автордың кітабын онлайн тегін оқу  Уровень «Человек». Храм в тебе

Алексей Козлович

Оглавление

Пролог. Как я пришёл к этому

С раннего детства меня мучил один вопрос. Не то чтобы мучил — скорее, звал. Интересовал. Не давал покоя.

Кто такой Бог?

Насколько я себя помню, я всегда искал ответ. Всё началось с бабушки. Её звали Вера. И она действительно была верующей — не на словах, а на деле. Каждое утро к шести часам она уходила в церковь. Держала посты. Каждый день начинала с молитвы. Она прожила долгую жизнь — девяносто восемь лет — и даже когда здоровье уже не позволяло ходить в храм, она всё равно молилась каждое утро. Постилась. Не пропускала.

Когда я был маленьким, родители много работали, и я часто оставался у бабушки. Другим детям читали сказки. А мне бабуля читала Евангелие для детей. Рассказывала притчи. Чудесные истории. Так я ещё до школы узнал все чудесные деяния Христа. Как вода становилась вином. Как он ходил по воде. Как накормил тысячи людей несколькими хлебами. Как воскресил Лазаря. И конечно — как воскрес сам после смерти.

Это было удивительно. И интересно. Я слушал и верил. Потому что бабушка не врала. Она сама жила так, как верила.

Этот интерес я пронёс через годы.

Когда подрос, когда вернулся из армии, я продолжил исследовать. Но теперь одной христианской веры мне уже не хватало. Я стал сомневаться. Как неверующий Фома, я хотел потрогать руками. Понять не на веру, а на знание.

Мне казалось, что одних бабушкиных рассказов мало. Что это слишком наивно. Слишком по-детски. Я искал что-то более взрослое. Более серьёзное.

Я вспомнил, что до христианства на Руси была своя вера. Свои боги. Род, Богородица, Перун, Велес, матушка Жива, Леля, Ярило. Я начал изучать славянскую традицию. Это было очень интересно. Но источников почти не осталось. То, что есть, не проверено временем. Вызывало сомнения.

Но я знал, что Белые боги севера оставили свои знания в Индии. Они называются Веды. Туда я и отправился дальше — в изучение ведической традиции. Так в мою жизнь пришла йога. Не простая — кундалини-йога. А она хоть и из Индии, но из сикхской традиции. Ещё одна грань.

Раз я занялся этой практикой, мне стало интересно: а что такое сикхизм? Оказалось, что ситхи — это не индусы и не мусульмане. Народ, зажатый между двумя гранями. И вот так, между ними, родился сикхизм с его десятью гуру.

Я живу в Казани. А здесь, как ты знаешь, традиция ислама. Волей-неволей, живя бок о бок, я впитывал и её. Нотки ислама тоже попадали в мои исследования.

Потом добавилась астрология. Я изучал её, и понял: она показывает, какой человек пришёл, для чего пришёл, на что запрограммирован. Астрология хороша, но тоже в меру. Она верна только наполовину, а на другую половину вводит в заблуждение. Как и всё в этом мире.

Так, исследуя разные традиции, я пришёл к тому, что меня интересовало с детства. Я понял: все религии объединены одной сутью. Я стал брать из каждой то, что одинаково, и вычленять общее. Искать суть за формой.

И вот что я увидел.

За всеми религиями стоит одно. А каждая традиция — это своеобразная маска. Она отпечаталась в той или иной местности, под те или иные условия. В засушливой пустыне нужно было рассказать людям о боге одними словами. В лесах — другими. В горах — третьими. Так и образовались разные традиции. А потом из них — религии.

Но у человека всегда должен быть выбор. Поэтому религии ровно наполовину верны. И ровно наполовину вводят в заблуждение. Не потому, что кто-то злой. А потому что так устроена игра. Без выбора нет роста. Без трудности нет развития.

Всё, что мне удалось исследовать за более чем двадцать лет погружения в тему, я рассказываю в своих книгах. Они все называются «Уровень Человек». В каждой книге я подхожу к сути с разных сторон. Эта — очередная попытка. И, наверное, самая личная.

А теперь о Храме.

Я живу в Казани. И вот уже много лет в Старом Аракчино строится необычное место. Храм всех религий. Ещё когда я ездил на электричке, я видел, как он растёт. Пролетаешь мимо — и каждый раз что-то новое. Купола, шпили, минареты. Год за годом. Кирпич за кирпичом.

Но сам я там не был долго.

Потом я познакомился с человеком, который хорошо знал Ильдара Ханова — того, кто начал строить этот храм. Он помогал в строительстве. Он рассказал мне об Ильдаре. О том, какой это был удивительной души человек. Татарин, но пишет иконы. Строит необычный храм. И ещё исцеляет людей.

Прошли годы. Храм рос. Я всё же попал туда. Приехал — и узнал, что строительство продолжает брат Ильдара, Ильгиз. Он же преподаёт там йогу. А ещё там преподаёт моя хорошая знакомая. Так храм стал для меня ближе.

Потом я пригласил практикующих вместе поехать на Светлояр — сильнейшее место. После той поездки храм стал ещё ближе. Я даже как-то попросил у Ильгиза разрешения провести там игру Лилу. Но формат игры — пять-шесть часов, а храм открыт для туристов. Не получилось. Но это так, к слову.

Важно другое.

Храм построен. В него вложена мысль единства религий. Ильдар и Ильгиз Хановы выразили эту мысль в камне, в куполах, в шпилях, в самом расположении залов. А я решил: пусть у тех, кто придёт в этот храм, будет не только визуальное впечатление, но и смысловое. Я добавлю к образам слова. Расскажу о своих исследованиях. Они ведь так хорошо резонируют с самой концепцией этого удивительного места.

Какие смыслы заложены в храме? О чём он? Об этом моя книга.

И напоследок.

Знаешь, почему место выбрано именно здесь? В Старом Аракчино великая Волга поворачивает на юг. Могучая река меняет направление. Так и я надеюсь: ты прочитаешь эту книгу — и тоже сможешь повернуть свою жизнь. Не меняя религию. Не становясь кем-то другим. А просто — заглянув внутрь себя. Найдя там бессмертную частицу великого Творца. И поняв, что ты сам — творец на этой земле.

Это игра. Для тебя. Ты в ней можешь многое.

Часть 1

Глава 1. Двор, где собрались разные традиции

Есть в Казани место, которое трудно назвать просто достопримечательностью.

Сюда едут экскурсии. Едут, потому что красиво. Потому что необычно. Где ещё увидишь такое: в одном дворе — православные купола, мусульманский минарет, буддийская пагода со шпилем, синагога, ведический храм?

Но место это — не музей. Оно живое.

Оно расположено в Старом Аракчино. Здесь Волга делает свой великий поворот на юг. Место не случайное. Те, кто чувствует, говорят: здесь особая земля. Река здесь меняет направление, и кажется, что время течёт иначе. Медленнее. Глубже.

В обычной жизни всё устроено иначе. Там, где есть один храм, рядом не может быть другого. Там, где есть одна истина, всё остальное — ложь. Там, где свои, чужие стоят за воротами. Мир устроен как система выборов. Ты либо с нами, либо против нас. Либо веришь правильно, либо неправильно. Либо спасаешься, либо гибнешь.

Здесь всё по-другому.

Здесь в одном дворе под одной общей крышей стоят православная церковь с куполами и мечеть с минаретом, буддийская пагода, чьи очертания напоминают о совсем других небесах. Синагога. Ведический храм с богами в ярких одеждах. И посередине — Театральный зал, как бы говорящий, что весь мир — театр и одна большая игра. Место без алтарей. Просто сцена. Просто зрительный зал. Просто пространство, где можно сидеть и смотреть. Или не смотреть. Просто быть.

Все эти разные купола, минареты и шпили смотрят в одно небо. Они не спорят. Не доказывают, кто выше, кто красивее, кто ближе к истине. Они просто стоят. Рядом. Каждая на своём месте. И между ними — тишина.

Кто это начал

Строить храм начал один человек — Ильдар Ханов. Художник. Скульптор. Архитектор. Человек, который видел больше, чем мы привыкли видеть. Он не был священником. Не был пророком. Не основателем новой религии. Он был просто человеком, который однажды понял: грани разные, а бриллиант — один.

Он начал строить на своём участке. Кирпич за кирпичом. Купол за куполом. Без государственного финансирования. Без чьих-то благословений. Просто — взял и начал вопреки всему.

Сначала люди смотрели с недоверием, видя непонятную конструкцию. Но тем не менее становилось интересно, и люди стали приходить. Помогали кто чем мог. Кто-то — деньгами. Кто-то — руками. Кто-то — материалами. Кто-то — просто своим присутствием. Потому что каждый в глубине души чувствовал: это место нужно. Не Богу. Не какой-то одной религии. Нам. Людям, которые устали от споров о том, кто ближе к истине.

Ильдар Ханов ушёл в 2013 году. Но дело не остановилось.

Его брат, Ильгиз, продолжил. Тоже художник. Тоже скульптор. Тоже человек, который видит дальше. Он держит этот храм. Держит замысел. Строит дальше.

Как это живёт сейчас

Сегодня здесь не просто стоит необычное здание. Здесь всё движется. Дышит. Днём тут множество туристов со всех концов России и не только.

А по вечерам, когда спадает людской поток, здесь проводят йогу и медитации. Люди приходят, стелят коврики. Дышат. Вытягиваются. Замирают. А над ними — всё это собрание куполов, смотрящих в одно небо.

Храм строится всем миром. Кто-то привозит цемент. Кто-то кладёт плитку. Кто-то просто оставляет деньги в ящик для пожертвований. Кто-то приезжает из другого города, чтобы просто постоять во дворе. Это тоже стройка. Стройка смысла.

Сюда едут экскурсии. Гид рассказывает про единство религий, про Ильдара Ханова, про необычную архитектуру. Люди фотографируются. Удивляются. Спорят. Соглашаются. Уезжают.

Но есть и те, кто возвращается позже, чтобы понять глубже, чтобы помочь, внести свой вклад в общее дело. По разным причинам.

Зачем сюда приходят

Человек входит в этот храм.

Он не знает, зачем пришёл. Может быть, его привело любопытство. Может быть, усталость от споров. Может быть, вопрос, который долго зрел внутри и наконец вытолкнул за порог. Может быть, просто ноги принесли.

Он останавливается у входа. Смотрит.

Он не молится. Не совершает обрядов. Он просто идёт. От одного зала к другому. Входит внутрь. Стоит. Смотрит. Выходит. Идёт дальше.

В православном зале — полумрак, лики святых. Он чувствует глубину. Что-то, что тянет вверх и внутрь одновременно.

В мусульманском — чистота, узоры, ниша, указывающая на Мекку. Здесь другой строй. Порядок. Ясность.

В буддийском — статуи, мантры на стенах, ощущение покоя, который не требует объяснений.

В ведическом — яркость, изобилие, боги в золоте и шёлках, напоминание о том, что мир — это игра сознания.

Он не сравнивает. Он просто бывает в каждом. И внутри него происходит что-то, что трудно назвать словами. Что-то, что позже, спустя время, он назовёт так: я увидел, что все они — об одном.

Они говорят разными словами. Используют разные образы. Указывают в разные стороны. Но все они — о том, что есть что-то большее, чем я. И что я с этим связан. И что моя жизнь имеет смысл.

Что остаётся

Он выходит во двор. Садится на скамью. Смотрит на эти разные вершины — купола, шпили, минареты.

Мимо проходят люди. Кто-то заходит в храм, кто-то просто гуляет. Кто-то просто сидит, как он, и смотрит.

Никто никого не осуждает. Никто никому не доказывает, чья вера правильнее. Все заняты своим.

И в этой тишине, в этом соседстве, в этом удивительном месте есть что-то, что чувствуешь телом. Что-то, что говорит: так тоже можно.

Можно не выбирать. Можно не воевать. Можно стоять в центре и видеть все грани.

Человек сидит на скамье. Солнце опускается за купола храма. Тени удлиняются.

Он не знает, что будет дальше. Не знает, вернётся ли сюда. Не знает, изменит ли это что-то в его жизни.

Но он знает одно: здесь что-то есть.

Что-то, что не укладывается в привычные рамки «или-или». Что-то, что не требует выбирать. Что-то, что просто ждёт, когда ты войдёшь. И позволишь себе быть.

Он встаёт. Делает последний круг по двору. И уходит.

Но храм остаётся с ним.

Вот так, наверное, начинается путь каждого, кто однажды оказывается в этом месте. Не с открытия. Не с озарения. А с простого: здесь что-то есть.

А потом — вопросы. Потом — поиск. Потом — книги, разговоры, храмы, медитации, молитвы. Потом — долгий путь, который ведёт обратно. В этот двор. К этим разным вершинам, смотрящим в одно небо. К тишине между ними.

Потому что, может быть, всё, что мы ищем, — это не новая истина. Это место, где можно просто быть. Где не надо выбирать. Где грани разные, а бриллиант — один.

И это место — не только в Казани. Оно — внутри. В каждом, кто готов остановиться и увидеть.

Глава 2. Код. 1 и 0, на которых всё держится

Возможно, ты только что вернулся из того храма. Или ещё не был. Или был, но сейчас держишь книгу в руках и думаешь: зачем я её взял? О чём она?

Давай сразу договоримся.

Эта книга — не путеводитель. Там, куда ты ходил, нет табличек с номерами залов и стрелок «выход здесь». Если тебе нужен путеводитель — закрой книгу. Ты не ошибёшься, просто это не то.

Эта книга — не учебник по религиоведению. Она не расскажет тебе, в каком году родился Будда и сколько имён у Шивы.

Эта книга — не проповедь. Она не призывает тебя «обратиться в истинную веру». У меня нет такой веры. И я не считаю, что кто-то должен менять свою традицию на другую.

Эта книга — о том, что ты, наверное, уже почувствовал, когда стоял в том доме. Когда смотрел на разные вершины, собравшиеся в одном дворе. Когда переходил из зала в зал и чувствовал: здесь что-то есть.

Она о том, что это «что-то» — не случайность. И не просто «красивая идея», которую придумал художник Ильдар Ханов, чтобы удивить туристов.

Это — код.

Язык, который ты знаешь с рождения

Представь себе, что весь мир — это одна большая программа.

Не в том смысле, что всё ненастоящее. Настоящее. Плотное. Твёрдое. Но у этого «твёрдого» есть язык, на котором оно написано. Есть код. Две цифры. Два знака. Два движения, которые создают всё многообразие. Их знает каждый, кто хоть немного изучал в школе информатику.

1 и 0

Единица и ноль.

Вдох и выдох.

День и ночь.

Сокращение