Не вне тебя правда, а в тебе самом; найди себя в себе, подчини себя себе, овладей собой - и узришь правду. Не в вещах эта правда, не вне тебя и не за морем где-нибудь, а прежде всего в твоем собственном труде над собою. Победишь себя, усмиришь себя - и станешь свободен как никогда и не воображал себе, и начнешь великое дело, и {других свободными сделаешь, и узришь счастье}, ибо наполнит[97] ся жизнь твоя, и поймешь наконец народ свой и святую правду его.

Комментарий жазу

Irinaдәйексөз келтірді7 ай бұрын

Вот та преобладающая мысль нашего века, которая везде слышится в воздухе. Верят в {человечество}, в {человека} не верят больше. Г-н Достоевский, по-видимому, один из немногих мыслителей, не утративших веру {в самого человека}. Нельзя не согласиться, что в этом направлении много независимости, а привлекательности еще больше... Таким представляется дело по сравнению с односторонним и сухим социально-реформаторским духом времени. Но то же самое представляется совершенно иначе по отношению к христианству. Демократический и либеральный прогресс верит больше в принудительную и постепенную исправимость всецелого человечества, чем в нравственную силу лица.

Комментарий жазу

Irinaдәйексөз келтірді7 ай бұрын

Лермонтов и другие кавказские офицеры, сражаясь против черкесов и убивая их, восхищались ими и даже нередко подражали им. Точно такое же отношение к горцам мы видим и у староверов казаков, описанных гр. Львом Толстым (11). Этот же романист представил нам примеры подобных двойственных отношений русского дворянства к французам в эпоху наполеоновских войн (12). Черкесы эстетически нравились русским, противникам своим. Русское дворянство времени Александра I восхищалось тогдашними французами, вредя им стратегически (а следовательно, и {лично)} на каждом шагу.

Комментарий жазу