Оглавление

НЕ СМОТРИ НА ОБЕЗЬЯНУ! Глава 1

Андрей распахнул балконную дверь. Теплый ветер тут же надул длинную легкую штору белым парусом. В глубине спальни Таня, что-то пробормотав во сне, повернулась на другой бок. Андрей осторожно прикрыл за собой дверь. Ступил босыми ногами на нагретые гладкие половицы. Чувствовалось, что внизу, у моря, августовское солнце жарит вовсю, несмотря на ранее утро.

А здесь, на вершине горы, ровное тепло струилось сквозь сосновые и кедровые кроны, легкий ветер рассеивал зной, играл зубцами розовой «маркизы», защищающей балкон от солнца.

К ногам Андрея упала шишка. Шустрая белка промчалась по стволу раскидистой сосны и скрылась в зеленых ветвях.

Андрей подошел к противоположному краю балкона. Там стену виллы сплошным курчавым ковром покрывал темно-зеленый виноград. Таня и выбрала эту виллу, увидев в рекламном проспекте отеля фото, где виноград живописно оплетал уютные деревянные домики до самых крыш.

Хотя Андрей предпочел бы номер в новых корпусах отеля. Но и на вилле было отлично.

Двухэтажный деревянный дом, обшитый светлыми сосновыми панелями. На первом этаже — столовая, она же — гостиная. На втором — две спальни, и кабинет. Во всех комнатах — добротная дорогая мебель, широкие диваны. В детской игровой комнате — мягкое покрытие, «шведская стенка», висят качели.

Две просторные ванные комнаты, в каждой — горы махровых полотенец, взрослые и детские халаты. Большая кухня. Андрей усмехнулся. Предполагалось, что на просторной оборудованной кухне жена будет готовить для семьи завтраки. Здоровую полезную пищу, разумеется.

Но Соня и Мишка дружно порушили эту идею на корню. Насмотрелись в отельном детском клубе на детей, уплетавших пиццу, картошку фри, пирожные, и заявили, что хотят на завтраки то же самое. Тане удалось отстоять только утреннюю овсянку для Мишки.

И ту на виллу привозил на электрокаре официант из ресторана. По всей громадной территории отеля сновали туда — сюда эти маленькие машинки. Они доставляли еду, напитки, подвозили разморенных жарой постояльцев к корпусам.

Маленький Мишка, дома послушно глотавший мамину кашу, здесь сообщил, что овсянка из ресторана ему нравится больше.

Но даже Таня не смогла придраться к качеству местных продуктов. В этом отеле они были превосходными. Все — высшего качества. Отель имел собственную молочную ферму и небольшой скотный двор, с курами, утками, козами. Ежедневно свежие яйца выкладывались белыми пирамидами на специальных стойках. Стояли рядами кувшины с козьим, коровьим молоком. Был сад, где гранатовые, апельсиновые и лаймовые деревья гнулись под тяжестью спелых плодов.

Таня заказывала доставку свежевыжатых соков к завтраку. Конечно, Соня с Мишкой напивались в детском клубе «Фантой» и прочей вредной газировкой. Жена воевала с этим, но без особого успеха.

Кабинет предназначался Андрею. Там стоял стол с компьютером, сейф, массивное кожаное кресло. Андрей, и правда, планировал поработать в отпуске. Но вот уже четыре дня кабинет пустовал. Последние два года Андрей трудился без отпусков, с редкими выходными. Компания, которую он создал, отнимала много времени. Сейчас, расслабленный негой курортной жизни и южным солнцем, Андрей все откладывал дела на потом.

И с детьми ему хотелось побыть подольше. Он ловил себя на мысли, что пропустил тот момент, когда Соня, из кудрявого пухлого карапуза, превратилась в кокетливую девочку с длинными русыми волосами. Девочка эта уже имела свою косметику и спорила с мамой по поводу выбора платьев и купальников.

И сын рос невозможно быстро. Кажется, еще вчера он беззубо смеялся, слушая «Синий трактор» (не песня, а кошмар всех родителей!), а сегодня — быстрее отца находит ролики и мультики в Интернете. Андрей перегнулся через перила балкона. Сбоку от стены две огромные сосны сплетались кронами. Толстые, причудливо изогнутые ветви образовывали круглую прореху среди зеленой хвои.

В прорехе было видно море вдалеке. Это походило на картину. В обрамлении изумрудных рам — бирюзовое пятно. Оно выглядело так ярко, что Андрей каждый раз зависал, вглядываясь в это голубое «окно» среди зелени.

Иной раз далекий кораблик появлялся на горизонте, виднелся в «окне». Андрей показывал его детям и радовался их восторгу.

Вокруг царила тишина, нарушаемая только слабым чириканием каких-то невидимых пташек в листве деревьев. Со стороны современных корпусов не доносилось ни звука. Молчали даже петухи на скотном дворе. Первые дни они будили всех спозаранку. Андрей любил это утреннее время.

Прямо перед их виллой раскинулся большой прямоугольный бассейн. Его вода, усиленная синим кафелем на стенках, сверкала так ослепительно, что приходилось прищуриваться. Солнечные блики танцевали на поверхности, создавая причудливую мозаику света и тени.

По краям бассейна росли пышные кусты олеандра с белыми и розовыми цветами, их сладкий аромат смешивался с солоноватым запахом моря. На карте отеля бассейн назывался «Голубым ручьем».

Дети поначалу гордились «своим» бассейном, но быстро потеряли к нему интерес. Куда увлекательнее оказался каскад бассейнов рядом с современными корпусами! Там жизнь била ключом.

Водные горки петляли между пальмами, «ленивая» река неспешно несла отдыхающих по извилистому маршруту. В центре самого большого бассейна величественно возвышался фонтан-кит — его пасть извергала мощные струи воды, которые под солнечными лучами превращались в мириады крошечных радуг.

У бассейнов всегда было шумно и весело: гремела музыка, звенел детский смех, раздавались возгласы аниматоров. Днём команда бойких девушек и парней устраивала аквааэробику, конкурсы и эстафеты, а вечером здесь проходили зажигательные вечеринки для взрослых — с огненными шоу и танцами.

А «Голубой ручей» оставался оазисом покоя. Вокруг него стояли мягкие шезлонги с полосатыми зонтами, создававшими пятнистую тень.

Небольшой бар с прохладными напитками манил свежевыжатыми соками и ароматным чаем. Здесь было тихо.

Раскидистая бугенвиллия роняла свои ярко-розовые лепестки в прозрачную воду бассейна.

Жильцы соседних вилл и бунгало предпочитали тусоваться у главного бассейна или пропадали на море. Поэтому «Голубой ручей» был полностью в распоряжении семьи Андрея.

Рядом с бассейном высилось диковинное сооружение — неровный каменный куб размером с небольшой дом. Он напоминал то ли старинный амбар, то ли древний корабль, выброшенный волнами и навеки застывший на берегу. Массивные стены, сложенные из грубо обтёсанных серо-жёлтых блоков, украшали объёмные искусственные головы животных.

Олень с ветвистыми рогами, словно выросшими из камня, смотрел вдаль невидящими глазами-углублениями; медведь с приоткрытой пастью; собака с вытянутой мордой; бычья крутолобая морда; голова кабана с острыми клыками словно предупреждала: «Не подходи».

Каждая скульптура была выполнена с немного пугающей реалистичностью. Крыша сооружения представляла собой странную конструкцию — не плоская, как можно было ожидать, а слегка выпуклая, как палуба древнего судна.

Она была выложена тёмно-коричневой черепицей. По краям тянулись низкие парапеты с резными узорами, напоминающими волны или змеиные тела.

Это был «Ноев ковчег» — о чём Таня с Андреем с изумлением узнали, изучая план отеля. Бассейн рядом с сооружением выглядел чужеродно — его кристально-голубая вода и современные лампочки подсветки резко контрастировали с грубоватыми блоками «Ковчега».

Детей «Ковчег» не заинтересовал — внутрь залезть было невозможно, а разглядывать каменные головы им быстро наскучило.

.С утра Таня уводила семью на море. Хотя дети готовы были все дни проводить в детском клубе и у главного бассейна, где быстро обзавелись приятелями.

Но Таня твердо придерживалась принципа полезности, настаивала на купании в морской, а не в хлорированной воде. Послушав детское нытье, Андрей предложил компромисс: полдня — все на море, после обеда — у бассейнов, вечером — детский клуб.

Ободренная поддержкой мужа, Таня заявила о необходимости дневного сна для 5-летнего Мишки.

Сын взвыл, и вопрос со сном повис в воздухе. Они все вместе ходили на пляж, Андрей строил с детьми песочные крепости, Таня подолгу плавала, потом нежилась под пляжным зонтом.

Ближе к обеду Мишка, разморенный солнцем и морем, прикладывался к маме под бочок на лежаке и засыпал. Спал он все еще, как спят младенцы, раскидывая ручки в стороны. 8-летняя Соня упорно держала фасон, спать не ложилась, Андрей учил ее плавать.

Потом все шли обедать.

К корпусам отдыхающие поднимались с пляжа на лифте, или на фуникулере. Соня с Мишкой каждый раз тянули родителей к нему, хотя на лифте было бы быстрее. Андрей отлично их понимал! Такого фуникулера он еще не видел.

По рельсовым путям ездили две кабины. Одна поднимала пассажиров в гору, вторая — везла вниз, к пляжу. Посередине, между рельсами, были сооружены бетонные ступени. На каждой ступени красовались изваяния в виде больших разноцветных лягушек.

Лягушки извергали потоки воды, которые струились вниз по этому каскаду, образовывали искрящийся на солнце водопад. Кататься на таком фуникулере было здорово!

Из нескольких ресторанов и кафе на территории детям особенно полюбился один. Ресторан «Eco Dream» находился далековато от их виллы. Но к нему вела такая захватывающая дорога, что Соня с Мишкой вопили от восторга, и родители смирились. Дорожка вилась между соснами, сосны сменялись огромными искусственными деревьями с дуплами, сучья деревьев образовывали уютные арки.

То слева, то справа обнаруживался или грот, или ступеньки, ведущие в таинственное подземелье. На пути возникали гипсовые мухоморы размером с Мишку, стояли гигантские скульптуры каких-то персонажей из мультфильмов. Андрею с Таней инсталляции казались аляповатой безвкусицей, но дети с упоением бегали среди этих монстров.

У входа в ресторан красовалось пышное тропическое дерево, его желто-розовые цветки источали сладкий аромат. Таня сказала, что это плюмерия: жена любила парфюм с этим запахом.

***

Андрей слегка вздрогнул, когда раздалось громкое кукареканье петуха. Как по сигналу где-то залаяла собака. Дверь балкона открылась, вышла сонная Таня.

— Доброе утро! Выспалась? — Андрей чмокнул жену в розовую щеку, на которой виднелся след от подушки. — Почти — зевнула Таня. — Могла бы и дальше спать, если бы не чертов петух! Доброе утро.

Они некоторое время молча смотрели на далекое море в сосновой прогалине.

— Какие планы на сегодня? — рассеянно спросила Таня, разглядывая свое отражение в балконной двери и поправляя короткие растрепанные волосы. Андрей пожал плечами.

— Не знаю. Никаких. Мишка хотел покататься на детской железной дороге. Мы еще в той части территории не были. Соня, думаю, тоже не откажется.

— Здесь есть детская железная дорога? — удивилась жена. — Угу. Сходим на море, после обеда пойдем кататься.

— По прогнозу погоды сегодня обещали шторм. — Таня положила на перила ноги, уже тронутые легким загаром, откинулась в кресле.

— Да? Тогда, может, утро проведем у бассейна, в обед прогуляемся?

Таня покивала, прикрыв глаза. Непослушный хохолок светлых волос на ее голове кивал в такт.

— Давай. А я схожу на йогу. И потом — на массаж.

Где-то в глубине дома послышался шум, что-то уронили, и через секунду на балкон вылетела Соня. — Мам, ну скажи ему! Я не могу с этим ребенком!

Андрей подавился смехом: последняя фраза была из лексикона Сониной бабушки.

— Доброе утро, дочь! — вздохнула Таня.

— Сонь, что там у вас в такую рань? — Андрей потрепал ее по русой макушке. — Пап, он опять взял мой телефон! Сто раз просила его не трогать! Я потом там найти ничего не могу!

— Не «он», а «Миша» — Таня встала с кресла. — Я тебя тоже сто раз просила называть брата по имени. А толку — ноль. Ладн