая мечом. Марвин успел встать на одно колено и попытался отбить удар. Вдруг орко-эльф резко пол-етел веред. Это Буран, разогнавшись, ударил его плечом под колени. Марвин попытался ткнуть противника мечом, но попал по защитной пластине на груди. Меч отлетел, а орко-эльф с ревом и руганью начал подни-маться. Вдруг из кустов метнулась смазанная тень, засвистело, зазвенело и вот уже обезоруженный орко-эльф стоит на коленях, а над ним навис Кулуриэн, приставивший к его горлу скимитары на манер ножниц.

— Кто такой? — эльф чуть надавил, по горлу его противника потекла струйка крови.

— Фоб, — прохрипел он и сглотнул, стараясь не порезаться еще больше.

— Это орко-эльф. Он и его ныне покойный дружок выкрали Сиятельную и наших друзей, — Марвин вложил меч в ножны и подошел к Кулуриэну. Торвин обнимал за плечи крепко сложенную рыжеволосую гномку и что-то у нее выспрашивал.

Буран подошел поближе и стал около Ратчера. Последний достал из рюкзака наручники и защелкнул их на запястьях орко-эльфа. Буран прикрыл глаза, потом сделал несколько шагов по поляне и поддел выпущенным когтем какой-то предмет. Положил его на пенек. Вернулся, взял еще какой-то предмет и положил его рядом. Подвигал их лапой, вздохнул, посмотрел на Кулуриэна. У того в голове зазвучал приятный низкий голос: — «Мне кажется, портал открывали при помощи именно вот этого браслета, но он безнадежно сломан и как теперь по-пасть к хозяину этой парочки, неизвестно».

Фоб подергал наручники и скривился. Кулуриэн хмыкнул и предупредил его, что чем сильнее он дергает, тем сильнее браслет будет сдавливать руки. Пленник зыркнул на него, но промолчал. Меч Фоба прихватил хозяйст-венный Торвин. Ну, какой гном бросит хорошее оружие?

Кулуриэн потер рукой подбородок и сказал: — Ратчер, осмотри второго. Если он мертв, то его нужно похоронить, предварительно проверив на предмет магических артефактов. Этот цел, не считая нескольких порезов и ушибов, вполне может идти сам.

Ратчер пошел к лежащему, рядом стал Буран и прислушался: — «Он мертв. Сердце не бьется, дыхания нет. Вы-дерни секиру, отдай девушке, нам понадобится любое оружие. Я сейчас помогу тебе вырыть яму», — миури копнул лапой в одном месте, потом в другом, кивнул сам себе и начал быстро выгребать лапами землю. Ратчер присоединился к нему с маленькой лопаткой в руках. Подошел Торвин, подрубил секирой мешавший кустарник. Через полчаса все было кончено. Второго пленника поставили на ноги и пошли в сторону Подгорья Русобородых. Обломки браслета Кулуриэн забросил с свой мешок.

Далеко не ушли. Торвин заявил: — Господин Кулуриэн, нам нужно остановиться. Перевязать рану Даны и поку-шать не мешает. Заодно этого допросим.

Эльф помолчал, потом кивнул. Снял с плеча сумку, порылся в ней и сказал: — Дана, подойди. Я перевяжу рану. Я не лекарь, но кое-какие снадобья и мази у меня есть. А вы, поставьте палатку. Не нравится мне эта туча.

Ратчер и Марвин засуетились вокруг более вместительной палатки Серых Плащей. Рядом поставили маленькую палатку юных магов. Для Даны. Торвин и Буран принесли хворост. Вернее, охапку нес Торвин, а Буран в его сумке тащил грибы, ставшие приятным дополнением к обеду. Кухарил гном. Сказал, что это его маленькое хобби, а Дане нужно подлечить руку. Последняя стрельнула на него глазками и промолчала насчет своих кулинарных талантов. Вернее, отсутствия оных.

Фоба дополнительно связали еще и эльфийской веревкой Кулуриэна. Рот не затыкали, и он поносил всех на чем свет стоит. В запале пригрозил, что господин Харга поотрывает им всем задницы. И воинов своих пришлет ему на помощь. Вот только вычислит, где они. Буран переглянулся с Кулуриэном. Эльф взял обломки браслета, покрутил их, сложил вместе. Прислушался к ощущениям. Буран тоже. Подумав немного миури сказал: — «Их нужно как-то нейтрализовать. Мне кажется они могут подавать сигнал, по которому нас найдут. И мы можем не справиться с теми, кто вывалится через портал. Я почую портал, но что если его откроют очень далеко и устроят нам ловуш-ку?»

Кулуриэн кивнул и полез в свою бездонную сумку. Скорее всего, на нее было наложено заклинание простран-ственного расширения. О чем Буран и спросил у эльфа. Тот кивнул и с уважением посмотрел на миури. Потом взял небольшой флакончик с опалесцирующей жидкостью. Он был закрыт плотной пробкой, к которой изнутри крепилась маленькая палочка. Этой палочкой он нанес немного жидкости на обломки браслета и что-то бормот-нул. Буран почувствовал, как магнитный фон сильно повысился и тут же пропал. Совсем. Он не ощущал ни брас-лета, ни эликсира. Поурчал и кивнул.

К ним подошел Марвин и спросил: — Господин Кулуриэн, у вас нет зелья, развязывающего язык? Мне кажется, Фоб знает гораздо больше того, что он выкрикнул со злости. До него дошло, что он болтает лишнее и теперь молчит. Ратчер попытался его допросить, но он отвернулся и сидит с видом героя, гибнущего за идею.

Эльф хмыкнул, порылся в сумке, выудил оттуда еще один флакончик, махнул рукой Марвину и сказал: — Пошли. Сейчас проведем эксперимент.

Они подошли к лежащему на земле орко-эльфу. Рядом сидел Ратчер и изводил его своими вопросами и издевками по поводу внешности. Болтал, все, что приходило в голову, лишь бы взбесить собеседника. И вот он ляпнул: — А как твоя мама-эльфийка с орком познакомилась? Или наоборот. Орчанка с эльфом. Как, ты, полу-чился, такой красивый?

Тут Фоб не сдержался и заорал: — Не смей трогать мою мать! Харга насильно сделал ей детей. Он много чего сделал. Мама умерла, когда рожала пятого ребенка. Он сделал расу непобедимых воинов! Вы, еще с ними встретитесь. Ваша девка тоже в ход пойдет! — и прикусил язык. Понял, что проболтался. Попытался лягнуть ногой Ратчера, но только веревку туже затянул.

Все переглянулись. Эльф кивком головы указал на палатку. Все набились туда, включая Дану. Девушка благора-зумно молчала, прекрасно понимая, что она вляпалась в приключение. Смертельно опасное приключение. Хотя… Дана стрельнула глазками на Торвина. Молодой гном ей понравился и особого желания с ним расставаться у девушки не было. К тому же, она вспомнила о подземном тоннеле, по которому папенька с женихом легко попадут к Русобородым. Папка не дурак. Он вспомнит о родичах своей тещи. Идти туда смысла не было и Дана даже порадовалась, что оказалась втянутой в приключения. Даже опасные. Все лучше новоявленного жениха.

Кулуриэн строго посмотрел на юных магов и сказал: — Я так понимаю, что вы, все же не послушались разумного совета и влезли в эту авантюру. Я не спрашиваю, как вы перешли. Вспомнил крупного белого пса в кустах около Ворот. Умный ход. Отправлять вас назад нет смысла. Вы, или попадете в лапы этого Харги, или еще куда-нибудь вляпаетесь. К тому же, я оценил способности Бурана. Так что, вы, идете с нами. Теперь подведем итоги. Мы зна-ем, что существует некий сильный и беспринципный маг, проводящий запрещенные эксперименты над предста-вителями разумных рас. Он обладает большим магическим потенциалом, явно очень большими знаниями и не-известными нам артефактами, и заклинаниями. Возможно так же, что неизвестным нам оружием. Вызвать по-мощь никакой возможности нет. Портал открыть не сможем, артефактов для связи у нас нет, хотя я о них слышал от деда. Придется действовать своими силами. А именно: разведать, где маг находится. Кого-либо спасти или как-то ему помешать мы вряд ли сумеем. Нам нужно собрать побольше информации и доложить Нистольфу. Мы не имеем права вмешиваться, хотя у меня самого руки чешутся. Да, я понимаю, там ваши друзья. Но, мы их не спасем и сами можем оказаться там же, пополнив своими скромными персонами список пропавших. Я сейчас попытаюсь напоить Фоба специальным эликсиром и, применив заклинание, выведать у него где находится этот Харга. Он вообще в нашем Мире или нет. Если не в нашем, дело плохо. Обыскивать все Миры мы не сможем, — Кулуриэн выудил очередной пузырек и пошел к пленнику, на ходу бросив Ратчеру, — приготовься записывать.

Пленник лежал на боку и делал вид, что спит. Эльф сказал Торвину: — Придержи ему голову. — Гном ухватил Фоба за шевелюру на макушке и откинул голову назад. Кулуриэн зажал ему пальцами нос, когда задыхающийся орко-эльф открыл рот, плеснул в него немного эликсира. Фоб сделал вынужденный глоток. Кулуриэн с удобством уселся рядом на пеньке и спросил: — Где находится замок Харги? — и тут же что-то бормотнул. Пленник замотал головой, но вынужден был сказать: — На острове. Вокруг море. Там не только замок. Много разных построек. В одной находятся женщины. В другой — мужчины. Они редко видят друг друга. Мы живем рядом с замком, но входить в него не имеем права. Только если за нами придет посыльный.

— Там есть животные? — прозвучал новый вопрос.

— Да. Они живут отдельно.

— Где живут воины и охрана? — спросил Ратчер. Пленник молчал. Кулуриэн повторил вопрос.

— Я не знаю. Там много построек. Все отгорожены высоким забором. Я видел воинов, только когда нас посылали вместе с ними.

— Воины — люди? — спросил Кулуриэн.

— Да. Только люди.

— «Они владеют магией?» — задал вопрос Буран. Его голос прозвучал прямо в голове пленника, и тот ответил: — Некоторые, такие, как я. Владению магией нас не обучают. Сами что-то пытаемся. Кроме Харги сильных и умелых магов в замке нет.

Все переглянулись. Или Харга не хотел конкурентов или боялся, что кто-то может подчинить его самого. В доп-рос влез Торвин: — А какой расы Харга? Сколько ему лет?

— Я не знаю. Он похож на человека, но по слухам ему около пятисот лет. Люди столько не живут.

— Как попасть в замок? — спросил Марвин.

— Через портал или по воде.

— Браслет открывает портал? — Кулуриэн крутил в руках браслет.

— Нет. Он для связи. Отпустите меня. Я не смогу вас провести туда. Я не знаю, где это. — Действие зелья начало ослабевать. Кулуриэн молчал. Было ясно, что он больше задавать вопросы не будет. Опять влез Марвин с воп-росом: — Как, вы, протащили через портал карету?

Фоб удивленно уставился на него и выдал: — Я не видел никакой кареты. Вы, что думаете, я там один? Таких, как я около двух десятков.

— А куда, ты, пойдешь, если мы тебя отпустим. Ты, слишком заметный. На тебя охотиться начнут, — охарактери-зовал ситуацию Марвин. Фоб молчал. Долго. Потом сказал: — Я пойду с вами. Искать Харгу. Там остался мой младший брат. Мы в одной комнате живем. Остальных братьев и сестер я не знаю. Хотя, кажется знаю сестру. Она на маму похожа. Пока мы были очень маленькие, жили с мамой. Потом нас забирали. Я хочу найти братьев и сестру и уйти вместе с ними от Харги.

— «Так он вас и отпустит. Что бы, вы, смогли уйти, нужно убить Харгу. Мне кажется, других вариантов он нам не оставит», — сделал вывод Буран. Фоб помрачнел еще больше, потом протянул Кулуриэну связанные руки: — Я пойду с вами и попытаюсь помочь. Я не вру. Я давно хотел сбежать, но боялся, что тогда Харга убьет брата.

Все переглянулись. Кулуриэн барабанил пальцами по рукоятке скимитара и о чем-то напряженно думал. Потом кивнул сам себя и явно на что-то решившись сказал: — Фоб, у меня есть одна идея, но ее реализация целиком за-висит от тебя. Я прикреплю к твоей одежде магическую метку. Как она действует и зачем нужна тебе знать не на-до. Просто никогда ее не снимай. Я сейчас сниму заклинание с браслета, и он сработает. Харга вышлет тебе помощь. Мы спрячемся, а ты, скажешь, что мы убили твоего напарника, сильно ранили тебя, но ты сумел от нас оторваться. Уйдешь вместе с отрядом. А мы по метке отыщем тебя. И тогда подумаем, как вас вытянуть. Согла-сен?

Фоб кивнул и опять протянул скованные руки. Ратчер вопросительно посмотрел на эльфа. Тот полез в свою бездонную сумку. Вытянул маленькую коробочку, вынул из нее что-то и отвернув воротник куртки Фоба, при-крепил. Потом сказал: — Срочно соберите палатки и отходим вон за те деревья. Там внизу густые кусты. Больше спрятаться негде. Фоб, возьми браслет и оставайся тут.

Быстренько собрали палатки и почти бегом двинулись в сторону деревьев. За ними оказалась небольшая полянка, на ней снова поставили палатки и стали ждать. Пошел мелкий дождик. Фоб стоял там, где его оставили и оторванным от рубашки лоскутом перевязывал длинный порез на запястье. Около часа ничего не происходило. Начало темнеть. Вдруг Буран навострил уши и тронул Ратчера лапой, тот дотронулся до руки Кулуриэна. Все притихли и даже перестали дышать. Открылся портал и из него выскочили трое закован-ных в броню воинов и один орко-эльф, очень похожий на Фоба только лет на пять моло-же. Они сразу же подбежали друг к другу и о чем-то возбуж-денно заговорили. Воины настороженно оглядывались вокруг, один что-то сказал, Фоб ответил. Воин снова заговорил, уже громче, но слова разобрать не могли. Буран передал, что вроде бы воин назвал Фоба предателем. Заподозрил что-то? Фоб подошел к брату, и они отошли от воинов. Фоб обна-жил меч. Брат попытался удер-жать его руку. Воин выхватил меч и насел на Фоба. Завязался бой. Двое оставшихся воинов схватились за мечи, но брат Фоба, выхватив меч, стал у них на пути. Воин попытался проткнуть мечом Фоба, но тот увернувшись от удара, крутнул-ся вокруг себя и вонзил меч воину в горло. Тот упал. Остав-шиеся двое оттеснили брата. Один из них изловчился, ударил парня рукояткой меча по затыл-ку, тот осел, был подхвачен под руки и втянут в портал, который закрылся за воинами. На поля-не остались Фоб и труп. Фоб перевернул его, хотел взять меч, потом бросил сверху и быстрым шагом пошел к палаткам.

Его встретил недовольно нахмурившийся Кулуриэн. Фоб сразу же начал говорить: — Они притащили с собой брата. Решили, что я буду сговорчивей. Командир обозвал меня предателем и хотел убить. Я успел передать

метку брату и сказал, чтобы не снимал ее. Командира пришлось убить. Я не знаю, что теперь будет с братом. Я

иду с вами. Может быть Харга и не убьет его.

Кулуриэн кивнул и сказал: — Главное, что ты, передал метку. Вот карта Фэриленда. Не совсем точная, но, что есть. А вот и маячок. Океан Штормов, Ведьмин Котел. Веселенькое место. Насколько я знаю, там частые бури, к тому же пропадают корабли. Их потом находят посреди океана. Без команды. И остров там есть. С таким же многообещающим названием «Копыто Шкора». Довольно большой остров, но высаживаться на нем никто не

хочет. Смельчаки пропадают так же, как и команды кораблей. Причем не одно столетие. Похоже, ты был прав,

когда сказал, что Харга живет уже лет пятьсот.

— Как же мы туда попадем? Ворот там наверняка нет. Открывать порталы никто не умеет. Остается нанять корабль, но кто согласится туда плыть? Что делать будем? — Ратчер вопросительно уставился на свое прямое начальство.

Глава 9. Неожиданное решение животрепещущего вопроса.

— Дана, ты из какого Подгорья? — спросил Кулуриэн, как бы мимоходом, жуя при этом травинку.

— Из Подгорья Мифрилового Молота, — девушка заподозрила, что эльф не просто из любопытства спросил, а преследуя свою вполне определенную цель, но придумывать что-либо правдоподобное она не успевала и сказала правду.

— Хм, так оно довольно далеко отсюда. Подгорье Русобородых намного ближе, — эльф спокойно посмотрел на девушку, не выказывая ни чрезмерного любопытства, ни явной заинтересованности.

— У меня бабушка из Русобородых. Я в гости шла. К родичам, — Дана решила говорить почти правду. Так сама не запутается, и небольшое вранье не будет заметно. Кулуриэн был эльфом, а все эльфы, считала гномка, поголовно маги и любую брехню раскусят враз.

— А почему, ты, подземным тоннелем не воспользовалась? — задал вполне невинный вопрос Кулуриэн.

— Кто я такая, чтобы из-за моего желания повидаться с родичами лодку через тоннель посылали. На ней, в основ-ном, Старейшины плавают или уважаемые длиннобородые по важному делу плывут к соседям. Не станет никто ради девчонки голову морочить, — Дана опять сказала сущую правду, а Кулуриэн для себя сделал вывод, что де-вушка не только своенравна, но и умна. Она сразу сообразила, что вопросы не спроста заданы и врать магу бес-полезно. Поэтому говорит очевидные вещи, но совсем не то, что он хотел бы знать. Эльф улыбнулся и сказал:

— Дана, от кого ты сбежала? Что могло такого произойти, чтобы девушка гномов бродила вдалеке от родных гор одна. Не смотря на твое очевидное боевое мастерство, ты, путешествовала по лесу без сопровождения мужчины или, хотя бы, миури. При всех своих достоинствах, гномы — плохие следопыты и стараются с лесными дебрями дел не иметь. Не их это.

Дана закусила губку. Сказать правду? Вдруг ее назад отправят, хотя, какая разница эльфу и его товарищам, сбежала она или нет. А Торвин… Вроде бы она нравится ему, а вдруг у него есть невеста или он уже женат. Кулуриэн улыбнулся: — Дана, я хоть и посредственный ментальный маг, но такие четкие мысли даже я прочитаю. Торвин не женат, дамы сердца у него нет, учится в Академии Магии, и ты, ему явно нравишься, хотя он скорее язык себе откусит, чем членораздельно скажет о своих чувствах. Так, что говори. Мы не на прогулке и можем попасть в смертельно опасную ситуацию, из которой некому будет нас вытягивать. Не смотря на приказ только разведать и не вмешиваться, мне будет стыдно бубнить Нистольфу оправдания, ссылаясь на его указания и прочее. На меня снова будут насмешливо коситься наши керры и презрительно называть за глаза лабораторной крысой. Надоело такое отношение, так что, невзирая на очевидное неблагоразумие подобного поступка, обратно за помощью я не побегу. Ратчер, насколько я его знаю, тоже, а компанию студентов спасет от отчисления только триумфальное возвращение. Мы — Серые Плащи и расследуем таинственные похищения. Фоб — результат запре-щенных экспериментов над разумными. В качестве наказания за такое преступление предусмотрена смертная казнь. Я думаю, что Харга об этом знает и драться будет до последнего, а нас слишком мало. Боевой магией никто не владеет, я — Мастер Мечей, Марвин — некромант, он талантлив, но опыта маловато и, встретившись с сильным противником, может проиграть. Если не придумаем какую-нибудь хитрость, то мы — покойники или подопытный материал. Я бы предпочел, все же, первый вариант.

Дана некоторое время шла, опустив голову, потом зыркнула на Торвина. Гном исподтишка наблюдал за ней. Увидев в ее глазах вопрос, шагнул к девушке, приобнял ее за плечи и сказал: — Дана, ты всегда можешь рассчи-тывать на мою помощь, — увидел отразившееся на лице девушки разочарование, смешанное с горькой обидой и набравшись смелости тихонько пробубнил, — ну, это… ну, нравишься, ты, мне, я… ну… ну, если выберемся живы-ми… того… ну… это… женюсь на тебе. Если, ты, хочешь, — и громко выдохнул, как из воды вынырнул. Дана расцвела, как роза и сама себе удивляясь быстренько поцеловала Торвина. Зыркнула на остальных. Все шли и улыбались, даже Фоб, но улыбались как-то так понимающе и с одобрением.

— Я от жениха сбежала. Папка приволок какого-то своего друга. Я его раньше не видела никогда. Он не из нашего Подгорья. Я поняла, что папка ему за что-то должен и решил отдать меня в жены в счет погашения долга. А этот… жених… он старше папки, противный такой и ему не жена нужна, а кухарка и поломойка. Я знаю обязанности жены, но не с таким уродом. В общем, я сбежала. Схватила свои вещи, оружие и сбежала. Наши охотники только вернулись с добычей, устали и в лес за мной никто не пойдет. А папка, плохой следопыт. Он рядом с Главными Воротами заблудиться может. Вот я в лес и рванула. Ночь провела в каком-то шалаше, а утром на меня эти двое насели. Если бы не вы… Спасибо, что спасли меня. Я… Ну, некрасиво это, даже еще не поблагодарила вас, — и гномка как бы невзначай придвинулась поближе к Торвину. Кулуриэн хмыкнул. Выплюнул травинку, которую мусолил во рту и сказал: — При таком раскладе, я бы тоже сбежал. Я и сбежал, правда, не от женитьбы. Но, мне понятен мотив твоего поступка. Обратно тебя никто не отправит. Так, что придется тебе слушаться меня, как начальника. Ты, теперь член нашего отряда. То, что ты, можешь драться я уже понял. Кухонным премудростям тебе тоже придется научиться. И не потому, что ты, женщина, а потому, что кухарить будут все по очереди. Особой любви к этому никто не испытывает, а жрать хочется.

Дана радостно закивала и сказала, что готова учиться всему, что еще не умеет. Кулуриэн вздохнул, но подумав, решил, что эльфийки-воины никогда не были балластом в отряде. Почему бы и гномке не стать нужным членом маленького отряда. Тем более, что лишний топор им не помешает, а Фоб, хоть и хороший воин, как поведет себя в критической ситуации и на чью сторону встанет… Ожидать от него можно чего угодно.

Во второй половине дня устроили привал. По дороге подстрелили оленя, которого выгнал на них Буран. Дана вместе со всеми старательно разделывала тушу и жарила мясо, хотя чувствовалось отсутствие навыка, но име-лось рвение. Передохнули, тем более, что пошел меленький занудный дождик. Переждали его в удачно под-вернувшейся пещере. Торвин покрутил карту и сказал: — Похоже, что это уже южные отроги Гор Снежного Барса. Восточнее, земли Рода Серебряного Ясеня, а южнее можно выйти к Океану Штормов. Западнее начинаются степи и по ним кочуют племена скотоводов. Там делать точно нечего. Если ничего не помешает, то через пару дней выйдут к городку с романтическим названием «Вечный Якорь». Марвин буркнул, что волноваться не-чего, он все-таки некромант. Дана прижалась к Торвину, который, раздувшись от важ-ности и ответственности, за-верил, что боятся нечего, а городок, скорее всего, впол-не обычный. Ну, обозвали его так, черный юмор у кого-то взыграл.

Кулуриэн довольно долго смотрел на огонь, потом кинул быстрый взгляд в сторону Фоба, кивнул сам себе и сказал: — В этом «Якоре» на вечный прикол встал мой давний-давний друг. Сначала мы с ним вместе учились в Академии, потом он был Разведчиком Миров. Однажды, после одного неудачного перехода, ли-шившись своего напарника-Побратима, Серкиер из Рода Снежного Барса, осел в городке. Через какое-то время, придя в себя после потери, он сколотил команду, и его шхуна «Иррг» возила товары туда, куда обычно никто плыть не хотел.

— «Иррг»? Что-то знакомое. Вот крутится в голове. И не корабль это. Разведчик Миров… Иррг… Кирг Сертер!!! Легендарный Счастливчик Кирг и его Побратим Иррг, побывавшие в таких Мирах, в которые многие даже нос сунуть боялись! — Ратчер аж подпрыгнул на месте, приподняв макушкой парусину палатки, — Кулуриэн! Ты, знаешь Кирга?! Почему не говорил никогда?! У меня столько вопросов! — Ратчер уронил перед носом Бурана свой кусок. Миури покосился на взъерошенного парня, понял, что он уже забыл о своем аппетитном куске и без зазрения совести его слопал. Ратчер этого даже не заметил. У него только что пар из ушей не шел. Остальные вопросительно на него смотрели.

— Потому и не говорил, что ты, и тебе подобные мне бы плешь на голове проели своими вопросами, — Кулуриэн уже начинал жалеть о своей откровенности, но делать было нечего. Кирг был единственным, кто, возможно, согласился бы им помочь.

— Кулуриэн, ты хочешь уговорить Кирга отвезти нас на остров! Он нам поможет? Счастливчик Кирг — один из лучших Боевых Магов! Мы, победим. Его команда тоже нам поможет, мы всех спасем, захватим в плен Харгу и вернемся в Златоград! — Ратчер весь сиял, коротенькая бородка стояла дыбом. Марвин и Буран удивленно на него смотрели. Торвин был больше занят Даной и рассказ эльфа особого впечатления на него не произвел, тем более, что он был весьма далек от легендарных героев людей и эльфов. Гномы Разведчиками Миров почти никогда не становились. Боевых Магов среди них было очень мало и те, что были обычно делали военную карьеру в хирде, не покидая родного Подгорья. К тому же, своеобразная внешность и маленький рост делали их весьма заметными, в отличии от людей и эльфов, имевших характерный, для подавляющего большинства разумных рас, внешний вид. Даже миури привлекали к себе гораздо меньше внимания, чем низенький широкоплечий и бородатый гном.

Марвин и Буран сталкивались в Академии с Разведчиками Миров, знали, что многие юные маги мечтали о карьере Разведчика, об их, полных опасностей приключениях ходили рассказы, постепенно обраставшие все новыми вымышленными подробностями. Среди Разведчиков было даже несколько женщин. Марвин припом-нил, что юные некроманты вызывали дух Тариана, известного многим Разведчика Миров, часто бывавшего в техномире, который считался самым опасным и проблемным в плане применения магии. После его рассказа об одном из многих приключений, чуть было не ставшим для него последним, а именно о том, как Тариана чуть было не сожгли на костре инквизиторы, юные маги решили к техномиру и близко не подходить. Было множество других Миров, где отлично работала магия и к магам было весьма уважительное отношение. О похождениях Счастливчика Кирга и его Побратима-миури Иррга тоже ходило много легенд и сказок, но он был жив и поныне, поэтому побеседовать с ним юные некроманты не могли, а дух Иррга почему-то ни на какие заклинания вызова не отзывался.

— Джон, я сказал, что поговорю с Киргом, но я не говорил, что он обязательно проникнется нашими проблемами и захочет плыть к шкорам в гости. К тому же, его попросту может не быть дома. Вменяемого плана действий у нас нет. Вся надежда на брата Фоба и на то, что на острове найдутся те, у кого хватит мужества бунтовать против Харги. Не забывайте, что у него маленькая армия, вполне достаточная, для наших скромных сил. Еще не извест-но, кто такой сам Харга. Если это сильный маг или неизвестная нам нежить, то мы можем с ним и не справиться. Марвин, ты сможешь сразу определить кто наш противник? — Кулуриэн вопросительно посмотрел на парня.

— Смогу, но, если только мы таких «проходили», а если он из другого Мира, я почувствую нежить, но могу с ним не справиться. Если он сильный Боевой Маг или владеет иномирной магией и заклинаниями, то и Кирг может не знать, как его убить. Вряд ли, вы, сможете привезти его в Златоград живым. Хоть бы суметь уничтожить и вызволить пленников.

— Это тоже не плохой вариант. Если мы еще все выживем при этом, то будет совсем хорошо, — Кулуриэн уселся поудобнее, — предлагаю сегодня уже никуда не идти. Все равно еще идет дождь. Сейчас поедим и отдохнем, а завтра на рассвете идем к «Вечному Якорю».