Оглавление

Пролог

— Горько! Горько! — голосили пьяные гости.

Руслан широко улыбнулся, заключив Наташку в крепкие объятья, и накрыл губами ее чувственный, слегка приоткрытый рот.

Но горько было мне! Потому что сестра вышла замуж за того, в кого я влюблена с семнадцати лет.

Гости веселились и плясали. Наташка заливалась звонким смехом, кружась в танце на ковровой дорожке, куда бросали купюры и монеты.

Дурацкая традиция! Каждый хотел присоединиться к молодоженам, и только я сидела за основным столом, наливая в бокал шампанское. Один, второй, восьмой и я в дрова! Но этого мало, потому что горько, мать вашу!

— Горько! Наташа, поцелуй его и за меня тоже! — выкрикнула, вставая из-за стола. — Горько! — из глаз брызнули предательские слезы, скатываясь по щекам и испортив макияж. Платье задралось, но я вышла в круг танцующих, размазывая по щекам потекшую дешевую тушь.

— Дианка, прекрати немедленно! — шикнула мать. — Позорище! Иди в дом и проспись. Совсем с ума сошла? Ты чего накидалась-то? Что за истерика? Никуда твоя сестра не денется. Они с нами жить будут. По крайней мере, пока Руслан не встанет на ноги. Завод по металлообработке запустили лишь неделю назад.

— Шикарно! — я бросила на пол бутылку, и брызги игристого попали на платье сестры, которое она выбирала не один месяц. — В таком случае мне в этом доме делать нечего. Смотреть на то, как они счастливы? Увольте! Мне это неинтересно! Все! Ухожу!

— Ты чего удумала? Постой! Ты что, до сих пор влюблена в мужа родной сестры? Дианка, ну как же так?

— Ерунду не неси, — я тут же протрезвела. — Ты же сама говорила, что я монстр, который в принципе не способен любить. Просто настроение дерьмовое! Довольна?

Мать тяжело вздохнула и поправила старомодное платье из какого-то зеленого шелка.

— Пойду посплю. Мне почему-то невесело.

Развернувшись на тонких шпильках, прошла вдоль двора и завернула туда, где недавно установили несколько скамеек и небольшой фонтанчик.

Наташа была меркантильной и расчетливой сукой. Это знали все в поселке. Парней за ней бегала тьма, но нужен был только тот, кто смог бы соответствовать амбициям моей старшей сестры.

Мне девятнадцать, сестре двадцать. Мы с ней разные. Абсолютно! Будто и неродные вовсе. Я, конечно, люблю ее, но иногда ее вид вызывал отвращение.

Сестра была жгучей брюнеткой с большими карими глазами, тонкими, но притягательными губками и светлой, словно мрамор, кожей.

Волнистые волосы красиво струились по гладкой спине и падали на плечи. Она отлично знала, что красивая и нагло этим пользовалась. Вся ее комната, которая теперь стала моей, была заставлена флаконами дорогих духов, различными милыми безделушками и прочими подарками ее воздыхателей.

Я даже не успевала запомнить имен потенциальных женихов сестры. Настолько часто они менялись.

Я же была иной. Блондинка с прямыми волосами и пухлыми губами. Мои глаза были голубыми. Полная противоположность сестры.

И была в нашей семье огромная тайна, которую долго скрывали. С самого детства я пыталась понять, почему мать так люто меня ненавидит, но в неполные восемнадцать узнала истинную причину ее нелюбви. Мы с Натой были дочерьми одного отца. Вот только мамы у нас были разными.

Наташку все почему-то любили больше. Не только родители, но и соседи. Наверное, за то, что она была коммуникабельной. Легко вливалась в любое общество.

Про таких говорят «Душа компании».

Я же наоборот. Постоянно витала в своем мирке, и редко кому удавалось проникнуть за те высокие стены, что я вокруг себя выстраивала.

Выросли мы на Западном поселке в частном доме. Два строения были совершенно одинаковыми. Мама постоянно сажала овощи, а отец работал недалеко на заводе стеклотары. Жили неплохо, но как-то скучно и однообразно.

Сам поселок находился в городе, но был ближе к трассе.

До того, как я уехала из этого ненавистного дома, мы с Наташей делили комнату на двоих. Небольшая спальня, где моими была лишь кровать и письменный стол. Все остальное пространство заняла сестра.

— О чем задумалась? — этот шепот и запах хорошего парфюма ни с чем не перепутаю. — Тебе не нравится праздник?

— Честно? Нет, — я взглянула в глаза своего зятя. — Иди, Руслан.

Парень сжимал в руке бутылку холодного игристого.

— Наташа попросила бутылочку, — он улыбнулся и указал на шампанское.

Выхватив из его руки бутылку, жадно впилась в горлышко. Жидкость стекала по губам и капала на платье, которое сестра одолжила мне для своего же важного праздника.

— Теперь будем жить в одном доме, — Руслан как-то грустно подмигнул мне. — Ты не рада? Верно? Диан, а почему я настолько сильно тебе не нравлюсь? Раньше мне казалось, что я не был тебе безразличен. Пока ты не устроила мне маленький ад. Помнишь?

— Загорский, ты действительно не понимаешь, почему я веду себя вот так?

— Не понимаю.

— Вот почему! — я сделала шаг ему навстречу, осторожно поставила бутылку на пол и схватилась за лацканы черного пиджака.

Встав на носочки, дотянулась до его рта. Губы сомкнулись в весьма дерзком, настойчивом поцелуе. И самое стремное — он мне ответил. Целовал, до боли терзая губы. Из горла вырвался приглушенный стон. Руки парня сжали мою тонкую талию.

Сзади кто-то прокашлялся, и я отскочила в сторону, едва переводя дыхание.

Рядом с нами стоял отец.

— Не помешал?

— Я объясню, — Руслан прикрыл меня собой. — Все не так. Это не то…

Действительно. Даже я не могла сейчас подобрать нужных слов для описания случившегося.

— Да успокойтесь вы оба. Такое случается, когда выбрал не ту сестру. Не знаю, как вы будете жить под одной крышей.

Парень схватился за голову и двинул в сторону свадебного шатра, где его ждала невеста. Точнее, уже жена.

Так было принято у сельских, а мы мало чем отличались от них. Шатер этот строили недели две.

«Горько»!

Звучал в голове назойливый гул десятка голосов. Закрыла глаза, жалея себя.

— И ты однажды полюбишь, — отец обнял меня и осторожно коснулся светлых волос. — Ты у нас красавица.

Вот только он отлично знал, что я была влюблена в Руслана с семнадцати лет. И теперь я должна была разрушить то, что эти двое собирались строить, несмотря на то, что оба не хотели жить друг с другом.

Глава 1

За два года до…

Почти семнадцать. Время подросткового бунта и первой любви.

Выбегая из здания школы, закинула на плечо синий рюкзак и подставила лицо весеннему солнцу. Завтра последний звонок, а потом начинаются экзамены. Я не хотела продолжать обучение в школе после девятого класса, но у родителей на меня были свои планы.

Вот только придется менять школу. Учиться там, где сейчас грызет гранит науки моя старшая сестра Наташа.

Она усиленно готовится к экзаменам. И если мне все дается легко, то сестре приходится не спать ночами и зубрить, зубрить, зубрить.

Наташке восемнадцать. Красавица, любимая дочь родителей, душа любой компании и «завидная невеста». Мы разные. Абсолютно! Начиная от внешности и заканчивая характером.

Наташа — хохотушка. Она знает имена соседей, их детей и даже собак. Я же — наоборот. Очень не люблю шумные компании, стараюсь держаться особняком.

— Диана! — сзади подбежала подруга и одноклассница Лена. — Торопишься домой? Идем со мной.

— Куда? — скинула руку Лены с плеча и поправила волосы. — Мне домой нужно. Правда.

— Врешь, — хихикнула русоволосая Ленка. — Тем более, что в комнате вашей сейчас забаррикадировалась Наташа с книгами. Почему она такая?

— Тупая? — я прищурила глаза. — Подозреваю, что ее роняли в детстве и многократно!

Сестру я любила, но жутко ревновала к ней родителей. Каждый раз, когда в дом приходили гости, Ната убегала к друзьям, а я оставалась дома.

То спуститься в погреб за огурчиками и другими соленьями, то подать фужерчики. Личная прислуга мамы.

Друзей у меня было мало. Лучшая подруга Лена, с которой мы жили по соседству и знали друг друга с рождения и еще пара девочек со школы. Мальчишки обходили меня стороной, что, собственно говоря, неудивительно. Я некрасивая, и этим все сказано.

Мальчишеская фигура, слишком пухлые губы и прямые, почти белые волосы. Парням нравились другие. Фигуристые и разговорчивые. Такие, как Наташка.

Иногда я думала, что любовь — это не для меня. Я родилась для чего-то другого.

Жили мы безбедно. Частный сектор и два одинаковых дома. В одном жила бабушка, а во втором мы с родителями. Вот только комнату делили с сестрой пополам.

Моя кровать стояла у двери, а Наташина у окошка, чтобы ей не было летом слишком жарко. А зимой она любила смотреть, как падает снег. В общем, все для ее удобства. Моим был лишь письменный стол, который сейчас стал собственностью Наты, и пара полок в шкафу.

Поселок находился в городе, но мы мало чем отличались от сельских жителей. По весне все принимались за свои сады и огороды. У кого-то были куры, а кто-то содержал коров.

— Так куда ты хочешь затащить меня на этот раз? — улыбнулась я подруге, осмотрев свою одежду. — Там будут парни? Колись, Ленка. Я выгляжу как чучело. В этих тряпках стыдно людям показаться.

— Глупая ты, Диана, — Лена приобняла меня за плечи. — В человеке главное не внешность.

— Да-да-да! Я в курсе. Чистая душа, светлые помыслы! — засмеялась, ущипнув подругу за руку. — Но парням это неинтересно.

— В общем, так. Забей на шмотки. Мы идем к Вере Самойловой.

— У нее праздник?

— Еще какой! Брат вернулся из армии, и не один, — Ленка закатила глаза, и стало смешно. — С ним друг. Ты не представляешь, какой он красивый.

— Неместный?

— Наш он, городской. Просто пока живет у Самойловых. Не знаю почему. У него родители какие-то крутые бизнесмены. Помнишь, завод недавно построили?

— Металлообработка?

— Он самый. Вот этот завод принадлежит семье Загорских. Их сейчас в городе нет. Как всегда, в разъездах. Потому Руслан у Женьки и завис.

— Ладно, пойдем, — вдруг согласилась. — Как я выгляжу?

— Как обычно потрясающе!

— Врешь, зараза! Но спасибо.

Пройдя по поселку, завернули за угол, как раз там, где стоял тот самый завод. Многие злились на владельцев. Туда тащили весь металл. В поселке не осталось ни одной крышки от люков. У некоторых даже заборы ночью тырили. Именно это и возмущало местных жителей. Загорские скупали все, и им было совершенно плевать, что это не совсем законно.

Дойдя до двухэтажного кирпичного дома, остановились у ворот. Ленка облизнула губы, поправила мини-юбочку и, невинно хлопая глазами, прошептала:

— В общем, так. На Жеку не смотри, он мой, — хихикнула девушка. — А Загорского можешь забирать.

— Дура! На кой он мне нужен? Он же старый!

— Ему двадцать!

— И Жене, стало быть, тоже. Лен, ты совсем больная? Они взрослые и только после армии. Поверь мне на слово. Им сейчас не любовь нужна, а кое-что другое. Ты готова к таким переменам?

— Рано или поздно это все равно произойдет. Так какая разница, когда?

— И будешь потом выть, что тебя использовали как куклу и бросили? Спасибо, но я и так постоянно вытираю твои сопли.

Лена фыркнула и нажала на кнопку домофона. Самойловы жили очень богато. Мало кого приглашали к себе. Первые отстроили домище и обзавелись техникой.

Мама называла их нуворишами и постоянно обсуждала за спиной, чем очень сильно раздражала.

— Кто? — послышался голос из серебристой коробочки.

— Верка, открывай. Это мы с Дианой. Ты сама пригласила.

Послышался щелчок, и ворота шумно отъехали влево, давая нам попасть во двор.

Я впервые была здесь. От увиденного глаза расширились и челюсть отвисла.

— Ничего себе! Круто!

— Я бы сказала, очень круто, — шикнула Лена. — Как я выгляжу? Волосы, юбка, рубашка — все идеально?

— Да! — резко ответила, прикоснувшись рукой к деревянной изгороди огромной беседки, которая стояла прямо посередине двора.

— Привет, девочки! — нам навстречу выбежала Вера.

Высокая и стройная шатенка с пышной грудью и широкими бедрами. В свои шестнадцать девушка выглядела старше моей сестры.

— Идемте, — Вера снисходительно улыбнулась, заметив, с каким интересом я рассматриваю их двор. — Мама стол накрыла. Парни проголодались. Ждем только вас.

В доме было еще красивее, чем во дворе. Кухня обставлена по последнему слову техники. Чего тут только не было. Тостер, микроволновка, электрочайник. А само помещение сверкало чистотой.

— У вас есть прислуга, как в кино? — улыбнулась я Вере.

— Ага, сейчас! Если бы. Сами моем, стираем, чистим! Мама помешана на чистоте. Настоящая домохозяйка.

— Это плохо? — я сняла кеды и прошла на кухню, усаживаясь за стол.

— Кому как, — усмехнулась Вера. — Дин, мы обедаем не здесь. У нас столовая есть.

Щеки девушки слегка вспыхнули, и она отвела смущенный взгляд. Ей было неудобно. Но перед кем? Перед нами, потому что живем иначе? Или перед братом и его приятелем, которых я еще не видела? Может, она стесняется нас?

— Девчонки, я тут кое-что вспомнила. Вы оставайтесь, а мне срочно нужно домой, — солгала я, чувствуя себя неуютно в этом доме.

— К чему спешка? — послышался приятный мужской голос в тот момент, когда я уже завязывала шнурки на кедах. — Поедим, выпьем чаю с малиной, и пойдешь домой. Оставайся. С нами весело, — улыбнулся обладатель красивого голоса.

Я замерла и покрылась мелкими мурашками. Передо мной стоял невероятно красивый молодой человек. Русые волосы, немного квадратный подбородок. На красавчике были светлые джинсы и такая же рубашка. Полностью расстегнута, она обнажила спортивное тело, давая разгуляться воображению.

Мне стало жарко и показалось, что в помещении нет воздуха. Ладони вспотели.

Обычно я не веду себя так, но этот парень разбудил во мне какие-то новые, незнакомые чувства. Он меня заинтересовал! И я уже жалела о том, что одета в обноски сестры. Сейчас бы платье, да покороче.

Тьфу ты! Какие странные мысли.

— Я Руслан. А тебя как звать? — парень протянул мне руку.

Я вложила в нее свою ладонь и, заикаясь, ответила:

— Д-д-диана Лонская.

— Идем, Диана Лонская. Там столько вкусного, — парень подмигнул мне. — И не нервничай, выглядишь потрясающе.

Мама Веры накрыла на стол и скрылась где-то в огромном доме. В столовой стало душно. Все молча пили чай. И, кажется, не я одна чувствовала неловкость.

— Так вы все учитесь вместе? — нарушил тишину Руслан. — Девятый класс? Совсем девчонки.

— А тебе нравятся старушки? — ехидно прищурила глаза Ленка, и я стукнула ее ногой под столом. — Как армия? Понравилась?

— Нет, — тихо засмеялся Женя, который до этого просто молчал, но с интересом рассматривал и меня, и Лену. — Что там может нравиться? Куда дальше? — продолжил беседу парень. — ПТУ или десятый класс? Верка продолжит учиться в школе, — он заботливо поправил волосы сестры.

— Школа, — вздохнула Лена. — Для хорошего ВУЗа нужно окончить одиннадцать классов. К сожалению.

— А ты? — лукаво улыбнулся Руслан. — Всегда такая скромная, Диана? Имя у тебя красивое. Диана в древнегреческой мифологии — Богиня охоты.

— Сомневаюсь, что мои родители знакомы с историей древней Греции. — улыбнулась я парню.

Он смотрел мне в глаза, и я не отвела взгляд. Никогда не думала, что способна на это, но, кажется, я влюбилась. Любовь с первого взгляда? Но так не бывает!

Глава 2

Голова кругом, дыхание сбивается. Щеки предательски краснеют.

Парень, скорее всего, заметил, но ведет себя тактично. Словом не обмолвился об изменениях, что красными пятнами появились на моем лице.

— Так что насчет тебя, Диана? — во взгляде карих глаз играют чертики. — Школа?

— Да, — осторожно отпила глоток, придав голосу бодрости и уверенности, что мне совсем не свойственно. — Еще два года, а дальше не знаю. Пока ничего не планирую. Да и кто же мне даст?

— А кто же за тебя решает?

— Мать, — хмыкнула и вдруг спросила: — У тебя есть братья или сестры?

— Старший, Пашка, — парень улыбнулся. — Женат, дети есть. Но живет с нами. Дом у нас немаленький. Места всем хватает.

— А у меня сестра. И самое невеселое, Руслан, что ее родители любят больше.

— Младшая? — глаза прожигают две дыры на моей рубашке. — Обычно младших любят больше и многое им позволяют.

— Не-а, — в разговор влезла Лена. — Сестра у нее старшая. Как раз заканчивает школу. Если честно, то она никому из нас не нравится. Снобка, каких поискать.

— Она неплохая, — лезу в защиту Наташе. — Просто ее мама любит больше.

— Это нечестно по отношению к тебе, — проглотив кусок пирога, заговорил брат Веры. — У нас в семье равноправие. И меня, и Веру любят одинаково. Правда, малявка? — он с такой нежностью смотрел на младшую сестру. — Даже не знаю, как теперь к ее женихам относиться. Буду отстреливать по одному.

Женя подмигнул Вере, а та приобняла его.

— Жека прав, Дианка. Там, где ребенка два и более, нельзя себя вести вот так. Как мама твоя. Только не обижайся, ладно? Я всего лишь высказала свою точку зрения, да и любим мы с Ленкой тебя, потому обидно. Понимаешь?

Никогда до этого девчонки столько не болтали, но благодаря им я почувствовала себя увереннее, что ли.

Раздался странный визг.

— Это Олеся, — Женя встал из-за стола и выбежал во двор.

Спустя полминуты он завел в столовую красивую девушку.

— Знакомьтесь, — парень осторожно коснулся губами щеки красивой блондинки. — Это моя Олеся. По осени свадьбу сыграем.

Краем глаза взглянула на Лену. Настроение подруги тут же ухудшилось. Она резко поднялась из-за стола и вышла.

— Лен, ты куда? — Вера побежала следом. — Могли бы сыграть в Монополию или фильм посмотреть.

— Спасибо, но я и так засиделась. Сама понимаешь, мать нервничает. Да и экзамены на носу. Диана! — окликнула меня подруга. — Идем! Потом стемнеет, сама шагать будешь. А райончик у нас — та еще помойка!

Я понимала ее. Она возлагала на Женьку такие надежды, а тут облом. Парень несвободен. Более того, он женится, а значит, все у них серьезно с этой Олесей.

— Я б осталась, — вышла к подруге и с мольбой посмотрела в ее глаза. — Увидишь моих, солги, что я у Томы Карась. Помогаю с подготовкой к экзамену. Договорились?

— Конечно, ты же знаешь, что не выдам. И ты обещай, что будешь вместе со мной ненавидеть эту девку.

— Обещаю, — я звонко рассмеялась и порывисто обняла Ленку уже у двери. — Завтра увидимся? Мне заниматься негде. Наташа — захватчица, стол не отдает. Не одна она экзамены сдает. А на кухне, сама знаешь. Постоянно кто-то ходит.

— Не люблю я твою сестру. Знаю, что ты любишь, но я не могу. Слишком многое ей позволяют.

Лена прошла по двору. Ворота снова отъехали в сторону, и подруга скрылась на улице. Я же вернулась в столовую и присоединилась к беседе.

— Я потом проведу тебя, если, конечно, ты не против, — Руслан как-то смешно поиграл бровями, и я снова отметила, каким красивым был парень.

— Только до начала моей улицы, ладно? Мать увидит с парнем, выпорет. А ремень в шестнадцать как-то стремно, — я стыдливо опустила глаза, но улыбка непроизвольно расползалась по разгоряченному лицу.

Олеся оказалась очень приятной и простой. Совсем не такая, как Наташка. Девушка уже два года училась в кулинарном техникуме.

Мы просидели до вечера во дворе красивого дома. Женька предложил пожарить шашлык на огромном мангале и я еще раз удивилась тому, в каких разных мирах мы живем.

Ребята пили пиво, но мы нет. Нам выдали по картонному пакету томатного сока. Шашлык был вкусным. Дома такого точно не поешь. Но готовил его не Женя, а Руслан.

— Ну что? Пора и мне. Чувствую, что мать уже с собаками ищет!

— Сейчас переоденусь, — Руслан забежал в дом и крикнул мне с порога: — Не вздумай выйти одна! Найду и выпорю вместо мамки.

Не прошло и полдня, как этот взрослый парень стал мне почти другом. К вечеру я совсем перестала ощущать неловкость.

— У меня для тебя кое-что есть, — Вера схватила меня за руку. — Пойдем-ка! Пока Русик прихорашивается, я тебе подарю что-то очень соблазнительное.

— Ну, идем! Я подарки люблю, но никогда не получаю, — рассмеялась, вцепившись в ладонь одноклассницы.

В спальне Веры было нереально красиво. Настоящая комната принцессы. Огромная двуспальная кровать застелена дорогим бархатным покрывалом. Но это еще не все. Над кроватью висел балдахин, а у самой кровати стоял длинный топчан.

— Слишком? — Вера немного потупила взгляд. — Блин, знаю, что ты не так живешь. И я бы очень хотела помочь, но мне всего лишь шестнадцать. Отец ездил в Грецию. Привез обновки, да немного не учел, что я подросла. Вот, держи. Тут шмотки. Я лишь примерила, но они чистые.

Руки немного дрожали, но я потянулась за стопкой вещей. Джинсы, рубашки, юбочки. Все модное и дорогое, наверное.

— А ругать не станут? — еле слышно прошептала. — Это же нереально дорого, Вер.

— А ты не парься. Отец сам сказал передарить кому-то.

— Почему мне?

— Да потому что глаза режет, когда вижу тебя в Наташиных обносках. Даже обувь ее носишь, хотя это как минимум негигиенично.

— Ну, такова судьба, — захохотала я. — Веришь, Вер, шмотки — последнее, о чем я думаю. Мне бы поскорее выучиться и дать деру из города.

— Куда? Мать не отпустит.

— В восемнадцать? А я спрашивать буду? Вот еще.

— Почему отец за тебя не заступается?

— Слабохарактерный. Знаю, что не одобряет такого отношения, но молчит. И я пока молчу.

— А теперь главный вопрос. Можно?

— Валяй!

— Тебе понравился Русик?

— А это так заметно?

— Есть немного, — Вера присела на краешек кровати. — Да и разница в четыре года не такая уж и большая, если честно.

— Большая, но ты права. Он мне понравился.

Вера вышла из спальни, попросив подождать.

Рассматривая ее комнату, даже немного завидовала, хотя знала, что это плохо.

Отец Веры был моряком на каком-то коммерческом судне. Не рыбацком, а грузовом. Иногда отсутствовал по полгода. Но я знала, что в их семье царила любовь.

Комната девушки была раза в три больше той, что я была вынуждена делить с сестрой. Одно окно было огромным, до самого пола. Я заметила там дверь и подошла. Ого-го!

За дверью была терраса! Красивые растения стояли вдоль решетчатой ограды. Плетеная мебель и мягкие пушистые подушки.

— Готова, принцесса? — дверь распахнулась, и я подпрыгнула.

Словно меня поймали на месте страшного преступления и сейчас накажут.

— Сейчас Веру дождусь и буду готова. — голос немного дрогнул, но парень сейчас не улыбался.

Карие глаза скользили по моему лицу, затем опустились к едва заметной груди. Взгляд переместился снова выше, на губы. Руслан как-то тяжело сглотнул и поправил небрежно растрепанные волосы.

— Я во дворе подожду. Ладно?

— Тебе необязательно меня провожать. Меня здесь любая собака знает.

— И все же предпочитаю убедиться, что ты вернешься домой целой и невредимой.

Парень вышел как раз в тот момент, как в комнату вошла Вера. Девушка протянула мне два пакета.

— Сюда клади шмотки, а тут немного продуктов.

— Вер, я не голодаю.

— А кто сказал? Просто осталось много чего, ну не выбрасывать же. Тут соки заграничные, конфеты. Угостишь своих.

Понимала, что влетит мне сегодня знатно, но подругу обижать не хотела. Мало того, что заставила Ленку солгать, так еще и шмотки дорогие притащу. Мать в ярости будет.

Выйдя во двор, заметила, что Руслан один. Парень сидел в беседке и курил.

— Не передумал провожать? Сумки понесешь?

— Пойдем, Богиня охоты. Поздно уже.

Мы шли по улице в полной тишине. Где-то лаяла собака, в каком-то доме ругались, но я слышала лишь стук собственного сердца.

Остановившись в начале улицы, случайно задела рукой бедро парня и дернулась.

— Беги, Диана, — выдохнул парень.

Я разочарованно вздохнула и потопала по улице. Но парень догнал меня и вдруг поцеловал. Нежно и трепетно. Он крепко сжал мою талию и с трудом оторвался от моих губ. Уткнувшись в мою макушку, Руслан погладил мою спину.

— Теперь точно беги! И прости за этот поцелуй.

Глава 3

Домой вернулась позднее обычного, но счас