Сергей СоловьевСнеговик, икра и Рождество. Русскiй детектiвъ
Новая повесть из детективной серии «Русский детектив». Итак, под Рождество в Москве происходит таинственное преступление, которое может разгадать только сам Сергей Петрович Стабров.
Даже начальник сыскной полиции должен иногда покупать съестное самому, проверить. А то разговоров кругом, от обывателей: « Обвешивают, обманывают, объегоривают!»
И вот, зашёл он в лавку, а приказчик, душа-человек, продал икры незадорого. Нет, наивным господин Кошко не был, понюхал, запах был нормальный, рыбный. Здесь же прикупил белую булку и четверть фунта сливочного масла. Всё завернул в бумагу, и важный чиновник спрятал купленное в свой кожаный портфель.
Поставил Аркадий Францевич на стол две тарелки, ловко орудуя серебряным ножичком приготовил пару бутербродов с икоркой, всё вышло неплохо. Да и чаю ещё надо, для полноты чувств и ощищений… Он поднял трубку телефонного аппарата, и проговорил:
— Сергей Игнатьевич, будь любезен, две чашки чая нам сделай.
Сергей Игнатьевич Астафьев находился на службе в Полицейском ведомстве не мало лет, а в Сыскной полиции Москвы уж лет десять, а то и больше. И если поиском преступников не занимался, то на сво99ём посту, как дежурный полицейский — был просто безупречен. А уж в заваривании чая или варке кофе, так уж просто незаменим. И оружие, вернее, орудие имелось неподалёку- двух вёдерный медный, блестящий самовар.
Вскоре Астафьев принес два стакана чая в мельхиоровых подстаканниках. Это тоже было страстью Кошко. Приятные мелочи, улучшавшие настроение на службе. Начальник Сыскной полиции снова поднял трубку аппарата, но не для того, что бы отправить на расследование сыщиков.
— Сергей Петрович, зайди-ка ко мне. Дело срочное. Нет, прямо сейчас!
Улыбнувшись, положил труку на рычаги «Эриксона». И то, надо было убрать некое недопонимание между ним, и Стабровым. А что? Бывает и такое… Ну да ладно, теперь уж дело прошлое, как казалось полицейскому начальнику. Раздался стук в дверь, и знакомый голос произнёс:
— Разрешите войти, Аркадий Францевич?
— Заходите, Сергей Петрович! Садитесь! Угощайтесь! А то скоро праздники, а мы всё никак не соберёмся!
— Да всё в делах! — отговорился Стабров, — а что это? — с сомнением спросил он, глянув на бутерброды.
— Попробуйте, паюсная икра.
— Да не ешьте. Вот ей-богу, не стоит, Аркадий Францевич! — с непонятной боязнью произнёс Сергей Петрович.
Полицейский начальник начал злиться, но сдержал себя. И то, всезнайка какой выискался! Прямо всё знает, даже ведь слушать неприятно стало! И, не раздумывая, откусил почти половину бутерброда. Вкус был немного странный. Полицейский начальник натужно улыбнулся, а его подчиненный только пожал плечами, не собираясь спорить с шефом. Но опробовать на себе этот кулинарный продукт Стабров не рискнул. Аркадий Францевич пока не очень понимал, что с ним произошло. Клейкая масса намертво облепила зубы, прожевать было совершенно невозможно.
В дело пошёл горячий чай, и нарочито неспешно взяв стакан, Кошко пошёл в уборную своего кабинета. Горячая вода позволила прополоскать рот, ради интереса и порядка для, пострадавший от деликатеса, открыл рот, и осмотрел зубы. Слава богу, все были на месте, не отклеились, как говорится. Но рот и язык приобрели стойкий чёрный цвет, и даже упорное полоскание ничего не дало.
Господин Кошко вернулся, а на столе уже ждали ещё два стакана горячего и ароматного чая.
— Вот видите, Сергей Петрович, каково в Москве перед праздниками? Развелось жуликов столько, что не приведи господь! — он сразу перевёл досадное происшествие в нужное служебное русло.
— Так это икорка такая, новоманирная. Докладывают, некий субъект скупает икру старую кетовую по тридцати копеек ща фунт, при помощи красителя превращает её в паюсную. А настоящая паюсная стоит рубль восемьдесят за фунт, сами знаете.
— Раз знаете, то сыщите этого субъекта, да привлеките за мошенничество да причинение вреда здоровью, — строго проговорил Кошко, — не должны московские обыватели страдать от разных жуликов!
Он подумал даже ударить кулаком по столу, для основательности своих слов. Но чудесный китайский чай, несомненно из магазина Анны Аркадьевны, мог пострадать. Ну а этого полицейский чиновник решительно не мог допустить!
— Так что займитесь этим важным делом, Сергей Петрович! Немедленно! — и строго посмотрел на подчиненного.
Но тут снова зазвонил телефонный аппарат, прервав такую выразительную речь. Кошко, с видимой досадой, взял телефонную трубку, послушал чего говорят, и опять положил её на рычаги аппарата.
— Убийство, найдено тело на Пятницкой. Займитесь и этим, Сергей Петрович! Но и выявление этих икорных жуликов, тоже на вас и остаётся!
И Аркадий Францевич поставил на стол перед Стабровым две стеклянные банки с «паюсной икрой».
Матвей присел, и стал быстро остывающими и зябнувшими руками соскребать снег. Корка льда поначалу сильно налипла и не поддавалась. Но вдруг, словно по волшебству, разом осыпалась. Сразу показалось белое лицо, с закрытыми глазами. Дворник заработал быстрее, даже вспотел от натуги, затем встал во весь рост, и замерзшей рукой достал медную дудку и что есть силы засвистел, вызывая помощь.
К нему, стремглав, словно за наградой, или даровым угощением, прибежали трое дворников, и поспешал, держась за рукоять своей сабли, что бы не колотила по бедру, сам Егор Иванович Легостаев, их околоточный. Вся кумпания дворников вытянулась, приняв на себя служивый вид, а Рамиль даже поправил шапку, сползавшую ему на уши.