Оглавление

Глава 1. «Отшельники»

Иван, 2019 год

Народ в общаге хоть и разный, а всё равно проверенный. С соседями у меня отношения нормальные — частенько помогаю им то Windows установить, то розетку заменить. В общем, привыкли ко мне соседи, да и я к ним. Поэтому, когда в дверь стучат, я обычно не жду от гостей ничего плохого. Смотрю в дверной глазок. А там, внезапно, вместо знакомых лиц — гадко улыбающийся мент и двое мужиков в гражданском. Может, я засветил свой IP-адрес, когда лазал по чужим серверам? Вроде бы использую надёжную защиту… Странно. 
— Откройте, полиция! — вежливо, но строго говорит представитель правопорядка. 
— Минуточку, мне одеться надо — бессовестно вру я, а сам тем временем беру горсть карточек памяти и кидаю их внутрь смятой, но чистой картонной упаковки от йогурта, потом аккуратно кладу её в мусорное ведро, присыпав сверху шелухой от семечек. Я использую операционную систему, которая загружается с флешки, а самую интересную информацию храню на картах памяти микро-SD. Они мелкие, и их легко спрятать, в случае такого вот неожиданного визита. Хоть полиция ранее мной не интересовалась, но я, как и любой компьютерщик — немного параноик.
Я подхожу к двери и открываю её перед полицейским, как добропорядочный гражданин. Гости входят и показывают мне какую-то бумажку, говоря, что это ордер. 
— Майор Соловьёв — представляется мне коренастый и стриженный почти под ноль мент, доставая из кармана удостоверение — А это мои коллеги из отдела по борьбе с киберпреступностью. Сейчас мы обыщем вашу комнату и конфискуем все электронные устройства, а потом вы проедете с нами в отделение для дачи показаний. 
— А что, собственно, случилось? — удивлённо говорю я — Криминала за мной не числится. Какие у вас причины для обыска? 
— У нас есть сведения, что вы незаконным путём получили доступ к секретной информации. — Соловьёв приглаживает «ёжик» на голове, и прищурившись смотрит на обстановку в моём жилище. Я обитаю в давно не знающей ремонта комнате общежития, а накануне ещё и с девушкой расстался. Поэтому в моей, теперь уже холостяцкой берлоге полно немытой посуды и нестираной одежды, развешанной как попало на спинках стульев.
Какое-то время трое визитёров шарят по ящикам стола, простукивают стены, вытаскивают из гардероба все мои вещи, в общем, добавляют к родному творческому беспорядку нотки полнейшего разгрома. 
— Думаешь, мы тут шутки пришли шутить? — зло смотрит на меня майор Соловьёв, сгребая все мои гаджеты в большой пластиковый пакет для улик. Туда отправляются два ноутбука, планшет, жёсткий диск от системника, который гости не поленились выкрутить. Мент протягивает руку, и я покорно отдаю ему свой смартфон, оставшись без связи.
Некоторое время эти гады бестолково гремят банками с гречкой, пересыпая их содержимое. Наконец, майор поворачивается в мою сторону и досадливо морщится. 
— Где твои бэкапы? Всё равно ведь не скажешь, да? Впрочем, если мы не нашли, другие тоже вряд ли найдут…
Я некоторое время пытаюсь сообразить, о чём он, и кто эти таинственные «другие». А потом люди в гражданском берут меня под руки, и мягко, но крепко придерживая, выводят из комнаты. Мне даже позволяют закрыть дверь ключом. Соловьёв выходит из подъезда первым, и садится за руль чёрного джипа. Интересные нынче машины у полиции. Ни мигалок, ни опознавательных знаков. В лучших традициях советского КГБ. Неразговорчивые спутники майора сажают меня на заднее сиденье так, что я оказываюсь посередине между ними. А потом с агрессивным рыком запускается двигатель, в котором не меньше пары сотен лошадей, и мы едем. Поначалу я не особо волнуюсь. Но когда машина начинает двигаться в сторону выезда из города, становится не по себе. 
— Куда это мы? — спрашиваю я. 
— В специальное отделение полиции, которое занимается такими вот, как ты — говорит Соловьёв, хмуро глядя в зеркало заднего вида. Один из «гражданских» слева тихо усмехается.
Некоторое время я удовлетворяюсь этим объяснением, но когда джип въезжает в лес и сворачивает на еле приметную дорожку, я снова не выдерживаю. 
— Мы же в лесу — говорю я. 
— Ага — соглашается один из моих похитителей и начинает меня душить. Я тщетно пытаюсь оторвать от шеи его руку, но он намного сильнее. Второй придерживает меня слева. Сознание начинает мутиться, поле зрения сужается в небольшой круг света, сквозь который видны мелькающие по сторонам дороги высокие ели. Я вырубаюсь.
Снова прихожу в себя оттого, что меня бросают на землю. Руки связаны за спиной. Болит шея, и виски как будто сдавлены клещами — видимо, от недостатка кислорода. Хвойные иголки под спиной неприятно колются. Я оглядываюсь, и майор Соловьёв, заметив, что я очнулся, пинает меня носком сапога по рёбрам. Двое в гражданском трудятся, копая лопатами яму. Могилу? Джипа рядом не видно — наверное, они притащили меня сюда пешим ходом. В самую чащу. Чтобы закопать. 
— Эй — я пытаюсь сесть, и мне это почти удаётся, но новый удар под рёбра опрокидывает обратно на хвою. — Вы что творите? 
— Нечего было лезть куда не просят — майор Соловьёв растеряв всю свою вежливость нагло ухмыляется, глядя на меня сверху. — Развелось вас, нетсталкеров. Думаете, самые умные? Сканируете, ищете не пойми что. Лучше бы на лавочке пиво пили, как нормальные пацаны — с издёвкой произносит он и мерзко хохочет. 
— Вы не мент — догадываюсь я — Собираетесь убить меня? Но что я такого сделал?! Скажите хоть — терять мне всё равно нечего. 
— Да ты вообще случайно под раздачу попал — смеётся фальшивый сотрудник полиции — Друг твой, у него ник прикольный — Segmentation Error. Вот уж, действительно, ошибка природы. Взломал наш сервер, слил информацию. Ещё и тебе отправил, похвастаться. Так что благодари товарища. С ним мы уже разобрались, теперь вот с тобой закончим, и всё.
Еррор — один из наиболее активных нетсталкеров. Он постоянно что-то ищет, используя чужие компьютеры в качестве своих сканеров сети. Из-за огромного количества файлов, которые он кидает мне заценить, я не всегда их смотрю. Хотя, надо признать, там сплошь «годнота». Секретные отчёты спецслужб, хакерские мануалы, уникальный софт, да украденные базы данных. На всё это добро, мой сетевой друг натыкается зачастую даже без использования взлома. Он использует поиск по открытым источникам, сканирование IP диапазонов, исследование случайных доменов, поиск скрытых директорий. Что же такого скинул мне Еррор? На SD-карточках, которые я спрятал в мусорном ведре, есть каждодневный бэкап сообщений мессенджера. Выходит, там есть файлы, из-за которых меня сейчас хотят убить и закопать в лесу. А я даже их не смотрел. Мысленно ругаю себя за то, что последнее время не придавал значения присылаемым другом находкам.
Над головой поёт какая-то птица. Ей отвечает другая. Солнце выходит из-за туч, и сквозь густые еловые ветви прямо на моё лицо падает луч света. Умирать в такой живописной обстановке совсем не хочется. 
— Слушайте, но я даже не открывал те документы — пытаюсь я вразумить Соловьёва — Еррор вечно хвалится своими находками, я уже забил на это и редко обращаю на них внимание. Понятия не имею, что он там такого обнаружил. Какой смысл меня убивать? 
— А что нам, назад в город тебя везти? Вон, пацаны уже могилу выкопали. — человек в форме майора пожимает плечами — Ну не смотрел файлы, и ладно. Может, и к лучшему даже. Помрёшь без лишних мыслей.
Он расстегивает кобуру и спокойно достаёт пистолет. Изловчившись, я вскакиваю на ноги, но вижу только дуло ствола, направленного мне в грудь. 
— Прощай, нетсталкер — говорит Соловьёв. В кустах что-то шумит. Майор удивлённо поворачивает голову, уже нажимая на курок пистолета. Но за мгновение до выстрела из зарослей папоротника выпрыгивает поджарая немецкая овчарка, и вцепляется зубами в руку, держащую пистолет. Гремит выстрел. Моё левое плечо обжигает резкая боль, по руке течёт что-то тёплое. Организм выплёскивает громадное количество адреналина, и, не успев понять, что случилось, я бросаюсь в те самые кусты, откуда мгновение назад появилась собака.
Бегу я недолго, вскоре земля уходит из-под ног, я падаю и качусь по пологому склону, ведущему к маленькой речке. На берегу стоит удивлённый мужик, лет пятидесяти, рядом валяется брошенная им удочка, а в камышовых зарослях, подрагивает на воде деревянная лодка. 
— Помогите! — превозмогая сильную боль в плече, кричу я. Кое-как поднявшись, ковыляю к незнакомцу, но силы оставляют меня, и я валюсь на траву. Последнее, что вижу, это то, как из леса появляются двое в гражданском, и быстро идут к нам. Рыбак оценивающе смотрит на них, а потом из его рук одновременно вылетают два блестящих предмета. Мои преследователи падают, хрипя. У обоих в груди торчат метательные ножи. Слышится радостный лай немецкой овчарки, и сознание окончательно покидает моё бренное тело.

***
Глаза открываются, и взору предстаёт лицо красивой блондинки, склонившейся надо мной. Пока она медленно водит руками над раной, я успеваю хорошо её рассмотреть: на вид ей лет двадцать, или чуть больше, глубокие синие глаза, чуть вздёрнутый нос, маленькая родинка на правой щеке и бледная, нежная кожа, ещё не успевшая загореть.
Заметив, что я очнулся, девушка подмигивает мне. 
— Лежи тихо, я не закончила.
Я чувствую, как боль медленно отступает, и с удивлением понимаю, что это происходит от движений девичьих рук. 
— Пулю папа удалил — поясняет юная целительница — Пришлось тебя усыпить, чтобы было не так больно. Ты здесь почти полдня. Как зовут-то? 
— Иван — я поворачиваю голову, с интересом оглядываясь. Мы находимся в добротном бревенчатом доме. С потолка свисают пучки каких-то трав, чесночные зубчики, нанизанные на леску, сушёные грибы. На стене висит старенькая двухстволка. 
— Где мы? — спрашиваю я — Ты кто? 
— Я Оля — улыбается девушка — Тебя батька утром принёс. Говорит, гнались за тобой какие-то плохие люди, сейчас он их хоронить ушёл. 
— Что ты делаешь? — я киваю на руки — Почему мне лучше? 
— Лечу тебя, дурак — Оля, наконец, заканчивает свои магические пассы над раной — Ну как, получше?
Я пробую пошевелить левой рукой. Больно, но терпимо. 
— Получше! — удивляюсь я — Где ты этому научилась? 
— От мамы — блондинка задумчиво поправляет локон и смешливо смотрит на меня — Кто тебя убить-то хотел, и за что? Расскажешь? 
— Я компьютерщик — поясняю я — Нетсталкер. Хотя вряд ли ты знаешь это слово. 
— Ну что за стереотипы? — Оля делает притворно-обиженное выражение лица — Думаешь, мы тут в каменном веке живём? Город недалеко, связь отличная. Знаю я, кто такие нетсталкеры. Вы всякое таинственное в сети ищете, Тихий дом какой-то… 
— Ну, это одна из легенд — я киваю — На самом деле качаем всё, что плохо лежит. Иногда попадается интересное. 
— Дай угадаю — девушка поднимает указательный пальчик — Ты нашёл что-то, чего не следовало находить. Я права? 
— Ага — я криво улыбаюсь — Мне друг какие-то файлы скинул. Не успел их ещё даже посмотреть, как ко мне в гости приехали эти трое. И в лес меня повезли. А дальше ты знаешь… 
— Хм, я рассчитывала на более интересную историю — Оля показывает мне на перебинтованное плечо — Физкультурой заниматься не рекомендую, но ходить уже можно.
Покряхтев от боли, я сажусь на кровати и сую ноги в домашние тапочки с пушистыми бубенчиками. 
— Выходит, твой отец меня спас — говорю я — Если бы не он, эти гады там бы меня и прикопали. 
— Ага — соглашается блондинка — Кушать хочешь? 
— Да не откажусь — говорю я — Не хотелось бы злоупотреблять вашим гостеприимством, конечно… 
— Но придётся — хохочет Оля — Тебе всё равно пока в город нельзя. Машины у нас нет, а пешком ты вряд ли дойдёшь со своим ранением. 
— Ты права, наверное — я принимаю от неё тарелку куриного бульона, и ломоть деревенского хлеба — Вы хлеб, что, сами печёте? Он тёплый ещё… 
— Сами — Оля садится напротив меня за стол, и наливает себе чашечку чая из термоса. — Ты, наверное, думаешь, что мы сейчас в какой-то деревне. Но тут больше никого нет. Только я и отец. Мы отшельниками живём, с тех пор как мама умерла. 
— А электричество откуда? — я указываю на горящую лампочку. Судя по сумеркам за окнами, близится вечер. 
— На крыше солнечные батареи, а в доме аккумулятор Powerwall от Tesla — Оля меня снова малость удивляет. 
— От Tesla? — задумчиво повторяю я — Но он же стоит кучу денег. 
— У отца раньше была частная школа самообороны — Оля пожимает плечиками — Ученики иногда приезжают в гости. Подарки привозят. Вот и электричество нам бесплатное сделать помогли. 
— Ловко твой папа тех двоих ножами уложил — припоминаю я — А третий сбежал? Тот, которого собака покусала? 
— Не знаю ничего про третьего — Оля подливает мне ещё бульона — Батя о двоих говорил.
На улице раздаётся негромкий лай. 
— Вернулись! — радуется блондинка и бежит в сени, я выхожу за ней. 
— О, уже и на ноги поставила — вошедший в дом отец Оли протягивает мне руку — Михаил. 
— Иван — представляюсь я. Рукопожатие у бати сильное, руки обветренные — Вы ради меня двух людей убили. Спасибо. 
— Да разве же люди станут парнишке руки за спиной связывать и в лесу расстреливать, без суда и следствия? — качает головой Михаил, снимая куртку и проходя к столу. — Нелюди это были, Иван. Или я неправ? 
— Правы — киваю я — Я в интернете случайно скачал кое-что. Вот они и приехали меня убивать. 
— Так ты у нас, значит, хакер — отец Оли махает ей рукой — Иди, Лютика покорми. Девушка накидывает на волосы платок, и выходит на улицу. 
— Не хакер — возражаю я — Нетсталкер. 
— Это что ещё за зверь — удивляется Михаил, намазывая на хлеб мелко порубленный чеснок с зеленью — И что ты такого сделал? 
— Да это и не я вовсе — пожимаю плечами — Друг мой прислал какие-то файлы. Я даже посмотреть их не успел. 
— А с другом что? — спрашивает мужик. Вспоминаю, слова Соловьёва о том, что с Еррором уже разобрались. Печально. 
— Они его первым нашли — я поджимаю губы. 
— Печально — качает головой Михаил — Что теперь делать будешь? 
— Не знаю — говорю я — Мне бы домой надо. Там файлы спрятаны, надо хоть посмотреть, из-за чего меня убивали. Опять же, в общаге появляться небезопасно — эти гады знали, где я живу. 
— Третий уехал — кивает мужик — Его Лютик укусил, и он своей кровью до самой машины дорожку прокапал. Уж извини, когда ты мне под ноги раненый свалился, мне этого говнюка догонять стало некогда. Погрузил тебя в лодку, да к нам повёз. Хорошо вон, у Олюшки способность есть руками лечить. Как себя чувствуешь, вообще НЕсталкер? 
— НЕТсталкер — машинально поправляю я — Да вроде нормально. Болит плечо немного, но это ерунда. 
— Я когда в Афгане служил, как-то на карачках два дня к своим полз, с пулей в ноге — вспомнил Михаил — Так что, считай, тебе повезло. Олюшка моя — чудо. 
— Это правда — я улыбаюсь — Никогда не верил в целителей. Но теперь верю. 
— Она много что умеет — Михаил задумчиво потирает заросший щетиной подбородок — Жена моя покойная научила, царствие ей небесное… Значит, в город хочешь вернуться? И чего вас молодых туда так тянет? Ну ладно, поживёшь у нас недельку, подлечишься, а там посмотрим. Есть у меня в городе пацаны знакомые. Я их когда-то драться учил. Помогут тебе, если что.
Входная дверь скрипит и в комнату возвращается Оля. Её белые локоны ярким светлым пятном сразу приковывают к себе внимание. Ловлю себя на мысли, что девушка очень красива. Блондинка замечает мой взгляд и весело подмигивает. 
— Пойдём на улицу, Вань. Хоть свежим воздухом подышишь — говорит она.
Мы выходим на крыльцо бревенчатого дома, и я вижу со всех сторон густой лес. Где-то вдалеке над еловыми вершинами горит оранжевое пятнышко заката. Мы с Олей садимся на деревянную лавку возле дома. 
— Хорошо тут у вас. Спокойно.
Девушка в ответ молчит и тихо улыбается. В будке неподалёку немецкая овчарка ест что-то из миски, изредка косясь в нашу сторону. Почти ничего не нарушает тишину — разве что кузнечики в траве. А над лесом, словно таинственный знак свыше, всходит луна — бледная и невероятно большая.

Глава 2. «Выгодное предложение»

Илья, 2035 год

Вот пуля летит… Каким чудом глаз улавливает движение этого маленького кусочка свинца? Почему сердце замирает на миг? Пролетела мимо… Выстрел. Звук приходит после… Я лежу за ржавым кузовом давно оставленного хозяином джипа и пытаюсь разглядеть сквозь дыры окон врага. Или врагов. Стреляют, судя по всему, с двух точек. Крыша пятиэтажки и вон те заросли шиповника, от которых ветер доносит слабый аромат весны. Майское солнце горит где-то в высоте над миром, и в голубой небесной тишине ему нет дела до троих глупых людишек, которым приспичило швыряться друг в друга смертью. Тишина. Почему они не стреляют? Я тихо сдвинулся чуть влево. Должны заметить… Ну же! Чёрт вас возьми… Тишина пугает. Когда идёт стрельба, то хотя бы можно определить, кто и откуда хочет забрать твою жизнь… Жизнь. Смерть. Что такое смерть?.. Дырка в голове… Или — не в голове… Несколько минут боли, чёрная пелена, тоннель, который сужается до тех пор, пока не погаснет свет… Слишком много чести. Есть жизнь. И пока мы живы, будем бороться! Зубами горло перегрызём! Каждому! А у меня, тем временем, три патрона на двух врагов. Живём!
Тень мелькнула в кустах… Выстрел… Два патрона осталось. Попал? Не попал? Притихло опять… Что страшнее — когда человек умирает оттого, что на него кирпич упал, или оттого, что его убил другой такой же человек? Ну разве не глупость, что один человек другого убивает? Ах да, у нас же всё серьёзно. Мы же суровые ребята и жить хотим. Вот ключевое слово. Они хотят жить, и я хочу. Нет чтобы выйти, пожать друг другу руки и сказать — Ребята, давайте жить дружно… Но с мародёрами такое не прокатит. Да и со мной тоже. Я наёмник, и убивать для меня не впервой. Только вот удовольствия мне это совсем не доставляет…
Так, ладно, хватит думать, а то ещё пуля ненароком в мыслях запутается. Одного я, похоже, успокоил. Остался снайпер. Сидит себе где-то на чердаке. Может, ушёл уже задними дворами, а может, ждёт, пока высунусь… Ну ничего, ждать мы умеем. Вон как вокруг хорошо — весна, грязь, солнце… И чего мне высовываться навстречу смерти в такой прекрасный день? Я лежу за разбитым джипом и тихонько размышляю… Стоп! В окне чердачного окошка что-то блеснуло… Возможно это стёклышко прицела, а может что-то другое, принадлежащее снайперу…
В-ж-жик! Пуля высекла искры из капота, заставив меня вжаться в землю. Он сидит на чердаке и стреляет в меня через чердачное окошко… С одной стороны — теперь я знаю, куда стрелять. С другой — у него оптическая винтовка, а у меня АК-47. Очередью? Какая, нафиг, очередь из двух патронов? Медленно тянутся минуты. Лучистая весна дарит тепло, успокаивает, заставляет забыть обо всём плохом… Я делаю три резких движения: на раз — выкатываюсь из-за машины, на два — ловлю в прицел чердачное окошко, три — стреляю точно посередине два раза… Рядом землю вспарывает вражеская пуля. Почему он не попал?! Откатываюсь назад за джип. Жду. Тишина. Снайпер молчит. Осторожно выглядываю из-за колеса… Никаких последствий. Я живой. Только патроны кончились.
Осторожно окидываю взглядом местность. Вроде никого больше рядом нет. Короткой перебежкой бросаюсь к киоску в ста метрах слева. На киоске написано «ПИВО», а ещё там висит табличка «Закрыто». Давно закрыто. С детства. Снайпер не реагирует на мои легкоатлетические забеги. Кажись, отмучился гад. Ну и хорошо. Пойти, что ли, обыскать трупы этих бедолаг? Ну а что делать — придётся. В покинутом городе без патронов страшно. Это он только называется так — покинутый. Много здесь всяких отморозков бродит. Ждут одиноких путников. Вон как те двое — земля им пухом… Только обыщу сперва.
Так… Первый в кустах лежит. Что тут у нас? В живот я ему попал. Кровищи натекло. Ой, некрасиво как. Автомат у него какой-то странный, не русский. Серьёзная пукалка, только боеприпасы к ней в дефиците. И обойма почти пуста. Нет, уж лучше таскать калаш, чем эту заморскую штуковину. Для АК-47 хоть патроны можно найти. А вот нож у жмурика хороший, и не беда, что ножны в крови и кишках, выбитых из живота хозяина моей пулей… Стали из которой сделан клинок на это попросту наплевать.
Пойду обыщу второго. Придётся на чердак лезть. По крайней мере, это не так опасно, как торчать посреди улиц покинутого города без патронов. Я быстрым шагом добрался до подъезда и взбежал по лестнице. Повезло — люк открыт. Снайпер уже не опасен, но на всякий случай следует подстраховаться. Я прислушался. Тишина. Слух ещё никогда меня не подводил. Если бы сверху был кто-то живой, и если бы он сделал хотя бы одно движение, я бы его услышал. Совсем тихо…
Я осторожно выглянул из люка и замер. В паре шагов от меня лежала рыжая девушка в футболке цвета хаки, и смотрела на меня голубыми глазами… Секунды три я заворожённо ловил её взгляд, а потом заметил лужицу крови… Девушка по-прежнему смотрела на меня, только вряд ли эти прекрасные глаза что-то видели. Неподалёку валялась потёртая снайперка. Я подтянулся и, оказавшись на чердаке, ещё раз посмотрел на ту, что лишил жизни пять минут назад. Худенькая фигурка, узкие бёдра… Ей около восемнадцати, не больше… Было. В небольшую прореху крыши был виден кусочек ясного неба. Синий-синий, как глаза этой девчонки. Почему я её убил? — Потому что она хотела убить меня. Зачем двум молодым людям убивать друг друга? Что мы сделали друг другу плохого? Я тяжело вздохнул и поднял чужую винтовку. Хорошее оружие для снайпера, сидящего в засаде… Не для меня. Слишком уж много перемещаюсь, чтобы снайперка оправдала своё предназначение. Но взять — возьму — ствол хороший, можно будет продать при случае. Коробка с патронами нашлась в рюкзачке, валяющемся рядом. Вот и ладушки. Не глядя больше на убитую девчонку, я спрыгнул в чердачный люк, оказавшись на лестнице. Вслед упала капля крови.
Вновь выйдя на пустынную улицу, я по привычке оглянулся по сторонам. В весеннюю тишину вклинивался лишь шелест листвы клёнов, сильно разросшихся за годы пандемии. Что ж, пора домой.
Домом мне уже давно стал просторный склад в промзоне. Главным его преимуществом был трёхметровый забор со ржавой «колючкой» и массивные ворота, которые я закрывал на огромный подвесной замок. Конечно, даже внутри я не могу быть полностью уверен в своей безопасности, но некоторое чувство уюта в угрюмых, отдающих сыростью и холодом стенах моего жилища я, всё же, ощущал. Добраться туда можно только глухими подворотнями промзоны, в которых легко затеряться в случае погони или слежки.
Уже подходя к складу, в грязи, я вдруг заметил чьи-то свежие следы. Четыре пары подошв. Замок на воротах вроде был на месте, но чем чёрт не шутит, вдруг пришедшие забрались в моё логово через забор? Для этого достаточно какого-нибудь матраса, кинутого сверху на проржавевшую «колючку». Придётся теперь заходить через тайный вход, иначе есть риск попасть в западню. Обойдя забор по периметру до кучи мусора на противоположной стороне, я принялся раскапывать люк, предусмотрительно