Глава 1. Там, где свет проходит сквозь листья
Утро начиналось как будто медленно — лениво, будто само не хотело просыпаться.
Жаркое солнце уже касалось окон, разливаясь по стенам янтарным сиянием. Легкий ветерок, будто взятый в аренду у океана, проходил сквозь комнаты, шевелил занавески, приносил запах соли, эвкалиптов и нагретого дерева.
Элиас Марлоу проснулся не от звуков, а от света.
Тот танцевал на потолке, дробился на зайчиков, прыгал по его щекам. Он лежал, не двигаясь, и думал, что это утро пахнет не так, как раньше.
И действительно — в доме по соседству кто-то въехал вчера. Взрослые говорили за ужином: семья с дочкой. Приехали с севера, кажется, из Сиэтла.
Он встал, босиком прошёл по деревянному полу, взял альбом и вышел на улицу. В руке — простые карандаши. Ему было восемь, но иногда он чувствовал себя старше — когда смотрел на небо, когда слушал, как трещат цикады, или когда рисовал то, чего никто другой не замечал.
Во дворе было тепло, трава кололась под ногами, где-то вдалеке шуршал полив, и над апельсиновыми деревьями лениво жужжали пчёлы. Элиас устроился на ступеньках крыльца и начал рисовать что-то невнятное — возможно, дерево, возможно, чей-то профиль, возможно, утро.
И тут он увидел её.
Она сидела у дерева во дворе соседнего дома — чуть на отдалении, в голубом платье, с книгой, обхватив колени. Волосы цвета солнечного мёда были распущены, ветер приподнимал пряди, и казалось, что она шевелится так же, как листья над её головой.
Она не двигалась, только пальцем поглаживала край страницы.
Элиас не знал, почему не мог отвести глаз.
Может, из-за света. Может, из-за того, как тихо она была. Он не знал.
Он просто начал рисовать. Быстро, будто боялся забыть. Руки двигались сами, а сердце билось чуть громче обычного.
Он даже не знал, что она видит — и улыбается.
Мяч.
Это был его старый синий мяч, который он оставил в саду позавчера. Он вдруг покатился — ветер? Угол? Судьба? — и оказался прямо у её ног.
София подняла его, как будто это был артефакт из дру
