ГЛАВА 1

В которой появляется буйный гость

 

Тихо скрипнула входная дверь. Попугай в клетке прервал свою ворчливую речь и уставился на посетителя. Полупрозрачная, сгорбленная фигура, с тусклым, драным шарфом, закрывавшим половину лица, стояла на входе и нерешительно переминалась с ноги на ногу. В руках у неё был непонятный скомканный головной убор. Попугай несколько минут смотрел на фигуру. Фигура продолжала переминаться, оглядывая комнату. Попугай не выдержал и возмущённо заорал, чтобы привлечь внимание хозяйки за стойкой, помечавшей перьевой ручкой что-то в толстой тетради.

— Тихо, Гоша. Ты чего? — произнесла хозяйка.

Она оторвалась от работы, подняла голову и заметила гостя на пороге.

— Добрый вечер! Добро пожаловать! Меня зовут тётушка Уют! Проходите сюда! — ласково произнесла хозяйка.

Фигура продолжила нерешительно переминаться с ноги на ногу. Попугай крикнул ещё раз, как бы подгоняя её. Фигура вздрогнула и сдвинулась с места.

— Добрый вечер. Прошу прощения за беспокойство, — извиняющимся тоном произнесла фигура, подойдя к стойке. — Я, к сожалению, не могу ответить вам любезностью и представиться. Я смутно помню, кто я, где я и что здесь делаю.

Тётушка Уют закрыла свою тетрадь и вышла из-за стойки. Она ласково взяла фигуру под руку и проводила её к небольшому чайному столику. Усадив фигуру в кресло, тётушка принялась готовить чай для гостя.

— Сейчас я всё вам объясню, — сказала тётушка Уют и передала кружку фигуре. — Самое главное, не волнуйтесь.

Тётушка налила чай и себе и уселась напротив.

— Вы находитесь в гостинице «Уют и Сон», я её хозяйка — тётушка Уют.

Фигура неуверенно отхлебнула чай и спросила:

— А что я здесь делаю?

— Как и положено: выполняете своё предназначение.

— Предназначение? Какое? Вы можете не так путано объяснять? Ответьте на вопрос: кто я?

— Теперь это совершенно не важно, кто вы. Пейте чай. Он успокоит вас и поможет уснуть.

— Боюсь, что я не смогу уснуть, пока не вспомню. Я помню, что я шёл по улице. Вокруг были большие каменные строения. Я вышел к реке и долго-долго стоял смотрел на разводной мост… А дальше я ничего не помню. Ответьте мне: как я сюда попал?

Фигура опять стала осматривать помещение. Окон здесь не было, но отовсюду лился приглушённый, очень приятный свет. Кресла, диваны, даже стулья — вся мебель была очаровательно уютной. Обведя взглядом комнату, мужчина подозрительно посмотрел на тётушку Уют. Та в ответ ласково посмотрела на него и накрыла своими ладонями подрагивающую руку фигуры.

Мужчина было успокоился, но, когда увидел, что тётушка верхней парой рук опять протянула ему отставленную ранее кружку с чаем, вскрикнул:

— Боже мой! Что у вас с руками? Почему их четыре? Это какой-то розыгрыш?

Тётушка мысленно отругала себя. Она неоднократно давала себе зарок прятать одну из пар рук, когда приходят такие тревожные гости. Тётушка скользнула внутрь мыслей фигуры, чтобы найти там ответ, который его устроит.

— Ой, не обращайте внимания! — с лёгким кокетством сказала она. — Это бионические протезы, чтобы всё успевать по хозяйству.

— Это очень круто! Прогрессивно! Я бы хотел себе такие! — Фигура был человеком очень практичным и верящим в научный прогресс, поэтому такое объяснение его устроило. Он выдохнул и сделал глоток чая.

Тётушка продолжила:

— Лучше не тормошите воспоминания. Они помешают вам уснуть.

— Но почему?

— Потому что эти воспоминания заставят вас переживать об утраченном.

— Об утраченном чём?

— Об утраченной жизни.

На лице фигуры промелькнула тень. Мужчина что-то вспомнил и попытался ухватиться за это воспоминание. Он вскочил, чуть не опрокинув чашку, и стал растерянно оглядываться, массируя виски.

— Погодите, как это случилось? Отвечайте, как я сюда попал!

— Это уже совершенно не важно.

— Это вам может быть не важно, а мне важно. Как там говорилось: всё, о чём он мечтал, чем он жил, все его переживания… Это всё очень важно!

— Это было важно. А сейчас уже нет. Эти воспоминания будут вам только мешать отдыхать.

— Вы издеваетесь? Отдыхать? Сейчас? А как же моя семья? Я точно помню, что у меня была семья. Им нужна моя помощь! Верните меня срочно обратно!

Мужчина начал горячиться всё сильнее и сильнее. В его голосе зазвучала энергия. Создавалось ощущение, что он начал наполняться жизненной силой. Тётушка Уют встала и попробовала дотронуться до него, желая успокоить.

— Сядьте, пожалуйста, допейте чай, и я вам всё объясню!

Тётушка верхней парой рук аккуратно надавила на плечи фигуры, а нижнюю пару положила на его колени. И таким образом ей удалось его зафиксировать. Но тот продолжал тараторить, не закрывая рта.

— Нет! Я вам не доверяю! Вы точно что-нибудь пытаетесь подсыпать мне в чай. Точно! Я уверен! Вы мне что-то подмешали! Вы намеренно хотите меня опоить! Это какой-то гипноз! Это всё розыгрыш. И почему у вас четыре руки? Я сейчас позвоню Виктор Палычу, и вам всем кранты.

Мужчина смог вырваться из четырёх рук тётушки и навис над ней, потемнев как грозовая туча. Его призрачные ноздри раздувались от гнева. Казалось, ещё секунда, и он попытается ударить тётушку. Но в этот момент в комнату проскользнул кот. На первый взгляд было не понятно, то ли он рыжий с белыми пятнами, то ли всё-таки белый с рыжими. Он стрелой подскочил к мужчине и начал тереться о его ноги. Мужчина вздрогнул, гнев его моментально пропал. Он наклонился, взял кота на руки и сел в кресло. Кот затарахтел, как маленький моторчик. Через несколько минут мужчина спал, забыв обо всём. Даже его призрачная одежда и кожа приобрели рыже-белые кошачьи оттенки.

— Добрый вечер, любезная тётушка! — прозвучал вкрадчивый, тихий голос.

— Добрый вечер и тебе, дядюшка! — ответила тётушка Уют.

После этих слов рядом с дремлющей фигурой из воздуха появился дядюшка Сон. В уютном халате, ночном колпаке и смешных круглых очках. При его появлении рыжий кот приподнял голову и издал приветственный «мяв».

— И тебе, добрый вечер, Мурчелло, — произнёс дядюшка Сон и почесал кота за ухом. Фигура начала шевелиться, пытаясь проснуться. Дядюшка Сон положил одну из своих четырёх рук ей на лоб, наклонился к уху и что-то прошептал. Фигура приняла позу поудобнее и провалилась в глубокий сон.

Дядюшка Сон налил себе чаю и сел напротив тётушки.

— Какой беспокойный гость, — произнёс дядюшка Сон.

— А кем он был?

Дядюшка Сон заглянул в маленькую книжечку, которую он достал из кармана своего халата.

— Достаточно крупным чиновником!

— Тогда понятно, почему он такой подозрительный.

— Но, знаешь, меня смущает, что таких беспокойных в последнее время становится всё больше и больше. Если бы не твои коты, особенно Мурчелло, мне было бы очень тяжело. Да, что-то в Большом Мире происходит. Все прибывают в нашу гостиницу слишком возбуждёнными. Это может привести к плохим последствиям. — Дядюшка Сон продолжил изучать свои записи. — Ведь если мы не сможем сразу заселить постояльца в комнату, он будет терять драгоценное время на отдых, и когда настанет время пробуждаться и отправляться в Большой Мир, он будет недостаточно выспавшимся.

— Нам как-то надо компенсировать недостаток сна… — предложила тётушка.

— Да, пожалуй, ещё одно Очень Уютное Одеяло для таких постояльцев не помешает. И я думаю, что этого постояльца будить уже не надо. Я отведу его в спальню с помощью Пушистых Тапочек.

Дядюшка свистнул и послышался топот маленьких ножек. Из-за угла влетели большие белые Пушистые Тапочки, которые сразу прыгнули на ноги мужчины. Мурчелло спрыгнул с его коленей, и тот, не открывая глаз, поднялся и направился к выходу из комнаты. Мурчелло и дядюшка отправились за ним следом.

Тётушка Уют вздохнула и начала наводить порядок в комнате. В любой момент могли прибыть новые постояльцы. А ещё ей нужно было устроить обход всех миллионов комнат, в которых отдыхали и готовились к пробуждению уставшие души.

ГЛАВА 2

В которой мы знакомимся с Флиссой, а она уму дряется потеряться

 

Только что мама была здесь. Они вышли из музея. Флисса старалась не упустить мамину юбку в огромной толпе туристов. «Флисса, не отставай!» — говорила мама. Она спешила за короткий отпуск увидеть все достопримечательности города, название которого Флисса упорно не могла запомнить. Она сильно устала. Чтобы привлечь внимание, Флисса попробовала покапризничать, но мама была увлечена рассказом гида. Девочка старательно держала в поле зрения и мамину юбку, и яркий флажок, который держал над головой экскурсовод.

Но стоило ей отвлечься на секунду, чтобы завязать шнурочек, и все ориентиры потерялись в толпе. Всюду были чужие ноги, и совсем не было видно маминой юбки. Флисса всегда была смелой девочкой, но теперь она испугалась. Вокруг был незнакомый город, и все говорили на чужом языке. Флисса от испуга сразу забыла все правила, которые они учили с мамой, на случай если она потеряется. Вместо того чтобы ждать на месте, когда мама вернётся за ней, девочка начала метаться по улице в надежде найти маму или кого-нибудь из взрослых, с которыми они приехали в этот город на большом туристическом автобусе.

Самое странное, что на растерянную одинокую девочку никто из прохожих не обращал внимания. От отчаяния Флисса села на ступеньки и заплакала. Крупные слёзы катились по её лицу. Она тихо всхлипывала: «Мама. Мама, где же ты?»

Плакала Флисса долго и усердно. Ей было страшно и одиноко. Но всё на свете когда-нибудь заканчивается. Закончились и её слёзы. Флисса кулачком утёрла последние и огляделась по сторонам. На улице все взрослые суетливо продолжали бежать по своим делам.

«К ним приставать бессмысленно. Я не понимаю, что они говорят, и меня они не поймут, — здраво рассудила Флисса. — Надо заглянуть в кафе. Во-первых, там точно предложат чего-нибудь вкусного, а во-вторых, помогут найти маму. В кафе всегда были официанты, которые понимали маму. Флисса так и не вспомнила мамино наставление о том, что надо искать человека в форме — полицейского! Он обязательно бы помог и защитил.

Флисса пошла по улице. Она не замечала, как плыла за ароматом свежей выпечки. Так же пахло каждое воскресенье, когда мама утром пекла булочки. И Флисса, едва встав, бежала на кухню, где сразу же съедала пару горячих пирожков. И только после этого радостно желала маме доброго утра.

Вот и сейчас аромат отвлёк её, и она перестала обращать внимание на то, что происходит вокруг.

Она следовала за запахом булочек с корицей, совершенно позабыв обо всём. Флисса ухватилась за этот аромат, как за руку знакомого взрослого. Он подхватил её и понёс над улицами города, вокруг замелькали причудливые дома с удивлёнными окнами и строгими дверьми. Один поворот, потом другой. Третий. Четвёртый. И вот Флисса не успела опомниться, как начала подниматься по высоким каменным ступенькам.

Она оказалась перед большой деревянной дверью, которая уходила далеко-далеко в небо. Флисса вздрогнула, потому что перед её лицом оказалась оскаленная кошачья морда. Это была бронзовая дверная ручка. Когда девочка попыталась потянуться к ней, кошка-ручка зашипела.

«Какая интересная ручка, как живая. Интересно, если я её поглажу, она перестанет шипеть?» — подумала Флисса. Она ещё раз протянула руку к кошке-ручке. Та недоверчиво обнюхала её. И Флисса, осмелев, почесала кошку за ухом.

— Ну что ты, моя хорошая. Девочка красивая. Скучно тебе тут одной, — заговорила Флисса с бронзовой головой кошки. Та сначала очень сильно удивилась. И несмотря на то, что она была из бронзы, начала мурлыкать и тереться, совсем как настоящая кошка. Мурчанье с бронзовым оттенком слилось в один звук со скрипом открывающейся двери.

Ещё сильнее по тянуло запахом свежей сдобы. Флисса напоследок потрепала бронзовую кошачью голову за ухом и проскользнула внутрь.

Аромат булочек усилился, и Флисса окончательно потеряла голову. Она не заметила, как прошла через красивую прихожую, мимо комнаты, где маячила полупрозрачная фигура, которая громко и возмущённо о чём-то говорила. Флисса шла по коридорам, по длинным галереям всё дальше уходя от входной двери. После очередного поворота запах булочек внезапно исчез. Полностью. Ещё находящаяся под его властью Флисса стала принюхиваться, пытаясь его отыскать. Но пахло только старым, загадочным домом.

Флисса пришла в себя. Она не понимала, как здесь оказалась и совершенно не помнила, по какой дороге она сюда пришла. Перед ней была небольшая дверь. Флисса открыла её, и ей показалось, что дверь издала звук, похожий на храп. За дверью была лестница. Флисса неуверенно вошла внутрь, тут же испугалась и хотела было вернуться на улицу, но дверь со страшным грохотом закрылась за ней и исчезла. Вместо двери появилась глухая стена. Отступать было некуда. «Я найду взрослых, которые мне помогут», — подумала она и решительно наступила на первую ступеньку. Та скрипнула, издав ноту до. Следующая ступенька отозвалась нотой ре.

Флисса замерла на секунду, а потом запрыгала по музыкальным ступенькам, стараясь наиграть свою любимую мелодию. Каждая ступенька пела под её маленькими ножками. Это была мелодия скрипа, которую часто можно слышать в старых деревянных домах. Флисса, наверное, так и допрыгала бы до самой крыши. Если бы не одна, особо вредная ступенька, которая спружинила и выкинула юного композитора с лестницы в очень длинный коридор. По обе его стороны располагались двери с золотистыми номерами. Пол был устлан толстым, пушистым ковром, который проглатывал любые звуки. Люстр или каких-то ламп нигде не было видно. Коридор обволакивал приятный, неяркий свет.

Флисса перевела дыхание.

«Это очень похоже на отель, в котором мы живём с мамой. Если это отель, то в нём должны быть постояльцы. Они мне помогут», — подумала Флисса и, гордая своим умозаключением, зашагала вперёд, выбирая с помощью считалочки дверь, в которую стоило бы заглянуть.

ГЛАВА 3

В которой дядюшка Сон обходит свои владения, а Мурчелло докладывает о проблемах

 

По ночам отель оживал. Пока тётушка Уют и дядюшка Сон отдыхали (а как ни странно, им тоже нужен был отдых), отель просыпался. Он кряхтел старыми половицами, разминал затёкшие коридоры и устраивал сеансы растяжки, пытаясь удлинить свои этажи, чтобы принять новых постояльцев.

Однако сейчас дядюшка Сон привычно обходил этаж за этажом гостиницы и прислушивался к дыханию гостей. Если вдруг в чьём-то выдохе проскальзывали тревоги предыдущих жизней, или кто-то начинал беспокойно ворочаться, дядюшка Сон доставал свою связку ключей.

На этой связке стоит остановиться подробнее. Вспомните ключи от своего дома.

А теперь представьте себе, что на связке дядюшки Сна висят ключи от всех домов, которые существуют в мире, но при этом вся эта связка помещается в обычном кармане. Каждый раз, когда дядюшке Сну нужен ключ от какой-либо двери в гостинице, ему в руку попадает именно тот, который подходит к этой двери. Дядюшка Сон никогда не испытывал нашего разочарования и раздражения, когда мы подбираем нужный ключ, склонившись над замочной скважиной, и ни один не подходит.

По необходимости дядюшка Сон доставал ключи, открывал дверь и неслышно входил в комнату. Он поправлял одеяло, накрывал постояльца ещё одним уютным пледом и пел тихую колыбельную. Если гостя одолевали ночные кошмары, то на помощь приходил Мурчелло или кто-то из его пушистого отряда. Коты ложились вокруг спящего, сворачивались уютными клубками и засыпали. Перед кошачьей магией сна мало кто может устоять. Любые кошмары отступали, и в комнате наступало спокойствие.

Сегодня обход шёл спокойно. Царила идеальная тишина. В одном из холлов на диване развалилась и тихонько урчала банда кота Мурчелло. Как же уютно они дремали! Количество кошек и котов в гостинице не поддавалось счёту. Дядюшка пытался однажды провести кошачью перепись, но собрать всех в одном месте и заставить не двигаться оказалось невозможным. Поэтому дядюшка Сон просто решил, что на каждого постояльца гостиницы в среднем приходится минимум два кота.

Но среди всех котов выделялись несколько особенно умных и находчивых. Они исполняли роли лейтенантов в кошачьем войске. А возглавлял войско капитан Мурчелло. Дядюшка Сон задержался в холле, чтобы полюбоваться мирно спящим офицерским составом. Одна из кошек проснулась и внимательно огляделась. Она увидела дядюшку, успокоилась и вновь уснула.

Это была Кнопка — самая старшая из лейтенантов. Классическая трёхцветная кошка. Но с очаровательным рисунком на мордочке. Слева как будто бы нарисована буква К, а справа — буква Н. Думаю, что вам не составит труда догадаться, откуда появилось её имя. Она первой появилась на пороге гостиницы и безапелляционно заняла место на старом крутящемся кресле. Единственная из всех, она не мурчала, а мурлыкала. Было больше похоже, словно Кнопка разговаривает. А когда она была особенно взволнована, то Кнопка могла промурлыкать целые предложения, напоминавшие человеческую речь. Если бы на Земле проходили мастер-классы по искусству отдыха и сна — она могла бы их блестяще вести.

Рядом лежал Фуций. Рыжий котяра с белыми пятнами. Пушистый до безобразия. По густому шлейфу выпавшей шерсти всегда было понятно, что тут прошёл Фуций. Хорошо, что армия маленьких роботов-пылесосов справлялась с его повышенной волосатостью, иначе тётушке Уют пришлось бы очень трудно. Имя Фуция — это ребус. Когда-то давно жил древний китайский философ по имени Конфуций. И кто-то загорелся забавной идеей, что на свете обязательно должен быть кот Фуций. Так вот, Фуций при всей внешней пушистой неуклюжести был грациозен. Ну а если его начинали чесать, он урчал и мурчал так, что невозможно было его не потискать. Фуций стал бы неразрешимой загадкой для земных физиков. Дядюшка однажды провёл эксперимент. Он взвесил Фуция и затем вычесал из него ровно один килограмм шерсти. Масса кота после процедуры при этом не изменилась. Дядюшка вычесал ещё один килограмм. Весы вновь показали, что масса Фуция осталась прежней.

В результате эксперимента было добыто так много шерсти Фуция, что тётушка смогла связать из неё легендарный плед. Теперь с его помощью успокаивали особенно взволнованных гостей.

Дядюшку так околдовала эта безмятежность, что он сам начал клевать носом. Но рядом с ним материализовался Мурчелло. Мурчелло очень любил появляться в воздухе, подражая Чеширскому коту из «Алисы в Стране чудес». Умением менять окрас шерсти Мурчелло был подобен хамелеону. Дядюшка Сон по цвету окраса Мурчелло понимал уровень проблем, которые возникали в гостинице.

В этот раз дядюшка Сон моментально проснулся и сильно испугался. Антрацитово-чёрная шерсть Мурчелло переливалась зелёным. Это означало, что он чертовски взволнован.

— Мурчелло, что случилось? — спросил дядюшка. — Почему ты так встревожен?

— Мастер, в гостинице происходит что-то странное. Почти все

...