Наткнулась на книгу совершенно случайно. Случайность эта вышла из тех, за которые благодаришь судьбу. Я выросла "на поселке", от моей школы до той самой Площади Победы минут 15. В 17 лет я уехала в Москву учиться, в этом году заканчиваю ВУЗ и возвращаюсь в родные Чебоксары, потому что у мамы проблемы со здоровьем, да и потому что просто хочу обратно, туда, где я своя, туда, где "обжито". Родители мои из деревни, мамины рассказы о том, как они действительно ловили в темном сарае перепуганных животных за ноги, ещё с детства отпечатались в памяти. По чувашскому народу и его торопливой и богатой на эмоции речи я скучала все четыре года, что жила в столице, и в каждый свой приезд радостно вслушивалась в разговоры родственников о любой ерунде. По Волге и по чувашским пейзажам скучала я ещё больше. Пока читала, почему-то все время хотелось плакать. Такая настоящая у Дмитрия Лукьянова получилась Чувашия, такая трогательная. Особого восхищения заслуживает авторский стиль написания текста, это что-то. В общем, спасибо большое за эту работу! Пысăк тав!
Вспоминаю, как гостила школьницей на летних каникулах у бабушки -в Чувашии, посёлок Ибреси. Помню: ежедневную прополку картошки и сбор колорадских жуков, много вишни в огороде, чай из зверобоя и душистых трав, тысячи лягушек после дождя, сильные ливни и грозы от которых звенели стекла в окнах, коровы, которые сами вечером приходят домой и открывают рогами калитку, грибы, которые с легкостью набирали пройдя по парку, а еще, что самая ходовая обувь -галоши. Я из Казахстана.
Очень душно и без любви. Жене автора сочувствую.
Факты про чувашскую культуру и язык действительно интересны, но, к сожалению, их оказалось значительно меньше, чем я ожидала от книги с названием «Год в Чувашии».
В остальном - сумбурное, на мой взгляд, повествование и неловкие диалоги совсем не откликнулись. Хотелось поскорее пробраться сквозь них и почитать про интересную Чувашию в интернете.
Очень приятное впечатление оставила книга. И ощущение какой-то тоски по тому, как бездарно потеряна история, традиция, забывается язык народностей России. Как вся страна превращается в бесконечные панельки. Прекрасно, спасибо.
7/10
Очень неспешное, почти медитативное чтение.
Афтофикшн и тревелог — замечательное сочетание. Много красивых языковых находок, необычных метафор и ненавязчивого интеллигентного юмора.
Приятное чтение для поздних дожливых вечеров.
Небольшой дебютный роман редактора Дмитрия Лукьянова о годе ковидного локдауна, который он с семьей провел у родственников жены в Чувашии: в Чебоксарах и одном из окрестных сел. Охватывает промежуток от января до января – в чувашском земледельческом календаре месяцев не 12, а 13, примерно как в лунном.
Жанрово и стилистически это смешение автофикшена, эссеистики, очеркистики, этнографических заметок, магического реализма. Звучит пугающе, но на самом деле все здесь органично соединено и читается комфортно. Герой покупает на трассе жирных копченых лещей, впервые в жизни попадает в пургу, ходит по грибы, ездит на троллейбусе с кондукторшей, которая всех пассажиров маршрута знает. Не становясь частью этой жизни, даже не претендуя на ее понимание, но спокойно и уважительно гладя на нее со стороны. Умиротворяющее чтение.
москвич в ковид несколько месяцев живёт с женой и ребёнком в Чувашии. и конечно, на основе своих открытий пишет книгу о чувашах. у него «все чуваши» – родственники жены (весь миллион?), перековерканы чувашские слова и название (Адал = Волга), ноги у всех женщин, как у оленят, и так далее. много обобщений русского о нерусских. ещё один пример мужской колониальной литературы. написано откровенно плохо. пафос в стиле «как-то я даже заблудился в переходах этого полигона чужих амбиций». я тоже заблудилась. амбиций автору не занимать. кривоватым языком автор хотел передать, как плохо чуваши говорят по-русски? но автор-то москвич. казалось бы, должен владеть словом) впрочем, он любит слово «впрочем».
Я чувашка. И поэтому я ещё что-то поняла в этой книге, о чем-то поностальгировала. Но не думаю, что абсолютно не знакомому с Чувашией и чувашами человеку будет интересно. Больше всего понравилась глава про декабрь, остальное почти не зацепило
