Тайный Левиафан. Советский коммунизм: секретность и государственная мощность
Қосымшада ыңғайлырақҚосымшаны жүктеуге арналған QRRuStore · Samsung Galaxy Store
Huawei AppGallery · Xiaomi GetApps

автордың кітабынан сөз тіркестері  Тайный Левиафан. Советский коммунизм: секретность и государственная мощность

Юлия Кожушко
Юлия Кожушкодәйексөз келтірді2 апта бұрын
Мощность государства может иметь множество измерений. Принудительная, правовая, бюджетно-налоговая, человеческая, производственная, административная, контрольная способности, а также способность обучаться — все выглядят так, как будто могут иметь отдельные последствия для ведения дел государства, и чем их больше, тем более всеобъемлющей является деятельность государства. Еще одним измерением мощности государства является время, потому что эффективное государство должно быть долговечным
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Давид Холодков
Давид Холодковдәйексөз келтірді3 ай бұрын
Эту концепцию высмеял драматург Бертольт Брехт после восстания берлинских рабочих в 1953 году: народ утратил доверие партии, сказал он, поэтому партия должна теперь «распустить народ и выбрать новый» [18]
1 Ұнайды
Комментарий жазу
Юрий Калашников
Юрий Калашниковдәйексөз келтірді1 күн бұрын
Крайняя секретность сообщала Советскому государству видимость решимости, целеустремленности, монолитной воли и непревзойденного народного единодушия. Но эта видимость была фасадом, созданным для обмана. Настоящая книга показывает, что за фасадом скрывались бюрократия, высокая стоимость принятия решений (а иногда и тупиковые ситуации), злоупотребление властью в личных целях, нерациональное использование талантов, всеобщее недоверие и дезинформированное руководство. В результате получилось государство, оказавшееся менее дееспособным и более хрупким, чем мог себе представить в то время какой угодно внутренний или внешний наблюдатель.
Комментарий жазу
Юрий Калашников
Юрий Калашниковдәйексөз келтірді1 күн бұрын
Советское государство покоилось на ряде основных принципов. Знание было силой. Монополия на власть требовала монополии на информацию, и врагов к этой информации допускать было нельзя. Врагов было трудно выделить из общей массы, поэтому потенциальных врагов выявляли исходя из подозрений. Подозрения основывались на данных о поведении, связях и семейном окружении, которые не соответствовали советскому шаблону добропорядочного гражданина.
Комментарий жазу
Юлия Кожушко
Юлия Кожушкодәйексөз келтірді2 күн бұрын
Секретность, закрывающая информацию одних отделов от работников других, способна сделать подчиненных более покладистыми, ведь она лишает их информации, которая могла бы позволить им оспорить приказ, обойти его или объединиться с другими подчиненными для противостояния директору
Комментарий жазу
Юлия Кожушко
Юлия Кожушкодәйексөз келтірді2 күн бұрын
те, кто стремится к власти, редко хотят, чтобы их кто-то поправлял
Комментарий жазу
Юрий Калашников
Юрий Калашниковдәйексөз келтірді4 күн бұрын
Егоров с его соавторами показывают, что свобода СМИ находится в обратной зависимости от размера нефтяных запасов страны: чем больше действующий правитель может рассчитывать на нефтяную ренту, тем меньше свобода СМИ в стране.
Комментарий жазу
Юрий Калашников
Юрий Калашниковдәйексөз келтірді4 күн бұрын
Говоря упрощенно, секретность может быть стратегией (гибкой и свободно выбираемой), культурой (унаследованной и заранее определенной) или институциональным явлением (сочетающим элементы двух предыдущих вариантов).
Комментарий жазу
Юрий Калашников
Юрий Калашниковдәйексөз келтірді4 күн бұрын
Другой известный факт — баланс компетентности и лояльности чиновников: автократические режимы склонны продвигать госслужащих вверх скорее по принципу абсолютной лояльности и преданности лидеру, чем по принципу общего уровня компетентности [42].
Комментарий жазу
Юрий Калашников
Юрий Калашниковдәйексөз келтірді6 күн бұрын
Многочисленные наборы данных наглядно показывают, что однопартийные диктатуры являются особенно долговечными формами авторитарного правления, а среди них первое место занимают коммунистические государства [32].
Комментарий жазу