Оглавление

Глава 1

Шел третий день моего пребывания в раю. Я несколько лет грезила о поездке в Италию. Копила деньги, изучала карты, рассматривала картинки в интернете, составляла маршруты — и мечтала, мечтала…

Выдержала настоящую битву при получении визы. Пришлось занять деньги у многих знакомых, чтобы на счетах было достаточно средств, как того требовали условия.

Но это все в прошлом. Все треволнения смылись, словно морской волной, едва я сошла с трапа в международном аэропорту имени Федерико Феллини, что совсем рядом с Римини. Знаменитый на весь мир режиссер — уроженец этих мест. Вот и он, запах мечты! Чуть влажный и пьянящий.

Я возвращалась в номер только переночевать, и то было жалко тратить время на сон, когда поездка всего десять дней. Ведь столько надо было успеть!

Первый день, вернее несколько часов до наступления темноты, я гуляла по улицам и любовалась фасадами, архитектурой, брусчатыми улочками, утопающими в цветах и ароматах. Все прохожие дарили мне улыбки, и я улыбалась в ответ.

На второй поехала в вечный город — Рим. Колизей — невероятное, непостижимое для меня сооружение! Фонтан Треви. Фигурами на его фасаде можно любоваться вечно, задаваясь только одним вопросом — как? Как древние люди смогли создать такую красоту? Величественный Пантеон с его узнаваемой колоннадой. Базилики, палаццо, виллы…

Я хочу остаться здесь жить, чтобы иметь возможность каждый день любоваться на эту красоту! Насыщаться ей, смеяться, как итальянцы, флиртовать, случайно встречаясь на улице или в пиццерии. Я хочу впитать кожей эту красоту, проникнуться ею. Каждую минуту ощущать на себе взгляды вечных статуй и улыбаться им в ответ.

Сегодня у меня запланирована экскурсия в Венецию на роскошной яхте. А вечером я пойду в милый ресторанчик, откуда по вечерам доносится музыка и где все танцуют. Старики чинно сидят за столиками, неспешно потягивая вино, и перебрасываются шутками. А молодежь, начиная с шести лет и до семидесяти, двигаются в ритме музыки, озаряя улыбками все вокруг.

Мы поднялись на борт красавицы-яхты. Это вам не скромное суденышко с прогулкой за двадцать восемь евро. Это больше походит на отдых миллионеров. Нас, группу из пяти человек, встречают накрытым столом с фруктами и сырами. Без суеты мы отплываем от берега, мерно покачиваясь на зелено-синих волнах. Чуть поднявшийся ветерок доносит россыпь брызг.

Гид, молодой парень Антон, начинает рассказывать, что нас ожидает в течение прогулки. Маршрут построен таким образом, что мы сможем погулять на площади Святого Марка — главной городской площади Венеции, посетить все достопримечательности города на воде и прокатиться на венецианской гондоле.

Ко мне, равно как к остальным спутникам, подходит официант. Белоснежная рубашка и темно-серый жилет. Ослепительная улыбка, что не сходит с его лица, причем не наигранная, а искренняя. Он подает облаченной в белоснежную перчатку рукой бокал и тут же наполняет его вином.

А я готова плакать от переполняющего меня счастья. Хочу здесь жить. Господи, у меня только одно желание, исполни его, пожалуйста!

Порыв ветра срывает с моей головы шляпку. Одна рука занята бокалом, и я, стараясь не расплескать вино, пытаюсь в последний момент ухватить свое соломенное сокровище за тридцать девять евро, да еще и сумочка, перекинутая через плечо, так некстати подворачивается. Нога теряет опору, ступенька подводит, и я с бокалом вываливаюсь за борт.

Испуга нет — плавать я умею и глубины не боюсь, а последняя мысль только о том, что придется покупать новую шляпу.

Но вселенная услышала меня, и вскоре я позабыла о шляпе напрочь.

Глава 2

За волосы, совершенно бесцеремонно, меня вытянули над водой.

— Держись крепче. Все позади. Похоже, пираты не стали нас догонять, даже шлюпки развернули.

Мужской голос нес несуразицу, пока я отплевывалась и протирала глаза. Это так и запланировано в экскурсии? Ничуть за такое развлечение денег не жаль.

Я открыла глаза и немного засомневалась в происходящем. Во-первых, не видно ни нашей красавицы-яхты, ни остальных, что в большом количестве курсировали вдоль берега. Куда все подевались?

Меня держал за одежду и подталкивал к какой-то деревяшке жгучий брюнет. Истинный итальянец: волосы хоть и намокли, но видно, что густые и кудрявые, борода и усы, правда, не ухоженные. Но глаза пылают огнем, и прямой нос с едва заметной горбинкой. Красавец!

Но что происходит? Я оглянулась на берег и чуть не закричала от открывшейся картинки. Куда подевалась набережная с припаркованными автомобилями, роскошная лестница, разномастные, утопающие в цветах домики? Где все это?

Вместо этого на берегу стояли покосившиеся каменные сарайчики с прохудившимися черепичными крышами, множество деревьев, и ни одного человека на многолюдной еще пять минут назад прибрежной улице. Да и нет привычных глазу столбов с натянутыми проводами. Что за чертовщина?

Масса вопросов вихрем пронеслась в голове. Но главный — где я?

— Что со мной случилось? — задала я вопрос и от неожиданности прикрыла ладонями рот.

Я говорю на итальянском языке? Ну или очень похожем на то.

— Да держись ты, опять ко дну пойдешь, — закипал красавчик.

— Я умею плавать, — выпалила и уставилась на него. — А вы кто?

— Марко. Да что с тобой?

— Пока не знаю… А я кто?

— Катерина. Только не начинай реветь. Лучше еще что спроси.

Катерина, значит. Ну ладно, допустим, имя совпадает. А по какой причине я ревела?

Котья мать! Так то не я была, а обладательница этого тела, а я, значит, попаданка? Ужас-то какой! А время какое? А страна? Что он про пиратов говорил? Но почему?

И тут меня осенило! Кто загадал желание жить в Италии? Просила — получай. Только вот надо было четче формулировать. Жуть! Кошмар! А как мне обратно?

На всякий случай я глянула в пучину морскую. Может, мне снова нырнуть? И если повезет…

Я отпустила плотик и уже даже набрала воздуха, как мужик схватил меня за загривок.

— Не дури. Еще немного, и верну тебя родителям. Забудешь все это, — он обвел взглядом воду вокруг нас, — и заживешь, как прежде.

Э, нет. Как прежде, уже не выйдет.

— А кто мои родители?

Красавчик протянул руку и бесцеремонно ощупал мою голову. Под его пальцами заныла правая половина.

— Ай, ой, больно.

— Знатно ты головой приложилась. Говорил же тебе, толкайся ногами сильнее, вместо того чтобы реветь.

— Я вообще ничего не помню. Ни имени, ни что со мной произошло.

— Как не помнишь? А семью? Из какой ты семьи? Кому тебя возвращать? — крикнул он, явно начиная нервничать.

— Да не кричи ты. И так тошно. Давай по порядку. Что со мной приключилось?

Глава 3

— Ты не говорила, только ревела все время. Когда нас перегружали с одного корабля на другой прямо в море, я выбрал момент для побега. Пожалел тебя и взял с собой. Да как же сейчас-то с тобой быть?

Он, судя по виду, и впрямь расстроился от такого происшествия со мной.

— Давай на берег выберемся для начала, а дальше думать будем, — предложила я.

За разговорами мы не доплыли до суши метров двести. Здесь осталось-то пара гребков. Но дело осложнялось тем, что мои ноги обвивали какие-то тряпки. Зараза.

Я в очередной раз отцепилась от деревяшки. Красавец — Марко, да? — сразу подхватил меня за шиворот.

— Спокойно, товарищ! Я умею плавать, — я выставила вперед ладонь и отчаянно начала работать ногами.

А руками тем временем высвободила ноги от тряпок. Это оказался подол длиннющего платья, которое было надето на мне. В общем, справилась, задрала юбки и ухватилась за деревяшку. Больше для того, чтобы красавчик не волновался.

— Странно ты говоришь.

— То ли еще будет. Ты плавать-то умеешь?

Вдвоем мы быстрее выгребем на берег.

— Так у моря вырос. Конечно.

— Тогда меньше слов — гребем к берегу.

Марко странно на меня посмотрел, но послушался. Заработал ногами и даже рукой чуть подгребать начал.

А мне требовалось время, чтобы уложить произошедшее со мной в голове.

Ладно, попала. Как ни странно это звучит, но это не горе. А вот как я буду выживать в этом мире — тут беда полная.

Дело в том, что я работаю, вернее работала, администратором в одном из фешенебельных ресторанов Екатеринбурга. Центральное место, дорогой интерьер, придирчивые посетители. Правая рука управляющей. В свои тридцать два накопила достаточно опыта и знаний. Одним словом, была на своем месте.

Семьи нет. Все посвятила работе. Интрижки это пожалуйста, а чтобы жить вместе или задуматься о детях — не до того мне было.

Только как это все мне поможет в полуразрушенном и разоренном мире? Открыть ресторан? И разориться в первый месяц. Надо же знать экономику этой страны, продукты, блюда, предпочтения жителей. И место нужно бойкое, проходимое, и еще много чего. И главное — деньги. Чтобы хорошо преуспеть, следует ох как вложиться. Мы открывались в двадцать третьем году, еле уложились в выделенные десять миллионов. А «отбивали» их два года. По этой причине меня и отпустили в отпуск. А оно вон как обернулось.

Но это не единственная беда. Я же выросла в другом мире. Моя речь отличается от местных. Я ничего не знаю про их быт. Вот как они огонь добывают? И так чего ни возьмись. Да во мне даже ребенок признает чужую, а дальше… Лучше не знать.

Храмовники. Помнится из истории и прочитанных романов, что власть над людьми у них была безграничной. А я и молитвы ни единой не знаю. И обрядов. И с какой стороны к ним подойти, как поклониться. А храмовники во все времена были лучшими психологами. Их мне не обмануть, даже пытаться не стоит.

Одним словом, куда ни посмотри — везде смертельная опасность. И единственный человек, на кого я могу рассчитывать сейчас, — это Марко. Поэтому надо из кожи вон вылезти, но прибиться к нему. Осмотреться, обжиться, а дальше… Рано об этом. Сейчас моя первоочередная задача — выжить!

Глава 4

До берега плыли молча, но Марко то и дело поглядывал на меня.

Когда почувствовали под ногами дно, остановились и в первую очередь хорошенько отдышались. Затем вышли на каменистый берег и уселись лицом к морю. Красивое оно. Сейчас совершенно спокойное, волны лениво тянулись к берегу, чуть тревожа гладь воды. Ни одного барашка из пены. А цвет! Глаз не оторвать — зелено-синее.

На мне надето длинное платье до щиколоток лимонного цвета. Рукава воланами, под горлом кружева. Но сейчас один рукав надорван, кружева висят до пояса, и я совершенно босая. Никаких украшений на мне нет. Плохо. Могла бы продать и жить на эти деньги какое-то время. Ах да, главное-то — вместо классического каре у меня длинная коса темных густых волос.

Марко выглядит как я. Нет, он не в платье. Одежда у него тоже с налетом роскоши, но изрядно порванная. Узкие брюки, на талии обмотанные широкой тряпкой типа пояса. Уже не белая, а грязная серая рубаха с порванным воротом, на груди виднеются заросли густых черных волос. И он тоже босой.

Ну и, конечно, мы мокрые, и с нас потоками стекает морская вода.

— Марко, ты сказал, что вырос у моря. Ты рыбак?

Он тяжело вздохнул и ответил не сразу.

— Барон Марко Терини из древнего, очень уважаемого, но небогатого рода.

Я непроизвольно открыла рот. Ничего себе! Настоящий барон! Впервые живьем вижу.

— Моя семья действительно жила у моря. Что поделать, оно повсюду, омывает наше королевство с трех сторон.

Котья мать! Королевство! Я даже потрогала гальку рукой. Земля королевства. Надо же, как в сказке: чем дальше — тем страшнее.

— Ротунги на нас не часто нападали, но в последнее время… Мы не успеваем собрать силы для решительного отпора. Вот и в этот раз… Я даже не знаю, уцелел ли кто из моей семьи, все случилось очень быстро.

Про семью он рассказал, что мама умерла от очередных родов. Отец-старик шестидесяти лет и два брата. Один связал свою жизнь с морем, ходит на кораблях в разные земли. Второй посвятил себя церкви. А отец взял с Марко слово, что останется с ним. Старший отказался от титула, средний тоже. Поэтому Марко с полным правом называет себя бароном.

Ему едва исполнилось девятнадцать, занимался тем, что помогал отцу управлять хозяйством. Стадо коз и сыроварня. Доходов хватало, только чтобы не умереть с голоду. Но как сейчас обстоят дела… Обычно враги забирали всю скотину. На этом моменте он чуть не заплакал.

— Ты знаешь, где мы сейчас? Далеко ли отсюда твой дом?

— За теми скалами, — показал он рукой в сторону.

— Так чего мы ждем? Пойдем к тебе?

— Но ты же сеньорита, — выпучил он на меня глаза.

Хм… Что он имеет ввиду?

Оказалось, что молодая девушка не может находиться в обществе мужчины один на один. Только после свадьбы. В противном случае она будет опозорена, и ее не возьмут замуж.

— С этим я позже разберусь. Дело в том, что я не помню ничего о себе. Ты, конечно, можешь меня оставить прямо здесь одну, чтобы спасти мою честь, но долго ли я такая проживу? Поэтому пойдем к тебе.

Марко тут же вскочил на ноги, вытянулся в струну, поднял подбородок повыше, приложил правую ладонь к груди и поклялся не причинять мне вреда и оберегать, как сестру.

После чего помог мне подняться, и мы вместе пошли навстречу моей новой жизни.

Глава 5

— Ты из знатного рода, — огорошил он меня, пока мы медленно шли вдоль кромки моря.

— Почему ты так решил?

— Одежда. Бедняки не носят цветные платья с кружевами. Кожа у тебя белая, значит, береглась от солнца. И руки… Посмотри на свои руки, они никогда не знали работы. Вышивали, да, но не более того.

Я перевела взгляд на руки. Действительно. Белоснежная упругая кожа, узкая кость, тонкие длинные пальцы.

— А сколько мне может быть лет?

— Шестнадцать или чуть старше. Но ты точно не замужем.

Очередная новость подъехала.

— Как ты узнал?

— Когда впервые тебя увидел, голова была не покрыта, да и волосы уложены не как у замужних женщин. Потому и нельзя тебе рядом со мной находится наедине.

— А что еще про меня можешь сказать?

Про запрет решила не повторяться.

— Ты не из этих мест. Может, с севера, не знаю. Говор у тебя другой.

За разговорами мы подошли к тем самым скалам, за которыми находился дом Марко.

Всю дорогу он проявлял внимание ко мне. С непривычки камни врезались в ступни, я хромала на обе ноги. Он подставил руку, и я оперлась на нее. Сам морщился от боли, я же видела, а помощь предлагал. Этот поступок о многом свидетельствовал.

А дальше скалы можно было преодолеть, обогнув их по морю или по суше. Но на сегодня я наплавалась, да и Марко повел меня по каменистой насыпи вверх.

Ай, ой, колючие камни, да еще сыплются вниз, увлекая за собой. Это как по песку в гору подниматься, только много болезненнее.

Но опять надо отдать должное Марко. Он, сжав зубы, шел впереди и тащил меня за собой, словно бульдозер.

И вот мы взобрались на пригорок и остановились отдышаться.

Солнце палило нещадно, но благодаря влажным одеждам я не ощущала жары. Да и легкий ветерок с моря приносил облегчение.

Море осталось внизу, за спиной. Деревня была слева, а перед глазами, сколько хватает взгляда, раскинулись виноградники, правда, выжженные и вытоптанные; оливковые рощи, также порубленные, и небольшие пролески. Вот их никто не тронул. По всей видимости, кто-то целенаправленно уничтожал культурные насаждения. Варвары. Понятно же, что это сделано против людей. Как они будут выживать без ремесла?

— Давно у вас так? — обратилась я к Марко.

— После каждого набега, — опустив голову, ответил он.

— А войска? Армия? Или как это называется? Почему не дают отпор?

— Говорю же тебе, наше королевство омывается морем с трех сторон. Вот враги и нападают в разных местах. Пока король отправит воинов в одну сторону, эти уже здесь.

— А посты поставить? Сторожевые башни, границу охранять постоянно?

— Нет столько людей.

Замкнутый круг какой-то.

— Пойдем, немного осталось, — потянул меня Марко за собой.

И мы направились обходить скалы. А они превосходные! Острыми белоснежными зубами вырастали из воды. На фоне моря смотрелись великолепно. И вообще, несмотря на всю патовость ситуации, природа, море, приключения — все меня радовало. Ну, невозможно постоянно тревожиться, надо же и перерывы делать. Поэтому я с собой договорилась. Сегодня у меня выходной от тревог. Все проблемы по мере поступления буду решать, начиная с завтрашнего дня. И, как ни странно, эта простая мысль принесла облегчение.

Пока шли, Марко рассказывал мне устройство их королевства, традиции — в общем, все, что могло бы мне пригодиться в жизни.

Дорога свернула от моря, и мы шли уже не по камням, а по сухой траве — считай, комфорт для ног. Но мы продолжали держаться за руки.

Слева раскинулся луг с частично вытоптанной травой и редкими кустарниками.

— Стой!

Я даже дернулась от неожиданности, когда Марко остановил меня.

— А? Что случилось?

— Стой здесь. Тихо, — еще больше напугал он меня. — Я сейчас вернусь.

И он, согнувшись, поспешил к одному из кустов.

Вот тут я перепугалась. А если враг? А спаситель мой без оружия. Но тогда зачем он с голыми руками кинулся туда? Ох, не понять мне этого.

Все стало ясно, когда Марко залез в кусты, раздался плач, потом звуки борьбы, а следом он вытащил из кустов козу. За рога вытащил!

— Запуталась, — с видом победителя объяснил он, вернувшись ко мне. — Наша. Молодая, ревет, что не доеная.

Он держал животину за рога. Она стояла совершенно спокойно, как собака, рядом с ним. И во все глаза разглядывала меня. Ну и я ее, конечно. Впервые так близко вижу козу.

— А ты умеешь ее доить?

Вот зачем спросила не подумав?

Марко смутился, опустил глаза, он явно стеснялся сказать правду.

— Барона не красит такое умение, но чтобы вести хозяйство, я сам должен все делать. Так меня отец учил. Поэтому да, я умею доить коз.

— Совершенно прав твой отец. Без личного участия ничего не получится. Чтобы управлять другими, нужно знать, как делать правильно, — горячо поддержала я его.

Через все это прошла лично. Умею и стол сервировать, и гостей встречать, и конфликты улаживать. Все знаю. Могу, не задумываясь, заменить любого официанта, и имидж заведения не пострадает. Да и никто не догадается о замене.

— А откуда ты это знаешь? — прищурился Марко.

Ну вот. Этот момент я совершенно не продумала. Я даже не успела прикинуть — открываться ли ему в своем попаданстве или нет. А тут одно неосторожное слово — и я под подозрением.

А дальше самое сложное. Если продолжать упорствовать, то со временем он начнет во всех моих словах видеть подвох, и стена недоверия между нами вырастет до небес. А сломать ее будет ой как не просто.

Но если открыться ему прямо сейчас, то как он отреагирует? Очень сложный выбор. И опасный для моей жизни.

Глава 6

Я выпрямила спину, чуть вздернула подбородок, прижала к груди руку по примеру Марко и произнесла:

— Я, Катерина, клянусь никогда не причинять тебе зла, не делать поступков порочащих твою честь, не предавать тебя.

А когда перевела глаза на него, он посмеивался в кулачек.

— Ты чего?

— Сеньориты не приносят мужских клятв.

— Марко, я хочу кое-что тебе рассказать…

— Вспомнила? — он сделал шаг в мою сторону. И столько надежды было в глазах.

— Нет, это другое.

Коза поводила ушами, будто подслушивала, и переводила взгляд с Марко на меня.

— А что другое?

— Не перебивай, мне и без того сложно, и я хочу, чтобы ты правильно меня понял. Давай начнем с малого. Вы верите в то, что у человека есть душа?

— Храмовники учат нас, что у мужчин — да, а у женщин — нет.

Дело осложняется.

— А магия в вашем мире есть?

Марко быстро и тревожно оглянулся по сторонам.

— Ведьм убивают, они несут болезни и смерть скоту. Но могут и на человека навести.

Он коснулся ладонью попеременно своего лба, затем губ и груди.

И без того тонкий лед таял под моими ногами, я уже пожалела, что начала этот разговор. Вот только заинтересованный взгляд, что не сводил с меня Марко, не давал соврать.

— Ты из другого мира?

Чего-чего, а такого вопроса я никак от него не ожидала. При этом говорил он совершенно не испуганно, а с явным любопытством.

— Ты знаешь про таких?

— Это сказки, мне няня все детство рассказывала про дев, что переселялись в тела. Они всегда приносили новое людям или спасали королевства.

Пора! Да и коза уже начала трясти головой. Не нравилось ей стоять на одном месте.

— Да, я из другого мира. Поэтому ничего не знаю и не понимаю, как следует себя вести и что говорить. И идти мне некуда.

Опустила голову. Сейчас только ждать, что он ответит на мое признание.

— Значит, то были не сказки. А почему ты выбрала именно наше королевство?

— Загадала желание жить у моря.

— Так просто?

Тревожный момент миновал, и я рассказала, вернее начала рассказывать, про свой отпуск. Но дело осложнялось тем, что Марко постоянно меня перебивал, спрашивая о значении предметов и действий.

— А чего мы стоим? Пойдем ко мне, переселенка.

Я закатила глаза, только бы он не начал меня так называть при всех. Опасно это.

— Давай ты не будешь меня так называть?

И после его согласного кивка мы двинулись по дороге к дому, что виднелся совсем близко.

При этом я рассказывала, как напугалась, очутившись в воде. Не могла понять, что со мной произошло и как я здесь оказалась. И поблагодарила Марко, что не бросил меня и пригласил к себе.

И вот мы втроем подошли к невысокой каменной изгороди. Справа ворота, точнее, их отсутствие. А за ними раскинулась зеленая лужайка. Первое, что бросилось в глаза, — раскидистое дерево метров пять в высоту, с сероватой корой и глянцевыми зелеными листьями.

Едва заметная тропинка вела в сторону серого дома, сложенного из огромных камней. По высоте — два этажа. Простой формы, без всяких украшений на фасаде, с узкими длинными окнами и пологой крышей.

Рядом находилась напоминающее сарай постройка с оторванной дверью.

И повсюду мусор. Какой-то огромный серый валун в меня ростом прямо посередине двора. К нему приставлено колесо, почему-то одно. Длинный шест и лестница.

Рядом валяется сломанная бочка. Чуть дальше стоит телега, но перекошенная, и как будто вросшая в землю.

А самое главное — никого из людей. Такое чувство, что мы пришли в совершенно пустой дом.

— А у тебя сколько работников?

— До нападения кроме нас с отцом в доме жили старая кормилица и кухарка, она же помогала по дому; скотник и два сыровара.

— Отец! — крикнул Марко, стоя возле камня. А сам крутил головой по сторонам. Но никто не отозвался. — Гия!

И опять тишина.

— Куда все делись? Так, постой здесь, я заведу козу и вернусь.

— Хорошо.

Я проводила их взглядом до сарая. Интересно, как он собирается закрыть там козу, дверь-то оторвана?

Но, видимо, и он это понял. Завел животное, приставил дверь и стоял, оглядываясь в поиске чего-то.

— Помочь тебе?

— Дай тот шест. Если сможешь, — показал он на палку у камня.

Ну, здравствуй, деревенская работа. Я схватила шест и охнула под его тяжестью. Неожиданно. Слегка покачнулась, а потом сообразила тащить его волоком и вскоре протянула конец Марко.

Он подпер дверь. Второй конец воткнул в землю и, отряхнув руки, повернулся в сторону дома. Из двери которого вдруг выглянула и спряталась кудрявая голова подростка.

— Вито? — поднял брови Марко. — А ну выходи, не признал меня?

Подросток пригляделся, затем, осторожно оглядываясь, вышел на улицу. В руках у него были вилы.

Одет в серую широкую рубаху навыпуск и штаны из того же материала. Босиком. На голове копна курчавых черных волос. На вид ему лет двенадцать-четырнадцать.

— Господин? — он поклонился в пояс. — Вас же убили?

— Не убили, а оглушили и забрали в рабство, да я сбежал. Постой, а откуда ты знаешь, что убили? Видел и на помощь не пришел? — нахмурился молодой хозяин.

— Так я того, барона-отца прятал, — виновато отозвался подросток. Потом словно что-то вспомнив, поднял вилы и наставил их на нас. — А это точно вы, господин?

— А я вот сейчас кнутом поперек твоей спины пройдусь, тогда и поймешь. — Марко сделал движение рукой к поясу. Потом тряхнул головой и оглядел двор.

— Не надо кнутом, господин, — пошел на попятную подросток. — Давайте я лучше всех обрадую, что вы не умерли?

— Давай я сам. А кстати, кого всех? Что с отцом?

— Жив, и все живы. Мы как вас заметили — снова в склепе схоронились. Да меня отправили охранять дом.

— Так что же ты, дубина, стоишь? Сразу надо было сказать, что все живы! Нет, точно выпорю.

— А как сразу-то с покойником говорить? Страшно мне.

Марко сплюнул и решительно зашагал к дому. На ходу бросая, что он вернул одну козу и ее надо доить. У дома повернул налево и, обогнув его, скрылся из виду.

Я же осталась у сарая, разглядывая подростка. Тот во все глаза пялился на меня.