автордың кітабынан сөз тіркестері Локус контроля – более полувека исследований. Монография
понимание человеком возможностей контроля событий, происходящих с ним, а также возможностей его влияния на результаты этих событий.
Локус контроля характеризует склонность к интерпретации значимых событий как результата действия внешних сил (судьбы, обстоятельств, других людей) — экстернальный, внешний локус контроля, низкий уровень субъективного контроля, либо своей собственной активности — интернальный, внутренний локус контроля, высокий уровень субъективного контроля
В целом на примере учебно-профессиональной деятельности мы можем отметить некоторые тенденции в мотивации интерналов и экстерналов. Интерналы обладают чаще положительной познавательной или положительной личностной мотивацией, а экстерналы, напротив, отличаются безразличным или нейтральным отношением, а также положительной, но неустойчивой, «ситуативной» мотивацией. Экстерналы выбирают внешние мотивы деятельности, а интерналы — внутренние, таким образом, это способствует большей адаптации к учебно-профессиональной деятельности последних.
Единственным неспецифическим (метаконтекстным) фактором успешности управленческого взаимодействия оказывается сочетание у руководителей интернальности в сфере межличностных отношений и экстернальности в области производственной деятельности (ИМ+ + ИП-). Восприятие субъектом СоУД себя как человека, способного контролировать свои межличностные отношения (вызывать у окружающих симпатию, уважение и т. д.), при одновременном учете широкого круга факторов, влияющих на профессиональные успехи и карьеру (не только собственные усилия, но и состояние взаимоотношений с начальством, коллегами по работе, везение — невезение и т. п.) оказывается наиболее адекватной основой построения модели интерперсонального поведения в системе связей «руководитель — руководитель» независимо от особенностей организационно-культурного контекста реализации СоУД
Therapie) означало «служение» или «уход», а слово «лечить» (heilen) имело двойной смысл — «я лечу тебя» (Ich heile dich) и «рана заживает / болезнь проходит» (eine Wunde, eine Krankheit heilt). Иначе говоря, словом можно вылечить, а можно и убить.
Таким образом, в ходе сравнительного анализа ряда исследований однородной профессиональной группы респондентов мы сформировали предположение, что именно интернальность в области межличностных отношений является личностно-профессиональным предиктором, обеспечивающим возможность формирования внутренней картины лечения в деятельности врача. Эта гипотеза требует дальнейших статистически-аналитических доказательств, однако сам факт обнаружения данного личностного свойства позволяет расставить акценты при профессиональной подготовке в вузе студентов-медиков. И вероятнее всего, следует уделять должное внимание психологическому образованию и развитию студентов медицинских специальностей практически на равных по значимости с их профильной подготовкой. Только таким образом удастся повысить долю врачей с достаточным уровнем интернальности, особенно в сфере межличностных отношений, и, быть может, снизить процент специалистов-врачей с низкой интернальностью, тем более в области решения ими производственно-профессиональных задач.
Итак, можно утверждать, что в процессе профессионализации студентов в медицинском вузе достигается следующий эффект: врачи «в глубине души» перестают верить в свои силы, ощущают невозможность добиться желаемого и начинают надеяться на то, что цели окажутся достигнуты сами собой или при помощи внешних обстоятельств. Следствием этого становится понижение способности признавать неудачи результатом собственных ошибок и стремление обвинить в этих неудачах окружающих, либо невезение, либо объективные обстоятельства. Профессиональная ответственность врача с психологической точки зрения является постоянной требовательностью к себе, а на это способен человек с высоким уровнем интернальности.
Для понимания этих размышлений К. Дернер со ссылкой на мнения других авторитетных фигур предлагает различать два вида ответственности. Первый вид — функциональная ответственность, которую врач несет в пределах своей социальной роли и уровня компетенции. Данный вид ответственности принципиально реализуем, и ему можно научиться в силу его ограниченности, конечности и выполнимости. Функциональной ответственностью можно насладиться, лишь находясь на некотором расстоянии от нее, например, при ролевых договоренностях (врач — пациент) [Дернер, 2006]. Второй вид — экзистенциальная ответственность, и, по мнению К. Дернера, врач не способен нести этот груз ответственности. «...В определенном смысле эта ответственность может сама завладеть мною (врачом). Будучи “в ней”, я никогда не волен в своей самости, постоянно чувствую себя неуверенным, не способным принять решение. Эта ответственность никогда не выполнима, всегда несовершенна, в ней я никогда не дохожу до конца. Избыток чуждости, содержащийся в требовании пациента, взваливает на врача непосильную ношу. Такую ношу нельзя облегчить или передать другому — она является сверхтребованием… Эта ответственность, в которой врач никогда не знает, за что отвечает… Чем серьезнее болен пациент, тем легче отдает себя в руки врача в надежде на спасение…» [Дернер, 2006, с. 142]. И в этой ситуации ответственный врач вынужден постоянно примерять на себя боль и страдания своего пациента, мучаясь от экзистенциальной ответственности. Из чего следует, что быть ответственным врачом небезопасно для самого врача.
Считается, что Иммануил Кант говорил: «Для применения правила не может быть правил…» [Дернер, 2006]. По отношению к медицине немецкий врач и писатель Клаус Дернер уточняет следующее: «...В связи с тем, что я (врач) знаю, что людей нельзя и невозможно изменить, то я воспринимаю Тебя (пациента) как объект, как вещь и изменяю Тебя с помощью моих знаний и моих технических приемов с целью излечить Тебя» [Дернер, 2006, с. 137]
Осмелимся предположить, что низкий уровень общей интернальности и вытекающие из этого типы отношений к разным сторонам действительности, выявленные в наших исследованиях, играют прежде всего защитную функцию как на этапе получения медицинского образования, так и в период профессионального функционирования врача, так как на современном этапе развития общества врач вынужден функционировать, справляясь с внутриличностным конфликтом. С одной стороны, он полностью ответственен за здоровье пациента, с другой стороны, есть стандарты оказания медицинской помощи, которые он должен соблюдать. Однако, по распространенному убеждению представителей данной профессиональной группы, с ростом психосоматических заболеваний на сегодняшний день увеличивается процент заболеваний, которые можно вылечить, лишь нарушая профессиональные стандарты
Рассмотрим, как в этих условиях может проявляться ответственность врачей за организацию и поддержку процесса лечения. Согласно Г. С. Никифорову: «Ответственность играет роль локомотива, тянущего за собой все остальные необходимые качества», — она тесно связана с самоконтролем, добросовестностью, бдительностью и т. д. [Психологическое обеспечение, 1991]. Следуя тезису В. Франкла о том, что нельзя признать человека свободным, не считая его в то же время и ответственным [Франкл, 1990], хотелось бы уточнить, что нельзя признать человека ответственным, не считая его в то же время и свободным