Оглавление

Рецензент
Шапсугов Д. Ю., д.ю.н., заслуженный юрист РФ

Привычное нам содержание понятия «децентрализованные финансы» как финансы организаций и личные финансы сегодня трансформировалось под воздействием децентрализованных технологий. Если ранее понятие «децентрализованные финансы» фактически отождествлялось с понятием «частные финансы» как финансы физических и юридических лиц, то сегодня под этим термином понимаются, прежде всего, финансы, функционирующие на децентрализованных технологиях («decentralized finance — DeFi»). Таким образом, с появлением децентрализованных технологий произошло разотождествление понятий частных финансов и децентрализованных финансов и сегодня они отражают разные аспекты финансов, которые могут быть взаимосвязаны в контексте изменений в финансовой системе.

Монография состоит из двух книг и посвящена исследованию децентрализованных финансовых отношений, частных (децентрализованных) финансов: финансов организаций и DeFi.

Предназначена для специалистов в области финансов, научных работников, преподавателей, аспирантов, студентов юридических и экономических вузов и всех интересующихся данной темой.

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Переход к рыночным отношениям повышает актуальность исследования децентрализованных финансов. Как справедливо заметил П. А. Левчаев, в силу исторической специфики особенностью финансовой науки России явилась детальная проработка государственных финансов планового хозяйства социализма, в то время как вопросы функционирования финансов субъектов хозяйствования оставались часто недостаточно изученными[1]. Так, предметом финансового права являются государственные и муниципальные финансы. Частные децентрализованные финансы юридической финансовой наукой не изучаются, что дает повод говорить о фрагментарном регулировании данных отношений гражданским законодательством.

Регулирование финансов организаций должно обеспечивать на макро- и на микроуровне экономический рост и расширенное воспроизводство, оно выступает не только инструментом в пополнении бюджета посредством налоговой политики, но также способно стимулировать обновление основных производственных фондов посредством амортизационной политики, которая на сегодняшний отсутствует на общегосударственном уровне. Регулирование частных децентрализованных финансов может обеспечивать финансовыми ресурсами банковскую систему, из которой они будут перетекать в различные сферы хозяйства страны. Финансы организаций являются источником доходов граждан, поэтому правильное регулирование финансов организаций способно также служить росту благосостояния граждан, который потребует минимального вмешательства со стороны государства, обеспечиваемый собственными усилиями индивида.

Достижение целей экономического роста в условиях санкций становится вопросом государственной безопасности и государственного суверенитета. Основным методом достижения этой цели может стать перевод экономики в режим мобилизации, которую мы понимаем как максимальную концентрацию имеющихся ресурсов для достижения цели экономического роста и экономического развития. Одним из направлений такой мобилизации является мобилизация децентрализованных финансовых ресурсов, в том числе прибыли организаций.

В нормальных экономических условиях правовой режим распределения прибыли определяется организационно-правовой формой юридического лица. Однако, в условиях беспрецедентных санкций предпринимаются отдельные меры коррекции правового режима распределения прибыли. Одним из таких примеров является Указ Президента Российской Федерации от 04.05.2022 №254 «О временном порядке исполнения финансовых обязательств в сфере корпоративных отношений перед некоторыми иностранными кредиторами».

В монографии по итогам анализа правовых режимов распределения прибыли в зависимости от организационно-правовой формы предприятия сделан вывод о том, что на государственном уровне все еще не приняты меры по мобилизации финансов предприятий для решения государственной задачи экономического роста.

Изучение финансовой деятельности организаций и финансов предприятий актуально и с теоретических позиций в свете размывания границ финансового права, а также изменения предметной области частного права. К актуальным вопросам финансового права на сегодняшний день относятся разработка собственного категорийного аппарата и неизученность общей части финансового права. Такие важнейшие понятия, как доходы, расходы, финансовые результаты, децентрализованные финансы (финансы организаций и личные финансы), остаются неразработанными.

Содержание основных категорий науки финансового права (финансово-экономические отношения, финансовая деятельность, финансовая система) расширяется под влиянием новых экономических (базисных) процессов, происходящих в стране, поскольку воздействие объективных экономических процессов на финансовые отношения происходит в результате прямой связи системы экономика-финансы[2]. Отмечается, что вопрос о регулировании финансовым правом децентрализованных денежных фондов является дискуссионным, что не препятствует исследованию этой проблемы… Таким образом, вопросы правовой природы и признаков децентрализованных денежных фондов в финансовом праве нуждаются в да��ьнейшем изучении[3].

Финансовая деятельность коммерческих организаций также требует анализа, прежде всего с точки зрения ее структуры. Это лучшая методологическая основа повышения качества правового регулирования оборота финансовых ресурсов во всех звеньях финансовой системы.

Мировой кризис также выявил актуальность исследования децентрализованных (частных) финансов, в том числе финансов организаций. Большое значение стала приобретать прозрачность финансовой деятельности и возможности ее повышения. Вместе с тем повышение прозрачности финансовых рынков — это вторжение публичного финансового права в сферу гражданского права[4], а правовые формы, созданные с целью предотвращать финансовые кризисы, должны устанавливать правовую квалификацию финансовых действий, отношений и состояний, которые влекут образование финансовых потоков одностороннего перемещения финансовых или реальных ценностей[5].

Само понятие финансов и предмета финансового права требуют актуализации с учетом расширившегося влияния сферы децентрализованных финансов.

На распределительной стадии общественного производства осуществляется распределение финансовых ресурсов на фонды накопления, фонды потребления, амортизационные фонды, прибыль. В этом процессе ведущая роль может быть отведена финансам организаций как экономическим отношениям, не существующим вне правовой формы.

Именно на стадии распределения эффективно могут работать методы государственного регулирования экономики, а финансовые потоки могут быть направлены на решение важнейших государственных задач — приоритетов государственного строительства в условиях трансформации экономики по мобилизационному типу: обновление фондов основных средств, внедрение новых технологий, повышение благосостояния граждан, перераспределение сверхдоходов на вышеперечисленные цели.

Автор приходит к выводу, что нормативы распределения прибыли на решение государственных сверхзадач могут быть установлены законодательно.

Трансформация целей экономической деятельности в условиях мобилизационной экономики не может не привести к изменению государственного подхода к распределению прибыли.

Следовательно, пересмотра потребует практически отсутствующее сегодня законодательство о финансах организаций.

В законодательство потребуется ввести понятие фондов организации, их видов, а также определить правовой режим формирования, распределения и использования этих фондов. То же самое касается и децентрализованных финансовых ресурсов, не имеющих фондовую форму, таких как прибыль организаций.

Например, установление нормативов распределения прибыли позволит решить задачу увеличения благосостояния граждан, перевооружения производства, осуществить переход на новые технологии и решить проблему перераспределения сверхдоходов.

Правовую основу такого жесткого решения составляет ст. 75.1 Конституции РФ, закрепившая в качестве основного принципа осуществления экономической деятельности принцип социальной, экономической и политической солидарности.

Учеными-правоведами освещаются лишь вопросы финансовой деятельности государства и муниципальных образований. Производится отождествление понятий «финансовая деятельность» и «финансовая деятельность государства», а финансовая деятельность организаций оказывается за рамками правовых исследований. В результате содержание и структура финансовой деятельности коммерческих организаций остаются неразработанными категориями.

Общетеоретические вопросы юридической деятельности, ее понятие и структура разработаны В. Н. Карташовым, Д. Ю. Шапсуговым. Финансовая деятельность государства и муниципальных образований рассматривалась такими учеными, как Е. А. Ровинский, Ю. А. Крохина, Н. И. Химичева, Э.Д.Соколова, Е. Ю. Грачева, С. В. Запольский. Правовой режим финансов государственных и муниципальных предприятий исследовался Ю. А. Крохиной, Н. И. Химичевой.

Финансовая деятельность коммерческих организаций в теории финансового права изучается фрагментарно. Так, исследование понятия, видов финансово-хозяйственных отношений, понятия финансов организаций и их правового регулирования проводилось И. В. Ершовой.

Отдельные аспекты финансовой деятельности коммерческих организаций освещаются учеными-цивилистами. Например, правовому режиму прибыли посвящены работы Ю. Н. Сальниковой; правовое регулирование имущественной основы коммерческих организаций отражено в трудах С. А. Зинченко, В. В. Лаптева, В. Ф. Попондопуло.

Традиционно вопросы финансовой деятельности организаций являются сферой интересов ученых-экономистов. Существенный вклад в осмысление финансовой деятельности организаций как экономической категории внесли С. В. Большаков, И. А. Бланк.

В основе исследования лежит деятельностный подход. Методологической базой исследования послужили философские методы: феноменологический, метафизический метод, метод диалектического материализма, наблюдения; общие методы научного познания, такие как моделирование, абстрагирование, анализ и синтез, аналогия, индукция и дедукция, системный метод; частнонаучные методы толкования: грамматическое, системное, логическое, историческое.

Теоретико-правовую основу нашего исследования составили научные труды В. Н. Карташова, С. С. Алексеева, А. В. Малько, Н. И. Матузова, Д. Ю. Шапсугова, Р. О. Халфиной, А. М. Васильева, Г. А. Гаджиева, М. Н. Марченко,

В монографии использованы работы представителей науки финансового права: Е. А. Ровинского, Ю. А. Крохиной, Н. И. Химичевой, Э.Д.Соколовой, Е. Ю. Грачевой, С. В. Запольского, И. В. Рукавишниковой, М. В. Карасевой, Е. М. Ашмариной.

Поскольку исследование носило межотраслевой характер, были учтены труды ученых-цивилистов и специалистов по предпринимательскому праву: С. Н. Братуся, С. А. Зинченко, И. В. Ершовой, О. С. Иоффе, О. А. Красавчикова, В. В. Лаптева, Л. А. Лунца, В. А. Белова, В. Ф. Попондопуло, Ю. К. Толстого, Т. В. Кашаниной. Кроме того, в работе использованы публикации ученых-экономистов: А. М. Бирмана, И. А. Бланка, О. И. Лаврушина, В. В. Бочарова, В. С. Золотарева, А. Я. Черенкова, Д. С. Молякова, В. В. Ковалева, С. В. Большакова. Влияние оказали такие зарубежные специалисты в области финансового менеджмента, как Дж. К. Ван Хорн, Дж. М. Вахович, Ю. Бригхем, Л. Гапенски, К. Р. Макконнелл, С. Л. Брю.

Предметом исследования являются элементы структуры финансовой деятельности организаций, их взаимосвязи, влияние развития теории финансовой деятельности организаций на понимание финансовой деятельности, предмета, метода, системы финансового права. В монографии автором предпринята попытка выявления структуры финансовой деятельности организаций как экономико-правового явления, исследуется понятие финансовой деятельности организаций, юридическое определение финансов организаций, сформулировано понятие финансового ресурса.

 Левчаев П. А. Финансовые ресурсы и стоимостные отношения предприятий национальной экономики. — Саранск: Изд-во Мордов. ун-та, 2004. — С. 3.

 Ашмарина Е. М. Финансово-правовые аспекты учетных систем Российской Федерации: Дис. …д-ра юрид. наук — М., 2005. — С. 11.

 Грачева Е. Ю., Щекин Д. М. Комментарий к диссертационным исследованиям по финансовому праву. — М.: Статут, 2009. — С. 286—287.

 Казанцев Н. М. Принцип юрисдикции в развитии догматики финансового права/ Журнал российского права. 2009. №5.

 Там же.

Глава 1. Частные финансы в правовой системе

— Понятие финансовых отношений в организации

Финансовые отношения представляют собой разновидность экономических отношений, характерных для развитых обществ. Выделяют распределительные и перераспределительные финансовые отношения. Распределительные отношения — это отношения первичного распределения, которое может осуществляться как в денежной, так и в натуральной форме. Формой выражения распределительных отношений в организации является распределение прибыли на воспроизводство, инвестиции, потребление (в том числе дивиденды). Перераспределительные отношения (отношения вторичного распределения) проявляются, прежде всего, в финансовых отношениях организации с бюджетной системой.

Понятие «экономические отношения» шире понятия финансовых отношений (они соотносятся как целое и часть), поэтому все финансовые отношения являются экономическими, но не все экономические отношения можно рассматривать как финансовые. Экономические отношения трансформируются в финансовые только тогда, когда возникает публичный интерес, который проводится в жизнь властным субъектом, реализующим свою финансовую политику, и возникают денежные отношения, сопровождающиеся процедурами учета денежных средств[1]. Содержание финансовых отношений зависит от содержания экономических отношений, отражающих степень развития производительных сил в стране. Мы наблюдаем взаимообусловленность и взаимозависимость между содержанием экономических и финансовых отношений[2].

Становление финансовых отношений происходит только тогда, когда экономические отношения достигают определенного уровня развития[3]. Финансовые отношения являются товарно-денежными и возникают как перераспределительные, во-первых, при наличии развитого товарно-денежного обращения, во-вторых, при появлении тех или иных обособленных целевых фондов денежных средств, предполагающих непосредственно покрытие государственных расходов, связанных с реализацией публичного интереса государства[4].

С развитием государственности усиливается и финансово-правовой регулирование. Поэтому, финансовые отношения характерны для более высокой ступени развития общества. Финансовые отношения, будучи видом экономических отношений, обладают специфическими признаками:

— Представляют собой денежные отношения;

— Отражают распределительные отношения;

— возникают по поводу формирования, распределения и использования финансовых ресурсов, а также финансового планирования и контроля.

По мнению Е. М. Ашмариной, содержание финансовых отношений на том или ином историческом этапе общественного развития определяется, во-первых, объективными экономическими отношениями, характеризующими степень развития производительных сил в стране, и, во-вторых, проводимой государством финансовой политикой, воплощаемой в законе, которая непосредственно влияет на динамику производственных отношений[5].

Распространено мнение, что по содержанию финансы — это экономико-правовые отношения. По форме финансы представляют собой фонды денежных средств[6]. Вместе с тем далеко не всегда финансы имеют фондовую форму, особенно в частных финансах, в том числе в финансах коммерческих организаций. Например, распределение прибыли не имеет фондовой формы.

В основе распространенной как в России, так и за рубежом парадигмы финансового права лежит специфическое основоположение, названное Н. М. Казанцевым «государственно-вещная догма финансов». Согласно этой догме деньги имеют вещную природу, финансы — это, прежде всего, публичные финансы и, по сути, государственные вещи, образованные фондами денежных средств, а финансовое право — это регулятор финансовых отношений как правоотношений, возникающих по поводу действий и операций, производимых с деньгами. Причем рассмотрение финансов как объектов регулирования фондов денежных средств доминирует над анализом таких фондов как юридических лиц, а проблемный вопрос о публично-правовой или частно-правовой природе этих лиц решается в пользу частного права[7]. Ограниченность государственно-вещной догмы финансов, по мнению Н. М. Казанцева, проявляется в том, что на ее основе не может быть обеспечено такое правоурегулирование финансовых отношений, которое будет достаточно полно для того, чтобы предотвращать возникновение финансовых кризисов[8].

Финансовые правоотношения как элемент структуры финансовой деятельности

В структуре финансовой деятельности финансовые отношения являются одной из форм в которой она осуществляется, наряду с поведением, действиями и операциями, а также ее субъектом и объектом. В учебной литературе отмечается, что в качестве объекта финансовой деятельности выступают экономические отношения, а точнее отношения собственности, и как результат — доходы, накопления и т. д. субъектов хозяйствования и физических лиц, а также собственные ресурсы государства и муниципальных образований[9].

Финансовая деятельность осуществляется по поводу финансовых ресурсов и денежных фондов. При осуществлении финансовой деятельности складываются отношения, которые приобретают форму правоотношений. Финансовые ресурсы, денежные фонды и поведение субъектов финансовой деятельности можно рассматривать как объекты финансовых правоотношений и (или) вторичные объекты финансовой деятельности.

Рассмотрим соотношение понятий «отношения в сфере финансовой деятельности», «финансовые отношения», «объекты финансовой деятельности».

Отношения в сфере финансовой деятельности традиционно обозначаются как финансовые отношения. Однако существует мнение, что отношения, возникающие в процессе осуществления финансовой деятельности, являются комплексными, т.е. включают финансово-правовые, гражданско-правовые и иные отношения. К примеру, А. И. Худяков, пишет: «При самом поверхностном рассмотрении выясняется, что государство осуществляет формирование, распределение и использование своих денежных фондов не только на основе экономических — финансовых, но и других видов экономических отношений. Так, формирование бюджета может осуществляться, например, путем получения доходов от сдачи внаем государственного имущества. Возникающие при этом отношения с экономической точки зрения являются товарно-денежными. Использование государственных денежных фондов, где государство, выступая в качестве покупателя товаров (работ, услуг), оплачиваемых за счет средств соответствующего денежного фонда (например, бюджета), также осуществляется в рамках отношений, являющихся товарно-денежными. Причем в обоих случаях отношения регулируются гражданским правом, т.е. с правовой точки зрения они являются гражданско-правовыми»[10].

Представляется, однако, что утверждение А. И. Худякова противоречит постулатам экономической теории в части отрицания товарно-денежной природы финансовых отношений. Между тем финансовые отношения возникают и функционируют только в сфере товарно-денежных отношений, которые являются необходимым условием существования финансовых отношений. Кроме того, не следует путать процесс формирования источников финансовых ресурсов с самими финансовыми ресурсами. По поводу доходов, приведенных А. И. Худяковым в качестве примера, можно возразить также, что сам процесс получения этих доходов не изучается финансовым правом. Источник дохода бюджета рассматривается как источник финансовых ресурсов бюджета. Таким образом, попадая в казну, доход приобретает особый финансово-правовой режим, отличный от правового режима процесса его получения и, соответственно, гражданско-правовых и иных методов регулирования этого процесса.

Трудно согласиться и с тем утверждением, что отношения по использованию государственных денежных фондов, когда государство выступает в качестве покупателя товаров (работ, услуг), оплачиваемых за счет средств соответствующего денежного фонда (например, бюджета), являются исключительно гражданско-правовыми, в большинстве случаев они выступают как комплексные и регулируются также административным правом.

Вызывает также возражение отнесение финансовых отношений к сфере гражданского права исключительно по методу регулирования, поскольку финансово-правовые отношения отличаются от гражданско-правовых по сути[11]. Это касается и вопроса финансовых отношений в финансах организаций, или, как их принято называть, «частных децентрализованных финансах».

Не соглашаясь с трактовкой предметной области финансового права А. И. Худяковым, следует, тем не менее, согласиться с его предложением различать понятия «отношения в сфере финансовой деятельности» и «финансовые отношения». К отношениям в сфере финансовой деятельности, помимо финансовых, А. И. Худяков относит также гражданско-правовые и иные отношения, которые не могут выступать предметом финансового права, если не полагать, что эта отрасль права является самостоятельной и не комплексной[12]. Следовательно, понятие отношений в сфере финансовой деятельности шире понятия финансовых отношений и является межотраслевым (комплексным).

Таким образом, по нашему мнению, отношения в сфере финансовой деятельности включают две группы:

— финансовые отношения;

— сопутствующие им гражданские, корпоративные, предпринимательские, трудовые, административные и иные правоотношения.

Объектами финансовой деятельности являются отношения в сфере финансовой деятельности. Исходя из изложенного выше, к объекту финансовой деятельности следует отнести в первую очередь финансовые правоотношения, а также сопутствующие им гражданско-правовые, административные и иные отношения. В настоящей работе остановимся на исследовании финансовых отношений в организации как разновидности финансовых отношений, как объекте и форме осуществления финансовой деятельности.

На наш взгляд, сложившееся в науке финансового права понимание финансового правоотношения оказывается узким. Приведем несколько примеров.

По мнению Ю. А. Крохиной, финансовые правоотношения — это, по сути, экономико-правовые общественные отношения, урегулированные нормами финансового права, имеющие властно-имущественный характер и выражающие публичные интересы. Характерные черты финансовых правоотношений таковы[13]:

— Они возникают и функционируют в процессе планового аккумулирования, распределения и использования государственных и муниципальных денежных фондов.

— Они являются разновидностью имущественных отношений, носящих публичный характер. Следует отметить, что в ходе осуществления финансовой деятельности возникают и процессуальные (организационные) правоотношения, но они имеют вторичный (производный) характер, ибо обеспечивают движение финансовых ресурсов государства и муниципальных образований.

— Финансовые правоотношения требуют обязательного участия государства или муниципального образования в лице компетентных органов или должностных лиц.

— Большинство финансовых правоотношений имеет субординационный характер и построено по схеме «власть — подчинение».

— Юридическая ответственность недобросовестного участника финансового правоотношения наступает не перед второй стороной, как в большинстве других отраслей права, а непосредственно перед государством.

Вышеперечисленные признаки финансовых правоотношений действительно имеют место быть, однако они свойственны только публичным финансовым правоотношениям. Причем государство выступает в этих отношениях в качестве стороны. Поэтому, полагаем, неточно говорить, что ответственность наступает перед государством, а не перед стороной. Подобная ситуация ярко характеризует двойственную природу государства как субъекта финансового отношения: с одной стороны, оно регулирует и организует отношение, а с другой — является его непосредственным участником. То же самое в том или ином виде происходит и в других отраслях права, например гражданском праве. Именно поэтому данный признак вряд ли может рассматриваться как квалифицирующий финансовое правоотношение.

Согласно другому подходу, финансовые правоотношения — это урегулированные нормами финансового права общественные отношения, участники которых выступают как носители юридических прав и обязанностей, реализующие содержащиеся в этих нормах предписания по образованию, распределению и использованию государственных, муниципальных и других публичных денежных фондов[14].

В учебнике под редакцией М. В. Карасевой приводятся следующие характеристики финансового правоотношения, обусловленные спецификой предмета и метода финансово-правового регулирования[15]:

— Возникает и развивается исключительно в сфере финансовой деятельности государства и муниципальных образований.

— Служит формой реализации публичных интересов, в связи с чем должно рассматриваться как публично-правовое отношение.

— В сущности, является отношением экономическим.

— Имеет имущественный характер. В качестве имущественных благ в финансовых правоотношениях выступают денежные средства (финансовые ресурсы), в наличной и безналичной форме.

— Является властеотношением.

Властно-имущественный характер финансового правоотношения служит критерием для отграничения его от гражданско-правового отношения[16].

Как видим, в этих определениях много общего: финансовые правоотношения возникают в сфере финансовой деятельности государства и муниципальных образований, имеют властно-имущественный и публичный характер.

Думается, что при характеристике финансового правоотношения стоит делать упор на его понимании не как властеотношения, а как управленческого отношения, строящегося, главным образом, по принципу разграничения прав, обязанностей, компетенций и ответственности.

Сложившееся в финансово-правовой науке понимание финансового правоотношения, по нашему мнению, вызвано узким пониманием финансовой деятельности и отождествлением понятий «финансовая деятельность» и «финансовая деятельность государства и муниципальных образований». Объективно существующая финансовая деятельность организации в финансово-правовое понятие финансовой деятельности не включается, что влечет сужение понятия «финансовое правоотношение», которое в соответствии с приведенными выше понятиями возникает исключительно в сфере финансовой деятельности государства и муниципальных образований, носит властно-имущественный, публичный характер. За рамками такого понимания финансового правоотношения остаются объективно существующие финансовые правоотношения в сфере децентрализованных финансов. Финансовое правоотношение в организации не отвечает указанной специфике. Но значит ли это, что оно не является финансово-правовым? Думается, нет.

То, что финансовые отношения в организаций не вписываются в предмет финансового права в его современном понимании, не может подвергаться сомнению, но правильно ли это? Почему отношения, имеющие финансовую природу должны считаться гражданско-правовыми, а не финансово-правовыми?

Финансы организаций существуют, они являются звеном финансовой системы, их отрицание в финансовом праве не меняет объективной ситуации.

Поэтому представляется необходимым скорректировать определение финансового правоотношения с учетом финансовых правоотношений, возникающих в финансах организаций. На наш взгляд, понятие финансового правоотношения шире понятия публичного финансового правоотношения и включает, помимо публичных, и частные финансовые правоотношения.

По критерию сфер финансовой деятельности финансовые правоотношения можно подразделить на два вида:

— публичные финансовые отношения, возникающие в сфере финансовой деятельности государства и муниципальных образований;

— частные финансовые отношения, возникающие в сфере финансовой деятельности организаций и физических лиц.

Четкое разграничение между публичными финансовыми правоотношениями и частными провести сложно, так как на стыке этих отношений располагается комплекс взаимопроникающих частно-публичных элементов отношений обеих групп. Эта граница весьма подвижна. Общий объем публичного и частного регулирования в конкретном финансовом правоотношении зависит от группы финансовых правоотношений и выражается в правовом режиме финансовых ресурсов, определяемом сферой каждого из видов финансовой деятельности.

Сложившиеся в науке финансового права и приведенные выше признаки финансового правоотношения являются признаками публичных финансовых правоотношений. Разграничение финансовых отношений на публичные и частные потребует дальнейшего выявления признаков частных финансовых правоотношений, а также общих признаков финансовых правоотношений обеих групп (и частных и публичных финансовых правоотношений) и нового понимания финансового правоотношения вообще. Вместе с тем нужно отметить, что провести такое разграничение по методу регулирования становится все более затруднительным, поскольку отношения в обеих группах испытывают воздействие как императивных, так и диспозитивных методов регулирования, вопрос состоит в мере присутствия того или иного метода в доминирующем (мере публичного в частном и частного в публичном).

Так как мы исходим из единства и целостности финансовых отношений, то считаем, что правовое регулирование финансового правоотношения будет строиться на едином методе координации, включающем систему подметодов: обязательных предписаний, согласования (автономии воли) и рекомендаций.

Финансовые отношения могут возникать и между равноправными субъектами, однако эта проблема требует специального рассмотрения.

Под финансовыми правоотношениями предлагаем понимать урегулированные нормами права общественные отношения по формированию, распределению и использованию финансовых ресурсов.

Финансовые правоотношения организации могут существовать одновременно в трех плоскостях:

— по вертикали — в отношениях с органами регулирования и контроля;

— по горизонтали — в отношениях с иными субъектами хозяйствования;

— как внутрихозяйственные отношения — финансовые отношения внутри организации.

Поэтому финансовые правоотношения, по нашему мнению, имеют разнородный характер: это и отношения субординации, и отношения, основанные на равенстве.

Рассмотрим структуру финансового правоотношения в организации. В структуре правоотношения принято выделять субъекты, объекты, содержание. Субъект отношений в сфере финансовой деятельности обладает комплексным межотраслевым статусом. Его отраслевые статусы взаимосвязаны и взаимообусловлены.

Предпосылкой вступления в качестве субъекта финансового правоотношения является финансовая правосубъектность. Однако и здесь возникает сложность. Никаких особых общих признаков субъекта именно как субъекта финансового права в специальной литературе не выделяется. Обычно при характеристике субъектов финансового права приводится их перечисление, совершенно не отражающее их специфику. Поэтому отраслевую принадлежность субъекта финансового права невозможно определить в отрыве от его прав и обязанностей в финансовом правоотношении или его межотраслевого правового статуса и финансовой право-дееспособности.

Правосубъектность в частных и публичных финансовых отношениях имеет свои особенности. Прежде всего, круг субъектов финансовых отношений в частных и публичных отношениях будет различным. Общие признаки правосубъектности будут определяться единством сферы финансовой деятельности.

Финансовые отношения в организации можно подразделить на внешние и внутренние (внутрихозяйственные). Субъектами финансовых правоотношений в организациях являются сами организации, а во внутрихозяйственных финансовых отношениях также их подразделения и органы.

Сама организация, как субъект налоговых отношений, отношений по валютному контролю, отношений с банковскими и страховыми организациями, очевидно, таким свойством, как финансовая правосубъектность, обладает. Сложности возникают при определении финансовой правосубъектности отдельных подразделений организации. В соответствии со сложившейся традицией ее нельзя назвать финансово-правовой. Вопрос о правовом регулировании внутрихозяйственных отношений связан с регулированием бухгалтерского учета и его отраслевой принадлежности и требует самостоятельного рассмотрения. По сложившейся традиции внутрихозяйственные отношения не включаются в предмет финансового права. Вопрос о понятии, составе, правовом статусе обособленных подразделений является дискуссионным и требует специального исследования.

Как отмечает Л. Н. Древаль, «в истории развития финансового законодательства был такой период, когда субъектами финансового права — налогоплательщиками согласно нормам Федерального закона „О налоге на имущество предприятий и организаций“ (1991 г.) — признавались именно филиалы и другие аналогичные подразделения, имеющие отдельный баланс и расчетный счет»[17]. Однако для финансового права выделение коллективных субъектов в такой интерпретации в качестве самостоятельного вида представляется Л. Н. Древаль не совсем целесообразным[18].

Налоговая правосубъектность является лишь частью финансовой правосубъектности юридического лица (его подразделения частично правосубъектны в налоговом праве). Правосубъектность организаций в финансовых отношениях в сфере финансовой деятельности организаций будет включать конституционно-правововую, гражданско-правовую, финансово-правовую (в том числе налоговую и учетную), административно-правовую отраслевую правосубъектность.

Для вступления в финансовые правоотношения предприятия и иные коммерческие организации, как коллективные субъекты финансового права, должны обладать юридической самостоятельностью, иметь свой финансовый план, однако законодательством предусматривается, что филиалы, другие обособленные подразделения предприятий могут исполнять обязанности последних, в частности по уплате налогов по месту своего нахождения (ст. 19 НК РФ)[19]. Как следует из ст. 19 Налогового кодекса РФ, налогоплательщиками и плательщиками сборов признаются организации и физические лица, на которых в соответствии с настоящим Кодексом возложена обязанность уплачивать соответственно налоги и (или) сборы; в порядке, предусмотренном НК РФ, филиалы и иные обособленные подразделения российских организаций исполняют обязанности этих организаций по уплате налогов и сборов по месту нахождения этих филиалов и иных обособленных подразделений.

В соответствии со ст. 11 НК РФ, обособленное подразделение организации — это любое территориально обособленное от нее подразделение, по месту нахождения которого оборудованы стационарные рабочие места. Признание обособленного подразделения организации таковым производится независимо от того, отражено или не отражено его создание в учредительных или иных организационно-распорядительных документах организации, и от полномочий, которыми наделяется указанное подразделение. При этом рабочее место считается стационарным, если оно создается на срок более одного месяца.

Допуская, что во внешних финансовых отношениях, прежде всего налоговых, филиалы и представительства не являются субъектами финансовых правоотношений, полагаем, что они обладают отдельными элементами финансовой правосубъектности, в частности, исполняют обязанности по уплате обязательных платежей российских организаций.

Внутрихозяйственные отношения отличаются особой спецификой: во внутрихозяйственных отношениях подразделения организации являются полноправными субъектами.

Правосубъектность предполагает наличие правоспособности и дееспособности. Финансовой правоспособностью обладает любая организация с момента ее создания. Финансовая дееспособность зависит от наступления определенных юридических фактов или наличия фактических составов, в зависимости от вида финансового отношения в сфере финансовой деятельности организации. Например:

— в налоговых отношениях — наличие всех элементов налога;

— в финансовых отношениях по выплате дивидендов — решение общего собрания, наличие акций и доли, отсутствие обстоятельств, ограничивающих выплату дивидендов по закону;

— при начислении заработной платы — наличие трудового договора, приказа о приеме на работу, документов бухгалтерского учета и т. д.

Объект правоотношения, объект финансовой деятельности, объект финансового права

Объектом правоотношения является то, на что оно направлено. Существуют разные подходы к пониманию объекта правоотношений. Основными считаются те, которые в качестве объекта признают благо или поведение. Есть и не совсем обычные, которые понимают под объектом правовой режим. Видимо, тот или иной подход применим в той или иной мере к различным объектам в рамках конкретной отрасли. Так, в гражданском праве объектами правоотношений можно считать и блага, и поведение. По нашему мнению, объектами финансовых правоотношений и прав являются и блага и поведение субъектов.

Объект правоотношения и финансовой деятельности должен обладать свойством правообъектности, т. е., признан в качестве объекта финансовых прав государством. В законодательстве понятие «объект финансовых прав» не содержится. Однако отдельные объекты все же можно отнести к объектам финансовых прав исходя из признаков, которыми должны обладать эти объекты.

Не следует забывать о различиях объектов прав и правоотношений. Правообъектность, т. е. признание в качестве объекта прав, есть предпосылка выступления конкретного блага или поведения в качестве объекта правоотношения. Объект прав — абстрактное понятие, характеризующее совокупность благ и характеристик поведения. В правоотношении происходит его конкретизация. Этот процесс аналогичен процессу различения субъекта права и субъекта правоотношения.

Поскольку финансовые отношения носят денежный распределительный характер, то объектом финансовых правоотношений как благ является то, что подлежит распределению. Поэтому основным свойством объектов финансовых прав и правоотношений как благ будет их потенциальная «распределяемость». В каждой группе финансовых отношений конкретный объект будет различным, но общим будет именно то, что этот объект распределяется или может распределяться в будущем.

Правовой режим распределения объекта финансовых прав, его общие рамки должны быть, так или иначе, определены государством. Правовой режим распределения будет отличаться по методу регулирования для публичных и частных финансов. В случае с централизованными финансами, механизм распределения регламентируется публичным образованием преимущественно императивно, в случае с децентрализованными финансами метод будет иметь черты и императивного и диспозитивного. Диспозитивные правила могут устанавливаться физическим и юридическим лицом только после соблюдения всех императивных требований закона. В некоторых случаях речь будет идти о мере императивности и диспозитивности в режиме распределения того или иного объекта. Например, при распределении прибыли объектом распределения будет прибыль. Правовой режим распределения будет определяться:

— направлениями распределения: на налог, на дивиденды, на реинвестирование и т. д. Что касается налога на прибыль, то он будет распределяться в императивном порядке, распределение прибыли после налогообложения будет определяться предприятием диспозитивно, с учетом законодательных ограничений на распределение прибыли (например, ст. 29 ФЗ «Об ООО»);

— правилами бухгалтерского и налогового учета.

Направления распределения будут в той или иной мере определять методы распределения.

Таким образом, если объектом финансовых прав является благо, то оно в обязательном порядке должно обладать как минимум следующими признаками:

— распределимостью/ распределяемостью;

— денежным характером.

Когда объектом финансового правоотношения является поведение, оно должно осуществляться по поводу планирования, формирования, распределения и использования фондов и финансовых ресурсов (в финансовом обязательстве), а также финансового контроля.

С позиций общей теории права, блага должны признаваться объектами со стороны государства, чтобы обладать такими свойствами, как оборотоспособность (т.е. способность переходить от одного лица к другому), как средства закрепления объекта за субъектом, отделимость от других объектов.

Объекты финансового права как блага обладают особыми свойствами, отличающими их от объектов других отраслей права, как упоминалось выше, они должны иметь качество распределяемости (распределимости).

Объектами финансовых прав и, соответственно, правоотношений, по нашему мнению, являются:

— финансовые ресурсы, в том числе имеющие фондовую форму (виды финансовых ресурсов в публичных финансах и в частных будут различаться);

— денежные фонды как материальные носители финансовых ресурсов;

— поведение субъектов по поводу планирования, формирования, распределения и использования финансовых ресурсов, а также финансового контроля.

Конкретные объекты финансовых правоотношений будут различаться в зависимости от вида финансового правоотношения и сферы финансовой деятельности (в публичных и частных фин