автордың кітабын онлайн тегін оқу  Рэй Чарльз. Голос сердца. Маленькие рассказы о большом успехе

Николай Надеждин

Оглавление

Николай Надеждин

«Маленькие рассказы о большом успехе»

Рэй
Чарльз
Голос сердца
2024
Введение

Есть люди, к которым невозможно относиться критически. Их просто любишь, а потому прощаешь им все «неправильности» их судьбы. Там не то сказал, там не так поступил… Да, пусть «не так», разве в этом дело? Главное, что он — был.

Рэй Чарльз именно из таких, из самых любимых. Что бы он ни делал в своей не особенно долгой жизни (что такое 73 года?), все искупает его удивительная музыка…

Вы давно слушали его «Georgia On My Mind»? Уверен, где-то в вашей домашней фонотеке «Джорджия» непременно есть (раз вы взяли в руки эту книгу). Если же нет, отыщите ее на музыкальных развалах или в Интернете. «Джорджия» — не только одна из самых популярных композиций Рэя, она одна из самых популярных песен вообще.

Послушайте ее еще раз — прямо сейчас. Вы слышите его голос? Его волнение? Его сердечную печаль? Это и не песня даже — откровение. Вот какими должны быть настоящие гимны. Под такие нестыдно жить и нестрашно умирать…

Рэй фигура грандиозная и… вполне обыкновенная. За что мы любим, скажем, Пушкина? За то, что он был обычным человеком. И гением, конечно, оставаясь обычным человеком. То же и с Рэем. Не сердитесь на меня за сравнение его с Пушкиным, это личности одного порядка — оба гении. Он тоже очень прост, очень доступен. И совершенно недосягаем — когда поет.

Альбомы Рэя интересно коллекционировать. Во-первых, невозможно собрать все — только больших альбомов у него около сотни, а синглы, вообще, не сосчитать. Во-вторых, каждый альбом и каждая песня — настоящее открытие.

1. «Единственный гений в шоу-бизнесе»

Это произошло в начале 1979 года. Дотошные журналисты не давали прохода Фрэнку Синатре, который вот уже восьмой год как объявил о прекращении концертной деятельности, но продолжал выступать, подогревая тем самым интерес к собственной персоне и публики, и прессы. Вот и сейчас разговор зашел о планах Синатры на ближайшие годы и о его взглядах на современную американскую музыку.

— Кого вы считаете лучшим в вашей профессии? — спросил один из репортеров, хотя наверняка знал, что Синатра назовет лишь себя.

Но Фрэнк задумался. Он нахмурился и надолго замолчал. Журналисты ждали ответа «старейшины» — Синатра был абсолютным авторитетом, мнение которого могло стать и наградой, и приговором.

— Рэй Чарльз, — сказал, наконец, Синатра. — Он и только он.

— А еще?

— Больше никого, — ответил Синатра, выдержав еще одну минутную паузу.

— А как же вы, Фрэнк? Разве вы не лучший?

— Я «один из», — ответил певец. — Рядом с Чарльзом я любитель. Все любители. Рэй — бог от музыки. Он совершенно недосягаем.

Журналисты возбужденно зашумели.

— Вы же слышали, — выкрикнул один из них, — как он поет совершенно попсовые вещи!

— Например? — заинтересовался Синатра.

— Ну, не знаю… Та же «Джорджия». Слащавая, простенькая песенка о любви…

— Потрясающая, нежная, чувственная, великая песня! — перебил репортера Синатра. — Или вы меня провоцируете, или у вас нет сердца. Да, если бы я сумел спеть эту песню, как поет ее Рэй Чарльз, я бы смог спокойно умереть — лучше бы я все равно уже ничего не спел… Запомните, молодые люди, Рэй Чарльз — гений. Возможно, единственный в шоу-бизнесе.

2. Его награды

Как это ни удивительно, но в американском шоу-бизнесе, где конкуренция особенно высока, а дух соперничества разводит по разные стороны баррикад даже близких людей, приоритет Рэя Чарльза признавали абсолютно все. «Король блюза» Би Би Кинг, выдающийся музыкант, сам целая эпоха в американской культуре, сказал однажды, что рядом с Рэем Чарльзом никого нет. Кинг сказал это с нескрываемой печалью. И добавил, что такие люди, как Чарльз, должны жить вечно, поскольку без них музыканты теряют ориентиры.

Заслуги Рэя Чарльза подкреплены многочисленными наградами. Чарльз рекордсмен по количеству музыкальных «Оскаров» — ежегодных премий «Грэмми». Он обладатель 12 «Грэмми» за исполнение музыки и одной премии за вклад в развитие музыки (почетный «Грэмми»). В 1960 году Чарльз вошел в историю церемоний вручения престижных премий еще и тем, что получил награды сразу по четырем номинациям. Поздравлявшие музыканта коллеги шутили, что Чарльзу пора переселяться на сцену, где проходило вручение премий. Мол, все равно придется подниматься из зала еще и еще раз.

Но «Грэмми» — только часть внушительного «иконостаса» певца. Были еще и французский «Орден литературы и искусств», полученный Чарльзом в 1986 году, собственная звезда на Голливудском бульваре славы (1981 год), почетное место в Зале славы штата Джорджия (1976 год) и многие другие награды.

Нельзя сказать, что Чарльз был равнодушен к званиям и регалиям. Но не будем забывать — Рэй был слепым человеком, который свои награды мог разве что потрогать руками.

3. Вилли Нельсон

Одна из центральных фигур стиля кантри, человек в Америке очень популярный, Вилли Нельсон несколько раз выступал и записывал синглы с Рэем Чарльзом. Одна из самых примечательных вещей, исполненных ими совместно в июле 1989 года — «Семь испанских ангелов» (Seven Spanish Angels). Песня замечательная, замечательно и ее исполнение. Для почитателей таланта Рэя Чарльза «Семь ангелов» — как напоминание об универсальном даре основателя соула. Это и не кантри, и не госпел, хотя признаки и того, и другого при желании распознать можно. Это лирическая баллада, которую Чарльз и Нельсон поют в сопровождении хора…

Но у Чарльза есть и «чистое кантри» — песни, которые привычней слышать в исполнении Нельсона. Удивительно то, что до Чарльза никто из афроамериканцев кантри не исполнял. Это было попросту невообразимо. Как, скажем, невообразимо исполнение православных песнопений иудейскими священниками и наоборот — исполнение иудейских молитв христианскими священнослужителями. Рэй был первым. И, как первопроходцу, ему пришлось «держать удары» сразу со всех сторон — и от почитателей стиля кантри, и от темнокожей аудитории, привыкшей слышать от «своих» исполнителей лишь «свои» песни.

Сам же Нельсон говорит о Чарльзе с огромным уважением. И ту запись 16 июля 1986 года называет одним из наиболее памятных событий своей непростой и разнообразной жизни.

4. Музыка без цвета кожи

О творчестве Рэя Чарльза можно говорить бесконечно. Его музыка — одна из безусловных духовных ценностей, которую невозможно поставить под сомнение. Но вот какая получается штука, музыка Чарльза — это не просто явление искусства, это еще и важный социальный феномен. Дело в том, что до Рэя Чарльза американская музыка жестко подразделялась на «белую» и «черную». Несмотря на официальный отказ от расовой сегрегации, бытовой расизм в США процветал и в пятидесятые, и в шестидесятые годы двадцатого века. На концерты чернокожих музыкантов ходили чернокожие слушатели, на концерты белых — белые.

Рэй Чарльз стер границу между «черной» и «белой» музыкой. Один из основоположников и признанных классиков «ритм-энд-блюза» (стиля R&B или «Эр-энд-Би»), Чарльз сделал музыку «черных» музыкой «для всех». При всей условности этого разделения (а сегодня представить, что рэп, блюз или рэгги могут петь только чернокожие исполнители, попросту невозможно), событие чрезвычайно значимое. Именно на волне музыки Рэя Чарльза вспыхнули и засияли звезды рок-н-ролла — Элвиса Пресли, Эрика Клэптона и других знаменитых американских музыкантов, которым несть числа.

Любопытно, что о Чарльзе, как о своем предтече и учителе (обычно заочном) говорят все современные знаменитости, даже те, которые с Рэем лично знакомы не были. Дело же вовсе не в личном общении. Дело в его музыке, которая не просто волнует. Она — переворачивает душу.

5. Ниже — только земля

А началось все 23 сентября 1930 года, когда в семье Бэйли и Ареты Робинсон родился первенец — мальчик, которому дали имя Рэй. Точнее — Рэй Чарльз Робинсон.

Сказать, что семья была бедной, не сказать ничего. Она была очень бедной, самой бедной в округе, беднее не бывает. Сам Рэй Чарльз говорил: «Даже среди других чёрных… мы были на нижней ступеньке лестницы, смотря вверх на остальных. Ничто ниже нас — только земля».

Они жили в маленьком городке Олбани, штат Джорджия. Матушка Арета работала на лесопилке, стараясь вытянуть семейство из нищеты. Ее муж Бэйли, большой шалопай, иногда подрабатывал на той же лесопилке механиком, но большей частью бездельничал — пил, неделями пропадал невесть где и совершенно не заботился о маленьком Рэе.

С рождением ребенка жизнь Робинсонов в Олбани стала невыносимой. И в 1931 году семья переехала на родину Бэйли — в городок Гринвилль, в Южную Флориду. Здесь Бэйли с нескрываемым облегчением передал жену и сына в руки матери Мэри Джейн Робинсон, а сам надолго исчез. Появился он лишь спустя пару месяцев, сообщив, что его попытки отыскать хорошую работу не увенчались успехом. Затем он снова исчез, на этот раз навсегда. А Арета вскоре родила второго сына — Джорджа.

Жить стало еще тяжелей. Арета и свекровь надрывались на работе, нанимаясь в период сбора урожая на фруктовые плантации, обстирывая горожан, цепляясь за любой, самый ничтожный, приработок.