Давно советовали мне Леонида Андреева. Люди уважаемые, к мнению их надо прислушиваться. Взял наугад первое подвернувшееся из Андреева – «Иуда Искариот». Что сказать? Автор провокатор, мутный символист и прекрасный писатель. Книжка яркая, не во всем понятная, с большим простором для споров на пустом месте – значит, интересная.
По нынешним временам, экспериментировать и вольно высказываться на тему сюжетов «Нового Завета» уже не так оригинально. Очень многие этим балуются. И в публикуемой литературе и еще больше в неопубликованной. Каждый мнит, что ему есть, что сказать, есть, как оригинально посмотреть на персонажей из иисусовой команды. Особенно ревизии подвержен, разумеется, Иуда. Впрочем, я не знаток истории литературы и не скажу, насколько такой подход был смел и нов во времена Андреева. Только вот любому нынешнему экспериментатору повесть «Иуда Искариот» обязательна к прочтению. Если она и не поразит смелостью мысли, то язык автора, образы, диалоги крайне любопытны даже в отрыве от контекста.
Иуда Андреева фактически является единственным персонажем повести. Остальные ученики и Иисус в особенности настолько серы, однообразны и скучны, что могут служить разве что фоном этому одному истинному актеру пьесы.
Я не уверен, что сам Андреев четко и до конца сформулировал для себя, что он хотел сказать этим произведением. Писатели, они, бывает, такие мутные, что сами не понимают, чего хочут. Потому и я не стану особо тут мудрствовать, выискивая смыслы, которых автор, может быть, и не имел в виду. Но образов в голову навевает немало.
Самое очевидное – это, конечно, революционная в православном обществе идея пересмотреть акценты, выставляемые на учеников. Один Иуда оказывается и холоден и горяч одновременно, весь он кипит в противоречиях. И да, он-то, может быть, и предает Иисуса, только он-то предает его явно, открыто и признаваясь. Да еще имея при этом цель. А вот остальная инертная масса мудрствующих трусов предает учителя втихомолку, прикрываясь кучей оправданий. Внешне благородных, но каких-то не убедительных, с гнильцой. А Иуда делает последний решительный шаг. И что там, за этим шагом, уже никто сказать не сможет. Глядишь, а этот рыжий черт из Кариота окажется правым.
Еще раз повторюсь, сегодня мысли эти уже не кажутся ни смелыми, ни неповторимыми, но вот то, как они поданы, до сих пор остается элегантным в своей красоте и параллельной грубости. По мне, так интереснее не то, о чем эта книга, а то, как она написана.
7 из 10
