Глава 2

Следующим утром короля разбудил телефон. Пришли сообщения от сыновей. Они извинялись, что не будут на завтраке. А еще поступило сообщение от администратора замка, очень похожее на выговор. Проницательный репортер накануне вечером заметил побег Джозефа. Новостное агентство сообщило, что с королем, учитывая выражение его лица и стремительный побег, видимо, что-то неладно.

Джозеф закатил глаза. Ну вот! Сначала сыновья, а теперь еще на него, как на сумасшедшего, набросились администратор и пресса.

Король надел черные брюки, белую рубашку из оксфордской ткани и направился вниз. Двое членов администрации ждали сразу за дверью в неофициальную столовую. Арт Андино, высокий худой мужчина в очках в металлической оправе, и миссис Джонс, пожилая женщина, десятилетиями служившая помощницей его матери.

Незнакомый мужчина в сером костюме сидел за дальним концом стола. А рядом с ним Роуэн. Ее великолепные каштановые волосы были собраны на макушке в неуклюжий узел, позволявший прядям выбиваться и обрамлять лицо. На ней был черный костюм унисекс с белой рубашкой, расстегнутой у горла, что каким-то образом придавало ей еще большую женственность.

Сердце Джозефа чуть не выпрыгнуло, а нервные окончания словно зазвенели. Вспомнив о своей власти, он расправил плечи и, пройдя к своему месту, сказал:

– Всем доброе утро.

– Доброе утро, ваше величество, – приветствовал администратор замка.

Мужчина в сером костюме и симпатичная Роуэн уважительно встали.

– Доброе утро, ваше величество.

Прежде чем сесть на свое место, он обратился непосредственно к ней:

– Почему ты опять здесь? Я ведь уволил тебя вчера вечером.

– Да, ваше величество. Но поскольку не вы меня нанимали, то и уволить не можете. – И она указала на мужчину в сером костюме: – Это Питер Стерлинг, мой босс.

– Значит, мне уволить его?

Питер выглядел так, словно был готов упасть в обморок. Джозеф осознавал свою внушительность. Он высокий и крепкий. И взглядом своим не советовал противнику переходить ему дорогу.

Тем не менее Питер ответил:

– На самом деле, ваше величество, меня наняли администраторы замка.

– Вот как! Возможно, мне следует уволить их?

Глаза миссис Джонс расширились от страха. Арт Андино переминался с ноги на ногу. В воздухе повисло напряжение.

Джозеф занял свое место, позволив всем сесть.

– А вы зачем здесь, миссис Джонс? Моральная поддержка?

Она бросила на него лукавый взгляд. Джозефу пришлось подавить смех. Он знал Эллу Джонс всю жизнь. Если она решила, что ему нужна ее помощь, значит, и впрямь ополчились на него.

Что-то действительно не так.

– Кто-то сделал фотографию, на которой вы прошлой ночью выбегаете из театра, и продал ее, – сообщила Роуэн. – Сегодняшние утренние статьи во всех новостных изданиях одинаковы, из них следует, что вы, похоже, больны. Вы худой и бледный. У вас усталый вид.

– Понятно.

Хотя Джозефу не понравилось, как небрежно она с ним разговаривала, он тем не менее внезапно понял, из-за чего поднялся шум. За несколько месяцев до того, как было официально объявлено о болезни его жены, она похудела и замкнулась в себе. Неудивительно, что люди озаботились его изоляцией. Они беспокоились, не идет ли он по тому же пути, что и королева Анна, до последнего скрывая заболевание.

Роуэн быстро оглядела его, оценив чисто по-медицински.

– Честно говоря, эти комментарии ставят меня в тупик. По-моему, для вашего возраста вы великолепно выглядите.

– Мне сорок пять, а не восемьдесят пять, – сухо заметил король.

Но ее комплимент прошел сквозь него, как разряд сексуального электричества. Нет смысла отрицать, что он испытывает к этой женщине настоящее влечение. И да, в каком-то смысле это хорошо. Отдавая себе отчет в том, что чувства эти не мимолетны, признавая их, он знал, как справиться с ними.

Босс заерзал на стуле.

– Пока это не переросло в нечто большее, вам в течение следующих двух месяцев придется выйти несколько раз. Пусть ваши подданные увидят, что вы здоровы и счастливы. Тогда и вопросы прекратятся.

– Вопросы? – Джозеф перевел взгляд на миссис Джонс.

Ее лицо вспыхнуло.

– Люди допрашивали ваших сыновей. Всякий раз, когда вы отправляете одного из них на прием вместо себя, организаторы и участники спрашивают, все ли с вами в порядке.

Джозеф тяжело вздохнул. Да, придется развеять сомнения подданных. Однако вопрос о том, нужна ли ему для этого пиар-фирма, по-прежнему витал в воздухе.

Официант принес завтрак для короля.

– Ваше величество, мы полагаем, что вам следует посетить несколько мероприятий по сбору средств. Возможно, футбольный матч, – предложил Питер Стерлинг.

Роуэн смотрела на короля так, словно оценивала аукционный лот.

– Не думаю, что сбор средств и футбольные матчи помогут в этом. Полагаю, ему не помешает несколько романтических свиданий.

– Свиданий?

Ошеломленный Джозеф уставился на нее.

Роуэн продолжала говорить о нем, словно он – неодушевленный предмет.

– Речь не идет о большом количестве разных женщин. Всего-то две встречи. С двумя разными женщинами. На правильном расстоянии, чтобы никто не подумал, будто у короля возник новый любовный интерес. В этом случае не покажется, что он сошел с ума, а напротив, будет выглядеть отрешенно. Нам нужно, чтобы он выглядел как нормальный парень, с нормальными чувствами.

Ее откровенность лишила Джозефа дара речи. К счастью, как раз в тот момент, когда он собрался было возмутиться, слова Роуэн встали на свои места в его голове. Король понял ее идею. Страхи подданных должны быть развеяны.

Более того, сильная реакция на Роуэн заставила его задуматься. Уж не посылает ли ему его тело некие тайные сигналы. Нет, он не хочет снова жениться или жить с одной женщиной. Но сорок пять лет – еще не тот возраст, чтобы выходить из игры. Встречи время от времени вполне укладываются в рамки дозволенного.

– Хорошо, – согласился Джозеф. – Я найду двух женщин и схожу на два свидания в течение следующих четырех недель.

– Не самая удачная идея, – поморщился Питер. – Извините, если это прозвучит неуважительно, но первых двух, а может, даже трех спутниц нужно выбирать с осторожностью. Вас должны видеть с женщинами, которые создадут правильный образ.

Раздраженный тем, что Питер не поверил ему на слово, Джозеф улыбнулся самой царственной улыбкой.

– Благодарю вас за ваше мнение. Однако я уж как-нибудь сам разберусь. Вообще говоря, вместо того, чтобы с кем-то встречаться, мне легче прояснить все на пресс-конференции. Извинюсь за то, что изолировал себя, заверю, что со мной все в порядке.

Стерлинг снова поморщился:

– Еще раз извините, но это не сработает.

Роуэн высказалась смелее:

– Если проведете пресс-конференцию и скажете людям, что с вами все в порядке, это будет выглядеть так, будто вы оправдываетесь. Парень, у которого все в порядке, путешествует по миру, работает и общается. В вашем случае все иначе. Поэтому неторопливая устойчивая кампания по возвращению вас на публику сработает лучше всего. Вам следует появляться на королевских приемах, которые вы уступили вашим сыновьям. И да, придется стать общительным. Не просто толкаться локтями на государственных обедах, а встречаться. Чтобы мы могли избежать новых статей, подобных этим. – Она указала на заголовки газет.

«Король выбегает из театра».

«Бледный и осунувшийся, король недостаточно силен, чтобы оставаться на протяжении всего представления».

«Что скрывает замок?»

Джозеф нахмурился. Он старался не давать своим подданным поводов для волнений, не позволял прессе доводить их до исступления. Как же он упустил из виду, что подозрения нарастают, а журналисты раздувают огонь?

– К тому же, – продолжил Питер, – вы в хороших руках. Роуэн вполне взрослая, имеет достаточный опыт в пиар-сфере, да еще и молодая и в курсе тенденций. Она найдет вам кого-нибудь более приятного, чем Леди Гага.

Кроме того, она подберет вам гардероб и напишет быстрые, отрывистые реплики, которые вы сможете адресовать прессе, если журналисты начнут задавать вопросы. И чтобы они донесли ваше послание до общественности.

Джозеф перевел дыхание:

– И в чем же заключается мое послание?

Пит переадресовал вопрос Роуэн.

– Роуэн?

Она посмотрела на короля:

– В том, что вы – молодой король. По-прежнему сильный, жизнерадостный. Красивый. Не просто руководитель, а правитель, достойный своего выдающегося положения. Доброе лицо вашей страны.

Его сердце немного затрепетало, когда она назвала его сильным, жизнерадостным, а еще и красивым, но он проигнорировал сигналы.

– И как вы превратите это в реплики?

– Напишу что-то вроде «Всем доброе утро! Прекрасный день, не правда ли?». Можете это сказать, когда будете идти к лимузину с женщиной, которую я подберу для вас. Люди подсознательно свяжут ваше восприятие дня с вашим отношением к спутнице и удостоверятся, что с вами все в порядке.

Звучало так просто, без особых фанфар. Олицетворение действий, говорящих лучше всяких слов.

– Вот и все в двух словах, ваше величество. А теперь, прошу прощения, у меня еще одна встреча. – С этими словами Питер вышел.

Джозеф и Роуэн внезапно остались наедине в тишине опустевшей комнаты, глядя в глаза друг другу. Волнение, которого он не желал испытывать, сдавило грудь. Он слишком стар для нее, а у нее работа, которую нужно делать. И если она сделает все правильно, он сможет выпутаться из этой передряги, не раздувая из мухи слона.

– Я собираюсь провести кое-какие исследования. Можем встретиться сегодня днем? – спросила Роуэн.

Чтобы ответить, ему пришлось сделать над собой усилие:

– Да. Увидимся сегодня днем.

Джозеф смотрел, как она уходит. Его, буквально сбивая с толку, захлестнули эмоции. Как это он не заметил, насколько его действия тревожат людей! И не мог поверить в то, что его привлекла женщина, ближе по возрасту к его детям, чем к нему. Но все обстояло именно так.

Роуэн поехала на работу, мысленно перебирая потенциальных спутниц короля.

Например, Джулианна Абрахамс. Гламурная американская актриса лет сорока, которая, как и Джозеф, выглядела не старше тридцати пяти.

Одна из клиенток «Стерлинг. Грант. Париж» принцесса Хелайна из соседней страны. Ее мужа уличили в измене, и она разводилась с ним. Весь мир, вероятно, был бы рад увидеть ее на свидании с красивым мужчиной, королем. Это поставило бы неверного супруга принцессы на место.

Набравшись смелости, Роуэн смогла бы свести Джозефа с компьютерным гением-миллиардершей, которая иногда пользовалась услугами «Стерлинг. Грант. Париж». Очень здорово для имиджа короля. Он бы встретился не просто с хорошенькой, но и достаточно умной женщиной, управляющей одной из крупнейших компаний в мире.

Заходя в офис, арендованный «Стерлинг. Грант. Париж» для этой работы, Роуэн пришла к выводу, что компьютерный гений, определенно, в деле, но лишь вторым или третьим номером. Не первым. А первое свидание, определенно, с американской актрисой. И должно быть как бы случайным. Возможно, на футбольном матче. Актриса красива, умна и весела. Они выглядели бы как друзья, которых связывает взаимная любовь к футболу.

Компьютерный гений, представляется, вторая по счету.

Принцесса – третья. К тому времени публика привыкнет к тому, что король снова встречается с женщинами, и будет питать надежду на то, что с принцессой у них все серьезно и они соединятся по-настоящему. Возможно, будут долго встречаться. Даже женятся. Каким королевским угощением это стало бы для всей Европы!

Роуэн ощутила гордость, вслед за которой последовал странный укол сожаления. Она сватала мужчину, которого находила интересным и соблазнительным. Симпатичный и умный мужчина, умеющий держать себя в руках. Парень, который явно был бы очаровательным на свидании и потрясающим после него, когда они возвращались бы к нему домой. Роуэн покачала головой, пытаясь остановить буйство воображения. О чем, черт возьми, она думает? Боже правый! Это же клиент! А она – восходящая звезда на пороге открытия собственной фирмы. Кроме того, чтобы навсегда удержать ее от отношений, было достаточно одного унизительного разрыва.

Как только работа с Джозефом будет закончена, она уйдет из «Стерлинг. Грант. Париж» в свободное плавание, станет сама по себе. Это ее возможность блистать, и, бог свидетель, она ею воспользуется!

Когда она входила в кабинет, ее помощник Джеффри вскочил со своего места и последовал за ней.

– Ну как?

– Что как?

– Боже мой, ты встретила короля! Король. Целой страны. Как все прошло?

– Вчера не очень хорошо. Сегодня утром намного лучше.

Роуэн умолчала о том, как смотрела в темные глаза короля. Красивые глаза. Загадочные, благодаря скрывающимся за ними тайнам.

Она села на стул с высокой спинкой и уставилась на необычайно высокую стопку бумаг на своем столе.

– Что это значит?

– Телефонные сообщения и электронные письма, которые я распечатал. Все по порядку. Твоя мама хочет, чтобы ты приехала домой на вечеринку-сюрприз по случаю дня рождения твоего отца.

По телу пробежала дрожь отвращения. Роуэн вспомнила день, когда бывший жених с ее лучшей подругой приехали в дом ее родителей сообщить, что они поженились. Подумала о свадебном платье, по-прежнему висящем в шкафу ее старой спальни. В тот вечер все в доме говорили тихо. Словно ходили на цыпочках, смущаясь за нее.

Чувствуя, как бурлит в крови унижение, Роуэн притворилась безразличной.

– Серьезно? Почему это волнует стольких людей?

– Знаешь, твоя мама хочет, чтобы все ее дети были на этой домашней вечеринке.

С одной стороны, почему бы не поехать. Родители навещали ее в Нью-Йорке и даже в прошлом году приезжали в Европу на ее день рождения. Она скучала по ним.

С другой стороны, ей определенно нравилась женщина, которой она стала за пределами своего маленького городка, не хотелось возвращаться к наивной двадцатидвухлетней девушке, которая была ослеплена любовью настолько, что не замечала, как ей изменяет жених.

Вторая часть победила.

– Я буду занята с королем.

– Но вечеринка в конце следующего месяца. Через восемь недель. Я думал, это шестинедельный концерт.

– Это может продлиться немного дольше.

Заставляя себя сосредоточиться на задании, Роуэн постучала пальцами по губам.

– Мы должны сделать так, чтобы король Джозеф посещал какие-нибудь важные мероприятия каждую вторую неделю в течение месяца. Это откроет нам возможность познакомить его с принцессой Хелайной.

– Принцесса Хелайна? – ахнул Джеффри.

Она ухмыльнулась, хотя нечто внутри ее почувствовало себя странно из-за того, что Джозеф влюбится в другую женщину.

– Да. Мы одним выстрелом убьем двух зайцев. Выведу его на публику и сделаю так, чтобы все выглядело, будто наша бедная смущенная принцесса ушла от мужа, изменяющего ей. Как следствие, их приятные шестинедельные отношения продемонстрируют всем то, что они оба справились со своими проблемами. Потом они расстанутся, как нормальные люди, без ущерба для личного здоровья.

Она нахмурилась из-за того, что теперь по ее сценарию они расстались. Тем не менее это сработало.

– Ты гений!

– Нет. Пока я выдаю желаемое за действительное. Нам потребуется целый месяц, чтобы публика привыкла видеть Джозефа, не придавая этому большого значения. Если все сработает, мы назовем свидания с Хелайной второй фазой.

Джеффри покачал головой:

– Я по-прежнему думаю, что это гениально. Оставлю тебя одну, творить твою магию.

Он ушел. Роуэн взяла телефон. Ей просто необходимо заполучить Джулианну Абрахамс в Просперити, да еще так, чтобы это не выглядело постановкой.

Глава 3

Вечером Джозеф вышагивал по мраморному коридору, который вел в его официальный кабинет. Несмотря на то что большую часть работы он выполнял в личном кабинете в своих покоях, все встречи проводились здесь. В его распоряжении до прибытия сыновей около десяти минут. Вполне достаточно, чтобы просмотреть корреспонденцию и придумать, как сказать своим детям убираться к черту из его жизни.

Войдя в кабинет, он увидел Роуэн Грей. Ее черный костюм был немного помят, зато потрясающие зеленые глаза – яркими, сияющими.

Игнорируя вспышку влечения, он нахмурился.

– Ты никогда не звонишь заранее? Просто врываешься повсюду?

– Теперь я работаю на вас. И меня предупредили, что это в приоритете.

– У тебя нет другого клиента, которого ты могла бы раздражать?

– Вы – мой главный проект, ваше величество.

То, как она произнесла «ваше величество», заставило его нервные окончания зазвенеть. Он мысленно выругался, в очередной раз вынужденный признать, что его сыновья, возможно, правы. Коль скоро его так влечет к незнакомке, которая совершенно ему не подходит, значит, возможно, пора снова выйти в мир.

– Я организовала для вас прогулку.

Джозеф закрыл глаза и вздохнул.

– Опера? Симфония? Открытие продуктового магазина?

– Ничего настолько банального, – рассмеялась Роуэн.

– Хочешь, чтобы я был главным маршалом на параде?

– Мы обсуждали, что вы ходите на свидания, помните?

Разумеется, он помнил. Незнакомка, выбирающая спутниц для мероприятий, напомнила ему о подростковых годах, когда администратор замка предлагал для свиданий разных молодых леди. Это было одновременно и неловко, и противно. Частично поэтому они с Анной попросили родителей устроить их брак. То, что пресса следит за каждым его шагом, а незнакомка устраивает ему свидания, вернуло то ужасное чувство.

– Я назначила вам встречу с Джулианной Абрахамс на футбольном матче в пятницу.

Король вскинул голову. Когда Роуэн говорила о том, чтобы найти для него пару, он всегда представлял вдов в ортопедической обуви. А Джулианна Абрахамс – фантазия каждого мужчины.

Он выгнул бровь:

– Джулианна Абрахамс?

– Она хорошенькая, умная и очень забавная. Была моей клиенткой несколько лет назад. Она у меня в долгу и согласилась прилететь сюда, чтобы стать вашей парой.

Его настроение резко упало.

– Именно об этом мечтает каждый мужчина. Чтобы симпатичная девушка думала, будто ему нужна пиар-фирма для свидания с ней.

– Она так не думает. Я сказала ей, что, по моему мнению, общение с вами могло бы улучшить оба ваших образа. Она поняла, в чем дело.

– Надеюсь, ты не выставила меня в жалком свете, – усмехнулся Джозеф.

– О, ваше величество, вы не можете быть жалким. Вы чрезвычайно сильны. Просто нам пора напомнить об этом всем.

Король почувствовал, как по всему телу вновь прокатилась волна влечения к ней. Становилось все труднее игнорировать это.

– К тому же моя задача укреплять вашу репутацию, а не выставлять вас в дурном свете. – Роуэн сделала секундную паузу и добавила: – Джулианна великолепна. И вам нравится футбол.

– А потом ты уйдешь? – Джозеф вложил в этот вопрос весь свой сарказм, хотя и почувствовал разочарование.

Как такое возможно! У него свидание с американской супердивой? Одна только мысль о Джулианне Абрахамс в состоянии затмить влечение к Роуэн. Конечно, так и должно быть! А как иначе? Так почему же этого не происходит?

– Я останусь до тех пор, пока ваши газеты не запестрят фотографиями, где вы счастливы и улыбаетесь людям.

Джозеф насмешливо фыркнул. Посмотрев на часы, понял, что сыновья могут нагрянуть в любую секунду. Желая избавиться от Роуэн, он поднялся со своего места.

– Ладно. Здорово. Утром отправьте подробности о встрече с Джулианной по электронной почте моему секретарю Невелу.

Он обошел стол и жестом велел Роуэн встать. Она озадаченно посмотрела на него, однако встала и повернулась к двери как раз в тот момент, когда вошли его сыновья.

Все остановились как вкопанные. Лиам и Аксель уставились на Роуэн, а Джозеф почувствовал себя загнанным в угол. Хоть и понятия не имел почему. Ведь у него с Роуэн законные деловые отношения. И сыновья не могли прочитать его мысли, догадаться, как его влечет к ней.

Светловолосый голубоглазый Лиам пришел в себя первым. Шагнув вперед, протянул ей руку.

– Я Лиам. Надеюсь, мы не помешали.

– Мисс Грей как раз уходила.

Аксель – копия Джозефа – с темными волосами и глазами, только моложе, также предложил Роуэн руку.

– Я Аксель.

И он долго удерживал руку Роуэн. Джозеф едва не застонал. Маленький ловелас собирается приударить за ней!

И король отвел Роуэн подальше от сыновей.

– Ладно. Этого достаточно. Я жду подробностей, которые вы передадите Невелу.

– Хорошо.

Джозеф закрыл за ней дверь, прежде чем она успела сказать что-нибудь еще.

– Кто она? – спросил Лиам.

Джозеф направился к столу.

– Ты и впрямь не узнал пиарщицу, которую вы, по словам администратора замка, умоляли нанять?

– Я бы не сказал, что умоляли. – Аксель рассмеялся. Его прямые черные волосы до плеч колыхались при движении.

У Лиама же хватило такта выглядеть смущенным.

– Мы просто предположили, что тебе нужно чаще появляться на людях.

– И это твое дело, потому что…

– Потому что ты не в себе. Перепоручил все свои мероприятия либо мне, либо Лиаму. – Аксель прислонился бедром к краю отцовского стола.

Джозеф тихо обратился к Лиаму:

– Я готовлю тебя, чтобы ты занял мое место.

Лиам рассмеялся:

– Серьезно? Думаешь, мне потребуется двадцать лет, чтобы научиться управлять страной?

– А ты, значит, думаешь, что не нужно.

Лиам нахмурился. Аксель небрежно уселся на край стола. Ему было на все наплевать, он ведь не наследник, хотя и нравилось поддерживать брата. Если бы Аксель не был так крут в отношении женщин, был бы идеальным ребенком. Или подростком, скучающим по матери. Хотя нет. Он больше не ребенок.

Возможно, сыновья чувствовали себя такими же брошенными на произвол судьбы, как и подданные, потому что отец-король стал почти отшельником.

– Почему бы нам не заняться чем-нибудь сегодня вечером?

– Нам? Всем троим? – Аксель взглянул на отца.

Джозеф кивнул.

– Чем, например?

– Можем пойти в медиазал, посмотреть игру.

– Она, кажется, уже началась.

– Кого это волнует? Давайте просто уйдем. Позвоним на кухню, закажем какой-нибудь нездоровой еды?

И они направились к двери.

Видеоконференцсвязь с сотрудниками в Париже по поводу других клиентов заняла у Роуэн большую часть пятницы. Она помчалась в замок менее чем за полчаса до отъезда Джозефа на футбольный матч для встречи с Джулианной.

Когда Роуэн миновала ворота безопасности и подъехала к огромному замку из серого камня, королевский лимузин уже стоял у дверей. Схватив рубашку поло, купленную по просьбе Пита, чтобы король выглядел комфортно и расслабленно, она подошла к машине, показала водителю документы и скользнула на заднее сиденье.

Джозеф, одетый в джинсы и белую рубашку с расстегнутым воротом, вышел к лимузину. Ну, все-таки хоть в одной части наряда он попал в точку, правда, выглядел настолько оторванным от реальности, что Роуэн застонала. Водитель распахнул дверь. Джозеф сел, не замечая ее. А увидев, что она сидит рядом с ним, вздрогнул.

– А ты что здесь делаешь?

Роуэн проигнорировала его вопрос и прищелкнула языком.

– В самом деле? Джинсы и белая рубашка для спортивного мероприятия?

– Ты же в костюме!

– Я не собираюсь на футбольный матч, а нахожусь на работе.

Она достала из сумки, стоявшей рядом с сиденьем, рубашку поло в красную и синюю полоску.

– Вот.

Он глянул мельком, потом перевел взгляд на нее:

– Что это?

– Ваша новая, более удобная и подходящая рубашка. Мой босс пару лет назад видел ваши фотографии с игры, и ему не понравилось, во что вы были одеты.

Джозеф закатил глаза:

– Ну конечно, мы не можем этого допустить, не так ли?

– Давайте. Это моя работа и работа моего босса. Рубашка может показаться мелочью, но мы хотим, чтобы вы выглядели молодо и демократично. Просто одним из парней, идущих на футбольный матч с симпатичной девушкой.

Хмурое выражение лица демонстрировало его недовольство. Он явно не был в восторге. Более того, не сделал ни малейшего движения, чтобы сменить рубашку.

Она продолжила настаивать:

– Давайте. Наденьте это.

– Поверх моей рубашки?

Роуэн рассмеялась. Он намеренно затрудняет работу, но ей приходилось иметь дело с клиентами и похуже.

– Снимите рубашку. И наденьте это повседневное удобное поло.

– Здесь? Прямо сейчас?

– Держу пари, вы и раньше переодевались в лимузине.

Он нахмурился.

– Пожалуйста, – мягко настаивала Роуэн.

Что-то изменилось в глазах Джозефа. Он заколебался, глядя на поло, потом на нее. С тяжелым вздохом расстегнул белую рубашку, снял ее. Потом стянул нижнюю сорочку.

Роуэн взяла поло и повернулась, чтобы передать королю.

Ее взгляд натолкнулся на его обнаженные плечи, грудь и живот. Очень плоский живот. Она изо всех сил сдерживалась, но не разглядывать его не могла. И король, вероятно, это заметил.

Когда одежда переходила от нее к нему, их руки соприкоснулись, а глаза встретились. Между ними словно пробежал электрический разряд. Роуэн невероятно влекло к Джозефу.

Это было взаимно.

И неправильно.

Для них обоих.

Он – клиент. И король. Вход воспрещен.

Роуэн поперхнулась и отвернулась.

– Поторопитесь. Мы будем у вашего личного входа на трибуны уже через несколько минут.

Джозеф в замешательстве натянул поло и несколько секунд спустя усмехнулся, как Чеширский Кот. Черт возьми! Она постаралась сделать все возможное, чтобы скрыть свое влечение, но он-то увидел ее реакцию. И теперь знал, что ее тоже тянет к нему.

Роуэн чувствовала, как краснеет ее лицо, и проклинала себя. Она же не двенадцатилетняя девочка! А потому не следовало пялиться, пока король переодевался. Она не имела права показывать, что интересуется им в любом смысле, кроме профессионального.

Черт, ей не разрешалось увлекаться им!

Он. Ее. Клиент.

Глава 4

Лимузин проехал через ворота к частному тоннелю, ведущему к лифту, который должен был доставить Джозефа прямо к королевской ложе. Ни он, ни Роуэн, пока поднимались на второй этаж, не проронили ни слова. У самой ложи она положила руку на плечо охранника, который двинулся, чтобы открыть дверь.

– Одну секунду.

С этими словами она оглядела Джозефа, поправила воротник и закатала рукава рубашки до локтей, придав королю непринужденный вид.

– Просто будьте собой.

– Конечно. Ты можешь не поверить, Роуэн, но я дружу с мировыми лидерами. И встречал пару кинозвезд. Тебе не обязательно нянчиться со мной.

Она покачала головой и попросила охранника открыть дверь. Ее пиар-инстинкт обострился, когда она увидела сыновей Джозефа, болтающих у бара с Джулианной Абрахамс.

Лиам первым заметил отца:

– Папа! Посмотри, кто здесь.

Для начала Роуэн необходимо избавиться от сыновей Джозефа. Правда, она пока не придумала, как это сделать незаметно. Иначе пресса быстро сообразит, что в королевской ложе что-то происходит.

Хотя это могло бы сработать в ее пользу. В ложе действительно кое-что происходило. У короля Джозефа свидание. И Роуэн хотела, чтобы пресса увидела это.

Прежде чем она успела что-либо сказать или сделать, Джозеф подошел к Джулианне и протянул ей руку для пожатия.

– Извините моих сыновей. Они иногда забывают о манерах. Очень приятно с вами познакомиться.

Джулианна пожала ему руку, заправила прядь длинных золотистых волос за ухо. Ее голубые глаза заблестели.

– Это доставляет мне удовольствие. Ваши сыновья очаровательны.

– Я очарователен, – пояснил Аксель и указал на Лиама. – А он просто следующий в очереди, чтобы возглавить семейный бизнес.

– Семейный бизнес? – Джулианна рассмеялась.

Полностью оправдывая свою репутацию шутника, Аксель пожал плечами:

– Управление страной переходит от одного из нас к другому по линии преемственности. Так что да. Семейный бизнес.

Вот именно примерно столько Роуэн намеревалась позволить Акселю играть в этом шоу.

– Кыш. Бери свою охрану и иди, посиди на трибунах. Ты превращаешь всё в семейный пикник, а это должно выглядеть как свидание!

Джулианна снова рассмеялась.

– Вы должны прислушаться к ней, – обратилась она к Акселю и Лиаму. – Она выставила меня святой, когда мой бывший бросил меня. И избавила от необходимости платить миллионы парню, который оказался всего лишь паразитом.

Мальчики поворчали, но ушли. Джозеф повернулся к Джулианне.

– Не присесть ли нам?

– Хорошо. Но я не уверена, что так нас заметят вместе. – Она посмотрела на Роуэн. – Разве не в этом смысл всего этого?

– Именно в этом, – подтвердила Роуэн.

Но Джозеф перебил ее:

– Не волнуйся. У фотографов есть длиннофокусные объективы.

Роуэн сделала несколько шагов назад.

– Да. И совершенно не обязательно, чтобы они нацелились на меня.

Она отступила еще на несколько шагов.

– Пожалуй, мне пора уходить. Пойду, найду ваших сыновей. Надо же как-то сгладить ситуацию. А заодно убедиться, что они не скажут ничего такого, чего бы мы не хотели. Вы двое просто наслаждайтесь игрой.

Тем не менее, прежде чем уйти, Роуэн вновь заглянула в королевскую ложу. Картина, на которой Джозеф смеется и болтает с Джулианной, впечаталась в ее сознание и вызвала самое странное чувство, накрывшее ее лавиной.

Жгучая ревность.

Лицо Роуэн скривилось. Это просто нелепо. Конечно, этот парень невероятно привлекателен. Хотя, справедливости ради, подобного мнения придерживается добрая половина людей в известной ей вселенной. Парень явно горяч. И этот акцент! Чье сердце он бы не растопил?

Внезапно Роуэн подумала, что Лиам и Аксель ближе к ней по возрасту, чем их отец. Однако, находясь в их обществе, она не испытывала к ним столь глубоких, а иногда буквально захватывающих дух чувств. И это еще одна вещь, о которой она отказывалась думать.

Джозефу нравилось проводить время с Джулианной, яркой, жизнерадостной и покладистой. И так не похожей на Роуэн, которая постоянно появляется из ниоткуда, указывая ему, что делать. Серьезно. Он – король. А ее босс достаточно умен, чтобы уважать этот статус. Но Роуэн! Нет. Она просто влезала во все, настаивая, чтобы король выполнял ее приказы. Никто не имеет права указывать ему, что делать. Посоветовать? Пожалуйста. Но приказать, чтобы он снял рубашку и надел другую, это уж слишком…

У него сбилось дыхание.

– Вы в порядке?

Его взгляд вернулся к Джулианне, которая жевала попкорн, наслаждаясь игрой.

– Да. Извините. Просто думаю о разных вещах.

– Королевские обязанности?

– Нет. Не совсем. Королевские обязанности во многом похожи на управление конгломератом. Порой наш парламент становится немного назойливым. В этом случае я просто воспринимаю его, как совет директоров большой компании.

Она улыбнулась. Джозеф ожидал своей реакции на нее. Проблеска счастья. Порции адреналина, наконец. Ничего подобного!

Вспыхнуло разочарование.

Джулианна была поглощена игрой. Джозеф огляделся, задаваясь вопросом: не к этому ли сведутся следующие несколько лет, когда он либо будет встречаться, как обычный вдовец, либо найдет новую жену?

Его размышления продолжались до конца игры. Показалось даже, что окончательный счет объявили внезапно. Значит, он все пропустил.

Дверь открылась, вошла Роуэн. В простом бежевом брючном костюме она выглядела высокой и стройной. Ее великолепные рыжие волосы развевались.

У Джозефа напряглись мышцы, дыхание стало прерывистым. Он приказал гормонам успокоиться. Ему нужно думать о стране.

Возможно, он и хотел бы встречаться, как обычный вдовец. Но обычные вдовцы общаются не с горячими тридцатилетними красотками. Если ей вообще тридцать. Он ведь понятия не имел, сколько ей точно лет. А если бы и взялся угадывать, остановился бы где-то в промежутке между двадцатью восемью и тридцатью.

– Аксель и Лиам помогут мне вернуться в замок, – сообщила Роуэн, – там осталась моя машина. Увидимся завтра, Джозеф.

Король с грустью посмотрел ей вслед. У него не было намерения преследовать ее. Роуэн позволила своему влечению к нему проявиться сегодня. И сразу же отстранилась. Это означало, что они находились на одной волне. Два взрослых человека, которые ценили друг друга. Однако из этого ничего бы не вышло.

Субботним утром порадовали таблоиды. Двум фотографам удалось заснять, как король целует Джулианну на прощание. Он посчитал необходимым это сделать, когда они расставались.

Еще две фотографии, на которых она мчится к своей машине, словно пытаясь избежать папарацци. То, что она якобы пыталась скрыть от людей свое свидание с королем, лишь усилило эффект. Фото выглядели вполне реальными, словно не запланированными.

Джозеф усмехнулся. Джулианна в этом деле оказалась лучше, чем казалась. И, хотя ему не хотелось это признавать, Роуэн права: свидание прошлым вечером было полезным для них обоих.

Сыновья пришли на завтрак, чтобы обсудить встречу с Джулианной. Однако Джозефу показалось, будто каждое второе предложение содержит намек на Роуэн.

– Я думаю, мы должны держать ее номер на быстром наборе, – предложил Лиам, – на тот случай, если Аксель совершит грандиозную глупость. А он, как мы все знаем, рано или поздно ее совершит.

Аксель фыркнул. Король покачал головой, даже не удостоив их ответом.

Он подумывал о том, чтобы снова начать встречаться. Серьезно. После того, как пройдут три встречи с женщинами, которых Роуэн выбрала для него. Это вызвало бы легкую тошноту, если бы он не исключил возможность второго брака. Но брака в планах не было. Встречаться сейчас – забавно. Он действительно давно не получал удовольствия от жизни.

Погруженный в свои мысли, король решительно вошел в кабинет.

И остановился как вкопанный.

– Что ты здесь делаешь?

Сидевшая в его кресле за его столом Роуэн повернулась к нему.

– Мы будем подводить итоги утром после каждого свидания.

– Потрясающе.

Она выглядела задорно. И эти ее полные губы. Невероятно соблазнительные.

– Но это не объясняет, что ты делаешь в моем кресле.

Роуэн поморщилась.

– Я думала, завтрак с сыновьями продлится дольше.

Она снова поморщилась.

– И хотелось проверить, буду ли я чувствовать себя иначе, сидя в вашем кресле.

Приказав своенравным мыслям отправиться в поход, он скрестил руки на груди.

– Получилось?

Девушка огляделась вокруг, будто сбитая с толку.

– На самом деле нет.

– Мне сосчитать до десяти, чтобы ты освободила кресло, или вызвать охрану?

Роуэн вскочила.

– Простите.

Он подождал, пока она выйдет из-за стола, и сел на свое место.

– Здесь не о чем расспрашивать. Свидание было приятным. Оно заставило меня осознать, насколько я задержался дома. Я пришел к выводу, что действительно хочу чаще выходить на улицу. Теперь я в порядке и могу закончить все сам.

Роуэн усмехнулась:

– Забавная шутка, ваше величество. Тем более что вы знаете: мы находимся лишь в первой фазе. Ваше следующее свидание с Паулой Мейсон.

Он на секунду задумался:

– Компьютерный гений?

Роуэн улыбнулась:

– Ага.

Его память выдала изображение белокурой красавицы с умом таким же быстрым и точным, как программное обеспечение, которое она создала.

Внезапно он обратил внимание на то, что Роуэн уже не в брючном костюме, а в обтягивающей юбке и свободной блузке, которые оттеняли цвет ее волос. Невероятно женственно.

– Потеряли дар речи, верно?

Вроде того. И вовсе не из-за Паулы.

Он не из тех парней, которые обращают внимание на женскую одежду. Конечно, если на ком-то мини-юбка или бикини, он это замечает. Он ведь не слепой или идиот. Но кого, черт возьми, волнует, что чья-то блузка подходит прическе?! Ну, по-видимому, так оно и есть, раз он заметил.

– Встреча состоится не в эту пятницу, а в следующую, – тем временем продолжала Роуэн. – Днем Паула приедет в замок, чтобы встретиться с вами и некоторыми членами вашего консультативного совета, чтобы обсудить дела.

Сбитый с толку, король нахмурился:

– Бизнес?

– Компьютеры, Интернет в вашей стране или, может быть, то, что вам нужно для инфраструктуры по удовлетворению спроса. Потом вы оба, одетые для вечерней прогулки, выйдете из замка. Открывается новая галерея. Администратор договорился, и вы уйдете за час до того, как обычной толпе разрешат войти. Я хочу, чтобы пресса увидела, как она выходит из вашего лимузина в чем-нибудь гламурном.

Роуэн пристально посмотрела на короля.

– Вы будете в смокинге. Проведете час или около того в галерее, потом сядете в лимузин и отправитесь в ресторан ужинать.

Это звучало совсем не весело. Напротив, слишком прагматично. По сценарию.

И тем не менее это еще не вся оставшаяся жизнь. Роуэн получит три свидания, а Джозеф докажет своим подданным, что с ним все в порядке. Стоит рассматривать эти встречи как практику. Лучше сейчас встречаться с женщинами, которые ему на самом деле неинтересны, чем с теми, которых он выбрал бы для себя сам.

– Ладно. Прекрасно.

Она захлопнула кожаный блокнот и встала.

– Мы поговорим в следующий четверг.

Он тоже поднялся.

– За день до свидания?

– Да. Обсудим все, что вы захотите. Итоги подведем в субботу утром.

С этими словами она повернулась, чтобы уйти.

Значит, он не увидит ее до тех пор? Больше не застанет в своем кабинете, в своем кресле?

Джозеф смотрел ей вслед, удивляясь охватившему его разочарованию.

Король сел, приготовившись работать, но не смог. Все казалось неправильным. Совсем неправильным. Раньше он был довольным одиноким вдовцом. Теперь внезапно стал задумываться о свиданиях, влечении к Роуэн, чувствовать себя одиноким в собственных покоях. Как, черт возьми, это произошло?!

Джозеф бросил ручку на стол и вышел из душного кабинета.

Невел поднялся ему навстречу.

– Скажи администратору замка, что я буду в конюшне. Хочу немного покататься верхом.

– Но у вас еще две встречи.

– Отмени их.

Роуэн в полном замешательстве вышла из кабинета. Встреча прошла хорошо, но было в Джозефе нечто, показавшееся ей занятным. У нее возникло ощущение, будто по спине поползли мурашки, как бывало всегда, когда клиент собирался сделать какую-то глупость.

Но все это лишь неразумные мысли. Джозеф контролирует себя настолько, насколько это вообще возможно для парня. Он не собирался танцевать стриптиз на стойке таверны, как однажды это сделал один из ее клиентов. Или мчаться на мотоцикле по бульвару Вентура, увлекая копов в четырехмильную скоростную погоню. Он понимает, что должен блюсти свою репутацию.

Тем не менее, когда пиар-фирма начинала планировать жизнь человека, он, находясь под тотальным, по его мнению, контролем, мог и взбунтоваться. Как бы логика ни подсказывала, что пиар-план правильный, клиент будет чувствовать себя подавленным и наверняка сделает какую-нибудь глупость, просто чтобы вернуть себе контроль.

А этот парень еще и король. Определение глупости для него расширялось в геометрической прогрессии. Рок-звездам и кинозвездам предоставлена огромная свобода самовыражения, прежде чем кто-либо расценит их действия как сумасшествие. Джозеф же просто удалился, а его подданные занервничали. Одному Богу известно, что произойдет, если он сделает что-то действительно неправильное.

Она должна что-то предпринять.

Роуэн попыталась дозвониться ему, но он не отвечал на звонки. Секретарь отказался предоставить какую-либо информацию о его местонахождении. Администратор замка сообщил, что король просто взял отгул на вторую половину дня, и беспокоиться не о чем.

Чем больше она думала о десяти минутах, проведенных вместе тем утром, тем больше понимала, что король определенно близок к тому, чтобы взорваться. Технически это ее работа: увидеть признаки срыва и предотвратить его.

Роуэн вышла из офиса, прыгнула в машину и помчалась в замок, где по прибытии допросила охрану и двух дворецких, но ей сказали, что короля нигде нет.

– Я подожду, – заявила она, направляясь к личным апартаментам короля.

А дворецкий заблокировал дверь.

– Это в высшей степени нарушение правил!

– Ты ведь знаешь, что я его пиарщик, верно? Я должна увидеть его жизнь, разобраться во всем и изменить то, что не так. Однако я не смогу этого сделать, если буду наблюдать только извне. Можно войти?

Дворецкий вздохнул:

– Нет, мэм, я полагаю, вы не можете войти.

– Позвони администратору замка. Впрочем, не надо, я сама.

Роуэн набрала Арта Андино, а когда тот ответил, включила громкую связь.

– Арт, это Роуэн. Мне нужно поговорить с Джозефом, а его нигде нет. Мне необходимо переговорить с ним как можно скорее. В ту же секунду, как он вернется домой. Я могла бы подождать в его гостиной, но дворецкий хочет, чтобы я ушла и вернулась позже. А это значит, я не смогу поговорить с королем.

– Впусти ее в гостиную, Рафаэль, – распорядился Арт, очевидно сообразив, что звонок на громкой связи.

– Да, сэр. – Дворецкий жестом пригласил ее войти и исчез.

Она закрыла за собой дверь.

– Спасибо, Арт.

Администратор вздохнул:

– Только не выходи за пределы гостиной. И ни к чему не прикасайся.

Вернувшись пять минут спустя, дворецкий спросил, не хочет ли она чаю, пока ждет.

– Чай был бы кстати.

Роуэн оглядела резиденцию своего клиента. Ей не терпелось выйти за пределы парадной комнаты. И да, необходимо поискать подсказки о том, что происходит с этим парнем. Из всех ее клиентов он единственный, кто действительно не имеет права на ошибку.

Разглядывая антиквариат и большие портреты бывших королей, которые выглядели такими же сдержанными, как Джозеф, Роуэн подумала, что, возможно, реагирует слишком остро. Джозеф привык находиться на виду у публики. Он зрелый и умный мужчина.

О боже! Если она все поняла неправильно, если король и не собирался срываться, можно себе представить, в какую ярость он придет, вернувшись и обнаружив ее в своей гостиной.

Глава 5

Когда объект ее страхов наконец вошел в свою резиденцию, на нем были футболка, джинсы и ботинки, похожие на походные. Высокий и худощавый, с мускулатурой придававшей ему сексуальный вид, с растрепанными темными волосами, он придал новое значение слову «мужественность». Роуэн боролась с порывом чистого вожделения, но быстро взяла себя в руки.

– Где вы были, ваше величество?

Она спросила вежливо, потому что не хотела обидеть его, заставить почувствовать себя загнанным в угол и быть за это уволенной.

– Я хотел передохнуть. И побыть один. Думаю, главный вопрос в том, почему ты в моих личных покоях?

– Я искала вас, а когда не смогла найти, мне позволили подождать вас здесь. Администратор замка разрешил мне. – Она помолчала секунду и добавила: – Однако они не сказали мне, где вы были.

Джозеф фыркнул:

– Я ездил верхом. Просто сделал обычный перерыв.

О, этот акцент! Увидев его в самом мужественном виде и услышав этот голос, она захотела свернуться калачиком рядом с ним на большой кровати с атласными простынями.

– И вы почувствовали, что вам нужна небольшая лошадиная терапия, потому что…

Король глубоко вздохнул:

– Тебя это не касается.

– Все, что касается вас в течение следующих шести недель, касается и меня. Для этого меня и наняли. Поэтому мне позволено видеться с вами в любое время, когда я захочу. В следующие шесть недель вы – моя работа. Так почему вы почувствовали, что нуждаетесь в перерыве?

Явно расстроенный, он уставился в потолок, положив руки на стройные бедра, которые выглядели так чертовски красиво в синих джинсах. Наконец король пристально посмотрел на нее.

– Мне следует выгнать тебя, но я знаю, что ты будешь в моем кабинете завтра утром, задавая те же вопросы. Так что позволь мне избавить нас обоих от некоторых неприятностей. Все это внимание к моей личной жизни заставляет меня чувствовать то, с чем я не хотел бы иметь дело. А придется.

Аллилуйя! Теперь они чего-то добились.

– Это совершенно нормально – чувствовать себя не лучшим образом, обращаясь в фирму по связям с общественностью. – Она снова улыбнулась. – Итак, что вы почувствовали сегодня?

Джозеф уставился на нее. Он провел несколько часов в седле, размышляя. Убирал стойло в надежде, что физическая нагрузка снимет нервозность. В конечном счете, он понял, что свидания беспокоят его не так сильно, как взлеты и падения, которые он испытывает рядом с Роуэн. Она дерзкая, смелая и управляет его жизнью. А он тем не менее хочет ее поцеловать. И это настоящая головоломка. Она не замечает того, что проблема была в ней. А он не собирается ей об этом говорить.

– Ты что, серьезно просишь меня рассказать тебе о моих чувствах? Разве ты психотерапевт? Боже милостивый, женщина! Оставишь ли ты мне хотя бы какое-либо ощущение достоинства?

– Я спрашиваю не из любопытства, а потому что, вероятно, смогу помочь. Странные чувства нормальны, когда другой человек начинает вмешиваться в вашу жизнь. Не важно, что я здесь, чтобы помочь, и то, что мы сделаем в течение следующих нескольких недель, решит некоторые ваши проблемы. Это все равно вторжение. Я уже сталкивалась с подобным раньше.

Джозеф вздохнул, понимая, что она имеет в виду типичное разочарование, которое может постигнуть человека, когда пиарщик начинает что-то менять. А еще он рискнул предположить, что многие из ее клиентов испытывали к ней влечение. К сожалению, это обстоятельство заставило его почувствовать себя скорее обыкновенным, чем царственным. Он слишком отдалился от своей зоны комфорта, и это расстраивало до чертиков.

– Не сомневаюсь.

– Вот здорово. Дело в том, что я видела это сотни раз и справлялась множеством разных способов. Вероятно, я смогу сказать вам, как это исправить. – Она кротко улыбнулась, явно пытаясь его успокоить. – Что вы чувствуете?

Король покачал головой, осознавая, что Роуэн не ослабит хватку, пока он не бросит ей хоть что-нибудь. Плюс, если бы он сформулировал свою проблему в общих чертах, возможно, они смогли бы найти способ отмахнуться от нее.

– Хорошо. Сама напросилась. Если ты действительно сможешь помочь… Словом, я чувствую странный прилив разочарования, граничащий с гневом.

– Это хорошо! Видите, признание этого открыто означает, что мы справимся.

– Или то, что вы сможете поместить это в сочный пресс-релиз, который вызовет сочувствие, зато выставит меня дураком.

– Я бы никогда этого не сделала, – ахнула Роуэн.

Он покачал головой:

– Ты сделаешь то, что тебе нужно.

– Мне нужно, чтобы вы продолжали выглядеть здоровым и сильным.

– Не успокаивай меня. Не важно, насколько сильно ты пытаешься притвориться моим приятелем, для тебя это – просто работа. И ты будешь делать все, что сочтешь нужным в данный момент.

Некоторое время Роуэн молчала, потом наконец произнесла:

– Так вот в чем дело! Вы мне не доверяете?

– А должен? Почему?

– Потому что здесь на кону моя репутация. Как, впрочем, и ваша. Не рассказывайте никому, но я близка к тому, чтобы покинуть «Стерлинг. Грант. Париж» и основать собственную фирму. Если весь мир увидит, что я выставила вас слабаком, я могу с таким же успехом вернуться домой в Западную Вирджинию и зарабатывать на жизнь вязанием шарфов и варежек. Если ваши подчиненные перестанут беспокоиться о короле, зато начнут его жалеть, это станет черной меткой в моем резюме.

Странное ощущение равновесия овладело Джозефом. Роуэн раскрыла один из своих секретов. Потрясающе! Более того, это самым неожиданным образом изменило его отношение в общении с ней.

Если она все испортит, пострадает ее репутация.

Внезапно вся сделка перестала казаться такой уж односторонней. Правда, к сожалению, это знание никак не помогало ослабить его влечение к ней. Возможно, даже усилило желание поцеловать ее.

– Знаете, что вам нужно сделать?

– Что?

– Вам нужно сделать что-то только для себя.

– Я сделал. Покатался верхом.

Роуэн покачала головой и подошла к королю.

– Нет. Вам нужно сойти с ума. Сделать что-нибудь необычное, возможно, даже против правил.

– Верховая езда не входила в мое расписание. Невелу пришлось отменить две встречи.

Она снова покачала головой:

– Вау. Если вы считаете это безумием, ваша жизнь на редкость скучна.

Осознание было сродни удару молнии. Оказывается, его жизнь скучна. Предсказуема. И может быть, именно это лежит в основе всей путаницы. Он так усердно работал, чтобы соответствовать своему положению, делать все правильно, что теперь, когда достиг совершенства – хорошие дети, сильная страна, надежная экономика, никаких скелетов в шкафу, – он перестал жить, чтобы защитить все это.

Шок был настолько сильным, что Джозефу чуть не пришлось сесть. Неудивительно, что его подсознание взбунтовалось. Неудивительно, что ее предложение сделать что-нибудь сумасшедшее неожиданно оказалось правильным.

Он устал от скучной жизни.

– Верховая езда – это по-королевски. Вам нужно сделать что-то не по-королевски. То, чего никто не ожидает. Но сделайте это тайно.

Он нахмурил брови.

– Где-нибудь, где никто не увидит?

– Именно. Где-нибудь, где никто не сможет увидеть. Так что никто не узнает. Никаких последствий. Это станет вашим маленьким секретом.

Его взгляд опустился на ее сочный рот.

– Моим секретом?

– Никто не должен знать.

Джозеф отступил от нее, обзывая себя сумасшедшим из-за искушения, промелькнувшего в его мозгу.

Роуэн рассмеялась.

– Давайте же! Я знаю, там что-то есть. – Она постучала его по голове. – Есть кое-что, что вы хотите сделать.

Ее глаза заблестели.

– Сделайте это!

О черт. Она не может знать, что уговаривает его поцеловать ее.

Может ли она? Или сама этого хочет? Джозеф замечал ее влечение к нему. И это всего лишь поцелуй. Плюс, когда замешательство прошло, он понял, что загнал себя в самую скучную жизнь из всех возможных и теперь готов снова стать нормальным.

Делать то, что хочет.

Быть самим собой.

Король схватил Роуэн за плечи и одновременно шагнул ближе, притягивая ее к себе. Его губы быстро встретились с ее губами, не оставляя ей шанса возразить. И разряд электричества прошил его насквозь.

Роуэн права. Это было именно то, что ему сейчас нужно.

Он мог бы прервать поцелуй через несколько секунд, но, когда удивление Роуэн прошло, она расслабилась, прижалась к нему, и ее руки скользнули по его плечам. Его руки опустились по ее спине и снова неторопливо поднялись. Их поцелуй стал глубже. В течение следующих тридцати секунд Джозеф блаженствовал. Потом накатило возбуждение. Он хотел поцелуй иного уровня. И хотел очень сильно.

Джозеф изо всех сил пытался напомнить себе, что это всего лишь поцелуй. Забавный, квазибунтарский поступок, позволяющий ему снова почувствовать себя самим собой.

Он с трудом взял себя в руки и отступил назад. По-прежнему держа руки на плечах Роуэн, наблюдал, как ее красивые зеленые глаза широко открылись и моргнули.

– Это было достаточно рискованно, на твой взгляд?

Джозеф шутил лишь потому, что не был готов встретиться лицом к лицу с ревом, рычанием, голодом, грохотавшими в нем. Брак с Анной устроили его родители. И хотя у них была потрясающая сексуальная жизнь и замечательный брак, он никогда не испытывал ничего подобного.

Это, видимо, неправильно.

Роуэн тоже отступила назад.

– Хорошо. Хорошо. Я имею в виду… я не ожидала, что твой рискованный поступок будет со мной. Но… Ну, ничего себе.

Желание пронзило ее насквозь. Было так волнующе осознавать, что ей понравился поцелуй так же сильно, как и ему. Но в следующее мгновение она столкнулась с миллионом здравых причин, почему это неправильно.

Возможно, это и неплохо, потому что вывело Джозефа из апатии. Но и неправильно на всех других возможных уровнях.

– Мне жаль.

– О… нет… Нет. Не извиняйся. Я не обиделась. Правда, не совсем поняла, что произошло, но мы сможем во всем разобраться.

– Я хотел поцеловать тебя с тех пор, как встретил.

Какое облегчение! Оказывается, он поцеловал ее не потому, что она подтолкнула его к чему-то рискованному, а потому, что она была единственным доступным, подходящим объектом.

Но это открыло еще одну дверь. Их взаимное влечение вылилось в один адский поцелуй. Как бы сильно это ни наполняло ее игристой радостью, произошедшее было совершенно неуместно.

– Ладно. Это за мой счет. Я предложила тебе сделать что-нибудь немного бунтарское, этот поцелуй и оказался именно таким.

От одного этого, озвученного вслух, у нее перехватило дыхание. Ей потребовалась секунда, чтобы взять себя в руки. До Роуэн вдруг дошло, что король совершенно спокоен. Говорит, как нормальный человек. Он почти расплавил ее кости, а сам, казалось, практически не пострадал.

Это осознание помогло ей спуститься с небес на землю. Она сообразила, что вот уже несколько дней была предметом его фантазий о поцелуе.

Она – фантазия короля. Великолепного, умного, сексуального короля.

Прекрати это! У тебя работа, которую нужно сделать. Один обжигающий поцелуй ничего не испортит.

Благоразумный король Джозеф нарушил молчание.

– Мы не можем это повторить.

Роуэн всплеснула руками:

– О нет! Это невозможно.

– Тем не менее получилось довольно хорошо.

Пожалуй, даже слишком хорошо.

Король рассмеялся.

– Ты оказалась права. Это действительно помогло мне улучшить самочувствие.

Отбросив внутреннюю борьбу в сторону, Роуэн заставила себя делать работу.

– Давайте посмотрим на это с другой стороны. Вы боролись с ощущением замкнутости и зажатости. Теперь это не беспокоит.

Она сняла пальто со спинки стула. Одно дело – правильно определить, что произошло. Совсем другое – тусоваться в комнате с парнем, который поцеловал ее, как очаровательный принц, вернул ей хрустальную туфельку, а потом сказал, что она ему не нужна.

– Доброй ночи.

По-прежнему невозмутимый, король кивнул.

Роуэн открыла дверь, выбежала в коридор и промчалась вниз по парадной лестнице. Драматизм этого события поддерживал в ней чувства Золушки. Сердце колотилось, колени подкашивались.

Однако ей удалось протиснуться в дверь и добрести до машины.

А этот мужчина умеет целоваться!

Она утешала себя мыслью, что это никогда больше не повторится и, скорее всего, они никогда не будут обсуждать это. Но мысли о поцелуе не давали покоя все время, пока она ехала домой, заказывала ужин навынос, а потом пыталась смотреть телевизор.

Роуэн не была отшельницей. Ходила на свидания, и ей всегда нравились люди, с которыми она встречалась. Целовать их тоже было здорово. Но в поцелуе Джозефа крылось нечто иное.

И вот в тишине квартиры Роуэн позволила себе признать, что в ней вспыхнула искра. Искра, свидетельствующая о том, что здесь действительно что-то кроется. Притяжение. А это что-то да значит.

Она попыталась представить себя королевой, но не смогла. Попыталась представить Джозефа в Западной Вирджинии, встречающегося с ее родителями, и тоже не смогла.

Зато с легкостью представляла свое вновь разбитое сердце и ужасное унижение от того, что король публично оставит ее. Это единственно возможный финал всего, что могло бы произойти между ними. Они бы не поженились. А потому не стоит беспокоиться о том, как быть королевой. Они бы никогда не сошлись.

Возможно, именно это и имел в виду Джозеф, говоря, что они больше не будут целоваться. Возможно, именно это пытался подсказать ей мозг, постоянно напоминая о том, что король – один из клиентов. Не более того!

Они не подходят друг другу.

В понедельник утром Роуэн договорилась о свидании Джозефа с Паулой Мейсон и уже предупредила Джозефа, что стратегическое совещание состоится в канун предполагаемого свидания. В связи с чем она не видела причин приходить или даже звонить ему.

Оставалось больше недели, чтобы забыть поцелуй. Позволить ему раствориться в звездной пыли или унестись с островным бризом.

Глава 6

Джозеф взял копию торгового соглашения, заключенного Лиамом, и вышел из кабинета. Лицо его светилось от гордости за сына. Лиам не в восторге от подготовки к престолу, но толк от этих занятий явно есть. И свидетельство тому – отличное соглашение. Сын чувствовал себя в положении лидера как рыба в воде. И король собирался удивить его не только личным визитом, но и обилием похвал.

Джозеф шел по заднему коридору, в который выходили кабинеты обоих сыновей. Практически навстречу из кабинета Акселя вышла Роуэн. Аксель, приобняв, пропускал ее вперед.

Неожиданность сродни удару под дых сковала все мышцы Джозефа.

– Привет, папа! Роуэн только что согласилась помочь с осенним сбором средств.

– Вот как?

Король позволил себе взглянуть на нее. На лице Роуэн отразился тот же шок, который поразил и его.

– Мы с Питом решили расширить список оказываемых услуг.

Не зная, что ответить, король пробормотал: «Звучит неплохо».

Ему необходимо уйти. Кабинет Лиама всего в двадцати шагах.

Но он не мог пошевелиться.

Молчание затягивалось. И тут Джозеф заметил, что Роуэн одета в простую футболку и джинсы. Он сглотнул. Она надевала деловой костюм даже на футбольный матч. Что же произошло сейчас? Почему она в джинсах и футболке на встрече с Акселем?

– У нас нет клиентов во временном офисе, который здесь открыли, поэтому часто мы одеваемся свободно, – объяснила Роуэн, очевидно проследив за его взглядом. – Итак, мы увидимся в следующий четверг перед вашим свиданием с Паулой Мейсон.

Аксель присвистнул:

– Паула Мейсон! Папа, тебе очень повезло.

Однако Джозеф везучим себя не чувствовал. Скорее – несколько разгневанным.

Он никогда не уклонялся от обязанностей короля. Никогда не был таким бунтарем, как Аксель. Он больше похож на Лиама.

А женщину, к которой его так чертовски влекло, он практически не знает. И если бы они следовали своим чувствам, это было бы… Нелепо. Беспорядочно. Страстно.

Мысль об этом была столь возбуждающей, что Джозеф отступил от Роуэн на шаг. Короли не имеют права следовать прихотям и желаниям.

– Я направляюсь к Лиаму. Хорошего вечера, Роуэн. Аксель, может быть, нам с тобой стоит еще раз посмотреть игру сегодня вечером?

На встрече с Роуэн за день до свидания с Паулой Мейсон Джозеф был спокоен и уверен в себе. Они обсудили детали, и он отпустил ее таким образом, что она не смогла придумать причину спорить или остаться.

Роуэн вернулась в свой офис, закончила рабочий день и отправилась домой. И хотя нервничала из-за предстоящего свидания, она тем не менее заставила себя отвлечься от Джозефа, подумать о своем собственном будущем. Поскольку это задание выполнено примерно наполовину, пришло время обдумать шаги, которые она предпримет, чтобы основать собственную фирму.

Конечно, придется все обсудить с Питом, получить его благословение и надеяться, что он подкинет какую-нибудь дополнительную работу, пока у нее не появится своя клиентура.

Она решила вернуться в Штаты, чтобы «Стерлинг. Грант. Париж» могли рекомендовать ее американским клиентам.

И да, убраться подальше от Джозефа. Этот мужчина уже начал вторгаться в ее сны.

После того как столкнулась с ним на пороге кабинета Акселя, она заснула ночью на диване. И ей приснился этот эпизод, весь в точности, за исключением того, что Аксель испарился, а король не заикался и не казался потрясенным. Он заключил ее в объятия и поцеловал.

Роуэн подскочила на диване, задыхаясь и злясь на себя, напоминая себе, что они не принадлежат друг другу.

Вспомнив сон, она поняла, почему Джозеф был столь чопорен и официален в тот день. Очевидно, его тоже влечет к ней, но он мудро игнорирует эти чувства. Отбросил их в сторону. Ведет себя как взрослый.

Роуэн может колебаться, но король – нет.

На следующий день после полудня Роуэн прибыла в замок и обнаружила, что Джозеф стоит в окружении членов кабинета – двадцати мужчин и женщин – и выглядит сильным, уверенным в себе правителем. Видя, что с ним все в порядке, она старалась держаться в стороне и просто позволяла ему быть впечатляющим королем.

Роуэн радовалась тому, что он держится властно и уверенно. Это хорошо отразится на ней. Джозеф становится очередной историей ее успеха. Пусть поначалу и спорил с ней. Ему определенно не нравилось, когда Роуэн указывала ему, что делать. Но у него не случилось сильного срыва, как у некоторых других клиентов. Был совсем крошечный, когда он поцеловал ее.

Теперь он готов выйти из изоляции и стать тем королем, которым и должен быть.

Она выполнила свою работу.

И может гордиться собой.

* * *

Большой черный лимузин остановился перед замком. Паула Мейсон вышла из машины, ее сопроводили в фойе. Одетая в тонкий синий брючный костюм, облегающий высокую стройную фигуру, она шагнула вперед, протягивая руку Джозефу. Как и Джулианна Абрахамс, Паула была блондинкой, правда с волосами, подстриженными в шикарный боб. Она широко улыбнулась, ее голубые глаза сверкнули.

– Приятно познакомиться с вами, ваше величество.

Губы Роуэн скривились, когда она попыталась понять, почему всегда сводит короля с красивыми голубоглазыми блондинками.

Никаких рыжих. Никаких женщин с пышными фигурами.

Нет, внешность не имеет к этому никакого отношения. Она выбирала его спутниц с учетом индивидуальности и влияния.

Они подошли к дверям огромного конференц-зала. Роуэн не позволили бы войти, но это было и не нужно. Джозеф небрежно повернулся и поймал ее взгляд. Можно подумать, он благодарит ее за то, что она хорошо поработала, уладив все с Паулой. Хотя взгляд ощущался иначе. Лично. Будто он хотел, чтобы Роуэн увидела его реальный мир. Не их общие интимные моменты, когда она командовала им и даже вроде как дерзила ему, а всю весомость его положения.

Это предупреждение?

Дверь за ним закрылась. Роуэн уставилась на полированное дерево. Воспоминания о маленьком домике в Западной Вирджинии она сопоставила с мировыми лидерами и генеральным директором одной из крупнейших компаний на земле.

И поняла, что такое положение делало его другим. Особенным.

На Джозефе лежит огромная ответственность. И он никогда не сможет стать простым парнем.

Он король!

А она настолько заурядна, что покупает нижнее белье в супермаркете.

Он хотел поцеловать ее, потому что находил привлекательной. Но она-то как могла возмечтать о человеке, в жизни которого нет места ничему, что может подвергнуться критике в прессе! Или, хуже того, унизить в глазах президентов, премьер-министров, представителей королевских семей.

Несмотря на то что встреча с Паулой Мейсон организовывалась для того, чтобы их увидели вместе, Джозеф с пользой провел это время. Оценил ее блестящий ум, поинтересовался исследованиями и разработками. Советовался о том, что нужно предпринять, чтобы его страна шла в ногу со временем.

Паула не стеснялась высказывать свое мнение. Человек не достигнет своего уровня профессионализма, если будет сдерживаться. Джозеф уважал и использовал это в своих интересах.

Поездка в галерею оказалась приятной, а ужин – беззаботным и веселым. Паула рассказывала о том, как выросла в северной части штата Нью-Йорк. Далеко от местности, где прошло детство Роуэн, тем не менее похожей на жизнь в маленьком городке.

Джозеф понимал, что его любопытство к образу жизни в различных географических регионах Соединенных Штатов подпитывалось запретным интересом к Роуэн.

Но теперь все это у него под контролем.

Разве он не был солидным и деловым на встрече с Роуэн вчера? Конечно, был. Именно таким. Он снова стал лидером.

На следующее утро король ожидал сообщения от Невела о визите Роуэн или назначенной ею встрече. Но Невела нигде не было. Потом Джозеф вспомнил, что сегодня суббота, выходной день.

Он вошел в кабинет. Невел, возможно, и не работает, но на Роуэн это не распространяется, поскольку они договорились подводить итоги после каждого свидания. Накануне у него была встреча. Уж она-то точно не упустит шанса докопаться до каждой мелочи в деталях.

Через несколько минут Роуэн и впрямь появилась в дверях с бумажным стаканчиком кофе.

Джозеф с улыбкой поднялся ей навстречу.

– Тебе не обязательно было покупать кофе. Я могу организовать его здесь меньше чем за десять минут.

Она рассмеялась:

– Знаю. Но я остро чувствовала нехватку кофеина, пока вела машину.

Такая непринужденность вызвала у него смех. Роуэн была одета в джинсы и легкую блузку и выглядела мягкой и счастливой.

– Присаживайся. Ты уже завтракала?

– Нет. Я не завтракаю.

– Завтрак – самый важный прием пищи за день.

Она покачала головой, подходя к креслу перед его столом.

– Не для меня. Как только я съедаю углевод, мне хочется углеводов весь оставшийся день. До трех или около того не ем ничего, кроме белков и жиров. Это сложный баланс, чтобы контролировать вес.

Джозефа вновь восхитили непринужденность и простота общения. Он был счастлив видеть Роуэн. Нет. Счастлив остаться с ней наедине. Так счастлив, что у него почти кружилась голова.

Он тихо вздохнул, возвращая себе царственное поведение, продемонстрированное днем ранее.

– Не сомневаюсь, что ты хочешь узнать подробности моей прогулки с Паулой.

Она кивнула и сделала глоток кофе.

– Все было великолепно. Паула потрясающая.

Их глаза встретились. В ее взгляде пряталось разочарование.

– Она тебе нравится?

– Очень.

Правда, то, что он чувствовал к Пауле, совершенно не соответствовало его чувствам к Роуэн. Ей непозволительно жить под впечатлением, намеренно вводящим в заблуждение.

– Она мне нравится как деловой партнер, – добавил он. – Эта женщина – гений. Мы замечательно пообщались.

Роуэн с облегчением выдохнула.

– И теперь благодаря тебе у Просперити появился очень сильный союзник, – радовался король. – Кто-то, кто готов помочь нам обновиться технологически. Возможно, даже откроем здесь филиал ее корпорации. Это позволит удержать на острове больше наших образованных граждан, не вынуждать их переезжать в Европу в поисках работы.

В ее ярко-зеленых глазах засветилась гордость, губы растянулись в улыбке.

– Вот здорово!

Едва ли он в полной мере ценит все, что для него сделала Роуэн. Если бы не ее вмешательство, то спустя несколько месяцев он бы окончательно превратился в отшельника.

Возможно, она не изменит мир, как, например, Паула. Но по-своему, в своей области Роуэн – профессионал.

Одетая в джинсы и женственную блузку, с волосами, собранными в пучок, она выглядела труженицей, какой и была на самом деле.

– Знаю, я не самый лучший клиент, но ты провела большую работу.

Ее улыбка стала шире.

– Спасибо.

Чудесное тепло растеклось по телу Джозефа. Но он остановил его прежде, чем это вылилось в запретные чувства.

– Еще одно свидание, и ты свободен.

Заявление Роуэн повисло в воздухе. Они оба знали, что после третьего свидания король больше ее не увидит. За всю жизнь он не испытывал чувств, которые будила она. И через несколько недель все это закончится.

Джозеф изо всех сил пытался придумать остроумный ответ, но ничего не получилось.

Роуэн втянула воздух.

– Теперь, когда мы подходим к концу, я кое-что должна тебе сказать.

Мягкость ее голоса свидетельствовала об интимности, доверии. Они состязались и подтрунивали, но доверяли друг другу. Были искренни друг с другом. Король вдруг подумал, а уж не встреча ли с ней вывела его из депрессии.

– Наблюдая, как ты вчера входил в конференц-зал, я кое-что поняла. – Она еще раз коротко вздохнула. – Во-первых, я обходилась с тобой несколько невежливо, учитывая, что ты – король.

Джозеф усмехнулся:

– Ты так считаешь? Я думал, что все пиарщики напористы и бесцеремонны.

– В принципе, это верно. Но не все сотрудничают с королями.

– Только люди, которые хотят вырваться из стаи и основать собственную фирму?

Роуэн встретила его пристальный взгляд.

– Мне действительно нужно проявить себя.

Король снова рассмеялся. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь смеялся так искренне, честно, комфортно.

– Вчера я увидела, насколько ты важен.

Гордость наполнила его, правда, на смену ей пришло быстрое осознание. Ему нравится не столько быть важным, сколько самим собой. Эта простая истина заставила Джозефа застыть на месте.

– Теперь понимаю. Я видела на портретах вдоль стен главного коридора людей, которые правили до тебя. И поняла, что благодаря вашей семье эта страна существует уже более пятисот лет. Ты часть чего-то огромного.

– Это благословение и проклятие.

– В самом деле?

– Да.

Джозеф, раздумывая, поерзал на стуле и решил, что объяснение давно назрело.

– Дело в том, что ты мне нравишься. Ты видишь во мне нормального человека. Мы можем вести подобные беседы, я могу быть самим собой. Но не могу пойти с тобой на свидание, потому что ты намного моложе меня, и пресса просто сойдет с ума.

Она секунду изучала его лицо.

– Я знаю это, как никто другой.

– Но я тебя не забуду. Ты помогла мне преодолеть очень глубокую яму на дороге жизни, и я ценю это.

Роуэн улыбнулась. Тепло подлинной связи согревало Джозефа. Однако требования идеальной жизни уничтожали эту связь, воскрешая гнев, который он испытал в тот день, когда ездил верхом.

Роуэн – настоящая, веселая, честная. То, что он чувствовал к ней, было удивительно. Неужели ему все это запрещено?

Арт Андино вошел в кабинет Невела, в замешательстве оглядывая его рабочий стол. Обрадованный, что его мрачные мысли прерваны, Джозеф встал.

– Арт! Мы здесь.

Арт с улыбкой вошел в кабинет Джозефа, но, заметив Роуэн, нахмурился.

– Прошу прощения. Я не хотел мешать.

Сбитый с толку тем, как недоброжелательно Арт смотрит на Роуэн, Джозеф сказал:

– Ты не помешаешь. Мы с Роуэн только что обсуждали вчерашнее свидание.

Арт снова уставился на Роуэн. Джозеф нахмурился, когда взгляд Арта неодобрительно скользнулпо ее беспорядочной прическе и повседневной одежде.

Если бы пришла миссис Джонс, она бы предложила кофе и обменялась любезностями. Арт же смотрел на Роуэн так, словно она – жвачка на его ботинке. Потому что скромно одета? Или потому, что американка? Джозеф не знал наверняка, но видел презрение.

– Мисс Грей проделала замечательную работу, помогая мне должным образом вернуться в поле зрения общественности.

– Я понимаю.

Администратор замка повернулся к королю, издал долгий неодобрительный вдох и поклонился.

– Мы еще поговорим, ваше величество.

И вышел.

Роуэн застонала:

– Какой же он ворчун!

– Нет. Дело не в этом. Администрация замка – это все, что касается традиций и преемственности. Они работают над тем, чтобы все оставалось неизменным от одного правления к другому. Каждая страна должна идти в ногу со временем, но мир любит традиции.

– Я заметила, что замок величественный и царственный, но в то же время исторический.

– Кто-нибудь показывал тебе окрестности?

– Нет.

– Может, я проведу для тебя экскурсию, а потом мы сможем пообедать?

Роуэн покачала головой.

– Не уверена, что это хорошая идея.

– Потому, что ты мне нравишься, и я сказал об этом?

Она встала.

– Как бы мне ни было любопытно узнать о замке, моя работа – защищать твою репутацию. На сегодня мне достаточно взглядов Арта. Если кто-нибудь увидит, что ты проводишь для меня экскурсию…

– То мы напомним, что ты работаешь на меня, и я, как хороший работодатель, показываю тебе окрестности.

– Это все равно вызовет слухи.

При напоминании, что он не может просто поболтать с интересующей его женщиной, Джозефа пронзила волна разочарования. Он вспомнил, как не мог даже взглянуть на девушку из своего класса без того, чтобы не поползли слухи.

– Увидимся на следующей неделе.

Роуэн выбежала, как в ту ночь, когда он поцеловал ее. У него едва не остановилось сердце. Однако не он один боролся со своим влечением к ней. Она боролась с влечением к нему, и оно, вероятно, было сильнее, чем она демонстрировала. Джозеф нравился ей настолько, что она не хотела рисковать, проводя с ним время.

И королевство желало, чтобы он контролировал ситуацию. Мир хотел, чтобы он контролировал ситуацию.

А он хотел ее.

Глава 7

Роуэн не стала возвращаться в съемную квартиру, а поехала в офис. Без Джеффри в маленькой комнате царила устрашающая тишина.

После неожиданно честных комментариев Джозефа утром Роуэн передумала отправлять его на свидание с принцессой Хелайной. Она вновь изучила свои записи о принцессе и теперь достаточно хорошо понимала Джозефа. Первоначальному плану, в котором он и принцесса Хелайна поладили, поженились и оставили весь мир улыбаться от удовольствия, не суждено было сбыться. Роуэн подтолкнула его к публичным встречам с двумя замечательными женщинами. Король обрадовался общению с Джулианной, но не заинтересовался продолжением отношений. Более деловой подход был к Пауле. Он понимал, что должен оставаться на виду у общественности, но не собирался влюбляться.

А значит, принцесса Хелайна, возможно, не та женщина, с которой его стоило знакомить.

Роуэн откинулась на спинку кресла, взывая к своей совести. Возможно, ей невыносима мысль о том, что король начнет встречаться с женщиной по-настоящему? С женщиной, которая рассмотрела бы в нем партнера, потенциальную пару.

Джозеф властный, сильный, утонченный, сексуальный и обаятельный. Наедине с собой Роуэн могла бы легко признать, что хочет его для себя. Когда король сказал, что она ему нравится, и даже признался, что думал о свидании с ней, ее тело вспыхнуло от желания. Она представляла их в комнате с опущенными шторами. Вот они смеются, веселятся, кутаются в простыни…

Но Роуэн не может заполучить Джозефа. Не позволяет его положение. И у нее уже был парень, который публично бросил ее. Потому она не собирается снова открывать свое сердце. Поэтому и отказалась пообедать с королем. Чем больше времени они проводили вместе, тем больше Роуэн ощущала взаимное притяжение и вспоминала искру их первого поцелуя. Только идиотка стала бы слепо двигаться навстречу недостижимому.

Плюс, она должна организовать для него еще одно свидание. Принцесса Хелайна казалась лучшей кандидатурой. Сначала кинозвезда. Потом гениальная бизнесвумен. И вот теперь член королевской фамилии. В этом есть смысл.

Но принцесса – наивная хрупкая мечтательница. Общаясь с ней, Роуэн выяснила, что тридцатилетняя женщина действительно мечтала о том, чтобы прискакал принц на белом коне и спас ее. Всему виной излишне традиционное воспитание, это оно сделало ее такой. Она очень нуждалась в поддержке после измены мужа, и спасти ее поначалу казалось хорошей идеей.

Если познакомить ее с королем и он отнесется к ней тепло, как к интересному, милому другу, Хелайна будет очарована. Тогда, вместо того чтобы гулять со счастливым видом, принцесса будет сидеть у телефона, ожидая звонка и новой встречи, а ведь ее может и не случиться.

Газеты, несомненно, придадут этому значение большее, чем следовало бы. Да и ее бывший наверняка узнает об этой истории. Очень унизительно.

Итак, пусть совесть успокоится. Именно ради принцессы, а не ради себя Роуэн не будет устраивать их встречу.

Она прошла в кабинет Джеффри и приготовила чашку чая, размышляя, кого еще могла бы пригласить на третье свидание с Джозефом. Прихлебывая чай и расхаживая по комнате, она ломала голову, но на ум никто не приходил. В пятидесятый раз отвернувшись от окна, Роуэн заметила Арта Андино, стоящего в дверном проеме. От шока, вызванного его появлением, она чуть не пролила чай.

– Мистер Андино! Чем обязана?

Он вошел.

– Мне нужно с тобой поговорить.

Она помнила, как он посмотрел на нее, застав беседующей с королем. Арт словно почувствовал притяжение, возникшее между ней и Джозефом.

Если он собирается прочитать лекцию о том, что не следует влюбляться в высокопоставленную королевскую особу, то пусть побережет дыхание. Она и так в курсе того, что ничего не случится.

Направляясь к своей стороне стола, она указала администратору на стул.

– Присаживайтесь.

Арт осторожно шагнул, присел на краешек стула и нахмурился.

– Я ненадолго.

– Прекрасно.

– Даже не знаю, как начать.

О, проклятый дурак собрался оскорбить ее? Ничего, приходилось справляться и с худшим.

– Просто скажите прямо.

Едва он открыл рот, как его взгляд упал на экран ноутбука.

– Это принцесса Хелайна?

– Да.

– Она прекрасна.

Роуэн улыбнулась мягкости, прозвучавшей в его голосе. Несмотря на раздражительность, в его груди есть сердце.

– Точно.

Он оторвал взгляд от ноутбука.

– Вот это действительно женщина для Джозефа. Американская актриса, – он скорчил гримасу отвращения, – была банальна и проста. Паула Мейсон? Придет время, когда она затмит короля.

Помолчав, он указал на экран:

– А вот принцесса Хелайна воспитана по-королевски. Знает протоколы. Она стала бы замечательной женой.

– Король не думает о женитьбе. Он просто возвращается в круг знакомств. И не должен торопиться.

Арт снова поймал ее взгляд.

– Тем не менее ты рассматривала ее, не так ли?

– Да.

Он поднялся.

– Я хочу, чтобы она была на третьем свидании.

– Мистер Андино… Арт… Это может привести к неприятным последствиям. Не для Джозефа, а для принцессы. Он может причинить ей боль, что поставило бы ее в неловкое положение. В очередной раз.

– Ты недооцениваешь силу традиций и комфорт общения с кем-то, кто понимает жизнь так же.

Не желая вступать в спор, особенно учитывая, что она уже и сама это поняла, Роуэн промолчала.

– Вы думаете, он изолировал себя, потому что капризничал? Я знаю Джозефа с тех пор, как он был мальчиком. Знаю, что произошло. Анны нет уже пять лет. Его сыновья воспитаны. Он осознает, что ему пора снова жениться. Сначала он медлил, потому что действительно любил Анну. Но я вижу, как он приходит в себя.

Роуэн нахмурилась:

– Приходит в себя?

Арт наклонил голову, словно изучая ее.

– Думаешь, ты единственная, кто умеет читать людей? Когда его сыновья пришли ко мне, я сразу увидел, что происходит, и решил нанять тебя всего лишь как способ разбудить его. Но ты отправила его на свидания и подготовила к тому, что ему нужно сделать – снова жениться. И вся нация благодарна тебе.

– Джозеф не марионетка.

– Нет. Но он знает, как работает королевская семья. Король когда-нибудь рассказывал, почему он женился на Анне?

Роуэн покачала головой.

– Они дружили, вращались в одних и тех же кругах. Оба должны были удачно вступить в брак, и это давление делало возможные свидания невыносимыми. И вот однажды, беседуя, они пришли к выводу о том, что идеально подходят друг другу. Джозеф и Анна нравились друг другу не только как друзья, но еще и знали, как устроена королевская жизнь. Итак, они заключили сделку, что поженятся, заведут детей и будут выполнять обязанности, связанные с их титулами. Родители устроили этот брак.

Роуэн усмехнулась:

– Ты только что сказал, что Джозеф любил Анну.

– Да, они очень полюбили друг друга. Но это не было счастливой случайностью. Они – два умных человека, не знающие больше никого в мире, кто мог бы понять, какую жизнь им приходится вести.

Арт выпрямился в кресле.

– Я наблюдал за всем этим. И сейчас вижу те же признаки, что и тогда, когда Джозеф и Анна заключили сделку. Король одинок и хочет, чтобы в его жизни снова кто-то появился. Но он достаточно мудрый и осознает, что должен выбирать из себе подобных. И сделает это.

Администратор поднялся со своего места.

– Устрой его встречу с принцессой Хелайной.

Роуэн не появлялась в замке в течение трех долгих дней. Джозеф заподозрил неладное. Она пропала на неделю до его встречи с Паулой Мейсон, после того, как он поцеловал ее. Но на этот-то раз он не сделал ничего, что могло заставить ее держать дистанцию. Да, он признал, что она ему нравится, но это был обычный разговор. Или нет? Роуэн быстро покинула замок, отказавшись от предложенной экскурсии и совместного обеда. Джозефа убивала мысль о том, что он чем-то мог обидеть ее. Он был на грани того, чтобы позвонить ей и извиниться, сам не зная, за что. Как вдруг ему пришло электронное письмо.

Уже достаточно поздно, и можно бы оставить это до утра. Тем не менее, потянувшись закрыть и убрать ноутбук, он увидел, что сообщение с вложением пришло от миссис Джонс.

Странно. Джозеф ждал инструкций о своем третьем свидании от Роуэн. Но если он обидел ее, она могла воспользоваться другими каналами, чтобы связаться с ним. Например, миссис Джонс.

Король открыл письмо, и действительно появился фирменный бланк «Стерлинг, Грант, Париж». Послание было адресовано Монтгомери Робертсон, главе администрации замка.

Взбешенный тем, что Роуэн организовала третье свидание по своим каналам, Джозеф принялся читать. Увидев имя принцессы Хелайны, нахмурился еще сильнее, а когда прочитал весь текст, то аж закипел.

Он позвонил в гараж.

Ответил ночной дежурный водитель.

– Добрый вечер, ваше величество. Вам нужно куда-нибудь ехать сегодня?

– Да. Я хочу воспользоваться твоей машиной.

Он нечасто просил машину кого-либо из водителей, чтобы получить возможность выехать самостоятельно. Но сейчас это было необходимо.

– Но, сэр, у меня лишь старый, ржавый джип.

– Это даже лучше. Я встречу тебя в гараже. Приготовь его.

Уставшая за день, Роуэн неторопливо направилась в душ, разделась и встала под горячие струи, где простояла минут двадцать. У нее сложилось отчетливое впечатление, что ее скоро уволят. Теперь о том, чтобы открыть собственную фирму, и речи нет. Она просто не получит никаких рекомендаций от «Стерлинг. Грант. Париж».

Роуэн вышла, вытерлась и потратила полчаса на то, чтобы высушить длинные густые волосы. Надела шелковую пижаму. Поблажка, необходимая, чтобы успокоить душу. Пошла на кухню приготовить себе «Мартини». Еще одна подходящая поблажка, учитывая обстоятельства.

Прежде чем она вернулась на диван и включила телевизор, раздался решительный стук в дверь. Нахмурившись, поскольку в такой час гости не ожидались, Роуэн направилась к двери.

– Кто это?

– Открой дверь, Роуэн. Я не могу стоять в холле на виду у всех.

Потрясенная тем, что Джозеф в ее доме, она щелкнула замками.

– Что ты здесь делаешь?

Король вошел, закрыв за собой дверь.

– За всю мою жизнь никогда и никем так не гордился.

Точно зная, о чем речь, она поморщилась.

– Как много ты узнал?

– Я получил от миссис Джонс копию электронного письма, которое ты отправила главе администрации замка.

Он от души рассмеялся.

– Принцесса Хелайна хорошенькая.

Роуэн нахмурилась:

– И?..

– И подавленная. Бывший муж бросил ее, отправившись резвиться на Ривьеру со своей новой девушкой и детьми принцессы. Он целый год выставлял ее посмешищем.

– Ей нужен кто-то, кто поддержал бы ее.

– Продолжай оказывать услуги, – посоветовал король. – Я даже заплачу за них. Но свести нас с ней было бы катастрофой.

– Она уже кандидатура, на этом настоял Арт. А я согласна с тобой. Свести вас было бы катастрофой. Но ты уверен?

– Уверен в чем?

– Что вы с принцессой не поладите?

– Да, уверен. Хотя бы потому, что мы хотим разных вещей.

– В самом деле? Арт был совершенно уверен, что вы могли бы… Ты знаешь…

Он прищурил глаза:

– Пожениться, например?

Она крепко зажмурилась. Собралась с духом, и, глядя на него в упор, отрывисто бросила: «Да».

Король оглядел комнату.

– Вау! Думаю, мне стоит присесть.

Он подошел к дивану и опустился на подушку.

– Ты не должен сердиться на него. Арт думает, будто ты изолировался, осознав, что настало время снова жениться, и это ввело тебя в ступор.

– Нет, все не так! Я был угрюм, потому что мои сыновья уже мужчины. А значит, работа по их воспитанию выполнена. Словом, с моей стороны вполне нормальная реакция. Я слышал, люди называют это синдромом пустого гнезда. Мои дети, возможно, по-прежнему обитают в замке, но теперь они взрослые. И я не собирался жениться.

То, с каким ужасом Джозеф это сказал, заставило Роуэн громко рассмеяться. Она села рядом с ним.

– Это не смешно, – буркнул король.

А она засмеялась еще громче.

– Еще как смешно. Особенно если учесть, что это происки старого ворчуна, а не твой выбор спутницы.

Король фыркнул, потом хихикнул и рассмеялся вместе с Роуэн.

– Пожалуй, да.

– Тебе еще повезло. Арт мог бы выбрать старую вдову.

Он искоса взглянул на нее.

– Ты правда думаешь, что мне нужно жениться?

– Арт убеждал меня, что ты хочешь этого. Да неужели в самом деле ты ожидал, что я подберу неподходящую кандидатуру для тебя?

Он пожал плечами:

– Теперь, зная тебя, я понимаю, что ты бы так не поступила. Слишком уж честная.

– Но это могло стоить мне работы.

– Тогда бы я лично нанял тебя.

Она засмеялась:

– Неужели?

– Я бы так и сделал.

Она взглянула на него.

– Тогда я бы проводила весь рабочий день с парнем, который мне нравится.

– А мне нравится, что я тебе нравлюсь.

Они улыбнулись одновременно.

– Лимузин ожидает снаружи?

Король поморщился.

– Я позаимствовал потрепанный джип моего водителя.

Глаза Роуэн расширились от удивления.

– Ты сам за рулем?

– Я, слава богу, не беспомощен. Просто избалован. – Король откинулся на спинку дивана. – Поездка сюда, нахождение здесь напоминает мне о том, как еще ребенком я тайком выбирался из дома, тусовался не с теми людьми.

– Держу пари, это было сущими пустяками.

Он пожал плечами:

– Пресса вела себя весьма бесцеремонно, когда мне было четырнадцать. Я знал, что свидания станут кошмаром.

– Так вот почему ты заключил сделку и женился в восемнадцать?

Джозеф удивленно посмотрел на нее.

– Ну да, Арт проболтался, – созналась Роуэн. – Вот почему он верил, что ты будешь следовать этому же образцу. Встретишь подходящую пару и снова женишься.

– Этот парень – настоящая заноза, – простонал Джозеф.

– Так уволь его.

– Можно, конечно. Но тогда необходимо нанять сотрудников, которые следят за протоколами и тому подобным. Но чтобы не лезли в мою личную жизнь.

Внезапно Роуэн поняла, что в ее квартире все стало по-другому. Их взаимодействие ощущалось иначе. А просто они находятся не в замке. И за дверью не скрывается администратор замка. И не помешают сыновья короля. И ни один фотограф не наведет на них мощный объектив.

Впервые они действительно одни. И она в шелковой пижаме. Возможно, им больше никогда не выпадет шанс насладиться обществом друг друга.

Глава 8

Роуэн не знала, останется ли Джозеф или скажет, что пора уходить. Ей так не хотелось упускать возможность провести с ним немного реального времени.

– Не хочешь ли чего-нибудь выпить?

Джозеф взглянул на ее бокал с «Мартини», снова на нее.

– Думаю, один глоток не повредит.

Может, стоит напомнить, что, приняв алкоголь, он не сможет вести машину. И, не исключено, что алкоголь может спровоцировать у них желание сорвать друг с друга одежду. Пребывание наедине с женщиной, к которой влечет до чертиков, так далеко от его обычной жизни!

Роуэн приготовила королю «Мартини».

– Это, по сути, все, что у меня есть. Одна бутылка джина. Одна бутылка вермута. – Она протянула ему стакан. – Классический «Мартини».

– Я не любитель сладких напитков. Не предлагай мне шоколадный ликер или что-нибудь фруктовое.

Они чокнулись бокалами, отпили по глоточку.

– Чем еще ты занималась сегодня, кроме того, что мучила самого привередливого представителя администрации замка?

Роуэн рассмеялась.

– Не так уж много. Теперь, когда я вроде как перестала быть твоей свахой, у меня появилось время помочь Акселю так, как я хочу. Если, конечно, меня не уволят.

– Я позабочусь, чтобы этого не произошло.

Она поморщилась:

– Нет. Не надо.

– Верно. Ты же хочешь открыть собственную фирму.

– Да. Но увольнение – не самый удачный способ сделать это. Тем более я хотела бы находиться поблизости и помочь Акселю со сбором средств.

До этого еще три месяца. Джозеф был бы рад, если бы она задержалась в Просперити.

– Не хочу, чтобы ты вмешивался. Я в состоянии постоять за себя.

– Это мне в тебе тоже нравится.

Роуэн отнюдь не беспомощная женщина. Она – звезда и работала ради всего, что у нее было и будет. Есть в этом что-то очень сексуальное.

– Это своего рода мой фирменный знак.

– Я понял это, – Джозеф взболтал жидкость в своем стакане. – Но знаешь, это почти все, что я знаю о тебе. В то время как ты знаешь один из самых тщательно охраняемых секретов замка. Мы с женой состояли в браке по договоренности. А все предполагают, что мы попросили нас поженить потому, что были влюблены.

Он встретился взглядом с Роуэн.

– Ты должна хранить это в секрете. Лиам и Аксель ничего не знают.

Она кивнула. Король знал, что она сдержит слово. И это еще одно, что нравится ему в ней. Внезапно пришло осознание того, насколько опасно близок он к признанию, что в женщине, с которой едва знаком, ему нравится все.

– Я бы хотел узнать о тебе больше.

Роуэн свернулась калачиком на своей стороне дивана и отпила глоток «Мартини».

– Ну, когда мне было двадцать два года, я уехала в Нью-Йорк из своего маленького городка в Западной Вирджинии.

Выражение ее лица говорило о том, что в этой истории было что-то еще, однако после долгой паузы она лучезарно улыбнулась и продолжила:

– У меня не было работы, я никого не знала и потратила большую часть своих сбережений за первые же несколько месяцев. Потом устроилась на работу и нашла соседку по комнате. А потом все, что я помню, было связано с работой. Работа и еще раз работа. Боссы обратили на это внимание, меня повысили, и вскоре я уже руководила целыми направлениями. Потом «Стерлинг. Грант. Париж» предложили мне работу в их главном офисе в Париже, и я подумала, почему бы и нет?

Звучало как-то не очень хорошо.

– Почему нет?

– Почему бы не переехать в Европу, – пояснила Роуэн.

Спокойствие в ее голосе заставило Джозефа поверить, что она не убегает от чего-то, как ему показалось в связи со странной паузой в самом начале. Более того, стало ясно, что ей нравится ее занятие и она ни о чем не жалеет.

По личному опыту король знал, что у нее это хорошо получается. И тем не менее хотел знать больше, вникнуть в мелочи, которые сделали ее той, кем она стала.

– Когда ты была ребенком, у тебя была собака?

– Что? – улыбнулась Роуэн.

– Собака, кошка, суслик по имени Скиппи?

– Суслик по имени Скиппи. – Она от души рассмеялась. – Знаешь, ваше величество, у тебя странное чувство юмора.

– Легко обрести странное чувство юмора, когда полмира следит за каждым твоим шагом.

– Это повод плакать или смеяться?

– Нет. Ничего такого серьезного. Просто странно.

Зато находиться с ней наедине в ее квартире странным не казалось. И это означало, что ему следует уйти, прежде чем он начнет привыкать.

Король допил «Мартини» и встал.

– Я должен вернуть машину Рэндалу.

– Потрепанный внедорожник?

– Он самый.

Роуэн улыбнулась.

– Я рада, что ты заглянул.

– Я рад, что ты не застрелила Арта Андино, когда он захотел сделать нечто невероятно глупое.

Она ухмыльнулась.

– Что могу сказать? Я люблю свою работу.

Король поднялся с дивана, Роуэн проводила его до двери. Но не успел он коснуться дверной ручки, как им овладело сильнейшее желание поцеловать ее на ночь. Прежде чем Роуэн успела запротестовать, Джозеф наклонился и коснулся губами ее губ. Она положила руку ему на плечо и слегка приоткрыла рот. Он с удивлением осознал, что целовать ее так же естественно, как дышать. У него никогда в жизни не было ничего подобного, и он с трудом верил, что так много упустил.

Джозеф так жаждал этого. Действительно жаждал тепла и пронизывающего желания.

Он прервал поцелуй и посмотрел ей в глаза.

– Еще раз благодарю тебя, самый храбрый и умный человек, которого я знаю.

– Не преувеличивай, – фыркнула Роуэн.

Король повернулся, открыл дверь и вышел. Идя по коридору, почувствовал, как она смотрит ему вслед, и его сердце радостно трепетало. Думать о том, как сильно она ему нравится, – абсолютное безумие.

Не теряя времени, он помчался к ржавому джипу. Было поздно, улица пустовала, но король не хотел рисковать. Вдруг кто-нибудь выйдет из-за угла и увидит его.

Он сел за руль, завел джип и расхохотался. Он бы солгал, если бы не признал, что рисковать почти так же весело, как видеть Роуэн.

А видеть ее без камеры, без всяких условий просто потрясающе.

Он стал самим собой.

Снова.

* * *

На следующий день Джозеф столкнулся с Роуэн, когда она мчалась в офис Акселя, опаздывая на встречу.

– Доброе утро, ваше величество.

– Доброе утро, Роуэн. Полагаю, ты ищешь Акселя?

– Да. Теперь, когда моя работа с тобой завершена, мы с Акселем намерены сделать фестиваль этого года лучшим за всю историю.

Король изо всех сил старался не смотреть ей в глаза, хотя чувствовал себя головокружительно счастливым. Иметь секрет, а тем более тайные отношения, очень весело. И да, он должен назвать это отношениями. Они поговорили о насущных вещах, о которых он никогда не говорил с другими людьми. Роуэн – верная наперсница.

Он указал в сторону холла.

– Я тоже иду туда. Можем прогуляться вместе.

Они направились по коридору. Чувствуя себя смущенно, Джозеф спросил:

– Как прошла твоя ночь?

Роуэн чуть не споткнулась о собственные ноги.

– Что?

– Занималась чем-нибудь интересным прошлой ночью?

Она рассмеялась.

– У меня был неожиданный посетитель.

– Бизнес или удовольствие?

Роуэн повернулась к нему лицом.

– Остановись. Правда.

Но приказ опровергался искорками смеха в ее глазах.

Они добрались до офиса Акселя. Джозеф чуть не обронил: «Увидимся позже». Это так естественно ска-зать кому-то при расставании. Правда, позже он ее не увидит. Они больше не работают вместе. У нее больше нет никаких причин заходить к нему в кабинет.

Их тайные отношения закончились, не успев начаться.

В тот вечер Роуэн, сидя на диване, открыла свой ноутбук, чтобы просмотреть длинный список заметок, которые они с Акселем сделали во время затянувшейся встречи. Проект пока выглядел так себе, но это его детище. Аксель намеревался сделать все правильно и наметил для Роуэн множество заданий для связей с общественностью. Она ознакомилась с ними, классифицировала по порядку, актуальности и важности и назначила сроки.

Стук в дверь заставил ее вскинуть голову.

– Кто там?

– Это я.

Джозеф!

Она сжала губы, удерживаясь от смеха, и направилась к двери. Король с бутылкой вина в руке стоял в коридоре, одетый в красно-синее поло, то самое, в котором ходил на футбольный матч.

– Я принес одну из самых дорогих бутылок в моей коллекции.

– Ты коллекционируешь вина?

– Было бы не по-королевски, если бы я этого не делал.

Она усмехнулась и отступила в сторону, давая ему войти.

– Тебе что-нибудь нужно?

– Мне так понравилась свобода прошлой ночи, что я решил повторить.

Роуэн не знала, радоваться или гордиться. Чем более непринужденно они разговаривали, тем больше ей это нравилось. Однако рядом с ним необходимо следить за собой.

Теперь, когда его синдром пустого гнезда остался позади, он может признать, что кого-то ищет. А может, тестирует свою вновь обретенную свободу. После вчерашнего визита стало ясно, что ему нужно куда-то ходить, и он знает, где она живет.

С этим Роуэн ничего не могла поделать.

– Ты сегодня снова на ржавом внедорожнике?

– Нет. Сегодня работает Орландо. Водит грузовик.

– Грузовик?

– Чудовище. Но оно сделало мой побег еще интереснее. Никому и в голову не придет, что я могу сесть за руль монстра с откидными бортами.

Роуэн принесла бокалы. Король разлил вино и протянул один бокал ей:

– Тост. За побеги! Я только сейчас осознал, насколько это весело.

Роуэн поставила бокал на кофейный столик, убрала ноутбук и взглянула на него.

– Итак. Изменим мир сегодня?

Король задумался, и она поняла, что он отнесся к вопросу вполне серьезно. И правда, то, что он делал, действительно меняло мир.

– Есть торговое соглашение, которое приостановилось.

– Ты собираешься взорваться и надрать кому-нибудь задницу за медлительность?

– Нет. План состоит в том, чтобы позволить им думать, будто они выигрывают, пока поставки из Просперити остановлены.

Он наклонился к Роуэн:

– Что ж, посмотрим, как они обойдутся без тропических фруктов.

Она рассмеялась. Король откинулся назад, устраиваясь поудобнее. Между ними воцарилось молчание. Долгое молчание.

Наконец, он поставил на стол бокал.

– Наверное, мне не следовало приходить сюда.

Роуэн пронзило разочарование. Ее привлекательность никуда не исчезла. А вот у него не было ничего, кроме страстного желания выбраться из замка.

– Все в порядке.

– Нет. Это не так. Это опасно.

– Полагаешь, кто-то собирается ворваться и застрелить нас?

Он покачал головой:

– Нет. Никто не знает, что я здесь. – Он втянул в себя воздух. – Это опасно, потому что я хочу вот этого.

Джозеф запустил руку ей под волосы и притянул к себе для долгого поцелуя. Роуэн чуть не задохнулась от счастья – он не утратил влечения к ней!

Желание, бушевавшее в крови, подвигло ее запустить пальцы в его густые темные волосы, когда они оба опустились на диван. Его рот пожирал ее, руки блуждали по спине. Руки Роуэн соскользнули с его плеч на бедра, где внезапно остановились.

– Нет, не останавливайся.

Ее дыхание сбилось.

– Я не хочу останавливаться, но…

– Не говори ничего. Не говори, что чувствуешь себя некомфортно из-за того, что я тот, кто есть. Черт возьми. Иногда ночами я хочу просто быть собой.

Вспышка гнева, прорвавшаяся сквозь нее, поразила Роуэн. Она покинула маленький городок, потому что быть самой собой означало бы пережить невыносимую трагедию. У нее был выбор уйти, заново обрести себя, создать совершенно новую жизнь.

У короля такого выбора нет.

Роуэн прижала ладони к его щекам и притянула к себе для горячего голодного поцелуя.

– Мы можем переместиться в спальню.

Джозеф отстранился, изучая ее лицо.

– Или думаешь, что ты недостаточно сексуален, чтобы большинство женщин хотели с тобой переспать?

– Я не хочу большинство женщин. Я хочу тебя.

Это были самые возбуждающие слова, которые кто-либо когда-либо говорил ей. Ее дыхание стало прерывистым. Роуэн целовала его, пока каждый мускул не затрепетал от желания.

Джозеф поднял ее с дивана, отнес на кровать. Они судорожно раздевали друг друга. И когда наконец оказались плоть к плоти, у Роуэн перехватило дыхание. Руки Джозефа прошлись от ее груди к животу, вернулись наверх к шее.

Роуэн не собиралась позволять ему получить все удовольствие единолично, а потому вывела его из равновесия настолько, что смогла опрокинуть на спину. Прежде чем Джозеф успел отреагировать, она приподнялась и поцеловала его. Ее руки скользили по его мускулистому телу.

Король позволил ей контролировать себя лишь минуту или две, прежде чем снова поменять позиции. Вскоре они стали похожи на двух нетерпеливых борющихся щенков. И оба победили.

Их сердца бешено колотились, кожу покалывало от желания.

Джозеф посмотрел ей в глаза.

– Ты прекрасна. Слишком соблазнительна, чтобы устоять.

И он снова поцеловал ее. Их тела соединились. Удивительное ощущение того, как он наполняет ее, пронзило Роуэн счастливым возбуждением.

Глава 9

Джозеф лежал, завернувшись в самые мягкие простыни, которые когда-либо чувствовал, с самой красивой и сексуальной женщиной, которую когда-либо встречал.

Король приподнял угол простыни.

– Вот уж не думал, что это прилагалось к квартире.

Прильнув к нему, Роуэн засмеялась и прижалась ближе.

– Нет. Я беру их с собой, куда бы ни поехала. Когда много путешествуешь, приятно иметь что-то, что позволяет чувствовать себя как дома.

Он согласился.

Вскоре радость Джозефа омрачила тревога. Он так увлекся Роуэн, что позволил разыграться инстинктам. Несомненно, это самый невероятный сексуальный опыт, который у него когда-либо был. Но одновременно король понимал, насколько неправильно произошедшее, и абсолютно не представлял, как с этим справиться.

– Я никогда не делал ничего подобного.

– Переспать с кем-то, с кем работаешь?

– Переспать с кем-то, на ком я не женат.

Она села, прикрыв простыней мягкую, нежную кожу.

– Хочешь сказать, ты спал только со своей женой?

Он рассмеялся. Его напряжение несколько ослабло.

– Ты должна понимать, что все мои действия находились под пристальным вниманием. Не было такого места, куда бы я мог привести женщину так, чтобы никто не увидел.

– Вау.

Джозеф услышал удивление в ее голосе. Он знал, что был для Роуэн аномалией. Однако она должна осознать, насколько сильно он к ней привязан. Король понимал, почему пошел на риск. Всякий раз, когда она оказывалась в пределах досягаемости, его сердце замирало, а кровь разгонялась по венам.

Но она моложе его. Американка. Независимая работающая женщина, которая не приняла бы ограничений королевской жизни.

Роуэн провела пальцем по его груди.

– Думаю, для меня это большая честь.

И украдкой взглянула на него.

– Ты настолько великолепное сочетание интеллекта и привлекательной внешности, что я просто, – она пожала плечами, – нахожу это очень сексуальным.

Не в силах устоять перед искушением, Джозеф перекатился на бок и снова перевернул ее на спину.

– Вот как?

Роуэн одарила его улыбкой, от которой словно пронзила молния.

– Да. Именно.

К черту логику. Сейчас не время для этого. Сейчас время потакать себе, валяться в постели с женщиной, которая чувствует то же, что и он.

Король крепко поцеловал ее и на этот раз занимался любовью медленно и основательно.

Ему удалось погасить вспышку совести, которая подсказывала, что у этой слабости будут последствия. Он позволил себе погрузиться в глубины сладкого тепла и отключил мозг.

– Я хотела сделать это с тобой с того самого дня, как встретила тебя.

Джозеф, закрыв глаза, смаковал ее слова.

– Я тоже хотел этого с первой встречи.

– А это значит, что у нас все хорошо. Перестань накручивать себя.

– Разве я это делаю?

– Я почти слышу, как крутятся шестеренки в твоем мозгу.

– Дело в том, что у меня есть обязанности. Если бы я был обычным, то лег бы, обнял тебя и заснул до утра.

Король свесил ноги с кровати.

– Но я не совсем обычный. Я правлю страной.

Роуэн села.

– Знаю.

Он влез в брюки.

– Тогда ты понимаешь, что я должен уйти.

– Конечно.

– И не обидишься?

У нее хватило такта не лгать.

– Не знаю, кто я такая, тем не менее действительно осознаю уникальность твоих обстоятельств. И если спрашиваешь, сержусь ли я из-за того, что ты уходишь, ответ – нет.

Его рубашка была наполовину застегнута. Он уставился на нее.

– Я понимаю. Возможно, эта ночь будет всем, что мы получим. Так что подумай хорошенько, Джозеф.

Ее прямота лишила его дара речи.

– И прежде чем мы снова сделаем что-нибудь подобное, подумай, чего ты хочешь. Что мы можем иметь, чего не можем.

Он молча вышел, запрыгнул в большой грузовик и вернулся обратно в замок, въехав через служебный вход.

Поднимаясь по винтовой лестнице, Джозеф впервые за долгое время не чувствовал себя одиноким и опустошенным. Он знал, что их отношения – это то, что ему нужно, хотя и понимал, что они обречены.

Так чего же он хочет?

Что, по его честному мнению, у них могло бы получиться?

Роуэн проснулась и потянулась, как кошка. Вспомнив, почему она голая и беспричинно счастливая, застонала. Неужели она действительно предложила королю подумать о том, что ему нужно, чего он хочет? Что ж, такой вот она человек. Откровенная. Возможно, даже чересчур.

Она направилась в душ. Мысль, что эта ночь могла оказаться единственной, учитывая все обстоятельства, приводила в отчаяние. Но Роуэн решила сосредоточиться на мытье волос и подготовке к работе.

Когда она приехала в офис, Джеффри вручил ей чашку кофе и проводил на видеозвонок с парижским персоналом.

Роуэн заняла свое место и обратилась к монитору компьютера:

– Доброе утро.

Все вытянулись по стойке смирно. Пару лет назад она мечтала, что будет пользоваться таким уважением. Сегодня же, думая о Джозефе, она кое-что поняла. Несмотря на то что она – босс и несет ответственность, это лишь малая часть давления, которое испытывает он.

– Роуэн?

Джеффри толкнул ее, заставив вернуться в реальный мир.

– Прошу прощения. Я отключилась на минутку.

Они продолжили разговор. Роуэн заставила себя отвлечься от Джозефа и сосредоточиться на собеседниках.

Когда видеоконференция завершилась, она направилась в замок.

Проходя через фойе, потом дальше по коридору, она, нервничая, надеялась, что не будет хихикать, как школьница, если снова столкнется с Джозефом. Не хотелось бы его смущать. Роуэн никогда не задумывалась о том, как должны вести себя подружки короля.

К счастью, она не столкнулась с ним. Зато Аксель ждал ее с распростертыми объятиями.

– Доброе утро, лучший помощник, который когда-либо был у принца.

Она рассмеялась.

– Тебе не нужно стараться быть очаровательным. Ты мне и так нравишься.

Он усмехнулся, жестом приглашая ее присоединиться к нему за столом для совещаний. Он стал серьезным, когда они приступили к созданию статей для пресс-релизов о фестивале. Роуэн решила стратегически разместить их в журналах и серьезных профессиональных газетах, таких как «Нью-Йорк таймс».

Аксель прочитал ее черновики и внес несколько дополнений, основанных на его знаниях о прошлых фестивалях.

Роуэн с улыбкой откинулась на спинку стула.

– У тебя талант от природы.

– К счастью. – Он дерзко ухмыльнулся. – Это дает мне возможность выглядеть солидно, когда нужно.

Она рассмеялась. На телефоне Акселя зажужжало сообщение.

– Проверь, что это. – Она встала и потянулась, спина оценила это после нескольких часов сидения. – Мне пора возвращаться в мой офис.

– Только не говори, что будешь работать до поздней ночи.

– Я дистанционно курирую некоторые другие проекты.

– Работа специалиста по связям с общественностью никогда не кончается?

Она рассмеялась.

– Ты и половины этого не знаешь.

Аксель усмехнулся и просмотрел сообщение.

– Это Невел. Папин секретарь.

– Ясно.

Она небрежно взяла несколько папок, надеясь скрыть странный стук сердца, когда Аксель упомянул об отце. Невероятно сексуальный парень, который пришел к ней домой и сбил ее с ног.

Это была связь на одну ночь. Напоминание вернуло ее внимание к Акселю, но теплые, сладкие чувства, охватывавшие ее, даже когда она просто думала о Джозефе, никуда не исчезли.

– Он просит, чтобы я зашел в кабинет. Увидимся завтра.

– Завтра суббота, хотя я могу поработать. – Роуэн поправила ремешок портфеля. – В принципе, ты можешь вызывать меня хоть каждый день, пока не решишь, что готов к фестивалю. Потом я исчезну так же легко, как и появилась.

– Спасибо. Надеюсь, твоя помощь в распространении результатов фестиваля по всему миру превратит мероприятие из местного развлечения в повод для туристов посетить Просперити.

– Это хорошо.

– Я хочу, чтобы это стало своего рода туристической достопримечательностью. Наша страна маленькая, но мы важны. Иногда мне кажется, что никто не понимает, насколько важен мой папа.

Роуэн думала о том же самом, помня, как Джозеф вел в конференц-зал Паулу Мейсон. Как он поймал взгляд Роуэн, напомнив ей о том, кто он такой. Король. Мировой лидер.

Дыхание сбилось, однако она была рада напоминанию. Не существует двух Джозефов, один из которых мог быть у нее, а другой – нет. Он – единственный. Король. Необходимо помнить об этом.

Аксель вошел в кабинет Джозефа, тот нахмурился.

– Джинсы?

Принц кивнул брату и упал на один из стульев.

– Это же рабочая одежда, я и работал. Роуэн заходила, мы составляли планы на фестиваль.

От одной мысли о том, что Роуэн в замке, у Джозефа живот свело судорогой. Он улизнул прошлой ночью, пошел в квартиру красивой женщины и переспал с ней. У него завязался роман. С кем-то, кого знали все в замке.

Аксель ворвался в его мысли.

– Почему мы здесь?

– День рождения твоей бабушки меньше чем через две недели. Твой дедушка хочет бал.

– Он хочет, чтобы персонал организовал бал меньше чем за две недели, – задумчиво произнес Лиам.

– Они делали это и раньше. Отец просит не так уж много. Мы устроим бал, – возразил Аксель. – Знаешь, кого мы можем позвать на помощь?

Лиам нахмурился. Джозеф чуть не застонал.

– Роуэн!

Король быстро пришел в себя.

– Она не организатор вечеринок, а специалист по связям с общественностью. Чертовски хороший специалист. Не стоит принижать ее заслуги или заставлять чувствовать себя нашей личной собственностью.

– Ладно, – разочарованно протянул Аксель.

– Администратор замка позаботится о приглашении нужных людей, но каждый из вас тоже может пригласить несколько гостей. Работают обычные правила. Продумайте, кого вы хотите пригласить. Администратор их проверит.

– Да, папа. Я понял, – согласился Лиам.

Аксель хитро прищурился:

– Знаешь, кого мы должны пригласить?

– Повторяю, можешь выбрать любого, кого захочешь. Просто имейте в виду, что они будут проверены.

– Роуэн! И проверять ее не надо.

Джозеф боролся с желанием зажмурить глаза.

– Она мне нравится, папа. Она все вокруг делает веселым.

Лиам наклонил голову:

– Мне она тоже нравится. Я бы не возражал, если бы ее пригласили.

Джозеф покачал головой:

– Давай не будем увлекаться. Если мы пригласим ее, придется приглашать ее боссов, чтобы никого не обидеть.

Король поднялся, показывая, что сыновья свободны.

– Ты знаешь, у нас все не просто. Мы не хотим ставить Роуэн в неловкое положение на работе.

Хотя она увольнялась, но никто об этом не знал. Кроме него. Он знал один из ее секретов. Это одновременно и бодрило, и будило чувство ответственности.

Аксель ухмыльнулся:

– Боссы будут благодарить ее за то, что попадут на королевский бал.

Лиам согласился:

– Это идеальный способ поблагодарить ее за работу. Знаешь, она все исправила, ни разу не заставив нас почувствовать себя идиотами.

Черт возьми. С этим не поспоришь. И Джозеф согласился.

К тому же если он будет слишком протестовать, это покажется подозрительным.