Это была зима, зима — долгое время в моей стране, когда вся она, такая огромная, становится тесной, сжимаясь со всеми своими лесами и полями до тонкой грязноватой тропинки от подъезда к супермаркету.
2 Ұнайды
Пока еще жив чувашский обычай ниме, когда всей деревней помогают в работе тому, кто нуждается. Не столько обычай, сколько образ совместного проживания. Ниме не только работа, но и небольшое угощение после него, веселые разговоры, как обычно, с одной рюмкой на всех, чтобы замкнуть свой круг. На ниме я никогда не попадал, впрочем, кто позовет гостя чистить хлев? На праздники же звали всегда.
2 Ұнайды
Мой февраль того года, Нарăс, новый день, заканчивался в чувашской деревне, в доме с четырьмя окошками на улицу из таких же точно домов, реже новых, еще реже заброшенных, соединенных, как сшитых, желтой ниткой газовой трубы, особо яркой в синеватых, уже мартовских сумерках.
Бабушки о чем-то разговаривали по-чувашски, я же пересел в кресло и смотрел в синее окно. По улице шел одинокий человек.
— Хăяр, — сказала вдруг бабушка Люба.
— Спасибо, мне больше не стоит, — ответил я.
— Хăяр на улице, — сказала она, — очень сердитый дед, я боюсь с ним здороваться.
— Очень злой, — сказала Тоня.
— Пиде Хояр, — повторил я.
У Хояра недавно сгорел дом, такая же бедная и добротная избушка у старой ивы в начале каскада прудов, какие выкопаны в каждой чувашской деревне для ирригации, гусей и красоты. Ива сгорела еще раньше: в нее попала молния. Неделю назад другое, домашнее, казалось бы, прирученное и организованное электричество оставило в прямоугольнике ф
1 Ұнайды
Первые советские коммунисты меняли человека, семью, общество, но преобразования их сначала не были такими уж масштабными. Лозунги были громкими, а коммунальные коридоры в конечном счете короткими. Не велосипедами же их измерять… Но к восьмидесятым эти коридоры выросли до многокилометровых веток метро, по сторонам которых расходились уже не комнаты, а микрорайоны — с магазинами вместо холодильника, поликлиниками вместо банок с йодом, детскими садами вместо соседских бабушек, жуткими столовыми вместо жутких кухонь. Суть осталась та же, то есть коммуналка. Не дом, а место, чтобы переждать плохую погоду истории. Насколько увеличились ее пространства, настолько же и уменьшился человек, преобразовался. Отсюда любовь москвичей к дачам, к возвращению физиологических масштабов и пропорций.
1 Ұнайды
После Нового года вслед за офисом я должен был перебраться в один из небоскребов Москвы-Сити, в место, ставшее для многих тридцатипятилетних москвичей неизбежным и неудобным, как новая зубная пломба. Как-то я даже заблудился в переходах этого ветреного полигона чужих амбиций.
1 Ұнайды
К счастью, государству с его строгими службами неприемлемо дорого обходится присутствие в тех деревенских мирках, что со всеми подробностями без остатка умещаются в экран навигатора.
1 Ұнайды
У меня нет моего маленького города, куда я мог бы вернуться, если бы у меня не сложилось с карьерой, с семьей, здоровьем, законом…
1 Ұнайды
Окраины империи иногда находятся в самом ее центре.
1 Ұнайды
Принудительная изоляция оказалась для меня высвобождением.
1 Ұнайды
Глава республики Игнатьев, длинный худой мужчина, на торжественном построении заставил коротышку майора прыгать за ключами от новой пожарной машины и вскоре с позором был отправлен в отставку президентом России, человеком тоже невысоким. Губернатор, небывалое дело, подал на президента в суд, а потом заразился коронавирусом и умер. Похоронили с почестями, как положено, но гостей при соразмерных должностях и погонах не было. Гоголевская история.
1 Ұнайды