Чужой же пробуждается после того, как лишился своего имени, а вместе с ним одной из важнейших сил: силы воли. Он побуждает избранных делать выбор, но сам, как ни парадоксально, остается рабом первородного хаоса, прикованный к нему с момента смерти на алтаре.
