Александр Щербаков-Ижевский

Маршал Победы Жуков — Каин?

Серия «Бессмертный полк»

Шрифты предоставлены компанией «ПараТайп»

Редактор Анна Леонидовна Павлова

Дизайнер обложки Александр Иванович Щербаков

Корректор Игорь Иванович Рысаев

© Александр Щербаков-Ижевский, 2017

© Александр Иванович Щербаков, дизайн обложки, 2017

Маршал Жуков для многих символ победы. В июне 1941 года генерал армии, начальник Генштаба РККА прибыл в Тернополь. Всё складывалось как нельзя лучше. Для обуздания агрессора требовалось танков в 30 раз меньше, чем имелось фактически в 3-х военных округах. Однако, в маленьком географическом треугольничке между Дубно, Луцком и Ровно нами было проиграно крупнейшее в мировой истории танковое сражение. Жуков сел в самолёт и улетел в Москву, а член Военсовета фронта комиссар Вашугин застрелился…

18+

ISBN 978-5-4483-9823-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Оглавление

1. Маршал Победы Жуков — Каин?

Светлой памяти моего отца Ивана Петровича Щербакова (28.10.23—10.06.64) посвящаю…

Вечный ореол бессмертия и лавры победителей героям Великой Отечественной войны!

1.

Пилотный вариант книжки прочитала бабушка Жанна Васильевна, соседка из четвёртого подъезда. Перед праздничным салютом в честь Дня города она высказала свой приговор

— Если бы мой отец прочитал, что ты пишешь о войне и о Жукове, он бы тебя расстрелял!

Не хотят знать страшную правду обыватели. Зачем рушить идеалы? Войну выиграли. Кошечка. Цветочки. Садоогород. Или что там ещё для личного счастья надобно?

В свою очередь, постараюсь быть сторонним при повествовании о человеке, имеющем отношение к миллионам и миллионам жертв, человеческих судеб советских людей.

Мнений, суждений о нём и его фатальных ошибках великое множество. Далеко не все его победы были бесспорны. А некоторые сражения можно вообще назвать по-современному скорее пиар-акциями, чем грандиозными, бескровными победами. В описании событий, связанных с именем Маршала постараемся оперировать только фактами.

Тем не менее, гарантировано и в любом случае недовольных написанным будет великое множество. Однако, никто же не возражает, составьте свою боевую версию заслуг и ошибок великого советского полководца. Напишите об этом книгу, прежде, чем затыкать рот оппоненту и «расстреливать» по делу и без дела.

Моя же точка зрения такова.

С Великой войной безоговорочно и наиболее масштабно связано имя Георгия Константиновича Жукова. Мощь и победа олицетворяют в нём незыблемую и героическую фигуру «Маршала Победы». Все же видели парад Победы и Маршала на белом коне! А что ещё надо в финальном аккорде для подтверждения заслуг кумира миллионов?

Для каждого из нас, советских людей, это безусловный человек-символ.

Перечислю его звания и регалии в те далёкие и героические годы.

— Начальник Генштаба РККА

— Член Ставки Верховного Главнокомандования

— Первый заместитель Верховного Главнокомандующего

— Командующий фронтами: Ленинградским, Западным, 1-м Украинским, 1-м Белорусским

— Имел 41 благодарность Главнокомандующего Сталина

— Четырежды Герой Советского Союза

— Двукратный обладатель ордена «Победы»

— Награждён шестью орденами Ленина

Именно Жуков в поверженном Берлине поставил подпись под Актом о безоговорочной капитуляции фашистской Германии. С другой стороны документ подписал фельдмаршал Кейтель.

Одним словом, Жуков, это человек-гранит!

Но, в предыдущих повествованиях мы так и не сумели определить символ РККА («Каково лохматить бабушку и быть героем?»). И в этот раз, давайте присмотримся повнимательнее к нашему герою. В нашем обществе принято же почитать бесспорного победителя. Насколько оправдана хвала народная и нет ли здесь чего-либо недосказанного?

Сможем ли мы кумира всех времён и народов поставить в одну историческую плеяду великих и, возможно, гениальных полководцев России?

…В 1929 году, будучи командиром кавалерийского полка Жуков, получил партийный выговор: «За пьянство и неразборчивость в связях с женщинами». Подобные выговоры были у него и в дальнейшей жизни. Однако, он на них не обращал ни малейшего внимания и не стеснялся, можно сказать, даже бравировал по молодости лет.

А дальше стремительно и по вертикали.

Из характеристики советского полководца Семёна Тимошенко, начальника Жукова: «У него тенденция к неограниченной власти и чувство личной непогрешимости в крови. Не раз и не два зарывался, за что его неоднократно разбирали.

Жуков был всегда груб и несдержан с подчинёнными, вплоть до рукоприкладства. Никогда не краснел. Был крайне обидчив и драчлив.

Неспособность Жукова к умственному труду была замечена давно.

Ещё в ноябре 1930 года К. К. Рокоссовский, тогда начальник Жукова, вписал в аттестацию убийственные слова: «На штабную и преподавательскую работу назначенным быть не может, органически её ненавидит!» («ВИЖ» 1990 №5 с.22)

Вы же понимаете, что штаб-это мозг. Полк без штаба, безмозглый полк.

И дивизия тоже.

И корпус.

И армия.

И фронт.

В штаб стекаются все сведения о своих войсках, о соседях и вышестоящих инстанциях, о противнике, о снабжении всем необходимым для жизни и боя, о местности, о погоде и многом другом.

В штабах эта информация анализируется и на основе оценки обстановки принимаются решения.

Если в характеристике командира записано, что он ненавидит штабную и преподавательскую работу, то этим всё сказано. Фактически объявлен приговор.

По всему выходило, что у Жукова НЕ было привычки анализировать и предугадывать ходы противника.

Он НЕ был интеллектуальной умницей.

НЕ был способен думать, чтобы минимизировать людские потери.

НЕ был способен наносить удар с ограниченным числом жертв при наступлении.

А тем более НЕ был способен побеждать при равенстве сил.

Для него обычная пропорция в бою была с 5-ти, 10-ти кратным превосходством. А при таком скоплении мобилизованного люда, потери большого значения не имели. Слишком велика была ротация народных ополченцев. Цель оправдывала средства.

Обычная практика для подобных военачальников, победа любой ценой. Вот и получалось у нас впоследствии, чтобы уничтожить одну дивизию Вермахта требовалось минимум пять-десять наших.

А ещё Рокоссовский дословно указал следующее: «По характеру суховат. Недостаточно чуток. Болезненно самолюбив».

Казалось бы, после убийственно нехороших характеристик, какой же впоследствии получится полководец из Жукова? Однако, какой-никакой, а получился настоящий и героический Маршал Победы!

В 1938 году в 6-м кавалерийском корпусе состоялось партийное обсуждение о: «Вражеских методах командира корпуса Жукова в воспитании кадров».

Жуков и впоследствии патологически не мог разделять славу с боевыми соратниками. Уже после войны предъявил претензии командующему 1-м Украинским фронтом Ивану Степановичу Коневу. Сцепился с ним. Начал мордобой прямо в фойе Большого театра. Едва двух маршалов разняли.

Известно, что у детей размыта граница страха. Иногда они бывают крайне жестоки. Так кем он был настоящий Жуков? «Мальчишкой» застрявшим во времени, или «отморозком» не знающим тормозов? Гением наступательных операций или самодуром? Храбрым полководцем или человеком фантастического равнодушия к чужой жизни?

Ранее совершенные фатальные ошибки начальника Генштаба РККА Жукова (январь-июль 1941 г.) исправляли всем миром. Пожар, раздутый архитектором трагедии тушили реками крови.

Но, однозначно, апологеты и не спорят.

В мировой истории на полях боёв самое большое количество солдат положил и пролил больше всех крови Маршал Г. К. Жуков.

Неоспоримый в мировой истории факт.

Кстати, Георгий Константинович начал и закончил свою военную карьеру, как каратель.

Героя тогда не давали. Первую награду орден Красного Знамени, высший орден Советской Республики он получил за жестокое подавление Тамбовского крестьянского восстания. Жестоко, кроваво и беспощадно задушил восстание, а по факту пустил кровь и разгромил простых крестьянских мужиков не принявших в угоду Советскую власть. Оставшихся в живых согнул в три погибели, с успехом отчитался и поехал получать революционную госнаграду. Истязатель-палач-каратель.

А четвёртую и последнюю золотую звезду Героя он получил уже в торжественной обстановке за подавление антикоммунистического восстания в Венгрии в 1956 году.

Тогда из 9 миллионов венгров из-за репрессий 1 миллион сидел в тюрьмах. Страна была в нищете. Доведённые до края люди, от отчаяния 23 октября подняли восстание. Сталин придумал название: «Контрреволюционный фашистский мятеж».

Маршал Победы немедленно организовал в центре Европы венгерское побоище. Пустил кровь мадьярскому народу в обмен на титул.

В умении кровопускания ему было не отказать. Но досталось и городу.

Как всегда танки на улицах (позже поймете, почему). По ходу подавления «мятежа» разрушался прекрасный Будапешт. Только кажется мне, что понимал Жуков о реках крови, которые там прольёт в рекордно короткие сроки, чтобы американцы не спохватились и не заступились за обиженных.

Вероятно, тогда Жуков просто поставил условие хамоватому Хрущёву, что выполнит поручение, если Героя даст Генсек. Так, что гони, шеф, на кон четвёртую (рекордную) звезду героя за Будапештский беспредел. (Впоследствии только Брежнев получит 4 звезды Героя).

А иначе ему это было надо?

Наглости Жукова не было предела. Он не имел и не выказывал никаких эмоций по существу вопроса, а критику боевых офицеров не воспринимал всерьёз. Ему эти замечания были глубоко по барабану. Органически терпеть не мог поблизости себя умных людей, потому как его малограмотность мгновенно выпячивала наружу.

О нём смело можно сказать, что это эталонный образец, 100% продукт той большевистской эпохи, где жизнь человека гроша ломаного не стоила ради достижения цели узурпаторов власти.

Жуков никогда не уговаривал, не убеждал, не советовался, не переубеждал. Он тупо и просто переламывал чужое мнение через колено и отбрасывал подальше. А ещё лучше было для него подставить человека под трибунал, чтобы с позором расстреляли. И преуспел в этом, как ни странно, видимо не нашлось ему на земле достойного тормоза, противостояния.

Однако, генерал по своей деревенской привычке быстро обучался и у него было не отнять высочайшую самодисциплину. Осторожность и чувство самосохранения у него были запредельные. Он мог по мелочам перечить Сталину, но в принципиальных вопросах ни в коем случае. В своей памяти у него всегда маячили подвалы Лубянки, поэтому что сказать и как вести себя с Лаврентием Палычем, ему было известно.

Наивно было полагать, что выпускник 4-х классной церковно-приходской школы сможет что-либо спроектировать в теории штабных вопросов, спланировать и осуществить победу.

Но его уже «попёрло». Как же, несоизмеримой достижениям тщеславной душе захотелось известности и признания несуществующих подвигов. А самое главное водрузить на голову сверхпопулярный в те годы лавровый ореол святослава-победителя. Уж очень возжелалось ему, чтобы стоусая молва разнесла о нём слух, как о великом полководце.

Короче, захотел Жуков прославиться и быть знаменитым. Чтобы люди всей страны спали и во сне видели сияние венценосной короны своего героического защитника.

Опять же, неоспоримый факт, что там, где был Жуков, там лились реки крови.

Кстати, первую звезду Героя он получил за три месяца боев с японцами на Халхин-Голе.

Купаясь в лучах славы, Георгий Константинович без зазрения совести присвоил себе операцию, прекрасно разработанную начальником штаба комбригом Богдановым.

Не зная элементарных законов военного планирования, по итогам кампании в ноябре 1940 года Жуков сделал доклад в Академии Генерального штаба «Характер современных наступательных операций», чем вызывал улыбки и откровенный хохот более грамотных коллег (а всего через 3 месяца он станет начальником Генштаба РККА!).

В то время Командир Дальневосточного округа генерал-полковник Штерн и начальник штаба округа Кузнецов сделали замечания Георгию Константиновичу, что тот не то что говорит ахинею, а путается даже в военных терминах. Однако, уже в январе 1941 года, став начальником Генштаба, Жуков снимет их с должностей и по надуманным основаниям доведёт заслуженных генералов до смертельных приговоров.

Тем не менее, военачальники РККА понимали, что всё таки главную роль в победе над японцами на Халхин-Голе сыграли комбриг М. В. Богданов и командующий фронтом командарм 2-го ранга Г. М. Штерн.

Именно им подчинялся командир, всего лишь, корпуса Жуков!

Он и украл у них победу! Или помогли украсть? Ему же надо было строить военную карьеру, вот и помогала «крыша», как могла.

Впоследствии Григорий Штерн (октябрь 1941) и комбриг Михаил Богданов (1946) были расстреляны.

С этого момента вклад Жукова над японцами уже никто не оспаривал. Да и что против ветра чай поливать?

За 104 дня боёв с японцами на Халхин-Голе Жуков вынес своим солдатам 600 смертных приговоров и 18 старшим офицерам.

Будущий маршал начинал выстраивать свою пирамиду мертвецов.

Вдумайтесь только: 6 смертных приговоров каждый день!

Общие потери убитыми тогда составили 6 831 человек, у японцев 25 000 солдат. Получается, что фактически каждый десятый погибший красноармеец был расстрелян Жуковым. За что? Разве бойцы отказывались идти воевать? Разве они смалодушничали и не верили в победу? Предавали Родину? Но и полномочий у комбрига на всех не хватало, на офицеров он исправно отправлял согласования в Москву. Однако, ни Штерн, ни Богданов от расстрельных экзекуций Жукова остановить уже не могли.

Налицо была Жуковская жестокость, достойная высшего суда инквизиции!

Генерал-майор Пётр Григоренко вспоминал, что Жуков приказал расстрелять новенького комполка за то, что тот ночью заблудился в степи и не во время прибыл в часть. А лётчиков за то, что в сумерках не смогли разобрать в степи, свои это или японцы движутся по полю на марше. Несколько раз заходили летуны на цель бреющим полётом, но не углядели. По возвращению получили приказ о наказании. Жуков приговорил летунов к расстрелу. За что?

Но, в отсутствии действительных героев вся слава досталась Жукову.

Как бы то ни было, именно с этого момента считается, что это была его самая удачная фронтовая операция.

В хронографии Жукова это единственный случай положительного баланса потерь 1 к 3,7 (присвоенная победа). С другой стороны, какая бы жестокая победа не была, она не позволила впоследствии Японии вступить с СССР в открытое противостояние во Второй Мировой войне.

Больше, в своей жизни, единолично Жуков не выиграл ни одного сражения. Ни одного!

Однако, никто иной, а именно Богданов обучил его фирменному ведению высокотехнологичного боя в современных условиях. Он объяснил, что без механизированных бронетанковых войск достичь победы в новой войне будет невозможно и научил правильно организовывать прорыв в глубокоэшелонированной обороне противника.

Впоследствии маршал больше ничего не выдумывал и применял наиболее эффективную Богдановскую стратегию везде, где воевал: под Ельней, под Киевом, под Ленинградом, под Сталинградом, под Берлином…

Правда с одной оговоркой, что человеческая жизнь у него никакого сострадания не вызывала.

Кто умудрился дать рекомендации, поручиться и был уверенным, что априори необразованный, неподготовленный, жестокий сверх всякой меры советский командир окажется у руля военно-стратегического планирования величайшей империи СССР. (О вариантах с каинством позднее). Фатальные и катастрофические промахи Генштаба, возглавляемого Жуковым с января 1941 года, обсуждались уже неоднократно.

Но генерал самолично захотел отличиться и в действующей армии, на передовой. Ему, как воздух нужна была победа. Пусть маломальская, но победа способная спасти его полководческий имидж.

Советская пропаганда всегда замалчивала эти позорные факты.

Расскажу вам о том, что самое грандиозное танковое сражение мировой истории случилось 23—27 июня 1941 года в районе Дубно, Луцка и Ровно.

При приближении немецких моторизованных бронетанковых колонн начальник штаба Киевского военного округа генерал-лейтенант М. А. Пуркаев предложил перейти к обороне. Это была давно изученная, испробованная и безотказная тактика РККА.

Необходимо было, изучить противника. По возможности измотать его силы в оборонительных боях и, впоследствии, простыми фланговыми ударами и обхватами добиться его полного уничтожения.

И через пару недель Гитлеровскому Вермахту пришёлся бы полный капут. Потому что резервов у него не было, а фронт случился растянутым непозволительно широко.

При этом учтите, что всё «блицкриговское» наступление велось лишь… в одну линию. Невероятный факт. В немецком резерве едва ли набиралась пара пехотных дивизий Вермахта. Поэтому нам вполне по силам было уже через пару-тройку недель провести парад на Александерплац.

На что рассчитывали немцы? Неужели враг из Генштаба «сливал» всю необходимую информацию настолько эффективно, что наглости и хамству наступающих частей противника не было предела. По существу они полностью пренебрегали всем имеющимся нашим потенциалом. Фантастическая правда войны.

Но, вдруг, как чёрт из табакерки в Тернополь неожиданно прибыл из Москвы представитель Ставки ВГК, начальник Генштаба РККА, генерал армии Жуков.

Герой Халхин-Гола тут же обхаял, впарил, вдул кому надо, послал кого подальше, пообещал расстрелять трусов, назвал кого надо и не надо предателями, по пути опять же всех и вся обхерил, и единолично взял инициативу на себя.

В категоричной форме и со «знанием дела» он потребовал немедленно организовать разобщённые и неподготовленные наступления. Не учитывая, в принципе, свои резервы и не дожидаясь их подходов с фронта и тыла. Без должной разведки и артподготовки, без надлежащей организации танковых засад.

Прямо с марша и в бой!

Командиры даже местность не успевали изучить, не то, что осознать «тактические премудрости» Жукова.

В результате шесть советских мехкорпусов столкнулись с первой германской танковой группой фон Клейста.

Но командование Вермахта было нагло уверено в своей победе. Абвер докладывал о том, что их агент в высшем управлении Жуковского Генштаба РККА не позволит фон Клейсту притормозить на передовых рубежах Восточного фронта.

У немцев было 699 танков. А у советских войск в составе Юго-Западного фронта, в Киевском и Одесском военных округах 8069 боевых машин: 8,9,15,19,22 мехкорпуса имели 2803 единицы, западнее Бродов сражался 4 мехкорпус генерала А. А. Власова-892 танка, в районе Острога бился 5 мехкорпус 1070 танков… И так далее по 3 военным округам (в т. ч. ВИЖ №11, 1993) На ходу были в том числе средние танки Т-34 и КВ-1, значительно превосходившие фашистские в артиллерийской мощи.

Особо подчеркну, что по технологии боя РККА для обороны танков требовалось в 30 раз меньше. Всего-то 266 единиц!

Всё движение противника происходило всего по трём панцер-направлениям, рокадным дорогам.

Вся их «Барбаросса» сдулась бы сразу в боестолкновениях с парой десятков противотанковых истребительных батарей. Каждая из них насадила бы на подкалиберные болванки по паре десятков фашистких бронемашин, да КВ-1 устроили свой шухер.

Однако у РККА силы в любом случае были!

Только на одну бригаду по штату полагалось 120 противотанковых орудий и 4800 противотанковых мин. Великая сила для сдерживания и контрудара!

Сумел же 17 июля у Сокольничей один-одинёшенёк артиллерист Николай Сиротинин поджечь 27 танков и угандошить роту гитлеровцев в придачу.

И Зиновий Колобанов 20 августа у Красногвардейска из засады уничтожил своими остатками роты в 5 единиц КВ-1 аж 43 боевые машины неприятеля.

В нашем случае имеющимися танками и истребительными батальонами умному и адекватному стратегу было вполне по силам защитить советские государственные границы и не пустить врага на свою территорию на Украине и в Молдавии.

Даже при таком раскладе мы обязаны были побеждать.

Но…

Но неужели Каин постарался?

Исторический факт. Сражение, а правильнее будет сказать «месилово», лично Жуковым было с позором проиграно! Всё, что он приказывал, на что указывал, о чём просил, приносило абсолютно безоговорочный вред.

Всё пошло прахом.

Фон Клейст все наши корпуса разбил по отдельности. 15-й, 19-й, 22-й мехкорпуса потеряли до 85% танков. 9-й мехкорпус потерял все машины и превратился в стрелковое соединение.

Мы были в глухой обороне, а немцы атаковали.

Однако Жуков потерял 2648 танков!

Немцы оставили поле боя за собой, поэтому все свои 260 повреждённых танков у них пошли в ремонт на восстановление.

В результате Советский броневой кулак прекратил существование.

А войска Юго-Западного фронта отступили на 300 км на рубеж Коростен-Житомир.

За 4 дня Жуков сжёг и бездарно уничтожил 6 мехкорпусов!

Самое величайшее танковое сражение, всех времен и народов целиком и полностью было пропердонено лично начальником Генштаба РККА, генералом армии Жуковым!

«Глаза и уши партии», член Военного совета Юго-Западного фронта корпусной комиссар Н. Н. Вашугин от стыда и позорища застрелился.

Но не комиссар планировал, готовил и проводил это сражение. Трусоват оказался жуковский трибун, крикун и подпевала. У него в мозгах был простой людской страх по скорой на руку кремлёвской расправе. «Крыши» то у него в Москве, как у Жукова точно не было.

А что сделал виновник учинённого побоища, как вы думаете? Не напрягайтесь. Всё до банальности просто.

Ответственный за трагедию и тотальную катастрофу советский генерал сбежал с поля боя одним из первых.

Начальник Генштаба РККА, генерал армии Жуков, виновный за бойню и полный разгром, побоище 6-ти механизированных корпусов сел в самолет и улетел в Москву.

Проще говоря, удрал от своего позора.

Ради любимой карьеры Жуков бросил свою погибающую армию, своих солдат. В Москве генерал армии, как всегда наврал Главнокомандующему с три короба. У того тоже со стратегическим мышлением слабовато было. Как вы знаете, никакого военного специального просвещения в загашниках. Только незаконченная церковно-приходская семинария. Повёлся. Поверил. Простил, видимо.

А для такого «героя» чести и совести советского офицера не существовало ни-ког-да! А историки до сих пор теряются в догадках, что это было? Неужели предательство?

Но сколько старших офицеров Георгий Константинович расстрелял за более мелкие «провинности» ещё на Халхин-Голе? Или каждого десятого красноармейца, чтобы другие боялись. Как же так получилось, что на этом маленьком клочке суши, небольшом треугольничке родной земли при тотальном превосходстве, второй человек в Красной Армии умудрился проиграть архиважное сражение, нанеся своими действиями неподдающейся здравой логике урон своей державе.

Оставшиеся в штабе армии генералы Н. С. Хрущёв и Кирпонос загубили всё оставшееся под их ответственность хозяйство и довершили позорный и полнейший разгром своих воинских формирований.

Те ещё были вояки, будущие политиканы.

К 9 июля 1941 года войска только Западного фронта потеряли (официально) 4799 танков, 1449 орудий, 246 самолётов, 341 тысяча человек были убиты. Тогда ещё «возможности» позволяли нести такие абсурдные потери.

Попавший у Сенно в плен командир батареи 14-го гаубичного полка 14-й танковой дивизии Яков Джугашвили показал на допросе: «Неудачи русских… объясняются… неспособностью командования, абсолютным отсутствием разведки и опыта маневрирования…»

Впоследствии, жена Якова проведёт 5 лет в лагерях ГУЛАГа. Ни за что. Просто, как жена красного командира, попавшего в немецкий плен.

Для несведущих поясняю, что Яков Джугашвили-это бесспорный умница старший сын кремлёвского вождя Сталина.

Но были и другие промахи у Жукова.

11 июля 1941 года Сталин пишет в Киев Хрущёву, Жукову через узел связи Генштаба

— Получены достоверные сведения, что вы все, от командующего Юго-Западным фронтом до членов Военного Совета, настроены панически и намерены произвести отвод войск на левый берег Днепра.

Предупреждаю вас, что, если вы сделаете хоть один шаг в сторону отвода войск на левый берег Днепра, не будете до последней возможности защищать районы укрепрайонов на правом берегу Днепра, вас всех постигнет жестокая кара, как трусов и дезертиров.

Но…

Но, вопреки здравому смыслу уже 29 июля на совещании у Сталина Жуков ультимативно заявил, что Киев необходимо оставить. Понятно было, что нарывается. Ведь главнокомандующий сгоряча мог и погубить.

Но Сталин посоветовал не горячиться

— Мы тут без Ленина, между прочим, обошлись, а без вас тем более обойдёмся… Мы тут посоветуемся и тогда вызовем вас.

В том совещании приняли участие те же самые лица: Маленков, Мехлис, Берия.

В результате глупых, тупых и непонятно, каких вредительских потуг Жукова Киев мы сдали.

В окружении оказалась брошенная 37 армия генерала А. А. Власова.

Жуков без оглядки убегал-драпал на левый берег Днепра, да так, что в спешке даже не уведомил штаб 37 армии об отступлении (?!). В результате, выходя из окружения, армия натерпелась лиха сверх всякой меры.

В любом случае в боях под Киевом погибло более полумиллиона красноармейцев. В плен попало 664 тысячи человек (!).

Но тогда ничего не предвещало трагедии. В Киеве ходили трамваи. Как никогда были сильны укрепрайоны на подступах. И зачем Жуков сдал Киев, непонятно? Странно. Виданное ли дело, что было сотворено нечто ужасное, безобразно-бесстыдное действо, которое повлияло на результаты всей войны. В любом случае, трагическое позорище было создано, построено и сотворено своими же верховными командирами. С какой стороны не смотри, но это была катастрофа вселенского масштаба.

Однако, с высоты сегодняшних лет видится, что Жуков просто, без обиняков, как всегда цинично разменял Киев на Ельню. Именно у Ельни имелся не имеющий стратегической ценности немецкий выступ, за который Вермахт не собирался удерживаться, ведь в то время наступления на Москву не планировалось. И наша разведка об этом была прекрасно осведомлена.

С самого начала никому не нужный контрудар задумывался, как сегодня сказали бы «пиар-акцией». Считается, что именно здесь мы впервые нанесли значительный урон немцам, здесь родилась «гвардия», здесь Жуков, как военачальник реабилитировал себя после провала в первой части войны.

Однако, случилось, как случилось…

Жукова, наконец-то, ко всеобщему облегчению, убрали с должности и начальником Генштаба стал «чистюля» Шапошников, который вздрагивал от любого Жуковского окрика и страшно его побаивался.

Самого Жукова Сталин отправил командовать… Резервным фронтом.

Сказка для взрослых.

«Дети, вы все видели, как дятел своим клювом долбит дерево, внутри которого ползают черви. Напрягаясь всем телом, используя все мышцы, включая прикрытую хвостом задницу. Долбит и долбит. Утром и вечером долбит и долбит. Казалось, выловил всех и улетел. А черви снова приползли из всех щелей…»

Вот так, примерно, и Жуков.

СССР, всем телом 1/6 части мировой суши, включая все регионы и, даже Чукотку долбил и долбил немцев на Ельнинском выступе.

Люди гибли здесь, как мухи.

Немцы собрали под Ельней четверть своей танковой мощи, группу Гудериана.

Врыли в землю танки.

Использовали практически весь запас мин.

Но мои земляки, русские глупо и тупо всё долбили и долбили в лобовую. Бездарно погибали на несокрушимых немецких танковых рубежах. Массово умирали на непроходимых минных полях.

Немцы свезли сюда весь резерв мин Восточного фронта.

Красноармейцы поголовно выкашивались подготовленными дзотами фрицев. Страшно, глупо и без вариантов. А по-другому и не скажешь, что истребляли себя сами.

Вреда противнику практически никакого не было.

Ну что тут поделаешь, если советские люди сами хотели смерти?

Своей фатальной жертвенностью и безысходностью русские достали немцев. И те, чтобы окончательно прикокошить смертников, придумали простой и хитроумный план. Они решили надоедливых вояк проучить.

Ночью, тайно вывели из боя под Ельней все танки Гудериана и нанесли удар советским войскам в направлении Конотопа и Лохвицы. В тыл Киевской группировке. А далее встретившись с 1-й танковой группой фон Клейста, замкнули кольцо вокруг Юго-Западного фронта.

Главнокомандующему и комиссарам из Ставки ВГК оставалось только от происходящего широко открыть рот и вздохнуть поглубже. Пукнуть полководцы не успели. Понять не могли штабные горемыки-вояки об ущербности своих стратегических планов.

А признать свою неспособность воевать по-суворовски, с умом было выше их гордыни. Они просто не умели думать, да и не хотели воевать малой кровью. Всё, как получится. А получалось очень даже кроваво. Отвратительно.

Эта трагедия, окружение войск Юго-Западного фронта стало самым масштабным окружением в истории человечества!

Ужасные бои.

В одном окружении погибло шесть Советских армий!

Немцы тоже сражались до последнего солдата. Сам Гудериан бросил в бой даже личную гвардию-роту охраны своего командного пункта.

Вот бы Жукову проанализировать ситуацию и не долбить под Ельней опустевшие позиции немцев. Может быть, ему стоило уйти небольшими силами в оборону на удержание своих рубежей? Немцы остатками оставшихся частей просто не смогли бы пойти в наступление.

Не надо было брать Жукову ослабевшую Ельню.

Верный путь к стратегической победе: все свободные подразделения надо было немедленно отправить на помощь Киевским окруженцам.

И в этом случае, уже победа над Гудерианом стала бы величайшей катастрофой Гитлера!

Начальник Генштаба немецких сухопутных войск Гальдер всегда считал, что сверхпобедное взятие Киева цель куда важнее, чем оборона насмерть никому не нужной Ельни. Поэтому фашисты сами вышли из неё дождливой ночью.

То ли в РККА не понимали, а может быть агент Абвера в высших эшелонах командования Красной Армии был такой всемогущий? Все наши военначальники обречённо и безропотно наблюдали, как гибнет мощнейшая группировка под Киевом.

Смотрели, знали и… И ничего не предпринимали. А ей бы совсем чуть-чуть оказать помощь от соседей из-под Ельни. Совсем чуть-чуть…

Но приказа так и не поступило!

Вот и получается, что бойня под Ельней носила исключительно пропагандистский характер, не имеющей практической выгоды и коренным образом ухудшившая положение дел на Юго-Западном направлении. И проведена-то она была, мягко скажем, далеко не безукоризненно, тем более с громадными потерями.

Общепризнано, что под Ельней генерал-полковник Гальдер вчистую переиграл генерала армии Жукова. Он сообщал Гитлеру: «Наши части сдали дугу фронта у Ельни. Противник ещё долго обстреливал покинутые нами позиции. Это неплохое достижение Вермахта…»

Под проливным дождём последние части немцев сами вышли из брошенного города. А наутро весь Советский Союз узнал о безоговорочной героической победе Красной армии при взятии Ельни.

Пиар-акция состоялась.

Жуков стал героем, а многотысячная группировка под Киевом осталась умирать брошенной и без помощи.

Кремлёвцы руками Жукова круто разменяли ситуацию или по- современному устроили фифти-фифти. Игра со смертью?

Возможно, то же самое можно было сделать и под Демянском в 1942 году, где воевал мой отец. Там надо было оставить небольшой «зажим» кольца, а основные силы направить в укрепление и помощь 2-й ударной армии, которая погибала у Мясного Бора. Приняв резервы, она пошла бы на север на соединение с 54 армией.

После их встречи, уже зимой 1942 года блокада Ленинграда была бы разорвана и немцы сами оказались бы в гигантском кольце. Кончай эту группировку и иди на Берлин! Второй линии обороны у немцев там не было.

Но это была бы уже совершенно другая мировая история.

Жуков, без тени сомнения, не Суворов. А вдруг не прокатило бы с глобальными замыслами, тогда верная стенка? Нет уж, лучше в лоб и героем. Возьму Ельню и получу орден.

Принимая, как данность робость и нерешительность Жукова в принятии правильных, грамотных, неординарных тактических решений, Гитлер прикончил Киевскую группировку.

Вторым этапом обошёл отданную Жукову Ельню и оказался под Москвой. Такое вот фиаско Георгия Константиновича под Ельней.

А взятую Жуковым Ельню, наши войска впоследствии сдали сами и оставили без боя.

Проще говоря бросили советский город на произвол судьбы. После грандиозного спектакля судьба отдельно взятых, некоторых людей защитников города Ставку ВГК уже не интересовала. А простые люди до сих пор не знают реальную историю противостояния возле Ельни.

В старости маршал об этих кровавых и ставшими бесполезными боях за Ельню, старался публично не вспоминать. Люди ведь, не дураки. Сколько бы пропаганда не долдонила, а всё понимают. Видимо, стыдно было военачальнику под закат жизни осознавать свою неумелость воевать.

А тем более осознавать, что именно по его вине было умерщвлено почти миллион преданных им молодых душ под Киевом.

И ещё почти миллион под Ельней.

Не поверите, но 21 октября 1941 года в редакцию газеты «Красная звезда» Давиду Ортенбергу позвонил лично Сталин и сказал, чтобы напечатали положительную статью о товарище Жукове с фотографией на второй странице.

А вы понимаете логику кадровых решений Кремлёвского кукловода Сталина? Я лично нет! Хотя он прослыл великолепным кремлёвским «отделом кадров».

Ах, вы не поняли, не прониклись? Изменники и предатели!.. Тогда получи страна ещё, и ещё, и ещё десятки миллионов загубленных жизней и реки крови!..

Не поняли они.

Вы думаете, что эта неудача чему-нибудь научила наших стратегов в генштабе, Ставке ВГК или лично Жукова? Вы будете глубоко разочарованы, если я скажу, что глубоко ошибаетесь.

Спустя всего полгода они точно так же предали и погубили 2-ю ударную армию (более 100 тысяч человек) в Новгородских болотах на подступах к Ленинграду. Вследствие чего зимой 1942 безграмотно и бездарно не осуществили разгром противника, идущего на Ленинград.

Ставка ВГК фактически своими руками обрекла город на долгие годы блокады.

И точно так же в феврале 1943 года они выпустили 4/5 немецкого гарнизона из котла, сдали и «сдули» Демянскую немецкую группировку возле Старой Руссы и при этом загубили там убитыми и раненными не менее полумиллиона советских бойцов!

В 1942 году Жуков командовал войсками Западного фронта.

Задача, поставленная перед ним стояла архиважнейшая. Окружить и разгромить группы немецких армий «Центр» и «Север» и выйти к Балтийскому морю.

Но он с успехом провалил возложенную на него Ставкой дилему. Споткнулся на Сычёвке. Здесь и профукал грандиозные планы Ставки ВГК.

С января по август 1942 года три армии и два отдельных корпуса Жуков загнал в окружение. Все они были впоследствии уничтожены противником и беспощадно погибли.

Ужасные по своей жестокости бои происходили по дуге опоясывающей Ржев, Сычёвку и Вязьму.

Большими реками крови Красная Армия заливала здесь противника. Наши воины, как могли всеми силами бились, чтобы убрать опасный выступ направленный фасом в сторону Москвы. Здесь пластами лежали трупы советских солдат, убитых в предыдущих штурмах. Громоздились кладбища сгоревших советских танков.

Как всегда у Жукова все войска штурмовали только по прямой, в лоб оккупантам.

Как всегда, у немцев были прекрасно подготовленные позиции.

Как всегда сценарий никогда не менялся и был один на все случаи жизни.

Как всегда красноармейцы атаковали много раз на дню.

Как всегда множество дней в кровавом и бесполезном кошмаре.

Как всегда штурм! Штурм! Штурм!

Без вариантов и в лоб. По той же схеме, что и вчера.

Как всегда по той же программе. По пять, по семь атак в день. По десять.

Как всегда, на те же высотки, передовые позиции неприятеля.

И так бесконечно. Месяц за месяцем. С января по август!..

Кто не знает, в этом и был весь стратегически-смертельный «талант» Жукова. На фронте говариваи, что там где Жуков, там пахло смертью.

А что тут, собственно такого. Русских резервов, пока, было немерено. Вот и наступали солдатушки по заваленным трупами полям. Одних смертушка забирала. Вскорости подкатывали следующие и следующие резервы. И так до бесконечности. По кругу.

Под Ржевом, Сычёвкой и Вязьмой на 4 фронта по разным подсчётам реальные потери составили от 1 500 000 до 2 200 000 человек! Население целого Европейского государства положил здесь Жуков.

Тысячи единиц техники утерял безвозвратно.

Советская пропаганда, как всегда скрыла реальные потери. Участник боёв, писатель В. П. Астафьев сказал: «Мы залили их реками крови и завалили горами трупов».

Ржевско-Сычёвско-Вяземская битва была самым кровопролитным сражением за всю историю человечества!

История таких примеров не знала.

Не знала, говорите? Вот и получила в авторстве Жукова.

В общих цифрах страшных жертв, принесённых на алтарь Победы, профанация Жукова не возымела на Ставку ВГК должного внимания. Люди там были точно такими же, как и он сам. С одним уровнем менталитета и жизненного кредо. У революционеров того времени было одинаковое эго.

В результате Жуков продолжил кровавую поступь. По пути продвижения в своей карьере он бессмысленно истреблял народ из глубинки крестьянской России. А она и без того была на треть перебита итогами коллективизации.

В то лето до Ржева оставалось дойти меньше 18 километров!

А, между прочим, как бы это кощунственно не звучало, деревню Сычёвку за весь 1942 год в лобовую Жукову так и не удалось взять!

Помните резолюцию, которую генерал армии наложил на аналитческий труд Разведуправления Генштаба РККА о франко-немецком противостоянии в 1940 году? Напомню: «Мне это не нужно». Глупая фраза Жукова, на тот момент начальника Генштаба характеризовала всю суть военачальника, всю его подноготную сущность.

А сейчас он не удосужился даже проанализировать действия немцев под Ельней. Результатом кровавого неумения генерала был круглый «ноль». Я бы сказал с оттенком предательства. Почему?

Если бы хотя бы часть завязанных в бесполезном противостоянии войска перебросили на юг, под Сталинград, можно было бы разбить группу Манштейна и, рванув к Ростову-на-Дону, тормознуть фашистов на Кавказе.

После чего неминуемо случился бы крах всего южного плацдарма гитлеровцев.

На мой взгляд, причины неудач под Ржевом, Вязьмой и Сычёвкой не были своевременно и в достаточной степени проанализированы Ставкой ВГК и Генштабом РККА. Некому там было умничать. Неграмотным революционерам, что ли?

Руководившие великой страной люди даже таблицу умножения не знали: Ворошиллов, Будёный, Мехлис… Не по уму была им задачка. Виновник драмы великий страны понимал это, как никто другой. Он тоже был такой же, как и все им притянутые за уши к управлению империей СССР. Стерпят и проглотят (о ставке ВГК читайте в произведении «Противостояние»). Все остаться в живых хотели, а вы как думали?

В результате случившаяся безнаказанность, по моему мнению, полностью развязала руки Жукову.

Генерал армии усёк, что и как надо «правильно» объяснять кремлёвскому тирану. Напыщенный властью и сам захваленный кавказец схавает любую «сказку» о любом кровопролитном «блюде».

Полководцы-семинаристы поняли друг друга с полуслова. Так и пошло-поехало у них на пару. Только держись.

Но… В начале зимы, как и летом, Сычёвка повторилась.

В ноябре-декабре того же 1942 года, в составе Калининского и Западного фронтов под командованием Жукова было собрано почти 2 000 000 солдат, 3 300 танков, более 1000 самолётов, 24 000 орудий и миномётов.

В этом наступлении всех Советских танков было больше, чем Гитлер в 1941 году ввел в СССР!

Жукову в содействие были отданы так же Северо-Западный и Брянский фронты.

Всего у генерала армии было 23 общевойсковых, 3 ударных, 1 танковая, 4 воздушных и 2 резервных армии!

Задача стояла разгромить противостоящие немецкие армии и захватить Витебск, Минск и Ригу.

В мировой истории запахло появлением нового полководца типа Македонского.

Но… Увы и ах! Перед Жуковым, как и летом, оказалась… Ха-ха! Конечно же, Сычёвка!

В результате всю операцию хвалёный Жуков провалил!

Однозначно, стало ясно.

Там, где Жуков, там позорное поражение, реки крови, пирамиды солдатских костей и тысячи единиц нашей сожжённой и изувеченной техники!

А здесь Жукову в довесок ещё надо приплюсовать убиенных и закопанных в родную землицу с января по август 1942 года.

После таких массовых, катастрофичных и обескураживающих разгромов Жукова, кто в мире будет оспаривать почётное звание специалиста по умению проиграть, просрать любое сражение!

Таковых претендентов на «почётное звание» в мировой истории ещё нет, и не было!

Повторю, что мало кто из полководцев мог нагло и с «замороженными» бесстыдными глазами раз за разом проиграть любое сражение. Любое.

Помните, в самом начале мы упомянули, что Жуков никогда не краснел, а за критику мог и в глаз накатить.

Поэтому и не краснел, что не было у него ни стыда, ни совести.

Приведу сравнительный пример с отвлекающим наступлением под Сталинградом, начавшемся 19 ноября 1942 года.

Именно здесь прославилась 62-я армия генерала В. И. Чуйкова, 13-я гвардейская стрелковая дивизия генерала А. И. Родимцева.

Умница А. М. Василевский имел «всего» 10 общевойсковых, 1 танковую и 3 воздушных армии.

А самое почётное и главное: у него в руках развевался алый стяг Победы!

Были разгромлены группа армий «Дон» Э. фон Манштейна, Группа армий «В» М. Вейхса, 6-я армия Ф. Паулюса, 4-я танковая армия Г. Гота, 4-й воздушный флот В. Фон Рихтгофена, итальянская 8-я армия И. Гарибольди, венгерская 2-я армия Г. Яни, румынская 3-я армия П. Думитреску, румынская 4-я армия К. Константинеску, хорватская 369-я армия В. Павичича.

Потери противника составили: 841 тысяча убитых и раненных, взято в плен 237 775 солдат и офицеров.

Наша сторона потеряла 643 тысячи убитыми и ранеными (официально).

Оборону самой непобедимой цитадели СССР города Ленинграда организовали Маленков, Ворошилов, Попов.

В сентябре 1941 года им в помощь, посланный Сталиным прибыл Жуков. И сразу же последовал провал. Полнейшая обструкция при обороне подступов к Ленингрду.

Как провинившийся школьник, мямлил Жуков начальнику Генштаба маршалу Б. М. Шапошникову, что на Красногвардейском УРе (укрепрайоне) уровские и гвардейские части были застаны в расплох. Неожиданно! (какую несусветную ахинею нёс Жуков!)

Противнк прорвался перелесками, обошёл части Красногвардейска (Гатчина) с фланга и тыла. Сопротивления ему никто не оказывал. Как мы уже неоднократно видели, достаточно малочисленные, но быстрые и наглые части Вермахта не ввязываясь в бой обошли УР и вышли на оперативный простор к Ленинграду.

Как так получилось, ведь именно начальник Генштаба Жуков готовил и контролировал сооружение этого стратегического Ура ещё до войны. Это же не линия Маннергейма, здесь всё значительно проще. Однако, в жизни это было далеко не так.

Выходит, облажался, генерал.

Что-то построил не так, если в считанные часы противник обошёл стратегически важный укрепрайон, ударил в спину и без встречного сопротивления двинул на Ленинград.

В результате короткого боя «3-я дивизия полностью разбежалась, 2-я дивизия разбежалась частично. А 42-я армия дралась исключительно плохо».

Прибывший в штаб обороны города Жуков, через 5 дней после назначения 28 сентября 1941 года отправил командующим армиями Ленинградского и Балтийского фронтов шифрограмму №4976 «…Все семьи сдавшихся красноармейцев и офицеров будут расстреляны, как и сами по возвращению из плена…»

Шок. Фактически, это массовые расстрелы и приказ дающий право развязать в тылу мероприятия связанные с откровенным геноцидом советских людей.

Своих генералов и солдат Георгий Константинович расстреливал беспощадно, но какие полномочия у командующего Ленинградским фронтом расстреливать солдатских жен, родителей и детей на Урале, в Сибири или Казахстане?

Сталину людоедский приказ Жукова пришлось отменять, а его самого отозвать в Москву.

Осенью 1941 года войска Вермахта в соответствии с планом «Волжское водохранилище» начали стремительное наступление под Москвой, прорыв на Можайском направлении у Истринского водохранилища.

Нашим фронтом командовал Жуков, а бывший его начальник К. К. Рокоссовский управлял войсками 16 армии. Вопреки здравому смыслу Жуков дал откровенно живодёрский приказ Рокоссовскому, который предполагал большие потери с нашей стороны при занятии оборонительных позиций.

Константин Константинович сначала пытался переубедить Жукова, затем они схлестнулись в словесной перепалке. Не видя выхода, как спасти своих людей, Рокоссовский через голову командующего фронтом обратился напрямую к начальнику Генштаба РККА Шапошникову.

Однако Жуков вопреки здравому смыслу и логике назло выпустил письменный приказ. Нарушение распоряжения своего непосредственного начальника для отсидевшего в ГУЛАГе срок Рокоссовского, его не исполнение означало одно, расстрел. Ведь он только что, летом 1941 вставил металлические зубы вместо выбитых надзирателями.

А что их общий начальник Шапошников? Чего тут не понять, струсил маршал, не пошёл против абсурдной и смертоубийственной ахинеи Жукова.

В результате, сколько было загублено жизней из-за глупого приказа Георгия Константиновича, одному богу известно.

Ещё приведу один пример.

Все помнят Художественный фильм «В бой идут одни старики». Прототипом знаменитого лётчика Маэстро был дважды Герой Советского Союза, генерал-лейтенант Виталий Попков. Вот, что он рассказывал.

«В самом начале Сталинградской битвы превосходство немцев в воздухе было подавляющим. Советские лётчики-истребители делали по 6—7 (!) боевых вылетов в день. Некоторые погибали в воздухе от недостатка внимания и концентрации. Потери были ужасающими.

Но, однажды, всех лётчиков их эскадрильи собрали и привезли в штаб к Жукову. Он посчитал, что наши лётчики неумело воюют в небе.

Генерал построил всех в шеренгу, прошёлся перед строем героически сражавшихся пилотов и заорал на них благим матом. Нецензурная брань была в основе пламенной речи беспредельщика. В конце-концов Жуков обозвал всех лётчиков трусами, предателями и пообещал расстреливать тех, кто будет плохо воевать.

Затем он приказал вывести во двор десятка полтора простых солдат, так же обвинённых в трусости. На глазах советских асов по устному приказу Жукова всех солдат без суда, в назидание расстреляли. С нравоучением и напутственной моралью впредь, чтобы летуны трепетали».

Уже после войны боевой лётчик-генерал Попков напомнил при встрече маршалу Жукову о том кровожадном расстреле. Георгий Константинович ухмыльнулся в ответ и пробормотал что-то, вроде: «Война всё спишет… и победителей не судят…»

А впоследствии, в штабе Союзнических войск у маршала вообще вышел конфуз. Вернее не у него, а в ступор впала вся американская делегация. Жуков, попивая французский коньячок вприкуску с итальянским лимончиком, видимо, расслабился и в откровениях стал учить командующего союзников Дуайта Эйзенхауэра премудростям успехов советских войск.

Эйзенхауэр потерял дар речи, когда, похохатывая, русский маршал стал рассказывать о своём методе прохождения минных противотанковых полей на переднем рубеже. «Вначале, мы отправляли на мины пехоту, а когда она подрывалась, в образовавшиеся проходы отправляли свои Т-34 и другие танки». Американец был в шоке от признаний Жукова.

Такая вот, нелицеприятная правда о жестокости маршала Жукова.

Но Жукову общественное мнение было не указ. Он летел на звон медалей, как пчела на мёд.

18 января 1943 года была прорвана блокада Ленинграда. Всё управление операцией находилось в командном пункте генерал-лейтенанта Романовского. Генералы Калашников, Мерецков, Федюнинский, Мехлис не видели там Жукова. Его там, попросту, не было.

Однако Георгий Константинович с удовольствием получил из рук главнокомандующего Сталина орден Суворова 1 степени под номером 1 и звание Маршала Советского Союза!

Среди начсостава это награждение вызвало удивление, но такие решения вождя, по объективным причинам, не обсуждают.

Так решил лично Сталин! А с «крышей», как известно не поспоришь. Проглотили и забыли. Или постарались забыть.

В военной литературе частенько «привязывают за уши» причастность маршала к Сталинградской битве. Перечислю фамилии военачальников имеющих отношение к славной виктории:

— Василевский А. М. — представитель Ставки ВГК

— Воронов Н. М. — координатор Ставки ВГК

— Ватутин — Юго-Западный фронт

— Гордов В. М. — Сталинградский фронт

— Ерёменко А. И. — Сталинградский фронт

— Тимошенко С. К. — Сталинградский фронт

— Рокоссовский К. К. — Донской фронт

— Чуйков В. И. — 62-я армия

— Шумилов М. С. — 64-я армия

— Малиновский Р. Я. — 2-я гвардейская армия

Как видите, Жукова в списке нет.

Ставший уже «свежеиспечённым» первым заместителем наркома обороны, он сбежал от «проблемного» побоища 18 ноября 1942 года, ещё задолго до Сталинградского наступления. Чтобы, опять же, не быть обосран… ым с головы до ног, как под Ровно и Луцка в 1941-м. Видимо, не верил генерал армии в победу под Сталинградом. Хотя, впоследствии, упоминал свою значимость в этой виктории.

Просто напросто в это же время он безуспешно, безысходно и бесславно губил своих воинов в направлении злосчастной для него Сычёвки и Ржева.

Были у Жукова и другие страшные ошибки:

— С января по апрель 1942 года реками крови, миллионами погибших и большим горем обернулась Ржевско-Вяземская операция

— Ему не удалось деблокировать окружённую 33 армию Западного фронта.

— Неудачными оказались две воздушно-десантные операции, проведённые в полосе Западного фронта в 1942 и 1-го Украинского фронта в 1943 годах.

— Провалом и большим кровопролитием закончилась операция «Марс» при попытке окружения 9 немецкой армии на Ржевском выступе.

— Битва под Москвой, где Жуков, вроде бы, играл первую скрипку. Официально заявляется пропагандой, что наши потери, якобы, при обороне составили 900 тысяч человек, у немцев 500 тысяч. Хотя, при таком раскладе в оборонительных боях, наших должно было быть раз в 5—10 раз меньше! Кто врёт и искажает? А может быть, это мы всё безуспешно атаковали, списывая величайшие жертвы на героическую оборону Москвы? Априори, такая пропорция существовать не может. Однако властьимущие так сказали, значит именно такая версия и пошла гулять по просторам родины.

Продолжать?..

Кровопролитная драма, устроенная Жуковым на Зееловских высотах в апреле 1945 года, уместилась в биографии маршала, как одна из самых жертвенных.

14 апреля началось грандиозная, беспрецедентная и трагическая для нас Берлинская наступательная операция.

2,5 миллиона советских военнослужащих начали последний штурм фашистского логова. Для Жукова это был звёздный час, венец его блистательной карьеры военачальника.

Г. К. Жуков, из «Воспоминания и размышления»: " Следует подчеркнуть значительную роль 1 гвардейской танковой армии, которая пройдя через Зееловские высоты, отрезала пути отхода немецкой 9 армии в Берлин. Это облегчило дальнейшую борьбу в самом городе».

Немецкий генерал Йодль, на Нюрнбергском процессе: «Для Генерального штаба было понятно, что битва за Берлин будет решаться на Одере, поэтому основная масса войск 9 армии, оборонявшая Берлин, была введена на передний край».

А надо ли было за несколько дней до победы умудриться погубить более миллиона советских жизней (В. Голота), фактически «умыться кровью»? Сколько достойных людей не встретила на крыльце своего дома великая империя СССР?

А могли бы жить, повернись всё иначе…

7 апреля 1945 года на заседании Объединённого штаба союзников Дуайт Эйзенхауэр сделал заявление: «Если после взятия Лейпцига можно будет без больших потерь взять Берлин, я готов это сделать». Для всего цивилизованного мира здесь ключевая фраза «без больших потерь». Надо знать Запад, чтобы понять эту корректную фразу.

Фактически союзники к штурму не были готовы, так как предполагались очень большие потери. Что и произошло впоследствии.

Для Эйзенхауэра «большие потери» однозначно гарантировали отставку. А советскому маршалу миллионные жертвы принесли бессмертие!

Да кто сейчас помнит в Европе о большой крови советских воинов, пролитой при штурме Берлина?

А имя Жукова навечно вошло в мировую историю.

Такие вот, дела.

Г. Е. Марченко, командир 39-й гвардейской стрелковой дивизии, входившей в состав 8-й гвардейской армии генерала Чуйкова, вспоминал, что его дивизии был придан танковый корпус. Танковый командир, уже возрастной, умный, интеллигентный человек понимал, что бронёй в лобовую атаку на противотанковые железобетонные доты немцев идти штурмовать бессмысленно.

Совместно командиры придумали создать боевые группы по 3—4 человека и перед атакой перебросить их через линию фронта. Сколько-то бетонированных дотов они по любому смогут уничтожить, а в образовавшиеся бреши предполагалось бросить весь танковый корпус. В «затылок» танк за танком. Так уже неоднократно было испытано в разных сражениях.

Как раз в ночь перед атакой и заброской боевых групп, в штабе раздался звонок.

С наблюдательного пункта армии звонил сам Жуков. Пригласив танкиста к телефону, он в истерике стал ругать его матом. Орал так, что земля с потолка землянки сыпалась. Главным мотивом боевой вздрючки звучало то, что и Марченко уже заранее был записан в предатели, изменники Родины. А если танкист-командир не выполнит поставленную задачу, то маршал застрелит его собственной рукой. Собственноручно.

Звучал главный вопрос, почему в атаку не идут танки?

Потом трубку взял Чуйков и то же самое в угрожающе-расстрельной форме повторил для Марченко.

Что делать? Не подчинение-это будет верный расстрел.

В результате вопреки здравому смыслу танки пошли на хорошо укрепленные рубежи противника. На противотанковые доты. На сплошняком установленные ежи. На мины.

Всё смешалось в огненном смерче атакующих войск. Управление и связь были отвратительными. Жуков из своего командирского лежбища никак не мог повлиять на ситуацию. На поле боя царил хаос.

Штурмовики «Ил-2» раз за разом заходили на цели, но бомбы точнёхонько падали на головы атакующих. Потери были ужасными. В результате пришлось открыть огонь из всех имеющихся зенитных орудий по своим же самолётам, чтобы отогнать от неправильно выбранных целей.

А с танками всё выглядело ещё хуже. В облаках пыли, дыма, огня они беспомощно выкатывали на прямую наводку немецких противотанковых орудий, а другие сваливались в глубоко вырытые ямы. Одна фашистская пушка могла расстрелять, не меняя позиции до советских 20—30 танков.

Вот и смотрите сами, какая это была бойня.

Все мало-мальски значимые командиры понимали, что Зееловские высоты, это не самоцель, а всего лишь участок жуковского 1-го Белорусского фронта. Может быть, и не стоило жертвовать простыми русскими людьми, а обойти позиции фашистов с юга и севера, оставив неприятеля в котле?

Ведь было известно начальству, что Берлин защищали пожарные, безусые юнцы, полицейские. И взяли город всего-то за 10 дней. А как его было не взят? Все рокадные улицы были свободны.

Разведка доносила, что в городе к обороне подготовлены лишь отдельные, стратегически важные здания. В последующем, с прямой наводки их-то и разнесли в первую очередь. В щепки и до основания.

Но зачем надо было на Зееловских высотах проливать реки солдатской кровушки? Под самый конец войны!

Вопрос остаётся без ответа.

…В 60 километрах от Берлина раннее утро было на редкость тихое и ясное. На дворе стояла цветущая весна. Голубое небо было обворожительно по своей красоте. На склонах высот зеленела трава, а кроны деревьев распустили первые зелёные листочки. Только вот идиллию и гармонию природы перечёркивал сюрреалистический штрих.

На склонах Зееловских высот стояли мертвые, горящие танки. Дым от них, ровными столбами, расширяясь кверху, поднимался в небесную высь, как будто это стояли черные деревья с большими кущами наверху.

Казалось, что весь этот склон покрыт шапкой из дымного леса.

На этом рубеже атаки ни один из 400 советских танков Марченко не прошёл за горизонт Зееловских высот.

Так же и люди. Не попрешь на дзоты, а позади заградотряды. Трупы лежали штабелями.

В историю войны вошёл рассказ одного командира батальона, штурмовавшего Зееловские высоты.

Они атаковали всего один дзот. Комбат потерял всех командиров рот, почти всех командиров взводов. Когда он поднял бойцов в последнюю атаку, из более, чем семисот человек усиленного батальона, в живых осталось менее ста.

Но тут вражеский пулемёт внезапно смолк. Ворвавшиеся в дзот красноармейцы закололи штыками второго номера пулемёта. А первый номер, как, оказалось, просто сошёл с ума. Он не выдержал зрелища наваленной перед ним кровавой горы русских трупов.

По разным подсчётам на Зееловских высотах полегло до одного миллиона советских солдат (В. Голота).

Кто её сейчас разберет, эту правду. Понятно, что амбициозный Жуков хотел быть первым на финише.

Это была победа, завоёванная за 3 дня, но которую мы потерпели.

А маршал в это время готовил новый китель для торжественного вступления в поверженный Берлин и вертел на груди очередные дырочки для наград.

Не Павел Грачев, министр обороны 90-х первым ввел танки на городские улицы Грозного. Впервые в истории на городские кварталы именно Жуков бросил в бой бронетанковые войска.

Две танковые армии, а это как ни крути почти 1500 танков и 500 САУ (самоходная артиллерийская установка) сгинули в руинах Берлина! Неэффективно и бесполезно.

Фаустпатронники их уже поджидали. А мальчишки из гитлер-югенд спокойно поджигали их пачками, по нескольку штук на улицу. Так, что мыши негде было проскочить от покорёженного металлолома.

За 22 дня боёв на Зееловских высотах, свыше 362 тысяч человек официально (1 миллион человек-В. Голота) погубил маршал Жуков, чтобы приурочить победу к 1 мая!

Как верный пес побежал докладывать товарищу Сталину.

Кажется, Жукову показалось, что крови советского народа было пролито маловато и, впоследствии уже нечем будет метить кровавые следы своих подвигов.

Мне достаточно долго пришлось рыться в архивах. Но, всё-таки, я подсчитал цифры и по итогам двух общеизвестных военных кампаний вывел ужасающую и страшную статистику Жукова.

Смотрите сами.

На всех вместе взятых фронтах 1941 году за 6 месяцев боёв, убитых и умерших от ран в госпиталях было 567 000 человек (официально). Безвозвратных потерь получается 3 098 человек в день (официально).

За 22 дня весны 1945 года в одной только Берлинской операции на Зееловских высотах Жуков убитыми положил 362 000 человек (официально).

Получается, что без умерших от ран (а это как минимум ещё раза в 2 больше) безвозвратно потеряно 16 455 (32 910) человек в день.

Здесь потери в 5,32 (10,64) раза выше, чем потери на всем театре военных действий 1941 года!

Если полученные цифры вы умножите на 10 (по количеству фронтов 1945 года) получите более-менее реальное сравнение.

В этом случае пропорция будет просто удручающей.

Потери РККА весной 1945 года в 53,2 (106,4) раза больше, чем провальным летом 1941-го года (официально)!

Если бы немцы воевали так, как «воевал» Жуков и его шеф, кавказский «гений».

Но пропаганда долдонит «диванным стратегам», то есть нам, что сам Берлин защищали всего лишь 5 немецких дивизий, а могло быть 23, если бы не операция на Одере, когда все боеспособные единицы Вермахта сгорели в «котле» и не смогли отойти на улицы города.

Благодаря этому, якобы, Берлин удалось взять с наименьшими возможными для операции такого масштаба потерями.

Ну-ну. Можно сейчас вещать всякое, оправдывая глубочайшее пренебрежение к жизни советского человека, когда отдельная судьба и пылью-то на полках истории не была.

Постарайтесь понять меня правильно.

Жуков, Сталин и многие другие генералы Красной Армии формировали свой менталитет во время и на уроках Первой мировой, а затем и гражданской войн. Миллионы тогда погибли. Миллионы.

О какой жалости можно было говорить.

Душа лидеров страны была настолько чёрствой, приученной к высочайшей жертвенности, что никакого другого выбора просто не могло существовать.

И простой солдат здесь уже ничего не мог поделать. Для достижения цели он изначально воспринимался пушечным мясом.

Без вариантов и однозначно.

Язык не поворачивается здесь винить кого-либо. Сложилось, как сложилось.

Однако, в любом случае, каким кощунственным надо было быть Сталину и его дворняжке, чтобы не понимать к какой гуманитарной катастрофе они толкают русскую нацию.

Пропаганда одно долдонит, что в последнем периоде войны мы научились воевать.

Однако, цифры говорят об обратном. «За 4 месяца 1945 года мы потеряли на полях боёв убитыми, раненными и пропавшими без вести более 3 000 000 человек.

Общие среднемесячные потери составили более 750 000 человек.

В 1941-м было меньше, примерно 740 000 человек.

Для сравнения: поляки и чехи в рядах Красной армии несли потери в 3—4 раза меньшие».

Я дважды бывал в Берлине. Стоя на Александерплац, смотрел на стеклянный купол бывшей рейхсканцелярии, размышлял. Никак не мог взять в толк, зачем надобно было погубить на небольшой транзитной площади у Бранденбургских ворот тысячи солдатских жизней? Рейхстаг-то, с 1933 года, после пожара не был восстановлен. Не работал, был весь в продуктах горения, саже, копоти и вообще был законсервирован.

Поэтому, когда солдаты расписывались на нём, белые буквы были особо чётко видны на чёрных, закопченных стенах, колоннах. А, в общем и целом он не представлял собой никакой стратегической ценности.

Можно было и не заходить в него, в сгоревший сарай этот.

Кто помнит, у нас был пример великого киномонтажа в виде «штурма Зимнего дворца», которого в жизни не было. На тот момент Зимний дворец был превращен в госпиталь, а царь находился в Царском селе. От мародеров и не больше, защищали дворец малолетние юнкера. Женский батальон внутренней охраны к тому времени уже вышел из дворца. А залп «Авроры» был пустышкой. Если, он был вообще?

Здесь же, в Берлине, было почти то-же самое.

Немцы ещё до нашего прихода сбежали из рейхсканцелярии и в реальности Рейхстаг защищали французы, батальон СС «Шарлемань».

Но для истории требовался новый кровавый штурм. Вот и получили. Только в более изощренном, реальном и кровью политом исполнении. Где режиссером был лично Жуков.

Хочешь, не хочешь, а засомневаешься тут в реальной ценности и историческом значении «маршала Победы».

Великий император Наполеон назвал Багратиона лучшим русским генералом.

Невозможно представить героя Отечественной войны 1812 года князя Петра Ивановича, втихушку перевозящего в свой особняк мебель, изъятую у поверженного противника.

С благородством и достоинством лупил в Бородино полчища французского императора Наполеона светлейший князь Голенищев-Кутузов. Не удостоил чести ободрать золото с антикварных галерей у поверженного противника Михаил Илларионович. Будучи на смертном одре в немецком городке Бунцлау не удосужился он прихватить с собою золотые колечки у немецких фрейлин.

Герой Первой мировой войны, генерал от кавалерии Алексей Алексеевич Брусилов в кошмарном, сатанинском сне не смог бы представить себя зачищающим ковры и гобелены во дворцах австро-венгерских королей.

Для всех них ниже своего офицерского достоинства было прикарманить серебряную ложку из гарнитура императора. Они не разменивали честь и достоинство русского офицера.

Всех их объединяет одно: бескорыстная, не ради наживы и денег любовь к Отчизне!

Гордые офицеры, настоящие русские генералы! Великие сыны своего Отечества!

Вот и вошли они в историю, как выдающиеся триумфаторы.

Слава и честь им на все времена!

А наш-то, маршал, что? Чем опять прославился скорняжный (до революции работал скорняком) кавалерист?

Тривиальный мародёр «маршал Победы» Жуков всех переплюнул.

Беспощадные душегубы и насильники, как правило, оказываются обыкновенными трусами, когда судьба наступает им на хвост и определяет в одиночку.

Вот и наш задекларированный народный герой и командир всех и вся при испытании золотым тельцом на поверку оказался обычным жуликоватым проходимцем. Надо же было иметь определенное искусство, чтобы вовремя стащить, приказать, чтобы стырили да припрятали понадёжнее.

А затем все приворованное имущество примостить с выгодой для себя. Для реализации награбленных ценностей ему потребовался аж целый мануфактурный магазин.

Не хило, не правда ли?

Да, да и это всё о Жукове. Забыл видимо он, что в военное время, за мародерство полагался расстрел. Но эта песня не про него. «Крыша» у маршала серьёзная была.

Всё украденное, он ласково называл трофеи. А бесценный чемоданчик с бирюльками, даже НКВДшники не могли открыть и проверить при скрытых обысках.

Их цепко держала на поводке, спрятав под подушкой маршальская жена!

Ну и ну, дела…

В адской биографии маршала-эта страница истории одна из самых ярких, характеризующих его суть. И противных. Поганых. Наружу выворачивается гнилое нутро необразованного полководца. Противно говорить и развенчивать, но нужно. Чтобы другим звёздным небожителям неповадно было незаконно обогащаться.

Приведу пример.

В 1948 году Жуков попал в немилость генералиссимусу. В рамках оперативного дела «Гордец» в 2-х томах офицеры НКВД провели официальные обыски на его квартире и даче. В заключительной части описи было сказано дословно: «…Создаётся впечатление, что дача находится не под Москвой, а в пригородах Берлина».

Я не совсем понимаю, зачем было маршалу все это барахло? Может быть, у вас другое представление о смысле жизни? На следствии же, содеянное злодеяние лично он объяснил кратким тезисом: «Бес попутал…»

Изложу вкратце результаты НКВДшной зачистки.

После войны вся страна нищенствовала, находилась в руинах и голодала. А в это время сотрудниками НКВД у Жукова обнаружено и конфисковано несметное по тем временам богатство. Перечислять все устанешь.

Вот лишь некоторые вещи из официального списка.

«На Ягодинской таможне близ Ковеля были задержаны 7 вагонов с антиквариатом, товаром и мебелью. По сопроводительным документам имущество в 85 ящиках принадлежало маршалу Жукову. Однако по приказу сверху НКВДшники не дали доехать ценному грузу до Москвы. Вещи, мебель, утварь, хрусталь были конфискованы».

На даче полководца обнаружено и изъято:

«194 предмета ценной иностранной мебели,

ещё 483 шкурки ценных пушных зверей, шевро и хрома 32 кожи,

44 ковра и гобелена,

60 ценных музейных картин,

7 ящиков с историческим хрусталём,

2 ящика старинного столового серебра,

20 инкрустированных золотом охотничьих ружей,

7 уникальных аккордеонов мировых брендов,

24 штуки швейцарских, немецких золотых часов,

15 антикварных золотых ожерелий с подвесами, золотые кольца с драгоценными камнями в ассортименте,

4000 метров ткани» и т. д. и т. п.

В загородной резиденции маршала от присутствующего барахла ступить было негде: сундуки, чемоданы, поклажа, ридикюли…

Шеф госбезопасности В. Абакумов сообщал Сталину: «Квартира и дача т. Жукова представляет собой антикварный магазин или музей ценных экспонатов…»

«Это имущество хранится в 51 сундуке и чемоданах, а так же лежит навалом.

Кроме того, во всех комнатах дачи, на окнах, этажерках, столиках и тумбочках расставлены в большом количестве бронзовые и фарфоровые вазы и статуэтки художественной работы, а так же всякого рода безделушки иностранного происхождения.

Дорогостоящих картин было так много, что 4 картины висят даже на кухне. В спальне Жукова над кровать висит огромная, во всю стену картина с изображением двух обнажённых женщин.

Есть настолько ценные полотна, что их необходимо в срочном порядке передать в государственный фонд для выставки в музеях.

Свыше двух десятков больших ковров покрывают полы почти всех комнат.

Вся обстановка, начиная от мебели, ковров, посуды, украшений и кончая занавесками на окнах-заграничная, главным образом немецкая. На даче нет ни одной вещи советского происхождения, за исключением дорожек, лежащих на улице при входе на дачу.

На полках и этажерках нет ни одной советской книги, но зато в книжных шкафах стоит большое количество книг в прекрасных переплётах с золотым тиснением, исключительно на немецком языке» (http://timesmuta.narod.ru/history/muhin0.html)/

Люди Абакумова из НКВД разрабатывали так же друга и фаворита Жукова, уполномоченного МВД в Германии генерала Серова, судя по всему, бывшего «главным поставщиком» Жукова.

У его заместителя, генерала Сиднева нашли сотни золотых изделий, 600 серебряных ложек, 178 меховых шкурок, 50 ковров, гобелены французских и фламандских мастеров 17-18-го веков, фарфор, хрусталь.

Как показал Сиднев, Серов вывозил ценности из Германии поездами, грузовиками, самолётами.

Он присвоил 30 килограммов золота!

Что из этого награбленного попало к Жукову? Ведь он всегда покрывал Серова.

Несколькими годами позже Жуков и Серов примут самое активное участие в убийстве Берии. Будет расстрелян и сам, слишком много знающий Абакумов.

С короны немецкой королевы боевой маршал ободрал сусальное золото, чтобы примостить его на стэк своей дочери в Москве. Зачем нужен был такой вандализм от цивилизованного человека? Или мы ошибаемся в определении житейского статуса?

Сотрудники СМЕРШа знали о связи Жукова с певуньей Лидией Руслановой. Та призналась об этом на допросе: «Если бы не была хорошо знакома с Жуковым, вряд ли получила орден «Отечественной Войны 1-й степени».

В голове не укладывается, что генерал мог вручить боевой орден певице. Он же был создан только для награждения за реальные боевые заслуги.

У «сладкой парочки» по этому поводу было другое мнение. Как-никак, почти 35 граммов чистого золота, серебра и красного никеля.

Как говорится, за что кровь проливали!

У обоих ни стыда, ни совести. Они же оба не умели краснеть.

Впоследствии специальным решением ЦК у гражданки Руслановой боевой орден отняли.

Но и артистка была не промах. В ответ она подарила жене маршала, Александре Диевне Зуйковой бриллиантовую брошь, когда-то принадлежавшую жене Пушкина Наталье Николаевне Гончаровой.

А у няни певуньи нашли, всё-таки, под газовой плитой в полу чемодан маршала с несметными сокровищами:

«208 бриллиантов, изумруды, сапфиры, рубины, жемчуга, изделия из платины, золота, уникальные украшения, исторические ценности…».

Знаменитую певицу Лидию Русланову повязали и сослали в лагеря. По обоим берегам Енисея песни пела красавица Московская в лагерях ГУЛАГа.

Но после смерти Сталина её выпустили.

Маршал прогнулся и с барского плеча ей вернули 100 000 рублей бюджетной компенсации. Якобы отступные за сломанную судьбу и причинённые страдания.

От имени государства Русланову одарили деньгами, по сумме равными стоимости 12-ти новеньких «Побед»!

Но не с одной певуньей во все тяжкие куролесил наш герой. Не будем на этом заострять внимание. Всё бы ничего, весь мир власть имущих пьёт-гуляет одинаково.

Наше общество в то время позиционировалось, как государство рабочих и крестьян с равными для всех возможностями.

А где вы видели у победителей «равные права своих граждан?».

Кто-то жрал баланду с лебедой и жил в послевоенных землянках, подыхая с голоду.

А кто-то закусывал французский коньячок осетринкой с лимончиком. Не стесняясь, на празднество друг-другу томно вручал приворованные у «общества равных возможностей» многокаратные бирюлики в золотой огранке.

И за что пластались, братушки?

ЦК ВКП (б) в 1948 году принял Постановление Политбюро: «Товарищ Жуков, злоупотребляя своим служебным положением, встал на путь мародёрства, занявшись присвоением и вывозом из Германии для личных нужд большого количества различных ценностей…»

Закрытый архив фонда ЦК КПСС. Совершенно секретно. Объяснительная маршала Жукова: «Я признаю серьёзной ошибкой, что много приобрёл… для своей семьи и своих родственников…»

В народе поползли слухи: «Так вот он какой „Маршал Победы“ и не герой вовсе, а зарвавшийся хапуга и мародёр. Однако поклонники, хоть как-то пытались смягчить людскую молву: " Мол, был грешок… А с кем после войны не было? Победитель, всё-таки!»

Блестяще обладая инструментами войны, Жуков пытался применять их и в мирной жизни. Однако, как ни странно это покажется, всюду терпел поражение.

После того, как его сослали командовать Одесским военным округом, он было воспрял духом.

Одесса встречала своего героя цветами.

Однако Георгий Константинович неожиданно для всех стал бороться с преступностью путём отстрела подозреваемых, нарушителей порядка и других заблудших лиц. У него всё получилось как всегда.

Без обиняков, бесцеремонно и абсолютно никого не стесняясь он умыл кровью улицы Одессы. По пути ещё и «прихватизировал» квартиры в центре города для «нужных» офицеров своего гарнизона.

Вместо «спасибо, отец родной» горожане возненавидели Маршала и прокляли.

В феврале 1954 года Хрущёв назначил непотопляемого одиозного Жукова министром обороны СССР.

Не многие тогда знали, что такое уран. И не представляли себе, какое чудовище можно из него слепить. Тем более, если считать его не просто веществом, а создать из него бомбу? Тогда технологичная материя обратится в могучее, миллионное количество энергии. На волю выйдет ослепительно яркий свет, жгущее пламя сметёт на своём пути всё живое и превратит цветущие земные организмы в пепел. Давящая и разрывающая перепонки ударная волна не то что людей, здания опрокинет. И неизвестная доселе человечеству радиация сделает из людей и животных мутантов.

А уже 14 сентября 1954 года на Тоцком полигоне в Оренбургской области, Жуков провёл чудовищный эксперимент, опять же, равного которому не было в мировой истории.

Маршал совершил самый бесчеловечный поступок по отношению к своим гражданам.

На полигоне было официально собрано 45 000 солдат и офицеров, 600 танков, 500 орудий, 600 БТРов, 320 самолётов, 6000 тягачей и автомоболей.

Все они были расположены на разном расстоянии от центра ядерного взрыва.

Плотность населения в Тоцком районе Оренбургской области на тот момент была примерно, как в европейской Германии.

Но, гражданских лиц не эвакуировали ни перед взрывом, ни после него.

…Ядерный взрыв ударил совершенно неожиданно для мирного населения.

Подобно острой косе он резанул со всего маху по живой плоти. У людей от удара кровь брызнула во все стороны.

Из глазниц вываливались глаза от внутричерепного давления, а сама человеческая голова напоминала обугленную головёшку.

Волосы вспыхивали и выгорали мгновенно, кожа от высокой температуры стягивалась, и под ней загорался человеческий жир.

Одежда не тлела, она просто исчезала вместе с пуговицами.

В результате на землю падало сгоревшее, слегка дымящееся, чёрное полено. Всего-то пару секунд тому назад называвшее себя человеком.

До самой стратосферы вспыхнули струи ярчайшего жёлтого, белого, синего и фиолетового пламени. Оно прелестно блестело и переливалось, словно золото.

Поразительно светло и красиво стало на окружающей земле. Настолько ярко, что глазам читать книжку было невозможно.

Эта вспышка была ярче самого яркого тропического солнца. Наступала новая эра.

Раскат жуткого грома ударил по живому существу и, словно топором, раскроил мир. Ударная волна в виде одеяла из пыли от горизонта до горизонта стремительно распространялась по земле. Она забиралась в уши, глаза. Рот было лучше не открывать.

А с неба на головы людей падал радиоактивный пепел.

Жить на земле стало невозможно.

Светящийся шар, слово новая звезда ещё ярче солнца стремительно поднялся в небо и раскрылся в беспечной голубой дали в виде большущего гриба. Люди увидели ярчайший, окутанный пылью светящийся столб.

Небо, вода, земля и люди на ней снова вернулись в первобытное состояние.

Человечество вступило в эпоху ядерного безумия…

В результате две трети окружающих деревень вокруг Тоцкого полигона выгорели вместе с людьми. Другие жители района бедствия сами того не зная ели радиоактивную пищу. Выкапывали печёную картошку из земли, и пили заражённую воду.

Впоследствии, в 1956 году нечто подобное было испытано Жуковым на Семипалатинском и Новоземельском полигонах!

Лично Георгий Константинович планировал, а при испытаниях самолично руководил беспрецедентными по масштабу и цинизму учениями с применением ядерного оружия.

А интриган и кукловод Хрущёв конечно знал о жестокости и цинизме маршала. Генсек прекрасно понимал, кому надо поручить совсекретное дело. Без колебаний выбор пал на человека, способного без колебаний осуществить изуверские, безжалостные и немилосердные акты против своего народа.

Для Жукова человеческая жизнь, как раз не стоила ни гроша.

Маршалу были по барабану страдания людей, которые будут переданы через поколения. Будущее русской цивилизации его тупо не интересовало. Ему было наплевать на сантименты, если он даже под Ржевом, Вязьмой и Сычёвкой загубил миллионы людей.

А здесь… Да бросьте вы свою сентиментальность показывать. О чём это вы?

Люди, искренне верившие Жукову, как всегда имели ужасную, трагичную и безысходную судьбу. Что такое коварная лучевая болезнь и её последствия знают все. Она сказывается через многие поколения.

Для присягнувших Родине военнослужащих «маршал Победы» был растиражированным кумиром. Будучи подопытными «кроликами» в этом сатанинском событии и манёвре они искренне верили, что маршал не причинит им вреда.

Туда-сюда бегали по приказу солдатики в эпицентре ядерного взрыва.

Насквозь, через всю ножку атомного гриба порхали советские асы, прошедшие горнила войны.

Впоследствии все материалы и документы об этих учениях были уничтожены из соображений совсекретности. Нет бумаги, нет прецедента. Забыли. Забили. Точка.

Однако, на мой взгляд, для министра обороны маршала Жукова, подписавшего приказ о проведении лабораторных испытаний на своих солдатах и людях при ядерном взрыве, это трактуется, как военное преступление против человечности.

Настоящий акт геноцида в отношении русских людей.

А далее…

В 1956 году маршал «потопил» в крови восстание в Будапеште.

Уже после войны реки крови мирных граждан в Венгрии. Всё, как обычно. Где Жуков, там пролилась большая кровь, и возникли городские руины.

Но зато появилась золотая, уже четвёртая звёздочка Героя на лацкане. О ней было стыдно упоминать в обществе. Даже сейчас о ней пишут, что награжден Золотой медалью в связи с юбилеем.

А не кажется ли странным или не задумываются современники, что просто на юбилей боевая награда не могла быть априори подарена?

«Летом 1957 года на вершине власти оказались двое-Хрущёв и Жуков. На троне сразу двоим места не было.

Это, как два паука в одной банке.

Или, как две крысы в железной бочке.

Или Жуков съест Хрущёва. Или Хрущёв Жукова. И высший командный состав Вооружённых сил дружно взял сторону Хрущёва». («ВИЖ» 1988 №12 с.32)

Свою позицию лидер наших коммунистов Никита Сергеевич формулировал, как всегда по житейски просто: «Власть слаще бабы!»

Жукову бы схитрить, как-то приспособиться к столичному бомонду. Но он подковёрные, аппаратные игры, хитросплетения политики не принимал и презирал. Проще говоря, не прижился и не пришёлся ко двору в Москве.

Представьте себе такую сцену.

Праздник революции. Большой театр. Жуков де-факто человек №2 в СССР мирно занял своё место в президиуме. И вот на сцену вышел человек №1, Генеральный Секретарь ЦК КПСС Н. С. Хрущёв. Весь зал в едином порыве встал и утонул в оглушительных овациях, аплодисментах. Все ликовали, но только один человек сидел за столом и молча, перелистывал программку мероприятия.

Жуков настолько пренебрегал общественным мнением, что даже не считал исполнять обязательные для подобных процедур правила приличия. Это, примерно, как в уборную сходить без туалетной бумаги. Тут уж, извините, кто такого наглеца-героя терпеть станет?

29 октября 1957 года Хрущёв благополучно спровадил Жукова с поста министра обороны СССР. В мирное время совершивший бесчеловечный акт вандализма против своего народа, маршал стал уже никому не нужен.

Но перед отставкой самодур и тиран успел ещё вволю покуражиться.

Знали генералы, знали маршалы, что Жуков болезненно самолюбив.

Знали, что он человек страшный и недалёкий.

Знали, что узурпатор и цинично жесток до неприличия.

Знали, что непомерно груб до оскорбления человеческих чувств.

Знали, что он высшей марки карьерист.

Знали, что он топтал всех на своём пути.

Знали, что в его крови тенденция к неограниченной власти и чувство личной непогрешимости.

Они понимали, что их ждёт, если Жуков возьмёт власть. Они все боялись его.

Вот вам в тему пример.

Две поездки Жукова в 1957 году. Одна, на Северный флот. Другая, на Балтику.

За десять рабочих дней Жуков лично разжаловал и выгнал из Вооружённых сил 273 офицера, генерала и адмирала.

Это по 27 человек в день!

Если даже предположить, что он работал по 10 часов в сутки без перерыва и туалета, значит, каждые 20 минут он сдирал с кого-то лампасы или погоны…

Разгром флота был начат с самого верха.

Вот что писал в ЦК КПСС бывший Адмирал флота СССР Н. Г. Кузнецов: «15 февраля 1956 года я был вызван бывшим министром обороны, и в течении 5—7 минут, в исключительно грубой форме, мне было объявлено о решении снизить меня в воинском звании и уволить из армии без права на восстановление. После этого меня никто не вызывал для формального уведомления… на квартире оставили увольнительные документы… я не был уведомлён о причинах своего наказания… с документами ознакомится не получил возможности». («Красная Звезда» 21.05.1988 г.) Меня пытались буквально раздавить. Без вызова к руководству страны, без дачи объяснений и даже без предъявления документов о моём освобождении я был отлучён от Военно-Морского флота… Я спросил Жукова на основании чего и почему это было сделано без моего вызова, он, усмехнувшись, ответил, что это совсем не обязательно». («Красная Звезда» 24.07.1999 г.)

Николай Герасимович Кузнецов ещё в 1939 году был назначен народным комиссаром Военно-морского флота. В это время Жуков был всего лишь командиром дивизии.

Но сравнивать Кузнецова и Жукова, даже неприлично.

Кузнецов был образованным человеком. Он окончил Военно-морское училище и Военно-морскую академию.

Кузнецов свободно владел английским, немецким, французским и испанскими языками.

А образование Жукова было низшее, ниже не бывает, разве что ниже плинтуса. Четыре класса школы, да кавалерийские курсы в 1929 году, где учили, как правильно саблей махать и бОшки людям отрубать.

Жуков не владел русским языком в полном объёме, литературного не знал вообще. Он свободно изъяснялся только на матерно-командирском наречии.

Жуков выгоняет из Вооружённых сил Кузнецова, который равен ему по воинскому званию.

Пусть каждый из вас представит, что скрывается под термином «в исключительно грубой форме».

Жуков выгоняет Кузнецова, сбросив в воинском звании на три ступени. Если на изгнание из Вооружённых сил Адмирала Флота Советского Союза Жуков потратил «5—7 минут», тогда наше предположение подтверждается: на решение судьбы каких-нибудь генерал-майоров и контр-адмиралов он не мог потратить больше времени».

Многие будут недовольны написанным мною о Жукове.

Но я бы попросил их найти в истории Отечественной войны битвы и победы маршала с отрицательным балансом погибших советских в воинов в сравнении с неприятелем. Как у Суворова, на 1-го русского солдата 25 человек противника.

Но не как обычно у Жукова, на 25 русских 1 фашист. Ну, хотя бы 2 к 1.

Сможете? Ну-ну. Флаг вам в руки.

Напрасно я хотел найти что-либо доброе в библиографии, хронике, автобиографии и других, приятных сердцу маршала правдивых биографических повествований. Хоть одно гуманитарное слово об актах благотворительности, помощи детям, сострадания убиенным жертвам. О проявленной толерантности. Всё бесполезно.

Может быть были у него финансовые, материальные затраты в помощь малоимущим или сиротам, учёным и инженерам?

Или дарственные в картинные галереи, различные фонды?

Была ли помощь в восстановлении культурного наследия своей Родины и других стран?

Ну, хотя бы самая малость, чего-либо созидательного в своей жизни? Например, памятник жертвам Тоцкого полигона поставить.

А вы что-либо подобное слышали, или знаете в биографии Жукова?

— Маршал И. С. Конев: « Жуков тупой, ни на что не способный салдофон и негодяй».

— Генерал Ерёменко: «Жуков, этот узурпатор и грубиян… всех топтал на своём пути… человек страшный и недалёкий».

— Против заслуг Жукова выступили маршалы: Булганин, Василевский, Ерёменко, Конев, Захаров, Голиков, Рокоссовский, Тимошенко, Бирюзов.

— Резко отрицательно о деятельности маршала высказались маршалы: Будёный, Ворошилов, Чуйков, Москаленко, Говоров, Соколовский, Гречко.

— Против Жукова выступил Адмирал Флота СССР Кузнецов.

— Маршал Ф. И. Голиков: «Жуков-это унтер Пришибеев».

— Генерал армии, Герой Советского Союза Г. И. Хегатуров: «Жуков непомерно груб, до оскорбления человеческих чувств».

— Маршал К. К. Рокоссовский: «Допускаемая им грубость переходит всякие границы».

— Маршал авиации А. А. Новиков: «Жуков исключительно властолюбивый, самовлюблённый, очень любит славу, почёт и угодничество перед ним, не может терпеть возражений».

— Генерал-лейтенант, начальник Управления контрразведки СМЕРШ А. А. Валдис: «Жуков груб и высокомерен, выпячивает свои заслуги, вывешивает на дорогах Германии плакаты «Слава маршалу Жукову».

— Маршал Малиновский: «Если Жуков, не дай бог, меня вдарит, так я сдачи дам посильнее».

Думаю, что современники согласятся, что Жуков так и не сумел попасть в когорту великих русских полководцев. У общества нет единого мнения. Одни обожают и за него горло готовы перегрызть, а другие так же рьяно ненавидят.

А может быть, вся правда о маршале находится где-то посередине?

Не суть, что вся его грудь в орденах и четыре золотые звезды. Для истории мира не важно, кто ты. Здесь важно быть искренним и верно служить своему народу.

Не получится с одной стороны якобы всем сердцем быть преданным Родине, а с другой косячить налево и направо. Требуется осознанно и совершенно неподдельно правдиво служить великой Отчизне.

Эх, Жуков, Жуков!

Ты прожил бурную, героическую жизнь, но так и не смог осознать свои ошибки.

Не удосужился поклониться простым людям, перед которыми вольно, или невольно был виновен.

Не извинился за принесённые жертвы перед многострадальными национальностями России.

Не покаялась твоя гордая головушка.

В то же время попросить прощения и покаяться мог только настоящий любимец народа, умный человек, патриот Родины.

Я убеждён, что ни тем, ни другим, ни третьим Жуков не был. Так мы и не услышали его истинного покаяния.

Но спи спокойно Великий Маршал Победы, «мясник» Жуков. Всевышний тебе Судия.

Однако смутные мысли преследуют меня. Сейчас уже точно известно, что у Абвера (военная разведка Вермахта) был свой человек в Жуковском Генштабе РККА. Каин?

Летом 1941 года после успешных наступательных действий на Восточном фронте на совещании у Гитлера был поставлен вопрос, а что делать с порабощёнными территориями СССР? И как ими управлять после победы Вермахта?

Руководитель Абвера, адмирал Канарис успокоил фюрера и предложил передать всю власть управления порабощённой страной хорошо зарекомендовавшему себя высокопоставленному агенту из Жуковского Генштаба.

Кого мог иметь в виду Канарис?

— На то время генерала-лейтенанта Н. Ф. Ватутина?

Николай Фёдорович с 26 июля 1940 года начальник Оперативного управления, с 13 февраля 1941 года 1 заместитель начальника Генштаба РККА. С 22 по 26 июня во время отсутствия Жукова возглавлял Генеральный штаб. С 30 июня 1941 года убыл на Северо-Западный фронт и возглавил штаб фронта. Генерал армии, командир 1 Украинского фронта на пути из Ровно в Славуту попал в засаду и погиб 29 февраля 1944 года. Герой Советского Союза.

— Маршала Б. М. Шапошникова?

«Голубчик» Борис Михайлович был самовыдвиженцем из царской армии и для солдат не был «отцом-командиром». Оказавшись в Красной Армии, он, как мог, пытался проявить свой незаурядный талант. С 10 мая 1937 года возглавил Генштаб РККА. А уже в июне в составе суда осудил к расстрелу красных командиров-заговорщиков-М. Н. Тухачевского, И. Э. Якира, И. П. Уборевича. По состоянию здоровья в августе 1940 года был снят с поста начальника Генштаба и назначен Замнаркома обороны СССР. С 10 июля 1941 года член ставки ВГК, но с 29 июля вновь начальник Генштаба Красной Армии. 11 мая 1942 года после разгрома Крымского фронта под Керчью и по состоянию здоровья освобождён и переведён Замнаркома обороны СССР. С июня 1943 года начальник Военной академии Генштаба. Единственный из маршалов умер во время войны 26 марта 1945 года. Диагноз-рак желудка.

— Генерал-майора А. М. Василевского?

Великолепного и редкого таланта советский военачальник. С октября 1937 по май 1940 года начальник Генштаба РККА. К началу войны замначальника Генштаба, начальник Оперативного управления. С 26 июня 1942 года начальник Генштаба, а с 15 октября Замнаркомаобороны СССР. Умница Александр Михайлович в пух и прах громил фашистских генералов и фельдмаршалов, как Ф. фон Бок, Г. Гудериан, Ф. Паулюс, Э. Манштейн, Э. Клейст, Енке, Э. фон Буш, В. фон Модель, Ф. Шернер, фон Вейхс и прочих. И других бы прикокошил советский генерал, да круче и талантливее этих у фюрера просто не было. Именно он осуществил хрестоматийную операцию по освобождению от фашистов города-крепости Кёнигсберга. Маршал Советского Союза.

— Генерала армии К. А. Мерецкова?

С августа 1940 по январь 1941-начальник Генштаба РККА, Замнаркома обороны. 23 июня 1941 года (!) был арестован и помещён в Лефортово. Подвергался ужасающим «методам воздействия» и пыткам. У него выбили все зубы, а следователь из НКВД Лев Шварцман на допросах пинал керзачами в лицо и мочился в приоткрытый рот генерала, заставляя расчёсывать обоссаные им волосы. 6 сентября 1941 года по личному распоряжению Сталина был освобождён и убыл на фронт.

— А может быть (даже страшно представить себе невероятно-возможное), начальника Генерального штаба РККА генерала армии Георгия Константиновича Жукова?

В конце тридцатых годов высокопоставленные командиры РККА в сговоре с генералами Вермахта организовали двойной заговор. Сотрудничество предусматривало взаимное доверие, откровенность. Для взрослых людей эта взаимосвязь априори являлась первым шагом к вербовке. Надо же было демонстрировать свою благосклонность и доброжелательность, стремление к взаимодействию. Например, Тухачевский продемонстрировал «друзьям» мобилизационный план СССР (!).

Цель военных оппозиционеров была чёткая и ясная-свержение режимов Сталина и Гитлера. Последнего предполагалось признать невменяемым. Это подтверждал высокопоставленный эсэсовец, руководитель военной разведки Вермахта Вальтер Шелленберг.

Заговорщики обговорили условия захвата власти и примирения сторон с Великобританией и Францией. Но англосаксам мир не был нужен. Им была нужна война.

Переворотчики недооценили уровень предательства Англии и США. Те «слили» всю информацию через третьи лица лично Сталину и Гитлеру.

В результате фюрер отправил в отставку руководителя оппозиционной «Чёрной капеллы» начальника Генштаба Вермахта Людвига фон Бока и генерала фон Фрича. Остальные заговорщики разбежались. Потом они будут неистово воевать и проливать кровь на фронтах за фюрера.

Сталин поступил гораздо циничнее, безжалостнее и убойно эффективно. Маршал Тухачевский, командармы Якир, Уборевич, Эйдман, Фельдман, Примаков другие заговорщики были обвинены в попытке переворота, захвата власти в СССР, шпионажа в пользу Германии и, как следствие, были расстреляны. Нарком обороны Ворошилов убил попутно ещё 40 тысяч человек офицерского состава РККА.

Но, как вы догадываетесь, кого-то минули репрессии и зачистка в рядах оппозиционеров.

В апреле 1945 года одно из последних интервью Гитлер дал швейцарскому журналисту Курту Шпейделю.

Кода Третий рейх разваливался, а Красная Армия уже подходила к стенам Берлина фюрер разоткровенничался. Совершенно неожиданно, вдруг, он вспомнил о своей главной ошибке. О двойном заговоре.

«Вермахт всё же предал меня. Я гибну от рук своих собственных генералов. Сталин совершил гениальный поступок, устроив чистку в Красной Армии. Он избавился почти от всех прогнивших аристократов».

Добавлю от себя, что почти от всех.

Стоит, лишь заметить, что документы по этому поводу засекречены и когда увидят свет, стоит только догадываться.

Наверное, в то же время, когда будет рассекречена экспертиза ДНК черепа Гитлера, находящегося в Москве. Ежу, ведь, понятно, что Великий фюрер, идеал национализма, образец борьбы с еврейскими «недочеловеками», символ Гитлерюгенда и других подрастающих фашистов просто не мог так плачевно закончить своё существование.

И если это так, то какого подпалёного мужика подбросили нам и мировой общественности для идентификации в 1945 году в сквере Рейсхканцелярии? Неужели вы поверили, что Адольф Алоизович при живой здоровой жене Еве Браун мог ходить по своему рабочему кабинету в яловых сапогах, дырявых носках и семейных трусах до колен под фартовыми галифе?

Я же склоняюсь больше к мысли, что если информация засекречена, значит в ней есть интересное и нечто такое…

Проще говоря, властьимущим есть что скрывать и утаивать от мировой общественности. Не все ещё готовы принять, понять нелицеприятную, обескураживающую, горькую и страшную правду.

Ну чтож, подождём. Правда, моему поколению не так уж и много осталось вековать на грешной земле…

Не предвзятая, честная и правдивая история Великой Отечественной войны ещё не написана. Однако, не надо быть мудрецом, чтобы можно было с уверенностью сказать, что в ней найдётся немало печальных, горьких и тяжёлых страниц для восприятия русскому человеку.

Но, как бы-то ни было, простому люду крайне необходимо знать правду о беспощадной войне и вершителях судеб на ней, наших полководцев.

Великая драма советского народа, это, безусловно, самый кровавый урок нашей истории и мы должны знать его и помнить.

И только в этом случае суровая правда ещё выше поднимет знамя нашей общей Великой Победы.

……………………………….

Шоссе, идущее на Берлин, очистили от армады идущих пехотных частей, техники, которая нескончаемым потокам шла в Берлин, чтобы закончить последнюю схватку с фашизмом.

Машины, танки, повозки, орудия встали на обочине. В кюветах стояли брошенные обгоревшие автомашины, орудия, разбитые повозки, а рядом с ними валялись убитые лошади.

В сопровождении грузовиков охраны, вооружённых мотоциклистов по асфальту ехал виллис маршала Жукова. И вдруг, его подрезала полуторка со снарядами.

Русскому Ивану сказали, как можно быстрее доставить на позицию боеприпасы.

Маршал остановил свой внедорожник и скомандовал

— Твою мать! Догнать! Остановить! Привести сюда! -через минуту, дрожащий Иван предстал перед грозным маршалом. Белобрысый деревенский мальчишонка в чёрном, драном комбинезоне танкиста и пехотной пилотке с красной звёздочкой, — права! — маршал лично взял документ, порвал его в клочья и рявкнул охране, — избить, обоссать и бросить в канаву!

Свита, в свою очередь, «сжалилась». Отвела шофёра, простого деревенского Ивана в сторону. А перепуганный начальник охраны тихонько шепнул ему

— Давай, двигай скорее отседова. Только не попадайся маршалу на глаза больше!

Ближе к ночи, уже в сумерках военный патруль обратил внимание на одиноко стоящую у обочины полуторку с полной загрузкой артиллерийского боекомлекта. Дверца кабины со стороны водителя была открыта нараспашку.

В кустах неподалёку, лицом вверх лежал белобрысый мальчишонка в чёрном драном комбинезоне танкиста. Его пехотная пилотка с красной звёздочкой валялась по соседству на обожжённой взрывами совершенно чужой для него германской земле. Никаких документов при солдате не нашли.

Только из его звёздочки на лбу, из небольшой дырочки прямо на закрытые глаза стекала засыхающая, алая струйка. Два маленьких колодчика крови уже сворачивались, изменяя лицо до неузнаваемости.

Но всё равно, опознавать солдата было некому. И сентиментальничать никто не собирался. Других дел у комендантской роты было по горло.

Штрафники быстро выполнили свою работу. Могилку вырыли неглубокую, пинком сбросили туда тело убиенного. Сплюнули. И закопали ямку. Всё, как обычно. К вечернему ужину старшина обещал по двести пятьдесят фронтовых за победу. Пора было поспешать.

А в сравнении с грудами искорёженного металла на обочине шоссе холмик был маленьким и незаметным.

Воочию, как-то даже не вязалось сравнение горстки неухоженного могильного клочка земли на исковерканной войной подлунной тверди, юдоли скорби с грандиозным, неподражаемым, фантастическим праздником, который устроил всему миру великий полководец всех времён и народов Великий Маршал Победы Жуков. «Мясник» Жуков.

2.

Перед началом войны в РККА имелось более 25 000 танков. Для понимания консолидированной цифры и, чтобы вы не впали в ступор, поясню, что это всё равно больше, чем во всех армиях мира вместе взятых.

В невероятно сказочное число входили старые танкетки Т-27, которые представляли собой раритетные образцы для учебного боя. Для реального боестолкновения, они не годились. Тем не менее, именно они в первую очередь и были сожжены, раскурочены в первые же дни войны. Лёгкие танки Т-26, Т-28, БТ разных серий выпуска тоже можно было легко поджечь из немецкой противотанковой пушки 37 мм. Этих пушек в передовых частях противника было, как грязи. Поэтому, повальное количество наших танков были уничтожены противником в первые же месяцы войны.

Сложнее агрессору было с лучшими танками того времени: БТ новых модификаций, БТ-5, новенькими Т-34, КВ-1.

Однако, согласно официальным данным в ходе оборонительной операции в Прибалтике с 22 июня по 9 июля 1941 года было потеряно 2 523 танка, в ходе оборонительной операции в Белоруссии за тот же период было уничтожено 4 799 танков. Всего, таким образом, за первые 2—2,5 недели войны оказались потерянными безвозвратно 11 703 боевых машины (официально).

По всему получается, что катастрофа первого периода войны произошла никак не из-за плохой броневой защиты передовых рубежей СССР. Всему виной был всеобъемлющий беспорядок, хаос, отсутствие по настоящему умных и грамотных командиров для организации противостояния. Вследствие колоссальных ошибок Жуковского Генштаба РККА было потеряно колоссальное количество танков.

Главной и основной причиной поражения в начальный период войны было отставание Красной армии в мобилизации и развёртывании на первой линии обороны. Специалисты сходятся во мнении, что именно эта причина послужила провальному началу войны.

90% армии того времени составляла пехота. Остальные рода войск должны были составить гармоничное дополнение к единому целому РККА. Однако, упреждение в мобилизации и развёртывании войск откровенно желало лучшего.

Красная армия располагалась в трёх разорванных между собою оборонительных рубежах.

Первый эшелон-пограничные и приграничные войска.

Второй-глубинные военные округа.

Третьей реальной силой рассматривалась поддержка, которая ещё не прибыла на передовые рубежи, но подтягивалась из западной Сибири, из-за Забайкалья и Северо-Кавказского военного округа.

Между эшелонами существовал в лучшем случае территориальный разрыв от 100 до 300 километров.

Таким образом, Генштаб под руководством Жукова в первые дни войны не смог организовать высокоэффективную оборону.

Резервный, глубинный рубеж воспринимал войну на передовых рубежах, как нечто далёкое. Нереальное. Канонада и всё. А может быть, это небеса грохотали, Зевс со своей грозой да сверкающими молниями распоясался? А что до помощи то, как её было оказать за столько вёрст разрыва.

Не эта ли причина стояла у тотального разгрома Красной армии в начальный период войны? Почему первая линия обороны, сдерживая героическими усилиями натиск Вермахта, оказалась без подкреплений? Не предательство ли в Генштабе РККА имело место быть? Для понимания сложившейся ситуации в тот момент и эту версию рассмотрим в следующей главе нашего повествования.

Военная разведка противника прекрасно подготовилась и нашпиговала необходимой информацией свои передовые части. Поэтому противник наши округа бил и громил поочерёдно. Потому, как у них были фантастически сильные первые эшелоны и крайне слабые последующие.

Внимание!

На втором рубеже атак у наступающего противника войск было на Западном и Прибалтийском направлениях в 3 раза меньше.

На Центральном и Северном в 7 раз.

На Южном в 6 раз и так далее.

Эх, если бы Жуков у Луцка, Дубно и Ровно одержал свою победу, а Тимошенко у Сенно и Лепеля отличился со своей викторией? По всему получается, что уже в августе генералы Красной армии могли накрывать столы для того, чтобы отпраздновать победу в поверженном Берлине. Но не случилось.

Или не дали осуществиться великому русскому блицкригу?

Что, Суворова в наших рядах не было или предатель в Жуковском генштабе помешал?

Ведь именно начальник военной разведки Третьего рейха адмирал Канарис рекомедовал Гитлеру поставить своего высокопоставленного агента управляющим оказавшихся в оккупации русских земель. Русским новоявленным царём.

Ну да ладно. Что там о высоких материях. Поговорим о проблемах, существовавших на поле боя.

Для подавления и уничтожения советских танков, имеющих на театре военных действий колоссальное преимущество у противника имелись скорострельные противотанковые пушки 37 мм.

На пехотную дивизию Вермахта их полагалось целых 74 штуки.

Именно эти «дверные молотки» располагали на передовом рубеже, для встречи с русской броневой силой. Удивительно сейчас, но именно эти пушчонки составляли главную оборонительную силу оккупантов при наступлении танков Красной армии.

Не верится, но подбить они могли, практически любой советский танк. Надо было просто правильно выбрать место на броне для наиболее эффективного поражения.

Небольшие бронебойные подкалиберные снарядики диаметром 37 и длиной 90 мм имели в своём чреве небольшое количество взрывчатки. Когда они с лёгкостью пробивали броню, само-собой получалось, что следовал взрыв, от которого внутри танка начинался пожар, следовала детонация боекомплекта. При таком раскладе экипажу, как уж, повезёт в живых остаться.

Для сравнения скажу, что наше советская противотанковая пушка 45 мм была сделана по образцу немецкой, только у неё был увеличен калибр. Проблема заключалась в том, что на вооружении отсутствовал сверхпробивной противотанковый боезаряд с вольфрамовым сердечником.

В результате, в противотанковых боестолкновениях она не сыграла во время войны достаточно серьёзной роли. Хотя перед войной их насчитывалось в РККА до 14 000 штук. И не смотря на такое громадное количество, они полностью отсутствовали в механизированных соединениях.

Наша оборона не нашла достойного противоядия в отношении убийц советской брони «дверных молотков». Так и промучились всю войну с проблемой, сжигая пачками на поле боя бронированные монстры.

Предполагалось, что пушки 37 мм необходимо было уничтожать артиллерией. Всё бы хорошо и, казалось бы, командирами принято правильное решение. Но вы же знаете русское авось, небось и, как повезёт.

Вот и получалось, что лошадей в упряжи поубивало от налёта «Юнкерсов», либо не было тягачей, либо они были, но до смешного мало. Но, это ещё что! Когда пушки оказывались на огневой позиции, вдруг, выяснялось, что на каждый ствол имелось всего по 3—5 снарядов. И что прикажите делать в такой ситуации, ведь приказа никто не отменял?

Вот и получалось, что свора советских танков поочерёдно и безуспешно контратаковала позиции агрессора. Раз за разом шли в атаку обречённые броневые чудовища Красной армии.

Но это только на первый взгляд они были страшными. Для немцев они были потенциальными бензиновыми зажигалками. Поджигай, «не хочу» сколько сможешь.

Исторический факт, что одна немецкая пушка могла «приголубить» в течение одного боя 10-15-25-30 танков РККА.

Многие говорят, что это не касалось новейших и неуязвимых Т-34 и КВ 1941 года. Однако, скажу вам, что это скорее всего миф, чем правда.

Немцы основательно подготовились к своему «блицкригу». В их распоряжении имелось супероружие или «Вундерваффе» на их изъяснении.

Это были, в том числе, подкалиберные снаряды.

Снаружи у них был обтекатель из твёрдой пластмассы, по другому небольшой баллистический наконечник. Внутри металлического корпуса-поддона катушечной формы находился бронебойный вольфрамовый наконечник «хардкёрн» (вольфрам имелся в изобилии из Африки и Португалии), а в хвостовой части располагался небольшой трассер.

Попадая в броню, катушечный корпус сминался, а снарядик своим относительно небольшим твёрдосплавным сердечником с лёгкостью пробивал броню.

Эффект получался, как у разрывной пули стрелкового оружия, где как известно, что входное отверстие в голове человека 7,62 мм, а выходное 80 мм. И здесь было тоже нечто подобное.

Входное отверстие в броню наблюдалось 37 мм, а на выходе все 150 мм с тучей раскалённых осколков и шныряющей в замкнутом пространстве раскалённой болванкой.

После колоссальной силы обжатия она сама разваливалась на расплавленные брызги.

Поджигалось всё, что было горючим внутри танка.

В первую очередь, это путепроводы гидравлики, горючее двигателя, боекомплект.

Внутри танка полыхала доменная печь.

Выгорало всё.

А под конец от взрыва ещё следовал фейерверк с отрывом башни от основного корпуса. Эти моменты вы могли воочию наблюдать на архивных фотоснимках.

Со снарядом от другой немецкой противотанковой пушки 50 мм PzGr40 происходило то же самое.

В войска Вермахта была отправлена инструкция с техническими характеристиками поражающей силы «дверного молотка», относительно брони противостоящего танка и расстояния до него.

На схемах убедительно показывалось, что пушка 50 мм ПАК-38 была даже гораздо эффективнее зенитного орудия 88 мм, которое позднее было установлено на супертанке Т-6, «Тигр».

В телеграмме Группе армий «Центр» от 24 июня 1941 года штаб ГА (Группа армий) «Север» сообщал: «Тяжёлый русский танк КВ пробивается снарядом противотанковой пушки калибра 5 см. Уязвимое место под стволом орудия».

Имелось ввиду то, что броня, танка, защищавшая противооткатное устройство пушки была крайне слаба.

Для того, чтобы определить наиболее уязвимое место немцам потребовалось всего лишь 3 дня с начала войны.

В телеграмме инспектората подвижных войск (Schnelle Truppen) от 30 июня 1941 года говорилось о борьбе с «50-тонными русскими танками» (КВ-1).

«50 мм ПАК-38 способна поразить тяжёлый танк КВ с 400 м, 50 мм танковая пушка KWK/L42 „окурок“ с 200 м, 47 мм чешская пушка с 200 м, 88 мм зенитка с 1000 м».

Теперь о танках Т-34.

Одно из самых слабых мест этой новинки советского танкопрома было расположено, как это ни странно, на самом видном и неприлично переднем месте. На наклонном лобовом листе.

Эта укосина была хороша только для того, чтобы снаряд мог срикошетить. Однако, именно в нём располагался эвакуационный люк. Он вминался в голову механика водителя от попадания даже 37 мм снаряда. Что уж тут говорить о более мощных калибрах.

После начала боевых действий конструкторы эту проблему быстро заметили и попытались устранить, либо до крайности её нивелировать.

Тем не менее, эта проблема у Т-34 просуществовала до конца его жизни массового производства.

Ещё хуже, обстояло дело, когда снаряд от рикошета по лобовому листу попадал в основание башни. Её без вариантов заклинивало.

Ко всему прочему вся боковая броня легко пробивалась, баки загорались, траки с ленивцами лопались. Экземпляр массового производства априори не мог быть гарантировано безопасным танком. И на этом скажите спасибо, что к началу войны подготовили боевую машину.

Стоить заметить, что абсолютно все танки осваивались в частях с трудом и большим скрипом. Подготовка кадров не успевала за поставкой военной техники в войска. Но всё равно, обученные до войны люди в профессиональном отношении были куда более подготовлены, нежели «пушечное мясо» середины войны.

Упомянем здесь эпизоды танковых сражений Красной армии в 1941 году, которые вошли в учебники мировой истории.

Прибалтика: Алитус, Расейняй, Остров.

Белоруссия: Гродно, Зельвянка, Сенно-Лепель.

Украина: Радзехов, Войница (Александровка), Львовский выступ, Дубно-Броды-Луцк, Бердичев, Умань.

В Прибалтике самые жестокие бои с применением танков случились у Рассеняя. Здесь, против одной советской танковой дивизии, оснащённой тяжёлыми танками КВ-1 и КВ-2 в количестве 50 единиц, принимали участие 1 и 6 танковые, а так же пехотная дивизия немцев.

Почему-то случилось так, что преимущество врага по технике было 4-х кратным. И куда смотрел перед войной Генштаб РККА?

По всему выходило, что где-то от танков был сверх переизбыток, а где-то, как бы специально оставлены бреши в передовой линии для удачного наступления противника.

Впоследствии, именно с этого направления возникнет главная угроза Ленинграду. Опять же, что это было, предательство из Генштаба?

На Белоруссию обрушился главный стратегический удар немцев. 4-я полевая армия насчитывала более 400 000 человек.

Если эту количественную составляющую нападающего противника сравнивать с чем-либо, то она превосходила весь Западный особый военный округ. Плюс вся группировка противника была разбита на несколько эшелонов, чего в советских войсках отродясь не бывало.

Против сверхграмотного построения фашистов наши захваленные перед войной командиры противоядия так и не смогли найти.

А дальше случилось совершенно для нас неожидаемое, чудовищное по своей драматичности головотяпство. Нами же самими была созданна рукотворная катастрофа. Апокалипсис.

До неприличия просто сходящимися ударами противник окружил части Западного округа в 2-х мощных котлах: Белостокском и Новогрудском. Сюда же попали ещё части армии оборонявшей Минск.

Таким образом, основная масса войск Красной армии здесь и была уничтожена.

А случилось это потому, что руководством Западного округа было принято ошибочное решение штурмовать Гродно.

У меня естественно возникает вопрос, что не Павлов всему виною. Чёткий, ясный и безаппеляционный приказ он получил из Москвы, из Генштаба РККА. Но почему-то именно его и его штаб расстреляли под скорую руку. Чтобы не болтал лишнего и чтобы замести следы?

Но именно сюда, под Гродно 24—25 июня бросили на штурмовку конно-механизированную группировку Болдина совместно с 6-м механизированным корпусом.

Это было ошибочное и бездарное решение. Преступное по своей сути. Предательское. Потому как априори, это было второстепенное, не судьбоносное направление.

Красными командирами была совершена очевидная роковая ошибка. Гигантской силы раздолбайство. В это время Вермахт прилагал все усилия для осуществлении своего «блицкрига» в направлении Минска.

Сам собою напрашивается вопрос: «Что ж вы наделали, товарищи командиры? Мы вам доверили Родину защищать, а вы даже разведку толковую не сумели организовать? Это же ваша родная земля, где вы обязаны были знать каждый кустик, каждую лощинку, каждый ручеёк».

Как я уже говорил, что жертвенники были известны заранее. Впоследствии всё руководство Западным округом, включая генерала Павлова, были расстреляны.

Однако, 28—30 июня части Красной армии сделали попытку вырваться из котла под Гродно у городка Зельва, через речку Зельвянку.

Из Москвы от начальника Генштаба РККА Жукова поступил приказ и Павлов отправил оставшуюся танковую группу на помощь Минску (?).

Из донесения немецкого штаба Группы армий «Центр»: «Использование 55-тонных танков КВ и продвижение их друг за другом в 8—10 рядов показывает, что противник через Слоним намерен выйти из окружения по наилучшим дорогам в направлении на юго-восток».

Вы можете представить себе, пусть даже в кошмарном сне группировку танков по 10 единиц в ряд, по 50 тонн каждый?

Это что, от безысходности, глупости, тупости командиров?

Или командиры заранее определили смертников?

Что это было и с какой целью сделано, для чего?

Танк не кавалерия, чтобы галопом по 10 жеребцов в ряд скакать по пересечённой местности.

Результат был очевиден и закономерен.

Прорыв, броневая атака была без шансов.

В действительности же получилось так, что и другая часть отступающих передвигалась по лесам, вдоль путепроводов.

Большое, основное количество танков израсходовала запасы горючего и, не имея подкрепления мёртвыми памятниками замерла по обочинам дорог.

В небольшой городишко Слоним, что в нескольких десятках километров от Зельвы, ворвались только 3 советских танка (!).

Правда, и они учудили. Не смогли стать в одиночестве героями. Тяжёлый КВ-1 застрял при форсировании через речку, а 2 боевых Т-34 были легко уничтожены фашистами вместе с танкистами прямо на улицах населённого пункта.

В свою очередь, Гудериан развернул 2 дивизии на сдерживание прорывающихся из окружения частей. В результате, вся лавина обречённых советских танков была уничтожена.

Спасшаяся часть людей ушла через Припятьские леса к удаляющейся линии фронта.

Кто-то смог спастись и вышел из окружения живым, но это были единицы.

Кого-то пленили, это была большая часть личного состава.

А кого-то закопали в лесах белорусской пущи.

Единственное добавлю, что противник ни на секунду не сбавлял темпа хода частей Вермахта в основном направлении, на Минск. В этих боях принимали участие только специально выделенные подразделения для отвлекающего боестолкновения.

Такой общевойсковой манёвр, на ходу выдумать и осуществить просто невозможно. Нереально.

По всему выходит, что приказ Павлову толкнуть группировку на Гродно был умышленным. Косвенно, это подтверждается тем, что немцы были готовы к такому развитию событий. У них никаких колебаний по этому поводу не было. Вермахт и Абвер (военная разведка) поработали на славу. И здесь надо отдать им должное. Гитлер вчистую переиграл Сталина. Или агент Абвера из Генштаба РККА помог?

Ещё большая трагедия постигла Красную армию при организации контрудара в районе Сенно-Лепель.

На тот момент командовал войсками Западного фронта накануне направленный на передовую бывший нарком обороны Тимошенко.

Суть операции заключалась в том, чтобы силами 5-го и 7-го мехкорпусов необходимо было ударить в тыл наступавших на Витебск немцев и заставить их остановиться.

Однако, опять произошло обратное и нечто странное. Немцы сдержали вялый удар РККА и сами зашли в тыл советской группировке, при этом окружив её полностью.

В июле при попытке выйти из окружения был пленён командир гаубичной батареи 7-го механизированного корпуса Яков Джугашвили. Старший сын вождя всех народов Сталина. Впоследствии Иосиф Виссарионович откажется выменять его на немецкого генерала и судьба Якова в дальнейшем будет неизвестна.

На Украине всё вершилось немного иначе.

Здесь немцы не обладали количественным и качественным превосходством. У них была одна танковая группа против огромного количества бронетехники Красной армии, в том числе новейших танков Т-34 и КВ.

Против танков Клейста имевшего 800 танков было брошено почти 4000 машин. Однако у немцев на передовой сложилось численное превосходство.

На переднем рубеже атаки немцы расположили более 150 000 человек, а в резервах находилось, только представьте себе, в 6—7 раз меньше. Это примерно 20—25 000 человек или 1,5 дивизии!

Фактически, противник наступал в одну линию и, по всему, получается, взял наших оборонцев, как говорят в народе «на понта». Или немцы знали заранее о нашем отступлении?

Первый танковый бой случился здесь 22 июня у небольшого городка Радзехов.

Сюда для разведки выдвинулись передовые части 2-х советских мехкорпусов. В свою очередь им навстречу двигалась часть группировки 11-й немецкой танковой дивизии. Другая, не отвлекаясь от поставленной задачи, продолжила крестовый поход для завоевания новых территорий Советского Союза.

Из немецкого донесения: «Танковое сражение у Радзехова в общем завершилось к 12.30. Противник достоверно потерял 33 из 50—60 своих танков, в том числе сверхтяжёлых. Собственные потери значительны: 7 танков потеряны безвозвратно, убиты 3 офицера и 10 нижних чинов, ранено 50 нижних чинов (в том числе в подразделениях, подчинённых танковому полку). Погиб командир 5-й зенитной батареи «Генерал Геринг».

Что здесь случилось? Как всегда, для борьбы с танками немцы кроме своих противотанковых пушек широко использовали свои 88 мм зенитные установки.

Особенностью боя было то, что противником, как никогда, хорошо использовался рельеф местности. Когда атаковавшие советские танки переваливали холм и обзор их видимости у подножия резко сокращался, в дело вступали расположенные у основания горы зенитки и танки Т-3. В этом случае, вариантов на спасение не было. Отсюда такая пропорция жертвенности. Опять и, как всегда, были виноваты командиры?

Следующее танковое боестолкновение случилось 24 июня под Войницей, Александровкой.

Здесь «поле смерти» сплошь было усеяно подбитыми советскими танками Т-26. По словам штабистов 14-й немецкой танковой дивизии потери красных составили: «158 танков, 40 противотанковых пушек, 8 артиллерийских батарей».

Трагично закончилась судьба батальона радиоуправляемых «телетанков» Т-26, которые входили в состав 19-го мехкорпуса. Они управлялись по радио и были без экипажей. Впоследствии, большая часть из них, сгорела.

В дальнейшем немцы рассредоточились и щёлкали советские танки, как орехи. Известен случай, когда только за один бой было потеряно 9 тяжелых, сверхновых КВ-1 15-го мехкорпуса, которые выдвигались против 297 и 9 панцердивизий.

Лёгкие танки здесь, тем более, не имели никаких шансов на перспективу. Под Лопатиным почти 200 машин выдвигались единовременно и, как всегда, безуспешно.

А дальше, больше и хуже. Вот что говорят об этом ветераны. На то время член Военного совета 8-го мехкорпуса Николай Кириллович Поппель (впоследствии член ВС 1-й гвардейской танковой армии, которая штурмовала Берлин), Архипов.

26 июня в географически небольшом районе, треугольничке ограниченном населёнными пунктами Броды-Дубно-Луцк войска Красной армии попытались силами 8 (через Броды), 19 (через Дубно) мехкорпусов худо-бедно ударить во фланги наступающему противнику.

В районе Берестечко у нас даже существовал шанс захватить в плен всё фашистское руководство 57-й панцердивизии.

Но, не случилось.

В результате немцы удержали это наступление и в соответствии со своей тактикой не задерживались в своём продвижении вглубь советской территории ни на секунду. Одни части Вермахта сдерживали удар, а другая армада спокойненько вгрызалась в глубины исконно русской земли.

На следующий день 27 июня случилась абсурдная и вообще-то криминальная история.

Генерал Пуркаев дал правильный приказ 8-му мехкорпусу отойти от Берестечко на Броды и перегруппироваться.

Однако, прибывший на место сражения начальник Генштаба РККА Георгий Константинович Жуков отменил этот приказ и двинул 8-й мехкорпус по чистой и свободной от основных сил неприятеля панцеррокаде на Дубно. Аккурат между 57-й и 16-й немецкими панцердивизиями.

И что вы думаете? Не встречая на своём пути никакого сопротивления части Красной армии лихо, вплотную подошли к Дубно. Но войти в город им помешали (предупреждённые?) подготовленные части Вермахта в составе 111-й панцердивизии.

А за спиной беспрепятственно наступающих воинов захлопнулась мышеловка. Мехкорпус в полном составе под Дубно и под Сасово был окружён.

Два котла сопротивления сражались отважно. Но силы были неравны, а предательство было очевидным и достигло своей роковой цели. Все части были разбиты, личный состав пленён. Остатки разбежались и почти месяц по лесам пробирались до линии фронта.

Опять предательство Жуковского Генштаба?

Возле Язув Стары «Много раз возникала ситуация, когда экипаж советского танка не видел удачно установленное на позиции орудие, вплоть до дистанции 10 метров»

Немцы отмечали на львовском направлении умелые и храбрые действия 4-го механизированного корпуса генерала Андрея Андреевича Власова: «На угрожаемых участках противник немедленно ставит заплатки небольшими моторизованными группами».

В журнале боевых действий 17-й армии констатировалось: «Командование противника, судя по принимаемым мерам, вполне адекватно ситуации». Однако сражавшиеся без поддержки пехоты советские танки были изначально обречены. И не важно, в какой город на встречном ударе врывались танки РККА: Могиров, Немиров, Жовкву.

Документы позволяют сделать выводы, что танки либо погибали в бою, либо были оставленными вследствие технической неисправности и не имели возможности быть восстановленными в мастерских, либо попросту были брошенными без горючего на дорогах.

Танкисты умудрялись даже доставлять их до железнодорожных платформ. Но впоследствии они всё равно были брошены на железных дорогах вследствие хаоса, либо были разбомблены «Юнкерсами».

Если сравнивать наши потери в танках в 1941 году в пропорциональном отношении с противником в 1943 году, у немцев было почти то-же самое.

Смотрите сами. После провала немецкой операции «Цитадель» и, как раз перед советским наступлением на Курской дуге состояние сверхновых «Пантер» на 20 июля 1943 года оценивалось следующим образом.

Здесь только 25% от численного состава боевых машин оставались на ходу и были боеспособны. 25% было потеряно безвозвратно. А 50% находилось в ремонте. Эти сверхсовременные танки немцы так и не успели восстановить. В результате брошенными, либо умышленно взорванными оказалось 75 САУ (самоходная артиллерийская установка), «Пантер». А это, как ни крути почти 2 панцердивизии.

Если проводить аналогии и производить какие-либо расчёты, то приходится делать вывод, что все поражения у любого противника в сравнении выглядят абсолютно одинаково.

Гудериан в докладе фюреру 27 марта 1944 года писал: «Под Уманью, около 300 танков попало в руки противника. Группа армий „Юг“ со всей ответственностью докладывает: ремонт оставшихся в Умани повреждённых танков был абсолютно невозможен вследствие недостатка запасных частей». При отступлении на станции Потаж были брошены на платформах танки Т-6 «Тигр» в количестве 21 единицы.

Со своей стороны только замечу, что ситуация на фронте стала сравнительно равной только к середине войны. Это как раз к тому моменту, когда перестали действовать подарочные бонусы Генштаба РККА первого периода войны. Или у вас иное мнение? Ну-ну…

Помимо основных факторов, влиявших на успехи одних и неудачи других, были так же второстепенные. Тем не менее они так же оказывали воздействие на ход боевых действий, усугубляя и без того тяжёлую ситуацию.

Проблема заключалась в том, что в Красной армии не было тракторов и тягачей, которые могли бы по скорости соперничать с танками. И это было ой, как остро необходимо. Противотанковые пушки были, чуть ли не основной составляющей противотанкового боя в начале войны. А, как и чем их было перемещать?

Вот что докладывал на совещании в декабре 1940 года командир 4-го мехкорпуса М. И. Потапов: «Наша артиллерия, которая входит в состав механизированного корпуса, имеет такой трактор-СТЗ-5, который не успевает в своём продвижении за танковыми частями, поэтому требуемого взаимодействия мы не получаем. Этот трактор необходимо снять с вооружения механизированного корпуса и заменить его более мощным и вездеходным». Поясню читателям, что всю войну «головастик» СТЗ-5 был всегда мечтой командира стрелкового соединения и головная боль танковых командиров.

В свою очередь немцы, ещё с 30-х годов производили мощные и маневренные полугусеничные тягачи. Командир 11-й танковой дивизии генерал Крювель оценил их, как «ценнейшие». Они могли легко прихватить на буксир тяжёлую 150 мм гаубицу SdKfz8, да ещё весь артиллерийский расчёт с обслугой до 12 человек и двигаться вслед за своими танками. Они же виртуозно с разворота устанавливали на позицию любое орудие, которое было готово немедленно вступить в бой.

Если подводить итоги сказанному, то отчётливо высвечиваются причины поражения летом 1941 года.

Первое, это отсутствие упреждения в мобилизации и развёртывания войск.

Второе, это отсутствие полноценных и манёвренных мехсоединений.

Третье, это существовавшие проблемы с выучкой войск и подготовкой новых и новых кадров так необходимых для фронта, нехватка командирского состава и подавляющее отсутствие инициативы на местах.

Четвёртое, а, может быть, и определяющее: отсутствие непроблемной техники. Танки Т-34 и КВ были далеко не лучшего качества. Будучи ещё «сырыми» они сходу попали в бой и в нечеловеческие условия эксплуатации.

Пятое, и наиболее обескураживающее. Возможное наличие предательства в Жуковском Генштаве РККА (документы засекречены даже спустя 76 (!) лет).

Фактически, танки стали живым щитом пехоты. Как следствие действия железного щита Красной армии является тот факт, что страна смогла выдержать в мясорубке войны и выиграть.

3.

Мой дядя Краснопёров Михаил Алексеевич (03.11.23—01.02.13), родной брат моей мамы, полковник запаса прошёл всю Великую Отечественную войну и участвовал в разгроме японской Квантунской армии.

В то время очень многие хотели летать, но не всех брали в лётные училища по состоянию здоровья. А у молодого Михаила самочувствие было отменным, друзьям на зависть. Поэтому, когда он в 1940 году поступил в аэроклуб, что в городе Сарапуле, все деревенские земляки из Афонино-Бобровки просто обзавидовались. Однако его мама (моя бабушка), Ефимья Гавриловна Краснопёрова (Кирьянова) категорически возражала

— Если с трактором что случится, то механизатор по родной земле дорогу всегда до дому найдёт. А если у самолёта поломка в небе произойдёт, опереться на родную земельку уже не получится.

Друзья, как один, были категоричны

— Дурак, Мишка. Девки любят лётчиков! В то же время земли, города новые увидишь!

Но Михаил очень любил свою маму и беспрекословно выполнял её советы.

Однако, грянула война. В 1942 году по весне в Сарапул приехал «хозяин» из танковой части. Местный военный Комиссариат начал набор 18-ти летних юношей в бронетанковые войска. Михаил, вместе с призывниками прямым ходом отправился в Челябинск, на тракторный завод. Уже здесь, сформированные в экипажи, они самостоятельно получили новенькие Т-34.

Далее всё разворачивалось стремительно. На фронте танкистов, без всякого длительного обучения, сразу бросили в бой, в самое пекло войны.

«…Сражение был ожесточённым. Возможности оглядеть местность и выбрать правильную позицию, просто не было. Танки, что справа или слева горели чёрными факелами. Мой водитель резко взял на взгорок и наш танк заглох. А навстречу нашей машине неспешно выкатывался фашистский Т-6, «Тигр». Подумалось, что это последнее моё видение. «Хана» дело, гибель верная! Но тут, я вспомнил о дымовой шашке, прихваченной накануне боя. Быстро приоткрыв люк, забросил её на вентиляционную решётку своего моторного отсека.

Немецкий монстр, посчитав нас уничтоженными, дал заднюю скорость.

…Меня тошнило, когда приходилось выковыривать из гусеничных траков фрагменты человеческих тел. Не определить, немецкое это мясо и кости или русского красноармейца. Никак не мог привыкнуть. Но, члены экипажа уважали своего командира. Поэтому от этой крайне неприятной процедуры я был командой освобождён».

Мой дядя Миша немного рассказывал о войне. На эту тему он был крайне немногословен. Только изредка от него можно было кое-что услышать.

А папин друг Андрей Павлович Бызгин работал в Кечёвской восьмилетней школе учителем. Жил в пятом доме с краю в деревне Среднее Кечёво. Как раз на улице вдоль дороги со стороны Ягана, что вела к мосту через речку Кечёвку. В дожди полотно, идущее от моста, напитывалась влагой, и глиняная размазня не позволяла технике и обозам подняться по крутющему Среднекечёвскому взгорку. Зато по снегу с него одно удовольствие было на лыжах кататься.

В зимнюю стужу, деревянная восьмилетка обогревалась печным отоплением. Но мы, ученики, во время уроков всё равно здорово мёрзли. Андрей Павлович одевался практично и тепло. В вязаном тёплом свитере и овчиной душегрейке.

На всю жизнь я запомнил его до умопомрачения красивые белые чесаные валенки (чёсанки). Для прочности, пятки у них были подшиты кожаными запятниками, коричневого цвета. Он тоже гордился ими. А по холодам в весеннюю распутицу надевал на них чёрные лакированные калоши. Красота была неописуемая!

Андрей Павлович был единственным на всю округу обладателем белых чёсанок с лакированными калошами. Мы, это школьные сорванцы, точно приметили.

Андрей Павлович слыл замечательным человеком. Он преподавал историю и был строгим учителем. В класс он заходил стремительно. Невысокий, сухопарый по-фронтовому подтянутый. В левой руке у него были учебник и тетради, а правой руке, как правило, находилась указка с заострённым верхом. Ею он тыкал в карту и показывал территории подлежащие дальнейшему коммунистическому освоению. Идеям партии мы все привыкли беспрекословно верить. Никто не возражал, даже пикнуть не смели. Мы побаивались учителя Бызгина. Любимчиков у него не было и «спуску» ждать не приходилось.

Но, я-то знал, какой жизнерадостный был в быту Андрей Павлович. Заядлый курильщик и балагур был интересным собеседником и заразительно, громко хохотал на всю округу. Когда у папы заболел зуб, он смеялся над ним и говорил, что в Малой Пурге ещё те врачи-живодёры практикуют. То ли дело у них на фронте. И зубного порошка не полагалось, и зубы крепкими были. При этом он улыбался и показывал два ряда замечательных крепких зубов. А моему папе приходилось ехать на лечение поездом через Агрыз (ТАССР) в ближайший зубной кабинет, который располагался за тридевять земель в райцентре, в Малой Пурге.

Его жена Полина Ивановна, урождённая казачка, мамина подруга была школьным библиотекарем. Её и мою маму Полину Алексеевну звали «две Полины неразлучницы».

Иногда папа уходил в гости к Андрею Павловичу. Однажды, он пришёл весёлый, улыбчивый и очень добрый. Угостив меня ирисками «Золотой ключик» улёгся отдохнуть на диван, что возле окон. В то лето стояла жара и от мух, спасу никакого не было. Папа на них не обращал никакого внимания. Он всегда говорил, что любая свободная минутка на фронте была дана им для отдыха. И ничто не могло помешать солдату, выспаться. Этому принципу он следовал и в мирной жизни.

Вот и сейчас папа прикрыл лицо сестринской Таниной распахнутой газеткой «Пионерская правда» и захрапел. На газету тотчас устроилась стайка мух.

Я подкрадывался очень медленно, лишь бы не разбудить папу. Надо было всего лишь тихонечко отогнать мух. Ну, а я, видимо, перестарался.

Взмахнув кухонным сырым вафельным полотенцем, со всего маху ударил по зловредным насекомым.

Папа вскочил, как ошпаренный и закричал

— Рота-а-а, к бою! — и тут же рванул к дверям.

Через пару шагов до него стало доходить, где он и что произошло.

А куда же, всё-таки подевался его пострелёнок, виновник «тревоги»?

Но я тихо сидел под кроватью с панцирной сеткой, что располагалась за печкой и не смел шевельнуться.

…Постепенно мы оба заснули. Каждый на своём месте.

Сквозь сон я слышал, что пришла мама, и они вместе стали искать меня. В конце-концов нашли. Папа вытащил из-под кровати, ласково взял на руки и уложил в мягкую кровать с периной, что находилась за сервантом. А мама тихо ругала папу за то, что он опять «гостевал» у Андрея Павловича. Опять же за то, что по приходу своим видом напугал сына, что тот аж спрятался под кроватью.

Эх… Знала бы мама о моём баловстве.

Бывало, оба фронтовика собирались у нас на кухне. Так назывался закуток между печкой, ситцевой занавеской и углом избы. Они тихо вели беседу, слегка громыхали посудой, стеклом. Курили по очереди, выпуская дым в приоткрытую печную дверцу. Места там было мало и им приходилось по очереди, сидя на корточках наклоняться и пускать струю дыма прямо в печную пасть.

Когда я наблюдал за ними, это волшебство завораживало.

Моя кровать находилась прямо за занавеской, и я частенько был в курсе их разговоров. Особенно впечатлила меня история, где Андрей Павлович вытаскивал из подбитого танка заживо сгоревших друзей, тела которых месяц находились на ничейной территории.

А что было делать, если штрафников поблизости не было. Да и танкисты сами в смертниках постоянно ходили.

Под знойным, палящим солнцем, одетые в броню танка трупы разбухли и, чтобы достать их пришлось распиливать ножовкой по частям. Руки, отдельно отрезанные ноги, головы, тела распиленные на куски вытягивали гужевыми вожжами. Смрадную человеческую требуху заталкивали в вёдра с солярой, чтобы меньше воняло и тоже тащили туда, наверх в командирский люк.

В общем, сами понимаете, как это было тяжело вспоминать взрослым мужикам. А мне в то время было ничего, совсем даже не страшно. Я даже представить себе не мог, как это так человека и по частям. Короче, всё это ерунда какая-то и не могло быть в реальной жизни.

— Не дай бог такое увидеть и так закончить, брошенным и всеми забытым — говорил Андрей Павлович, — помянем фронтовых товарищей. Не чокаться, не чокаться. Ложкой, ложкой говорю кушай.

Полина Ивановна о боевых заслугах своего мужа не догадывалась. Я тоже, спустя годы, спросил свою маму о том, что хотел бы знать, где воевал мой отец? К моему великому удивлению, разочарованию и расстройству она даже не знала, что папа воевал на подступах к Ленинграду. Тонул, гнил, и, будучи раненным, валялся окровавленным в Новгородских болотах. Эх, эти женщины… В послевоенные годы не до ласк и разговоров им было.

У меня сложилось устойчивое мнение, что реально воевавшие фронтовики все, сплошь и рядом старались не беспокоить своими воспоминаниями мирных людей. Слишком всё было страшно. Зато было не остановить в рассказах обозников, тыловиков и всякую остальную литерную «рассаду».

А, между прочим, фронтовая биография Андрея Павловича Бызгина тесно переплеталась с бронетанковыми войсками легендарного генерала Батова и битвой на Сталинградском направлении.

Когда папа и Андрей Павлович встречались, их разговоры и воспоминания были долгими, тягучими и нескончаемыми.

Кое-какие сведения мне довелось уловить и получить воочию.

Почему мы проигрывали танковые сражения?

Прежде всего вам надобно выбросить из головы сложившиеся стереотипы. Объясню, как выживал в бою танк Т-34.

Да-да, вы не ослышались, именно выживал. Сейчас расскажу, тогда и поймёте.

Гидравлики у Т-34 никогда не было. Вся механика производилась за счёт рычагов. Даже при стоячем танке было очень сложно передвинуть кулису коробки передач (ККП). Поэтому передачу втыкали вдвоём, в четыре руки вместе со стрелком, располагавшегося справа от водителя.

На ходу переключить скорость ККП было не возможно.

Понижающего редуктора не было. Отсюда трудные препятствия преодолевали задним ходом, вследствие самого низкого передаточного числа.

На шоссе танк трогался сразу с четвёртой передачи, а по пыльнику двигался на третьей. Для боя существовала «универсальная» вторая, если без ограничителя, то «разгонялись» до 25—30 км/час.

Но при любой скорости воздушных фильтров хватало лишь на 50 километров. В любом случае после «полтинника хода» обслуживание требовалось для того, чтобы прочистить масляные фильтры и дозаправиться.

Плавный ход отсутствовал. Для наведения орудия и выстрела танку полагалось качнуться на тормозах и замереть, после чего его долго болтало.

Ствол башенного орудия прыгал вверх-вниз и никак не мог успокоиться.

Возможность тщательного прицеливания и точного выстрела была исключена. Орудийного стабилизатора у него тоже никогда не было.

Поэтому, как только танк останавливался для выстрела, а ему это сделать было крайне необходимо, его тут же поджигал противник. 3—5 выстрелов немецкими подкалиберными снарядиками 37 мм вполне хватало, чтобы полностью обездвижить бронированную машину. Снаряды легко пробивали броню и кувыркались внутри коробки танка, высекая из советской брони страшно ранящие осколки.

Обычно всё заканчивалось смрадным факелом. В худшем случае взрывом внутри, которым вырывало с «мясом» башню и в клочья разрывало и сжигало пламенем всё, что могло гореть, плавиться, начиная с двигателя, комплекта боеприпасов, топливных и масляных путепроводов, заканчивая телефонными проводами и легкосплавными системами наведения. Человеческий материал для мартеновского огня здесь был несущественным, вторичным ресурсом.

Выхлопные газы уводились позади самого корпуса в землю. Поэтому по пыльным полевым дорогам, либо по снежникам в колоннах двигаться было совершенно не возможно. Идущим следом танкам облако пыли или снега забивались в открытые лобовые люки. Видимость была нулевой, а всё движение происходило скорее на инстинктах, нежели в соответствии с технологией перемещения и учётом дистанции.

Ад кромешный!

В связи с этим, хроникёры очень не любили снимать «кино» про движущиеся на марше колонны танков Т-34.

Профессионалы считали, что Т-34 был самым разболтанным, демаскированным и грохочущим танком Второй мировой войны.

— На поле танки грохотали.., — и это всё о нём, о самом массовом танке Второй мировой войны. А другой, аналогичной альтернативной системы у РККА не было.

При выстреле из казённика и стреляной гильзы выделялся токсичный и ядовитый газ. Тряпочный гильзоуловитель, почти сразу же прогорал и гильзы падали на дно. От ядовитой вони, через 3—5 выстрелов можно было потерять сознание, что и происходило периодически с экипажем.

Поэтому, заряжающий подавал снаряды из боекомплекта расположенного на дне, а после выстрела голыми руками (перчатки были не положены) выбрасывал раскалённую стреляную гильзу мимо командира (если получится) прямо в открытый башенный люк. Если промахивался, гильза рикошетила обратно и прилетала прямо в голову заряжающему. Хорошо, если горячий кусок металла башку ему не сносил.

Каким же ловким, сильным и жизнелюбивым оптимистом должен был быть заряжающий в танке!

Стоя на боевых снарядах, он одновременно отпинывал дымящиеся невыброшенные гильзы, следил за тем чтобы не зажевало башней фуфайку и чтобы голову свою любимую не расплющило при повороте верхней части брони.

При вылете гильзы из казённика пушки следовало быть особенно вёртким, чтобы в лобешник не схлопотать, иначе мозги вылетят из черепушки, а саму кумекалку запросто оторвало бы.

Неоспоримый факт. Т-34 был самым тесным танком мировой войны. Танкисты буквально сидели друг на друге и обслуживали боевую машину локоть в локоть, упираясь коленями и мешая выполнению профессиональных обязанностей соседа.

А вы в документальных фильмах видели, чтобы Т-34 стрелял на ходу? Я лично нет. Потому что он по определению не мог этого сделать прицельно. Если за горизонт, то, пожалуйста.

Т-34, как и КВ-1 были хороши только при стрельбе из засады, башней выше земляного бруствера. Но это обстоятельство командиры практически не учитывали. Танк был создан для продвижения вперёд. Значит, о тактике войны из засад не могло быть и речи.

Основа основ боевой тактики русского танка, это движение. Поэтому, приказ был только вперёд!

У стрелка курсовой пулемёт калибра 7,62 мм имел очень небольшой угол обстрела и был крайне неэффективным (впоследствии ликвидирован).

Его «яблоко» легко вышибалось немецким противотанковым снарядиком 37 мм. Считалось, что стрелок просто катался в танке «пассажиром». Его главенствющей задачей было при остановке помочь механику переключить рычаг скоростей.

Правда стрелок в большинстве случаев и погибал первым. Он был зажат у брони справа от водителя и ему не хватало секунды-другой, чтобы вытащить своё тело в передний люк после механика, либо в верхний вслед за командиром и заряжающим.

Смертником был стрелок, однако.

Основным пулемётом был башенный, спаренный с орудием, из него стрелял командир.

А в специальную дырочку в броне танковый начальник мог вволю пулять из своего нагана.

Да, да, мы не ошиблись. В специальную маленькую ды-роч-ку в броне и бах-бах-бах из табельного офицерского нагана!

Раций в танках никогда не было. Иногда только, да и то в редких частях конца войны между командиром роты и взводными (только на приём). Обычным делом становилось ручное управление боем.

Было принято, что в грохоте и шуме боя командир показывал колонне танков ладошкой направление движения (мы это видели в кино). И всё. А дальше бронированные монстры двигались вперёд, куда глаза глядят, и видит механик-водитель. Главное вперёд и как можно быстрее.

При любом раскладе танковым переговорным устройством (ТПУ) не пользовались, уж очень он был плох и не надёжен.

Поэтому, когда командир пинал каблуком своего керзача механика в левое плечо, значит, езжай налево.

В правое, то гони направо.

Если удар каблуком сапога приходился в спину, мчись вперёд, очертя голову.

Но, ежели удар приходился в голову, то стой, не мешкая, экстренно.

Если команда заряжающему поступала пятернёй, готовь осколочный фугас.

А ежели кулаком, валяй бронебойный.

Командир и механик-водитель должны были пользоваться перископическими приборами наблюдения. Однако через них было ничего не видно, только размытые крупные объекты.

Вне сомнений, у Т-34 была худшая танковая оптика на этой войне.

В результате, механик двигался можно сказать вслепую, а командир мог видеть только в прицел. Поэтому передний лобовой люк чуть-чуть, на ширину ладошки приоткрывали. Но это была верная смерть водителю при залёте осколка или пули. А немецкая пушечка 37 мм при прямом попадании в закрытый люк всё равно его выламывала, практически вбивала прямо в лоб механику.

Прицел ТОД-6 был отвратительным. Механику надо было крутить ручку тремя пальчиками (в бою пальчиками!), а стрелять прицельно только при углах возвышения 4—4,5 и 9—12 градусов (!).

Вращение башни по горизонту производилось вслепую (!), так как необходимо было отклонить голову от налобника прибора углов местности ПТ-6.

И ещё надо было до крови изодрать ладони о рукоятку, чтобы довернуть башню при горизонтальной наводке.

Герметичной переборки между двигателем и снарядной загрузкой на днище не было. Масло, соляра, а то и бензин из несовершенного тракторного двигателя подтекали прямо под снаряды. В течение всего боя вся эта гремучая смесь смазывала сапоги заряжающему. Малейшей искры, раскалённой гильзы хватало, чтобы танку воспламениться от горючей взвеси и её паров.

«Несгораемый» дизельный Т-34 загорался в 2,5 раза быстрее, нежели бензиновые довоенные танки.

Но, когда отсутствовали дизельные двигатели, на штатное место ставили авиационные бензиновые моторы М-17, которые стояли на лёгких танках БТ.

В открытые люки хлестал дождь, забортная стужа продирала насквозь, маломальской печки, или отопителя не было. А преодоление лужи более 40 см становилось критическим. Попадавшая вовнутрь вода заливала размещённую на дне снарядную загрузку, а сам заряжающий бродил в маслянисто-слякотном водостое по щиколотку.

Механику очки были не положены. Перчаток и рукавиц тоже. Зимой у водителя систематическими были обморожения. А летом внутри танка жара от дизеля стояла за сорок. Плюсом в кромешном аду были ядовитые газы. Повезёт, если не откинешься в таких условиях.

Немцы тогда шлёмов не использовали. У них в танке всё обшивалось негорючими мягкими прокладками. У нас же броня была с заусенцами, сколами. Сварка не качественная, трещала по швам, обнажая острые, как бритвы края. Если ударишься головой без защиты, вынесут вперёд ногами.

От скошенной лобовой брони немецкий снарядик 37 мм залетал встык башни и корпуса, при этом гарантированно заклинивал саму башню.

Этот махонький немецкий подкалиберный снаряд попадая в ведущее колесо, каток, ленивец, трак надолго обездвиживал танк. От рикошета подвески он пробивал подкрылок и воспламенял топливный бак.

Борт пробивался им же с расстояния более 1500 метров, а люк механика вминался в голову водителя с 1000 метров, лобовая броня пробивалась с 400 м.

Проще говоря, Т-34 могла без проблем поразить любая противотанковая пушка противника, даже самая маленькая 37 мм!

Детонация снарядов, с фейерверком и отрывом башни случалась только у советских танков. Потому что у немцев, как и у наших союзников, был иной состав взрывчатых средств в танковых снарядах.

Одно слово, Т-34 был зажигалкой на гусеницах.

Никто и не оспаривал сей факт. Заживо сгоревших танкистов тут же заменяло новое пополнение. Ротация их состава была сродни лётчикам.

У союзного «Шермана» всё было сделано для удобства танкистов. Даже был внутренний туалет (!).

Представьте ожидание перед боем. Проходит час, два, три… По сигналу ракеты танк обязан сразу же рвануть вперёд. За минуту это уже полкилометра хода. Задержишься, потом разбор «полётов». Запросто могут «пришить» паникёрство и, даже, дезертирство! В таком случае прощай, мама и верный расстрел.

Но, каково, если «приспичит», и выскочишь за кустик. Попробуй-ка натянуть штаны и вскочить в командирский люк за 5—10 секунд. Попросту невозможно. Поэтому, под страхом смерти все давились, но были на местах.

А если сослуживца разорвёт подкалиберным, куда куски человечьего мяса выбросить?

Или при ранении от боли моча попрёт не в голову, а в положенное отходное место? Или того хуже, перед смертью дристалище одолеет? Сами понимаете, вариантов никаких, кроме как в штаны пропердониться.

А куски мяса, кишки, что там ещё оставалось от члена экипажа при разрыве брони, куда девать было? Естественно, всё это отбрасывалось под снарядную загрузку на днище. Заряжающий за время боя всё приминал, утрясывал, утаптывал. Так что легче было соскребать с днища брони человеческую лепёшку, бывшего сотоварища. Если сам в живых оставался. («Человеколюбию» наших отцов-командиров можно позавидовать! Даже в наше время у Т-90 нет ни отопителя, ни компактного кондиционера, ни биотуалета!)

В пылу сражения о тактике, танковых засадах, групповых манёврах не могло быть и речи. Основа основ танкового сражения РККА, стремительное выдвижение вперёд!

25—27 тонн малоприспособленного для защиты экипажа, легко сгораемого металла для боя жертвенно и обречённо рвались к своему плачевному финалу.

Не правда ли, что танкисты были настоящими смертниками? Впрочем, как и лётчики, миномётчики, истребители тех же немецких танков на прямой наводке. Война…

Фабула танкового боя такова, что тот кто первым увидел противника, прицелился и выстрелил, у того было больше шансов остаться в живых. Но, раз уж экипаж Т-34 не мог хорошо видеть, метко прицеливаться, стрелять сходу, а в бою двигался только на 2-й передаче и ломался каждые 50 километров, при этом страшно рычал, как сумасшедший его стали использовать в качестве штурмовой затычки.

Суть была в следующем. Согласно устава, в обороне противника пробивалась брешь и в неё устремлялись все танки атакующего подразделения, не давя противнику очухаться и прийти в себя.

Одни машины уже горели, другие вертелись на разорванных гусеницах, у третьих от внутреннего взрыва напрочь сносило башню. Но из-за «спин» первой линии бронированной атаки вырывались следующие и следующие боевые единицы, а после них ещё и ещё желающие «хотимчики» за смертью. Вернее будет сказать, подталкиваемые вперёд начальством.

Почему?

Да всё потому, что по технологии боя расстояние в цепи между танками должно было быть не менее 100 метров. Уменьшение до 50 метров влечёт за собой увеличение боевых потерь в 3 раза.

Но где вы видели степи, поля и равнины при устройстве обороны противником? Любой форпост сопряжён с активным использованием складок местности и естественных преград. Какие там 100 метров?

Вся, какая только была, броня неслась на противника сплошной массой. Бок обок. Затылок в затылок. В лучшем случае в шахматном порядке, но это тоже нельзя было делать категорически, ни в коем случае.

Кому-то и нельзя, а для наших чудо-богатырей танкистов технологии танковых атак, возможно, были не известны. А у командиров от вышестоящих, как всегда, был единственный приказ «любой ценой». Да, чуть не позабыл, в обязательном порядке присутствовала угроза «за неисполнение, расстрел». А как же без братского кровопускания? Вся большевистская власть держалась на тотальном терроре.

Вот и представьте себе, какие мы несли закономерные потери. Массовые.

Но всё равно и естественно, что по пути хода броневого клина внутри обороны противника, в конце-концов, расширялся свой отвоёванный плацдарм, который была обязана осваивать уже пехота. Правда, достигалось это преимущество путём несоизмеримых боевых потерь.

При необходимости быстрого передвижения красноармейцы взбиралась на броню, либо садились на металлические жестяные листы, прицепленные за проволоку позади танка.

И то и другое было смертельно опасно для простых солдат. Пыль, грязь, снег коромыслом. Дизельный выхлоп прямо в лицо. Видимости совершенно никакой. Страховки, специальных ручек, скоб для удержания бойцов на броне не предусматривалось. А лист железа, упавшему под него человеку, мог запросто оторвать голову, ногу, да чего хотите.

Учтите, что «гонки» производились по пересечённой местности.

Но всё равно: «Ур-ра-а-а! Вперёд, товарищи! За Родину! За Сталина! Ур-ра-а-а!»

Образ танкиста у нас всегда перед глазами.

Невысокого роста, очень сильный, выносливый, вечно в грязном и засаленном чёрном комбинезоне, чтобы не цепляться внутри за стальные заусенцы.

Шлемофон, как обычно бывало, был небрежно закинут на макушку.

Этакий былинный герой. Правда, в стоптанных сапогах. Но, зато с сильными, мозолистыми, пропитанными маслом руками.

И непременно грязный, чумазый, с оторванными по недосмотру лоскутами комбинезона.

Немного глуховатый.

Особо отличало танкиста амбрэ, идущее от него. После боя он был пропитан кислым, удушающим запахом от пушечных выстрелов. Но это не мешало ему постоянно вонять смесью солярки, масла и солидола.

Но при всех своих недостатках танк Т-34 был самый простой, подвижный, технологичный и ремонтно пригодный танк. Всего было изготовлено 80 000 машин.

Одно бесспорно. Танк Т-34 задумывался и был самым массовым по своей сути в течение всей войны.

Он, по определению, не мог быть хорошим, удобным, безопасным, надёжным и долговечным. Смею лишь заметить, что во всех армиях мира массовому изделию технологами заранее определяется незавидная судьба.

Поэтому, танк Т-34 был просто одноразового применения. А срок его жизни в бою исчислялся 10—20 минутами. Чего же вы хотели при использовании одноразового оружия? Здесь, как уж повезёт.

Конструктором Т-34 принято считать Кошкина. Он в гражданской жизни был кондитером-пекарем и политработником. Но, партия ему поручила, а он в свою очередь сконструировал самый простой танк, слизнув всё передовое у зарубежных обрацов и аналогов.

Но, как мог знать булочник, что при рикошете от расположенной под углом лобовой брони подкалиберная болванка на 100% будеть клинить башню? Он же был всего лишь хлебопёком-тестомесом.

Переняв всё лучшее в танкостроении, мы стали активно пропагандировать свой танк. Ведь, для уровня нашей промышленности и экономики той поры получилось изделие, превосходящее по некоторым своим характеристикам зарубежные аналоги.

Лучше мы сделать всё равно не могли, в принципе. Настоящие специалисты и конструктора, технологи были отправлены в лагеря ГУЛАГа, как враги народа.

А что до выживаемости в бою экипажей, удобства в эксплуатации, надёжности, то это не к создателю и разработчику, а к заказчику. Но у кукловода была своя шкала ценностей загубленных душ, сами знаете какая.

Тем не менее танк Т-34 принял участие во всех крупных танковых сражениях 20-го века.

В сражении на Витебщине при Сенно в 1941 году участвовало более 2000 машин с обеих сторон. Тимошенко потерял там 1414 боевые машины.

Лично Жуковым было проиграно крупнейшее в мировой истории танковое сражение в районе Луцка, Дубно, Ровно. Именно там было загублено 2648 советских танков против 260 немецких, большую часть которых после ремонта вывели на передовую. Ко всему прочему наш Генерал армии в том бою бросил поле боя и сбежал в Москву на самолёте, его армия разбежалась, а корпусной комиссар, Член военного совета фронта Вашугин застрелился.

В битве под Прохоровкой в 1943 году друг другу противостояло более 1500 танков. Выжившие в бою советские экипажи в авральном порядке меняли по 4—5 боевых машин. Поэтому статистика того сражения была просто удручающая. У немцев безвозвратно утеряно 5 единиц, 43 танка и 12 САУ было повреждено. Мы потеряли безвозвратно 354 танка, а общее количество подбитых машин составляло 900 единиц.

Причём пропорция убитых душераздирающая. На 3330 убитых фашистов пришлось 73892 советских воина.

Под Берлином и в самом городе сгорело до 2500 советских танков.

В Египте в Суэцкой битве в 1973 году сражались примерно 1100 танков.

Во всех перечисленных масштабных сражениях 20-го столетия танк Т-34 не одержал сколько-нибудь внушительных побед. Можно даже сказать, что вообще никаких.

В «танковом» смысле, это были высокожертвенные проигранные битвы столетия. Но именно самому массовому танку Второй мировой войны выпала завидная участь быть назначенным партией символом Победы.

Как говорится: «Т-34 хромой, кривой, косой, но зато родной».

…Судьба к моему дяде Мише была благосклонна. С осколками в голове он прожил в Перми долгую и счастливую жизнь. Отдав своё существо бронетанковым войскам, он честно и преданно служил своей Родине. Почёт, слава и уважение полковника запаса сопровождали всю его жизнь. Он был уважаемым фронтовиком и замечательным человеком.

Бывший танкист, мой дядя Краснопёров Михаил Алексеевич ушёл из жизни, едва не дожив до 91 года.

Трагически закончил своё бытиё на земле Андрей Павлович Бызгин. Всеми забытый и брошенный влачил он в одиночестве своё старческое существование. Может быть, и полагалось ему, что-либо от Родины, как ветерану, только он об этом не ведал. А самому что-либо выпрашивать было против его фронтовой сущности.

Когда соседка обратила внимание на приоткрытые двери покосившейся избы, было уже поздно.

Я приехал на похороны Андрея Павловича в знойный летний день 1974 года. В его неухоженной холостяцкой избе густо пахло трупным смрадом. Чтобы как-то пригасить смердящий запах, деревенские бабы развесили по стенам банные веники. Но это не помогало. Дышать всё равно было не чем. На улицу же, под солнцепёк тело всё равно не вынесешь, расползётся и лопнет.

В гробу лежало нечто, даже отдалённо не напоминающее человека, а тем более друга моего отца. Оно ничем не смахивало на существо героя-фронтовика. Пролежавшее в одиночестве на жаре незнамо сколько времени оно было раздутым и серо-бурого цвета. По гигантской голове из-под лохмотьев кожи стекал плавящийся от зноя человеческий жир. Через разложившиеся губы все присутствующие могли наблюдать прекрасно сохранившиеся зубы.

Лишь по одежде, да стоящим в углу под образами белым чёсанкам, обутым в чёрные лакированные галоши можно было признать папиного друга.

Мне вспомнились воспоминания из детства о том, как Андрей Павлович вытаскивал из раскалённого на солнце подбитого танка своих сгоревших брошенных всеми друзей и говорил, что не дай бог в жизни так же быть брошенным и забытым.

Однако, у него самого получилось почти то же самое. Только ещё гораздо драматичнее, хуже и циничнее, чем у его боевых товарищей на войне.

Там хоть были солдатские жалость и сострадание, обязательства перед уставом, страх перед командирами за невыполнение приказа.

А здесь, уже в мирной жизни в полной мере проявились по отношению к ветерану безразличие со стороны властей, равнодушие соседей и отстранённость, граничащая со старческой брезгливостью от родни.

Ветеран фронтовик ушёл от нас брошенным, одиноким и всеми забытым уже в мирной жизни и среди людей, чей покой, благоденствие и счастье он защищал.

Бросив в могилку Андрея Павловича прощальную горсть сырой земли, я от безысходности плакал.

Следом за моим отцом, бывшим командиром миномётной роты теперь и его друг, бывший танкист ушёл из мирной земной жизни.

Совершенно неожиданно для окружающих обывателей они оба выпустили живительную составляющую естества из своих рук. Полностью потеряли прерогативу на жизнь, хотя льготу и право иметь её они заслужили сполна и до скончания веков.

Верьте совести. Право слово, жизнь должна была бы принадлежать им вечно! Но…

Так и покоятся они неподалёку друг от друга на Кечёвском погосте.

Два друга, два воина фронтовика Андрей Павлович Бызгин и мой отец, Иван Петрович Щербаков.

Земля им будет пухом.

4.

Людская молва давно определила, как назовёшь корабль, так он и поплывёт. Фюрер назвал свой утопический документ по захвату СССР планом «Барбаросса». Как «Майн кампф» и многое другое, чего касалась его рука, этот план был самой посредственностью.

Замечу, кстати, что барбаросса переводится, как рыжебородый.

Барбароссами прозвали в средневековье двух рыжебородых братьев-бандитов, пиратов. Они здорово досаждали приморским городам, грабили морские торговые суда, убивали мирных жителей. В конце концов, их выловили и призвали к ответу. Зарубили и сожгли потревоженные ими местные жители (ничего не напоминает?).

Но, именно так величали и рыцаря Фридриха Барбароссу, по цвету окраса бороды. Тот тоже суетился что-то в средневековье. Территории соседей, бывало, захватывал.

Но в 1189 году во время Третьего крестового похода на Святую землю Палестины при переходе через речку Салеф утонул наш крестоносец.

Рыцаря утянули на дно тяжёлые стальные латы. В придонную грязь затянуло его водоворотом реки.

Захлебнулся в речном разложившемся перегное, дерьме каналья.

С тех пор прослыл он в исторических хрониках, как утопленник, неудачник и авантюрист прибабахнутый. Не в меру амбициозный был дядька. И куда торопился, будучи закованным в броню? Чудак, полез в мутную воду живительной влаги на свою погибель.

Не учёл своих возможностей завоеватель и споткнулся на малом. Утоп бесславно. А здесь вам это ничего не напоминает?

Лично для меня план Барбаросса плохой документ.

Причём с отвратительным названием и могильной перспективой для себя. Холодом и смрадом попахивало от него изначально.

Диву даёшься, насколько глупы и не перспективны были амбиции властьимущих Великого Третьего Рейха.

Каков был маньяк Гитлер, таков и созданный им план порабощения чужих территорий. Абсурдный, безрассудный, бессмысленный.

Но что здесь поделаешь?

Это дела давно минувших дней. Как назвал Фюрер свой блицкриг (молниеносная война), так и поплыл на своём «великом» документе Барбаросса к своему смертельному дну. К своей погибели. К своему ненаучному и бесславному фиаско.

Самое главное то, что в соответствии с наставлениями знаменитого рыжебородого утопленника он, неожиданно для остального мира, уверовал в свою непогрешимость и обязательную победу на восточных просторах. Видимо, решил повторить историю Татаро-Монгольского ига.

Как бы ни так. Кишка тонка была мериться с Великим Монголом.

Гитлер глубоко заблуждался. Нечто утопическое ожидало его в России. Но при тех же совпадениях: тяжёлая броня, мутная вода, глубокое падение, придонное дерьмо и и грязь, грязь, грязь во всех помыслах и начинаниях…

Впрочем, всё, как в судьбе вышеназванного бесславно почившего кумира рыжебородого крестоносца Барбароссы.

Изучив план «Барбаросса», я пришёл к удручающему для себя выводу о том, что ничего особо сверхпремудрого в нём изначально не наблюдалось. Так, скучная книжка с изложением хотений руководства Германии того времени.

Одним из его разработчиков был будущий фельдмаршал Паулюс, сын тюремного счетовода. Видимо, он тоже не был гением, как и Гитлер.

С маниакальным желанием и вопреки здравому смыслу он настаивал на невозможном и с военной точки зрения никогда не осуществимом.

Планируя нападение на СССР, Гитлер вовсе не собирался воевать на два фронта. Его задачей было в кратчайшие сроки разгромить противника на Восточном фронте и на втором этапе прикончить Англию. А заодно и устранить с театра военных действий сильного игрока США.

«Мы не будем нападать на Англию, а разобьём те иллюзии, которые дают Англии волю к сопротивлению… Надежда Англии-Россия и Америка. Если рухнут надежды на Россию, Америка также отпадёт от Англии, так как разгром России будет иметь следствием невероятное усиление Японии в Восточной Азии» (31 июля 1940 года, Адольф Гитлер).

«Отнюдь не жизненное пространство на Востоке», насильственное завоевание которого уже с 20-х годов пронизывало политические расчёты Гитлера, служило главным активирующим моментом; нет, главным импульсом являлась наполеоновская идея разбить Англию, разгромив Россию» (Ганс-Адольф Якобсен, немецкий историк).

«Блицкриг» не желаемое, но вынужденное решение. Не подобие повышенных соцобязательств, а единственно возможный для Германии путь к победе над ССС и в целом по достижению мирового господства. «Операция имеет смысл только в том случае, если мы разобьём это государство одним ударом» (Гитлер).

Если мы говорим о мотивации, то, получается, что она налицо. И причинно-следственная связь имеется. А выгодоприобретатель здесь, однозначно, держатель единой международной валюты, доллара. Иначе, почему принял к исполнению изготовленную ахинею бесноватый Фюрер? Или его обязали исполнять невозможное?

Должен же был возобладать у Германского Генштаба хоть моломальски здравый смысл? Или чувство самосохранения? Ведь только что, после Первой мировой войны Германию разоружили и поставили на колени. Всего-то 20 лет прошло.

Или память короткой стала? Конечно же, нет. Вне всяких сомнений, Великий Кукловод Всех Времён и Народов вкладывал идею создания глобального миропорядка через разрушение двух разнополярных миров: коммунистического и фашистского!

Скорее всего, убедили и заставили. Если сказать по-русски, то уболтали.

Конечно, конечно пообещали и личную выгоду. Куда ему до высоких материй. Не забывайте о тщеславной душонке австрийского плаксивого ходожника, инвалида Первой мировой ефрейтора Шикльгрубера.

Для начала в великий кризис демократическим путём (!) его привели к власти.

Затем впарили всему немецкому народу маразматическую идею превосходства германской нации.

А затем обязали перекраивать границы в Европе в соответствии с требованиями мирового капиталистического андеграунда. Чтобы закулисью подчинять и управлять миром легче было.

Если понимать, насколько могущественны и всесильны были в то время Ротшильды и Рокфеллеры, управляющие всем и вся, со всей очевидностью высвечивается жалкая фигура фюрера.

Щенок ни больше, ни меньше, захотевший обладать Россией до Урала?

Уже тогда в идее организации миропорядка уже маячила атомная бомба!

Какой Ленинград? Какой Урал? Гитлер-мальчишка.

Дали ему возможность косой пошуровать на степных просторах Сталинграда, да и там не справился.

Дядя Сэм к 1944-му году принял решение, что Европу надо прихватить, пока Сталин не наложил свою коммунистическую лапу. А СССР и сам развалится со своей ущербной экономикой построенной на сворованных технологиях да бесплатной, дармовой рабочей силе из ГУЛАГа.

При таком виртуальном желании у великих комбинаторов вся мозаика складывалась в прекрасненький пасьянс. С одной оговоркой, что все золотовалютные запасы Третьего Рейха фюрер обязан был запустить в оборот Федеральной резервной системы США.

При таком раскладе всем хорошо.

Америкосы довольны и владеют миром, опять же коричневое говно не воняет больше по континентам.

Но прикончить фюрера требовал весь мир.

Консолидированно, но всем миром фашистов благополучно уничтожили.

А на золотые упрятаные где-то в Аргентинах рейхсмарки, опять же, восстановили экономику Германии.

И на этом закончили с исторической миссией Гитлера. Бросили бетонную плиту на его могилу. В саркофаг упрятали.

Кстати, а вы не знаете, где он находится?

Неужели вы поверили в ахинею, что волевой, сильный духом борец, идеал национал-социализма, образец для подражания будущим поколениям Гитлер мог покончить с собой?

Даже, если бы он предстал на Нюрнбергском трибунале, он просто был обязан оставаться в веках символом. Разве не об этом мечтал Гитлер?

А тут подпалили какого-то мужика и подбросили желающим до сенсации. Противно от мерзкой фальсификации. Дурно пахнет.

Вы же должны понимать, что Великий Фюрер просто не мог быть вечным. Закон жанра. Отработавшего киллера заказчик в обязательном порядке должен «зачистить». Чтобы не случилось по случаю форс-мажора.

Или вывести из игры. По заранее подготовленной схеме ухода от ответственности. Всё логично. Так и получилось по жизни.

Для меня до сих пор не понятно. Почему не произведена ДНК-экспертиза остатков черепа Гитлера, которые хранятся в Москве. А если она уже произведена и результат отрицательный?

Резонно возникает вопрос: «Кто так талантливо вывел в 1945-м Гитлера из игры и подсунул нам пустышку?»

Думаю, что ответ напрашивается сам, собой. Однозначный. Если мы догадываемся, кто заказчик мировой драмы.

Вспоминая о нюансах и воротилах тех драматических событий, напомню вам об одном из последних интервью Гитлера в апреле 1945 года швейцарскому журналисту Курту Шпейделю. В то время Красная Армия приближалась к Берлину, над головой фюрера нависал справедливый меч правосудия. А он, вдруг разоткровенничался и заговорил о…

Знайте что вспомнил венценосный фашист? Трудно даже вообразить. Он вспомнил о двойном заговоре военных. «Вермахт всё же предал меня. Я гибну от рук своих собственных генералов. Сталин совершил гениальный поступок, устроив чистку в Красной Армии и избавившись от прогнивших аристократов».

Как ни странно, эти откровения полностью совпадали с мнениями Рузвельта и Черчилля. Последний в своих мемуарах напишет, что репрессии в тридцатых годах сильно укрепили Красную Армию.

Однако, напомню вам, что в те далёкие тридцатые годы видные военачальники РККА и Вермахта вступили в заговорщицкую связь с целью захвата власти в своих странах с целью ликвидации режимов Сталина и Гитлера. Шпионаж и тех и других был составляющей взаимного сотрудничества. Этот факт подтверждал руководитель военной разведки Вермахта, видный эсэсовец Вальтер Шелленберг.

Но руководители немецкой оппозиции «Чёрной капеллы» начальник Генштаба Людвиг фон Бек, генерал фон Фрич «ушли» в отставку. Один из-за женитьбы, якобы, на проститутке, а другой за гомосексуализм. Другие разбежались и притаились на шесть лет до лета 1944 года, когда попытались устроить в логове «Вольфвшанце», что в Восточной Пруссии покушение на Гитлера. Как вы знаете, оно было неудачным.

Но в то время Англия и США были категорически против мирного договора между СССР и Германией. Для чего они привели к власти Гитлера? Им нужна была война.

Поэтому они слили Сталину всю информацию о заговорщиках через Чехословакию и контрольно через советскую разведку в Европе. Красный вождь поверил.

Видные военачальники Красной Армии, как маршал Тухачевский, командармы Якир, Уборевич, Эйдман, Фельдман, Примаков и другие были расстреляны. Нарком РККА Ворошилов по пути ещё зачистил в войсках 40 тысяч человек личного состава.

Англосаксы были довольны. У них получилось схлестнуть между собой две цивилизации. С фашизмом всё было понятно, и век его был короток. Вот с Россией им, как всегда придётся повозюкаться. Крепкий орешек, эта Россия.

Но если уж говорить о мелочах. Диву даёшься, когда начинаешь понимать, кто на самом деле, на каком интеллектуальном уровне и на каком основании «рулил» миллионами человеческих жизней.

Меня даже начинают преследовать маниакальные мысли, что, может быть, всё организованное человеческое побоище и мировой хаос является продуктом высших, дьявольских сил?

Или Великий Кукловод был таким «отмороженным»?

Просто не может быть, чтобы на основании такой ерундовой «почеркушки» одна сторона, возомнила своё глобальное превосходство над другой. Не менее амбициозной.

Если подытожим сказанное, то возникает естественный вопрос.

При условии, что мы с такой лёгкостью позволяем истреблять друг друга люди, кто мы такие на самом деле?

Для РККА в плане «Барбаросса» ничего особо сверхъестественного не было. Там декларировалась всего лишь основная стратегия Третьего Рейха: «Достичь победы на Западе (Англия) через победу на Востоке (СССР)».

Правда, с уточнениями:

1. Исключительные размеры территории России делают абсолютно невозможным её полное завоевание (!).

2. Оперативно-стратегические рубежи: Ленинградский, Московский и Киевский исключат возможность оказывать какое-либо сопротивление у противника. Армия СССР будет отрезана от своих баз и нефти.

3. Необходим быстрый разгром Красной Армии, чтобы не было войны на два фронта (с Англией).

4. Наступления на Москву, до взятия Ленинграда не планировалось

На мой взгляд, даже в приблизительном рассмотрении, это был чисто авантюрный план, основанный на спорных допущениях и предположениях.

Ведь быстрый разгром СССР был просто нереален и невозможен вследствие его географических размеров и плохих дорог.

А резервы Германии вплоть до продуктов питания были просто скудными.

Экономические возможности Третьего рейха не соответствовали целям и задачам войны против Советского Союза.

Климат, местность, социальные, экономические, политические, военные условия немецким Генштабом совершенно не изучались.

Военно-технического превосходства у Германии никогда не было.

Фронт вторжения немцев увеличивался до 2800 км, или до 16 км на дивизию, при нормативных 5 км, и т. п. (!)

Налицо, через весь документ прослеживалась хвастливая переоценка самой боеспособности Вермахта.

Скажу без преувеличения, что план Барбаросса был документом с набором благих пожеланий, нежели доктриной боевых действий против сильного и неуступчивого противника, каким был, безусловно, Советский Союз.

Великий фюрер, как это ни странно звучит, исходил из искажённых, а подчас и фантастических представлений о военном и экономическом потенциале СССР. «Следует ожидать, что русская армия при первом же ударе немецких войск потерпит ещё большее поражение, чем армия Франции в 1940 году» (5 декабря 1940 года, Адольф Гитлер). Кто вкладывал необходимую «дезу» в уши и глаза фюрера?

По моему убеждению, можно без всяких оговорок признать, что «Восточный поход» был чистым самоубийством для Гитлера. Что и произошло впоследствии.

Но на то он и был Фюрером, чтобы «вершить анахронизмы».

«Если бы меня заранее проинформировали о том, что русские произвели такое большое количество вооружений, я не поверил бы и решил, что это дезинформация… а если сведения, которые докладывал Гудериан, соответствуют действительности, то принять решение о нападении на СССР было бы значительно труднее» (21 июля, 4 августа 1941 года, Адольф Гитлер).

«Мы серьёзно недооценили советскую боеспособность, и, главным образом, вооружение советской армии. Мы даже приблизительно не имели представления о том, что имели большевики в своём распоряжении» (август 1941 года, немецкий генерал Гудериан). Авантюрная расхлябанность или по воле высших сил, управленцев «блицкрига» желаемая и тотальная неосведомлённость немецкого генералитета?

«У германского командования почти полностью отсутствовали данные о подготовке резервов, подвозе подкреплений и снабжении войск в глубоком тылу противника, о новом строительстве и промышленном производстве СССР. Хуже того, когда немецкое руководство получало информацию о России из других источников, не соответствующую его собственным представлениям, эти сведения игнорировали или признавали неправдоподобными» (немецкий историк Клаус Рейнгардт).

Весьма приблизительными оказались первоначальные немецкие данные о численности личного состава РККА. Начальник штаба Верхового командования сухопутных войск Франц Гальдер только 11 августа узнал, что Красная Армия насчитывает уже 360 дивизий и бригад, а не 213, как он полагал в день начала войны. Неверно в Берлине оценивали экономические реалии СССР. Так, Гитлер почему-то считал, что Россия способна удовлетворить свои потребности в нефти только на 10%, а марганец и молибден не добывает вовсе.

Столь дремучее невежество выглядит неправдоподобным с учетом достаточно высокой квалификации спецслужб рейха. Или так захотел заказчик великой драмы человечества?

«Оглядываясь назад, можно без преувеличения сказать, что экономически война была проиграна Германией еще в 1940—1941 годах. Ни мощь вооруженных сил, ни производительность военной промышленности не были доведены до наивысшего возможного уровня, и потерянное тогда время уже не могло быть наверстано» (Немецкий историк Ганс Керль). По всему получается, что во всех отношениях к войне с СССР Германия была не готова. Однако, замыленные третьими лицами глаза фюрера, не хотели видеть реальную правду. Или ему не давали увидеть?

В большой игре требуется предугадать ход соперника, исходя из наиболее реального сценария развития событий, но практически невозможно предугадать его ошибку.

Фюрер смог обмануть советского лидера, лишь предварительно обманув себя и германский народ.

Сталин же на основании имеющихся в его распоряжении данных, сделал единственно верный вывод о том, что в ближайшее время, и в любом случае до достижения решающего превосходства над Англией, нападение на СССР для Гитлера равнозначно самоубийству, поскольку приведет к затяжной войне на два фронта, для успешного ведения которой у рейха нет ресурсов.

Или управляющий делами фюрера, подтолкнул его к роковой ошибке. Если это так, остаётся только развести руками. Театр абсурда состоялся. Только цена билета была в один конец. И не важно сколько было пролито крови. У кукловода свои ориентиры. В любом случае, какие-то десятки миллионов из более, чем 2,5-ти миллиардов жителей земли на то время.

Фатальные результаты не заставили себя долго ждать. 29 ноября 1941года министр вооружений Тодт заявил фюреру: «В военном и военно-политическом отношении война проиграна». А ведь час «Х» для Берлина еще не наступил. Спустя неделю после заявления Тодта советские войска перешли в контрнаступление под Москвой. Минула еще неделя, и Германия вынуждена была объявить войну Соединенным Штатам. То есть гитлеровский замысел войны — разгромить Советы, нейтрализовать тем самым США и развязать руки Японии, чтобы, в конечном счете, сломить сопротивление Англии — рухнул окончательно. Понимал это и Сталин. Потому и озадачил прибывшего в декабре 41-го в Москву главу британского МИДа Энтони Идена предложением первым делом обсудить вопрос о послевоенном устройстве Европы. По всему выходит, что облажались великие кукловоды?

«Выиграть эту войну Германия не могла никак. Была лишь возможность договоренности с СССР на определенных условиях. Но Гитлер был Гитлером, и под конец войны он вел себя все более безумно…» (немецкий историк Берндт Бонвеч).

Кажется, что великий кукловод вмешался, увёл угрозу от Англии и сшиб лбами две мировые антиутопические и антигуманные силы? Получилось, как получилось. Остатки одной он до сих пор рвёт на части, а другой предоставил все возможности для процветания и, даже, под присмотром управлять Европой (Евросоюз).

Но наши кремлёвские верховоды были далеко не лучше в плане аналитической мысли. Они почему-то так и не смогли ничего противопоставить бездарному и глупому по своей сути авантюристичному захватническому плану «Барбаросса». Мне кажется, что это было как раз следствием полнейшей предвоенной деградации наших вождей-семинаристов.

В результате моя родина СССР положила на плаху истории ожидаемый и закономерный результат. В Великой Отечественной войне были загублены, сверх всякой меры, миллионы и миллионы советских граждан!

А по-другому наши небожители не умели и не представляли себе существования. Только через страх, страдания и смерть. «Весь мир до основанья мы разрушим…», а затем задушим, замочим, пристрелим и замучим, умертвим в боях, хочешь ты этого, или не хочешь.

Что касается, вопроса о продолжительности войны, то ключевым фактором здесь стала затяжка с открытием второго фронта. Несмотря на вступление в войну США и решимость Англии продолжать борьбу, до высадки союзников в Нормандии в июне 1944 года Гитлер по сути дела продолжал воевать против одного главного соперника в лице СССР, что в известной мере компенсировало последствия провала блицкрига и позволяло Третьему рейху с прежней интенсивностью вести кампанию на Востоке против Советского Союза.

Хотя…

Бывший начальник Генштаба, талантливейший маршал А. М. Василевский, оправдываясь, всегда безбожно врал. Он смело вещал о троекратном превосходстве немцев на земле и в воздухе на подступах к Ленинграду.

Мой отец воевал именно там.

В то время все прекрасно знали о тамошной ситуации наоборот. У немцев было 679 танков, а у нас 1514. Самолётов у немцев было 830, а у нас 1814.

В трёхдневном встречном сражении с 41-м мехкорпусом генерала Георга Рейнгардта, наши 12-й и 3-й мехкорпуса были сокрушительно разгромлены и мы в одночасье сразу потеряли 1300 танков, большей частью новеньких средних Т-34 и тяжёлых КВ-1.

З-й мехкорпус прекратил своё существование полностью. А остатки 12-го были отведёны к Луге и расформированы. На его базе началось новое формирование.

Утром 26 июня, всего на 4-й день войны, 8-я танковая дивизия генерала Брандербергера, преодолев около 400 километров (!) подошла к Даугавпилсу, захватила 2 больших моста через Западную Двину и заняла плацдарм на правом берегу. Такие же мосты да ещё плюсом железнодоржный мы не успели взорвать и через реку Великая.

А на следующий день реку спокойнёхонько, по сохранённым мостам перешла 3-я моторизованная дивизия генерала Яна.

По всему выходит, что наши генералы запросто просрали всё своё преимущество.

Ужас!

Немцы продвигались танками по 100 километров в сутки!

По современному, это полный «пипец»!

Советский Генштаб делал одну ошибку за другой. Принималось одно решение, затем, оно же, отменялось…

Как всегда во всём присутствовал хаос организованный Генштабом Жукова.

1039 танков генерал-майора Черняховского кавалерист Жуков раздёргал по частям и 1-й мехкорпус потерял своё значение, как крупное подвижное соединение! (А впереди лично у Жукова был крупнейший танковый разгром в мировой истории под Луцком и Ровно).

Немецкий генерал Эрхард Раус: «Советская 3-я добровольческая дивизия народного ополчения наступала у села Юрки от опушки леса.

Атака осуществлялась без артиллерийской поддержки, без танкового прикрытия! Она началась ближе к вечеру. Русские наступали несколькими волнами по обе стороны дороги и бежали к дамбе по совершенно открытой местности.

Вся наша артиллерия, обрушила огневой вал на эту жёлто-коричневую массу. Пулемёты и танковые пушки открыли бешеный огонь. Русская атака захлебнулась через несколько минут. Это была ужасная бойня.

Но, ещё трижды русские поднимались в атаку, пока мы их всех не перебили. У русских были ужасающие потери, но они не продвинулись к дамбе и на пядь земли».

Генерал И. С. Кособуцкий выгрузил свой 41-й корпус в составе 90-й, 11-й, 118-й, 235-й стрелковых дивизий. Лопат у солдат не было, чтобы рыть окопы. Сучками грызли землю. Ни одной радиостанции на 55 тысяч человек! Артиллерийского и стрелкового боекомплекта не было!!!

111-я дивизия постыдно дезертировала. Её командиры и комиссары спороли знаки различия и первыми подняли руки. Генерал Эрхард Раус: « Русские умело исчезали на пересечённой местности. Русские были мастерами отступлений, или тотального бегства. К югу от Ленинграда мы взяли в плен солдат из 125-й стрелковой дивизии, с ними мы столкнулись в Тауроге. Эти русские убежали к себе в тыл на 500 миль!»

Генералов Кособуцкого и Гловацкого за сдачу Пскова, уступающему по силе противнику «за трусость, бездействие власти, развал управления войсками, сдачу оружия противнику без боя и самовольное оставление боевых позиций» расстреляли.

Чтобы обезопасить Ленинград, РККА не сумела сдержать немцев в Прибалтике. Разгром был вчистую. Полнейшим. Мы потеряли 90 тысяч человек (в т.ч. пленными), 2553 танка (по 140 машин в сутки), 3651 орудие и миномёт, 990 боевых самолётов.

В результате Красная Армия отступила на 450 километров.

8 июля 1941 года в ставке Верховного главнокомандования Гитлер озвучил твёрдое решение «сравнять Москву и Ленинград с землёй, чтобы воспрепятствовать там остаться населению, которое мы должны будем кормить зимой». «Высшая раса победит». У «недочеловеков» случится «народное бедствие, которое лишит центры не только большевизма, но и русских вообще».

Но ленинградцы вышли на трудовую повинность для устройства рубежей обороны от Финского залива до озера Ильмень (два рубежа длиной 175 километров каждый и 10—15 километров друг от друга). Ежедневно работало около 150 тысяч человек.

За уклонение от работ полагалось шесть месяцев тюрьмы или штраф 3000 рублей. Немцы сбрасывали листовки с текстом: «Дамочки! Не копайте ямочки! Всё равно пройдут наши таночки!» Советские люди от написанной ахинеи в листовках приходили в неописуемый восторг.

Но под Лугой всем было весело. Дивизиям бегущим от немецких «таночков» и дамочкам на каблуках (?), рывшим окопы. Впоследствии, эта фраза из тех самых листовок войдёт в историю Великой войны.

То, что научились делать красные командиры-заливать кровью врага, пока, на практике осуществить не удавалось. Немцы ударили на Новгород, озеро Ильмень, на Старую Руссу. Два путепровода-моста у Ивановского мы сдали целыми и невредимыми. В который уже раз профукали стратегически важные объекты.

Обмундирования не было. Винтовка-только у старшего, у остальных-ничего. На складах винтовки были канадского производства, иногда учебные-с просверленной казённой частью. Да это всё не имело никакого значения. Всё равно на передовой патронов не было.

Уже к концу 22 июня 1941 года немцы захватили переправы через Неман. Советская оборона была прорвана сразу на нескольких направлениях.

Главное.

Красные командиры не организовали взаимодействие между частями и бились в отрыве друг от друга. Танки без пехоты, пехота без танков и каждый сам по себе. По-Жуковски.

Да и система взаимосвязи была полностью нарушена, а централизованное управление войсками было нашим Генштабом полностью утеряно!

К концу 1941 года немцы разгромили 186 советских дивизий. Это 109% к имевшимся на 22 июня. От кадрового состава осталось 8%.

Поэтому до самого окончания войны кадровую армию формировали неподготовленным ополчением. И сразу в бой.

Красная Армия времён Второй мировой войны, вне сомнения, была Армией Народного Ополчения.

Смог бы что-либо сказать в своё оправдание, на то время начальник Генштаба товарищ Жуков и главнокомандующий товарищ Сталин, по казахскому акыну Джамбулу — «счастьеносец»?

Неужели Жуков был предателем? Или дураком? Или то и другое в одном «букете»? А если в сочетании и вместе с Великим и непогрешимым «счастьеносцем? Или каждый по отдельности?

И скажите мне при таком раскладе, как нашу всенародную драму воспринимать? «При вопиющей бездарности наших командиров и преступной безалаберности, граничащей с предательством», а причём здесь вообще коварный «рыжебородый» план «Барбаросса»?

Лучше назвали бы его «Дунькина радость» и не было бы так обидно за дураковатые наши ошибки. Якобы, схлестнулись два психопата, сукина сына, дауна и месили бы они друг друга почём зря не на жизнь, а на смерть… Правда, при таком раскладе, как обычно, чубы у холопов летят. Но вы же знаете, что в таких случаях это неизбежно. Так всегда бывает. Зато никаких обид за Державу.

И действительно приемлемо, вместо плана «Барбаросса»…

Achtung! Achtung! Doiche soldaten! Geen bitte auf Moskau off plane «Dunkina radost»!

Schneller! Schneller! Schneller!

Каково, а? И никто бы в мире над нами, над бездарностью наших верховодов и военачальников не потешался. Против «Дунькиной радости» были бы «Ванькины сладости». А супротив этого не попрёшь…

5.

…А тем временем в июле 1940 года история Советского Союза, моей Родины начала поступательное движение к величайшей человеческой драме своей цивилизации.

Впереди замаячила трагедия государства и кровавый тупик всего общества.

Сталин и Жуков совершили необычайно трагическую и роковую для своей страны ошибку. Вождь, который позиционировал себя великим стратегом, мыслителем и, возможно, гением всех времён и народов, а рядом с ним необразованный, жестокий и амбициозный кавалерист. Пока ещё исполнитель фатальных приказов. Специалист по сабельным местечковым наскокам. Халхин-Гол был тому примером.

В июле 1940 года Южный фронт под командованием Жукова двинул на Румынию 460 тысяч штыков РККА, 100 тысяч войск НКВД, 12 тысяч орудий и миномётов, 3112 танков, 2186 боевых самолётов, корабли Черноморского флота, Днепровской флотилии в устье Дуная.

Жуков овладел Бессарабией, Северной Буковиной и вплотную подошёл к румынским нефтепромыслам Плоешти (нефть Европы, Германии).

Победа здесь была бескровной и безоговорочной.

На севере были удачно подмяты под себя Латвия, Литва, Эстония (никель, железная руда, лес). Все они «добровольно» вошли в состав СССР.

Уму непостижимо, что заставило Красную Армию остановиться в Румынии? Ведь её армия со страха перед советским агрессором разбежалась по домам. Попрятались бояре и графья румынской знати.

Здесь, как в уличной драке. Или иди вперёд до конца. Либо не хрен было начинать бодягу. Остановка не перепутье смерти подобна!

Но…

Но волею судьбы воины РККА остановились на перепутье. Таким образом, кремлёвские управленцы сами себе подписали приговор.

С этого момента история великой империи СССР покатила к величайшему испытанию своего народа!

А крест и мука приведут мою родину Советский Союз к неизбежной развязке, закономерному, неминуемому развалу и последующему краху.

В то же время Гитлер готовил операцию «Зеелёве» с высадкой своих войск в Англию. Директива №16 от 16 июля 1940 года. Захват острова, Англии, он планировал закончить к 15 августа. По пути, особо не напрягаясь, фашисты успешно финишировали кромсать армию Франции. Подмяли под себя Париж.

Самое главное, что надо было понимать: в то время Гитлер был повёрнут к нам спиной. Все силы вермахта были на Европейском театре военных действий и стягивались к Ла-Маншу. Флот, авиация, танки, тяжёлая артиллерия, генералы, солдаты, люди были готовы к маршу против Лондона.

Против нас расположились всего лишь 10 пехотных дивизий, которые присутствовали в Польше и Словакии. Непосредственно на наших границах из войск Гитлера не было ни-че-го больше!

Плюсом для нас было то, что с 10 июня 1940 года фашисты начали войну в Северной Африке. Ежу понятно было, что в песках африканской пустыни Гитлер обрёк себя на поражение. Мало там было выиграть битву. Без победы над Англией, Африканская авантюра, по определению, не могла быть разрешена. Фюрер сделал очередную ошибку. Казалось, что лучшей «сказки» для кремлёвских завоевателей и продвиженцев коммунизма трудно придумать. Этой ситуацией надо было немедленно воспользоваться.

Немедленно!

Но Сталиным и Жуковым всё было сделано с фатальностью до наоборот!!!

Если бы Сталин совсем чуть-чуть, месяц или максимум два подождал со своей авантюрой, немцы всей своей мощью вторглись бы в Англию. А наш людоед, остался бы единственной силой на всей континентальной Европе.

Крути, верти, как хочешь.

Вот тогда «стратегу» Жукову надо было бы направить свои танки, авиацию и живую силу всего на 180 км дальше. Захватить румынские нефтепромыслы Плоешти.

И Вторая мировая война закончилась бы в том же году!

Капут Гитлеру без нефти.

Возврата фашистским войскам из Англии не было бы.

На лазурном побережье Франции фашистов встретили и подсадили бы на штыки красные воины, которых охмуряли бы комиссары призывами освободить порабощённые народы.

Хотели, или не хотели бы европейцы, а в Европе уже мы бы ввели и насадили Советскую власть. Где-то по «доброй воле» принудили, а где-то в крови утопили несогласных, холёных аборигенов. Пожировали и хватит. Не всё коту масленица.

Франция, Германия, Голландия, да что там мелочиться, вся Европа от наших революционеров содрогнулась бы! Как раз в то время новостройкам Сибири не хватало рабочих рук. Особо томился в ожидании поддержки Магаданский лесоповал. Сибирь ждала, и дождаться не могла новых жертвенников. А комсомольские промышленные гиганты запросто могли поглотить и перемолоть в своей утробе миллионы холёных европейцев.

Кто-то скажет, что у нас был подписан договор о мире и сотрудничестве с Германией. Но с Японией и Финляндией у нас тоже были подобные договоры. И те и другие страны, почему-то, доверяли Сталину. А зря.

Вот в 1945 году японцы стояли к нам спиной. На границе с СССР находились только квантунские пограничники. Поэтому и получилось прихлопнуть императорскую армию Японии в «пол силы и на раз». А с финнами в 1940 году «на раз» не удалось. Даже запугать финнов бомбардировками Хельсинки и других городов Финляндии не получилось.

В нашем же случае нужна была прозорливость, аналитическое мышление и учёный анализ возможных последствий нападения фюрера. Мне кажется, что при слове «анализ» наши неграмотные, лапотные «стратеги» по привычке сразу готовили стеклянные баночки. И невдомёк им было, что речь идёт о научных трудах.

«Мне это не нужно», — напишет впоследствии на научном трактате Разведуправления Генштаба РККА его начальник Георгий Жуков.

А на тот момент у Германии всё складывалось, как никогда хорошо. Она получала нефть по бросовым ценам из двух неисчерпаемых источников: Румынии и СССР.

Теперь встаньте на место фюрера, когда вас неожиданно и сразу могут лишить нефтяной «похлёбки» от двух сто процентных доноров Третьего Рейха. Вы бы что предприняли? Вот и я о том же.

Напугав «до смерти» Гитлера, два «великих мыслителя» решили по одной им известной логике тормознуться. Но Румыния, со страху от большевистской напасти, сделала свой выбор и легла под коричневое тело Фюрера.

В отместку за свою бестолковость в подбрюшье своей страны мы получили прекрасный немецкий стратегический плацдарм. К удаче германской фортуны и нашей глупости СССР увеличил свой оборонительный фас аж на 800 километров. Это обстоятельство автоматически подтолкнуло нас к формированию более 115 стрелковых дивизий.

Вы не поверите, но эта бестолковщина обрекала и обязывала нас поставить под ружьё дополнительно 1 миллион 725 тысяч человек.

Родина, откуда у тебя такие неисчерпаемые силы?

В дополнение к осложнившейся ситуации на границе мы заимели враждебного и агрессивного союзника Германии. По всему теперь получалось, что враг расположился непосредственно на переднем рубеже последующего нападения.

Вот такие получились дела, дурнопахнущие провалом в большой геополитике.

Впоследствии, именно румыны оккупировали Одессу, воевали в Сталинграде и совершили для СССР много других пакостей.

Но Гитлеру этого было мало. Он был в припадке от проказ двух недалёких «шевелителей» за своей спиной. Приговор и реакция его были мгновенными.

Все войска собранные Германией к штурму британских островов были отозваны, развёрнуты и направлены к границам СССР.

После такого дурилова наших необразованных кавалеристов, кто осмелится сказать, что нападение Германии было неожиданным? И нож в спину фашистам не вонзили (по аналогии с забытой Испанской Республикой и её товарищами брошенными Сталиным в 1939 году), да ещё милости просим, пригласили на мордобой к своим границам.

Но что-то гложет меня сомнение. А может быть нашим вождям этот «блицкриг по-русски» подсказали предатели? В свою очередь недоумки его исполнили? Мы же судим сейчас по результату: Англия-то осталась Гитлером не тронутой и в своих географических границах!

По моему глубокому убеждению, любая авантюра не возможна без интриги и предательства. Агент английской Ми-6, князь Юсупов пристрелил Распутина. И сделал это потому, что тот успешно влиял через Александру Фёдоровну на царя-императора против вступления России в Первую мировую войну. Ясновидящий видел реки крови и крах империи в случае принятия царём ошибочного решения. Кокнули Распутина-распалась Великая империя.

Немецкий генштаб внедрил к нам Ленина, отвалил вагонами валюты и тотчас получил у злейшего своего врага России революцию в тылу.

Англосаксы подставили нам двойного американо-английского агента Льва Троцкого. Певец революции тотчас оказался у руля Красной Армии, и немедленно распалили костёр гражданской войны в тылу великой России.

Мы еле-еле, с трудом унесли ноги от окончательного распада державы. В дальнейшем, с трудом собирали вновь империю. Произвели ребрейдинг. Выбрали звучное название СССР.

И…

И дальше-то что?

Кто-то скажет, что так нехорошо сложилось вследствие совокупности факторов. А кто-то вспомнит слова благодарности главы немецкой разведки адмирала Канариса на совещании в ставке Гитлера летом 1941 года в адрес уникального высокопоставленного агента Абвера в Генштабе Жукова.

Именно этого человека Канарис предложил фюреру сделать управляющим порабощёнными территориями России. Фактически новым царём русского народа.

Кто это был, давно известно.

Только информация до сих пор засекречена от нас в архивах ФСБ. Значит правда слишком интересная, страшная и горькая, если спустя почти 80 лет власти не готовы открыть её для публикации мировому сообществу.

В нашем же случае, как так произошло? Как смогли англосаксы повлиять на недальновидного Сталина, чтобы он «пошустрил» у Гитлера за спиной? А ведь получилось у англиков! Кто же из окружения вложил в уши недальновидному вождю столь необходимое Лондону решение? А по пути доставки информации ещё умертвил весь цвет высшего командного состава Красной Армии.

Так, так случилось… Всётаки кто у нас прослыл палачом Красной Армии? Кто профукал в 1939 году Финскую (Северную) войну?

Лично я не сомневаюсь в предательстве. Кремлёвские дуралеи кичились своими победами, не понимая, что роют лично под себя яму и готовят неизбежный исторический крах своему детищу, большевистскому имперскому монстру СССР.

Но, как бы то ни было, но мы получили главный итог советской авантюры в летней кампании 1940 года. И расклад был далеко не в нашу пользу.

В Берлине осознали, что пока существует СССР, смертельная опасность всегда будет за спиной у Третьего Рейха.

Кто бы сомневался в приговоре Гитлера.

Его главнейшей задачей стало угандошить кремлёвское руководство. Прибрать к рукам сырьевые ресурсы и сделать Россию колонией. При этом, необходимо было разделить её на сателлитные государства.

Немецкие драконы и рептилии появившиеся из яростной тупой веры в традиционный германский шовинизм, созданный из спеси и себялюбия, из самовлюблённой самоуверенности проявляли слюнявую заботу о Фатерланде и, в то же время, железное равнодушие к судьбе всего живого на земле.

Они уверовали в то, что весь мир должен и обязан будет признать то, что немецкая наука, музыка, стихи, речь, газоны, унитазы, небо, пиво, шнапс, дома лучше, красивее, выше и прекраснее всей вселенной. Космос!

Солнце должно было вставать и садиться с разрешения Великой Германии и её вождя Великого фюрера, Гитлера!

Великая Дойчланд, хайль-слава!

А что с Великобританией?

Да что с ней станется. Окруженный водою островок. Пусть пьёт, пока, гуляет. В футбол играет, да по кабакам шарахается.

До поры, до времени, однако.

По моему мнению, Гитлер осознал, что его пытались лишить нефтяной похлёбки. И руки на него посмели растопырить коммунисты. Как загнанная в угол бешеная собака, он бросился спасать свою тарелку. Со зверским оскалом устремился разорвать в клочья Кремлёвского недальновидного хозяина.

Перед фюрером стояла задача реализации своей великой военной доктрины. Германия обязана владеть всем миром и никто не должен посметь помешать её выполнению! А здесь какие-то бездари-семинаристы посмели учинить глупую войнушку. Промахнулись Советы. Недооценили цинизм, наглость и хамство Гитлера.

В результате, 21 июля 1940 года под руководством, в том числе, будущего фельдмаршала Паулюса фашисты приступили к разработке утопического по своей сути плана «Барбаросса».

Почему провального? Да потому что, не смотря ни на какие промахи и ошибки мы были гораздо сильнее фашистов. В любом из компонентов: людском, техническом, продуктовом, сельскохозяйственном, сырьевом, энергетическом и территориальном!

Мы уже провели скрытую мобилизацию, посадили в лагеря ГУЛАГа миллионы дисциплинированных мужиков, которые только ждали команды, чтобы «искупить». С весны вся промышленность работала в мобилизационном авральном режиме. По всему получается, что во всех военно-стратегических компонентах СССР был несравнимо сильнее Германии! В разы сильнее и мощнее. Несоизмеримо.

Вне всяких сомнений и однозначно!

Н. И. Бухарин: «Фашизм, это полное применение большевистской практики и специально русского большевизма: в смысле быстрого собирания сил, энергичного действия очень крепко сколоченной военной организации… и беспощадного уничтожения противника, когда это нужно и когда это вызывается обстоятельствами».

Из донесения Гестапо: «Это всё равно, называется ли правительство нацистским, фашистским или советским, принцип один. Воля диктатора-закон. Он жестоко подчинён этой воле. Собственность полностью конфискуется… патриотизм становится слепой покорностью господствующему классу… между деспотизмом и демократией не может быть компромисса».

Премьер В. М. Молотов: «Сейчас мы убеждены более чем когда-либо ещё, что гениальный Ленин не ошибался, уверяя нас, что Вторая мировая война позволит нам завоевать власть во всей Европе, как Первая мировая война позволила захватить власть в России.

Сегодня мы поддерживаем Германию, однако ровно настолько, чтобы удержать её от принятия предложений о мире до тех пор, пока голодающие массы воюющих наций не расстанутся с иллюзиями и не поднимутся против своих руководителей…

В этот момент мы… придём на помощь, мы придём со свежими силами, хорошо подготовленными, и на территории Западной Европы… произойдёт решающая битва между пролетариатом и загнивающей буржуазией, которая и решит навсегда судьбу Европы…»

Честно сказано, не правда ли?

У вас есть вопросы?

Теоретик Генштаба РККА Г. С. Иссерсон: «Война вообще не объявляется.

Она просто начинается заранее развёрнутыми вооружёнными силами. Мобилизация и сосредоточение относятся не к периоду после наступления состояния войны, как это было в 1914 году, а незаметно, постепенно проводятся задолго до этого».

Любая война, которую ведут большевики «законна и справедлива, а всякую такую нравственность, взятую из… внеклассового понятия, мы отрицаем».

И с финнами Советский Союз не воевал, а оказывал интернациональную помощь, даже, когда бомбил Хельсинки.

А что касается варварского вторжения немцев, так мы сами никому, никогда не объявляли и ничего не объясняли.

Начальник Политуправления РККА Л. З. Мехлис: «…всякая наша война, где бы она ни происходила, является войной прогрессивной и справедливой».

И. В. Сталин: Бывают случаи, когда большевики сами будут нападать, если война справедливая, если обстановка подходящая, если условия благоприятствуют, сами начнут нападать. Они вовсе не против наступления, не против всякой войны. То, что мы кричим об обороне — это вуаль, вуаль. Все государства маскируются».

…На мой взгляд, стратегический просчёт СССР в 1940 году был необычайно грубым, глубоким и страшным для своего народа.

Фатальным и необратимым.

Его катастрофические последствия для судьбы страны уже невозможно было перекрыть никакими гениальными решениями его руководителей.

А самопожертвование и блистательные победы не стали определяющими в раскладе политических сил на мировой арене.

Как бы то ни было, а 2 августа 1940 года Верховный Совет СССР принял закон об образовании Молдавской ССР, а Северную Буковину и три уезда Бессарабии на Черноморском побережье включил в состав Украины.

И мало кто догадывался, что в то время цугцванг по-советски уже набирал свои обороты.

История СССР начала свой обратный отсчёт. До фатального исхода оставалось ровно 50 лет! По историческим меркам, это ничто. Моргнуть глазом не успеешь.

Всем известно, что при цугцванге у сторон нет полезных ходов. Любой шаг и движение ведут к ухудшению собственной позиции (шахм.).

Но ровно через 50 лет, так и не сумев выбраться из затяжного послевоенного «пике» в 1990 году Советский Союз как государство, начнёт финальную стадию своего распада.

Началом и первой скрипкой в замутнённой воде своей неправедной истории станет хаос возле Молдавии и Приднестровья, а так же выход из Союза ССР прибалтийских республик.

По моему глубокому убеждению, в 1940 году именно Сталиным, но руками Жукова был заложен фундамент апокалипсиса 1941 года, всей Великой Отечественной Войны и, впоследствии, распада СССР в декабре 1991 года.

Впоследствии, точно так же 14 сентября 1954 года солдафона Жукова использует Хрущёв. В мирное время. Именно руками Жукова Генсек устроит геноцид против собственного народа на Тоцком полигоне в Оренбургской области при испытании атомной бомбы на живых советских людях!

От действий недальновидных руководителей нашего государства и иже с ними генералов в кровопролитной войне мы потеряли 43,5 миллиона человек, из них 26,5 миллиона военных (В. Голота).

Страшные цифры за ошибки и глупости власть имущих непрозорливых, безответственных вождей страны Советов.

Время расставит всех по своим местам. В соответствии с историческим и эпохальным вкладом в грандиозную мировую историю. Где отдельным лейтмотивом грустная песня нашей страны. Будут ли помнить о своей великой ответственности их последователи? Хотелось бы верить.

Как это парадоксально ни звучит, но Адольф Алоизович, спустя многие годы добился своей главенствующей и, казалось бы, фантасмагорической и никогда не выполнимой цели!

Костлявая рука фюрера щёлкнула из могилы по носу своего могильщика Советский Союз.

Alles капут, «великий и несокрушимый Республик свободных»!

Некогда могучий и несокрушимый СССР бесславно исчез с глобуса мировой истории.

Германия же встала в ряд великих мировых сверхдержав.

А сейчас Солнце стыдливо прячет свои глазки, когда без спроса Великой Германии восходит на востоке и начинает освещать созданный ею по новым условиям игры Евросоюз.

Разве не о таком счастье для своей страны, Фатерланда мечтал Адольф Алоизович Шикльгрубер (Гитлер)?

6.

Бой был кровопролитным, жертвенным и безысходным. Но приказ мы не выполнили.

Мой 14-й гвардейский стрелковый полк в полном составе лежал возле ног. А немец, как был на своих позициях, так и отдыхает там.

По глади реки издалека слышны стукотня и бряканье их полевой кухни. Послеобеденный ланч у них.

Шоколад баварский, тушёнка с гречневым сухпайком. Кофе пьют победители. Играют на губной гармонике.

А наши-то все здесь. На очереди в братский погребальник. В сыру землицу.

Накануне прошли дожди. Середина лета. Солнцепёк далеко за плюс тридцать.

У реки Полисть, что в Новгородских болотах влажность более девяноста процентов. Прямо из воздуха сочится водяная пыль, превращаясь у земли в обильную крупную росу.

Июль. Жара, мочи нет. Абсолютное штилевое безветрие.

Сама речонка Полисть неспешно и плавно несёт свои мутные воды в сторону Старой Руссы. Вдоль самой речушки стелется совсем не широкая полоска земли. Извилистая ленточка божьей тверди шириною от тридцати до ста метров.

Именно на этом месте, прямо вдоль реки обрели покой и встретили свой смертный час мои ратные соратники.

Кто бы мог подумать, что не иначе, как здесь разыграется человеческая трагедия вселенского масштаба. И не где-то далеко, а перед глазами, воняющая тяжёлым духом «излучина смерти».

Людям, не побывавшим на поле боя трудно представить перед собой истинную картину побоища. Воочию наблюдать гробовое пристанище смерти.

Однако вот и он, солдатский погост на излучине реки после кровавого противостояния.

Под летним палящим солнцем смертью пахнущее, смрадное месиво. Сплошная винегретная мешанина из тысяч протухших человеческих тел покрытых трупными червями. Черные фигуры, раздутые до размера бочки. Дурно пахнущее, зловонное крошево, обсыпанное миллионами жужжащих, зелёных и сытых жирных падальных мух.

Вся территория хорошо просматривается и простреливается немцами. Справа река, слева болото, впереди враг. Ни миновать, ни обойти «излучину смерти» нет никакой возможности.

Именно где-то там, впереди за пирамидами вонючих трупов пластаются ещё оставшиеся в живых наши друзья. Непокорённые боевые товарищи.

Среди атакующих бойцов и наш корректировщик, ефрейтор из второго взвода балагур и весельчак, любимец санбатовских девок Стасик Кулёмин. Жив он или нет уже, неизвестно. Но, кто-то же отстреливается на «передке» от наседающих фашистов?

Если он всё-таки убит, то его место предстоит занять мне.

Но прямо до него по грудам смердящих мертвецов проложен телефонный кабель. Он перебит. И его во что бы то ни стало, как можно быстрее надо соединить.

Боевым товарищам как воздух, как жизнь нужна огневая поддержка нашей миномётной роты. А без связи никак нельзя. При миномётном обстреле противника на переднем крае огнём можно зацепить и своих бойцов.

В горячке боя, нередко бывало, и такое.

Чтобы выполнить приказ мне надо ползти по лишённым жизни мёртвым телам. Прямёхонько по распадающейся и перегнивающей мертвечине. По боевым товарищам, а сейчас дохлякам бездыханным.

С ужасом и отчаянием оглядываюсь.

Одни мертвецы.

Гниющие, распухшие туши местами навалены в три слоя.

Разложившиеся и вздутые истлевающие человеческие фрагменты кишат червями.

Испускают тошнотворный сладковатый трупный запах.

Распадаются в биомассу.

Мерзко воняют.

Этот смрад тухлятины, неподвижное зловоние нависло над всей «излучиной смерти». Сил никаких нет осязать, прикасаться, ощущать нагноившийся запах. Страшно своим нутром чувствовать неприкрытую разлагающуюся мерзость смерти.

А, вдруг, череда и мне дойдёт представиться? Тогда грош цена моей душеньке, растворится тело без остатка.

Но, как бы то ни было моему продвижению вперёд мешают людские клочья, отрубленные осколками конечности. Приходится отталкивать, отшвыривать и отпихивать в сторону плоть убиенных бойцов, бывших фронтовых друзей-приятелей.

А как же иначе я смогу подготовить свободный пятачок для очередного рывка? Бросок у меня должен быть неожиданным для фашистов. Резким и быстрым.

Если возюкаться, тремором дрочиться то это будет полный абзац. Кранты будут моим стараниям.

При таком раскладе лучше не начинать пахнущую смертью попытку.

Разрыв мины загоняет меня под трупы.

Почва содрогается.

Смердящие тела сваливаются на спину, осыпая червями.

В лицо и ноздри бьёт фонтан тлетворного тяжёлого духа. От чудовищного гнойного зловония хочется очистить легкие и вздохнуть поглубже, полной грудью. Однако, не дышится всей диафрагмой.

Липко и мерзко.

Но поблизости оглушающе грохнуло!

Над головой осколками провизжали тысячи смертей, облачённых в стальную одёжку.

Фы-фы-фыр-р-р-р… Фыр-р-р… Фыр-р-р… Фыр-фыр-фыр…

В этот раз, вроде бы, пролетели мимо. Надолго ли счастье привалило?

Со мной случилась небольшая контузия, поэтому невольно пришлось открыть рот.

И, вдруг, снова взрыв!

Ударной волной в лицо наотмашь хлестнуло жаром от вспышки и детонации. А прямо в глотку за язык забросило пригоршню червей.

Гладкие, белые, хрустящие гусеницы!

Противные, безвкусные личинки опарышей заполнили рот и шевелили своими ножками. Мерзопакостно и гадко!

Я с отвращением вытолкнул прилетевший «урожай» языком. Отхаркал прямо в изуродованное лицо нависающего трупа с разрубленными костями черепа и выбитыми глазницами.

Это вятский учитель математики Викентий Палыч.

Из раскроенной сечью, искромсанной черепушки предметника прямо на мои плечи сочится сукровица смеси растекающегося мозга, крови и лимфы.

Как собака встряхиваюсь и шевелю своими промокшими и липкими закорками. Сбрасываю кровавые ошмётки речного ила.

Вот говорят, что умный, не умный мозг. Да, какая разница. Содержимое костяной репы у всех одинаково вонючее и мерзкое.

Варит котелок, или в отстой лобастый бубен послать, всё одна хрень для пули дуры. Цвиркнет и не уведомит, когда снесёт пол-башки.

Мерзопакостную и тошнотворную суспензию приходится соскребать с плеч ногтями. Она быстро пропитала сырую гимнастёрку. И теперь совершенно очевидно, что солдатское рубище будет только мешать мне выполнению поставленной задачи.

Вот только надобно мне поднатужиться и сбросить с себя навалившийся тяжеленный труп взбухшего товарища.

Это красноармеец Славка Паршиков из 1-й роты разлагается на солнце. Слякотный уже стал.

Эх, Славка, Славка… Верный и добрый мой друг…

Скользкий, чертяка!

От его вспухших форм гимнастёрка и портки лопнули по швам. В разрывах одежды видно, как на палящем солнце блестит и плавится человеческий жир. Он словно парафин, затекает в укромные места и капает на низлежащих. Застывает корочкой на кровавых обрубках трупаков.

Куски кожи сползли с его шарообразной головы тёмно-фиолетового цвета. Сквозь оборванные и объеденные червями губы виднеются абсолютно белые, ровные молодые зубы.

Вроде, даже, улыбается мертвец.

Надо же, быстро получилось столкнуть.

Со стороны я выгляжу, наверное, не лучше. Весь в крови и грязевой корке из засохшего болотного киселя.

Чучело болотное.

А между взрывами мин я попытался вскочить, но тут же поскользнулся.

Прямо под ногами растеклась полужидкая масса из внутренностей, кишок и требухи в клочья разорванного боевого напарника желторотика. Это всё, что осталось от новобранца, подносчика мин из третьего взвода рядового Андрейки Суровикина из Удмуртии.

Он сам напросился на задание. Думалось ему, что прогулка выйдет из числа «для храбрых». Движуха за боевой медалью.

Однако вот такая смертельная «боевая заслуга» у него получилась. Ну никак не думал, не гадал о смерти ударник пятилетки.

С брезгливостью щепотью снимаю с себя и стряхиваю сгустки крови, брызги мяса, дробь костей, клочья волос, ошмотья кровавого киселя.

Но приказа никто не отменял.

И снова между взрывами ползу вперёд к намеченной цели пока сам живой здоровый.

И так может быть много раз на дню. Туда, сюда. Туда, сюда.

Война не признаёт пограничных состояний и человеческих слабостей. Хочу или не хочу. Боюсь, болею, противно, тошно всё это неважно для исполнения приказа.

Вперёд солдат и точка! «Вперёд, сынок, за Родину!»

Чёрный дым клубится над полем боя.

В июльском знойном воздухе, вдруг, повисла тишина.

Не шумит летний лес.

Не журчит река.

Умолкло всё живое.

Воцарилось молчание.

После миномётных взрывов, беспрестанной трескотни выстрелов в ушах стоит оглушительный звон.

Хоровод колокольчиков звенит в голове беспрестанно.

Хотя вот она, слышите, кукушка за стеной леса на другом берегу.

Тише, тише…

Раз, два, три…

Но это же не мне, это радистке Катюше. Она с утра спрашивала вещую птицу, подкидыша. Интересно, а сколько раз она прокукует мне на свидание, сейчас и воочию

— Кукушка, кукушка, сколько жить мне осталось? — замолчала что-то. Враз примолкла.

Но некогда тут рассусоливать. Сказал же политрук Глазман, что не надо суеверия плодить, тиражировать и домыслами заниматься. Поповские пережитки всё это. Верю, не верю… Тьфу!

Жить должен и приказ выполнить обязан. Кто на «край» полезет, если не я?

А всё-таки интересно, взяли мы немецкие траншеи с краешка «излучины смерти»? Или опять всё бесполезно? Неужели впустую распахивались, пестовались и умирали, что даже близко не смогли подойти?

Как так, за что кара небесная? Народу-то сколько положили! Неужели всё понапраслину и вхолостую?

А сколько ещё душ впереди загубим?

Псу под хвост наши бесполезные усилия.

Проще говоря, из рук упустили выгоду.

Отдали мы инициативу врагу.

Прожопили победу.

Кроши не кроши зубами, а одолеть немца пока не получается. Жалко до слёз бессмысленно погибших ребят.

Нет, не видать, мне отсюда из-за груды кровоточащих, смердящих солдатских тел. Эхма, подтянусь, выгляну. Не получается!

Всё равно не угляжу переднюю линию атакующих боевых товарищей. Не видать отсюда заваленный трупами «передок».

Вот отдохну немного посреди нависшей тишины и тронусь дальше. Где быстрыми перебежками, а где с осторожностью. По любому, всякое продвижение вперёд будет приближать меня к заветной цели.

Так и буду пыжиться, надрываться по ненавистной мне, проклятой «излучине смерти».

Конечно, если получится уцелеть и живым вернуться на окаянную исходную позицию нашей миномётной роты.

Над головой опять грохнуло и засвистело.

Ещё жахнуло!

Взрыв!

Придётся залечь.

— Ух-ты, гадство какое! Зараза!

Больно-то, как ударило и в тело воткнулось…

Грудь, ноги, руки обвило тяжеленным серпантином и рвануло к земле.

Обрушило навзничь.

Ударило так, что я неловко упал на спину.

Затылком уткнулся в мерзко воняющую и развороченную утробу трупа. В ноздри ударил запах человеческих кишок.

В лицо и глаза забросило ошмётки грязи, лоскуты какой-то мерзко воняющей ткани.

В нос шарахнуло острым перегаром от взрыва. Опалило огнём брови, ресницы, волосы.

Мои ноги распоркой упёрлись в катушку с телефонным проводом. Хорошо, что проволокой привязал её к поясу. Это на всякий случай. Для того, чтобы в случае моего убытия по причине смерти ротный не «наезжал» на батальонного старшину хозвзвода, нашу палочку-выручалочку и ветерана Егор Степаныча.

«Золотой» человек старшина.

Радостно почему-то стало на душе.

Радуга ко лбу прикоснулась. Хороша, как ангел краса ненаглядная.

Она для меня как улыбка бога. На счастье. Добрый знак!

Вот она с нежностью целует яркое солнце, бескрайнее небо и меня.

Но что это?

В мои ладони опускаются парашютики лёгких, воздушных семян одуванчика. И птицы бесшумно пролетают надо мною.

Странно всё это.

Почему над полем боя летают остроклювые чёрные птицы? Добычу свою высматривают?

Что-то я никак понять не могу, живой я или нет? Гадаю, как маленький. В детстве так же весело и безобидно играли в июльскую полевую белую ромашку

— Выбыл, не выбыл? Живой или не живой?

— Живой, живой, Мишаня. Чего стонешь? Не скули пацан. Сейчас вытащу из-под огня и перекрестишься. Да не ори ты! — это Иван Щербаков, мой ротный.

И как до меня сумел добраться всемогущий старлей?

Он связал моим ремнём ноги у ступней и ползком тащит за собой посреди смердящих тел в сторону крутого обрыва речки.

Гимнастёрка вместе с исподним задрались юбкой и накрыли голову.

Руки мои закинулись за плечи и волочатся следом.

Дышать совсем нечем.

Не вижу, но чувствую, как сапог свалился с правой ноги

— Постой, обожди, ротный! Как же я в атаку да без своей обувки?

Смотри-ка ты, радуга, прекрасная хорошавушка улыбается. Хорошо и уютно с нею. Может быть, она будет со мною навсегда? По крайней мере, до окончания боя?

Договорились?

Но оглушающий удар грома раскатисто грохнул прямо над головой. Горсть крупного дождя с градом ударила через гимнастёрку в лицо.

Больно-то как

— А-а-а!.. Мамочка-а-а!.. А-а-а!…

— Чего орёшь, Мишка? Не ори! Живой и ладно. Потерпи чуток, братец… Как я без наводчика буду? Мне такой, как ты очень даже нужен в роте… Да не ори ты, крепись.

Ещё чуток осталось. Не страдай браток, держись…

Потерпи малёхо… Не ори только, — ротный, лёжа на спине, ухватился обеими руками за ремень, связывающий мои стопы и волочит непослушную мою плоть.

Он, как может, упирается ногами в рыхлую землю. С силой отталкивается каблуками своих сапог. Изо всех сил тянет на себя моё тело.

Временами я утыкаюсь носом в смердящие трупы. Чую зловоние.

Иногда на кротовинах голову закидывает к небу. В глазах возникают и исчезают яркие полукружия: красные, оранжевые, жёлтые, зелёные, голубые…

Но вот, я почувствовал, что сильные и ловкие руки бесцеремонно, рывками сдирают с лица гимнастёрку. Свежий глоток воздуха вскружил голову. Помутившимся взглядом я ухватил краешек нависающего обрыва и пропасть голубого неба над ним.

Да это же наш ездовой Никанорыч нещадно срывает мою рубаху.

А, вот и Щербаков Иван старлей ротный.

Совсем молодой. Ещё и двадцати годков нету.

Снял с головы каску, рукавом пот с лица вытирает, дышит с трудом, прерывисто. Надсадно и устало.

Запыхался.

Он весь забрызган чужой кровью. Потный и грязный.

Вот склонился надо мной. В глаза заглядывает. Тело осматривает. Ощупывает. На переломы и сквозные ранения проверяет

— Зина, Зиночка! Эй, кто там у миномёта? Да зовите быстрее санинструктора! Тащи сюда жгуты и перевязки побольше!

Я, Мишку Седова наводчика из первого взвода с поля боя приволок! — не оборачиваясь, кричит ротный, — скорее давай, пошевеливайся. Двигай сюда.

А вот и Зина появилась.

Торопилась бедняга. Отдышаться не может. Но, что-то не торопится она раскрывать санитарную сумку.

Стоит санинструктор молча. Смотрит на меня.

Эх, Зина, Зина! Как же я один-то справлюсь со своей бедою? Подмогла бы мне чуток

— Поддержи, пожалуйста, сестричка. Подсоби, и протяни руку помощи. Только не списывай меня со счетов. Ну пожалуйста, — а там, глядишь, я бы и сам оклемался, — жить-то, как хочется жить!

Всё своё драгоценное, что есть у меня, отдал бы за счастье жить на земле.

Иван Щербаков тихонько повернул меня со спины на бок. На губах ощущался привкус крови. Изо рта что-то жгучее, пузырящееся стекало прямо на траву. Он тихо спросил Зину

— Седов-то наш, что? Очень уж плох? А?.. Ничего… Держись, солдатик. Держись, родной.

Зина вытерла шершавой, неухоженной ладонью капельки крови с моих губ и ушла за край обрыва к своим тяжелораненым.

Показалось мне или нет, но тихий ангел пролетел над краешком обрыва. Ледяное марево пронеслось в июльском раскалённом воздухе.

Помню, далеко-далёко мамочка укрывала меня от ливня холстом ситцевого цветастого платка. Приобняв, целовала в глазки и приговаривала

— Вот будешь у меня защитником… Точно станешь, когда вырастешь и сильным окажешься.

А я защищал вас, как мог, мамочка любимая. Я правда очень, очень старался.

Поверь мне.

Свидетелем тому мой семицветик небесный. Он же всё, всё видел, как я воевал.

А сейчас прикоснись губами к моим глазкам. Прикрой мягонькой, оладушками пахнущей ладошкой. Улыбнись мне на прощание, мамочка любимая.

Единственная.

Как хочешь, возражай, не соглашайся, сопротивляйся, но пиковка карта на меня указала. Значится пора уже и мне покой узнать.

Не обессудь, если что не так случилось.

Иногда, я поворачивал голову к тёплому июльскому ветерку. Лицу было блаженно, приятно в знойный полдень ощущать прохладу. Перед глазами было огромное пространство и я видел в этой бездне, что хотел: яркое солнце и бескрайнее небо. А милая, нежная и приветливая радуга оказывала своё почтение и звала меня в нескончаемый простор до горизонта.

За прекрасным несбыточным желанием.

За сказочной мечтой детства.

За бессмертием.

Как из тумана доносятся быстрые и резкие команды. Иван Щербаков у нас в Красной Армии с 1941-го года. Ему ли не привыкать

— Лейтенант Салахов, ко мне!

Приказываю сменить корректировщика Кулёмина на крае!

Сдать личные документы, наградные, личный жетон!

Саршина хозвзвода Смирнов, выдать сухпаёк на сутки!

Боекомплект по полной!

Федорчук, помоги закрепить лейтенанту катушку на спине. Заправь концы провода, да понадёжнее, чтобы не распутались. Затягивай ремни покрепче. Не слышишь, что ли? Я сказал же, сильнее затягивай ремни. Вещмешок на груди примости назад лямками.

Что взводный, присядем на дорожку?..

Ну, всё-всё. С богом, Игорёк. Возвращайся живой. Постарайся, по крайней мере. Вперёд, лейтенант!

Прощай… Прощай, браток.

Смотри-ка, сменил меня товарищ лейтенант.

Стремительно, почти бегом ушёл Салахов Игорь в вечность. Убежала его душа в бессмертие, куда и мне дорога

— До встречи, взводный. Интересно, в каком измерении предстоит встретиться?

А за плечами у него на всю ширину неба от края и до края семицветная прелестница

— Куда, куда ты уходишь, человек?

Зачем тебе это? И кто толкает тебя в безвестность?

Ты же ещё такой молодой, сильный и здоровый.

Тебе ещё рановато ко мне, жил бы да жил себе, деток растил, — прошептала тихонечко на ушко лапушка Радуга.

Собрав все, все силы так хотелось гаркнуть со всей моченьки, бросить клич, позвать боевых товарищей, чтобы не выпускали мою жизнь из человеческого бытия.

Но закричать, подать голос не получилось.

Духа уже не было.

Ушли все мои силы.

Пропали куда-то.

Только мокрая плесень на прибрежном валуне коснулась щеки, да струйка дождевой водицы стекла по остывающему лбу.

А мне показалось, что это мамочка плачет, обливает своими слезами лицо.

Снова захотелось крикнуть, агукнуть зычно, позвать на помощь.

Но не получилось.

— Умирает… Глядикося, — сказал ротный Щербаков Иван, — какая крупная слеза появилась.

И правда. Во мне проснулось, ожило то, что, казалось, давно заснуло. Забылось с детства.

Какое же оно было тёплое, сладенькое материнское молочко для сосуночка.

И сейчас мы были вместе.

И вместе плакали.

Мамочка и я.

Но только я сорвался и полетел вниз, в бесконечную бездну. В бескрайнее разливанное море, пучину тартара.

Хорошо-то как стало. На душе возникло ощущение покоя и тишины. Ясно всё вокруг. Ещё чуть-чуть и моё тело должно наполниться живительной силой.

Должно…

Я всем своим раскуроченным и онемевшим телом вздрогнул. Ещё раз дёрнулся и вытянул кровоточащие, израненные ноги. Безмятежно и с упокоением».

…В этом мире только мы, живые.

Здесь цветёт всеми яркими и сочными красками земная жизнь.

Закроешь глаза, и представляется ваше присутствие. Настолько всё чисто и ясно, что можно сравнить лишь с поцелуем младенца.

Спасибо, родимые, что слышите меня. Благодаря вам от края и до края сегодня мирная небесная благодать. С упоением, наслаждением и восхищением я улыбаюсь и любуюсь очаровательным видением.

Смотрите-ка, люди!

В лазурном и бескрайнем небе под знойным солнцем, как и над Полистью в жарком июле сорок третьего чудо-чудное, диво-дивное…

Улыбка Бога Радуга целует яркое солнце, бескрайнее небо и меня!

7.

Всем понятно, что война-это великое испытание, угроза для любой цивилизации и общественно-политического строя. И совершенно неважно было, в то время любили ли наши предки Сталина, либо нет. Однозначно, на плаху была поставлена судьба истории нашей страны. Психопаты помешанные на мировом господстве посчитали, что могут загубить столько людей, сколько посчитают нужным.

И великая мировая бойня началась.

Никакая война не делает человека лучше, гуманнее, толерантнее. Во время тяжкого испытания, на войне все решения чёткие. Белое-белое. Чёрное-чёрное. Золотого отлива не видно. Его в грязи просто не сыскать. Под торжественные марши власть предержащие любезно упаковывают золотого тельца в банковские ячейки специально созданных для этого стран.

Подсчитано, что за последние 5000 лет мир не воевал только 273 года.

Но, когда у потомков наступает пора «собирать камни» и делать выводы, мы вправе задаться казалось бы тривиальным вопросом

— А, собственно говоря, кто наши идолы и герои? Кого пропаганда определила в первые ряды рыцарей без страха и упрёка, храбрецов, кумиров и светлых витязей?

Н. С. Хрущев, наш вождь шестидесятых героизировал маршала М. Н. Тухачевского.

Того самого, который травил газом тамбовский люд. В борьбе с русским крестьянством у большевиков всё было строго и отлажено. Сплошной террор и кровь. Представьте себе довольно большую деревню в 300 дворов. Одни мужики из неё воевали в Красной Армии, а другие у Антонова. Приходит часть Тухачевского и 1/3 населения, примерно 80 женщин, стариков и детей определяет в заложники… Страшно?

В те времена помещики и капиталисты все повально уехали за границу. 83% населения России жили на селе. Вот с ними-то и воевал будущий маршал. Вся Россия сопротивлялась большевистскому террору. Вся. У нас в Ижевске тоже произошёл уникальный случай. Насаждённую власть голодранцев-большевиков свергли сами… рабочие. Впоследствии сопротивление ЧКисты залили кровью, а самые достойные мастеровые после долгих мытарств, в конце-концов, оказались в Китайском Харбине.

Да, забыл ещё упомянуть о том, что круто досталось ещё и духовенству. БОшки отсекали им тоже безо всякой пощады.

Может быть, и был Тухачевский хорошим красным командиром. Но его ахинея с многобашенными танками, которых надо было изготовить тысячи и тысячи напоминала, скорее всего, абсурдность их пионэрского лагеря. Зато большая практика была от его хитроумной выдумки поставить на аэропланы краники, посредством которых отсекался отравляющий газ сбрасываемый на головы простого люда. По всему выходит, садомазохист и организатор геноцида был красный командир Тухачевский.

Но свои тезисы Генсек основывал, как ни странно, на воспоминаниях бригадефюрера СС Шелленберга (?!). Как будто НКВД на него своё досье не имел?

Видимо, Хрущ не верил своим. И, правда, под пытками мать родную во враги народа запишешь. Другое дело военная разведка фашистов Абвер, Гестапо и его политический сыск. Во все времена им коммунисты верить будут. Как-никак одного поля ягоды.

Ни больше, ни меньше элита мировой коммунистической инквизиции, как могла, прислуживала информационному кредо Вальтера Шелленберга.

В Первую мировую войну будучи в плену, Тухачевский дал слово офицера, положил свою совесть и честь, обещание не искать возможности побега. Выйдя на прогулку, тут же сбежал из-под ареста. Такой «анахронизм» как офицерская честь, для Тухачевского был пустым звуком.

Дав клятву РККА, он тут же и нарушил её, организовав в 1937 году подготовку к военному перевороту в СССР. Документы на этот счёт до сих пор засекречены ФСБ.

Сталин долго не рассусоливал, взял и казнил потенциального переворотчика. Может быть, и конкурента.

Следователи на допросе перестарались и переломили Тухачевскому позвоночник.

Да бог с ним, хотя жаль, как человека.

Так и остался он для потомков кровавым маршалом-фантазёром, неудачником без регалий и побед.

Он, что слуга и народный герой? Глубоко сомневаюсь.

Не лучше был исторический опыт первого маршала СССР Василия Блюхера.

Немцы признали в нем ротмистра австро-венгерской армии графа Фердинанда фон Галена, который якобы официально погиб на Русском фронте в 1915 году.

Истязатель Берия, лично пытал Блюхера, требуя признания в сепаратизме и попытках отделения от СССР Дальнего Востока.

Так и осталось неизвестным, то ли правда перебежчик, то ли авантюрист-романтик? Документы допросов и пыток НКВД до сих пор засекречены.

А для потомков он остался просто Блюхер.

Иванов, Петров, Сидоров, Василий Блюхер… да какая, собственно, разница, кем он был.

Блюхер может называться предвоенным народным кумиром? Вряд ли.

Или другой усач, знаменитый Семён Михайлович Буденый, который «по незнаму дела», бросал на танки Вермахта конницу РККА, выкашивая её под корень!

В августе 1941 года, будучи в великой депрессии и в панике он силами 157-го полка НКВД взорвал плотину ДнепроГЭС. Ту самую, которую строила вся страна и, которой гордились миллионы её сограждан.

В потоках хлынувшей воды погибли красноармейцы, мирные жители со всей округи, беженцы, множество людей работавших в плавнях, сотни тысяч голов скота.

За один час была снесена вся нижняя часть Запорожья с огромными запасами промышленного оборудования.

По другому и не скажешь, что у Будёного получился беспрецедентный акт вандализма и геноцида к своему народу.

У меня возникают множество вопросов по этому поводу к Семёну Михайловичу

— А разве Будёный не собирался, согласно сталинской доктрине «вертать» назад плотину всей страной построенную? В течение дней, месяцев, но обратно?

Разве народное достояние ДнепроГЭС, гордость Советского Союза было проще разрушить, чем заново возводить?

И почему надо было разрушать, ведь немцы ничего в этой области СССР из промышленности не собирались созидать!

Их целью был Кавказ и высокооктановая Грозненская нефть.

А здесь на Украине хлеборобный край. Здесь надобно было русским рабам скотоводством заниматься да пшеницу обмолачивать.

Однако, Будёный, если вообще что-то соображал, думал иначе.

Но, что сделано, то сделано.

Сталин сразу заменил «усатую бестолочь» маршала на юго-западном направлении на Тимошенко, сняв того с должности начальника Генштаба РККА. Лучше бы он этого не делал. «Великий» Тимошенко тут же умудрился прохезать все боестолковения с фашистами.

Эх, крестьянский сын и рубака гражданской войны Семён Будёный. Так и остался на задворках истории СССР до своего финала нарисованным румянощёким акварельным то ли символом, то ли безработным.

Для потомков он, несомненно, один из главных командирских дуралеев Великой трагедии, но никак не народный герой.

В свою очередь Ворошилов облажался казнями в 30-х и не воспринимался в Красной Армии как военачальник, скорее всего, как кровавый комиссар. Не забывайте ещё и о том, что этот палач РККА 19 февраля 1954 года поставит свою главенствующую подпись в документе о передаче Крыма Украине! Замечу только, что на тот момент Хрущёв только 3 месяца был определён в Первые секретари и документ не подписывал, хитрец-прощелыга!

Мясника Жукова красноармейцы ненавидели и боялись. Все знали, что там, где будет управлять «парадом» Георгий Константинович прольются реки крови. Уникальный человек в мировой истории, который погубил самое большое количество своих солдат, залив их кровью поля боёв и не выиграл ни одного сражения без жесточайшего кровопролития. Лично им проиграно крупнейшее в мировой практике танковое сражение под Луцком и Ровно.

И Ворошилов и Жуков, скорее всего, не могут быть народными героями. Скорее страх вызывают. Оторопь. Кумиры, задекларированные пропагандой?

А, всё-таки, кто мог из высшего руководства РККА быть личным примером подражания для воинов Красной Армии и для всего народа?

Может быть главнокомандующий Сталин?

Вряд ли.

Смотрите сами, что происходит.

В результате великой трагедии страна потеряла 43 миллиона человек (В. Голота), а вожака героя у нас с вами нет. Не видно его. Или мы не туда смотрим и не среди тех выбираем?

Может быть, у вас есть другие кандидатуры? Пожалуйста, поделитесь.

До сих пор не понятно, кого надо возвеличивать по его заслугам. Вакансия и вопрос до сих пор остаётся без ответа.

Замутили, так замутили коммунисты. Ничего не понятно. Перестарались в драке за очередь в «великие и единственные», прославляя самих себя.

А мнение народа спросить-то совсем позабыли. «Профанерили» его. Без символа оставили трудящийся класс.

Для потомков странно, как-то всё это!

За всю войну звание Героя Советского Союза получили свыше 11 тысяч человек. 90 из них женщины. Вне всякого сомнения, пропаганда тех лет соорудила героев, которые, безусловно, по своему мироощущению совершили подвиг.

Но для нас, потомков, не все так однозначно…

Беспризорник Шакирьян Мухамедьянов, в блужданиях по стране представлялся Сашкой матросом (Александр Матросов). Тельняшка у него была красивая.

Долго мыкался он по великой империи СССР и прятался от действующей армии. Но, где-то под Ростовом на железнодорожном перегоне его выловил патруль. «Матроса» заковали и обязали отдать долг Родине.

Правда, он не совсем понимал, а причём здесь он.

Как бы то ни было, Матрос отслужил полтора месяца.

А тут бой завязался. Высоту взять надобно было командирам. Ни дать ни взять, а непременно лобовой атакой и никак по-другому.

Ну и подвернулся под руку им несмышлёный беспризорник. Его и обязали, по случаю, лично идти в лобовую атаку на дзот. А куда ему деваться, был вынужден.

Он же не знал и не понимал, что немецкий MG-34, «машиненгевер» разорвёт его тело на куски и отбросит силой удара пули по инерции на десяток метров. 1200 выстрелов в минуту или 20 в секунду!

Просто не понимал пацан, что это бесполезная затея то ли пьяного, то ли глупого командира. В любом случае, отморозка во власти над беспомощным солдатиком.

Здесь только единственная возможность была, гранату вовнутрь амбразуры закинуть. Но, это было не реально. Дзот так и строится, чтобы откос под 45 градусов к амбразуре шёл и чтобы на ближних подступах «героев» отстреливать можно было. А с тыла устраиваются засады. Одним словом, подставили командиры паренька.

Только, думается мне, что если бы он ослушался, вероятнее всего, сорви-голову добил бы стрелок из заградотряда. Там ещё те жлобы служили.

Кстати, во время войны ещё 40 человек совершили аналогичный подвиг.

Многих имён мы не знаем. Да и золота для них на звезду Героя, видимо, не хватило.

А как быть с кадровым бойцом диверсионного спецотряда?

Профессиональную террористку Зою Космодемьянскую (Таню?) выловили местные жители подмосковной деревни Петрищево.

Кстати, как ходят легенды в народе, партизанкой она никогда не была.

В 30-ти градусный мороз Зоя поджигала дома простых крестьян и обрекала тех вместе с детьми на лютую гибель на морозе.

Но, в свою очередь, она, как могла, тоже выполняла приказ Ставки ВГК №0428 от 17.11.41 подписанный лично Сталиным: «…уничтожать все без исключения населённые пункты… чтобы противник не мог их использовать…»

Забыл кремлёвский тиран, что в избах тоже были наши, русские люди и вариантов на спасение после поджога у них было крайне мало. Но ему такая сентиментальность была совершенно чуждой. Логика большевика была простой: через невыносимые страдания народа к победе любой ценой.

После освобождения деревни Петрищево, мужика и двух женщин которые публично осудили теракты Зои, как пособников немцев, расстреляли.

Из Москвы пригласили корреспондентов. Благо дело было недалече от города. Выкопали труп Зои и показали его всей стране. Растиражировали беспримерный подвиг, подменив слово «диверсант» на «партизан» и забыв взять интервью у погорельцев с детьми на руках.

Но тысячи других героев разведчиков и партизан были замучены фашистами.

Вряд ли, за великие муки и истязания им давали героев.

Кстати, когда в кадрах кинохроники мы видим сожжённые деревни и остовы печных труб, невольно задумываемся: «А чьих рук это дело?..»

Летчик-истребитель, 23 лет отроду Виктор Талалихин, расстреляв все патроны, совершил над Москвой таран немецкого бомбардировщика «Хейнкель-111».

И уже на следующий день ему вручили Золотую Звезду Героя!

Разве может быть такое? Конечно, априори, не может. Значит, из Кремля был «заказ» подыскать героический поступок. Возвеличить героя и растиражировать его.

Может быть, Виктор и действительно был героем?

Но в бою им было безвозвратно утрачено вверенное ему дорогостоящее имущество-самолёт. Видимо стрелять не умел лётчик, если не смог своим огнём уничтожить противника.

Бой один на один. Это называется самопожертвование. А тут Герой? Хм…

Всего он сбил 6 вражеских самолётов. Талалихин погиб в воздушном бою в небе над Подольском в октябре 1941 года.

Десятки забытых лётчиков совершили аналогичный Талалихину подвиг.

В небе над Брестской крепостью на устаревшем И-153 («ишаке») один из первых таранов совершил пилот 123-го истребительного авиаполка ПВО Пётр Сергеевич Рябцев.

22 июня в 10 утра, спасая товарища, он протаранил мощный немецкий Мессершмит «Ме-109». Однако, забыли наградить Рябцева.

Уже впоследствии, так и погиб парень, не отблагодаренный Родиной, за которую жизнь свою молодую отдал.

Что-то мне не совсем ясно? Таран над Москвой, это героический поступок, а срубка истребителя противника в первые же часы войны над Брестской крепостью значит, нет?

Удивительно всё это.

Другой лётчик Николай Гастелло считается, что погиб героем 26 июня 1941 года возле белорусской деревни Декшняны.

В учебниках пишут, что Гастелло совершил первый в истории таран наземной цели. Враньё. Первый таран совершил лётчик М. А. Ююкин.

О том, что Гастелло совершил первый таран в истории Великой отечественной войны. Враньё. Его совершил Д. В. Кокорев.

О том, что Гастелло совершил первый таран наземной цели в истории ВОВ. Враньё. Его совершил советский лётчик П. С. Чиркин.

О том, что Гастелло совершил свой подвиг в одиночку. Враньё. Он летал на бомбардировщике ДБ-3Ф с экипажем-Г. Н. Скоробогатым, А. А. Калининым и А. А. Бурденюком, которые остались в тени.

О том, что Гастелло управлял истребителем. Враньё. Он управлял бомбардировщиком.

И вообще, вся эта история про «таран Гастелло» основана на основе ссылок на рапорт лётчиков Воробьёва и Рыбаса, которого нет, и никто не видел.

Более того. В 1951 году для перезахоронения была произведена эксгумация останков из могилы Николая Гастелло. А в ней оказалась… тленность командира 1-й эскадрильи 207-го ДБАП капитана А. С. Маслова и стрелка-радиста Г. В. Реутова.

В НКВД дело сразу засекретили.

На месте гибели Маслова был установлен монумент, посвящённый… Гастелло.

А останки самолёта самого Гастелло впоследствии были найдены совсем в другом месте у деревни Мацки.

Жители видели и рассказывали следователям, что с крыла горящего самолёта выпрыгнул с парашютом один человек.

Этот факт подтверждал так же в «списке безвозвратных потерь…» начальник отдела строевой части 42-й авиадивизии старшина Боков.

Но… Конструктивная особенность самолёта позволяла выпрыгнуть с крыла только… самому командиру.

В данном случае, это мог быть только Николай Гастелло, которого фашисты взяли в плен.

Значит, тарана не было, а командир бросил, предал свой экипаж, толкнул их на гибель в болото, а сам без боя сдался фашистам?

Опять же, но… Указом Президиума ВС СССР от 26.07.1941 года Николай Гастелло был посмертно удостоен звания «Герой Советского Союза».

Указ подписывал Михаил Иванович Калинин. По незнаму дела?

Или вспомним знаменитый бой героев-панфиловцев у деревни Дубосеково под Москвой, которого по определению не было.

Но… В июле 1942 года все 28 человек объявленных героями были награждены орденом Ленина и получили звание Героя Советского Союза (посмертно).

Это единственный случай группового награждения наивысшим почётным званием за всю историю Великой Отечественной войны!

Невероятно, как же так?

Боя не было, героев таких не существует, а награды есть?!

И мемориал стоит там до сих пор. Снести его, значит, оголить потомкам беспощадную правду о басне иллюзорного подвига призрачным и фиктивным героям.

Пока не готовы мы её принять.

Пусть стоит, пока, плод воспалённого воображения. Лжепамятник, как бездарное порождение мнимого и созданного домыслами политруков и комиссаров эфемерного боя.

Здесь ещё большой вопрос к «всенародному старосте» дедушке Калинину. Именно он подписывал приказы о награждении. Ослеп, ослаб, не ведал, что творил марионетка Сталинского режима?

Вся страна знала, что трусоватый бал дядька. Чтобы прогнуться перед Отцом всех народов, свою жену предал и отправил в ГУЛАГ на лесоповал.

А с панфиловцами очень даже загадочная история вышла. Большевики такой ребус «замутили», что, вряд ли, даже потомки разберутся в анахронизмах.

…Главный сталинский военный прокурор СССР Н. Афанасьев от 10 мая 1948 года: «28 панфиловцев полностью выдуманы».

Расскажу, без всякого сомнения, о настоящих героях.

Среди героев-женщин и моя землячка Пушина Федора, военфельдшер 520-го стрелкового полка 167-й стрелковой дивизии 38-й армии 1-го Украинского фронта.

Лейтенант медицинской службы.

Родилась она 13 ноября 1923 года в деревне Тукмачи Якшур-Бодьинского района УАССР. На фронте была с августа 1942 года.

6 ноября 1943 года в результате вражеской бомбардировки загорелось здание госпиталя в селе Святошино под Киевом. Федора бесстрашно бросилась в огонь и спасла жизнь 30-ти раненным! Сама же получила смертельные ожоги.

10 января 1944 года лейтенанту медицинской службы Пушиной Федоре Андреевне присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).

Другая моя землячка из Удмуртии, учительница из Глазовского района Татьяна Николаевна Барамзина родилась 19 декабря 1919 года в Глазове.

Пермский Кагановичский Райвоенкомат добровольно призвал Татьяну в РККА.

В Подольске она закончила Центральную женскую школу снайперов.

На фронт попала в апреле 1944 года. Освоила военную специальность радист.

5 июля 1944 года в составе разведбатальона была отправлена в тыл врага.

Вблизи Пекалина Смолевичского района Белорусской ССР батальон вступил в бой с фашистами, пытавшимися вырваться из минского «котла».

В это время Татьяна в блиндаже перевязывала раненных. Когда немцы её окружили, она лично уничтожила 20 человек и отстреливалась до последнего патрона.

Немцы долго пытали отважного снайпера. Она так и погибла от пыток.

Я так понял, что опознали её только по меткам на гимнастёке «ТБ» и роскошным, красивым волосам. Изуродованное лицо героини было не узнать.

А Указом Президиума ВС СССР от 24.03.1945 года ей было присвоено звание Герой Советского Союза с вручением ордена Ленина (посмертно).

В двухтысячных с уроженкой Воткинска Ульяненко Ниной Захаровной мы жили на одной дачной улице в Лудорвае, что в Звьяловском районе.

Родилась она в 1923 году. В 9-м классе пошла в местный аэроклуб.

С января 1942 года она была штурманом в авиационном полку под руководством легендарной Марины Расковой.

С мая 1942 года она уже служила летчиком лёгкого, фанерного биплана У-2. В 19 лет её назначили командиром звена.

Нина Ульяненко летала в небе под Сталинградом, над Северным Кавказом, Крымом, Белоруссией, Польшей, Восточной Пруссией. И даже участвовала в Берлинской операции.

В то время звание Героя лётчикам давали за 100 вылетов.

«Ночная ведьма» Нина Ульяненко совершила 918 боевых вылетов.

В августе 1945 года ей было присвоено звание Героя Советского Союза.

Скончалась на 82-м году жизни 31 августа 2005 года в удмуртской деревне Лудорвай.

Расскажу об уникальном случае Великой Отечественной войны.

Не мытьём, так катаньем решила взять военный комиссариат простая женщина, будучи уже в возрасте 39-ти лет Мария Октябрьская.

Военкомат окончательно отказал ей в призыве на войну.

Тогда она продала дом, постройки, работала до полного износа и скопила 50 тысяч рублей, на которые купила заветный новёхонький танк Т-34.

Затем она написала письмо Сталину с просьбой принять её вместе с личным танком в действующую армию.

В конце концов, она получила одобрение вождя.

С этой поры в мировую историю вошёл танк с надписью на броне «Боевая подруга».

17 января 1944 года механик-водитель красавица Маша приняла последний бой и была сражена вражеским осколком.

2 августа 1944 Марии Октябрьской было присвоено звание Героя Советского Союза (посмертно).

О случае массового героизма.

С конца августа 1943 года разгорелись ожесточённые бои за освобождение Левобережной Украины. Это был ряд взаимосвязанных стратегических операций.

А битва за Днепр была общепризнана, как одно из крупнейших сражений в мировой истории.

Фронт растянулся на 1400 километров. Убитых и раненных с обеих сторон было более 2,7 миллиона человек.

За штурм и взятие плацдарма на правом берегу Днепра звание Героя Советского Союза получили 2500 человек.

Всему же миру известно, что коммунисты были идеалистами, фаталистами и сказочниками. Раз создали себе кумиров, задекларировали подвиг, значит, всех подпадающих под героический поступок обязаны были соответственно награждать.

И тогда, вдруг, всплыло бы, что подвиг-то массовый. А золота на звёзды героев жалковато будет. Вот и остались забытыми во времени и пространстве тысячи и тысячи настоящих героев Великой Отечественной войны.

Список героев можно продолжать и продолжать. А рассказывать о них бесконечно.

Но возникают вопросы. Неужели кремлёвским воротилам, среди многих других подвигов, надо было выбрать именно те, где сомнение или ложь стояли в основе коммунистических легенд?

В Отечественной войне 1812 года герои были известны на всю страну:

— фельдмаршал М. И. Кутузов

— генерал А. П. Ермолов

— инициатор «победного отступления» от Бородино к Москве командир первой Западной армией М. Б. Барклай-де-Толли

— дворянин и генерал Н. Н. Раевский на батарею которого при Бородино пришёлся главный удар французов

— лидер партизан и народный любимец Денис Давыдов

— первая женщина-офицер русской армии Надежда Дурова…

А, всё-таки, кто был реальным символом борьбы с немецкими оккупантами? К сожалению и великому удивлению единого и бескомпромиссного ответа, из официальных источников вряд ли дождетесь.

Кстати, получаемые регалии у государства надобно было выкупить. За орден Ленина и золотую звезду Героя в кассу платили по 250 рублей за каждый знак отличия.

Другие ордена и символы стоили чуть подешевле.

8.

Если наших воинов, защитников Отечества погибших в Великой войне положить плечом к плечу рядами, то будут лежать они аккурат от Москвы до Владивостока.

Но их уже никогда не вернуть.

Загубили великие кукловоды их души. Оборвали нить эволюции.

Поэтому, ещё в те времена надобно было бы всех прямо или косвенно причастных и виновных в общечеловеческой трагедии прогнать вдоль этого «строя». Без права отдыха и привала. Без звона орденов и кутежей за одержанные любой ценой кровавые победы.

В назидание, так сказать.

А на миллионы погибших были ещё другие миллионы калек.

Говорят, что о достоинстве цивилизации судят по её отношению к малоимущим и инвалидам. Это точно.

Как говорится, без комментариев.

У нас вся страна наблюдала глухих и слепых, безруких и безногих, обожжённых и обмороженных, контуженных и сумасшедших. Все пригородные электрички, вокзалы, площади, базары, кладбища, парки, центральные улицы были забиты нищими инвалидами, получившими увечья на войне.

В той или иной степени, но абсолютно все калеки были повреждёнными в уме, одержимые маниакальными фронтовыми синдромами, прибабахнутыми своей яростью в мозгах и «протекающей крышей» в головах.

У них не было ни жилья, ни продовольствия, ни одежды, ни денег, ни медицинской помощи. Все они были грязными, вшивыми, гниющими, в струпьях и незаживающих язвах. Опустившимися донельзя.

Они не ведали, что такое рак. Но, почти все, в той или иной мере были причастны к гангренам, ампутациям и кровяным переливаниям.

Вечно пьяные люди были одеты во фронтовую одежду, вернее в то, что от неё оставалось и называлось по месту лохмотьями. В жару и стужу на головах у них были пилотки, офицерские фуражки с поломанными козырьками, шлёмы танковые и лётные, бескозырки, суконные солдатские треухи.

Зимой на руках, в лучшем случае, были бабьи варежки. А в общей массе с обмороженными грязными, мозолистыми руками, засунутыми в рукава, либо за обшлага потрёпанных ватников.

Промёрзшие красные руки были не способны поднять за Великую Победу даже гранёную стопку водки.

Но и здесь инвалиды наловчились. Стакан с сорокоградусной беленькой брали зубами, без применения рук ловко запрокидывали к небу и в два глотка осушали его до дна. А дальше выплёвывали его в снег и всеми ноздрями вдыхали в себя морозный воздух.

Потому что закусить им было нечем.

На драных, засалённых гимнастёрках у калек висели поцарапанные ордена и обмызганные ленточки медалей. Других регалий, знаков отличия при них не водилось. Погоны сорваны, документы утеряны. «Кто таков? Солдат Петров? Или майор Иванцов?»

Обществу было совершенно безразлично, а восстановлением бумаг заниматься было совершенно некому. Других проблем хватало.

А тут ещё эти уроды.

Калеки, обухом по башке долбанутые.

Вот перенесут им очередь в Собес на месяц. А сколько в живых останется? Чем больше «откинется», тем Родине расходов меньше.

Значит, закрома богаче будут.

Фронтовики — инвалиды рассказывали жуткие истории о войне, свирепо пытались кому — то доказывать, что вот если бы не их рота, то… А по пути выпрашивали милостыню, которую тут же пропивали.

Они пили всё: денатурат, политуру, растворители, нитроклей, эфиры и даже ацетон.

После попоек они дрались между собой врукопашную, с применением всех навыков ожесточённого штурмового боя.

И было не понять, какой фронт, против какой армии «буром» прёт. А какая гвардейская на привокзальном дебаркадерном плацдарме оборону держит?

Покалеченные фронтовики дрались страшно, с исступлением и беспощадностью.

Словно в последнем своём беспощадном и кровавом бою.

После «махалова», размазывая сопли и кровь, выплёвывая выбитые зубы все калеки дружно братались и горланили фронтовые песни.

Сломанные рёбра, носы и челюсти, это было, само собой. Издержки пьяной вакханалии.

А поутру, некоторые из них, с отбитыми почками, проломленными черепами так и оставались, неподвижно лежать, на родной земельке, за которую они кровь проливали.

Никто из властьимущих внимания на эту смерть не обращал.

Много ли инвалиду надо, буквально ткни пальцем и смертушка сама придёт.

Но куда им идти, куда деваться?

Так и сидели калеки-товарищи рядышком с покойниками. Пили дальше горькую.

Милиция на эти «разборки» внимания не обращала. Всех не пересадишь, да и кормить их вшивых надо. А так сами, на подножном корму перебиваются «прусаки-обглодыши». Быстрее сами сдохнут, скорее проблему человеческую с собой унесут.

И на улицах без инвалидов поприличнее, поспокойнее и веселее станет.

Они же грусть, тревогу, страх перед прошедшими испытаниями с собою заберут.

На еду и лекарства у них просто не было денег. Впрочем, как и не было никакой перспективы на достойную и счастливую жизнь солдата- победителя.

Эти маргинальные личности вызывали страх у обывателей. Тыловые, мирные люди не понимали внутреннюю сущность калек-фронтовиков.

Мамочки пугали ими своих детей.

На глазах социалистического общества ходила-бродила, ползала, пьянствовала, хулиганила, попрошайничала, дралась, воровала, материлась, гадила и горланила фронтовые песни совсем другая и чужая для обывателей цивилизация.

Хотя, она своей кровушкой заслужила своё существование на наших с вами улицах. Но… К великому сожалению, не всё в этом мире вершится по справедливости.

Между прочим, эта цивилизация нам с вами обеспечила процветание.

Умерших от болезней и в драках, замёрзших по пьяни и от слабости, утонувших по беспределу и по причине паскудной жизни, отравившихся от суррогатов, повесившихся от невыносимых проблем, бросившихся под поезд от безысходности, спрыгнувших с моста и шагнувших под колёса автомобиля не сразу, но брезгливо подбирали и свозили на безымянные поля.

Подальше от глаз людских.

Без гробов и траурных церемоний, умерших на улицах инвалидов быстренько закапывали и присваивали могилке порядковый номер. И всё.

А что, собственно, было церемониться? Был человек, и нет человека.

На памятниках братских кладбищ можно было хоть фамилию родственника увидеть.

Кто-нибудь, когда-либо видел книги с расшифровками порядковых номеров могил бесславно закопанных фронтовиков?

А если по жизни, то у нас живых и беспамятных так бывает: нет документов, нет вопроса.

Да кого, собственно, их жизнь, искалеченная судьба интересовала?

Вот и сгинули миллионы покалеченных страхолюдин. Ладно ещё сами. Власть всё сделала, чтобы выкинуть их с глаз долой-из сердца вон.

Разве можно было видеть жалостливую картину: грудь в орденах, а он возле булочной милостыню просит. Никуда такое зрелище не годилось.

Уродины на тележках никак не вписывались в осваиваемый страной соцреализм.

И потянулись караваны, автомашины, поезда, пароходы с калеками на изолированные территории в Кирилло-Белозёрском, Горицком, Александро-Свирском, Валаамском и других монастырях. На Соловки.

В бывший женский монастырь со всего Северо-запада были свезены полные обрубки войны, лишённые рук и ног. В народе их называли просто-«самоварами».

Другие, шебутные орёлики собранные со всей округи, вроде бы выезжали по месту назначения, но никто и никогда от них веточки уже не получал. Вроде был инвалид-герой, а сейчас вот не стало.

Поговаривали, что в пересыльных лагерях были специальные расстрельные команды из отмороженных вертухаев. Кто ж это на зоне за инвалидом ухаживать будет? Проще пареной репы было закрыть вопрос раз и навсегда, чохом и никогда к нему больше не возвращаться. Власть, видимо, так и поступила.

Я хорошо помню по своему детству в 60-х годах двадцатого столетия, что уроды-инвалиды войны были везде: в райцентре Малая Пурга, в посёлке Центральный, на железнодорожном вокзале в Агрызах. Были и шебутились что-то.

Для меня, пацана лицезреть на них было не просто отвратительно, а чудовищно страшно. Все показывали на них пальцем и презирали за скотский уровень существования. И, вдруг, в какой-то момент они все исчезли. Не стало их. Вопрос замяли и с годами потихонечку забыли.

Для простых людей, живущих в мирные дни и счастливую пору, инвалиды были уже никто и звать никак.

Краше только в гроб клали.

Правда, в своей душе и многострадальном, израненном сердце они навечно оставались героями. Но так и ушли потихонечку пугалища, уродины фронтовики, инвалиды в безвестность.

Бывшие Победители.

Обществу мирового Социализма было стыдно признать, что героям сполна одаренным лихолетием и бедою у Родины просто не хватило денег, чтобы обеспечить их достойным существованием.

Отечеству надо было строить новые танки, самолёты, аэродромы.

На судьбу фронтовиков-инвалидов всем и вся уже было глубоко наплевать. Лелеять их и возюкаться с ними было абсолютно некому и некогда.

Слишком много славных дел предстояло выполнить советскому народу.

Так и уходили ветераны-инвалиды и калеки фронтовики в безвестность.

Зато на улицах и площадях советских городов и сёл красивее стало.

Сразу же дышать без этих «недочеловеков», страшил и образин безродных стало легче.

А то маячили без дела, или по пьяни перед глазами, на красивых и нарядных победителей мешали смотреть и любоваться.

Своим мерзким видом калеки портили весь праздник победившему народу. А новые поколения и не вспоминали уже о существовавшей после войны проблеме. Радость победы от этого никак не умалялась, а тем более не могла омрачиться праздником жизни.