Об авторе

Станислав Логунов – петербургский бизнесмен, управленец-практик, автор бестселлеров «Лидер на катке. Как быть настоящим руководителем», «Путь самурая» и «Путь самурая 2.0. Бережливое мышление», «27 книг успешного руководителя».

В биографии Станислава Логунова «настоящий руководитель», «успешный руководитель» – не просто слова: за 25+ лет управленческой работы в строительной отрасли он прошел путь, вехами которого стали такие должности, как главный инженер филиала ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», заместитель председателя городского комитета по строительству, директор «Центра государственной экспертизы», а также руководящие позиции в строительном комплексе Министерства обороны РФ.

Сегодня Станислав Логунов возглавляет совет директоров петербургской строительной компании «МегаМейд». Параллельно с основной деятельностью он проводит авторские семинары и курсы по бережливому мышлению, управлению и навыкам коммуникации. Консультирует топ-менеджеров и предпринимателей, занимается менторством, ведет программу «Пути развития со Станиславом Логуновым», публикует обзоры бизнес-литературы и продолжает развивать проект silaproject.com, посвященный целенаправленному чтению бизнес-книг.

Здесь нет лишних слов, но это не сухая методичка. Примеры из личной практики, чувство юмора и фирменная самоирония автора не дадут заскучать.

Если вам нужна понятная книга о том, как взрослому человеку учиться самому и учить других, написанная понятным человеком для тех, кто хочет понимать, «Лидер у доски» будет хорошим выбором.

Предисловие

В детстве я ненавидел учебу. Нет, правда. Если верить семейным легендам, мне очень хотелось поскорее пойти «первый раз в первый класс», но первого раза оказалось достаточно. Меня вполне устроило бы дарить учительнице букет первого сентября и в следующий раз встречаться с ней через год с той же целью. В мире было много интересного помимо парты, учебников, запаха тряпки для стирания мела и вкуса манной каши в столовой.

До какого-то момента я честно отрабатывал свой номер, потому что был хорошо дрессированным ребенком и «хорошим мальчиком» в том смысле, который вкладывают в эту фразу, когда хвалят любимого пса. Но удовольствия при этом я не получал. И когда вкусняшки, выдаваемые за умелое выполнение команды «сидеть», перестали приносить радость, прекратил даже делать вид, что прилагаю усилия для учебы.

Это совершенно не значит, что я не хотел узнавать новое. Наоборот, я уже тогда обожал читать книги и делал это в каждую свободную минуту. И вообще, был весьма любознательным и наблюдательным. Здесь нет никакого противоречия, ведь стремление к знаниям и любовь к протиранию штанами парты – вещи несвязанные. Но, так или иначе, ни в школе, ни в вузе хорошим учеником я точно не был. Я, конечно, защитил диплом на «отлично», но читатели моей книги «Лидер на катке» знают, что в этом проявились скорее организационные способности, а не глубокие познания.

Если бы мне тогда сказали, что в пятьдесят лет я буду писать книгу о том, как надо учиться и учить, я бы даже не засмеялся, а сильно обиделся. Что ж, люди меняются, и не всегда в худшую сторону.

Сегодня мне предстоит провести занятие по тайм-менеджменту для новых сотрудников компании «МегаМейд», председателем совета директоров которой я являюсь. Это далеко не первое занятие, которое я провожу, все получается на автомате. И тем не менее, после того как я допишу это предисловие и проведу рабочую встречу, мне придется потратить время на подготовку к уроку.

Это меня не огорчает. Потому что, как это ни странно прозвучит, в какой-то момент я полюбил учиться, а затем полюбил и учить, делиться знаниями. Дело не в осознании того, что это необходимо для моей успешной работы и повышения конкурентоспособности моей компании, хотя это тоже важно. Одна моя знакомая убеждена, что для создания надежной семьи нужна не страстная любовь с первого взгляда. По ее мнению, все должно начинаться с поиска взаимопонимания, общих интересов, а любовь придет позже. Это можно отнести и к учебе.

Есть специалисты, профессия которых – обучение взрослых. Они называются смешным словом «андрагог». Я – не андрагог и даже не дипломированный преподаватель, а эта книга – не теоретическое изыскание. Я пишу об обучении, руководствуясь собственной практикой. То есть делюсь своими знаниями и опытом – занимаюсь тем, что люблю делать.

Эта книга об обучении, но она не для детей и их родителей. Она для тех, кто хочет сделать карьеру, понимает, что необходимо развивать свои компетенции и приобретать новые, но не знает, как это сделать. И для тех, кто уже преуспел в жизни и хочет поделиться своим опытом и знаниями с коллегами, но не может решиться. Для понимающих, что без постоянного совершенствования долговременный успех невозможен, причем как личный, так и корпоративный. Для людей, готовых прилагать усилия, чтобы этого успеха добиться.

Эта книга об изменениях в себе и в организации, о самосовершенствовании людей и о создании самообучаемых компаний.

Если вы уже заглянули в оглавление, то заметили, что я разделил книгу на две части. В первой рассказывается о том, как учиться самому, а во второй – как учить других. Конечно, вы можете прочесть только ту часть, которая для вас сейчас наиболее актуальна, и я писал книгу, учитывая такую возможность и делая автономными не только части, но и отдельные главы. При этом стоит иметь в виду, что учащемуся будет полезно иметь ясное представление о том, как работает преподаватель, о механизмах происходящего на занятиях. А тому, кто собирается заняться обучением сотрудников, не лишним будет вспомнить, как люди учатся. Во всех случаях выбор остается за вами.

Главное, чего я жду от своих читателей, – чтобы, прочитав книгу, вы применяли новые знания на практике. Как говорил Федор Савельевич Хитрук, «чтобы научиться печь хлеб, нужно его печь». И не надейтесь, что все получится с первого раза. Не получится, я проверял. Но это еще один повод приступать поскорее!

Часть I

Учиться самому

Казалось бы, в самой идее того, что учиться тоже надо учиться, есть элемент абсурда. Готовность к обучению дана каждому живому существу, иначе оно просто не могло бы выжить. Это, конечно, справедливо. Вот только учиться можно по-разному, и естественные решения – не всегда самые эффективные. В этой части я расскажу о том, как взрослому человеку найти в себе силы учиться, как выбрать методы обучения, подходящие лично вам, и как понять, чему именно и когда вам надо учиться. Напоминаю, что это не учебник, а я не носитель абсолютных истин. Так что, если какие-то мои мысли вызовут у вас чувство протеста и желание поспорить – это совершенно нормально. Это значит, что у нас с вами происходит диалог и, возможно, мы вместе найдем лучшее решение.

1. Мотиваторы

Боязнь потерять то, что имеешь

Когда родители объясняют детям, зачем надо хорошо учиться в школе, обычно они описывают два пути развития событий и предлагают сделать выбор. У разных поколений этот выбор свой. Так, нашим родителям давались возможности «стать человеком» или «идти двор убирать», а мои ровесники оказывались перед возможностью посетить дружественный Афганистан или избежать этого визита. Затем на короткое время традиция прервалась, потому что модными стали профессии бандит и проститутка, требовавшие не знаний, а природных талантов.

Но вскоре выяснилось, что эти виды деятельности для исполнителей не так прибыльны, как кажется, и очень вредны для здоровья. В моду вошли чем-то похожие, но более доходные и безопасные профессии юриста и экономиста, а альтернативой стала работа на кассе в ближайшей закусочной. С небольшими изменениями эта схема сохранилась до наших дней, разве что юристов и экономистов сменили айтишники.

Если присмотреться, принцип во все времена остается неизменным. Выбор между хорошей и плохой учебой – это выбор между хорошей и плохой жизнью, между тем, к чему ребенок стремится и чего боится. Главный мотиватор для обучения – страх, одна из базовых человеческих эмоций. В страхе как таковом, если научиться его контролировать, нет ничего постыдного: он с давних времен помогает избегать неприятностей. Побоялся среди ночи лезть в пещеру – тебя не съел саблезубый тигр. Бесстрашно зашел туда – ну извини, свои гены будущему человечеству передаст кто-нибудь потрусливее.

Тем не менее запугивание далеко не всегда приводит к желаемым результатам. Почему? Причина обычно одна – неправильно подобранная причина для страха. То, что до смерти пугает взрослого, запросто может оставить ребенка равнодушным. Приоритеты у разных людей очень отличаются, что уж говорить о разных поколениях.

Вспомним отличников, которых мы знали в школе. Если отбросить тех, кто любил учиться (есть и такие), и тех, кому учеба легко давалась, не требуя особых усилий – то есть тех, кто не нуждался в мотивации, – останутся две основные категории детей. Амбициозные, стремящиеся быть первыми, или, говоря другими словами, боящиеся быть не первыми. И те, кто боялся разочаровать старших.

Это два страха, эффективно работающие для детей младшего и среднего школьного возраста. К сожалению, первый страх свойственен лишь небольшой части детей, а второй требует такого авторитета взрослых, которого не всякий может, а главное, хочет добиться. Вызывать страх у собственного ребенка – сомнительная цель для родителей. Поэтому до старшей школы большинство детей ходит в середнячках. Они выполняют свою работу, потому что так заведено, потому что они должны ее выполнять, но не стоит ждать, что они превзойдут ваши ожидания.

А вот в старшей школе ситуация меняется. Спектр страхов постепенно расширяется. Тем более что по мере превращения из милого ребенка в гадкого подростка детишки провоцируют у старших все более резкое, агрессивное поведение.

В младших классах я был тихим и спокойным мальчиком, учившимся на четверки и пятерки, и имевшим, благодаря очкам, интеллигентный вид. Но к концу восьмого класса честно выполняющий свои обязанности учащегося Стасик превратился в непокорного юнца и круглого троечника.

Неизменными оставались только очки и тяга к книгам. В пятом классе я исчерпал возможности школьной библиотеки и направил свои усилия на районную, а к восьмому получил доступ в ее взрослую часть, что стало предметом моей немалой гордости.

К десятому классу ситуация с поведением и успеваемостью ухудшилась катастрофически. В феврале у меня выходило пять двоек в четверти. Встал вопрос о вылете из школы, об этом стало известно моей маме. Это казалось мне более ужасным, чем замаячившая перспектива вместо учебы в институте отправиться выполнять интернациональный долг. Но и бессмертным я себя уже не считал, так что два страха объединились, чтобы или съесть мою душу, или вытащить из опасного положения.

Если моя мама за что-то берется, она всегда вкладывает в дело всю имеющуюся энергию. А энергии у нее и сейчас хватает на освещение небольшого квартала. И когда мама взялась за мое обучение, мало мне не показалось.

В нашу маленькую квартиру и еще более скромный семейный бюджет ворвались репетиторы. Я был лишен всего, чего только можно было лишить десятиклассника. Главной проблемой стал домашний арест, невозможность появляться в компании. Это было особенно сильным ударом, потому что как раз тогда я приобрел желанную популярность в тусовке благодаря, как это ни странно, первому литературному опыту.

Наша с Володей Елесиным художественно-документальная книга была восторженно принята всеми десятыми классами 92-й ленинградской школы. Увы, до наших дней сохранились только первые главы, но недавно я их перечитал и понял, что мы и впрямь были хороши. И вот, вместо того, чтобы наслаждаться литературными успехами, я корпел над учебниками и заданиями от репетиторов. Появился третий страх, характерный для детей, – потеря положения среди друзей.

Особенные сложности были у меня с английским языком. И даже не столько с языком (хотя я так до сих пор его и не знаю), сколько с новой учительницей. Она заняла по отношению ко мне жесткую позицию, мои стоны и жалобы на ее предшественников, которые не смогли меня научить, были бесполезны. Любые попытки разжалобить англичанку разбивались о ее железобетонную неприступность и неготовность ставить мне тройку только за красивые глаза. Ну, может, глаза были и не самые красивые, но маме нравились.

Когда я наконец осознал, что проскочить не выйдет, то взял словарь, впервые за долгое время подготовился и выступил на уроке с почти правильным переводом. Тут небеса посветлели. Учительница, восхищенная своей педагогической мощью, сказала: «Можешь ведь, если захочешь», – и поставила мне первую четверку после череды двоек.

После этих событий я понял, что когда у тебя появляется ответ на вопрос, зачем что-то делать, то одновременно становится ясно, что и как делать.

Страх – сильнейший мотиватор. Так что если ответом на вопрос «Зачем?» является «Чтобы избежать крупных неприятностей», решение ищется гораздо быстрее. Но это только один из возможных ответов.

Потерянный страх

Страх так или иначе остается нашей движущей силой. Но обычно по мере взросления, если, конечно, человек не склонен к постоянной тревожности, он постепенно привыкает к жизни с каждым конкретным страхом. И если этот страх – единственная причина его активности, то мотивация постепенно пропадает. Необходимо новое опасение, новая мотивация.

Приключения в школе не помешали мне радостно прогуливать подготовительные курсы в Инженерно-экономическом институте имени Пальмиро Тольятти, на которые меня отправила мама. В качестве доказательств своего посещения я предъявлял ей задачи, решенные на занятиях с репетиторами.

Голь на выдумки хитра, так что имейте в виду – сотрудники тоже могут пойти на какие-то ухищрения, лишь бы избежать возможности получить новые знания.

В итоге я осознал, что карьера инженера-экономиста – не мое, и с двух попыток, после шести вступительных экзаменов вместо трех, с трудом поступил в Политех (тогда еще имени Калинина, а не Петра Великого). И уже в октябре начал постепенно игнорировать занятия. А заболев под самый Новый год и пропустив зачетную неделю, опять оказался в той же ситуации, что и год назад.

Забавно, что практически повторилась школьная история с английским, только теперь это была высшая математика. На третьей или четвертой пересдаче преподавательница сказала, что поставит мне положительную оценку, только когда я буду знать вышку лучше всех на курсе. И она сдержала слово. В итоге я сдал экзамен только 5 марта. Несложно догадаться, что до того дня большая часть моих ресурсов направлялась на изучение математики. А это не повысило мою успеваемость по остальным предметам. К сожалению, свободное владение математической наукой было необходимым, но недостаточным условием для продолжения учебы.

Стало понятно, что надо зафиксировать убыток, списать потерянный год и забрать документы из Политеха, пока не стало слишком поздно. Тем более что я уже догадывался, что энергомашиностроитель из меня примерно такой же, как экономист.

Пришлось рассказать об этом казусе маме и снова попросить ее о помощи. Я понимал, что нужно поступить в другой вуз, двух попыток у меня не будет.

Единственным моим мотивом была боязнь армии. Напомню, что тогда рассказы об ужасах военной службы в целом и за границей в частности звучали из каждого утюга. Забавно, но если бы тогда я прошел нормальное медицинское обследование, то, скорее всего, был бы избавлен от этого страха и судьба моя сложилась бы по-другому. Но поскольку по всем внешним признакам я был здоровым лбом, то обращаться к врачам в голову не приходило. В результате мне было все равно, куда поступать, лишь бы приняли и в вузе была бы военная кафедра.

В то время профориентации в ее нынешнем виде, с тестами и психологами, еще не было, а поскольку собственные предпочтения у меня отсутствовали, то я выбрал место учебы, как и многие троечники, «за компанию». Еще трое таких же умных из моего и параллельного классов собирались в Инженерно-строительный институт (ЛИСИ). Убедившись, что проходной балл составляет скромные восемь (плюс зачет по сочинению), я понял, что это мне по силам.

Так вышло, что строительство оказалось моим призванием и делом всей жизни, но тогда это было не более чем совпадением. Как в «Голом пистолете», помните? «Сегодня мы чествуем Фрэнка за освобождение нашего города от тысячного наркоторговца!» – «Ну, честно говоря, последних трех я сбил, когда дал задний ход. К счастью, они оказались наркоторговцами».

Прошло более двадцати лет, прежде чем я начал представляться как строитель по образованию и по призванию.

Поступив на сантехнический факультет, я чувствовал себя опытным студентом, ведь одного семестра Политеха вполне хватало, чтобы спокойно пройти первый курс ЛИСИ с минимальными проблемами. А разобравшись в геодезии, я даже успевал подрабатывать на изготовлении курсовиков для сокурсников за приличные деньги.

Но уже на втором курсе старые запасы знаний закончились, а мотивации не прибавилось, так что проблемы с учебой не заставили себя ждать. Я уже сжился со своими страхами и перестал обращать на них внимание, а так как общее нежелание учиться дополнилось необходимостью работать, то и проблемы только нарастали. К счастью, я уже научился решать их без привлечения мамы, обходясь упорством, друзьями и способностью пробуждать в старшем поколении родительские чувства.

Сегодня я понимаю, что мое тогдашнее нежелание учиться в первую очередь было связано с тем, что я не видел связи между обучением и благополучием, в том числе финансовым. А к работе на долгосрочную перспективу я определенно был еще не готов.

Боязнь не получить то, чего хочешь

Оборотная сторона надежды на получение чего-либо – боязнь это не получить.

Я не видел удовлетворительного ответа на вопрос «Зачем?», потому что во время учебы, работая подсобным рабочим в финской строительной фирме, занимавшейся реконструкцией Пассажа, зарабатывал на порядок больше, чем любой из моих знакомых-инженеров с высшим образованием.

Но если обучение могло принести понятную пользу, силы и время на нее находились. Например, оказавшись в роли бригадира, я столкнулся с проблемой языковой коммуникации. Как вы уже поняли, мои знания английского были далеки от свободного владения языком. Хотя, если бы я владел им в совершенстве, это бы не очень помогло: финские строители не были полиглотами.

В первые дни на выручку приходило искусство пантомимы, но быстро стало ясно, что этого недостаточно. Как на старшем группы, на мне лежала ответственность за самое главное – своевременное получение нашей зарплаты. Деньги были немаленькие, опасение не получить их – сильным, так что решение надо было найти быстро.

Разумеется, выучить финский язык, и так-то непростой, мне с моими талантами было не под силу. Меня спас русско-финский разговорник, купленный на барахолке. Уже на следующий день из меня посыпались главные финские фразы: «дай закурить», «когда будут деньги» и еще несколько словосочетаний. Вскоре добавились слова, необходимые строителям, но в разговорнике почему-то отсутствующие. Несмотря на то что мой лексикон едва превышал словарь Эллочки-людоедки, вопрос коммуникаций был решен.

Любопытно, что через несколько лет, когда я уже работал в питерском Водоканале, знание основ финского еще раз мне пригодилось, когда меня направили в командировку в Финляндию. На дворе стоял 1996 год, так что это была поездка в потребительский рай. А поскольку в это время я занимался ремонтом и обстановкой однокомнатный квартиры, которую выдали молодой семье родители моей первой супруги, я с восторгом кинулся на местный рынок скупать разнообразные строительные инструменты, которые невозможно было купить за разумные деньги в тогдашней России.

И вот, гуляя с нашей небольшой группой командированных по улицам Хельсинки, я зашел в магазин электроники – и увидел там шикарную тумбу под телевизор. В то время я еще испытывал определенный пиетет к телевизору и чувствовал себя обязанным обеспечить нашему Sony комфортабельное место для жизни. Но цена тумбы, увы, превышала бюджет на нее. А коварная переводчица, которая нас сопровождала, видимо, постеснявшись торговаться, под каким-то, как ей казалось, благовидным предлогом, отказалась участвовать в переговорах с продавцом.

Я оказался перед выбором: или бесславно вернуться в Петербург без вожделенной тумбочки, или попробовать провести переговоры самостоятельно. Дискомфорт был сумасшедший, но желание обладать тумбочкой победило.

Она была мне необходима. И, видимо, финский продавец понял, что без тумбочки я из магазина не уйду. Я благодарен этому милому человеку не только за то, что он мне тогда уступил в переговорах. Он дал мне прекрасный пример того, насколько важно обучение, которое решает какую-то проблему. Не умей я считать и выражаться по-фински, не видать мне тумбы.

Конечно, работая с финнами, я учился не только языку. Едва ли я задумывался тогда над повышением своей стоимости на рынке труда, но понимал, что приобретая конкретные навыки и начиная разбираться в невиданных тогда технологиях ремонта, я обеспечу себя работой на будущее. Так и вышло – прошло еще немного времени, и я уже сам начал принимать заказы.

Уважение к руководителям

Уважение к руководителям (а в более широком смысле – к компании, в которой работаешь) – еще один мощный мотиватор. К сожалению, его эффективность зависит от внешних факторов. Но если компания и ее лидер заслуживают уважения и оказывают вам доверие, любому нормальному человеку захочется быть достойным этого доверия.

И на работе в Водоканале, и позже, в Комитете по строительству Санкт-Петербурга, – я зависел от мнения руководителей, и это не та зависимость, от которой стоит избавляться. Она заставляла меня прилагать больше усилий, прыгать выше головы. Не для того, чтобы понравиться, а чтобы не стыдиться при встрече.

Я исходил из того, что, назначая меня на должность, руководители понимали, что я еще не готов к ней, и ожидали, что я стану готов, причем быстро. Разочаровать их было бы не только глупостью, но и черной неблагодарностью, ведь с моими, маленького, но начальника, успехами и провалами были напрямую связаны успехи и провалы предприятия, а значит, и вышестоящих товарищей.

Естественно, чтобы у меня возникли такие чувства, требовалось, чтобы руководители показали себя достойными этих чувств. Когда ты понимаешь, что начальник стоит за твоей спиной, чтобы вовремя поддержать, а не чтобы прикрыться от угрозы, ты сам хочешь его прикрыть.

Опасение не самореализоваться

В фильме «В порту» Элиа Казана есть запоминающийся диалог между братьями. Один обвиняет другого в своей незадавшейся спортивной карьере: «Я мог бы стать профессионалом, мог стать претендентом на звание чемпиона. Мог стать кем-то, а не таким уродом, как сейчас. Это все ты виноват!» Это очень частая ситуация – понимание того, что ты не стал тем, кем мог бы стать, и желание обвинить в неудаче кого-то другого, причем обычно кого-то близкого. Так разрушаются семьи, теряются друзья, возникают затяжные конфликты и зарождаются психические расстройства.

Боязнь не добиться самореализации, не достичь того, для чего ты был рожден, – одна из самых сильных. И она возникает не только у неудачников. Я знаю одного очень успешного бизнесмена, который, когда выпьет, непременно начинает рассказывать, что мог бы стать великим режиссером, если бы родители не заставили его когда-то поступить в технический вуз со словами: «Поэтом можешь ты не быть, а инженером быть обязан». Красота его истории в том, что проверить ее невозможно. Нельзя исключать, что мир потерял в нем нового Бертолуччи. Но также можно предположить, что благодаря родителям он ездит на «Майбахе», а не ночует за гаражом, предназначенным на снос.

Второе предположение мне кажется более правдоподобным. Знаете почему? Если бы он был рожден заменить Спилберга, инженерное образование этому никак бы не помешало, как не помешал Данелии диплом архитектора. Просто надо было поучиться дополнительно.

Мы никогда не можем с уверенностью сказать, что могло бы быть, если не приложили усилий, чтобы попробовать. И страх не самореализоваться – отличный мотиватор для учебы.

Как использовать факторы страха

Когда я рассказываю, что в нашей компании постоянное обучение является частью корпоративной культуры, меня часто спрашивают: «Как вам удалось мотивировать сотрудников учиться?»

В институтские годы меня очень впечатлила концепция пирамиды Маслоу. Сейчас я понимаю, что она предлагает несколько упрощенный взгляд на жизнь, которая часто отказывается следовать красивым иерархическим схемам. Но это не делает идею хуже – просто вводит дополнительные ограничения.

Если выстроить мотивирующие страхи в соответствии с идеей пирамиды (только мотивирующие, иначе выйдет не пирамида, а Вавилонская башня), то в основании окажется страх потерять то, что имеешь. Уровнем выше будет боязнь не получить то, что мог бы, и на что имеешь право. Еще выше – риск потери лица, утраты уважения окружающих и своего руководителя. И, наконец, на самом верху расположится опасение не добиться самореализации.

Проблема работы с коллективом заключается в том, что приходится иметь дело одновременно с несколькими (а то и со всеми) уровнями этой пирамиды, которые в идеале нуждаются в отдельном подходе. В реальном мире, особенно если в коллективе не три человека, это требует несоразмерных затрат ресурсов. А значит, надо учитывать и использовать все эти страхи одновременно.

Я проанализировал собственный опыт и выделил те факторы страха, которые сработали бы в моем случае, если бы я оказался в положении коллег.

Боязнь потерять работу.

Боязнь стагнации. Карьерный рост в компании напрямую зависит от обладания соответствующими знаниями и навыками. И примеры такого роста у всех перед глазами: целый ряд топ-менеджеров начинали карьеру инженерами. Сюда же относится страх выполнять свою работу хуже, чем мог бы, если бы знал лучшие способы и, соответственно, получать меньше, чем мог бы.

Боязнь стать аутсайдером. В компании принято учиться, постоянно повышать свою квалификацию и профессиональный кругозор. Человек, который ведет себя иначе, не станет своим.

Боязнь не соответствовать ожиданиям, вызвать разочарование руководителя.

Боязнь не состояться, прожить жизнь зря.

Нетрудно заметить, что все эти факторы можно легко преобразовать в позитивном ключе. Так я и сделал, и список стал выглядеть так:

1. Уверенность в завтрашнем дне.

2. Потребность выполнять свою работу эффективнее и получать больше. Надежда на карьерный рост.

3. Желание быть частью команды.

4. Стремление быть достойным оказанного доверия.

5. Желание реализоваться в профессии.

Суть та же, но выглядит намного симпатичнее. Осталось дополнить перечень позитивными мотиваторами – материальными и нематериальными вознаграждениями.

Материальное и нематериальное вознаграждения

Денежное поощрение, к сожалению, воспринимается большинством сотрудников как подкуп. Если человек делает что-то за плату, то в его сознании он делает что-то, что нужно не ему, а тому, кто платит.

Собака охотно выполняет команды, получая за это подачки. Она, к восторгу хозяина, встает, ложится и дает лапу. Но зачем она это делает? Сперва чтобы съесть крекер, а потом по привычке. Причинно-следственная связь проста и незатейлива. Для чего хозяин добивается выполнения команд, ей совершенно неинтересно. Кстати, я и сам не знаю, для чего учить пса протягивать лапу. Совершенно бессмысленное умение.

Я ни в коем случае не сравниваю сотрудников с собаками, но алгоритм тут точно такой же. Работая за поощрение, люди не задумываются над тем, для чего руководителю это нужно. Научиться чему-то, помимо механического выполнения последовательности действий, не понимая, зачем ты учишься, невозможно.

Материальное поощрение должно следовать за достижениями. А учеба – инструмент, позволяющий добиться этих достижений. То есть сотрудники должны осознавать, что обучение, которое организует компания, само по себе является поощрением. Не нагрузкой, отнимающей личное время и остатки энергии, а подарком, шансом повысить свой статус, свое материальное положение.

Чтобы так и происходило, люди должны видеть на наглядных примерах, как учеба приносит пользу их коллегам. Не в формате «он сходил на занятия и получил премию», а «он научился новому, применил на практике, добился ошеломляющих результатов и получил вознаграждение за результат». То есть самое главное – не упускать любую возможность заслуженно наградить сотрудника и не забывать увязывать это с его обучением.

Кстати, нематериальное поощрение бывает не менее важно. Почти каждому человеку хочется, чтобы его заслуги признавали. «Ты меня уважаешь?» – вопрос, более всего беспокоящий русского человека, даже «Кто виноват?» и «Что делать?» отходят на второй план. А когда сотрудника хвалят или, того лучше, награждают, да еще при всех, это явная демонстрация уважения от руководства компании.

В юности я скептически относился к разного рода грамотам и переходящим знаменам. Мне казалось, что это, в общем-то, бессмысленные символические награды, особенно если они не сопровождались соответствующим материальным подкреплением. Это продолжалось до тех пор, пока я сам не принял участие во вручении почетных грамот и не увидел, как взрослые мужчины и женщины искренне волнуются, ожидая вручения. И как они становятся счастливы, получив заветный лист формата А4 и букетик. Да что говорить, когда я сам получил звание Почетного строителя, то был доволен, как слон. Просто награда должна быть соответствующей.

Понятно, что чем менее люди избалованы вниманием, тем больше их радует любое его проявление. Проще говоря, чем ниже должность сотрудника, тем меньше требуется для того, чтобы его осчастливить. И наоборот, пресыщенные успехом нуждаются в стимулах посильнее.

Об этом не стоит забывать, принимая решения о виде вознаграждения. Развращать людей премиями, явно превышающими значимость их достижений, не только глупо, но и опасно. В дальнейшем, чтобы добиться такого же результата, награду придется еще повышать. В то же время оскорбительно маленькой премией можно начисто отбить у людей желание проявлять себя. Лучше ограничиться грамотой и благодарностью руководства, чем обидеть сотрудника премией, на которую он даже не сможет ее обмыть. Единого решения в этом вопросе не существует, каждому надо подбирать индивидуальный подход. Но если правильное решение будет найдено, это очень поможет увлечь людей дальнейшим обучением.

Существенный недостаток разовых вознаграждений в том, что их эффект высок, но быстротечен.

В «МегаМейд» мы нашли способ, позволяющий решить эту проблему на системном уровне, введя систему грейдов. Зарплата сотрудников определяется по прозрачной схеме, учитывающей их достижения, навыки и умения.

Разработка схемы потребовала множества времени и сил, но в результате каждый, вне зависимости от занимаемого положения, знает, что ему нужно изменить в себе, чтобы повысить собственное благосостояние. В том числе и то, чему надо научиться. И сотрудники вспоминают об этом каждый раз, когда получают свой расчетный листок. Получилась встроенная система мотивации, которая не нуждается в дополнительном участии менеджмента.

2. Демотиваторы

Мотиваторы и демотиваторы – не одно и то же

Может показаться, что мотивация и борьба с демотивацией – одно и то же, но на самом деле дело обстоит несколько иначе. И второе значительно сложнее.

Мотивация – перевод из нейтрального отношения в позитивное, ее задача – убедить человека сделать что-то, чего он раньше не делал, потому что не видел значимой причины для действий.

Борьба с демотивацией – переход от отрицательного отношения к положительному. Надо переубедить человека, уговорить его изменить сложившееся плохое отношение. А для этого потребуется найти причины его отрицания и доказать, что в данном конкретном случае они неприменимы.

Нельзя заставить человека измениться, но можно создать среду для его изменения. Когда я только приступил к работе в Министерстве обороны, у меня случались жестокие баталии с сотрудниками, доходило до криков и истерик. Но, увы, это не помогало людям начинать соответствовать моим ожиданиям. После нескольких месяцев в таком режиме я стал меньше обращать внимание на совсем пропащих и вместо этого основательно взялся за прошедших естественный отбор.

Они этому не сильно радовались, потому что, раз начав учиться, им пришлось продолжать. Но они поняли, что в отказе от привычки делать все по старинке залог их дальнейшей карьеры. Я впихивал в них знания, позволяющие систематизировать нашу деятельность, и даже организовывал для них тренинги. Я недолго проработал в Министерстве, но мне приятно, когда бывшие коллеги благодарят меня при встрече за то, что тогда я убедил их измениться. А некоторыми из моих учеников того периода я по-настоящему горжусь.

Давайте рассмотрим основные источники демотивации к обучению и посмотрим, что можно сделать, чтобы их нейтрализовать.

Предыдущий опыт

На желание учиться очень большое влияние оказывает предыдущий жизненный опыт. Некоторым везет, и они еще в школе сталкиваются с Учителями с большой буквы, которые прививают детям интерес к процессу познания нового. Увы, большинство о таких педагогах в лучшем случае читает в интернете или слышит их по радио. Здесь не место разбираться в том, почему талантливых учителей не хватает, достаточно принять за данность, что это так, и исключения только подтверждают правило.

Когда я из пай-мальчика стал превращаться в бунтующего подростка, это вызвало у многих учителей по-человечески понятное, но абсолютно непрофессиональное раздражение, которое они не скрывали. У меня начала складываться соответствующая репутация. А людям свойственно стремиться поддерживать свою репутацию, какой бы она ни была.

У моего товарища в четвертом классе был соученик, вполне нормальный, добродушный мальчишка из не очень благополучной семьи, которого учительница математики выбрала на роль классного дурачка и сделала мишенью для своего гаденького остроумия, постоянно подчеркивая его мнимую тупость. Парень начал прогуливать школу, успеваемость упала ниже нижнего, а родители не обращали на происходящее никакого внимания. Всего за четверть математичка вылепила из ребенка хулигана и двоечника.

Если тебя считают тунеядцем и хулиганом, что ж, ты постараешься никого не разочаровать. Разумеется, есть дети, прилагающие усилия для изменения своего статуса и даже иногда достигающие цели, но мы их вынесем за скобки. С такой силой воли и целеустремленностью они не нуждаются ни в каком специальном убеждении.

Лекции в университете казались мне невыносимо скучными. Преподаватели обычно даже не пытались сделать вид, что рассказывают что-то полезное или хотя бы интересное, они просто отрабатывали свой номер. Поначалу я тоже отрабатывал свой и честно боролся с дремотой, но по мере появления более интересных или более прибыльных способов провести время встретить меня в аудитории стало все сложнее.

В результате я завершил формальное образование с пятеркой в дипломе и с уверенностью, что учеба – глупое, неприятное и бесполезное занятие, убийство времени. И уверен, что я не одинок. Поэтому в дальнейшем идея пойти еще поучиться не вызывала у меня ничего, кроме чувства протеста.

Что можно противопоставить негативному опыту обучения? Сам обучающийся – практически ничего. Осознание необходимости новых знаний заставит прийти на занятие, но не избавит от дурных ожиданий, которые, как известно, обладают способностью сбываться.

Учащийся, настроенный на плохое, наносит ущерб не только себе. Его отношение неизбежно проявляется во время занятия, если оно подразумевает интерактивность, а любое хорошее занятие ее подразумевает. И негативно настроенный ученик, даже не желая того, мешает и остальным учащимся, и преподавателю.

Преподаватель должен постоянно помнить о том, что в зале наверняка присутствуют люди, имеющие печальный опыт предыдущего обучения, и учитывать это в своей работе. При планировании курса стоит закладывать такой баланс между полезностью и занимательностью, чтобы слушатели не скучали, но и не думали, что пришли в цирк. И, что гораздо сложнее, важно также учитывать, что у учеников очень разный начальный уровень, а работать надо для всех.

Один из часто встречающихся школьных страхов – что тебя сочтут глупым и будут обращаться соответствующим образом. Такие люди боятся задавать вопросы и постепенно вообще перестают понимать, о чем говорят на занятии.

Преподавателю важно с самого начала проговорить, что вопросы поощряются, что глупых вопросов не бывает – бывают только глупые ответы. Да, последнее утверждение не соответствует действительности, но оно очень раскрепощает.

Что касается учащихся, им надо приложить все возможные усилия для того, чтобы на начальном этапе подходить к преподавателю без предубеждения. В любой сфере деятельности встречаются непрофессионалы и мастера своего дела, достойные люди и негодяи. Нельзя заранее сказать, с каким учителем столкнет вас судьба в следующий раз, но все же стоит дать ему шанс: вы точно ничего не потеряете, если даже разочаруетесь в нем, но можете многое приобрести, если он превзойдет ожидания.

У меня, кстати, наоборот, изначально всегда немного завышенное доверие к малознакомым преподавателям, ведь они еще не успели мои ожидания обмануть. К тому же отсутствие заранее сложившихся представлений о людях помогает воспринимать информацию от них более объективно, без этого фильтра. Правда, если уж я разочаруюсь, то разочаруюсь.

И ни в коем случае не стесняйтесь задавать вопросы, даже глупые (да, глупые вопросы очень даже бывают). Но не задать вопрос и остаться с непониманием – еще глупее.

Особое проявление неудачного опыта – неприятие коллег. После учебы вы возвращаетесь в коллектив, желая применить новые знания на практике, но сталкиваетесь с активным сопротивлением со стороны остальных сотрудников и непосредственных начальников. «Самый умный теперь стал», – говорят вам приятели в курилке. «Это все теории, а мы многие годы делали по-старому и все отлично работало, – говорит руководитель. – Иди и делай как я сказал, не парь мне мозги».

Коллег в этом случае еще можно проигнорировать, потому что, обучившись, человек действительно стал если не более умным, то более знающим. Так зачем этого стесняться?

С начальством сложнее.

Отношение младшего и среднего менеджмента к совершенствованию процессов, его открытость к новому определяются в первую очередь поведением топ-менеджеров и сложившейся корпоративной культурой. Забота высшего руководства – сформировать в компании такую культуру, при которой обесценивание знаний было бы невозможным. Причем на всех уровнях.

Необходимо всячески поощрять тягу сотрудников к изменениям. Тогда им самим захочется меняться, учиться, делаться лучше и работать лучше.

Не вижу смысла / не знаю, чему учиться

Многие люди не хотят учиться просто потому, что по разным причинам не видят в этом никакого смысла.

Самая распространенная из причин – люди не понимают, что им даст учеба, но это как раз тот случай, когда помогает простая мотивация. Достаточно объяснить, что они получат в результате обучения в части карьеры, благосостояния, отношения в коллективе – и возражение будет снято.

Еще лучше, когда человек сам понимает, что ему не обойтись без учебы. Я называю это «жизнь заставляет». Так случилось со мной, когда я впервые был назначен руководителем и обнаружил, что без быстрого приобретения новых знаний не смогу хорошо выполнять новые обязанности.

Стоит ли дожидаться, пока жизнь разрешит сомнения пинком под зад, дело выбора каждого. С одной стороны, лучше готовиться к сложностям заранее, но с другой – если обстоятельства придадут ускорение, процесс пойдет эффективнее.

Пару лет назад ко мне на менторинг пришел наемный руководитель крупной строительной компании. Через некоторое время, ввиду его большой занятости, наши занятия прекратились. А еще через год его уволили, и он радостно позвонил мне, чтобы сообщить, что у него наконец появилось время на образование. Только вот незадача: я уже не мог ему помочь. Теперь ему был нужен не ментор, а карьерный консультант.

Не намного проще ситуация, при которой человек в принципе не возражает учиться, но не понимает, что именно ему надо изучать. При этом обычно он уверен, что предлагаемый курс – точно не то, что ему нужно.

Так происходит, если обучение навязывается со стороны – семьей или компанией, которые руководствуются собственными представлениями о благе жертвы обучения.

Одного моего товарища на первом курсе родители отправили изучать английский. Это был 1990 год, товарищ особой необходимости в языке не видел, в школе и институте безуспешно изучал немецкий, а объяснить важность английского так, чтобы до него дошло, ему не потрудились. В итоге он проскучал первое занятие, зато познакомился там с девочкой с параллельного факультета. И затем они приходили на занятия, только чтобы встретиться и пойти гулять по городу. С той девочкой они дружат до сих пор, а вот английский товарищу пришлось потом учить заново, когда выяснилось, что язык очень даже нужен.

К сожалению, люди действительно не всегда понимают, что им нужно изучать. Со стороны обучающегося эту проблему не решить по определению, миссия по объяснению целиком лежит на тех, кто отправляет человека учиться. В конце концов, это их решение, и, соответственно, им нужно убедить выполнить это решение.

Что касается семьи, то подбор аргументов обычно упирается в слишком разные ценности разных поколений. То, что кажется родителям очевидным, дети считают ерундой, и наоборот. Разрешить поколенческий конфликт могут только годы, и не стоит терять время, пытаясь надеть свою голову на чужие плечи.

Но это не значит, что проблема неразрешима. Можно идти от обратного – не навязывать свои цели, а выяснить цели другого, пусть они и кажутся идиотскими. Найти, как связать эти цели с теми знаниями, которые хотят навязать. Тот же английский (или китайский, мир меняется) нужен для очень разных задач – от построения успешной карьеры до чтения книг, понимания песен, просмотра фильмов без перевода или просто общения с понравившимся представителем противоположного пола.

Переоценка своих возможностей

Самый сложный случай – эффект Даннинга – Крюгера. Он заключается в том, что люди с очень низкими компетенциями склонны переоценивать свои возможности, а с высокими компетенциями – наоборот, их недооценивать, сомневаясь в собственных силах. Здесь нас больше интересует первая часть – невероятно самоуверенные невежды.

Если честно, это самый неприятный мне тип людей. Люди могут быть более или менее умными, это их врожденное качество, на которое повлиять невозможно, остается только принимать людей такими, какие они есть. А вот агрессивные дураки, глубоко убежденные в своей монополии на истину и презирающие всех, кто не разделяет их убеждения, отвратительны.

Конечно, им совершенно незачем учиться. Они и так все знают и придут на занятие с единственной целью – продемонстрировать свое всезнание и попробовать унизить преподавателя и остальных учеников.

Типичные представители этой категории – «таксисты-философы». До сих пор помню одного такого красавца, который (разумеется!) был крупным бизнесменом, а таксовал исключительно в качестве хобби. За тридцать минут он с удовольствием рассказал мне практически обо всем – от тайн политики до секретов приготовления пельменей, при этом каждый раз подчеркивая свою близость к сакральному знанию, наивность остального человечества и коварство заговорщиков, скрывающих от мира правду. Он раскрыл мне глаза на национальный вопрос и разъяснил наконец, как надо правильно помогать российской экономике. В зеркале заднего вида отражались глаза маньяка, убежденного в том, что он знает все.

Такие люди могут даже показаться забавными, если общение ограничивается получасовой ночной поездкой, но представьте себе такого в одном кабинете с вами, и весь комизм куда-то пропадет. Убеждать подобных людей в необходимости обучения бесполезно и не нужно. На работе от них лучше по возможности избавляться, а членам их семей остается только посочувствовать.

Частное проявление эффекта Даннинга – Крюгера – взгляд на обучение через призму «родительского» восприятия, когда человек приходит на занятие, желая не столько узнать новое, сколько получить подтверждение своих сложившихся представлений. Когда этого не происходит, в нем включается агрессивный критик, деструктор.

Если вы чувствуете, что в вас закипает возмущение от услышанного на занятии, попробуйте проанализировать собственные эмоции. Возможно, вы совершенно правы и преподаватель говорит глупости (так, увы, бывает). Но также возможно, что вам надо на время отказаться от предубеждений – и кто знает, к чему это вас приведет!

Нехватка времени и сил

Мощнейший источник демотивации к обучению – дефицит времени. И это объективно очень серьезная проблема. У человека, добросовестно выполняющего свои основные обязанности, и без всяких дополнительных занятий часто не хватает времени на личную жизнь.

Баланс между рабочим и личным, которым часто приходится жертвовать ради профессиональных достижений, в последние годы начинают ценить все больше и больше. Люди, родившиеся на рубеже веков, предпочитают получать меньше, но жить более полной жизнью.

Это, кстати, стоит учитывать руководителям, назначая сотрудникам занятия в нерабочее время. Представление, будто работники знают, что обучение ведется для их же пользы, – ложное, ведь представления руководителей о пользе подчиненных могут радикально отличаться от собственного видения сотрудников. Покушаясь на личное время людей, компания провоцирует их нелояльность, причем оправданную.

Но и рабочее время у эффективных работников заполнено до предела. Втиснуть туда еще несколько часов учебы без ущерба для дела непросто, если вообще возможно.

У руководителя есть только один способ снять это возражение – доказать, что в результате обучения будет экономиться значительно больше времени или оно будет расходоваться более целесообразно (это не всегда одно и то же). Кстати, если доказать это не получится, от такого обучения в большинстве случаев действительно стоит отказаться. Зачем учиться тому, что не повысит эффективность работы?

Я в итоге пришел к компромиссному решению: занятия у нас в компании, за редчайшими исключениями, начинаются в рабочее время, но завершаться могут и после окончания рабочего дня. Это не идеальный вариант, но вполне приемлемый.

Разумеется, здесь я говорю только о профессиональном обучении. Учеба ради расширения кругозора, удовлетворения любопытства, получения удовольствия или приобретения навыков, полезных в быту, подчиняется совсем другим правилам и не нуждается в дополнительном убеждении – ей занимаются как раз потому, что хотят этого, и времени на нее не жалко.

Иногда к демотиваторам относят лень, и это отчасти справедливо. Но лень – понятие довольно абстрактное. Это может быть проявлением прокрастинации – о борьбе с ней написана небольшая библиотека, к которой я вас и отсылаю.

Но не менее вероятно, что то, что кажется нам обычной ленью – проявление упадка сил. Это может быть следствием каких-то медицинских проблем, стресса или просто обычной усталости. Бороться с их проявлениями бесполезно, чего не скажешь о причинах. Иногда достаточно просто отдохнуть, и желание развиваться появится. Но, возможно, стоит посоветоваться с врачом. За отсутствием желания делать что-либо может прятаться неприятность, которую еще можно предотвратить.

3. Внутренняя мотивация

Что такое внутренняя мотивация

В предыдущих главах я подробно остановился на внешней мотивации, но внутренняя мотивация гораздо эффективнее. К сожалению, она доступна не всем, но если она есть, то проблем с учебой становится резко меньше.

Под внутренней мотивацией я понимаю осознание необходимости обучения, основанное не на страхе перед последствиями или боязни недополучить что-то, а на желании соответствовать собственным представлениям о том, каким ты должен быть в каждый конкретный момент.

Есть распространенное мнение, что люди не совершают преступлений только потому, что боятся возможного наказания. Для тех, кто разделяет эту точку зрения, это точно справедливо. Но только для них.

Я склонен считать, что большинство людей предпочитают поступать хорошо, потому что считают это правильным. Просто разные люди по-разному определяют, ради чего можно поступить плохо и неправильно. Их удерживает внутренняя мотивация, желание быть хорошими в собственных глазах. Чем сильнее эта мотивация, тем более существенная причина требуется, чтобы увести их с пути истинного.

Вверх по карьерной лестнице

В случае обучения внутренняя мотивация включается при движении по карьерной лестнице. На каждой следующей ступени требуются новые компетенции.

В принципе, без них можно и обойтись. Первые полгода, а то и год, новоназначенный может ссылаться на то, что его только что назначили. А при минимальном везении и достаточном бесстыдстве можно смело надеяться на то, что руководители и дальше не заметят, что их сотрудник не приносит пользу. В моей практике были такие деятели, которые сознательно переходили с работы на работу по формуле 1+1. Это означает, что год начальство будет присматриваться и еще год думать, как безболезненно расстаться с таким ценным кадром. А если начальник гуманист или просто не любит эксцессов, то частенько от него можно получить еще приличное выходное пособие и хорошие рекомендации.

Некоторые именно так и поступают, потому что, по их мнению, нежелание напрягаться важнее стремления соответствовать ожиданиям руководителей и подчиненных, которые на них надеются. Все дело в приоритетах.

Оказавшись после окончания института в управлении Водоканала (центральном офисе, если говорить на современном корпоративном языке) я, как и миллионы выпускников до меня, обнаружил, что практически ничего из приобретенных в институте знаний мне не требуется. Нет, конечно, институт ввел меня в инженерно-строительное «информационное поле», но и только.

На информатике нас безуспешно учили программировать на каких-то допотопных компьютерах, но здесь в моем распоряжении оказалась раздолбанная печатная машинка. Для молодежи поясню: представьте, что к принтеру приделали клавиатуру, и каждая набранная буква печатается сразу, без функции удаления, исправить можно только замазкой. Особенно большую радость испытываешь, когда допускаешь ошибку в последней строке и нужно перенабирать весь текст заново, ведь ваш начальник не терпит опечаток и следов замазки. Естественно, единственным способом научиться печатать на ней был метод проб и ошибок.

Этим методом стоит пользоваться только тогда, когда нет других вариантов. Например, если вы оказались на необитаемом острове, без знаний и навыков Робинзона, но с желанием выжить.

Моя борьба с печатной машинкой продолжалась недолго, вскоре появились ящики с «Лексиконом», примитивным текстовым редактором, а еще через некоторое время у нас распространились привычные офисные программы, принципиально не изменившиеся до сих пор. И тут оказалось, что институтская информатика перестала иметь к жизни какое-то отношение. Это было время постоянного развития в сфере айти, компьютеры успевали устареть еще до начала их массового производства. Пришлось снова учиться. Хорошо, что мой приятель и коллега Женя Евдокимов хорошо разбирался в компьютерах, так что дело постепенно пошло на лад.

В остальном все было гладко, работа не напрягала. Помимо машинописи я был еще дежурным по конференциям в службе, так что ничего особенного, кроме как вовремя приходить на работу, от меня не требовалось.

Все резко изменилось, когда я перешел на Северную водопроводную станцию, на первую руководящую должность – начальника производственно-технического отдела. Я не умел управлять, мне не хватало технических компетенций, которым попросту неоткуда было появиться. Ведь я был не самым внимательным студентом, но даже будь я отличником, это едва ли радикально изменило бы ситуацию.

Мне было ясно, что главный инженер СВС Владимир Борисович Чернов, который с подачи жены, хорошо ко мне относившейся, меня порекомендовал, и директор станции Александр Анатольевич Мурлин, который в меня поверил и принял на работу, ожидают от своего начальника ПТО большего, чем присутствие на рабочем месте и получение пинков на совещаниях.

Поэтому передо мной стоял выбор: расслабиться и делать то, что я единственно и мог тогда делать качественно, то есть создавать видимость работы, или среагировать на мотиватор и начинать учиться.

Естественно, тогда я не понимал, что управление – это отдельная профессия. Так что науку руководства мне пришлось изучать на собственном опыте. А вот технические компетенции я подтянуть вполне мог.

Тем не менее прошел почти год, пока я окончательно не осознал, что не справляюсь со своей работой. За моей спиной уже начинали шушукаться, и я решил не дожидаться позора и самому попроситься на понижение. К моему счастью, Александр Анатольевич решил дать мне еще один шанс. Он сказал: «Сам заварил кашу, сам и будешь расхлебывать». После этого у меня уже не оставалось выбора.

Я воспользовался тем, что в моем отделе работал опытнейший инженер Саркис Арамович, и сделал все, чтобы взять у него максимум. Сидя у него в кабинете и разбираясь с его помощью в чертежах, поведении тех или иных материалов, знакомясь с его расчетами, я заново постигал азы инженерного дела в строительстве.

И, конечно, мне помогли бесконечные вылазки на конкретные объекты станции, которые реконструировались или ремонтировались у меня на глазах каждый день. Все это сопровождалось штудированием СНиПов и ГОСТов, я потом долго гордился, что был одним из немногих водопроводчиков, которые осилили ПУЭ (правила эксплуатации электроустановок). А так как моему отделу приходилось контактировать с большим количеством смежных подразделений, пришлось изучать и их работу, например бухучет. Голова тогда чуть не отвалилась.

Учеба потребовала много усилий и времени, в том числе личного, но результат стоил того. Мне больше не было стыдно, а отдельными своими достижениями на СВС я горжусь до сих пор. Недавно я там был и убедился, что и сейчас, через двадцать лет после проведенного мной капитального ремонта, объекты выглядят почти как новенькие.

При переходе на более высокую позицию или в другую компанию наша управленческая квалификация всегда резко падает. В первом случае, потому что теперь требуется другой набор компетенций. Во втором, потому что вы оказываетесь в другой корпоративной среде, и те правила (не обязательно прописанные), которые были в ходу на вашем предыдущем месте работы, могут здесь не подойти.

Так, придя на работу в Комитет по строительству, я был буквально в шоке от того, насколько отличались правила от тех, к которым я привык за девять лет Водоканала.

Даже став опытным и, смею надеяться, уважаемым руководителем, я продолжал учиться, и продолжаю по сей день. Потому что всегда есть люди, которые что-то знают больше меня и умеют лучше меня, а значит, могут помочь мне стать еще лучше, работать качественнее. И это не только те, с кем можно поговорить. Многие из таких людей написали книги, в которых поделились тем главным, к чему они пришли. Надо только не лениться брать то, что они дают.

Поддержание внутренней мотивации

Внутреннюю мотивацию к обучению невозможно вызвать искусственно. Как я уже писал, она или есть, или ее нет. Но если она есть, ее можно и нужно поддерживать. Она подобна костру, в который требуется подбрасывать дрова, чтобы он не погас.

Лучшими дровами для этого костра будут реальные достижения. Не обязательно, чтобы эти достижения видели окружающие, хотя это всегда приятно. Достаточно, чтобы мы сами понимали, что стали продуктивнее, что стали работать правильнее.

Впрочем, неудачи тоже хорошо подпитывают желание учиться. Лично я воспринимаю неудачи как вызов. Если что-то не получилось, надо разобраться в причинах и найти решение. Отыскать инструмент, который поможет. И весьма вероятно, что это будет книга или человек, который научит делать как надо.

Отлично поддерживает внутреннюю мотивацию шило в заднице. Например, в определенный момент времени почувствовав внутреннюю потребность и насущную необходимость преподавать, я был вынужден заново начинать учиться. Потому что это была принципиально новая роль, требующая новых компетенций и обновления имеющихся. Согласитесь, начинать в сорок с лишним лет разучивание поговорок вроде «Шла Шаша по шоше и шошала шушку» без внутренней мотивации сложновато.

Привычка учиться

Без мотивации приступать к обучению не имеет смысла, но ее одной будет недостаточно. Даже самому мотивированному человеку необходимо заставить себя последовать этой мотивации. Нужно позаботится о том, чтобы появилась новая старая привычка – учиться.

Вы делаете зарядку по утрам? Правда, что ли? Тогда пропускайте следующие четыре абзаца. А я спрошу остальных 99 процентов читателей: сколько раз в своей жизни вы пытались начать ее делать? Вы же знаете, что делать зарядку – это хорошо? И я ведь говорю не про какие-то сверхсложные упражнения, а про несчастные наклоны и приседания в течение 7–10 минут, которые могут серьезно улучшить ваше самочувствие в течение дня и положительно сказаться на длительности и качестве вашей жизни. Так почему же нет?

Во-первых, конечно, потому, что делать зарядку по утрам очень не хочется. По утрам, совсем наоборот, хочется не делать ничего. Мотивация просто не пробивается сквозь мечту поспать лишние мгновения.

Во-вторых, кажется, что это физически невыполнимо. Именно поэтому так раздражают спортсмены, которые продвигают себя в соцсетях, демонстрируя, как это просто. «Вот тебе комплекс упражнений на 7 минут, делай их каждый день и будет тебе счастье в виде плоского живота». Или «У тебя большой живот, делай как я – и все пройдет». И дальше на видео олимпийский чемпион в боковой планке сгибает ногу в колене и достает до противоположного локтя. А то, что у обычного человека, который без каскадера попробует это повторить, что-нибудь отвалится – так это его проблемы.

Марк Твен, как известно, считал, что бросить курить очень просто, он делал это сотни раз. Могу признаться, что и мне начать делать зарядку всегда было элементарно. Я приступал к этому многократно, и всякий раз благополучно бросал… До тех пор, пока не перешел порог, когда зарядка превратилась в привычку. И даже год спустя я еще переживал, что в один прекрасный момент эта привычка исчезнет.

Есть разные мнения о том, сколько требуется времени для выработки новой привычки. Чаще всего в литературе встречается указание на 21 день. Но я встречал и мнение, что 121 день – более реалистично. Как обычно, в жизни все проще – нет никаких средних чисел, все зависит от конкретного человека и конкретных привычек, которые надо выработать. Привыкнуть залипать в телефон можно за минуты, а рано вставать один мой приятель, например, не смог привыкнуть за десятилетия.

Одно я знаю точно: надо быть готовым к тому, что придется не раз нарушать данные себе обещания и давать новые, срываться и опять начинать заново.

И так до тех пор, пока однажды утром вы не почувствуете некоего дискомфорта. «Чего-то не хватает». И, хлопнув себя по лбу, вы скажете: «А-а, я же не сделал зарядку!» – и побежите махать руками или отжиматься.

Как превратить учебу в привычку

Превратить учебу в привычку проще, чем утреннюю гимнастику. Она хотя бы не требует физических усилий, и ей не обязательно заниматься по утрам. Просто надо начать систематически читать соответствующие книги, хотя бы по пятнадцать минут в день, и постепенно мозг привыкнет ежедневно получать и переваривать новую информацию.

Для формирования привычки полезно найти себе человека, который силой авторитета сможет принудить вас к систематическому выполнению неприятных, но необходимых действий. Родственники не помогут, они слишком близко и игнорировать их слишком просто. Важное требование к такому помощнику – он должен хорошо вас понимать, то есть иметь похожий травмирующий опыт.

Был забавный случай, когда я в пятьдесят какой-то раз предпринял попытку похудеть. Знакомый порекомендовал нутрициолога, мы договорились о встрече, но уже в первые минуты знакомства у меня возникли сомнения насчет ее пригодности именно в моем случае. Она была тоща, как я в семнадцать лет.

В следующие несколько минут сомнения еще больше укрепились, когда она посоветовала вместо шавермы или отбивной взять лист капусты, положить на него лист салата и представить себе, что это гамбургер. У меня богатая фантазия, но не настолько же. Представить себе, что стейк – это латук, я еще могу, но не наоборот.

Окончательно доверие ушло, когда на мой вопрос: «А вы были когда-нибудь жирной?» – она с ужасом покачала головой. Все стало ясно, не годится. Человек с идеальным обменом веществ никогда не поймет того, кто должен расплачиваться лишним весом или физическими упражнениями за каждый съеденный пирожок.

Помощник должен смотреть на вас с пониманием и сочувствием, а не с презрением, как учитель физкультуры на не сумевшего уложиться в норматив по бегу хлюпика. Не надо путать помощника и учителя, это разные функции, которые нельзя объединить в одном человеке. Хорошо подойдет коллега, с которым можно договориться, например, о периодическом обсуждении нового материала. Только надо, чтобы этот человек был действительно заинтересован в таком обсуждении.

4. Книга как источник знаний

Лучший инструмент для самообразования

Долгое время я считал чтение лучшим инструментом для самообразования. И до сих пор мое мнение принципиально не изменилось, разве что расширилось понимание самого термина «чтение». Это самый простой и доступный способ получить необходимые знания.

На чтение можно выделить ровно столько времени, сколько можно себе позволить в настоящий момент, не связывая себя обязательствами приходить на занятия к заранее определенному часу в определенные дни.

И, что немаловажно, книги позволяют учиться у лучших преподавателей, в том числе тех, к которым иначе не попасть. Многие из них давно мертвы, к целому ряду ныне живущих не пробиться ни за какие деньги. Это не говоря о языковом барьере – я ведь так и не научился сносно понимать даже английский, несмотря на успешно сданные экзамены.

В зависимости от личных предпочтений можно варьировать способы потребления информации из книг. Например, аудиокниги очень удобны для аудиалов (к которым я не отношусь). Но они небезопасны, если слушать их за рулем, – деловые книги бесполезно прослушивать в фоновом режиме, надеясь, что хоть что-то в голове останется, на них надо сосредотачиваться. А ведя машину, лучше все же концентрироваться на дороге, а не на моделях Адизеса.

У каждого свой способ обдумывать проблемы, да и просто размышлять. Я предпочитаю думать «об кого-то» – то есть проговаривать идеи в диалоге. Причем это не обязательно должен быть разговор об осмысливаемом вопросе – идеи могут появляться благодаря самым неожиданным ассоциациям. Все помнят легенды о ванне Архимеда или яблоке Ньютона – так и решение производственной проблемы может родиться из обсуждения сложностей воспитания детей.

Однако для этого требуются или добровольные жертвы, или соучастники, которых можно найти далеко не всегда. Или подневольные подчиненные, которые, даже если они есть, почему-то не рады, чтобы об них думали после окончания рабочего дня.

Поэтому я использую деловые книги в качестве альтернативы. С ними и с их авторами тоже можно вести заочные дискуссии. Но при этом трудовой кодекс не защищает право книг на отдых – они доступны по 24 часа 7 дней в неделю.

Угрозы систематического подхода

В последнее время для организации чтения стало принято использовать списки книг. Но иногда такой систематический подход таит в себе скрытую угрозу. Существует риск, что вместо привычки выработаются скука и отвращение.

Нет ничего плохого в списках книг как таковых. Если рекомендации по чтению составлены профессионалом, они помогают найти действительно нужную, полезную литературу.

Но профессионалов в этой области не так уж много. Чтобы выбрать десять, а тем более сто лучших книг по какой-то теме, надо прочитать в пять раз больше. Я со своими тысячью с лишним прочитанных бизнес-книг тут скорее исключение. Людей, действительно читающих деловую литературу в таких объемах, да еще и понимающих, что они читают, – единицы. Гораздо чаще списки формируются на основе неизвестно чьих рецензий, почерпнутых в интернете, а то и вовсе случайным образом.

В соцсетях можно найти рекомендации о том, как писать посты про книги и составлять списки, и эти рекомендации редко начинаются со слов «Прежде чем судить о книге, прочтите ее».

Обычно такие списки сохраняют у себя в ленте – и забывают об их существовании. Но бывает и иначе. Например, прослушав вдохновляющее выступление специально и долго готовившегося спикера, жертва бежит в книжный и закупает все по предложенному совратителем списку, как в продуктовом супермаркете. Дальше возможны несколько вариантов развития событий, каждый из которых приводит к негативному опыту.

Если рекомендации основывались на популярности книг, в списке наверняка окажутся книги одной мысли, простые до примитивности. После прочтения первой появится энтузиазм, но уже ко второй возникнет скука и чувство собственного превосходства над автором. Не лучший способ убедить себя учиться дальше.

Еще хуже, если список составлен из огромных наукообразных томов. Читатель радостно открывает предисловие, кое-как через него продирается, а к концу первой главы осознает, что только что прочитал много слов, ничего в них не понял и ничего из них не вынес, и разочаровывается в себе. «Видимо, я не готов учиться», – в большинстве случаев решает он и откладывает книги в сторону.

Но некоторые, особенно упорные, как те мыши с кактусом, мучаются и дочитывают. Эти люди уважают авторитеты, ведь было сказано, что любой приличный человек должен это прочитать. А прочитать, но не понять и, самое главное, не применить, еще более обидно.

И все же, несмотря на имеющиеся риски, именно бизнес-книги – наиболее простой и эффективный инструмент для создания привычки к учебе.

Сейчас время большой конкуренции за наше время и внимание. И, конечно, не всем и не всегда хватает силы воли на то, чтобы выбрать не новую серию «Миллиардов» или «Острых козырьков», а, например, книгу «Производственная система Toyota» или «Системное мышление». Но читать хорошую бизнес-книгу не менее, а то и более интересно.

Конечно, если эта книга интересна и полезна лично вам. Отмечу, что даже самая хорошая книга будет бесполезной, если вы прочитаете ее не вовремя. Впрочем, это касается не только бизнес-книг, но и любой другой литературы.

Читая каждый вечер по пятнадцать минут деловую литературу, написанную умными, знающими авторами, мы на четверть часа становимся их собеседниками. Ощущать себя на равных с великими – приятное чувство, и к нему быстро привыкаешь. А привыкнув учиться у книг, гораздо проще перейти и к другим способам обучения.

Как читать

У каждого свой подход к чтению. Я не хочу навязывать мой, потому что у меня чтение бизнес-книг не только способ получения информации, но и хобби. Не думаю, что многим в жизни потребуется прочесть хотя бы 5 процентов деловой литературы, которую я прочитал. Вместо этого я, используя свой опыт «продвинутого читателя», расскажу, как читать, не перенапрягаясь и получая пользу от процесса.

Самое главное, как я уже написал выше, сделать чтение привычкой. Если ежедневно читать всего по 15 минут, в год мы получаем больше 90 часов чтения. Если предположить, что средняя скорость чтения составляет 30 страниц в час, то это 2700 страниц!

Если учесть, что средний объем деловой книги порядка 250 страниц, этого хватит, чтобы прочесть 10–11 книг. И каждые следующие полторы минуты чтения в день прибавляют в год еще по одной книге.

Систематичность чтения – это хорошо, но на ней одной далеко не уедешь. Не забывайте, что при формировании привычки важно, чтобы она не вызывала отторжение. То есть читать надо книги, которые как минимум вам не противны.

Хорошая книга способна стать собеседником, наставником. С ней можно спорить, она наталкивает на размышления. А значит, при выборе книги разумно воспользоваться одним из моих правил коммуникаций.

Оно очень простое: книга, которую вы собираетесь читать, должна быть вам интересна или полезна. Под полезной я подразумеваю книгу, знания из которой можно использовать сразу после прочтения.

Любопытный нюанс: в случае деловых книг эти два критерия почти всегда совпадают. Потому что бесполезная бизнес-книга, если она не обладает какими-то особыми литературными достоинствами, просто не сможет заинтересовать. А книгу, пользу от прочтения которой вы осознаете, будет интересно читать, пусть она и скверно написана. Ведь вы ищете в ней пользу, а не слог!

Кстати, если у вас вызвала интерес деловая книга, которая не связана с текущими задачами и не имеет практического применения в данный момент, то, скорее всего, вы подсознательно уже готовитесь к чему-то новому и ваш мозг собирает необходимую информацию. Есть повод задуматься.

Как сказал в свое время Джон Кеннеди, «нас объединяет то, что все мы – жители этой маленькой планеты. Все мы дышим одним воздухом. Нас всех заботит будущее наших детей. И все мы смертны». Не поспоришь. Даже при самом удачном раскладе нам отведено не так уж много времени.

Как раз этот факт и заставил меня задуматься над своим подходом к выбору книг. В очередной раз готовясь к переезду, я подошел к своей «полке ожидания», где стояли книги, ждущие прочтения, и начал складывать их в картонную коробку для транспортировки. В одну коробку они не поместились, и меня эта ситуация заинтересовала. Как так, а сколько же их тут? Оказалось тридцать девять.

У меня есть особенность: я, как тот козленок, люблю считать. Уже в детстве я мог с интересом пересчитывать голубей у помойки напротив нашего подъезда – бесконечный процесс, благо голуби перемещались довольно хаотично.

И вот мне захотелось подсчитать, сколько же страниц в этой куче книг, и на сколько мне их хватит. Не буду вас мучать своими расчетами. В результате я осознал, что моя «полка ожидания» вмещала в себя книг на 11 месяцев чтения при условии выделения на это 45 минут в день. Я прикинул, сколько месяцев мне осталось читать книги при самом оптимистичном раскладе, и решил, что пришла пора выбирать их более осмотрительно.

Стоит учитывать, что, к сожалению, мы физически не можем прочесть все книги, достойные прочтения. В детстве мне говорили, что на это был способен Владимир Ильич Ленин, но теперь я и в этом сильно сомневаюсь (ни в коем случае не отрицая его огромной, но несколько однобокой начитанности). А уж мы, простые смертные, точно к этому не готовы.

Поэтому важно не только то, что мы читаем, но и то, от чего мы отказываемся. Приходится учиться отказываться от тех или иных книг. Даже от уже купленных и стоящих на полке. То, что мы потратили деньги на книгу, еще не означает, что мы обязаны инвестировать еще и свое время в ее чтение.

Бывает, что книга куплена по ошибке или, например, просто утратила для вас актуальность. Часто мы приобретаем другие произведения автора понравившейся книги и выясняем, что та книга была его вершиной. Или мы заинтересовались чем-то, скупили все, что было на эту тему, а потом интерес пропал. Путей, по которым к нам попадают лишние книги, множество.

Если книга не нравится, вызывает ощущение ее бесполезности или вторичности – я откладываю ее в сторону. Со временем она может пополнить библиотеку в компании или полку буккроссинга, ведь то, что не полезно для меня, может быть полезно для другого. Так же я поступаю со слишком простыми или слишком сложными для меня книгами (если только сложная книга не является единственным способом получить нужную информацию).

Считайте, что я даю вам индульгенцию на недочитывание и непрочитывание. Если спросят, почему это вы бросили книгу на середине – смело отвечайте, что виноват Логунов.

Меня часто спрашивают, каким методом скорочтения я пользуюсь. Отвечаю: никаким. Как я уже писал, чтение должно доставлять удовольствие или как минимум не вызывать отвращение. Если нужно быстро получить информацию, я, конечно, пробегаю книгу по диагонали, но называть это чтением было бы неправильно.

Скорость чтения у всех разная, и хорошо бы ее знать. Лично моя зависит от сложности и плотности книги и гуляет в диапазоне от 30 до 100 страниц в час. И эту информацию я использую для оценки инвестиций при принятии решения, буду ли я вкладывать время в ту или иную книгу. Нет ничего плохого в том, чтобы читать медленно или, наоборот, быстро – главное, делать это качественно. Но чем медленнее вы читаете, тем разборчивее нужно быть в выборе книг.

Кстати, поэтому я не отслеживаю количество прочитанных книг, не участвую в марафонах и пари по объему прочитанного. И не собираюсь. Качество чтения значительно важнее количества, а доказывать что-то ни себе, ни тем более кому-то другому мне не нужно. Думаю, и вам тоже. Дочитав до этой страницы, вы уже все всем доказали.

Выбор между электронными и бумажными книгами не так очевиден, как может показаться. И дело тут не в эстетических предпочтениях, наличии или отсутствии места на книжных полках.

Дело в том, что информация, поступающая с тех или иных носителей, разными людьми усваивается по-разному. В моем случае все просто: бумага, бумага и только бумага.

Работая в середине нулевых в Комитете по строительству, я мог с точностью чуть ли не до дня сказать, когда я подписывал тот или иной документ. И какие основные мысли в нем были. Даже месяц спустя, потому что я помнил эти бумаги. С файлами у меня этого не происходит. Так что теперь, в век электронного документооборота, я по старинке распечатываю важные документы, с которыми собираюсь работать.

То же происходит и с электронными книгами. Если в продаже нет бумажных вариантов, я покупаю и распечатываю электронные, несмотря на то что читать сброшюрованные листы формата А4 неудобно, не говоря уже о неловкости за уничтожение лесов.

Но это в моем случае. Я знаю людей, предпочитающих электронные версии. У каждого свой оптимальный способ. Главное – найти его и пользоваться именно им.

Я читаю книги с маркером в руке. И, невзирая на осуждение моих товарищей-книголюбов, активно им пользуюсь. Привычка появилась во времена, когда мне было необходимо знакомиться с огромным количеством документов. Я начал выделять маркерами основные моменты и, как только понял, что для меня это наилучший способ обработки и сохранения информации, начал применять его и при чтении бизнес-книг. Это очень удобно – можно быстро находить нужные места спустя годы после прочтения.

Чуть позднее я стал делать конспекты тех книг, которые казались мне особенно важными. Забавно, насколько я ненавидел вести конспекты в студенческие годы, настолько стал фанатом фиксации главных мыслей в более зрелом возрасте. Я использовал это не только как возможность для лучшего усвоения материала, но и как способ поделиться с другими, экономя им время.

Потом я стал писать обзоры, решая ту же задачу, но заодно совершенствуя свой стиль подачи материала. Но иногда, если книга особенно запала мне в душу, я, как в старые добрые времена, делаю ее подробный конспект.

Как выбрать нужную книгу

Одна из самых сложных проблем, возникающих у человека, пришедшего в книжный магазин или библиотеку, – проблема выбора. Книжный рынок предлагает такое изобилие вариантов, что в них немудрено потеряться.

Для выбора нужной книги существует несколько простых правил. Если им следовать, вероятность потерять время, деньги и отбить себе желание читать резко снижается.

Важнейший параметр для выбора книги – ее своевременность, актуальность лично для вас. Надо разобраться, зачем вам вообще нужна эта книга. Ведь читать ее будете именно вы, здесь и сейчас, а значит, она должна быть посвящена вопросам, которые вас сейчас занимают. И хорошо перед началом чтения понимать, какие изменения должны произойти после того, как вы дочитаете книгу.

Автор должен быть авторитетным профессионалом. Не треплом-консультантом, но и не «ученым шпротом». Вам неплохо бы озаботиться изучением биографии автора – нужно ведь учитывать временной контекст и обстоятельства, в которых работал автор.

Многое говорят рекомендации уважаемых в интересующей области экспертов. Но это должны быть именно специалисты в предмете, а не «знатоки всего на свете», и рекомендации надо искать в их статьях, а не в рекламных цитатах на обложке. Чтобы упростить задачу, я создал интернет-портал silaproject.com, на котором помимо моих обзоров аккумулируются рецензии на бизнес-книги, написанные экспертами по каждой теме.

Индекс цитирования – хороший показатель качества, как и у научной статьи. Если на книгу часто ссылаются, особенно в книгах, которые вам понравились, – стоит обратить на нее внимание.

Объем книги и временные затраты на ее прочтение должны быть соразмерными вашей потребности в ней.

Посмотрите на структуру книги. Если логика не прослеживается, содержание выглядит хаотично – скорее всего, и в книге будет сумбур вместо пользы.

Смотрите на верстку. Иногда из-за неудачной верстки чтение превращается в пытку. Кстати, размер шрифта – параметр, который нельзя изменить в бумажном издании, – тоже важен.

Прочитайте хотя бы пару абзацев. Особенности языка, уровень сложности восприятия играют немалую роль при чтении. Если автор ну совсем уж косноязычен (а в случае переводных бизнес-книг такое случается частенько), лучше не мучаться.

И есть еще три параметра, на которые принято обращать внимание, и совершенно напрасно.

Красота или уродство обложки не играют никакой роли. Их можно проигнорировать. Издатели частенько ставят «продающие», по их мнению, отвратительные обложки на хорошие книги, и наоборот.

Название говорит о книге гораздо меньше, чем кажется. Зачастую названия придумывают не авторы, а маркетологи, и ориентируются они не на содержание книги, а на модные тренды. А уж названия переводных книг в секторе бизнес-литературы почти всегда не похожи на оригинальные, издатели упражняются на них кто во что горазд.

Издательство, даже самое уважаемое, – не знак качества. Даже марка моего любимого издательства не гарантирует, что книга точно хорошая.

Теперь, вооруженные этими знаниями, вы уже не растеряетесь и будете сразу искать на полке книги Станислава Логунова.

Как я учил читать других

В самом начале этой главы я уже писал, что считаю чтение лучшим инструментом для самообразования. Поэтому в какой-то момент я начал учить своих сотрудников этим инструментом пользоваться. Я проводил многочисленные эксперименты по развитию культуры чтения и в организациях, которыми руководил, и просто помогая другим компаниям. С попеременным успехом, надо признать.

Осознав, какую пользу можно извлечь из бизнес-книг, и будучи уверен, что все разделяют мою страсть к чтению, я начал с того, что призвал всех последовать моему примеру – начать читать деловые книги. Дело было в государственной строительной экспертизе Санкт-Петербурга. Люди там работали вполне цивилизованные и отлично образованные, но по какой-то загадочной причине моего энтузиазма они не разделили и призыв проигнорировали.

Несколько разочаровавшись, я прибег к альтернативному методу убеждения – принуждению. Это вроде бы сработало, но в какой-то момент ко мне подошел в коридоре глубоко уважаемый мной специалист и со слезой в голосе попросил избавить его от этой пытки. Он буквально мучался, продираясь сквозь книжку, которую я требовал прочесть. Такое нельзя было проигнорировать.

Я решил, что вся проблема в объеме, и стал писать для сотрудников то, что сейчас называется саммари – короткие версии самых полезных, на мой взгляд, книг. Это помогло мне научится быстро печатать на компьютере, вернуло былую прыть в выделении главных мыслей и структурировании текста. Читать мои переработки было проще, чем оригинал книги. И многие их читали – но все равно без особого энтузиазма. Сложность заключалась в том – это я понял значительно позднее, – что книги, которые интересовали меня, оказались намного менее полезны для руководителей второго уровня, не говоря уже об исполнителях.

В итоге, уже в «МегаМейде», мы пришли к формату книжного клуба. Началось с корпоративной библиотеки, которая пережила несколько этапов: сначала туда ставили все книги, которые мне понравились, потом в какой-то момент туда, наоборот, стали попадать «лишние» книги, от которых я хотел избавиться (но это быстро исправили), и наконец, лет пять назад библиотеку структурировали – я подобрал правильные книги по разным темам, после чего их расставили на соответствующие полки.

А когда мне попадается действительно полезная для сотрудников книга, мы закупаем пачку в корпоративную библиотеку и организуем обсуждение. Чтение книг стало важным элементом индивидуальных планов развития руководителей.

Подготовка к обсуждению сопровождается необходимостью написания эссе, в котором излагаются вынесенные из книги мысли и предложения, что из прочитанного мы можем применить в работе компании. Помимо пользы для самих сотрудников компания получает информацию о способностях сотрудника к чтению, письму, выделению главного и переносу информации на свой предмет деятельности.

Вариантов того, как проводить заседания книжных клубов, десятки. Но информации о клубах, демонстрирующих конкретные результаты, нет. Или мне она неизвестна. Мы пришли к варианту, который мне кажется единственно эффективным с точки зрения компании, когда книги становятся поводом для обсуждения дел в компании. Фактически коллеги учатся по моему методу «думать об книги», используют их как повод поразмышлять о том, что и как можно и нужно изменить. Такой подход требует глубокой работы с книгой, но в итоге клуб помогает вовлекать сотрудников в совершенствование рабочих процессов, строить общий понятийный аппарат, повышать управленческую грамотность и снижать коммуникационные издержки. В ходе обсуждения мы вместе выбираем, что именно из прочитанного будем применять. Кстати, руководитель проекта «ВкусВилл Практика» Евгений Щепин во время интервью для «Путей развития» рассказал мне, что по аналогичному принципу организован клуб в этой известной сети магазинов.

У книг как инструментов самообразования есть множество достоинств, но, как вы уже поняли из описания моих первых попыток внедрить этот инструмент в руководимую мной организацию, у них есть ограничения.

Например, люди, которые в обычной жизни со школы не открывали книг, столкнувшись с необходимостью вдруг начать это делать, испытывают культурный шок и впадают в ступор. У меня был одногруппник С., который с гордостью рассказывал, что последней прочитанной им книгой был рассказ «Муму» писателя Пушкина, и рассказ этот был про корову. Это не помешало С. успешно закончить университет, и полагаю, он сделал вполне успешную карьеру – парень уже тогда был деловой.

Я пытаюсь представить переживания С., если бы ему на пятом десятке приказали прочесть «Дао Toyota» Джеффри Лайкера и написать сочинение о том, что он из этой книги вынес. Не уверен, что вероятнее: что С. назавтра написал бы заявление по собственному или попробовал бы покончить с начальником-садистом. Наверное, все-таки второе.

Такие С. есть практически в любом коллективе, и совершенно не обязательно они плохие работники. Все зависит от должностных обязанностей. Можно быть малограмотным, но очень эффективным. Поэтому важно не перестараться, склоняя людей к чтению, чтобы не потерять полезные кадры. С их нелюбовью читать придется смириться – в конце концов, есть пороки и посерьезнее.

Кстати, фанатичные любители чтения тоже испытывают сложности с бизнес-книгами. У них обычно завышены требования к качеству текста (а деловая литература, как мы помним, не особенно литературна), и у них нет времени на такое чтение – они предпочитают его тратить на книги, которые им нравятся. Вот тут потребуется небольшое принуждение – если малочитающие и хотели бы, но не могут, то многочитающие вполне могут, просто не хотят. Значит, их можно убедить.

Увы, саммари спасают положение только отчасти. Ни у одного активного руководителя нет времени на то, чтобы переработать все необходимые сотрудникам книги.

А книжные выжимки, которые можно найти в интернете, использовать опасно. Никогда не знаешь, кто их составлял, насколько этот человек компетентен и имеет ли его пересказ в принципе какое-то отношение к исходной книге.

Деловые и художественные

Художественную литературу я, к сожалению, читаю реже, чем деловую. Чтобы погрузиться в большой роман, мне элементарно не хватает времени. А если книга захватывает, то читать ее урывками – лишать себя половины удовольствия.

Но всегда остаются выходные, праздники и каникулы, так что совсем без художественных книг я не остаюсь. И если вдруг остро захочется настоящей литературы, всегда можно прочесть рассказ-другой. Однажды мне на день рождения подарили томик любимого О. Генри на 1200 страниц альбомного формата с картинками из первых изданий, на пару лет мне его точно хватило.

Я часто противопоставляю деловую и художественную литературу по признаку цели. «Художку читают для удовольствия, а бизнес-книги для пользы», – говорю я. Как любая максима, это не совсем правда. На самом деле от художественной литературы пользы, разумеется, тоже очень немало.

Не буду углубляться в ее образовательно-воспитательную роль, о которой нам прожужжали мозги еще в школе. С точки зрения бизнеса главное, что нам дарит хорошая проза (и поэзия, конечно), – углубленное понимание психологии человека. Никакой учебник не даст такого осознания разных сторон человеческой натуры, как «Братья Карамазовы» или «Анна Каренина», «Оно» или «Маленькая барабанщица», «Обрыв» или «Убить пересмешника».

Что интересно, уроки психологии, которые дают нам великие книги, при перечитывании меняются – ведь и мы со временем меняемся, начинаем замечать новые идеи или смотреть на вещи по-другому.

Был период, когда я решил, что уже прочитал все, что должен прочесть каждый человек, считающий себя образованным. И расслабился, тем более что времени на что-то, кроме документов, тогда не было вообще. Но потом одумался.

Образованный человек – не тот, кто прочитал некий «список обязательной литературы». Это тот, кто умеет выбрать книгу и извлекает из прочитанного не только удовольствие, но и пользу. А это достигается только упорными тренировками.

5. Скрытые опасности и достоинства самообразования

Бессистемность

У самообразования – и книжного, и любого другого – есть обратная сторона. Какую бы систему человек себе ни выстроил, занимаясь самообразованием, оно все равно останется бессистемным.

Главное, что дает своим ученикам профессиональный преподаватель, – система знаний. По умолчанию мы исходим из того, что он изучил все доступные публикации по теме, проанализировал их, рассмотрел через призму своего опыта и знаний. И составил учебную программу, в которой, применив свои профессиональные навыки, учел все важное, разрешил возможные противоречия и изложил в доступной форме.

Каким бы умным ни был самообучающийся, ему такой подход недоступен. Он находится на стадии накопления знаний, а значит, рассматривает каждую последующую книгу только в сравнении с собственным опытом и ранее прочитанной литературой, которой пока не так много.

Необходимо иметь развитое критическое мышление, чтобы воспринимать первые бизнес-книги сколько-нибудь адекватно. Иначе есть риск подхватить из них идеи, способные нанести реальный ущерб. И даже хорошие книги в руках неуемного энтузиаста могут оказаться разрушительными.

Мое возвращение к активному чтению после долгого перерыва имело свои нежелательные последствия. Победив «Дао Toyota» и проникнувшись идеей «постоянного совершенствования», я ринулся в море бизнес-книг со всей решительностью, на которую был способен.

Естественно, ни о какой системе речи не могло идти. Я читал все, что попадется под руку, не обращая внимания на репутацию авторов, актуальность темы, толщину книги.

Критическое мышление, не раз меня выручавшее в сложных обстоятельствах, на время отключилось. Я увлекался практически любой красивой идеей и на следующий день был готов не только проводить эксперименты, но и выходить с транспарантами на демонстрацию в поддержку этих идей.

Потом прочитывалась следующая книга, я влюблялся в следующую идею, и все повторялось. Сейчас я понимаю, что это было следствием длительного воздержания, я слишком долго «не ел ничего слаще морковки». Дорвавшись до кондитерской, я стал заглатывать все, до чего мог дотянуться. Конечно, несварение было вопросом времени.

Но тогда я этого не понимал, и мое новое увлечение активно генерировало трудности. Причем не только для меня, вынужденного выделять все больше времени на чтение и ресурсов на проведение экспериментов в попытке подружить информацию из книг и окружающую действительность.

Не легче пришлось моим сотрудникам, которым приходилось эти эксперименты проводить и разгребать последствия неудачных попыток. Я ведь был большим (во всех смыслах этого слова) руководителем, подойти ко мне и сказать, что я малость увлекся, люди опасались. Возможно, кстати, правильно делали. Говорить воодушевленному начальнику, что он бредит, не лучшая идея.

Но постепенно я все же их достал. Я уже рассказывал в «Лидере на катке», как двум моим заместителям, не слишком любившим друг друга, пришлось объединиться и создать коалицию под названием «Горшочек, не вари». Они набрались смелости, взялись за руки и пришли ко мне с предложением на некоторое время, желательно от полугода и больше, не генерировать новые идеи для экспериментов.

Понятно, что в той ситуации мне нужно было срочно прокачать начитанность в области менеджмента, и свою безграмотность я ликвидировал единственно доступным мне тогда способом. Но в сочетании с правами руководителя я определенно несколько увлекся.

К счастью, я избежал другой опасности – несистемное чтение деловой литературы не вызвало у меня отвращения к бизнес-книгам. Но я не раз и не два слышал от других людей, что они не читают бизнес-книги именно потому, что у них в прошлом был негативный опыт чтения.

Это было связано в основном с традиционным для этого направления литературы изобилием воды, в которой растворяются без остатка даже самые хорошие мысли (а там их может быть одна или две на 300 страниц) или сплошной рекламой в текстах. Ведь ни для кого не секрет, что с некоторых пор книга стала маркетинговым инструментом для продвижения авторов, их услуг или продукции их компаний. Контекстная реклама – неизбежное зло, но если она выглядит как реклама «Астон Мартин» в ранних фильмах о Бонде, то едва ли кто станет возражать. К сожалению, гораздо чаще она похожа на «Ночной дозор», который больше ничем и не запомнился.

Выбирая книги хаотически, руководствуясь исключительно интуицией и заголовками, нарваться на несколько плохих и решить, что все они плохие, – пара пустяков.

Выше я подробно разобрал, как правильно выбирать бизнес-книги. Если вы решили пропустить скучный список, все же рекомендую вернуться к нему и прочесть внимательно. Эти правила помогут избежать многих разочарований.

Мнимые авторитеты

Еще одна угроза для тех, кто занимается самообразованием, скрывается в излишнем уважении к авторитетам. Авторитетных авторов, несомненно, надо уважать. Только не забывая, что перед этим авторы должны заслужить авторитет, причем именно в ваших глазах. Факт публикации книги, например, не делает ее идеи полезными.

Приведу пример. Долгое время я страдал от постоянного недостатка времени. Жизнь чиновника руководящего звена состоит из непрерывной череды встреч и совещаний, на текущие дела остаются считаные часы. Поэтому можно или работать спустя рукава, передоверив свои рутинные обязанности заместителям и помощникам, или просиживать с документами вечера и выходные. Я вынужденно пошел по последнему пути, что не радовало ни меня, ни моих родных.

Поэтому, начав читать бизнес-книги, я проштудировал среднего размера библиотеку литературы по тайм-менеджменту. Фактически я прочитал все, что в тот момент предлагал книжный рынок на эту тему.

Понятно, что среди книг были произведения откровенных шарлатанов и прохиндеев, их я отсеивал сразу. Но были и вполне на первый взгляд здравые книжки, написанные солидными авторами. И я радостно бросался из стороны в сторону, от одной теории к другой, от модели к модели. При этом иногда забывая, что у меня есть свой собственный опыт и здравый смысл. А они должны были подсказать явную ошибочность большей части этих теорий или как минимум их неприменимость в моем случае.

В итоге я вынужден был потратить время на создание своей собственной системы тайм-менеджмента, которая, хотя в чем-то и напоминала классику, но тем не менее имела свои существенные особенности. Да, чтение книг мне пригодилось, но если бы я так серьезно не воспринимал ерунду, написанную разного рода авторитетными экспертами-тайм-менеджерами, и ограничился бы прочтением двух, а не двух десятков книжек, я пришел бы к такому же результату гораздо раньше.

Должен сказать, что преклонение перед авторитетами, присущее практически всем, кто плохо учился в школе и вузе, а затем осознал нехватку знаний, мешало мне довольно долго. Я ценил мнения внешних экспертов и консультантов, обладателей ученых званий выше, чем свои и своей команды.

Такое отношение к коллегам, к тому же несправедливое, невозможно скрыть, оно раздражает коллектив и вызывает совершенно ненужное напряжение. Это не говоря о потерях – вместо того, чтобы использовать знания и опыт людей, получающих в компании зарплату, я охотно платил посторонним дядям и тетям за их «экспертное мнение», часто бесполезное, если не вредное. А заниженная самооценка, внутренняя уверенность в том, что профессора и академики знают все лучше меня, значительно задержали мое становление как самостоятельного автора и преподавателя.

Я до сих пор ловлю себя на том, что придаю словам посторонних слишком большое значение и особенно остро реагирую именно на внешнюю, а не внутреннюю критику, но борюсь с этим. И, на мой взгляд, небезуспешно. Настоятельно рекомендую проанализировать себя и убедиться, что вы не повторяете мою ошибку.

Кстати, для таких, как я, не придававших внимания образованию в годы, когда их ровесники портили себе зубы гранитом науки, самообразование еще и способ нагнать потерянное время.

Умение быстро ориентироваться

Существует распространенное мнение, что в молодости людям гораздо проще учиться. Наверное, с физиологической точки зрения так и есть. Но, в то же время, с возрастом человек приобретает опыт и, главное, привычку анализировать и систематизировать информацию. Возможно, способность запоминать сведения со временем снижается, но это с лихвой компенсируется навыком понимать материал.

Мы легко запоминали физические и химические формулы, но они так же легко забывались после экзаменов, потому что не имели практического применения и были поняты на уровне логики. Практические знания, полученные в течение жизни, остаются с нами, так как они были приобретены осмысленно, на собственном опыте, и используются в реальности.

Поэтому, занимаясь самообразованием в тех областях, в которых нам реально необходимы дополнительные знания, мы можем легко догнать и перегнать тех, кто получал эти знания за партой и давно об этом забыл.

Как раз благодаря осознанию этого факта я смог если не избавиться от почтения к ученым званиям, то как минимум привести свое к ним уважение в разумные рамки. Когда в разговоре ты понимаешь, что легко можешь поддерживать беседу с многомудрым профессором и даже подсказывать ему значение каких-то забытых им понятий, самооценка естественным образом возрастает.

Конечно, для этого требуется владеть таким инструментом, как умение быстро ориентироваться и выделять главное, то есть, другими словами, быстро обучаться. Один мой приятель рассказывал, как оказался приглашен на свадьбу молодого физика. С невестой жених познакомился на какой-то научной конференции, так что, за исключением нескольких скучных родственников, гости молодоженов были сплошь их коллегами. Естественно, светская беседа быстро приобрела характер ученого семинара.

Мой приятель, человек со специфическим чувством юмора и умением быстро ориентироваться даже в самом странном материале, примерно полчаса просидел с расслабленным видом, внимательно вслушиваясь в разговор. А потом вступил в беседу – и успешно поддерживал ее весь вечер. Единственной сложностью для него оказалось столь популярное в этой среде пение туристических песен, которым завершилось мероприятие.

Через пару дней ему позвонил новоиспеченный муж, который рассказал, что несколько коллег специально поинтересовались, в каком институте работает незнакомый им гость и почему они раньше с ним не сталкивались.

Конечно, мой приятель за полчаса не превратился в специалиста по квантовой теории поля и даже не приблизился к пониманию ее основ. За это время он выделил основные незнакомые ему термины, активно употреблявшиеся в разговоре, определил контекст их употребления и интонации, с которыми они произносились. Он запомнил фамилии третьих лиц, которые особенно часто упоминались в разговоре, и отношение разных гостей к этим лицам. А главное – он обратил внимание на вопросы, по которым у гостей не было единого мнения.

После этого ничего не мешало вести разговор на равных, предоставляя остальным участникам беседы определять ее направление, а самому вставлять реплики и комментарии. Поскольку при этом он оперировал принятыми в этом сообществе понятиями и не делал никаких утверждений, которые не высказывались бы кем-то ранее, не считая глубокомысленных фраз типа «ну это как посмотреть» и «в каком-то смысле вы правы», он без проблем «сошел за умного».

Объяснение, которое я сейчас дал – это постанализ. Для моего приятеля все произошло совершенно естественно. Он просто сидел и слушал до тех пор, пока не почувствовал, что может участвовать в беседе и сойти за своего.

Не поймите меня превратно, я вовсе не призываю вас изображать из себя того, кем вы не являетесь, чтобы произвести впечатление на окружающих. Но способность находить общий язык со специалистами практически в любой сфере – еще одно преимущество, которое дарит умение быстро думать и оперативно обучаться. Некоторым людям это умение дается от рождения, но, если вы не такой везунчик, не надо расстраиваться. Способность быстро обучаться можно развить.

Перед встречей со специалистами в предмете, в котором вы не слишком разбираетесь, достаточно быстро просмотреть несколько свежих статей, ухватить терминологию и предоставить этим специалистам самим вести беседу. И дальше просто участвовать в ней, демонстрируя уважение к собеседникам и общее понимание материала.

Это очень ценный навык для руководителя, вынужденного управлять людьми, значительно лучше его разбирающимися в их непосредственной работе. Например, мне он очень пригодился во время руководства Государственной экспертизой. Естественно, знания и опыт экспертов были несравнимо больше моих. Но они не должны были испытывать слишком сильное превосходство над своим руководителем. И, смею думать, не испытывали.

Как же развить в себе способность быстро ориентироваться в материале? Вы будете смеяться, но и в этом вам поможет чтение бизнес-литературы. Бизнес-книга – практически швейцарский армейский нож, там найдется инструмент на все случаи жизни.

Поскольку хорошая бизнес-книга имеет продуманную структуру и внутреннюю логику, ее очень удобно анализировать как систему. Прочитав книгу, обдумайте ее устройство. Объясните себе, как автор привел вас к тем или иным выводам, где он разместил триггеры, которые убедили вас в его правоте, почему была избрана именно такая система аргументации.

Если вы проделаете это упражнение несколько раз на книгах разных авторов, то постепенно вам перестанет требоваться читать бизнес-книги целиком. Вы интуитивно будете понимать, что нужно читать, а какие места можно пропускать или проглядывать по диагонали.

Когда вы этого достигнете, попробуйте переложить новоприобретенный навык на изучение узкопрофессиональной литературы. Вы заметите, что вам стало гораздо легче выхватывать главное и вы начали быстрее понимать принципы изложения. Это не скорочтение, а именно быстрое усвоение материала.

Теперь можно прислушаться к разговору коллег, предмет работы которых вам малоизвестен, и попытаться проанализировать его по тем же принципам. Скоро вы заметите, что начали постепенно понимать их беседу. Это напоминает эффект, который иногда применяют в кино, – только что вокруг вас говорили на иностранном языке и внезапно вы стали понимать, о чем говорят.

Завершая разговор о самообразовании, хочется подчеркнуть – это обязательный инструмент обучения, даже если вы предпочтете использовать в качестве основного способа один из более традиционных подходов, о которых мы будем говорить дальше.

Необходимых знаний во всех случаях больше, чем вы сможете получить на занятиях с преподавателями. И не всегда вам нужно знать предмет настолько глубоко, чтобы идти учиться у специалистов. Порой книги вполне достаточно. Но не всегда.

6. Лекции, курсы, частные преподаватели

Лекции

Посещение отдельных лекций, обучение на курсах и индивидуальные занятия с преподавателем некоторые специалисты относят к самообразованию, что отчасти справедливо, если обучающийся самостоятельно формируют программу, комбинируя имеющиеся предложения в соответствии со своими целями. Но, с другой стороны, мне представляется, что включение в процесс внешнего участника превращает его в отдельный вид обучения. Впрочем, это всего лишь вопрос терминов.

Лекции – наиболее близкий к чтению способ получения новых знаний. Их можно разделить на три основные категории.

Первая – лекции по мотивам ранее опубликованных или готовящихся к публикации книг. По сути, единственное отличие таких лекций от прослушивания аудиокниг – то, что они обычно исполняются менее профессиональным чтецом и иногда там могут быть озвучены идеи, по тем или иным причинам в книгу не вошедшие.

Такие лекции имеет смысл посещать, если решение прочесть книгу еще не принято, если после прочтения книги появились вопросы к автору и, конечно, если возникло желание лично выразить автору свое восхищение или отвращение (но тут поможет только офлайновое мероприятие). Прочтение книги подобная лекция не заменит, поскольку она и не задумывалась как замена книги. Любому писателю хочется, чтобы его произведение прочитали, и было бы странно ожидать, что он будет предпринимать специальные шаги, которые приведут к обратному результату.

К этой категории я отношу также лекции и мастер-классы «по мотивам», которые отталкиваются от теоретических постулатов книги, но посвящены особенностям их практического применения, в самой книге не освещенным или освещенным недостаточно подробно. Такие занятия могут быть очень интересными и полезными, но стоит заранее почитать отзывы на уже прошедшие мероприятия, чтобы хоть отчасти избежать разочарований.

Вторая категория лекций – оригинальные выступления просветительского характера. Далеко не все и не всегда готовы тратить свое время и силы на подготовку публикаций, к тому же это требует некоторого таланта, а вот рассказать о своем опыте и поделиться мыслями способны многие. Такие выступления по очевидным причинам более шероховаты, но, если тема и/или личность выступающего вас заинтересовали, там можно узнать много полезного.

Важно понимать, что репутация лектора как успешного предпринимателя не должна становиться главным аргументом при принятии решения о прослушивании его лекции. Гораздо важнее понять, что конкретно он и его практика могут дать лично вам.

Человек, способный синтезировать собственный опыт и полученную со стороны информацию, может адаптировать сведения о деятельности компьютерной корпорации к работе авторемонтной мастерской, но таких людей меньше, чем хотелось бы.

Я неоднократно попадал на очень интересные лекции и доклады в рамках семинаров, в том числе и чисто теоретические, на которых исследователи обкатывали свои свежие идеи. И могу по своему опыту сказать, что такие мероприятия очень полезны не только как источник новых знаний, но и в качестве толчка для собственных размышлений. Собственно, для этого и проводят семинары и конференции «академические» исследователи – там ученые, обмениваясь мыслями с коллегами, находят новые направления для собственной работы.

Третья категория – так называемые «мотивационные лекции». Вот их я бы всячески рекомендовал игнорировать. Если человеку нужна внешняя мотивация – значит, у него не хватает собственной и уговоры постороннего едва ли помогут. А если собственная мотивация уже есть, то тем более нет никакого смысла терять время, а иногда и деньги, причем огромные (вспомним Тони Роббинса) на просмотры бизнес-шоу. Лучше уж в театр или на концерт сходить.

Курсы

Курсы – уже вполне полноценное обучение какому-то одному предмету. Они подразумевают систематизированную программу, подготовленную профессиональным педагогом или целым учебным заведением, обычно включают в себя как теоретические, так и практические занятия и требуют периодического посещения.

Это эффективный способ получить необходимые знания и навыки в полном объеме и подготовиться к их применению на практике. Если, конечно, повезет с преподавателем и хватит целеустремленности проучиться весь курс целиком.

Тематически курсы делятся на два основных вида: общеобразовательные и направленные на развитие профессиональных компетенций. Существуют, конечно, промежуточные варианты, когда одни и те же предметы являются для одних хобби, а для других основной работой, как, например, иностранные языки, но это исключение из правил. Обычно содержание курса будет отличаться в зависимости от целей слушателей, переводя этот курс в одну или вторую категорию.

Я не буду подробно останавливаться на общеобразовательных курсах, поскольку обучение плетению макраме выходит за рамки этой книги, и сразу перейду к профессиональным.

Людей, стремящихся к профессиональному росту и самостоятельно развивающих компетенции на курсах, довольно много. Я сам из их числа.

Но гораздо чаще организацией обучения сотрудников на курсах занимаются работодатели. Если тема узкоспециальная и в обучении нуждаются всего один-два сотрудника, обычно их направляют в специализированные учебные предприятия, где в смешанных группах одновременно учатся представители разных компаний. Прохождение курсов на чужой территории, в незнакомом коллективе, в отрыве от текущих производственных проблем позволяет слушателям сосредоточиться на учебе и в то же время расширить кругозор за счет общения с коллегами из других организаций.

Обычно программы обучения в таких учебных предприятиях стандартизированы, так что для эйчар-подразделения не составит труда собрать отзывы и выбрать то предприятие и тот курс, которые лучше всего подойдут для решения поставленных задач.

При этом тот руководитель, который направляет своих сотрудников на обучение, должен предельно точно описать эйчарам цели, которых он хочет добиться. Курсы с одним и тем же названием могут очень отличаться по содержанию. Например, если компании для организационных целей нужен только документ о повышении квалификации сотрудника, то понятно, что и учить этого сотрудника требуется не так, как если бы он действительно нуждался в новых знаниях.

В случае, когда обучать одному и тому же предмету требуется относительно большое количество сотрудников, разумно организовать для них отдельные занятия. В зависимости от возможностей компании их можно проводить на собственной базе, на нейтральной территории (в арендованном помещении) или на площадке фирмы, проводящей обучение.

Если для обучения требуется специализированное стационарное оборудование, какие-то стенды, модели или устройства, то выбор в пользу последнего варианта неизбежен.

Многие специалисты советуют избегать обучения на территории компании, поскольку там людям сложнее сосредоточиться на учебе. Но не все так однозначно. В дальнейшем я подробнее остановлюсь на выборе места для обучения. Здесь только отмечу, что если занятие не занимает полностью весь рабочий день, а помещение это позволяет, то учебу явно целесообразнее проводить у себя, чтобы не тратить время на перемещения и вживание в новую обстановку. Если же площадей для этого в компании нет, то можно арендовать зал в ближайшем коворкинге.

Преподаватели

Выбор внешних преподавателей – чрезвычайно сложная задача. Однажды, когда я принимал участие в сессии «Системное образование предпринимателя» на Петербургском форуме предпринимателей, модератор между делом сказал, что многие руководители, отправляющие сотрудников на обучение, не готовы сформулировать, зачем они это делают.

Я не стал говорить этого на форуме, чтобы ненароком не обидеть кого-то из присутствовавших, но, по моим наблюдениям, гораздо большая проблема заключается в том, что и преподаватели тоже не всегда понимают, зачем они, собственно, проводят обучение. То есть общие представления у них, конечно, есть – «повышение производительности, эффективности» и так далее. Но конкретнее уже сложнее.

Мне надолго запомнился один курс, проводившийся у нас в компании, когда через полчаса стало понятно, что преподаватель не посчитал нужным как следует познакомиться с организацией. При этом он даже запросил заранее какие-то информационные материалы, но, видимо, прочитал только заголовки. Понятно, что принести пользу он мог только случайно.

К сожалению, преподаватели, качественно готовящиеся к занятиям и понимающие, что компания от них ждет и зачем их пригласили, встречаются не так часто, как хотелось бы. Поэтому сотрудник, ответственный за приглашение внешнего преподавателя, должен не только предоставить ему необходимую информацию, но и убедиться в том, что он ее принял и понял.

В случае, о котором я говорю, как потом выяснилось, у специалиста, работавшего с преподавателем на стадии подготовки занятия, возникли обоснованные сомнения в его качестве. Но вот она – власть авторитетов. Поскольку этого преподавателя рекомендовал один из топ-менеджеров компании (а точнее, я сам), моя сотрудница постеснялась озвучивать свои сомнения. А я, к сожалению, в свою очередь воспользовался недобросовестной рекомендацией одного из знакомых, понадеявшись на его высокую оценку и на то, что в случае чего коллеги заранее заметят потенциальную проблему.

В результате каждый понадеялся на другого, а в итоге сотрудники потеряли время, компания деньги, а я время, деньги и доверие к этому знакомому. Но главное – сотрудники утратили доверие к обучению в принципе. Пришлось выступать с объяснением ситуации, чтобы вернуть хотя бы последнюю потерю.

Как обучаться на курсах

Занятия на курсах требуют от слушателей подзабытой с университетских времен концентрации внимания, которую приходится удерживать в течение длительного времени. Это если у них есть что вспоминать. Мне, например, и во времена учебы быстро становилось скучно. Поэтому к учебе надо готовиться не только организационно (взять ручку и блокнот), но и морально. Если вы приняли решение обучаться на курсе, или такое решение принял за вас ваш руководитель, то я рекомендую воспользоваться простыми правилами для подготовки к занятиям, которые я выработал то за время, пока сам учился, а потом учил других.

Определитесь с ожиданиями. Что именно вы хотите достичь, как изменятся ваша жизнь и работа после обучения?

Как вы узнаете, что добились желаемого? У вас должен быть четкий маркер, по которому вы сможете проверить, что не потратили время и силы зря. И речь не об абстрактных «стал работать быстрее и эффективнее». Показатель должен быть конкретным, в идеале измеримым. Даже если ваш начальник не может оценить ваш прогресс, сами-то вы точно сможете признаться себе, что стали выполнять какую-то работу быстрее и насколько быстрее. Или принять тот факт, что ничего не изменилось – тогда надо разобраться, почему так вышло.

Обдумайте, что произойдет, если вы не получите то, чего ожидаете. Другими словами, оцените риски в случае неудачи. Если опасность приближается к нулю, курс можно смело проигнорировать. А вот если она достаточно существенна, ее осознание поможет получить от учебы максимум.

Решите для себя, что вы готовы сделать, чтобы добиться желаемого. Каких-то особых жертв учеба от вас не потребует, но все же придется в чем-то себя ограничить, а что-то, наоборот, делать сверх привычного. Например, готовы ли вы делать домашние задания в свое личное время? Задерживаться на обучении после окончания рабочего дня? Побеждать свою стеснительность, задавая вопросы преподавателю и активно участвуя в групповой работе? Не опаздывать на занятия? Не отвлекаться на телефонные звонки и сообщения в мессенджерах? Распределить свою работу так, чтобы учеба не мешала ее своевременному исполнению? Активно работать головой? Все это звучит смешно, но на практике далеко не каждый сможет, например, в течение нескольких часов воздержаться от взгляда на экран смартфона.

Составьте список того, что может помешать вам добиться поставленных целей. Причин для неудачи может быть множество.

Начните с внешних. Плохой преподаватель легко может превратить обучение в пытку или нелепый фарс. Учебная программа, не соответствующая вашему уровню знаний о предмете или особенностям вашей деятельности, едва ли принесет пользу. Начальник легко способен отвлекать вас от учебы своими настойчивыми звонками или просто игнорированием того факта, что вам надо учиться. Заказчик всегда готов срочно потребовать предоставить что-то в самый неподходящий момент. Собака сама себя не выгуляет, дети из садика не телепортируются и так далее.

После того как список внешних причин сформируется, их надо разделить на те, которые можно победить, те, с которыми есть смысл побороться, и, наконец, те, с которыми придется смириться. Например, если проблема с преподавателем или программой стала очевидной в первые же часы занятий, а на обучение вас направила компания, необходимо сразу же обратиться к сотруднику, ответственному за организацию обучения, и предупредить его о происходящем. Ведь время там теряете не только вы, но и ваши коллеги. Есть вероятность, что преподавателя можно заменить, программу оперативно перестроить, или, если таких опций нет, просто отменить учебу и вернуться к работе.

В случае, когда вы посещаете курсы по собственной инициативе и понимаете, что вас учат не так и не тому, не стесняйтесь подойти к преподавателю и поговорите с ним. Если это не поможет – вставайте и уходите. Не жалейте потраченных денег – они не повод впустую тратить еще и время.

О том, чтобы забрать детей и выгулять собаку, всегда можно договориться с кем-то из домочадцев. С начальником договориться сложнее, а с заказчиком еще сложнее, но попробовать все равно стоит. Смириться придется только с форс-мажором и однозначно высказанными указаниями руководства, но тут уж ничего не поделаешь.

Разобравшись с внешними причинами, можно переходить к внутренним. Как ни странно, но у них гораздо больше шансов помешать вашей учебе. Можно убедить в важности занятий родственников, начальника, заказчика. Убедить самого себя гораздо сложнее. Периодически перед началом своих курсов я задаю собравшимся вопрос о том, что может им помешать получить знания. Самые популярные ответы (конечно, после внешних причин, те вне конкуренции) – лень, нежелание учиться, отвлечение на что-то другое, скука. И это чистая правда.

Предлагаю исходить из предположения, что осознанное нежелание учиться вам, как читателю этой книги, явно не свойственно. Значит речь идет о подсознательном нежелании. Бороться с собственным подсознанием – дело неблагодарное. Остается только мониторить свое состояние и при первых признаках скуки напоминать себе, зачем вы пришли на занятие. Мотивированным людям это помогает, а немотивированным не поможет ничего.

Индивидуальные занятия

Помимо групповых занятий существуют и индивидуальные. Они предполагают значительные финансовые расходы, поэтому доступны далеко не каждому. Но для руководителей высокого уровня и собственников бизнеса иногда это единственное решение. И дело совершенно не в том, что им не подобает учиться вместе с подчиненными (хотя то, что их высокие должности мешают остальной группе переключиться на учебу, не надо сбрасывать со счетов), просто иногда им требуется повысить компетенции, в которых, кроме них, никто не нуждается. И для этого им могут потребоваться индивидуальные занятия и преподаватели особой квалификации.

Самое сложное в индивидуальном обучении – подбор правильных учителей. Специалистов, способных эффективно преподавать руководителям, очень немного, и среди тех, кто предлагает подобные услуги, не все действительно умеют их оказывать.

При выборе преподавателя остается полагаться на рекомендации тех, кому занятия уже помогли. И, конечно, на репутацию преподавателей – обычно этим занимаются не профессиональные педагоги, а люди с определенным уровнем экспертности, которую можно проверить в открытых источниках.

После обучения по программе «Лидеры как преподаватели» в Московской школе управления СКОЛКОВО я занимался с Андреем Ивановичем Федоровым, который учил меня составлению учебных программ, и с Елизаветой Ивановной Садовой, передававшей мне свой опыт и интересные лайфхаки, почерпнутые из ее преподавательской деятельности. Оба они очень мне помогли. Андрей Иванович не только невероятный специалист, но и блестящий педагог, умеющий объяснить даже сложные вещи просто и понятно. А Елизавета Ивановна, в силу своей огромной эмпатии, здорово поддержала меня в становлении, хотя немало повеселилась на мой счет. Это, кстати, было очень полезно – нужно было выбить из меня начальственные нотки на время занятий.

Вторая по сложности проблема – правильная постановка задачи. Ваши представления о том, что вам нужно, не всегда совпадают с тем, что подсказывает опыт вашего преподавателя. И учитывать надо и то и другое.

Когда я осознал необходимость самому заняться преподаванием, передо мной в полный рост встала необходимость обучиться ораторскому мастерству. Может показаться странным, что человек с моим жизненным багажом, десятки раз докладывавший министрам и губернаторам, тысячи раз проводивший совещания, нуждается в подобном обучении. Но поверьте, я очень даже нуждался.

Выступление со сцены отличается от доклада с места, а тем более от ведения мероприятий, сидя во главе стола. Мне несколько раз приходилось это делать, и всегда это сопровождалось стрессом, паникой, борьбой с собой и, в итоге, сбивчивой речью. Иногда я просматриваю записи своих старых выступлений и понимаю, как это было ужасно. Выходить к собственным сотрудникам и учить их чему-то полезному… Такому Цицерону, каким был тогда я, это было напрямую противопоказано.

Моим первым преподавателем ораторского мастерства был актер одного из самых популярных петербургских театров. Во времена моей молодости этот театр считался одним из лучших в Союзе, и мой учитель, хотя он всего на десять лет старше меня, был на сцене, когда я, восторженный школьник, следил за действием из зрительного зала. Теперь, спустя тридцать с лишним лет, я снова мог почувствовать себя школьником в его присутствии.

Еженедельно он приезжал к нам в офис и проводил со мной время, а уходя оставлял домашние задания, которые я честно выполнял. Я учился правильно произносить текст, контролировать дыхание, держать паузы, моя дикция стала гораздо четче. Он очень ответственно подходил к своей задаче, учил меня всему, что знал. Однако имелась одна маленькая сложность.

Она заключалась в том, что оратор и актер – совсем не одно и то же. Ключевая разница заключается в том, что актер произносит выученный текст, написанный другим человеком. Поэтому он может заранее расставить паузы, продумать интонации, места для повышения и понижения тона.

Чего я совершенно не собирался делать, так это писать свои выступления, а затем разучивать их наизусть. Подготовка к мероприятиям в моем понимании подразумевает определение того, что, как и в каком порядке я буду говорить. Но превращаться в диктора, повторяющего зазубренные слова, мне было не нужно. Тогда проще было бы писать тексты и отдавать их для произнесения профессиональному актеру. Он точно прочитал бы их лучше меня, как бы я ни учился.

Я благодарен этому моему преподавателю. Я многому у него научился. Он меня разговорил, а это было очень непростой задачей. Меня стало гораздо комфортнее слушать. И не его вина, что ему не удалось сделать из меня оратора. Я нечетко сформулировал ему техническое задание, и он закономерно интерпретировал его в пользу того, что знал лучше всего. Для развития ораторских навыков мне попросту нужен был другой педагог.

Мой второй педагог – тоже профессиональный актер и преподаватель сценической речи, но у него также большой опыт ведущего телевизионных и радиопрограмм. Учитывая ошибки прошлого, я более внимательно подошел к формулировке технического задания. И теперь меня учат именно тому, в чем я нуждаюсь – технике свободной речи.

Скороговорки никуда не делись, их стало только больше. Но если сперва мои сотрудники посмеивались, когда я гордо демонстрировал им умение быстро произносить фразы типа «Мышки сушек насушили, мышки мышек пригласили, мышки сушки кушать стали, зубки сразу же сломали» или «В недрах тундры выдры в гетрах тырят в ведра ядра кедров», то скоро их усмешки пропали. Моя речь стала заметно четче, и через какое-то время я был готов практически без страха выйти к доске, повторяя про себя: «Не волнуйся, Стас, ты директор школы. Если что-то пойдет не так, просто оставишь всех после уроков, и будут слушать до тех пор, пока не поймут».

Третья проблема – правильное выстраивание отношений с преподавателем. У меня она никогда не возникала, но может возникнуть у людей, придающих слишком большое значение иерархии. Дело в том, что если при групповом занятии автоматически выстраивается динамика вида «учитель-ученики», то при уроке один на один может возникнуть динамика вида «исполнитель-заказчик». Это совершенно недопустимо, потому что, если человек будет воспринимать себя не учеником, а потребителем услуг, он не будет прилагать должных усилий, чтобы научиться. В такой динамике работать должен исполнитель, а заказчик – получать готовое. Конечно, так ничему хорошему научиться нельзя.

Но если все проблемы преодолены, то индивидуальные занятия чрезвычайно эффективны, ведь все внимание преподавателя сосредоточено на одном единственном ученике, и качество обучения, если оба участника процесса выкладываются по полной, резко возрастает. Срабатывает эффект репетиторов при подготовке к поступлению в вузы. Поэтому, если вы можете себе позволить такие занятия – в случаях, когда тема обучения не подразумевает обязательных групповых уроков, – это будет лучшим решением.

7. MBA

Ваше второе высшее

Наиболее системный подход к обучению во взрослом состоянии – второе высшее образование или его аналоги. Но это решение представляется мне неоднозначным по нескольким причинам.

Во-первых, неизбежно придется тратить время на изучение совершенно не нужных предметов. Во-вторых, даже если вам надо познать абсолютно все, что предлагает университет, это потребует огромных затрат ресурсов и неизбежно скажется на выполнении служебных обязанностей. Снижение производительности на достаточно долгий срок точно не поможет построению успешной карьеры.

Многие государственные служащие, вынужденные получать второе образование из-за того, что имеющееся не соответствует формальным требованиям к занимаемой ими должности, обычно делают это заочно в нескольких всем известных учебных заведениях. Едва ли это можно назвать обучением, скорее речь идет о получении второго диплома, цена которому примерно такая же, как ученым званиям высоких руководителей. А учитывая текучесть кадров в этой сфере, чиновники зачастую заканчивают учебу уже после того, как диплом перестает им требоваться.

Пожалуй, единственное комплексное дополнительное образование, на которое стоит обратить внимание, это бизнес-школы, обучающие деловому администрированию по программам MBA. Учеба в MBA не подразумевает повторения уже пройденного, а уровень управленческих компетенций выпускников неспециализированных вузов оставляет желать много лучшего, так что им есть куда расти. На практике молодые управленцы вынуждены учиться на собственных ошибках, или, если у них есть к этому способности, на чужом примере и чтении бизнес-книг, как это пришлось делать мне. MBA предлагает альтернативное решение проблемы управленческой безграмотности.

Надо ли идти на МВА

Как понять, надо ли идти учиться на МВА именно вам? Этот вопрос каждому придется решать самостоятельно, исходя из вашей жизненной ситуации. Приведу два примера, которые показывают, что у МВА возможны диаметрально противоположные результаты.

Один из моих подчиненных, занимавший не самую низкую позицию, решил, что для успешной работы ему необходим МВА. Его учеба создавала достаточно серьезные проблемы, так как регулярные отлучки одного из руководителей ощутимо влияли на работу компании. Я злился, но терпел, потому что сам отчасти подтолкнул его к такому решению, постоянно пропагандируя необходимость обучения и непрерывного самосовершенствования.

Самое неприятное началось после того, как он успешно защитился. Человека как будто подменили. Исчезла свобода мышления, он стал жестко зажат рамками информации, полученной на обучении. Лексикон наполнился умными словами, но поскольку это были только слова, а в деятельности ничего не менялось, как минимум к лучшему, это только еще сильнее раздражало.

У меня начало складываться впечатление, что он не вынес из обучения ничего, кроме терминов, значения которых так и не понял. У нас быстро портились отношения. В итоге новые знания стали новыми печалями, а практических результатов, на которые я рассчитывал, перестройки рабочих процессов не получилось. Естественно, нельзя возлагать всю ответственность за происшедшее на образование, но, несомненно, именно оно подтолкнуло моего уже бывшего сотрудника к пропасти. Как прокомментировал эту ситуацию один мой приятель, некоторым людям противопоказаны слишком сложные книжки. Их ум не выдерживает тяжести полученных знаний и ломается.

С другим моим сотрудником вышло иначе. Его отлучки, еще более длительные, так как он ездил учиться из Петербурга в Москву, по-прежнему раздражали. Но уже в процессе учебы он начал демонстрировать новые позитивные взгляды на изменение процессов в компании. А самое главное, поменялся его взгляд на себя и на свои действия. Раньше он был невероятно упрямым, спорил везде и по любому поводу, руководствуясь принципом Портоса «Я дерусь просто потому, что я дерусь!». С заказчиками он еще как-то себя сдерживал, но внутри коллектива постоянно возникали конфликты. А в ходе обучения его договороспособность резко повысилась, и все пошло гладко. Так что мы получили от его учебы удивительный дополнительный бонус.

Любопытно, что одним из его главных достижений стало «снятие короны». В группе оказалось достаточно много не менее умных, более быстрых и просто интересных людей, не готовых терпеть его общение в режиме «я тут самый умный». И, казалось бы, нерешаемая проблема ушла сама собой.

Управленческие компетенции сотрудника значительно выросли. Подразделение, которым он руководил, повысило свою производительность и эффективность. Довольно быстро стало понятно, что человек поднялся над собой и перерос свою тогдашнюю должность, так что пришлось отправлять его на повышение.

Приведенные мной примеры показывают, что МВА может как испортить, так и улучшить карьеру. Все зависит от самого человека.

О чем стоит позаботиться, если идете на МВА

Собираясь на МВА, надо помнить, что это трудозатратное занятие, и следует позаботиться о том, чтобы вам хватало времени. Придется отрываться на очные модули и вести самостоятельную работу вне занятий. Стоит заранее договориться с руководством, объяснить, что приобретет компания в результате вашего обучения. Но все равно лучше быть готовым к цейтнотам и недовольству начальства. Если уж я иногда терял терпение, то представьте, как будут реагировать люди, не настолько ценящие постоянное совершенствование сотрудников.

Базовые, фундаментальные знания и навыки точно необходимы, если вы планируете связать свою жизнь с управленческой деятельностью. Иначе неизбежно будете с завидной регулярностью наступать на грабли, которые можно обойти. А вот как получить эти знания и при этом не испортить карьеру – решать вам.

Если выберете МВА, то не пожалейте времени на изучение профессорско-преподавательского состава той бизнес-школы, которая вам приглянулась. Оцените, можно ли доверить этим людям такую ценную штуку, как ваш мозг.

Безусловный плюс МВА – возможность обучаться с коллегами, занимающими аналогичное положение в других компаниях. Если повезет и вы окажетесь в сильной группе, одно это подтянет вас вверх. И, конечно, там можно будет развернуть качественный нетворкинг, который поможет в дальнейшем. Поэтому, выбирая школу, узнайте побольше о ее выпускниках и составьте портрет среднего учащегося. Решите, полезно ли вам будет провести много времени в такой компании.

Еще раз оцените необходимые инвестиции, в первую очередь временные, но не только их, и убедитесь в том, что вы можете себе их позволить. Учебный процесс займет от полутора до двух лет, в течение которых придется плотно заниматься, иногда в ущерб работе, а стоимость варьируется в диапазоне от примерно миллиона до пяти миллионов рублей, не считая сопутствующих расходов.

Проанализируйте имеющиеся риски, в том числе возможность будущего роста в компании, в которой вы работаете, и перспективы поиска работы в другом месте, если дальнейший рост в текущем месте невозможен. Учитывайте, что ваши требования к занимаемому положению и, как следствие, к работодателю, после обучения вырастут вместе с самооценкой.

Перед тем как принимать окончательное решение, идти ли учиться на MBA, напишите небольшое эссе, в котором ответьте себе на несколько простых вопросов:

Почему лично вам интересно заниматься именно по этой программе?

Какая именно ситуация подтолкнула вас к решению пойти учиться?

Что вы уже знаете по темам, которые собираетесь изучать?

Чего вы ожидаете от обучения, чему собираетесь научиться?

Как вы собираетесь применять полученные знания?

Это поможет разобраться в собственных мотивах и еще раз их взвесить, да и во время учебы это эссе не раз вам пригодится.

Когда идти на МВА? И есть ли альтернатива

Часто слышу вопрос о том, когда лучше всего идти учиться на MBA. Убежден, что стоит следовать классической стратегии развития, и между получением высшего образования и поступлением на МВА должно пройти не менее трех-пяти лет, а лучше больше. Необходимо приобрести опыт в профессии, а уже потом образование в области управления. Управленец-теоретик сталкивается с колоссальными проблемами. Дело даже не в том, что гораздо проще учиться управлению, узнав на практике, как работает предприятие. Важнее то, что так учиться намного более эффективно.

Сравните скорость, с которой вы воспринимаете новую информацию об уже знакомых вещах и о том, что вам совершенно незнакомо. В первом случае вам не приходится тратить силы на то, чтобы разобраться в сущности предмета, а запоминание происходит как бы само собой, потому что имеет место расширение уже имеющегося, а не создание нового. Во втором случае скорость усвоения информации значительно ниже.

Конечно, управление – это отдельная профессия. Но хорошим директором, к примеру, молокозавода скорее станет технолог завода, дополнительно научившийся управлять, чем не имеющий практического опыта вчерашний студент с дипломом МВА, вообще не представляющий, как молоко из коровы попадает в бутылку. Понятно, что хочется отучиться раз и навсегда, что с каждым следующим годом возвращаться за парту все тяжелее, но надо набраться терпения.

Поскольку я сам не заканчивал МВА, о процессе обучения на своем примере я рассказать не могу. К тому времени, когда я услышал эту аббревиатуру, мне уже было поздновато идти туда учиться, я уже перешагнул эту ступень управления, а вместо учебы на ЕМВА (МВА для старших руководителей), я предпочел воспользоваться другим вариантом.

В общем случае, если вы спросите меня, надо ли идти учиться на MBA, я отвечу, что, по моему мнению, – нет, не надо. Затрата ресурсов, скорее всего, не окупится, да и, в принципе, человек с высшим образованием едва ли нуждается в столь длительном и несфокусированном дополнительном обучении. Но всегда остаются исключения. Например, есть люди, для которых проще учиться «по старинке», так они лучше усваивают материал. Так что MBA – опция, которая остается. Дорогая и не очень эффективная, но она есть.

По аналогии с подходом, который Андрей Евгеньевич Волков, один из основателей и первый ректор МШУ СКОЛКОВО, определил как «сам себе ректор», я называю свою стратегию «MBA без МВА», потому что словосочетание «Сам себе MBA» оказалось занято – так называется отличная книга Джоша Кауфмана, на которую я, кстати, рекомендую обратить внимание. Эта стратегия импонирует мне тем, что она не заканчивается на МВА, и даже не требует обучения там. Она рассчитана на всю жизнь и гармонирует с набирающим популярность в мире подходом «Обучение в течение жизни».

Вместо единственного, хоть и комплексного решения я в качестве альтернативы комбинирую практически все остальные способы обучения. Это представляется мне наиболее перспективным.

Жизнь, если повезет, может оказаться довольно долгой, и чтобы сохранять к ней интерес, требуется подпитываться новыми знаниями. Так что стоит постоянно заботиться о том, как и где искать эти знания и как их лучше усваивать.