Оглавление

1. Ускользающая наживка
2. 1
3. 2
4. 3
5. 4
6. 5
7. 6
8. 7
9. 8
10. 9
11. 10
12. 11
13. 12
14. 13
15. 14
16. 15
17. 16
18. 17
19. 18
20. 19
21. 20
22. 21
23. 22
24. 23
25. 24
26. Эпилог
    1. 1
    2. 2
    3. Постскриптум

1

Яхта спокойно покачивалась на волнах на расстоянии нескольких миль от острова. Небо было безоблачное, лишь далеко на западе имелось небольшое помутнение болезненно-желтоватого оттенка. Зеленые глаза Инги, растянувшейся на лежаке рядом со своим бойфрендом Сергеем, лукаво поглядывали на последнего сквозь золотистую челку. Левая рука девушки, на запястье которой поблескивал изящный золотой браслет в виде выпрыгивающего из морской волны дельфина, нежно дотронулась до плеча друга.

— Сережа, сходи за пивом.

Один глаз молодого человека слегка приоткрылся.

— А что мне за это будет?

— Небольшой сюрприз!

Глаз, не удовлетворенный ответом, закрылся. Через мгновение снова открылся.

— А почему небольшой?

Рука Инги легонько провела пальцем по волосам Сергея.

— Потому что большой еще надо заслужить! — растягивая слова, произнесла девушка.

Палец задержался на кончике носа молодого человека и слегка на него надавил.

— Ладно, будем считать это первым подвигом Геракла… — Сергей встал на четвереньки и с низко опущенной головой прошествовал к темнеющему в полу палубы прямоугольнику.

Из холодильника, расположенного в глубине трюма, он достал две ледяные банки пива и повернулся к выходу.

— Не так быстро, дружок, — раздался голос Инги. — Думаю, мне необходим легкий массаж.

Присмотревшись, Сергей заметил свою девушку, непонятно откуда так быстро появившуюся вслед за ним, на кровати, находившейся справа от входа в трюм. Инга полулежала топлесс, ее глаза горели лихорадочным блеском, так хорошо знакомым Сергею.

Электрический ток пробежал по телу мужчины. Банки пива незаметно переместились на пол. Руки Инги, шоколадные от загара, призывно вытянулись вперед.

Снаружи послышался звук падающих на яхту с большой силой капель дождя. В открытые иллюминаторы судна стал задувать ветер. По обшивке яхты, словно по телу страдающего лихорадкой больного, пробежала сильная дрожь.

Влюбленные непроизвольно переглянулись. В глазах девушки промелькнул страх. Порыв страсти, мгновение назад охвативший влюбленную пару, невольно погас.

Вой ветра снаружи неожиданно стих, но на смену ему со стороны океана донесся чудовищный рев, не то рожденный силами природы, не то исторгнутый потусторонними силами, решившими вдруг напомнить о своем существовании беспечно отдыхающим людям. На секунду наступило затишье.

Внезапно мощный толчок содрогнул яхту, и ее, словно спичечный коробок, бросая из стороны в сторону, понесло в открытый океан. От удара Сергей потерял равновесие и отлетел к одной из стен трюма, сильно ударившись о нее затылком. Подобно взорвавшейся от перенапряжения лампочке, сознание вспыхнуло ярким светом и спустя мгновение погрузилось в кромешную тьму…

Сергей порывисто приподнялся на кровати. Кошмарный сон, приходящий к нему почти каждую ночь в последние несколько месяцев, вновь напомнил о себе. Перед глазами все еще стояло испуганное лицо Инги.

Молодой человек медленно обвел взглядом квартиру. Почти каждый ее уголок напоминал о девушке — фотографии на трюмо и стенах, розовый чемодан, выглядывающий из полуоткрытого шкафа-купе, тапочки, так и оставшиеся стоять под кроватью, да и сама кровать, на которой влюбленные провели не одну ночь.

Сергей в который раз поймал себя на мысли, что больше не может находиться здесь.

«Иначе, — пронеслось в его мозгу, — все это закончится психушкой».

Рука невольно коснулась шрама на правой щеке, появившегося на лице мужчины после известного ему трагического дня.

«Впрочем, некоторые вещи навсегда останутся со мной».

Способность логически мыслить наконец полностью возвратилась к нему.

— Мне необходимо сменить обстановку, — произнес он вслух. — Я никогда не забуду тебя, Инга, но эти стены сводят меня с ума.

Приняв какое-то решение, Сергей стремительно поднялся с кровати. Часы на тумбочке показывали пять часов утра. За окнами двухкомнатной квартиры в высотке, расположенной в одном из престижных районов Калининграда, занимался новый день.

2

Кроссовер «Вольво ХС 60» темно-синего цвета уверенно продвигался в городском потоке.

Сергей Максимович Громов, тридцатидвухлетний брюнет, высокого роста, спортивного телосложения, с приятными чертами лица, внешний вид которого не портил даже довольно заметный на правой щеке глубокий шрам, направлялся к месту своей работы.

Несмотря на свой достаточно молодой возраст (а порукой тому недюжинные организаторские способности плюс протекция дяди — московского строительного олигарха), Сергей Громов занимал влиятельный пост в компании «Прометей», избравшей своим коньком поставку энергетического оборудования. Он возглавлял наиболее ответственное направление деятельности фирмы. Собственно, от его результатов зависело процветание «Прометея». Мало-мальски крупные заказчики предпочитали искать деловых партнеров не на светских раутах, где запросто можно было заключить сделку с ненадежным снабженцем, а размещая свои заказы на публичных тендерах[1]. Здесь жаждущий заполучить качественный и за сносную цену товар покупатель имел возможность со всех сторон внимательно изучить фигуру потенциального продавца. Для этого целая команда экономистов, технарей и юристов фанатично листик за листиком штудировала документы, поданные компаниями-поставщиками на конкурс[2]. И не дай бог среди них затесаться сведениям, не устраивающим клиента. Последствия не заставляли себя долго ждать — неугодного дельца снимали с торгов.

Главная задача Сергея Громова, как заместителя главы предприятия, в том и заключалась, чтобы не допустить подобных промашек. Вверенный в его распоряжение отдел закупок неусыпно следил за «чистотой» и коммерческой ценностью предложений «Прометея».

Но не только в этом таилась опасность для негоцианта. Никогда не следовало забывать и об имидже фирмы. Прибыль — несомненно, важный фактор, но и надежность продукции отнюдь не прочитанная газета, оставленная за ненадобностью на скамейке в сквере. Закроешь глаза на это правило — и можешь поплатиться не только победой в отдельно взятом тендере, но и всем своим бизнесом. Этот закон рынка менеджер хорошо уяснил на примере с компанией «Лучшие энергетические решения».

Одному из районов города требовался электрический провод. Предстояла масштабная замена устаревшего оборудования. На брошенный клич отозвалось около полусотни коммерсантов, мечтающих заполучить лакомый заказ. В бюджете муниципалитета, как всегда, ощущалась нехватка средств, поэтому претендентам туманно дали понять, что победит дилер с наименьшей ценой. Примерно половина участников прислушались к прозрачному намеку и уменьшили стоимость провода. Среди них оказалась и компания Громова. У фирмы имелся запас для маневра, поэтому «Прометей» решил пойти на уступки.

Но городу этого показалось мало. Заказчик объявил о желании купить товар по еще более низкой цене. Большинство из претендентов выбыли из борьбы. Они приобретали продукцию в довольно скромных объемах, и дальнейшее снижение платы делало бессмысленным получение подобного контракта. Но «Прометей» уже давно обосновался на рынке и имел внушительную прибыль от продаж. В случае покупки крупной партии провода в счет будущих поставок фирма могла еще немного снизить цену на данном конкретном тендере. Глава фирмы Антон Владимирович Михайлов благословил Громова, колеблющегося в принятии достаточно спорного решения, сделать еще один шаг вперед.

«Прометей», компания «Лучшие энергетические решения» и еще три сбытовика снова понизили свои ставки. У муниципальных властей хватало средств закупить нужный материал по предложенной цене, но председателю одного из комитетов срочно требовались деньги на завершение стройки на другом конце города. Он убедил мэра поторговаться с дилерами в последний раз.

Сергею Громову даже не пришлось доказывать шефу абсурдность дальнейшего участия в торгах. «Прометей» давно избрал в качестве главного своего принципа качество и безопасность поставляемого товара. А ими здесь не пахло и в помине. Маркетологи Михайлова прекрасно знали прайс-листы на продукцию у всех известных производителей и ясно дали понять: падение стоимости возможно только за счет снижения надежности материала.

«Прометей» сошел с дистанции. Поступи так же и остальные конкуренты, и город согласился бы с предложенной ценой. Но увы. Компания «Лучшие энергетические решения» имела в запасе подпольные каналы сбыта товара и решила пойти навстречу заказчику.

Последствия не заставили себя долго ждать. Не прошло и трех месяцев, как установленный сомнительного качества провод привел к серьезной аварии. Никудышный проводник тока не выдержал перепадов напряжения и начал давать сбой. В результате без света оказались районная больница, несколько школ и других городских учреждений.

Газетчики раздули случившееся до вселенских масштабов. Утечка информации привела к обнародованию подробностей прошедшего конкурса. В администрации города «полетели головы» за явный недогляд в кандидатуре выбранного поставщика. Самого же дилера постигло убийственное репутационное фиаско. Слухи быстро распространяются. Фирмы «Лучшие энергетические решения» стали сторониться словно чумы. Как только заказчики видели, что среди участников значится и проштрафившаяся компания, находилась дюжина поводов отказать ей в предвыборной гонке. Вот так-то, не стоит лезть на гору без проверенной страховки…

Работа Сергею нравилась. И не только из-за стабильного высокого дохода — счет менеджера в банке перевалил за семизначную цифру. Громову импонировало находиться в гуще событий, выстраивать стратегию поведения фирмы в предстоящих торговых баталиях. Иначе быть и не могло. Антон Владимирович относился к числу руководителей, для которых рекомендации друзей и партнеров в желании протолкнуть своих протеже на теплые места, несомненно, имели значение, но только до тех пор, пока «блатной» наместник не напортачит по-крупному. Если такое происходило, провинившейся работник либо понижался в должности, либо и вовсе изгонялся из Эдема. Дружба дружбой, но дело прежде всего.

Подобный подход босса к положению вещей очень даже устраивал Громова. Он всячески противился работать в команде, состоящей из ленивых и безынициативных людей. Каждый человек — ценность, когда он находится на своем месте и выдает нужный результат. Тогда шестеренки собранной машины вращаются в штатном режиме, а нелепые казусы, если иногда и случаются, выглядят скорее как досадное недоразумение, нежели как халатное отношение персонала к своим служебным обязанностям.

За несколько лет кропотливой работы чаяниями ближайшего помощника Антона Владимировича и его небольшого отряда подчиненных «Прометей» серьезно потеснил конкурентов. Около трети заказов в регионе попадало в копилку этого пресловутого древнегреческого титана[3]. Покупатели получали оборудование именно того качества, которое им обещали на торгах, и по вполне приемлемой цене. Отдел логистики, также находившийся в подчинении Громова, неустанно следил, чтобы товар поступал к заказчикам в точно указанный в контракте срок. Все были довольны. Михайлов не мог нарадоваться на смышленого и перспективного заместителя. И конечно, это не могло не сказаться на доходах менеджера и усилении его положения в структуре компании. Ну а в личной жизни…

Автомобиль затормозил на перекрестке. Взгляд Сергея остановился на расположенном неподалеку кафе «Счастливое мгновение». Здесь молодой человек не раз встречался с Ингой в первые недели своего знакомства. К горлу подкатил комок, и мысли, словно притянутые магнитом, вновь напомнили мужчине о самом неожиданном и прекрасном подарке, пожалованном ему щедрой судьбой…

В тот июльский день Сергей встречал на пирсе своего друга и коллегу по работе Владимира Малозова, прибывающего в Калининград из Клайпеды на пароходе «Балтика». Солнце стояло в зените. Температура воздуха подпрыгнула до 33 градусов. Над территорией порта и прибрежной полосой витало легкое марево. В предвкушении появления судна в толпе встречающих ощущалось волнение — то в десятый раз слышался вопрос ребенка: «Ну когда приедет папа?»; то раздавались звонки мобильных телефонов, извещавших своих владельцев о скором прибытии парохода.

«Балтика», меняя в лучах ослепительного солнца, словно хамелеон, свой цвет, возникла на горизонте внезапно, будто была извлечена из глубины моря на его поверхность чьей-то неведомой силой. Спустя сорок минут пароход под разноголосые крики чаек пришвартовался в порту Калининграда.

Вскоре подали трап, и толпа пассажиров лавиной хлынула в распростертые объятия встречающих.

Своего друга Сергей пока не видел. Он оглядывал «струящийся поток» и его немного утомленный от бесконечно прибывающих из недр судна на сходни путешественников взор, выхватил яркую, чертовски привлекательную блондинку. Одетая в голубое платье, с сумкой на плече, она легко сбегала вниз по трапу. Горделивый разрез глаз, чуть вздернутый нос и открытый лоб придавали молодой особе независимый и величественный вид. Невозмутимость и беспечность сквозили в каждом ее движении. «Беззаботный мотылек», — мысленно окрестил девушку Сергей. Сердце мужчины, повинуясь бессознательному импульсу, предательски оставило умеренный темп и перешло на престо[4].

По-видимому, восхищенный взгляд Сергея привлек ответное внимание объекта его наблюдения. Девушка задержала взгляд на Громове. В глаза ей бросились спортивная фигура, благородные черты лица и застывший во взоре неподдельный интерес к своей персоне. На какое-то мгновение она забыла, где находится. Но, как это часто бывает, иногда и миг способен многое изменить в жизни человека.

Пассажир, идущий впереди девушки, вдруг резко прекратил движение. Его ротвейлеру вздумалось встать передними лапами на боковое крепление трапа и облаять одну из чаек, назойливо кружившую неподалеку от собаки. Блондинка споткнулась о ногу мужчины, в результате чего ее отбросило на ограждение. Толчок получился настолько сильным, что девушка неловко перевалилась через стойку трапа и упала в море. Все произошло неожиданно и быстро. Дежурившие у трапа матросы помогали пожилой паре сойти на пирс и поэтому не успели заметить случившегося. Громов мгновенно оценил ситуацию и, не раздумывая, кинулся вызволять из беды несчастную. В толпе закричали люди и это привлекло внимание работников порта. В воду полетели спасательные круги и веревки. Через несколько минут промокших насквозь девушку и ее героя под всеобщие аплодисменты вытащили на дышащую зноем набережную.

Вот так они и познакомились. А после уже и не расставались, вплоть до того дня…

Сергей до знакомства с Ингой не вел затворнического образа жизни и пользовался ощутимым успехом у представительниц прекрасного пола. Ни для кого не секрет, что материальная обеспеченность и приятная внешность способны отлично дополнять друг друга и служить надежными проводниками в жизни. При этом, подтверждая характеристику астрологов, адресованную в гороскопах воздушным знакам зодиака, постоянством Сергей, родившийся под созвездием Водолея, не отличался. И несколько раз царапины на его автомобиле были красноречивым выражением чувств покинутых им девушек.

С появлением Инги донжуанские черты характера и некая вседозволенность в поведении с окружающими как-то незаметно растворились. На смену к ним пришли внимательность, тактичность и потребность к совершенствованию. Противоположный пол стал просто частью антуража и одновременно с этим вместил в лице Инги все свои лучшие и привлекательные черты.

Охотник превратился в мирного натуралиста. Знакомство с золотоволосой красавицей выветрило из головы легкомысленную суету и заставило более серьезно взглянуть на вещи.

С Ингой происходили аналогичные перемены. Она шестой год работала манекенщицей, и ее внешними данными были покорены престижные подиумы родной Клайпеды и крупнейших городов Прибалтики и России. Купаясь в лучах славы, модель нередко становилась мишенью богатых, ищущих острых ощущений авантюристов. Случалось, что секьюрити[5] чуть ли не силой усаживали ее в автомобиль устроителей шоу во избежание реального преследования поклонников.

Возникала иногда и взаимная симпатия, несколько раз приводившая к появлению влюбленности со стороны Инги. Именно влюбленности, а не любви — чувства, которое испытывали мужчины, заставившие обратить на них внимание царицы подиума, но впоследствии безвозвратно попадавшие под ее обаяние. Ни с одним из них очаровательная манекенщица не устроила свою жизнь. Каждый раз, на ее взгляд, находились веские причины, отталкивающие саму мысль о браке. Один оказался скупцом, у другого случился адюльтер со своей сотрудницей, третий связался с криминалом. Кстати, последний, Линас, так до конца и не понял, отчего он был отвергнут натурщицей. Обладая взрывным темпераментом, он не смог смириться со своей «отставкой» и поэтому продолжал время от времени напоминать о себе, подстерегая Ингу в различных местах и устраивая ей скандалы.

Девушке пришлось прибегнуть к услугам частной охраны. Это несколько поубавило пыл поклонника, но не надолго. Преследования сделали Ингу нервной, но вместе с тем развили в ней чувство осторожности и предусмотрительности. Она тщательно планировала досуг, заранее выбирала места своего присутствия.

Такая тактика приносила плоды — Линас исчез с поля зрения. Манекенщица очень надеялась, что навсегда.

Последовавшая встреча с Сергеем заставила девушку забыть не только головную боль по имени Линас, но и пересмотреть собственную шкалу ценностей. Постоянная гонка за гонорарами и всеобщим признанием порядочно ее измотала. За броской внешностью и некоторой холодностью, служившей модели естественной защитой от досаждавшей время от времени толпы, проступили скрытые доселе от посторонних глаз черты: чуткость, доброта и привязанность к избраннику.

Как оказалось, на свете существовали вещи и помимо карьеры.

Благодаря незримой судьбе Ингу посетило чувство, которое каждый из нас пытается обрести хоть когда-нибудь, но которое, увы, может так и не посетить человека на протяжении всей его жизни. Имя ему — Любовь.

Дуновение этого чувства подхватило молодых людей и закружило в страстном танце. Для свободных и независимых не существовало ни времени, ни расстояний. Их встречи происходили в самых различных, а порой и необычных местах… Зимний вечер в шале[6] во Французских Альпах, дикий пляж на Мальдивах, участие в прибалтийской регате, дискотеки, пикники и просто прогулки под звездным ночным небом — вот лишь немногие слайды пестрого калейдоскопа, сменяющие друг друга и усиливающие ощущение беспредельного праздника для двоих.

Но самое главное заключалось в том, что только впервые они ощутили острую потребность в каждодневном общении, без которого любимая работа не приносила радости и удовлетворения, а попытки друзей вывести их из состояния дискомфорта (когда такого общения не получалось) вызывали легкую досаду.

По прошествии трех-четырех месяцев со дня знакомства чувства Сергея и Инги ничуть не поблекли. Приближался день рождения девушки. Молодые люди решили его отпраздновать в романтической обстановке, в месте, где еще ни разу не бывали.

Сергей обратился к знакомому клерку, работавшему в туристическом агентстве, с просьбой найти для них что-нибудь «горяченькое». Долго ждать не пришлось. Приятель порекомендовал голубкам обратить внимание на курорты Австралии, а также на архипелаги и отдельные атоллы Тихого океана. Информация о Соломоновых островах заинтересовала влюбленных. Прежде всего, выбранный объект привлекал своей уединенностью, первобытностью и яркой экзотикой. Кроме этого, на архипелаге процветал прокат маломерных яхт, а отдых на легком небольшом «голландце» стоял на первом месте в списке развлечений Инги и Сергея.

Спустя три недели стоместный «Боинг» уносил парочку к выбранной ими точке земного шара.

Их настроению позавидовал бы и супергерой. Заряд оптимизма и предвкушение открытия для себя новых географических широт не смог разрушить даже неприятный инцидент, случившийся незадолго до вылета.

Стоя в очереди к стойке регистрации, молодые люди оживленно болтали, обсуждая последние организационные вопросы предстоящего путешествия. Внезапно Сергей ощутил сильный толчок в левый бок, от которого чуть не упал. Он резко обернулся. Взору его предстали три ухмыляющиеся физиономии молодых людей в возрасте примерно около тридцати лет. Все они были одеты в футболки, шорты и сандалии. Экипировку завершали красовавшиеся на головах компании синие бейсболки с надписью «Reebok».

Зачинщик ссоры, блондин с вьющимися по щекам бакенбардами, с невыразительными голубыми глазами и тонкими губами, презрительно усмехался. При этом его взгляд мог растопить десятилетний полярный лед.

— Инга, может быть, ты нас познакомишь со своим рыцарем, на которого, как я понимаю, ты меня променяла? — слегка раскачиваясь взад-вперед на носках сандалий, растягивая слова, с прибалтийским акцентом произнес забияка.

— Убирайся прочь, Линас! — воскликнула девушка, и ее симпатичное лицо стало пунцовым от злости.

— Любопытной Варваре на базаре нос оторвали, а пришить забыли, — с угрозой в голосе произнес Сергей.

В эту минуту в скандал, готовый с секунды на секунду окончательно разгореться, вмешалась охрана аэропорта. Линас, ругаясь вполголоса на литовском, сопровождаемый приятелями, с явной неохотой был вынужден покинуть зал регистрации.

— Когда этот черт прекратит меня преследовать? — выдохнула Инга, к которой постепенно возвращалось душевное равновесие.

— Возможно, я смогу тебе ответить на этот вопрос на борту яхты, — загадочно произнес Сергей, прищурив глаза.

Идея сделать Инге предложение стать его женой во время отдыха на Соломоновых островах родилась у него, как только влюбленные решили туда отправиться.

«Когда ты станешь моей, никакие Линасы больше не будут тебя беспокоить», — подумал Сергей.

— Не вижу пока взаимосвязи, но можешь считать, что ты меня заинтриговал, — в тон своему бойфренду ответила подруга.

В этот момент наступила их очередь регистрации.

Однако человек предполагает, а бог располагает. Мощный торнадо, пролетевший над Соломоновыми островами, причинил ужасные разрушения на самом архипелаге, а также нанес невосполнимый ущерб людям и судам, находящимся в тот момент в открытом море и прибрежной полосе. В числе пострадавших оказались и Сергей с Ингой. Обломки их яхты спустя два дня обнаружили спасатели за двадцать миль от места отдыха влюбленных, в лагуне крохотного атолла. Невдалеке от останков судна на берегу в полузабытье, с кровоточащим на лице шрамом и сжимая смертельной хваткой обломок обшивки яхты, лежал Сергей. Девушки с ним не было.

Организованные властями спасательные мероприятия превзошли самые пессимистичные ожидания. Специальные службы Соломоновых островов и других стран, чьи территории затронул ураган, бросили все силы на проведение тщательного поиска в зоне бедствия. Многих пропавших удалось найти, но и значительное число людей затерялось на бескрайних просторах Меланезии. К несчастью, девушку Сергея Громова постигла та же печальная участь. Обезумевший от горя мужчина рвал на себе волосы.

Как только способность обдуманно действовать вернулась к бедному влюбленному, он начал предпринимать шаги по розыску Инги. Прежде всего Сергей обратился к прессе. Точные приметы девушки мужчина поместил во все крупные газеты государств, оказавшихся в эпицентре разбушевавшейся стихии. Две крупные фотографии пострадавшей и описание браслета, находившегося на ней во время шторма, довершали роковой портрет.

Затем наступила очередь интернета. На специально созданном сайте содержалась подробная информация об Инге: цель ее визита на архипелаг, снимки прогулочной яхты и примерное место ее нахождения в момент бесчинств торнадо, а также портфолио[7] девушки, дающее полное представление о внешнем облике несчастной манекенщицы. На некоторых кадрах подобранные со вкусом наряды модели дополняла изящная драгоценность — золотой браслет в виде выпрыгивающего из волны дельфина — подарок Сергея. Его он преподнес возлюбленной во время празднования Нового года в заснеженном шале среди хвойных лесов, обхвативших подножие седого Монблана[8]. С тех пор элегантный перл не покидал запястья левой руки Инги.

За любую полезную информацию о пропавшей полагалось щедрое вознаграждение.

Нельзя сказать, что Сергей питал особые иллюзии, обратившись за помощью в печатные издания и социальные сети. Как-никак официальные поиски сгинувших во время урагана людей практически сошли на нет. Но оставалась хрупкая надежда на то, что в случае с Ингой имели место особые обстоятельства. Торнадо мог отнести несчастную за границы территории, на которой велись поиски, девушка могла находиться в бессознательном состоянии, потерять память. Следовательно, существовал шанс, что ее обнаружат и после завершения спасательной операции.

Увы, чуда не случилось. Ни газеты, ни «всемирная паутина» не дали ни одной серьезной зацепки.

Да, откликов поступило великое множество! Сайт был завален посланиями. Телефон первое время после размещения объявлений буквально разрывался от звонков и бесконечное число раз исполнял присвоенную для СМС-сообщений грустную мелодию. Однако поступавшая к Сергею информация не имела никакого отношения к Инге. Вероятно, основную массу людей, писавших или звонивших Громову, больше волновало обещанное за переданные о девушке «правдивые» сведения вознаграждение, нежели действительная судьба пострадавшей.

Отдельную категорию составляли отправители посланий, столкнувшихся с аналогичными жизненными обстоятельствами. Старая англичанка позвонила Громову и полчаса трагическим голосом объясняла молодому человеку всю тщетность предпринимаемых им действий. Ее муж пропал в горах тридцать лет назад во время схода лавины, и с тех пор на сердце пожилой леди незаживающая рана. Сергей, насколько позволяли душевные силы, постарался принять участие в произошедшей в жизни почтенной дамы трагедии.

Наоборот, некоторые сообщения вселяли надежду. Екатерина из Владивостока убеждала Громова не отчаиваться. Совсем недавно пассажирский круизный лайнер потерпел во время шторма крушение в Японском море. На борту судна находились муж женщины и их единственный ребенок. Сына спасли подоспевшие к месту катастрофы корабли. А вот супруг нашелся только спустя два месяца, живой и невредимый. Ураганный ветер и сильное течение забросили его на островок, который первоначально не попал в зону поиска спасателей.

Однажды утром, просматривая почтовый ящик, Сергей наткнулся на анонимное послание. Письмо содержало угрозу о скорой расправе с Громовым за то, что он не сберег Ингу. Немного поразмыслив, мужчина пришел к выводу, что такое предупреждение ему мог послать только Линас. Очень уж реалистично поведение отвергнутого поклонника вписывалось в рассказ Инги о сумасбродствах криминального типчика после полученной им от манекенщицы отставки. Недавний случай в аэропорту — наглядное тому подтверждение.

Итак, Линас жаждал мести. Насколько его угрозы были явными, Сергей не знал, да и не пытался это узнать, мыслями несчастного влюбленного полностью завладела серая грусть.

Вскоре поток звонков и сообщений практически прекратился, как и прекратились официальные поиски пропавших в шторм людей. Казалось, еще недавно теплившуюся надежду сменит отчаяние. Громов гнал надвигающуюся депрессию. Он сосредоточил силы на еще имеющихся возможностях разыскать Ингу. Одной из таких возможностей оставалось продолжение поиска любимой девушки в частном порядке.

Сергей, как и многие другие родственники и близкие пострадавших в ураган, обратился к услугам компаний, имевших богатый опыт в организации и проведении спасательных операций. Случись беде — и отряды легких катеров могли отправиться на поиски по первому зову клиента. Разумеется, эти услуги требовалось оплачивать звонкой монетой. Очень часто близкие пропавших в стихию людей имели возможность нанять спасателей, только общими усилиями собрав нужную сумму.

После небольшого мониторинга внимание Громова привлекла русско-английская компания The Search. Броская реклама и положительные отзывы об успехах данного лица заставили Сергея сделать свой выбор в ее пользу. Он примкнул к небольшой группе родственников, также подписавших контракт с этой компанией.

Сергей настоял, чтобы ему разрешили находиться на борту одной из шхун, отправляющихся на поиски Инги. Седой капитан покачал головой, но все же согласился. Он предложил Громову подписать бумагу, снимающую с него всякую ответственность за возможный несчастный случай, который мог произойти с мужчиной во время плавания.

В течение двух месяцев окрыленный надеждой влюбленный бороздил туземные воды в составе одной из групп спасателей. Катер обследовал множество атоллов и островов, стоявших первыми в длинном списке наиболее вероятных мест выброса стихией попавших в ее власть людей.

В ходе изнурительной монотонной работы Сергей довольно близко сошелся с одним русским — Евгением Дюсовым. Близкий по возрасту парень охотно обучал Громова премудростям спасательного дела. От него Сергей узнал, как нужно швартовать катер, взбираться по отвесным скалам, передвигаться по незнакомой местности, не боясь наступить на притаившихся поблизости змею или скорпиона.

Обучение интересному ремеслу отвлекало мужчину от мрачных мыслей и не давало замкнуться в себе. Наверное, поэтому, когда истек весь свободный лимит времени пребывания на судне, оптимизм отыскать Ингу не оставил Громова.

Обстоятельства вынуждали его вернуться в Калининград. В прощальный день Сергей условился с Евгением, что каждую неделю тот будет передавать Громову по телефону отчеты о проделанной работе.

3

Кроссовер въехал на парковочную площадку компании «Прометей». До начала рабочего дня оставалось еще пятнадцать минут, и Громову не терпелось потратить это время на не выходивший в последние часы из головы важный вопрос. Он пересек широкий холл и поднялся на лифте на восьмой этаж уходившего своим шпилем в небесную высь бизнес-центра. На его пути попалось несколько коллег, с которыми заместитель директора вежливо поздоровался.

— Светлана, зайди ко мне, — бросил он вместо приветствия секретарю, проходя в свой кабинет.

Минутой позже в покои менеджера впорхнула шустрая невысокая девушка, лет двадцати двух, шатенка, с блокнотом и карандашом в руках. Одетая в бирюзового цвета блузку и темную юбку, с тщательно зачесанными назад и собранными в пучок волосами, она производила впечатление студентки, представшей перед экзаменационной комиссией. В серых глазах застыли сосредоточенность и ответственность.

Светлана по праву считалась профессионалом своего дела. Она была глазами и ушами Громова. Ни одна, даже ничтожно малая, заслуживавшая внимания информация не могла проскочить мимо этого цербера[9] в юбке. Четкий график мероприятий, встреч, командировок всегда находился под рукой секретаря, и она могла в любое время суток наизусть повторить священное расписание. Таким образом, Сергей Максимович никогда никуда не опаздывал, своевременно получал для просмотра и визирования ценную корреспонденцию и знал все придворные сплетни, будоражащие умы работников фирмы и заставляющие их шушукаться по углам.

— Устраивайся, — предложил менеджер секретарю, махнув рукой на стоящее возле письменного стола кожаное кресло.

Светлана расположилась на краешке офисной мебели, слегка подавшись вперед, в позе охотничьей собаки, высматривающей упавшую в густых кустах подстреленную дичь, и приготовилась записывать указания шефа.

— Дело пойдет не о работе, — в качестве предисловия начал Громов. — У меня имеется личная просьба, и без твоей энергичности и инициативности я потрачу кучу времени впустую.

Появившийся на лице девушки едва заметный румянец недвусмысленно давал понять, что заслуженно сделанный комплимент не может оставить равнодушным даже самых принципиальных и строгих представителей неважно какого пола.

— Все что в моих силах, — еле слышно прошелестела губами секретарь.

Сергей Максимович улыбнулся.

— Решил я сменить место жительства, — озвучил он новость. — Сам пока не знаю, чего требует душа: дом, квартиру, апартаменты. Ясно только одно: в ближайшее время я хочу перебраться под другую крышу.

Светлана не подала виду, насколько ей хотелось узнать о причинах, побудивших ее начальника оставить комфортабельную двушку в тихом и фешенебельном районе города. Вместо этого она задала абсолютно стандартный в таких ситуациях вопрос:

— Какие-то особые пожелания?

Громов задумался.

— Не стоит интересоваться вариантами в северном направлении, не люблю холод, — начал он предавать своей прихоти физические очертания.

Карандаш Светланы запорхал по блокноту.

— Если стоящий объект отыщется за пределами Калининграда, желательно, чтобы расстояние до него было не более 30–50 километров. Не хочется два часа добираться до офиса утром и то же самое делать после конца рабочего дня, — добавил Громов.

— Учтено, — заверила секретарь.

— Ну и последнее: стоимость жилья — в пределах разумного.

— Понимаю, Сергей Максимович, хороший товар за реальные деньги, — резюмировала Светлана.

— Чувствуется хватка делового человека, — не без легкой иронии проронил заместитель директора, припоминая один курьезный случай.

Он произошел, когда Светлана только поступила на работу в «Прометей». Девушка старалась безукоризненно исполнять свои обязанности, но нехватка практики готовила ей разные маленькие ловушки, не попасть в которые могло помочь только хорошее знание внутренней «кухни» компании.

В фирме ждали делегацию из Японии, прибывающую по обмену опытом. Программу приема гостей несколько раз перекраивали. Никто не понял, как получилось, что на руках у секретаря Громова оказался один из первых вариантов плана. Скорее всего, девушка в какой-то момент просто пропустила очередное внесение изменений в официальное расписание. В результате Светлана доставила группу японцев не в офис, а сразу в цех конвейерной сборки грузов, отправляющихся к своим заказчикам. Это мероприятие значилось в программе под пунктом «3», но дебютантка об этом не знала. Так совпало, что к моменту прибытия делегации в цех настало время обеденного перерыва. Глазам изумленных азиатов вместо деловой активности персонала партнера предстала совсем иная картина. Трое рабочих, состязаясь в силе храпа, спали на ящиках с энергооборудованием. Еще четверо сотрудников играли за столом в карты, сопровождая свои достижения и промахи «специальной лексикой»…

— Сроки? — несколько напряженным тоном произнесла девушка, уловившая ироничные нотки в голосе начальника.

— Первые варианты желательно в течение двух-трех дней, — уточнил Громов. — Ну а вообще — пока не найдем то, что мне нужно.

— Что-то еще, Сергей Максимович? — Серые глаза Светланы вопросительно посмотрели в лицо руководителя.

— Пригласи Владимира Андреевича, пожалуйста, — с задумчивостью проговорил заместитель директора. — И еще: через полчаса организуй оперативное совещание с начальниками моих служб по вопросу поставки оборудования в Латвию. Это все.

Помощница слегка наклонила голову вниз в знак готовности немедленно исполнить задание шефа. Светлана покинула кабинет так же стремительно, как и несколькими минутами ранее появилась в нем.

Вскоре место секретаря занял коллега, а также и друг Сергея, Владимир Андреевич Малозов. Громов, испытывая потребность излить душу о принятом решении сменить место жительства, сразу перешел к интересовавшей его теме.

Владимир Андреевич, мужчина среднего роста, блондин, тридцати восьми лет, одетый в строгий деловой костюм черного цвета и темные ботинки от «Гуччи», слегка развалился и принялся слушать приятеля. Его карие, чуть прищуренные глаза были устремлены на карту Северо-Западного региона, висевшую на стене за спиной Громова. Казалось, Малозов внимательно ее изучает. На самом деле это была своеобразная манера сосредотачиваться на словах говорившего. В особенности если тема беседы представляла для Владимира Андреевича интерес. Этот случай, по-видимому, относился к их числу. Светлые густые ресницы друга Громова слегка вздрагивали, что свидетельствовало о крайней заинтересованности речью собеседника. Когда монолог Сергея наконец окончился, взгляд его приятеля из отсутствующего превратился в задумчивый. Он потер указательным пальцем правой руки переносицу и спустя несколько секунд резюмировал.

— Ну что же, а твоя идея не лишена практического смысла. Жизнь на месте не стоит, нужно пытаться двигаться дальше, каким бы тяжелым ни казался этот путь в начале.

— Понимаешь, это какое-то наваждение. С одной стороны, мне претит сама мысль, что я перестану когда-то думать об Инге. С другой, я понимаю, что шансы ее найти ничтожны и поэтому схожу с ума, постоянно натыкаясь на различные предметы, места, с ней связанные. — В который раз Громов эмоционально попытался передать свое внутреннее состояние.

— Моя помощь требуется? Потенциальных продавцов проверять не надо? — спросил Малозов.

Владимир Андреевич возглавлял в компании службу экономической безопасности. Основная задача данного подразделения заключалась в проверке надежности контрагентов, которых «Прометей» собирался снабжать оборудованием и, соответственно, от которых он ожидал полного и своевременного расчета.

Канули в Лету времена, когда поставщики работали по принципу «сперва деньги, затем товар». Созданная в стране, да что там в стране — в мире, система получения различных благ через организованные торги перевернула представление покупателей о своем статус-кво в этом процессе. Правила игры на тендерах начали определять именно заказчики. Очень скоро они уяснили один важный принцип: дилеры согласятся на какие угодно условия, лишь бы получить корону победителя. Это привело к различным злоупотреблениям, включению в сделки «хотелок» клиентов, явно не отвечающих интересам поставщиков. Условия оплаты стали просто драконовскими. Уяснившие скрытый потенциал своих возможностей покупатели отодвигали сроки расчетов за оборудование на два, а то и три месяца, после того как оно уже поступило на склад заказчиков и преспокойно пылилось на полках.

Все это добавляло головной боли службам компаний, отвечающим за добросовестность партнеров. Часто случалось, что поставщик мог остаться и без денег, и без товара.

В лице Владимира Андреевича «Прометей» приобрел незаменимого специалиста, отдающего все силы на выявление скрытых от посторонних глаз червоточинок в деловой репутации покупателя. В век интернета упрятать компромат стало практически невозможно. Если клиент уже имел отрицательную «историю», безопасники «Прометея» обязательно ее извлекали на свет божий. И с их своевременной подачи глава компании обходил стороной опасный для него конкурс. Благо рынок энергооборудования не страдал отсутствием спроса.

Деловую хватку Владимир Андреевич приобрел за долгие годы службы в органах правопорядка. В недавнем прошлом он занимал один из ключевых постов в криминальной полиции Калининграда — заместителя начальника управления.

К этой должности Малозов шел долго, и добился он ее исключительно за счет высоких профессиональных результатов. Аналитический склад ума, склонность к глубокому исследованию первопричин совершаемых преступлений, установление их мотивов вызывали неподдельное восхищение коллег. Иногда казалось, что хитрые проходимцы не оставили никаких улик и докопаться до истины невозможно. Но проходило время, и в расследовании начинали появляться новые обстоятельства. Владимир Андреевич предлагал сослуживцам взглянуть на имеющиеся в деле доказательства под другим углом. Измененная интерпретация имеющихся фактов порой нередко приводила к абсолютно противоположным выводам и в конечном счете давала следствию весомую ниточку в поиске злоумышленников.

К сожалению, нищенское существование органов правопорядка подтолкнуло Владимира сменить место работы, а еще раньше — привело к распаду его семьи. Жена предпочла опытному, но бедному сыскарю успешного предпринимателя.

Однажды, вернувшись домой после ночного дежурства, он обнаружил на кухонном столе прощальную записку. Супруга слезно умоляла ее простить и не искать. С ее холодных жестоких слов, она не видела с Владимиром будущего ни для себя, ни для их единственного сына. Квартира стояла нетронутой, но из нее исчезли самые дорогие для Малозова люди.

Это случилось несколько лет назад. Казалось, что жизнь потеряла всякий смысл и стала похожей на черно-белый немой фильм. Именно в этот момент пути Владимира и Сергея пересеклись.

Вокруг одного из тендеров разгорелся громкий скандал. Победивший на торгах поставщик не смог привезти на объект покупателя весь нужный товар. У заказчика горели сроки, и он в авральном порядке обратился за недостающим количеством в «Прометей». Тот не подкачал. Единственный нюанс: оборудование в компании Антона Владимировича стоило немного дороже. Раздосадованный покупатель накатал «телегу» в полицию, требуя привлечь импортера к ответу. Пока заявлению давали ход, никто не заметил, как втянутым в неприятную историю оказался и сам «Прометей».

Михайлов отправил Громова в Скотланд-Ярд[10] (так он нежно называл органы правопорядка) защищать честь мундира. Сергею Максимовичу понравилась манера и логика поведения чиновника, возглавившего дело. Владимир Андреевич Малозов сразу схватил суть проблемы и после двух-трех встреч со всеми заинтересованными лицами отказал покупателю в возбуждении уголовного дела. По его мнению, в данном случае криминал отсутствовал и заказчику следовало отстаивать свои права в гражданском суде. Громов рассказал главе «Прометея» о привлекшем его внимание полицейском. Как раз в это время в службе безопасности компании не было руководителя, и Михайлов предложил пригласить Малозова занять свободную вакансию. Заместитель директора не стал откладывать поручение в долгий ящик. Он позвонил офицеру и договорился с ним о встрече.

В местном кафе неподалеку от управления полиции Громов выложил карты на стол. Предложение попало к блюстителю закона в тот момент, когда все его жизненные устремления зашли в тупик и для изменения ситуации срочно требовалась перезагрузка.

Малозов согласился. Постепенно постоянные контакты на работе, схожесть взглядов на многие вещи дали почву для развития между Сергеем Громовым и Владимиром Малозовым дружеских отношений…

— Спасибо, Володя. Возникнут какие-нибудь сомнения в продавце — ты будешь первым, кто об этом узнает, — поблагодарил Сергей друга.

Стоящий на столе телефон напомнил о своем существовании. Менеджер включил на устройстве громкую связь.

— Сергей Максимович, персонал собрался на совещание, — раздался голос Светланы.

— Спасибо, через пару минут буду, — ответил Громов и отключил интерком.

— Наверное, какой-нибудь очередной тендер, — высказал Владимир предположение, поднимаясь с кресла.

— Ты прав, поставка передвижных электростанций в Латвию.

— Понимаю, о чем идет речь. Еще один договор с оплатой постфактум. Это должно произойти через два месяца, после того как заказчик получит оборудование.

— У тебя хорошая память.

— Мы сейчас проверяем подноготную покупателя. Имидж у него неплохой, да и бумаги, представленные на общее обозрение, в полном порядке. Но… — Малозов сделал паузу.

— Договаривай, заинтриговал.

— Не так давно состоялись два судебных процесса с его участием. Тяжбы длились около года. Сам понимаешь, когда поставщики реально получили свои кровные.

— А в чем дело?

— Заказчик придрался к какой-то запятой в договоре, ну и высосал из пальца невероятную историю, чтобы не платить в срок.

— Старая песня, ты меня не удивил. Для этого в «Прометее» и набрана целая команда юристов, чтобы все запятые стояли на своих местах. Честно говоря, не это меня беспокоит сейчас.

— А что тогда?

— Не нравится мне наше конкурсное предложение, да и с протоколом разногласий к договору не совсем все чисто. Ларионов опять наделал в них ошибок. Неточно определены места выгрузки выключателей, сроки их поставки. Мне уже от Михайлова влетело.

— Удивляюсь реакции шефа. Ларионов — муж его дочери, и он прекрасно видит, что зять просто пользуется своим положением.

— Формально он мой подчиненный, и я несу ответственность за его упущения. Но если между нами, Ларионов — неглупый мужик, и порой мне кажется, что все его ошибки — умышленная подножка мне перед руководителем. Думаю, он метит на мое место и при определенном раскладе воспользуется ситуацией в свою пользу.

— К сожалению, я разделяю твои опасения. Шансы у него есть, — согласился с приятелем Владимир.

На этой ноте друзья покинули кабинет, и каждый двинулся в своем направлении.

4

— Сережа, ты выходишь? — Приятный женский голос вывел Громова из состояния забытья, в котором он пребывал, пока лифт опускался на четвертый этаж — к месту назначенного совещания.

— Да, — машинально ответил Сергей и повернул голову в сторону говорившей.

«Ах, Даша, — вспомнил Громов. — Она ведь уже была в лифте, когда я садился в него на восьмом».

Сергей посторонился, а затем и сам вышел из лифта вслед за стройной, «наштукатуренной» по высшему разряду, привлекательной блондинкой — дочерью руководителя «Прометея», а также… бывшей пассией Сергея Громова.

Девушка неторопливо продефилировала до ближайшей двери справа по коридору и скрылась за ней, предварительно одарив Громова насмешливой улыбкой.

Мужчине эта улыбка была хорошо знакома…

Сергей познакомился с дочерью Михайлова примерно за год до встречи с Ингой. Шеф пригласил его к себе на теннис в один из майских праздников и заодно попросил привезти документы по самой крупной за историю существования «Прометея» поставке.

Громов прибыл в назначенное время в загородную резиденцию Антона Владимировича. Коллеги заперлись в кабинете Михайлова на третьем этаже роскошного особняка — местной достопримечательности и предмете зависти соседей.

Два следующих часа прошли в напряженном обсуждении деталей выполнения контракта.

— Все, хватит! — хлопнул по столу Михайлов и отбросил в сторону блокнот с расчетами. — Переодеваться — и марш-марш на корт.

Через двадцать минут руководитель компании и его заместитель подходили к теннисной площадке, как оказалось уже кем-то занятой. По корту стремительно перемещались с одной стороны девушка двадцати трех — двадцати пяти лет, а с другой — мужчина лет тридцати, оба одетые в футболки и шорты.

— Засиделись мы, вот Дарья Антоновна с Димой Ларионовым нас и опередили! — воскликнул Михайлов. — Пойдем, Сергей, я тебя познакомлю с ними.

Мужчины приблизились к площадке, игра на которой прекратилась из-за появления новых лиц.

— Представляю вам, Громов, дочь Дашу и сына моего старинного приятеля Диму Ларионова, — полушутя-полуофициально произнес Антон Владимирович, обращаясь к Сергею. — Ну а вы, мои дорогие, познакомьтесь: Сергей Максимович Громов — коллега по работе, наш главный кормилец и просто хороший человек!

Громов тактично отвел взгляд в сторону.

— Не смущайтесь Сергей, папа мне о вас многое рассказывал, и действительно только хорошее, — беззаботно рассмеялась Даша и протянула молодому мужчине руку.

Сергей слегка ее пожал, отметив про себя формы девушки «а-ля ничего лишнего», чувственный взгляд, немного выступающую из разреза чуть съехавшей на сторону футболки грудь.

— И мне очень приятно, Сергей Максимович, — сухо поддержал приветствие Дмитрий, успевший заметить мимолетный взгляд Громова.

«Кажется, я пришелся не ко двору, — отметил про себя Сергей, наблюдая за реакцией Ларионова. — Не иначе здесь томление и грусть».

— Обратите внимание, — вставил слово Михайлов, — на работу к нам собираются. У Дарьи диплом экономиста, а Дмитрий — специалист по логистике, может быть тебе хорошим помощником.

«Только мне этого еще не хватало, — возмутился Громов, знавший множество примеров (не считая себя, конечно) устройства на работу различных протеже. — И работать не будет, и уволить не дадут».

— Хорошим специалистам мы всегда рады, — вслух произнес Сергей, сделав небольшое ударение на слове «хорошим».

— Ну что, может, устроим поединок на четверых?! — импульсивно воскликнула Даша. — Давай, Дима, покажем этим коллегам по работе, что мы тоже кое-что умеем.

Идея всем пришлась по душе, и следующие полчаса компания увлеченно предавалась любимому занятию.

В напряженной борьбе с минимальной разницей в счете победителями стали Дмитрий и Даша.

— А вы, Дарья, слов на ветер не бросаете! — искренне порадовался Сергей.

— А я всегда стараюсь добиваться того, к чему стремлюсь! — немного самоуверенно произнесла девушка и беззаботно рассмеялась. Раскрасневшаяся, растрепанная, излучавшая саму беспечность, девушка в эту минуту была настолько неотразима, что Громов невольно залюбовался.

— Даша, чего-нибудь холодненького не найдется? — вклинился в разговор Дмитрий. Молодой человек подошел почти вплотную к Даше, тем самым закрыв ее от Сергея.

— Пойдемте-ка в дом, мои дорогие. Вера Алексеевна уже наверняка все нам приготовила, — пригласил всех хозяин домовладения.

Громов повторно отметил про себя заинтересованность Ларионова персоной дочери Михайлова. Одновременно с этим он также почувствовал симпатию к девушке…

Сергей взялся за ручку двери, ведущей в переговорную, и уверенной походкой вошел в помещение. За длинным прямоугольным столом собралось пять-шесть сотрудников. Руководитель занял положенное ему место и беглым взглядом окинул присутствующих.

— Итак, коллеги, — начал Громов, — на повестке дня поставка передвижных электростанций в Латвию, для компании «Промышленная энергетика». Напомню, что «Прометей» прошел отборочную стадию вместе с еще двумя поставщиками. Шансы компании на победу в конкурсе оцениваю как высокие, поскольку наш производитель на рынке более надежный, практически всю его продукцию закупает «Прометей», кроме этого, мы еще на две позиции опережаем конкурентов по цене. Если я в чем-то заблуждаюсь, самое время информировать меня об этом. О состоянии дел прошу доложить вас, Олег Борисович, и вас, Дмитрий Александрович.

Последняя фраза относилась к начальнику отдела закупок Севостьянову и к начальнику отдела логистики Ларионову (да-да, к тому самому Диме Ларионову, который таки стал сотрудником «Прометея», но об этом чуть позже).

Седовласый, немного за пятьдесят, импозантный мужчина прокашлялся и глубоким баритоном произнес:

— Вы абсолютно правы, Сергей Максимович, указывая на сильные стороны нашего предложения. Это понимают и два других участника — «Даугэнерго» и «Литос». По условиям конкурсной документации они вправе инициировать переторжку[11], и, думаю, своим правом конкуренты воспользуются.

— Олег Борисович, вы выяснили страну происхождения их продукции? — прервал Севостьянова Громов.

— Пришлось попотеть, но да. Ни один из участников, как и мы, не производит мобильные генераторы. «Даугэнерго» закупает продукцию в Туле, а «Литос» предпочитает индийские электростанции — они ничем не уступают тульским, но дешевле.

— Понятно, продолжайте.

— Так вот, переторжка… Расклад здесь следующий. Особые неприятности нам может доставить «Литос». Если он увеличит объемы закупаемого оборудования, цену в конкурсе снизить он сможет.

— А «Даугэнерго» не сможет?

— И они могут, но, в отличие от «Литоса», «Даугэнерго» предлагает передвижные электростанции с низкой проходимостью в труднодоступных местах. Если попадется болото, мягкий песок техника встанет. У «Литоса» же, наоборот, с мобильностью никаких проблем нет. Их «танки» готовы проникнуть в самые топкие точки ландшафта. Несмотря на то что покупатель — «Промышленная энергетика» — допустил «Даугэнерго» на отборочную стадию, заказчик продукции будет вести переговоры с Даугавпилсом — конечной точкой поставки товара, а там, по имеющимся сведениям, ждут маневренные вездеходные генераторы.

— Сильный аргумент, признаю. А какие у нас контрмеры против «Литоса»?

— Мы с этим работаем. Во-первых, цену может скинуть и «Прометей», во-вторых, без особого риска мы можем увеличить гарантийный срок; есть и другие предложения, но о них вам сможет более детально рассказать Дмитрий Александрович.

— Понимаю. У вас все, Олег Борисович?

— Основные идеи — да.

— Хорошо, послушаем теперь вас. — Громов посмотрел на Ларионова.

Дмитрий Александрович поправил свой галстук, вальяжно откинулся на спинку стула и неторопливо начал:

— «Прометей» может усилить свою позицию за счет сокращения сроков поставки. Проект дополнений к нашему коммерческому предложению готов и только ждет вашего согласования. — Ларионов подтолкнул листок бумаги в сторону своего непосредственного начальника.

— Почему вы считаете, что «Промышленной энергетике» нужны электростанции раньше установленного ими самими срока?

— Видите ли, в пятницу, то есть два дня назад, прошло закрытое совещание представителей покупателя с лицами, на чьи объекты отправят мобильные электростанции. «Промышленной энергетике» была высказана озабоченность относительно максимального сокращения сроков начала поставки оборудования. Затронуты интересы местной власти, а это, как вы сами понимаете, уже политика.

— По всей видимости, совещание получилось не настолько закрытым, раз произошла утечка информации.

— А мы, Сергей Максимович, работаем с покупателем! — с легким ударением произнес Ларионов.

Громов сделал вид, что не заметил интонации подчиненного.

— Ну что же, и эта мысль дельная и, как мы видим, своевременная, — подвел он итог. — Однако обращаю ваше внимание, Дмитрий Александрович, на необходимость усиления контроля за качеством подготавливаемых тендерных документов, в них встречаются опечатки и смысловые неточности.

— А можно поконкретней? — Голос Ларионова стал отчужденным.

— Можно и поконкретней. Тщательно проверьте наше предложение «Промышленной энергетике». Что означает фраза о сроке поставки — «не более трех месяцев»? Ведь мы изначально гарантировали передачу оборудования в течение 60 дней. Также где в предложении ссылка, в какой таре будет поставляться продукция, как того хотел покупатель?

Дмитрий Александрович недовольно поморщился, отчего на его узком лбу образовалась смешная гармошка.

— Видимо, там опечатка, — нехотя признался он. — Буданова уходила в декрет и недосмотрела.

— Это не отговорка, на то вы и руководитель подразделения, чтобы отвечать за порученный участок работы. На кону прибыль — 30 миллионов рублей, прошу всех это учесть. — Сергей Максимович обвел взглядом присутствующих

— Обращаю ваше внимание и на подготовленный отделом логистики протокол разногласий к договору, — продолжал Громов. — Пишете, что «Прометей» готов поставлять генераторы, работающие на бензине и совсем забываете о дизельных электростанциях, которые у нас также имеются в наличии. А вы не боитесь, Дмитрий Александрович, что «Промышленная энергетика» откажется подписывать протокол разногласий в нашей редакции и попросту снимет «Прометей» с конкурса?

Лицо Ларионова побледнело, но не от справедливости предъявленных ему обвинений, а от того, что претензии были высказаны в присутствии других сотрудников.

— Я думаю, что мне больше не придется возвращаться к подобным замечаниям, — подвел черту Громов. — Сегодня же пошлите уточнение к протоколу разногласий и еще раз перепроверьте, пожалуйста, проект дополнений к нашему коммерческому предложению. — Сергей Максимович возвратил листок Ларионову. — У кого-нибудь есть ко мне вопросы?

Олег Борисович поднял руку.

— У меня, но не по теме совещания.

— Задержитесь. Если у остальных вопросов нет, все свободны.

Присутствующие, за исключением Севостьянова, покинули зал совещаний.

— Через два дня прибывают специалисты из Клайпеды, — начал Олег Борисович. — Мы давно предлагали им ознакомиться с нашей складской продукцией, чтобы, так сказать, «потрогать товар руками». Напомню, литовская компания «Полярис» планирует в ближайшее время объявиться на сайте с закупкой трансформаторов. Ребята они серьезные и хотят заранее прощупать потенциальных поставщиков. «Прометей» оказался в их числе.

— Пусть Светлана подсуетится с организацией встречи. Много их ожидается?

— Человека три-четыре.

— На какое время назначен визит?

— На двенадцать.

— Окей, я буду на встрече. Известны планируемые объемы поставки?

— Около тридцати трансформаторов.

— Да, закупка большая, «Прометею» есть за что побороться. Что-то еще, Олег Борисович?

— Да, в четверг день рождения у супруги Ларионова, дочери шефа. Вы планируете участвовать в поздравлении от нашего блока?

— Не знаю, — неуверенно произнес Громов. — Хотя нет, навряд ли, вы же сами сказали — в четверг приезжают литовцы, значит, буду я на встрече с ними.

— Понимаю, — протянул Севостьянов.

«Ни черта ты не понимаешь», — подумал про себя Сергей. Напоминание о дне рождения Даши невольно заставило его окунуться в воспоминания о недавнем прошлом…

На чаепитии после теннисного поединка дочь Михайлова проявляла явный интерес к особе Сергея. Оказалось, у них много общего: времяпровождение, любимые композиторы, а теперь, как выяснилось, еще и спортивное хобби.

Присутствующий здесь же Ларионов явно не разделял любознательности Даши. В особенности его бесило осознание того факта, что он был влюблен в девушку и Дарья об этом чувстве молодого мужчины прекрасно знала. Не далее как в прошлое воскресенье, катаясь на лодке, Дмитрий сделал неловкое признание, сначала покраснев, а затем и окончательно запутавшись в словах. Наступила томительная пауза, которую, к счастью, прервал звонок с мобильного телефона дочери Антона Владимировича. На том злополучный день для Дмитрия закончился, но не исчезла истощающая душу молодого человека любовная лихорадка.

И вот после всего того, что ему пришлось пережить, новое испытание принес визит неизвестного до сего дня для Дмитрия коллеги отца Даши. Стараясь держаться в свойственной ему манере, Дмитрий как мог участвовал в общем разговоре и даже попытался выяснить у Громова детали обязанностей подразделения логистики, функционирующего в «Прометее». Однако Сергей, казалось, либо пропускал мимо ушей задаваемые ему вопросы, либо уводил беседу в другом направлении.

Спустя два часа Антон Владимирович объявил, что ему необходимо сделать срочные звонки, и поднялся в свой кабинет. Вера Алексеевна, его супруга, сослалась на головную боль и также покинула компанию. Засобирался и Сергей.

— Приезжайте к нам еще! — выпалила Даша. — Теннисная площадка не любит, когда о ней забывают. Вот мой телефон. — Девушка протянула Сергею клочок бумаги.

Последняя фраза острой занозой пронзила сердце несчастного Дмитрия.

— Обязательно, как только будет свободное время, — больше из вежливости отозвался Громов.

После этого дня работа не давала ему никакого отдыха. «Прометей» бесконечно участвовал в конкурсах. Победы сменяли поражения и наоборот. Воспоминания о дочери Михайлова все реже и реже беспокоили Сергея.

Заканчивалась очередная рабочая неделя. В пятницу во второй половине дня секретарь Громова Светлана принесла очередные распечатки с сайтов заказчиков о проводимых закупках.

— Постарайтесь меня ни с кем сегодня больше не соединять, — устало проговорил Сергей. — Хочу спокойно ознакомиться с информацией.

— Хорошо, Сергей Максимович, — с участием в голосе отозвалась Светлана и потихоньку закрыла за собой дверь.

Громов достал из внутреннего кармана пиджака мобильный телефон и перевел звук в режим «совещание». Возвращая устройство на место, Сергей заметил, что идет вызов с неизвестного аппарата.

«Закрыл дверь, так они через окно», — недовольно подумал он.

— Слушаю, Громов, — ответил менеджер.

— Здравствуйте, — донесся из телефона тихий, немного растерянный женский голос. — Сергей, это вы?

— Да, — неуверенно отозвался мужчина, пытаясь вспомнить, где он раньше слышал этот голос.

— Это Даша, дочь Антона Владимировича, еще помните меня?

Перед лицом Сергея возник образ девушки, растрепанной, с ракеткой в руках.

— Конечно, Дарья, очень рад вас снова слышать!

— Как поживаете? Папа говорит, что у вас сейчас очень напряженный период, много заказов. Извините, что я попросила у него номер вашего мобильного. Вот решила, что завтра суббота и вы, возможно, захотите сразиться на корте?!

В голове Громова молниеносно пронеслись задания, о которых нужно будет отчитаться в понедельник.

«Но ведь есть еще и воскресенье», — подумал он.

— Неожиданное, но очень заманчивое предложение, — произнес Сергей. — В час дня будет удобно?

— Да, конечно! — Голос девушки заметно оживился.

— Антон Владимирович планирует принять участие?

— Да, он собирается присоединиться, как только вернется с мамой из мебельного салона. У них новое поступление итальянских кухонь. Вера Алексеевна считает, что антураж в доме должен меняться каждые пять лет.

— Здесь нечему возразить, прекрасная закономерность!

— Не буду вас больше отвлекать, Сергей, до завтрашней встречи! — Остатки неуверенности окончательно улетучились из голоса Даши.

— До встречи! — Сергей повесил трубку.

«Хорошенькое дельце, — мелькнуло в его голове. — Дочь шефа только что назначила мне свидание».

Осознание чего-то неизбежного, но в то же время притягательного заполнило мысли Сергея. Молодой человек находился еще в том возрасте, когда идеи безрассудства, импульсивности находили отклик в его душе. Слабый огонек опасности, предупреждавший его о том, чтобы мужчина вел себя обдуманно, поскольку его оппоненткой будет дочь Михайлова, погас, так и не разгоревшись.

Без десяти час Сергей въезжал в раскрытые настежь ворота домовладения Антона Владимировича.

Даша в малиновой футболке и бледно-зеленых шортах выбежала к нему навстречу.

— Добрый день, Сергей! Родители, как я и сказала, по-видимому, задержатся. Предлагаю начать без них.

— Нет возражений. — Сергей вышел из автомобиля уже переодетый, со спортивной сумкой на плече.

Молодые люди неторопливо направились к корту, мило обсуждая последние новости.

— Первая подача гостю! — воскликнула Даша.

Девушка расположилась по центру своей части площадки в позе «ожидающего теннисиста». Сергей занял позицию на углу корта. Подкинув мяч вверх, он несильно послал его противнику. Мяч ударился в верхнюю часть сетки и скатился на землю.

— Переподача! — прокомментировала Дарья.

Следующий удар получился более прицельным. Траектория стремительно опускающегося за спину девушки мяча заставила теннисистку сделать два-три резких шага назад. При этом ответный удар был выполнен больше на удачу, чем на точность. Мяч завис парашютом в воздухе и нехотя опустился возле самой сетки. Сергей несколькими секундами раньше успел определить приблизительное место падения и заблаговременно сделал два шага вперед. Когда мяч оторвался от земли, Сергей легким прикосновением ракетки перекинул его через барьер. Девушка устремилась к сетке, но со стороны было видно, что расстояние слишком велико. К моменту достижения цели мяч успел удариться три раза.

— О, коварный! — раздалось беспомощное восклицание Даши.

Сергей лишь закатил глаза кверху.

Следующую подачу девушка отбила более чем достойно. Мяч устремился в противоположную от Сергея сторону. Отпрыгнув вправо, Громов успел выставить ракетку и снаряд с той же скоростью возвратился к оппоненту. Дарья продолжила расшатывать оборону противника, направляя мяч на наиболее удаленные от Сергея части корта. После еще двух таких «перебросов» Громов допустил оплошность. Он выставил ракетку таким образом, что угол отражения удара направил мяч прямо в сетку.

— Сравнялись! — с воодушевлением воскликнула Даша.

Поединок продолжался. Еще добрых полчаса с окруженной лиственными деревьями теннисной площадки слышались удары ракеток и восторженные возгласы игроков. Никто из них не заметил, что за матчем с расстояния двухсот метров наблюдает водитель темно-синей «Мазды», практически невидной из-за скрывавшего автомобиль массивного дуба. Это был Дима Ларионов.

Страдавший от безответной любви молодой человек пытался привлечь внимание дочери Антона Владимировича. Но, увы, тщетно. Даша всегда находила предлог, чтобы отказаться от встречи или переносила ее на более поздний срок, а затем в последний момент ссылалась на срочные дела. Не имеющий возможности общаться с девушкой напрямую, Дмитрий успокаивал свою измученную душу, наблюдая за Дашей издалека. Это уже был третий раз, когда он приезжал к особняку Михайлова. Не будучи приглашенным, Дмитрий не нарушал правил этикета и проводил «в засаде» по два-три часа в надежде, что объект его желаний соизволит появиться вне пределов дома. Сегодня этот объект не просто мимолетно появился, а провел целый час на виду молчаливого воздыхателя. О большем Дмитрий и не мечтал! Однако компания, в которой этот час был проведен, заставила молодого человека прокрутить в голове все самые «худшие» сценарии развития отношений между Дашей и Громовым.

Подобно сомнамбуле[12], он двинулся за игроками, закончившими поединок, в сторону дома.

— Не думали о профессиональной карьере на корте? — впечатленный игрой девушки, задал вопрос Сергей.

— Честно говоря, нет. Меня больше привлекает интеллектуальная работа в офисе. Профессию экономиста я выбирала сама. Родители несколько раз пытались направить меня по другому пути, но ничего хорошего из этого не вышло.

— Да, я ведь и забыл, — с иронией в голосе сказал Сергей, — вы всегда добиваетесь того, к чему стремитесь!

— И это правда! — с нажимом произнесла девушка. — И, Сергей, предлагаю… — Даша бросила чувственный взгляд на собеседника. — Если хотите, мы можем обращаться друг к другу не столь официально.

Внутренний голос предостерег Громова о возможной опасности, но это обращение повторно было оставлено Сергеем без должного внимания.

— Конечно, Даша, — беззаботно отозвался он.

Молодые люди достигли крыльца дома.

— Где душевая, ты уже в курсе. Чувствуй себя как дома, — распорядилась дочь хозяина домовладения.

— Да, большое спасибо. Я быстро ополоснусь — и в город. Ты даже не представляешь, какой аврал меня ждет на работе в понедельник.

— Конечно, конечно. — Девушка как-то странно посмотрела на Сергея и прошла в холл дома.

Стоя под струей немного горячеватой воды, Сергей ощущал себя вполне счастливым. День принес удовлетворение и от занятий спортом, и от общения с дочерью Антона Владимировича. Теперь и объем ждавшей его дома кипы бумаг с заданиями не казался ему катастрофически огромным.

Пар плотным кольцом окутал кабинку и сделал помещение тусклым, а лампочку на потолке — еле заметным желтым пятном. Внезапно свет погас.

«И даже у великих случаются поломки с электричеством», — промелькнуло в мозгу у Сергея.

Нежный захват горячими руками талии мужчины сделал подобную мысль абсурдной.

— Видишь ли, Сережа, — прошептал пьянящий голос Даши, — в этом доме только одна душевая кабинка, а я тоже очень хочу освежиться после игры…

Дмитрий уперся пылающим лбом в полуоткрытую дверь особняка. Парализованный звуком доносившихся откуда-то сбоку приглушенных стонов дочери Антона Владимировича, он был не в состоянии ни пройти внутрь дома, ни покинуть это проклятое для него место.

5

В число деловых достоинств секретаря Громова Светланы, несомненно, входила исполнительность. Точнее, это качество стояло среди них на первом месте. Получив от шефа задание изучить рынок недвижимости, Светлана расставила приоритеты в своем diary[13] и со свойственным ей энтузиазмом окунулась в перипетии поставленной новой задачи.

Помимо действий, осуществляемых самостоятельно, к поиску необходимого объекта секретарь привлекла три агентства недвижимости. Те, в свою очередь, осознав масштаб желания клиента и, соответственно, возможный размер вознаграждения, выделили от каждого агентства по сотруднику персонально на задание Громова.

После двух дней кропотливой работы на столе Светланы лежало около двухсот вариантов жилья, отвечающих в большей или меньшей мере запросу заказчика.

Проанализировав информацию, Светлана ее систематизировала по различным групповым признакам (местоположение, стоимость, площадь, условия продажи объекта и т. п.). Результат работы секретарь поместила в компьютер в таблицу. К каждому из объектов была прикреплена дополнительная папка, содержащая подробные фотографии квартир и домов.

Вытерев платком проступившую на лбу капельку пота, Светлана набрала по внутренней связи номер Громова.

— Слушаю, — раздался в трубке голос шефа.

— Сергей Максимович, добрый вечер, я подготовила список наиболее вероятных вариантов недвижимости, — отрапортовала секретарь.

— Умница, кидай информацию на мою электронку.

— Через минуту ловите.

— Если появится что-то новенькое, буду ждать дополнений. Да, кстати, в пятницу после двух можешь начинать заниматься подготовкой к уик-энду. До шести я как-нибудь один продержусь.

В опускаемую руководителем на рычаг трубку телефона были слышны негромкие аплодисменты Светланы.

Сергей включил компьютер и быстро отыскал во входящих сообщениях нужный файл. Минутой позже, пожалуй, только форс-мажорные[14] обстоятельства могли вывести из состояния сосредоточенности погрузившегося в изучение вариантов недвижимости Громова.

В течение часа Сергей бегло просмотрел все имеющиеся на данный момент предложения. Заинтересовавшие его варианты были выделены в таблице зеленым цветом. Таких оказалось шестнадцать. К ним Громов подошел уже более скрупулезно. К каждому из вариантов он сделал пометки, набросал наиболее принципиальные вопросы и затем отослал переработанную информацию Светлане для дальнейшего уточнения.

Утром на столе его ожидали необходимые сведения. Один из объектов — особняк в населенном пункте Ближнево — привлек внимание Сергея еще при первом изучении предложений. Он вспомнил, что когда рассматривал фото дома, то испытал небольшое волнение. Такое состояние возникало у молодого мужчины всякий раз, когда интересовавший его вопрос затрагивал особенности душевного склада характера Сергея.

Почему нам нравится изображенный на картине один пейзаж и не нравится другой, исполненный тем же художником? Почему сидящий напротив нас собеседник утомляет своим разговором уже через две минуты, а с другим можно общаться до вечера?

Возьму на себя смелость предположить, что увиденное и услышанное вызывает в нас живейший интерес только в том случае, если в процессе исследования какого-либо вопроса или явления подаваемая информация находит отклик в индивидуальных чертах нашего характера. Эти-то черты и отделяют нас от других людей. Им-то мы и обязаны своему вкусу и высказываемому иногда (а может быть, и регулярно) особому мнению.

«Ах, как натурально выглядят березы у реки на картине „Апрель“!»

«И как этот агент смог уговорить меня приобрести путевку в Финляндию?!»

У Сергея Громова вид загородного особняка вызвал чувство восхищения и ощущение чего-то забытого, но прекрасного, к чему обязательно хочется вернуться. Закрыв на мгновение глаза, он ясно представил себя в новой обстановке, и нарисованная воображением картина принесла ему ожидаемое умиротворение.

Когда эмоциональный момент от рисуемых сознанием перспектив был успешно преодолен, на смену ему пришел присущий каждому предпринимателю рациональный взгляд на вещи — так сказать, на материальную сторону вопроса.

Чем больше Громов узнавал сведений об объекте, тем больше заочно убеждал себя в принятии положительного решения. А объект того заслуживал…

Двухэтажный, с мансардой особняк в 20 километрах от Калининграда, на берегу Балтийского моря. Внешне он чем-то напоминал крымское «Ласточкино гнездо». Отопительная система СТЭЛС, кондиционеры Panasonic, а также английский парк, бассейн, площадка для игры в гольф. Одним словом — фантазия, воплощенная в реальность.

Стоимость фантазии выглядела не менее фееричной. 16 миллионов рублей. В графе таблицы «Особые условия» специально было отмечено, что снижение цены не предполагается. Условия оплаты — аренда[15] с последующим выкупом.

Какая-либо дополнительная информация отсутствовала.

Заинтригованный особыми условиями продажи дома, а также недосказанностью в вопросах покупки объекта, Сергей обратился в агентство недвижимости «Город», представляющее интересы собственника жилья.

Видно, день в агентстве выдался напряженным, так как Громову посоветовали подъехать за интересующими сведениями только к концу рабочего дня.

Сергей без труда отыскал нужный адрес. В 17:00 он входил в агентство.

Выполненное в приглушенных желто-синих тонах помещение офиса располагало к откровенности и неторопливому диалогу по интересующим клиентов вопросам.

Посетителей было немного. Из пяти столов, расположенных вдоль стен помещения, беседа велась только за двумя.

Из-за ближнего свободного стола, на краю которого красовался роскошный фикус Бенджамина, навстречу Громову поднялась девушка двадцати пяти лет, среднего роста, шатенка, внешностью чем-то неуловимо напоминающая французскую актрису Марион Котийяр. Одетая в брючный костюм из фланель-стрейча голубоватого цвета и темно-синие туфли, девушка приветливо улыбнулась Сергею.

— Чем я могу вам помочь?

Громов, невольно впечатленный внешностью собеседницы, неуверенно произнес:

— Я звонил в агентство утром по поводу условий продажи дома в Ближнево. Мне посоветовали обратиться к концу рабочего дня.

— Да-да, припоминаю, это я с вами разговаривала. Весь день на работе был настоящий аврал. Сами понимаете — весна, у населения всплеск деловой активности. Аренда, купля-продажа…

— Понимаю.

— Давайте вернемся к вашему вопросу. Меня зовут Юлия Владимировна, можно просто Юля. Если сообщенная агентством информация заинтересует вас, в дальнейшем по всем вопросам вы можете обращаться непосредственно ко мне. — Сотрудница агентства недвижимости произнесла профессиональным тоном обычную для такой ситуации фразу-клише. — Присаживайтесь, пожалуйста, к столу, и вот моя визитная карточка.

Сергей расположился на предложенном девушкой месте и также представился, в свою очередь продолжив обмен визитными карточками.

Девушка бросила мимолетный взгляд на переданный документ и возвратилась к предмету разговора.

— Итак, вас интересует дом в Ближнево. Несомненно, этот особняк — мечта многих состоятельных людей. Строительство объекта выполнено из пеноблоков, крыша из цементно-песчаной черепицы. В доме установлены электрический котел нового поколения СТЭЛС, кондиционеры Panasonic, имеется система вентиляции и многое-многое другое. В общем, не дом, а жемчужина. Следуем далее. Да, кстати… — Юлия сделала паузу. — Сергей Максимович, если какая-то деталь вас заинтересует особенно, не стесняйтесь, перебивайте меня.

— Спасибо, непременно, — произнес Сергей.

— Итак, информация о собственнике. В настоящее время дом принадлежит Сойкиной Лилии Аристарховне, чей муж (ныне, увы, почивший) приобрел его три года назад у известного калининградского предпринимателя Шоберга Генриха Владиславовича. Пакет документов, подтверждающий право собственности Сойкиной на дом, у нас имеется.

— А почему аренда, а не купля-продажа? — задал вопрос Громов.

— Дело в том, что Лилия Аристарховна — инвалид, у нее парализованы обе ноги. Передвигается на кресле-коляске с электрическим приводом. Единственный близкий родственник — ее сын — в данный момент находится в США, в Канзасе. Собирается забрать свою мать жить к себе, но для этого нужно создать соответствующие условия. Предполагается, что через год-полтора эти условия появятся. За Лилией Аристарховной периодически ухаживает ее племянница Оксана. Вот и получается, что оставшееся время в России Сойкиной нужно где-то жить. Ну а где жить, как не в собственном доме?

— А уважаемая Лилия Аристарховна не предполагает, что новому владельцу особняка не очень понравится присутствие в нем посторонних лиц, пусть и бывших хозяев? — поинтересовался Сергей.

— Хороший вопрос, но неудобства, если они и возникнут, будут крайне незначительные.

— Поясните поподробнее, пожалуйста.

— Дело в том, что с западной части строений имеется самостоятельный вход, не только на территорию земельного участка, но и в отдельное крыло дома. Эта пристройка состоит из одной комнаты и трех подсобных помещений со всеми удобствами. Крыло создали специально, чтобы в нем могли размещаться постепенно сменяющие друг друга бригады различных специалистов, строящих и отделывающих дом. Так что пересечения старого и нового владельцев маловероятны.

— Это и в самом деле неплохой выход из ситуации, — согласился Сергей. — В качестве альтернативы могу предложить другой.

— Это какой же?

— Я, если, конечно, все остальные условия меня устроят, могу выплатить всю сумму за особняк сразу, а затем предоставлю возможность Лилии Аристарховне жить в доме в течение необходимого периода времени.

Юлия звонко рассмеялась.

— Вы, к сожалению, не оригинальны. К Сойкиной уже поступало несколько аналогичных предложений. Она категорически отказалась. В описанной вами схеме она перестает быть собственником особняка, и все ее дальнейшее спокойное существование в доме зависит от порядочности и доброй воли нового владельца. А Лилия Аристарховна, как мне показалось, человек властный и умудренный жизнью. Она прекрасно понимает, что пока формально дом остается ее собственностью, последнее слово она сказать всегда сможет.

— Ну что же, вынужден признать ее резоны, — проговорил Громов. — А что там с порядком оплаты и приобретением дома в собственность?

— Здесь все просто. Стоимость особняка ежемесячно равными долями перечисляется арендатором Сойкиной. Последний платеж одновременно является выкупной стоимостью особняка. В этот месяц продавец и покупатель подают необходимые документы в регистрирующий орган, и после улаживания формальностей право собственности на дом переходит к новому владельцу.

— Проект предполагаемой сделки у вас имеется?

— Да, конечно, я вам сейчас распечатаю бланк договора.

Юля повернулась к расположенному на столе компьютеру и, поколдовав на нем с минуту, послала на печать необходимый документ.

— Вот, пожалуйста. — Юлия, скрепив листы договора степлером, протянула его Сергею.

— Юлия Владимировна, а еще я хотел бы договориться о дате и времени, когда можно было бы осмотреть особняк.

— А вот на этот вопрос в данный момент я не смогу вам ответить. Дело в том, что Сойкина очень избирательна при вхождении в контакт с предполагаемым клиентом. Например, за этот месяц нам поступили три аналогичные вашей заявки на осмотр дома. Всем троим Лилия Аристарховна отказала.

— Но почему? — с недоумением в голосе протянул Громов.

— Ее интересует многое. И материальная надежность — важный, но не определяющий фактор для принятия положительного решения. Ей интересна личность человека, так как с ним ей предстоит прожить следующие двенадцать месяцев.

— Ну, положим, не с ним, а через стенку, — возразил Юлии Громов.

— И тем не менее эта стенка находится в доме, который удален на порядочное расстояние от ближайшего жилого объекта. А в жизни случается всякое.

Юлия продолжала:

— Например, предыдущий арендатор — генерал авиации Герасимов — был шестым в списке претендентов, но именно с ним решила вступить в договорные отношения Сойкина.

— Предыдущий… Я не совсем понял… — начал Сергей.

— Предыдущий и единственный, — уточнила сотрудница агентства. — Сойкина выставила на продажу свой дом семь месяцев назад и заключила с Герасимовым договор по той же схеме, что и в предложенной вам. Но два месяца назад врачи порекомендовали жене генерала сменить климат по медицинским показателям. Фотодерматит[16], знаете ли…

— Понятно. Ну что же, Юлия, — перешел на более доверительный тон Сергей. — Что от меня требуется, чтобы понравиться госпоже Сойкиной?

— Для начала заполните, пожалуйста, разработанную Сойкиной анкету. Я отдам ее Лилии Аристарховне, ну а дальше все в руках господа и домовладелицы. — Юлия протянула бланк Громову.

— В жизни всегда должно быть место творческой инициативе, — с едва заметной иронией в голосе произнес Сергей. Так он охарактеризовал деловой подход Сойкиной.

По прошествии двадцати минут Сергей заполнил предложенную анкету, состоящую из пятнадцати пунктов, и возвратил ее Юлии.

— Буду ждать вашего звонка, Юлия, звоните на мобильный, — уже в дверях произнес он. — До свидания.

— До свидания, — с задумчивостью в голосе произнесла девушка.

6

На следующий день Сергей проснулся на целый час раньше своего обычного времени. Поворочавшись несколько минут с боку на бок, он стряхнул с себя остатки сна и без малейшего сожаления покинул место отдыха. За последние десять месяцев его впервые посетило желание возобновить утренние пробежки, которые в недалеком прошлом совершались Сергеем регулярно.

Побудительным мотивом появления подобного настроения послужили вчерашняя встреча Громова с риелтором и открывающиеся после этой встречи радужные перспективы сменить антураж. Воодушевление обращенного к новой жизни несколько поубавил вид одиноко стоящих в нижнем ящике прихожей серо-голубоватых кроссовок Инги. Сергей наткнулся на них при поиске своей спортивной обуви. Он явственно ощутил немой вопрос, исходивший от неодушевленного предмета.

Замешательство длилось не более секунды, после чего Сергей окончательно принял решение в пользу моциона.

Полчаса энергичного бега по школьному стадиону, расположенному в сотне метров от места жительства Сергея, настроили мужчину на позитивное восприятие окружавшей его действительности.

Первая половина дня пролетела незаметно. Как только Громов занял в офисе свое рабочее место, легкой тенью в кабинете возникла Светлана и, как всегда, положила перед ним папку с входящей корреспонденцией. Сопроводительные письма, проекты договоров, кадровые вопросы, документы по тендерам, помещенные в эту папку, требовали вдумчивого участия со стороны лица, которому предстояло их просмотреть, проанализировать и подписать. Перед тем как покинуть кабинет секретарь напомнила, что в полдень у Громова запланирована встреча с группой литовских партнеров.

Сергей Максимович погрузился в содержание производственных вопросов. Первые три документа касались взаимоотношений с персоналом. Главному специалисту отдела закупок Филимонову требовалось изменить режим работы. Его сына перевели в другую школу, и время на дорогу теперь не позволяло работнику прибывать в «Прометей» к началу трудового дня. Коллега Филимонова Синицына нуждалась в отпуске по семейным обстоятельствам. А эксперту отдела логистики Маркову было поручено присутствовать при приемке партии энергооборудования, поступление которого ожидалось в субботу.

Согласование этих документов не заняло у Громова и пяти минут. Затем следовали несколько договоров поставки оборудования различным покупателям.

Еще в начале своей карьеры Сергей Максимович скрупулезно проверял условия контрактов: верно ли указаны условия отгрузки, цена продукции, соразмерна ли ответственность «Прометея» за возможное нарушение договорных обязательств. И надо отдать должное: он находил погрешности даже после того, как договор проходил полное согласование всеми иными подразделениями компании.

Со временем его «боевая прыть» несколько поубавилась. Нельзя сказать, что заместителя генерального директора внезапно одолела лень-матушка. Подросли объемы продаж. Подросли опять же не без участия Громова, выкладывавшегося по полной при формировании поведенческой политики компании в проводимых заказчиками тендерах. При этом увеличивался и ворох сопутствующих бумаг, каждая из которых требовала терпеливого изучения и внимательности. А вот как раз на это времени уже не хватало. Сергей Максимович дважды обращался к Михайлову о введении в структуру должности заместителя. Антон Владимирович мило улыбался и отшучивался:

— Ничего, сам управишься.

Громов пытался это делать, но, оглядываясь назад, он не был до конца уверен, что «все шурупы закручены как надо» и что «из крана внезапно не побежит вода».

Тем не менее Сергей продолжал вникать в условия наиболее крупных сделок, прежде чем поставить под договором свою подпись. К сожалению, затем и этот период его деятельности в какой-то момент стал чересчур трудозатратным. Таким образом, в последнее время участие заместителя директора по логистике и закупкам в согласовании и подписании контрактов стало в основном сводиться к беглому прочтению ключевых условий сделок и перепроверке наличия на договорах виз профильных служб.

В сознании Громова все восставало против подобного пренебрежения и легкомысленности. Бодрствующей совести он объяснял такое положение дел большим объемом работы и наличием в организации длительной цепочки согласующих лиц, изучающих договор вдоль и поперек, который в конечном итоге ложился к нему на сукно для подписания.

Сегодняшний день не стал исключением. Пять контрактов общим объемом около пятидесяти листов переместились из левой части рабочего стола Громова в правую — туда, где располагались уже отработанные документы. Но, видно, именно сегодня провидению было угодно напомнить руководителю о том, что проявление невнимательности тоже может иметь свои временные рамки и рано или поздно лимит обязательно закончится.

Следующим в перечне просматриваемых важных бумаг оказалась претензия от компании «Уютный дом». Она была адресована «Прометею» за нарушение условий договора поставки компрессоров. Территориально эта организация располагалась в Сыктывкаре. Громов мысленно перенесся на полгода назад, смутно припоминая, что «Прометей» не без труда победил в тендере других участников.

Суть претензии сводилась к нарушению сроков поставки продукции. Руководитель компании-покупателя сетовал на неисполнение условия контракта, по которому «Прометей» еще две недели назад должен был передать крупную партию оборудования на склад «Уютного дома».

Все это как-то не согласовывалось с внутренней политикой «Прометея». Фирма предпочитала включать в условия сделок обязанности покупателей получать продукцию путем самовывоза со складов поставщика. Случались, конечно, и исключения; это касалось, как правило, ситуаций, когда покупатели располагались в пределах Калининграда либо если контракт был значительным по объемам и имел стратегическое значение для финансовых интересов «Прометея».

Претензия «Уютного дома» не вписывалась в общую логику построения бизнес-процессов, организованных в компании, возглавляемой Антоном Владимировичем Михайловым.

Громов нажал кнопку громкой связи на стоящем перед ним телефоне.

— Да, Сергей Максимович, слушаю вас, — раздался спокойный голос Светланы.

— Свяжитесь с Севостьяновым и Ларионовым. Пусть они возьмут все документы по поставке компрессоров «Уютному дому» — и с ними немедленно ко мне!

— Я все поняла.

Связь прекратилась.

Через пятнадцать минут начальники отделов заняли кресла напротив своего руководителя.

Громов коротко ввел их в курс дела.

— Олег Борисович, — обратился он к Севостьянову, — обрисуйте, как проходили закупочные процедуры и имелись ли у «Прометея» разногласия с покупателем еще на стадии до подписания договора.

Севостьянов бегло пробежал глазами несколько документов, которые были у него в руках. Через несколько минут он посмотрел на Громова, давая понять, что уже владеет необходимой информацией.

— Прошу вас, — отреагировал Громов.

— Тендерная документация «Уютного дома» содержала условие о доставке продукции на их склад, расположенный в Сыктывкаре. «Прометей» предложил свою стандартную редакцию договора, в которой, как вы знаете, мы возлагаем на покупателя обязанность по вывозу товара. «Уютный дом» отклонил этот вариант. У нас существовал реальный риск проиграть крупный тендер другим участникам, в связи с чем «Прометей» согласился с требованием «Уютного дома». Вот протокол преддоговорных переговоров, где данное решение зафиксировано.

Громов быстро просмотрел протокол. Про себя он отметил наличие в правом нижнем углу документа собственной подписи.

«Ни черта уже не помню», — мелькнуло у него в голове.

— Понятно, — вслух протянул Сергей Максимович. — Ну а где сам договор поставки с таким же условием?

Ларионов молча положил контракт на стол. Громов открыл страницу договора, посвященную условиям передачи продукции, и внимательно ее прочитал.

— Да, все верно, — констатировал он. — «Прометей» обязался самостоятельно доставить компрессоры покупателю. Просрочка составляет уже две недели. По условиям сделки «Уютный дом» начислил нам штрафные санкции. На сегодняшний день сумма неустойки превышает тридцать тысяч рублей. Каждый новый день просрочки увеличивает ее размер. Итак, господа, прошу объяснений, каким образом ситуация вышла из-под нашего контроля?

Еще не были озвучены причины произошедшего, но Громов уже заочно винил в случившемся себя. Он обеспечивал участие «Прометея» в торгах и всегда обращал внимание на самые существенные моменты заключаемых контрактов, поскольку их несоблюдение несло в себе значительные финансовые и имиджевые риски. Условия поставки к таким моментам, безусловно, относились. Ничто не мешает «Уютному дому» теперь раструбить всему свету о неисполнительности «Прометея», а в будущем включить его в список недобросовестных поставщиков. Нужно было немедленно спасать ситуацию.

Холодной змеей в сознание закралась мысль о том, что он ненадлежащим образом контролирует подчиненный ему персонал, не вникает в подписываемые документы, спускает на тормозах промахи подчиненных. К чувству собственной вины внезапно присоединились гнев и желание навсегда покончить с подобным бардаком. Но следовало досконально разобраться и в только что произошедшем случае, выявить слабые места, перегруппироваться и попробовать создать механизм, способный предотвратить возникновение подобных ситуаций в будущем…

Звонок телефона на рабочем столе вывел Громова из состояния глубокой задумчивости. Сергей Максимович машинально поднял трубку.

— Прибыла литовская группа, — объявила Светлана.

— Сейчас будем. — Громов опустил трубку на место.

— Олег Борисович, — обратился он к Севостьянову, — возьмите транспорт и отправляйтесь с литовцами на склад готовой продукции, ведь именно из-за него они к нам и прибыли. Мы с Дмитрием Александровичем присоединимся к вам примерно через час. Не забудьте на складе обеспечить всех защитными касками. Оборудование поступает ежедневно, и, следовательно, каждый день ведутся работы по его размещению в ангаре. Разговор о ситуации с «Уютным домом» продолжим позднее.

Севостьянов кивнул головой и покинул кабинет. Последняя фраза Громова неприятной пеленой повисла в воздухе.

— Что касается вас, Дмитрий Александрович, — заместитель директора посмотрел на Ларионова, — немедленно отдайте распоряжение об отправке компрессоров в Сыктывкар. Товар должен уже сегодня быть в пути. Также срочно подготовьте ответ «Уютному дому» о причинах задержки поставки; мотивируйте это поздним получением «Прометеем» оборудования от нашего продавца. Письмо отправьте экспресс-почтой и по факсу. И самое главное, Дмитрий Александрович, — Громов сделал ударение на последних словах, — после возвращения со встречи с прибалтийскими партнерами подготовьте докладную записку о причинах неисполнения контракта с покупателем. Ведь контроль отправки и доставки продукции — обязанности вашего отдела.

Ларионов хмуро посмотрел на своего шефа. О том, что «Уютный дом» не получил вовремя компрессоры, он прекрасно знал. Разумеется, контролировать и доставлять продукцию покупателям входило в функции отдела логистики. К ситуации, которая возникла сегодня, Дмитрий Александрович готовился уже давно и только сожалел, что «Уютный дом» так рано отреагировал на отсутствие заказанного оборудования.

«Получишь ты свою докладную записку, — мрачно подумал он. — А может, что-то и еще…»

— Ну что же, мне пора присоединиться к Севостьянову и литовцам, — обратился к Ларионову Сергей Максимович. — Заканчивайте здесь дела и тоже подъезжайте.

— Да, непременно, — отозвался начальник отдела логистики.

Громов спустился на лифте в вестибюль бизнес-центра, прошел к ожидавшему его автомобилю и направился к складским помещениям «Прометея». Склады располагались на окраине города, добраться до которых требовалось не менее тридцати-сорока минут.

Сергею было о чем подумать за это время. Ситуация с «Уютным домом» — проблемная, с одной стороны, с другой — слишком очевидная, причины возникновения которой лежали на поверхности. Интуитивно Громов почувствовал во всем произошедшем скрытый подвох.

«А не под меня ли копают?» — мелькнула в сознании противная мысль.

Под подозрение попадали три-четыре человека, метившие на его место, но эти люди не обладали реальной властью и не были, так сказать, специалистами в области тендерных закупок. Руководитель же «Прометея» мог заменить Громова только при самых серьезных для этого основаниях и только на человека, способного приносить компании прибыль от заключенных на торгах контрактов.

«Незаменимых людей не бывает», — произнес в голове мрачный голос.

«Не бывает, не бывает, — отвечал ему Громов, — но и чудес тоже не бывает. Что-то здесь не так, должна быть иная причина и кто-то другой…»

Неизвестно откуда в сознании возникло хмурое лицо Ларионова.

«А не Дмитрий Александрович ли решил переместиться в мое кресло?» — сам собою принял определенные контуры вопрос.

Сергей неоднократно отмечал ум и перспективность своего подчиненного. Несмотря на огрехи, иногда возникавшие в работе Ларионова, данные недостатки носили в основном искусственный характер. Создавалось впечатление, что начальник отдела логистики как бы невзначай оголял перед руководством определенный проблемный участок работы возглавляемого им подразделения, за организацию которого в конечном счете должен был отвечать заместитель генерального директора по логистике и закупкам. Пару раз такая ситуация возникала прямо на совещаниях, проводимых Михайловым. И получалось, что Громов недосмотрел в одном месте, не сделал то, что полагалось сделать, в другом. При этом Сергей Максимович не мог не заметить, что руководитель организации практически не обращал внимания на вину исполнителей, непосредственно явившихся причиной какой-нибудь недоработки, а упрекал в случившемся именно его, Громова. В свою очередь, к Ларионову, «случайно» открывшему проблемный участок, Антон Владимирович явно благоволил.

«Вот ведь молодец, смог увидеть нарыв там, где другие просто проходили мимо», — неприкрыто говорили глаза руководителя «Прометея».

Истинный мотив такого расположения не нужно было далеко искать. Ларионов уже какое-то время находился в браке с дочерью Михайлова. Нельзя сказать, что этот союз излучал любовь и гармонию, но Антона Владимировича устраивал и такой. Он еще не совсем оправился от внезапного разрыва отношений своей дочери с Сергеем Громовым, которого, чего уж там скрывать, он практически видел на месте зятя. Бурный роман Даши и его подчиненного не долго оставался тайной для окружающих. Заместитель директора стал частым гостем усадьбы Михайловых. Кроме этого, дочь руководителя «Прометея» поступила на работу в компанию, в планово-экономический отдел. Коллеги часто видели новую сотрудницу и Громова за оживленной беседой в местном кафе. В глаза невольно бросались непринужденность поведения девушки, выразительность взглядов собеседников… И вдруг спустя два месяца красивая история закончилась.

Сергей мучительно вспоминал этот день. Казалось, что в их отношения с Дашей вмешались высшие силы, которые, как нарочно, создали ситуацию, со стороны выглядевшую нелепой.

Была пятница, конец рабочей недели. Громову позвонили из отдела кадров и спросили, планирует ли он собеседовать кандидата на вакантную должность в отдел закупок. Как правило, Сергей Максимович участвовал в подобном мероприятии, чтобы, так сказать, лично оценить возможности соискателя вакансии. Не видел он причин, чтобы пропустить данную процедуру и на этот раз.

— Да, просите, — сообщил он начальнику отдела кадров Дроздову о своем решении.

Через десять минут наступило обеденное время. Его секретарь Светлана отправилась подкрепиться. Громов намеревался как можно скорее сделать то же самое, но назначенная встреча заставляла его запастись терпением.

Осторожный стук в дверь прервал гастрономические фантазии заместителя директора. Кандидатом оказалась милая темноволосая девушка, лет двадцати — двадцати двух, одетая в яркую блузку и темную мини-юбку, выгодно выделявшую стройные ноги соискателя вакансии.

Громов предложил ей место в кресле напротив, куда девушка осторожно опустилась. Она явно нервничала.

Волнение на собеседовании — обычное состояние. Кто-то больше, кто-то меньше, но практически любой испытывает некоторую неуверенность от участия в мероприятии подобного рода.

Из переданных от кандидатки документов Громов узнал, что зовут ее Евгенией Пархоменко, учится она на последнем курсе политехнического, но уже сегодня задумывается о поиске рабочего места. О компании «Прометей» она узнала много интересного на сайте в интернете и поняла, что хотела бы работать в этой организации.

Неторопливую беседу прервал визит начальника отдела кадров Дроздова. Павел Васильевич принес результаты тестирования нового кандидата. Сергей Максимович поблагодарил его, после чего начальник отдела кадров удалился.

Громов просмотрел итоги и обратил внимание на несколько низких оценок, поставленных Евгении. Отрицательные баллы указывали на признаки невнимательности, излишней уверенности в своих действиях соискателя вакансии. Видно, на лице руководителя открыто было написано явное разочарование, поскольку девушка, пристально вглядывавшаяся в его лицо, вдруг тяжело задышала, затем побледнела, откинулась на спинку кресла, где и оставалась недвижимой.

— Евгения, — негромко позвал Громов.

В ответ не раздалось и звука. Сергей Максимович приблизился к девушке и понял, что она без сознания. Он схватил из ящика стола салфетку и начал энергично махать ею перед лицом несчастной кандидатки. Усилия были тщетными. Только едва слышное дыхание свидетельствовало о том, что девушка жива.

Громов расстегнул верхнюю пуговицу блузки Евгении и продолжил работу самодельного веера.

Внезапно Евгения открыла глаза и с удивлением обнаружила склонившегося над ней мужчину. В этот момент за спиной Сергея раздались торопливые шаги.

— Сережа, что здесь происходит? — раздался дрожащий голос Даши. — Кто эта девушка?

Попытки Сергея объяснить происходящее вызвали у Дарьи недоверие и гнев. Она выскочила из кабинета, сильно хлопнув дверью.

Кандидатка окончательно пришла в себя и выглядела обескураженной и испуганной. Рассыпаясь в извинениях, она, пятясь спиной к двери, покинула кабинет.

Сергей в состоянии сильного смятения опустился на кресло.

Впоследствии он неоднократно пытался примириться с Дашей, но дочь Антона Владимировича была непреклонной. При очередной попытке восстановить отношения она бросила Сергею в лицо оскорбительную фразу:

— Что ты рассказываешь сказки? Как будто это тайна, чем на собеседованиях некоторые руководители занимаются с молоденькими девушками…

После таких слов что-то сломалось в сердце Сергея.

Прошел месяц или два. Громов постепенно приходил в норму. Как-то в субботу он перед сном просматривал последние тендерные заявки. Зазвонил телефон. Сергей поднял трубку.

— Слушаю…

Из трубки доносилось глубокое дыхание.

— Вас не слышно, — произнес Сергей, уже догадываясь, кто находится на другом конце линии.

— Сережа, это я, Даша…

Мужчина выдержал паузу.

— Мы давно не виделись…

— Думаю, для этого имелись причины, — холодно ответил Сергей.

— Думаю, да, но ты должен меня понять. Как бы ты поступил на моем месте?

— Наверное, попытался бы разобраться.

— Тебе легко говорить.

— Ты знаешь, сейчас уже легче, — с какой-то отрешенностью произнес Сергей.

— Ах, вот как! — Связь оборвалась.

Как ни странно, но Сергей в этот момент уже не испытывал той мучительной тоски, которая время от времени острой занозой колола его сердце. А последовавшая вскорости встреча с Ингой окончательно растопила лед и позволила ему забыть растрепанную и импульсивную теннисистку — именно такой осталась в памяти Сергея дочь Антона Владимировича…

Чего нельзя было сказать о Даше. Каким-то образом она узнала, что ее место заняла симпатичная манекенщица. До этого момента девушка не встречала в своей жизни практически никаких отказов. Единственный ребенок в семье получал от родителей все, что хотел. Немногочисленные затруднения в обладании желаемым вызывали со стороны дочери Антона Владимировича бурные протесты и негодование. В характере девушки явно обозначились такие черты, как импульсивность и эгоистичность.

Отношения с мужчинами не стали исключением. Дарья решала, с кем ей встречаться и когда этим встречам следует прекратиться. Отвергнутые поклонники не раз пытались вернуть расположение взбалмошной пожирательницы сердец. Но, увы, тщетно. Подобные попытки девушка попросту игнорировала. Ее телефон переставал быть доступным для определенных лиц, а перемещения по улице осуществлялись исключительно в автомобиле с тонированными стеклами. В итоге покинутые «жертвы» расползались по сторонам зализывать свои раны.

Во взаимоотношениях с Сергеем, как это ни больно было признавать, роль «жертвы» досталась ей самой. В полной мере осознание этого факта пришло к Даше, когда она пару раз сталкивалась в общественных местах с бывшим возлюбленным в компании с очаровательной моделью. Ее сущность, не знавшая ни в чем себе отказов, никак не могла принять произошедших перемен. Даша стала угрюмой и раздражительной. Недавно пылавшая страсть к Сергею обернулась к нему жуткой ненавистью. На расспросы родителей она все больше отмалчивалась, но и так было понятно, что между молодыми людьми пробежала «черная кошка»…

А потом в жизни Даши появился Дима Ларионов, которого раньше юная амазонка не принимала всерьез и которому отводилась скромная роль сына приятеля ее отца.

Мало-помалу Дмитрий вывел из мрачной депрессии любимую и единственную дочь Антона Владимировича. Для Михайлова он стал своеобразным исцелителем души девушки, за что родитель оставался ему бесконечно признателен.

При первой же возможности руководитель «Прометея» нашел способ отблагодарить спасителя. Освобождалась вакансия главного специалиста в отделе логистики. Антон Владимирович помнил желание Ларионова стать сотрудником его компании. Предложение перейти на работу в «Прометей» молодой человек принял с воодушевлением.

С первых же дней своей деятельности он проявлял напористость, сообразительность и инициативность при исполнении служебных обязанностей.

Через какое-то время начальнику отдела логистики Мезенскому исполнилось шестьдесят. Никто из коллег не помнил, чтобы Роман Алексеевич жаловался на здоровье или по каким-то иным причинам собирался покинуть рабочее место в связи с выходом на пенсию. Тем не менее в один из дней он объявил о прекращении своей трудовой деятельности в «Прометее». Мезенский никогда не отличался многословностью, поэтому остались за кадром мотивы принятия такого решения.

Каково же было удивление коллектива, когда место начальника отдела логистики предложили новичку — Диме Ларионову…

И вот теперь этот самый новоиспеченный руководитель провалил поставку «Уютному дому». Если действия его подчиненного совершались с умыслом, можно предположить, что нарушения имелись и по другим договорам. Если цель начальника отдела логистики — занять кресло заместителя директора, масштаб «бедствия» должен быть посолидней.

Данную версию стоило проверить. Сергей Максимович достал мобильный телефон и связался со своим секретарем.

— Светлана, у меня есть для тебя небольшое поручение. Сделать это нужно тихо, не привлекая постороннего внимания.

— Все, что в моих силах, — заверила его секретарь.

— Сними копии с сетевого диска заключенных и неисполненных на сегодняшний день договоров поставки. Копии положи мне на стол, это пока все.

— К вашему возвращению поручение будет исполнено.

— Отлично. — Громов отключился.

В этот момент автомобиль въехал на широкую бетонную площадку, рядом с которой размещались складские помещения «Прометея».

Поставки энергооборудования от производителей осуществлялись практически каждый день. Несколько трейлеров ожидали своей очереди передать груз представителям «Прометея». Здесь же работали приемочные комиссии, в обязанности которых входила проверка полноты и целостности доставленной в пункт назначения продукции. Автокары различных габаритов деловито сновали между машинами поставщиков и исчезали с товаром в бескрайних просторах огромного ангара.

Громов прошел внутрь пакгауза. Дежурный на входе отрапортовал руководителю о прибытии литовской группы и выдал ему защитную каску.

Гостей Сергей Максимович нашел не сразу, пришлось минут десять побродить между стеллажами с размещенными на них складскими запасами.

Литовцы тесной кучкой стояли в одном из рядов и внимательно слушали начальника склада Зиновьева, раскрывающего им всю цепочку поставки трансформаторов от производителя до места конечной выгрузки. Громов подошел к экскурсии. Управляющий хранилищем представил гостям руководителя, отвечающего за процесс логистики в «Прометее».

Часть группы прибалтийских партнеров переключила свое внимание на Громова. С остальными продолжали общаться Зиновьев и находившийся здесь же Севостьянов.

Глава делегации Джонас Раудис и его коллега — высокий литовец с добродушным лицом Гедеминас Ожонас — засыпали Громова вопросами об организационной стороне процесса планируемой поставки трансформаторов в Клайпеду. Джонас Раудис пояснил, что их компания в его лице склоняется к мысли закупить оборудование у «Прометея» напрямую, без проведения тендера. К такому выводу он пришел после того, как приглашенный специально на встречу представитель завода-изготовителя подробно обрисовал гостям технологию производства и сборки трансформаторов.

— Мы готовы сделать вам коммерческое предложение, — с сильным прибалтийским акцентом объявил глава делегации.

— Очень рад это слышать! — удовлетворенно отреагировал Громов. — Я уполномочен обсудить с вами все детали покупки. Кроме этого, вы можете внимательно ознакомиться с условиями контракта. На всякий случай я захватил его с собой. — Сергей Максимович протянул договор Раудису.

Тот взял документ и положил его в портфель.

— Извините, мне нужно сделать один звонок, — сказал Громов. Прежде чем приступить к возможным корректировкам условий контракта ему следовало переговорить с Михайловым, чтобы уточнить несколько принципиальных моментов.

— Да, пожалуйста, — усмехнулся глава группы. — Мне тоже нужно позвонить своему боссу.

Теперь улыбнулся Громов. Бизнесменам без слов были понятны рабочие моменты процесса, которым они в настоящий момент занимались.

Сергей Максимович удалился на некоторое расстояние вглубь ангара. Он облокотился о стойку стеллажа с воздухонагревателями и достал из портфеля мобильный телефон. Пока шел вызов взгляд менеджера принялся бесцельно блуждать по закоулкам пакгауза: прошелся по высоким металлическим стенам, задержался на полутемном своде и, наконец, уперся в стоящий неподалеку автокар, доверху загруженный коробками с оборудованием.

Антон Владимирович взял трубку не сразу. Громов объявил ему радостную новость. Руководитель «Прометея» воспринял сообщение без особого энтузиазма в голосе. Тем не менее он начал консультировать своего подчиненного.

Где-то совсем близко заработала болгарка. Пронзительный звук не позволял нормально получать информацию, поэтому Громов по нескольку раз уточнял поступающие указания. Наступил момент, когда звук работающего инструмента сделал дальнейший разговор невозможным.

Сергей Максимович отошел от стеллажа и стал перемещаться по ряду, удаляясь от возникшей помехи. Резкий удар в плечо заставил его отлететь к противоположной стороне прохода. Он не успел отреагировать на подобное обращение. Груженный коробками автокар без водителя медленно прошествовал в двух сантиметрах от лежавшего на полу Громова. В ушах все еще стоял визг болгарки. Отовсюду бежали люди. Сознание затуманилось. Тяжелая голова менеджера опустилась на пол. Последнее, что успел запомнить Сергей Максимович, были склоненные над ним лица: растерянное — Севостьянова, задумчивое — Ларионова, участливые — Джонаса Раудиса и Гедеминаса Ожоноса.

7

Небольшая прямоугольная комната была погружена в полумрак. Под потолком два узких окна нехотя пропускали вечерний свет. Тусклые лучи эфира проникали внутрь и фокусировались на середине помещения.

Человек средних лет полулежал в кожаном кресле. Его глаза были закрыты. Ровное, еле слышное дыхание свободно вырывалось наружу.

Человек медитировал. Этому занятию он добросовестно уделял по одному часу каждый день на протяжении уже нескольких лет. Все его сознание сосредоточилось на дыхании. Он чувствовал, как крылья носа приятно щекотал поток входившего в тело воздуха. Мысли, тревожные и не очень, иногда пытались помешать расслабленному состоянию медитирующего. Тогда по лицу адепта[17] пробегала легкая тень. Впрочем, многолетние тренировки научили человека не поддаваться искушению реагировать на информацию. Сознание вновь концентрировалось на дыхании.

Рядом с креслом располагался небольшой, выполненный в итальянском стиле столик. Он и кресло являлись единственными предметами мебели аскетично обустроенного помещения. Вся обстановка соответствовала духу занятия, которому предавался отшельник.

На поверхности столика находились всего две вещи — таймер и мобильный телефон. Первый указывал, что медитация продлится еще двенадцать минут.

Лицо человека излучало силу и внутреннюю гармонию. Истраченная за день энергия возвращалась в оболочку. Ее владелец был готов к новым испытаниям и задачам…

Еле слышная мелодия прервала таинство. Рука йогина агрессивно метнулась в сторону возмутителя спокойствия.

— Слушаю, — раздался в телефон недовольный голос буддиста.

В трубку полился поток информации. Лицо слушающего превратилось в непроницаемую маску. Два раза его глаза слегка расширялись, что указывало на неподдельный интерес к только что полученным сведениям.

— Запускайте! — отреагировал человек и отключил связь.

8

Сергей открыл глаза. Казалось, что с момента обморока прошло несколько часов, а на самом деле — всего минута. При помощи Севостьянова и Зиновьева он встал на ноги. Сделал два шага и осторожно опустился на краешек стеллажа.

В кармане плаща разрывался телефон. Громов посмотрел на экран. Звонил Михайлов.

«Ах да, мы ведь не закончили разговор», — вспомнил он.

Впрочем, отвечать Сергей Максимович не стал. Внутренний голос требовал объяснений произошедшего. Решительный тон этого голоса заглушал все иные желания и обязанности. Громов обвел глазами сцену чуть не случившейся трагедии. Два десятка людей толпились неподалеку и терпеливо ждали, когда заместителю директора станет лучше. За их спинами неясным пятном темнел злополучный автокар. Автомобиль врезался в стеллаж с оборудованием и неподвижно застыл, столкнувшись с препятствием. По-видимому, сила удара оказалась значительной. Несколько коробок, размещенные на транспортном средстве, упали на пол.

Силы возвращались к пострадавшему. В поле зрения Сергея Максимовича попал Севостьянов, наблюдавший издалека за состоянием своего шефа. Громов жестом подозвал его к себе. Олег Борисович осторожно приблизился к начальнику и вежливо поинтересовался самочувствием.

— Уже лучше, — вяло ответил Громов. — Вы в курсе, что здесь произошло?

— Более или менее, — участливо отозвался Севостьянов. — Для выяснения подробностей инцидента в ангар вызваны представители службы безопасности и отдела охраны труда. Думаю, через полчаса они будут на месте.

— Очень хорошо, но все же хотелось бы в двух словах узнать основные обстоятельства несчастного случая, — нетерпеливо произнес Сергей Максимович.

Рассказ начальника отдела закупок не занял много времени. Он, Севостьянов, пошел искать Громова для уточнения дальнейшей программы пребывания литовских партнеров в гостях у «Прометея». Своего руководителя Олег Борисович нашел прогуливавшимся по ряду с воздухонагревателями. За спиной менеджера на расстоянии нескольких метров медленно двигался автокар. Сначала Севостьянов не придал этому значения, поскольку полагал, что производятся плановые работы. Он окликнул Громова, но из-за шума работающей где-то рядом болгарки его голос потонул в резком звуке инструмента. Тогда Олег Борисович решил подойти к своему патрону. Внезапно он осознал, что спецтехника приблизилась на недопустимо близкое расстояние к находящемуся рядом с ней человеку. Ужас охватил начальника отдела закупок, когда его взгляд не обнаружил за рулем автомобиля водителя. Автокар двигался самопроизвольно. В последний момент Севостьянов успел оттолкнуть Громова от неизбежного столкновения…

Вот и весь рассказ. Причины произошедшего подлежали выяснению. Очевидно было одно, и это бесспорно: в помещении, в котором находятся люди, запрещается бесконтрольное движение какого-либо автотранспорта.

Громов в порыве чувств пожал руку Севостьянову. Олег Борисович смутился, отчего его бледное лицо приобрело клубничный оттенок. Начальник отдела закупок отошел в сторону, а его место заняли Джонас Раудис и Гедеминас Ожонас.

Гости выразили свое сожаление по поводу случившегося инцидента. Сергей Максимович постарался уменьшить степень важности события и переключить внимание покупателей на вопросы предстоящей поставки трансформаторов. Литовцы тактично поддержали возобновление переговоров. Раудис заверил, что предложенный «Прометеем» проект договора в кратчайшие сроки пройдет соответствующую экспертизу в «Полярисе».

— Какие планы на вечер? — поинтересовался Громов.

— Через четыре часа у нас поезд, — отозвался Раудис. — В оставшееся время запланировано обычное в таких случаях времяпровождение — небольшая прогулка по городу и обед.

— Если позволите, «Прометей» хотел бы оказать вашей группе небольшой знак внимания. Мои коллеги, — заместитель директора кивнул на стоящих неподалеку Севостьянова и Ларионова, — покажут вам местные достопримечательности и предложат перекусить в ресторане «Кенигсберг», известном своей изысканной кухней.

Джонас Раудис и Гедеминас Ожонас рассыпались в благодарностях.

— К сожалению, из-за произошедших недавно событий я не смогу лично сопровождать вас, — извинился Сергей Максимович. — Скоро прибудут представители нашей компании для расследования несчастного случая. Я понадоблюсь здесь.

— Мы понимаем и благодарим вас за сотрудничество, — вставил слово в разговор Ожонас.

Громов подозвал сослуживцев и отдал им последние инструкции в отношении мероприятий, которые «Прометей» стандартно проводил для закрепления партнерских отношений с заинтересовавшими компанию клиентами.

Севостьянов и Ларионов в сопровождении гостей покинули своего начальника.

Телефон в кармане плаща снова ожил. Громов машинально достал слайдер и посмотрел на экран. Это опять был Михайлов. Дальше игнорировать звонки руководителя «Прометея» его заместитель не мог. Он включил связь. Антон Владимирович без обиняков сразу перешел к сути интересовавшего его вопроса.

— Знаю, начальник отдела логистики посвятил меня в подробности инцидента на складе. Будет проведено тщательное расследование. В ангар уже отправилась наша комиссия. Как вы себя чувствуете? Надеюсь, ничего серьезного? — Не дожидаясь ответа, Михайлов продолжал: — Сергей Максимович, сегодня мне стало известно о неисполнении «Прометеем» обязательств перед покупателем — фирмой «Уютный дом». Вам что-то известно об этом?

— Да, я получил претензию. Партия компрессоров в настоящий момент загружается для отправки в Сыктывкар. В причинах пропуска срока поставки товара в настоящее время я разбираюсь.

— Причины всегда одни и те же, — неприязненным тоном произнес директор. — Отсутствие должного контроля за действиями подчиненного персонала.

Последние слова руководителя неприкрыто давали понять его заместителю, что в срыве договорных обязательств виноват именно он.

В разговоре повисла томительная пауза. Ее прервал глава «Прометея».

— Когда вы закончите свои дела на складе, прошу немедленно прибыть ко мне.

Громов не успел отреагировать на последнюю фразу — Михайлов отключил связь.

«Круто», — пронеслось в мозгу Сергея Максимовича. Сознание послало еще один тревожный сигнал.

«Шеф даже не поинтересовался, на чем в конечном итоге мы остановились с гостями из Клайпеды!»

И без того несчастливый день стал еще мрачнее.

«Откуда Михайлов узнал о нарушении условий контракта? — не унималось сознание. — Претензию канцелярия отписала сразу ему».

Менеджер принялся рассуждать.

«Предыдущий разговор с Антоном Владимировичем оборвался всего полчаса назад. Он ни словом не обмолвился об „Уютном доме“. Может, не успел?»

Подобный вариант не вписывался в особенности диалога с руководителем «Прометея». Тон общения со стороны Михайлова был скорее равнодушный, чем озабоченный или агрессивный.

«Стоп! Начальник только что сказал — об инциденте ему доложил Ларионов. Не Дмитрий Александрович ли поведал о неисполнении договора? Но он же сам виноват в срыве поставки!»

Внутренний голос тем не менее заставлял своего владельца отнестись более серьезно к подобной версии.

«Я ведь не знаю, какие доводы использовал зять Михайлова…»

Размышления прервал новый телефонный звонок.

«Еще вводные?» — пронеслось в голове Громова, уверенного, что сигнал поступил от Антона Владимировича.

— Слушаю, — безучастно произнес он.

— Сергей Максимович, добрый день! — раздался в трубке веселый женский голос. — Вам удобно сейчас говорить?

— Да, вполне.

— Это Юлия из агентства недвижимости «Город».

Сознание воссоздало привлекательную внешность девушки-риелтора.

— Я ждал вашего звонка, Юлия Владимировна.

— У меня для вас хорошие новости. Лилия Аристарховна благожелательно отнеслась к информации, указанной в анкете. Добро на продолжение отношений получено. В субботу с шести до восьми вечера можно подъехать осмотреть объект.

— Действительно прекрасная новость! Непременно буду.

— Схему проезда до Ближнево я сейчас вышлю на ваш мобильный телефон. Итак, увидимся в субботу.

— До скорой встречи.

Короткий разговор закончился.

Последняя новость внесла в череду неприятностей сегодняшнего дня нотку положительности и оптимизма. Громов приободрился. Деятельный мозг стал готовить оборонительную почву в предстоящем диалоге с Антоном Владимировичем. Интуиция подсказывала, что нужно обладать всесторонним видением проблемы. Выстраивание защитной позиции только в отношении ситуации с «Уютным домом» могла завести в тупик. Для полноты картины требовалось ознакомиться с объяснениями Ларионова и перепроверить действующие договоры «Прометея» с покупателями.

«Надо немедленно заканчивать здесь дела и отправляться в офис».

— Ну, о чем ты так задумался, Сергей? — раздался совсем рядом знакомый голос.

Громов повернулся на звук. Размышления отключили сознание от внешнего мира, и Сергей Максимович даже не заметил, как к нему подошли его друг Владимир Малозов и представитель отдела охраны труда Мальгин.

Заместитель директора приветливо улыбнулся и пожал протянутые коллегами руки. На заданный вопрос он как можно непринужденнее ответил стандартной в таких случаях фразой. От Владимира не ускользнула еле заметная напряженность в голосе Сергея.

— Все нормально? — уточнил он.

— Потом переговорим, — постарался сменить тему Громов. — Итак, господа, я в вашем распоряжении, с чего начнем?

— Для начала, Сергей Максимович, расскажите, как вы очутились вблизи работающего автокара? — предложил Мальгин.

— Нет ничего проще. Я отошел от группы прибывших к нам гостей из Клайпеды переговорить с Антоном Владимировичем по отдельным моментам планируемой с прибалтийцами сделки. В одном из рядов с запчастями царило уединение, и я нашел это место подходящим. Неподалеку находился загруженный коробками с оборудованием автокар. Шума двигателя я не услышал. Место водителя пустовало. Соответственно, машина просто стояла и ожидала, когда ею займутся.

— В кабине точно никого не было? — задал уточняющий вопрос Малозов. — Возможно, человек прятался за рулем?

— Освещение в том месте, где стоял автокар, не идеально. Ручаться на сто процентов я не могу, — внезапно сделал для самого себя открытие Громов.

— Хорошо, что произошло дальше?

— Дальше у меня состоялся разговор с Михайловым, если так можно выразиться…

— Что вы имеете в виду? — спросил Мальгин.

— Где-то рядом работала болгарка, и голоса собеседника я практически не слышал. Приходилось по нескольку раз переспрашивать. Для нормальной беседы я направился в противоположную от помехи сторону. Таким образом, автомобиль остался позади. Не прошел я и десяти метров, как сильный толчок в плечо отбросил меня на пол. А спустя секунду автокар проехал мимо. В голове все помутилось, и на какой-то момент сознание дало сбой.

— Понятно, — сочувственно произнес Владимир. — Что-то еще?

— Когда я пришел в себя, стал задавать уточняющие вопросы Севостьянову. Это он оказался в нужное время в нужном месте. Пошел меня искать и в последний момент оттолкнул от находящейся в метре машины.

— Слава богу, провидение не дремало, — констатировал начальник службы безопасности. — В противном случае… Даже не хочется думать, что могло произойти.

— Мы обязательно поговорим с Олегом Борисовичем, — заверил Мальгин. — Если я правильно понял, Сергей Максимович, ваш рассказ окончен?

— Да, это все.

— Тогда мы вас больше не задерживаем, а сами продолжим расследование на складе.

— Да, коллеги, срочные дела вынуждают меня вернуться в офис. Владимир, можно тебя на минутку? — Громов отвел друга в сторону. — Как со свободным временем? Скажем, сегодня-завтра?

— Найдется, в чем вопрос.

Сергей достал из портфеля какой-то документ и протянул Владимиру.

— Посмотри, пожалуйста, этот проект договора. Я тебе говорил, что собираюсь сменить место жительства. Наклевывается один вариант. Хотелось бы понимать все риски сделки, прежде чем я ее заключу. Такая вероятность имеется. Особняк просто класс, а этот проект договора мне дали в агентстве недвижимости. Они представляют интересы собственника.

— Постараюсь как можно скорее, не волнуйся. И вот что еще. Я понимаю, сегодня не самый лучший день в твоей жизни. Мы обязательно проанализируем все обстоятельства несчастного случая. Мышь не проскочит.

— Не это сейчас меня больше всего беспокоит. Возможно, найдется какое-то разумное объяснение для самопроизвольного движения машины. Тогда это будет действительно неудачным стечением обстоятельств.

— А в чем же тогда дело?

— У меня состоялся неприятный разговор с Михайловым. Сегодня поступила претензия от одного покупателя, «Прометей» нарушил договор, не поставил продукцию в срок.

— Чей-то недогляд?

— Да в том-то и загвоздка, что причины на поверхности. Не справился отдел логистики. Ларионов при первой же беседе даже не пытался оправдываться. Жду его письменных объяснений. Михайлов во всем винит меня.

— Не очень полагайся на объяснения подчиненного. Они тебя не спасут. У Антона Владимировича с Ларионовым теперь не только трудовые отношения, но и родственные. Формально за результаты закупок и логистику отвечаешь ты.

— Я придерживаюсь аналогичного мнения.

Друзья попрощались. Владимир присоединился к Мальгину, а Громов направился к выходу из ангара. В этот час еще не наступило обычное для крупных городов время транспортного коллапса, и заместитель генерального директора за сорок минут добрался до места работы.

Сергей Максимович сразу прошел в кабинет. Отдал распоряжение Светлане ни с кем его не соединять. Громову не терпелось приступить к анализу договоров. Он принял решение, пока не проверит сделки и не изучит письменные объяснения Ларионова, уклоняться от встречи с главой «Прометея».

«Михайлов ведь не знает, какое время мне еще нужно провести на складе».

На столе высилась стопка документов — около пятидесяти контрактов. Громов снял пиджак и повесил его в бельевой шкаф. В замке щелкнул ключ. Руководитель по логистике и закупкам стал временно недоступным для окружающих.

Два часа ушло примерно на проверку тридцати договоров. Где-то сроки поставки продукции уже наступили, но еще имелось время для добросовестного завершения исполнения обязательств. Сергей Максимович сделал соответствующие пометки в блокноте. Пока ничего критичного он не заметил.

«Неужели проблема только с „Уютным домом“ и я просто запаниковал?» — выдало сознание каверзный вопрос.

Впрочем, если проблем с отгрузкой больше не имелось, этому можно было только порадоваться. Однако интуиция редко подводила Громова. Когда непроверенными оставались всего несколько договоров, его цепкий взгляд обнаружил просрочку обязательств «Прометея» по поставке.

Соглашение с фирмой «Магнолия» исполнитель подписал три месяца назад. По условиям контракта «Прометей» обязался поставить покупателю тепловые пушки. Срок просрочки составлял уже восемь дней. Отсутствие в настоящий момент претензий было большой удачей для компании-поставщика. По всей видимости, агрегаты не требовались «Магнолии» сию минуту. Кроме этого, данная фирма не первый раз закупала эти сверхскоростные обогреватели помещений у «Прометея» и знала специфику посреднических отношений торговой фирмы с производителем товара. Поэтому, возможно, сбой в поставке расценивали как разумные предпринимательские риски. Немедленные действия еще могли спасти ситуацию.

Руководителя «Магнолии» Станислава Григорьевича Жукова Громов знал лично. Дозвониться, к счастью, удалось сразу. В качестве причины задержки поставки тепловых пушек пришлось выдумывать мифические недостатки тары, в которой оборудование поступило от производителя. В связи с этим несколько дней ушло на устранение дефектов.

Жуков спокойно выслушал объяснения менеджера и согласился подождать еще три дня. При этом он предупредил, что, если «железо» не поступит в срок, «Прометей» получит претензию с требованием о выплате неустойки за весь период просрочки. Сергей Максимович пообещал все исполнить. Подобная реакция руководителя «Магнолии» являлась абсолютно адекватной в создавшейся ситуации. Не так просто разорвать долгосрочные деловые отношения, тем более если раньше контрагент тебя не подводил. На его месте Громов поступил бы так же.

Менеджеру не терпелось отдать распоряжение об отправке продукции немедленно, но внутренний голос заставлял довести работу по проверке договоров до конца. Как оказалось, не зря. Когда непроверенными оставались всего три контракта, обнаружилось новое нарушение. На этот раз просрочка составляла четыре дня. Компании «Блок М» требовались аккумуляторные батареи. Этих накопителей энергии на складе «Прометея» имелось с избытком, но нерадивость персонала смогла создать проблему и тут.

Громов долго не мог дозвониться до руководителя «Блока М», а когда это удалось — в течение двадцати минут убеждал его подождать два-три дня. Ранее компания не имела деловых отношений с этим покупателем, и поэтому поначалу красноречие Сергея Максимовича наткнулось на бетонную стену. Но мало-помалу представителю «Прометея» удалось разговорить оппонента, и тот в конце концов сдался. Сошлись на двух днях.

Заместитель генерального директора проверил последние два договора. Больше проколов не было. Теперь настало время активных действий. Громов вызвал по внутренней связи секретаря.

— Уточните, появился ли на работе Ларионов; если да, немедленно его ко мне, если нет — пусть подойдет Власов из отдела логистики.

— Все понятно, Сергей Максимович, — отрапортовала Светлана.

Через минуту она сама вышла на связь.

— Ларионов еще на встрече с литовцами. Власов сейчас подойдет.

— Хорошо, жду.

Через пять минут кресло напротив Громова занял специалист из отдела логистики. Власов немного нервничал — не каждый день его вызывали к высшему руководству. Чуть красноватые глаза работника беспокойно бегали, отчего его внешность придавала сотруднику сходство с пойманным «на месте преступления» котом.

Сергей Максимович решил воспользоваться временным отсутствием Ларионова и задать его подчиненному несколько вопросов, касающихся микроклимата внутри отдела логистики.

— Дмитрий Александрович не звонил? Не уточнял, когда появится в офисе?

— Пока нет.

— Как обстановка в отделе, много работы?

— Не так чтобы очень, но скучать не приходится. — Власов немного освоился, волнение в его мимике и манере поведения улеглось.

— Роман Валерьевич, а скажите мне, кто в вашем отделе занимается контролем за исполнением контрактов, следит за сроками отправки товара, за своевременной оплатой продукции покупателями?

— Да все занимаются, — простодушно ответил Власов. — Дмитрий Александрович распределяет договоры по персоналу, а затем исполнитель «ведет» контракт до конца.

— Понятно, а лично у вас сколько находится соглашений на исполнении?

— В настоящий момент восемь.

— Хорошо. Еще один вопрос: начальник отдела какие-нибудь поставки лично сопровождает?

— Насколько мне известно, нет. После их распределения по конкретным исполнителям он интересуется ходом реализации контрактов.

— Что и должен делать руководитель, — резюмировал Громов. — Роман Валерьевич, а не могли бы вы мне сказать, кто в вашем отделе занимается вот этими договорами? — Сергей Максимович подтолкнул в сторону Власова сделки, заключенные «Прометеем» с «Уютным домом», «Магнолией» и «Блоком М».

Сотрудник отдела логистики принялся внимательно изучать представленные документы. По мере ознакомления с контрактами его лицо приобретало все более и более озабоченный вид. Когда последняя страница была прочитана, Власов поднял на Громова удивленные глаза.

— Впервые слышу о том, что «Прометей» в настоящее время имеет заключенные сделки с этими фирмами. «Магнолия», правда, у меня на слуху, но наша компания имела с ней отношения год или два назад.

— Может быть, эти договоры сопровождает кто-то другой в вашем отделе?

— Навряд ли. Нас четыре человека в подразделении, не считая начальника. Мы регулярно обмениваемся информацией, как без этого?

«Значит, Ларионов отложил три соглашения в сторону», — сделал вывод Громов.

— Большое спасибо, Роман Валерьевич, за полезные сведения. А теперь перейдем непосредственно к тому вопросу, из-за которого я вас, собственно говоря, и пригласил. — Сергей Максимович взял в руки неисполненные договоры с «Магнолией» и «Блоком М». — Вот эти две сделки просрочены. Ваш начальник сейчас отсутствует, но дорога каждая минута, поэтому я обращаюсь к вам.

Глаза Власова выражали решительность и готовность исполнить любое поручение заместителя директора.

— Необходимо, чтобы уже завтра тепловые пушки и аккумуляторы находились в пути. В противном случае «Прометей» заплатит приличную неустойку. Срочно подготовьте распорядительные документы для начальника склада Зиновьева и мне на подпись. Есть вопросы?

— Ни одного, мне все понятно.

— Действуйте. И еще один момент, Роман Валерьевич. Просьба о нашем разговоре никому ничего не говорить. Некоторые моменты неисполнения контрактов мне самому до конца не понятны. Поэтому сейчас не время делать какие-нибудь выводы.

— Вы можете на меня положиться, Сергей Максимович, — пообещал Власов.

Подчиненный Дмитрия Александровича покинул кабинет.

Громов принялся анализировать только что полученную информацию. Он не сомневался в правдивости слов работника о том, что в отделе логистики никто не знал о сделках с «Уютным домом», «Магнолией» и «Блоком М». Это с одной стороны. С другой — контракты заключены «Прометем» по результатам закупок и находятся на исполнении. Напрашивается очевидный вывод. Договоры попали в отдел логистики, но до непосредственных исполнителей не дошли, а остались в руках руководителя подразделения. Итак, все замыкалось на Ларионове.

«Интересно, что Дмитрий Александрович придумает в свое оправдание?»

Ответ не заставил себя долго ждать. На столе заработала селекторная связь. Звонила Светлана.

— Сергей Максимович, на подпись поступили распоряжения на отправку продукции и еще докладная записка от Ларионова.

— А где он сам?

— Дмитрий Александрович после встречи с литовцами поднялся в свой кабинет, пробыл там какое-то время и затем, сославшись на головную боль, отправился домой.

— Очень интересно. — Громов уже хотел сказать резкое слово о самовольном оставлении служащим рабочего места, но осекся. Взгляд упал на настенные часы. Рабочий день закончился уже как сорок минут.

— Хорошо, я понял, заносите документы.

Сергей Максимович подписал распоряжения о немедленной отправке тепловых пушек для «Магнолии» и аккумуляторных батарей для «Блока М». На столе осталась голубая папка для докладных записок.

Руководителю не терпелось узнать, какую причину привел в своих объяснениях Ларионов. Не стоило недооценивать противника! Подчиненный хорошо подготовился к развитию спрогнозированной заранее ситуации, все «штрафные фишки» находились на стороне заместителя директора по логистике и закупкам.

Текст докладной записки состоял всего из трех-четырех предложений. Дмитрий Александрович указывал, что пропуск срока поставки продукции «Уютному дому» произошел из-за большой загруженности персонала.

Первая ложь! Если верить словам Власова, сотрудники отдела логистики работали в штатном режиме, аврала не наблюдалось.

Далее Ларионов приводил некоторую статистику объемов заданий. Так сказать, чтобы утверждение не выглядело голословным. Но самое главное содержалось в последнем предложении докладной записки. Подчиненный сообщал своему начальнику о том, что ранее он уже информировал Громова о плачевном положении дел в отделе логистики. В качестве доказательства к объяснениям прикладывалась копия другой докладной записки.

В правом верхнем углу приложения стояла знакомая Сергею Максимовичу размашистая резолюция. Его резолюция!

Холодный озноб пробежал по телу Громова. Менеджер впился глазами в содержание лежащего на столе листа бумаги. Да, все было именно так, как описывал Ларионов. Работы много, люди не справляются. Записка датировалась несколькими месяцами ранее. Заместитель директора мог поклясться, что в глаза не видел находящегося перед ним документа. Подделка? Навряд ли. Не стал бы его подчиненный так рисковать, ведь он, Громов, мог дать ход этому должностному преступлению. Тогда как объяснить происхождение подписи на обращении? Внезапно пелена стала спадать с помутненного сознания. Сергей Максимович живо представил процесс подписания ежедневно предоставляемых ему бумаг.

Просмотр и парафирование документов осуществлялось двумя способами. Первый: Громов получал их от Светланы. Секретарь ежедневно не менее двух раз заносила в кабинет специальную папку, содержащую различного рода локальные акты[18], переписку, договоры и прочее. Прежде чем поставить свою подпись, заместитель директора материалы, разумеется, изучал. Второй: документы приносили в оперативном порядке Севостьянов и Ларионов. Распоряжения на выдачу оборудования, транспортные накладные, протоколы об итогах конкурсов. Для скорости согласования подчиненные перелистывали страницы, попутно поясняя своему начальнику, какой документ находится перед ним. Одобрительные резолюции Громов помещал в правом верхнем углу листа. Вот каким образом на докладной записке оказалась его подпись!

В данном конкретном случае она означала, что заместитель директора проинформирован о неудовлетворительном положении дел в отделе логистики. Когда эта записка окажется у Михайлова (а это только вопрос времени!), Антон Владимирович поинтересуется у Громова, что тот сделал для устранения проблемы.

Ларионов все рассчитал заранее. Даты на докладной записке и на неисполненных договорах поставки подтверждали это. Претензия «Уютного дома» имела цель нанести первый удар по имиджу и деловой репутации должностного лица. Просроченные контракты с «Магнолией» и «Блоком М» поставили бы крест на дальнейшей карьере заместителя генерального директора. И дядя не помог бы. Бизнес ошибок не прощает!

К числу положительных черт характера Громова относилась его несгибаемость перед отрицательными жизненными обстоятельствами, периодически встречающимися на пути каждого из нас. Мир иногда рушился вокруг, но это только закаляло железную волю Сергея Максимовича. Вот и сейчас интуиция не подкачала. Проверка контрактов открыла ему полную картину происходящего. Исправление ситуации с «Магнолией» и «Блоком М» давало Громову невидимое пока для Ларионова преимущество. Оставалось найти разумное объяснение провала поставки «Уютному дому» и в своем свете подготовиться преподнести Михайлову сообщение начальника отдела логистики о бедственном положении в его подразделении.

Сергей Максимович закрыл глаза и постарался посмотреть на проблему отвлеченно, так сказать, со стороны. Любому визитеру вид сидящего в большом кожаном кресле мужчины подсказал бы, что этот человек спит.

9

Дмитрий Александрович Ларионов направлялся домой. Черный блестящий «Мицубиси Паджеро» — подарок тестя к дню свадьбы — увозил начальника отдела логистики подальше от ненавистного ему офиса.

Да-да, именно ненавистного!

О том, что работа не только не доставляла Дмитрию Александровичу профессионального удовлетворения, но и тяготила его, не знал никто. Только он сам, но это чувство было глубоко запрятано в самых потаенных закоулках души зятя Антона Владимировича. Возникал закономерный вопрос: зачем столько усилий в ремесле, которое не по нраву?

С одной стороны, это простой вопрос, с другой — очень даже допустимый для того, кто знал истинные черты характера господина Ларионова и оказался посвященным в мотивы, которыми тот руководствовался при совершении определенных поступков. Но таких было очень немного.

Сотканный из внутренних противоречий, эгоистичный и властный — вот три основные черты душевного склада внешне интеллигентного, благополучного и оригинального супруга дочери главы «Прометея».

Так получилось, что основным движущим началом молодого мужчины стало достижение формируемых его холодным сознанием основных жизненных целей. Причем достижение любой ценой!

К счастью для окружающих, такие устремления возникали нечасто. Но если это происходило, все внутренние ресурсы Дмитрия Александровича мобилизовались для выполнения поставленной задачи. Поражение не допускалось в принципе. Когда манящая мечта начинала ускользать от охотника, мозг принимался искать самые невообразимые варианты решения проблемы. Позволительными считались любые средства. В этот момент организм был способен довести себя до самоистощения, самоуничтожения, лишь бы в конце тоннеля появился желанный свет.

И обстоятельства выравнивались. Результат достигался. Разум, воля расслаблялись и пребывали в аморфном состоянии до следующего задания.

Никто не знает, почему поступает в определенной ситуации так, а не иначе. На подсознательном уровне рецепторы[19] настраивают внутреннюю систему на конкретное поведение, исходя из обстановки. После того как событие происходит, мозг пытается оценить, действовал ли он в соответствии с принципами, присущими своему носителю. Часто эти принципы отодвигаются на задний план, а тот же самый мозг пытается успокоить расшалившиеся нервы из-за совершенных в состоянии аффекта действий.

Когда на шестом году обучения в школе классный руководитель объявил, что трое победителей по курсу истории средних веков поедут на олимпиаду в Болгарию, Дима Ларионов тоже объявил (лично себе): одним из участников будет он сам.

Мальчик неплохо учился, но конкуренция в классе была значительной. Как и в других социальных группах, в нем присутствовали лидеры, хорошисты и «остальные». Дима в течение учебного года, как правило, по нескольку раз переходил из первой категории во вторую и наоборот. К «остальным» он относился пренебрежительно и уже только из этого чувства настраивал себя на серьезное отношение к учебному процессу. Не дай бог скатиться!

Среди лидеров явно выделялось четверо: Светка Морозова, зубрежница и педантка, Владик Степанов — сынок из академической семейки, Петя Силин, очкарик и энциклопедист, и Алена Клепикова — аскетичная особа, уродина и дылда.

До поездки на олимпиаду оставалось два месяца, и Дима методично принялся двигаться к своей цели. Во-первых, он снова «перешел» в первую категорию, после того как сделал доклад о правлении короля Филиппа II, реформатора Франции двенадцатого века. Выступление имело ошеломительный успех. Класс рукоплескал, а историчка, Вера Андреевна, даже немного прослезилась. Но не стоило расслабляться. Как известно, фурор одного заставляет конкурентов собраться с силами. Стоило ожидать ответного удара. И он не ошибся. За его докладом последовали рефераты, презентации и просто активная работа на уроках истории лидеров. Воздух в классе накалился до предела. Каждый ожидал ошибки соперника. Остальные ученики группы «отдыхали».

По прошествии месяца Дима почувствовал, что начал сдавать позиции. Опыт передовиков, накопленный в бесконечных изнурительных учебных баталиях, приносил свои плоды. Требовались и так серьезные усилия, чтобы находиться с ними рядом. Внутренний голос заставлял искать дополнительные возможности для продолжения борьбы. Мальчик осунулся, стал необщительным и резким. Мозг лихорадочно пытался обнаружить брешь в обороне противника. Когда упорство, казалось, все же будет сломлено, на выручку пришла природная наблюдательность.

За одной из парт соседнего ряда находилось рабочее место самой беспечной ученицы класса — Кристины Солнцевой. Не отягощенная излишним интеллектом, из состоятельной семьи, девочка пыталась получить от жизни все только самое лучшее. Домашние задания, контрольные работы, диктанты и прочая школьная деятельность вызывали у нее головную боль и зевоту. Сознание ученицы полностью растворилось в глянцевых журналах, модных шмотках и импортной косметике. Для того чтобы держаться на плаву и иметь мало-мальски приличные отметки, Кристина прибегала к помощи других одноклассников, в основном материально нуждающихся. Их услуги она щедро оплачивала, благо родители с завидной регулярностью ссужали любимой дочурке средства на карманные расходы. Таким образом, контрольные решались, диктанты писались, домашние задания выполнялись.

Помимо непригодности к учебному процессу, Кристина была чудовищно рассеянной. Свою косметичку она по десять раз на дню оставляла в местной столовой, туалете, на подоконниках в коридоре и прочих местах. Чуть в меньшей степени аналогичную судьбу разделили мобильный телефон и кошелек шестиклассницы. Довольно часто на перемене парта Солнцевой пустовала, но указанные предметы были выставлены на всеобщее обозрение.

Никого не удивило, когда в один из дней после урока английского класс наполнился возгласами, охами и ахами Кристины по поводу исчезнувшего портмоне. Все бы ничего, но проблема заключалась в том, что английский в этот день стоял в расписании первым уроком и девочка еще не успела никуда после него отправиться.

Помещение скрупулезно обыскали, но, увы, пропажи не обнаружили. Пришлось о событии рассказать классному руководителю — Ольге Петровне. Учитель внимательно выслушала новость и попросила присутствующих вернуть вещь «по-хорошему». Недоуменные взгляды красноречивее любых слов выражали отношение класса к поступившему предложению. Тогда педагог сменила тактику. Она пообещала всех отпустить, если каждый из детей покажет свой портфель или рюкзак. В противном случае дальнейшие мероприятия по расследованию инцидента придется проводить уже в присутствии завуча.

Ребята переглянулись и стали выкладывать вещи на стол. С каждым новым опустошенным вместилищем школьных принадлежностей лицо Солнцевой становилось все пунцовее. Она с радостью отказалась бы от любых своих притязаний, лишь бы прекратить молчаливую экзекуцию. В кошельке находилось около трех тысяч рублей, не бог весть какое сокровище. Пропади оно пропадом! Но признать в такой момент вину означало окончательно настроить против себя весь коллектив. Чувство загнанного в ловушку зверька полностью завладело ею. Злорадные взгляды и ухмылки одноклассников не давали возможности ослабить сковавшее душу девочки оцепенение.

Проверка докатилась до «галерки» класса. Оставалось всего пять-шесть человек, чьи вещи еще не подвергались осмотру. Лицо Ольги Петровны принимало все более сердитое выражение. С ее губ уже готово было сорваться резкое слово в адрес возмутителя спокойствия.

Но слететь с уст учителя пришлось совсем другим словам, и относились они совсем не к Солнцевой.

Петя Силин раскрыл потрепанный серый портфель и непослушной рукой извлек из него прямоугольный предмет из крокодиловой кожи — бумажник Кристины. Аудитория ахнула. Мальчик зашатался и обессиленно опустился за парту. Очки свалились с лица и со звоном упали на пол.

— Что это, Силин? — закричала Ольга Петровна.

— Это не мое, — только и смог выдохнуть «вор».

«Конечно, не твое», — пронеслось в мозгу Димы Ларионова.

Ему пришлось очень постараться, чтобы перед началом урока английского не прозевать момент, когда владелица кошелька отошла от своей парты и незаметно накрыть его фиолетовой папкой. Затем изобретательный подлец подхватил бумажник и переместился за свой стол. До начала урока оставалось семь минут. «Жертва» увлеченно читала какой-то учебник. Дима направился по проходу и, поравнявшись с Силиным, «нечаянно» задел находившиеся на углу стола раскрытый пенал и стопку тетрадей. Последние карточным веером спикировали вниз. Карандаши и авторучки бойко запрыгали по полу. Ларионов пробормотал что-то похожее на извинения и начал собирать школьные принадлежности. Для этого ему даже пришлось стать на колени. Петя вышел из-за парты и принялся помогать. Серый портфель Силина очутился перед самым лицом Димы. Через какое-то мгновение бумажник Кристины перекочевал из фиолетовой папки в свое новое хранилище. Мальчик поднялся, отряхнулся и отошел от стола Пети. Спустя две минуты раздался звонок, и небольшое происшествие выветрилось из головы отличника.

Комбинатор сделал верный расчет. Класс переполняли противоречивые чувства. Первоначальное возмущение быстро сменилось всеобщим удивлением, никто не ожидал от робкого очкарика подобной прыти. Но когда эмоции немного улеглись, многие обратили внимание, что Петя часто нуждался в средствах и даже недоедал. Родители расстались три года назад, и мальчик воспитывался одной матерью, получавшей скромную зарплату продавца бакалейного магазина.

Свою «неполноценность» в материальном плане ребенок компенсировал прилежностью в учебе и редкой любознательностью. У него не было ни ноутбука, ни планшета — этих новомодных штучек, которые, как известно, больше отвлекают детей от занятий, нежели помогают в них. В свободное время он зачитывал до дыр старые энциклопедические издания — наследство деда — и выполнял различные поручения матери по дому. Инцидент с кошельком полностью деморализовал мальчика.

После того как причина исчезновения карманных денег Солнцевой выяснилась, Ольга Петровна отпустила учеников на другой урок, а Петю попросила дать ей свой дневник. В нем она размашистым почерком приглашала мать Силина на беседу.

Воровство в школе не такая уж и редкость. Педагоги пытаются воздействовать на ситуацию собственными методами, по возможности без передачи ее органам правопорядка. Не всегда, правда, этого удается избежать. В данном конкретном случае дело можно было попытаться замять. Но внутренние школьные директивы обязывали Ольгу Петровну сообщить об инциденте завучу. Да и сама беседа пройдет с его участием, о чем в дневнике классный руководитель делать отметки не стала.

Состоявшийся впоследствии разговор, к удивлению учителей, вызвал искреннее негодование со стороны матери Пети Силина. Она полностью отрицала способность ее ребенка совершить подобную мерзость и пообещала обо всем написать в комитет по образованию и прокуратуру. В конце беседы нервы несчастной не выдержали, и она разрыдалась. Завуч школы впечатлилась прямотой и естественностью поведения родителя и постаралась ее успокоить. Куда там! Женщина не могла принять вменяемой интерпретации происшествия. Через какое-то время она отправилась домой, а спустя неделю от Силиной поступило заявление о переводе Пети в другую школу.

Итак, один участник «гонки» с дистанции сошел!

Дима не желал для выбранной жертвы такого финала. Это являлось еще одной чертой сложного характера мальчика. Даже творимое им зло должно быть рациональным. Нет нужды уничтожать вещь, если ее просто можно вывести из строя. Ларионов хотел заставить Силина отвлечься от учебы, сделав из него «обвиняемого». Когда мысли отличника заняты тем, как снова стать для всех окружающих «хорошим, честным мальчиком», ему некогда серьезно думать об истории Средневековья. Таким образом, новая «жвачка для мозга» служила цели сделать неспособным ученика конкурировать с другими претендентами на поездку в Болгарию. Перевод Пети в другую школу в его планах не значился, и поэтому мальчик искренне огорчился столь неприятному завершению своих манипуляций.

Правда, грустил он недолго. Остававшееся время до олимпиады заставляло фантазию снова прийти на помощь, чтобы намеченный проект был «достойно» реализован.

Во вторник учитель истории Вера Андреевна объявила о том, что через неделю состоится проверочная работа. Поскольку курс истории подходил к концу, в школьной программе специальное место уделялось закреплению основных событий изучаемого периода. В памяти Дмитрия хорошо зафиксировалось, что аналогичное мероприятие проводилось в прошлом году по курсу истории древнего мира. Проверка заключалась в интерактивном опросе учеников класса. Учитель упоминала о какой-нибудь вехе в истории и просила назвать год, в котором она запечатлелась в анналах хроник. Или наоборот: Вера Андреевна обозначала конкретную дату и просила раскрыть, чем она знаменательна.

Для ответа на каждый из задаваемых вопросов учитель выбирала ученика. Если пояснение было верным, следующий вопрос адресовался уже другому школьнику. Если нет, опрос продолжался.

Для лучшего запоминания дат Света Морозова делала специальные карточки. Стандартный лист она делила на шесть частей, в каждую из которых при помощи своего любимого ноутбука помещала на одной стороне карточки дату исторического события, а на другой — в чем оно заключалось.

Заполненные информацией листы она разрезала на шесть частей и приступала к зубрежке. Подобная методика уже сослужила ей добрую службу на проверочной работе в пятом классе. Нельзя сказать, что девочка была в высокой степени интеллектуалкой, но свои природные пробелы она с лихвой компенсировала усидчивостью и чрезвычайной работоспособностью. Благодаря этим качествам Светлана прочно закрепилась среди лидеров.

Когда на парте Морозовой появились карточки с историческими датами, Дима уже знал, что ему следует делать. Действовать требовалось немедленно, пока Света не успела запомнить материал.

В двенадцать класс отправился на обед. Ларионов вышел из помещения со всеми вместе, но затем в него вернулся. Мальчик переснял на телефон карточки, а на следующий день в это же время произвел замену трети из них. Чтобы подмена не бросалась в глаза. Расчет строился на том, что Морозова только день назад приступила к запоминанию материала.

Основной упор Дима делал на датах, с которыми класс знакомился самостоятельно ввиду частых болезней учителя. Случалось, за год Вера Андреевна умудрялась до четырех-пяти раз отправляться на больничный. Пользование общественным транспортом, постоянный контакт с большим количеством людей может нанести серьезный удар по иммунитету любого человека.

После выхода на работу учитель истории бегло повторяла пропущенный материал. При этом опроса учеников по нему не осуществлялось. Новые темы подгоняли педагога двигаться дальше. Получалось, что знания по не изученным должным образом историческим событиям были у класса очень даже поверхностные. А если это так, то мозг постарается запомнить то, что ему предложат. И не важно, каким способом. На той же самой самодельной карточке.

Назначенный для проверочной работы день наступил. Среди школьников ощущалось заметное волнение. Все понимали, что результаты опроса сыграют решающую роль при окончательном выявлении лидеров и аутсайдеров.

Вера Андреевна вошла в класс за две минуты до звонка. В ее руках находился уже знакомый по прошлому году лист формата А3 с фамилиями учеников и контрольными датами по курсу истории Средних веков. Подобно полководцу перед началом сражения, учитель зорко осмотрела расположенный перед ней опросник. Сделала в нем какие-то пометки и приступила к проверке.

Для разминки Вера Андреевна начала с легких вопросов.

— Александрова, в каком веке возник ислам?

Невысокого роста девчушка вскочила с места и бойко произнесла:

— В седьмом.

— Это правильный ответ. — Учитель поставила в ведомости крестик. — Федоров, в каком государстве происходила война Алой и Белой розы?

— В Англии.

— Верно. Может быть, ты скажешь, между какими династическими группировками возник конфликт?

Мальчик улыбнулся, поскольку это был действительно несложный вопрос.

— Между Ланкастерами и Йорками. В конечном итоге победили Ланкастеры, то есть Алая роза.

— Отлично, Федоров, прошу садиться. Лившиц, в каком году состоялось Ледовое побоище?

— В 1242-м. Русские войска под предводительством Александра Невского разгромили крестоносцев на льду Чудского озера.

— Очень хорошо. Давайте разовьем немного тему Крестовых походов. Сколько их было всего, я имею в виду — основных? Есть желающие?

Вера Андреевна бросила взгляд в аудиторию. Пять или шесть поднятых рук откликнулись на ее призыв.

— Так-так… — в задумчивости произнесла учительница. Спустя мгновение она сделала выбор и кивнула в сторону Клепиковой.

— Девять, — ответила отличница.

— Превосходно. А какова причина Третьего крестового похода и в каком году он произошел? Попытаешься, Алена?

— Да, Вера Андреевна. — Глаза девочки радостно заблестели от представившейся возможности блеснуть знаниями и подняться вверх в рейтинге. — В 1187 году правитель Саладин нанес христианам несколько поражений, а осенью этого же года захватил Иерусалим. Его успехи привели к большому крестовому походу. В 1189 году крупные силы европейцев отправились отвоевывать город. Поход возглавили несколько государей, в том числе король Ричард I по прозванию Львиное Сердце.

— Прекрасно, Клепикова. — Учитель поставила напротив фамилии ученицы два жирных плюса. — Еще один, последний вопрос из рассматриваемой тематики. В каком году произошел так называемый Крестовый поход детей?

Рука Светы Морозовой решительно взметнулась вверх. С небольшим запозданием вслед за ней поднялась рука Степанова. Педагог посмотрела в лицо Морозовой и улыбнулась.

— Прошу.

— В 1232 году.

Улыбка сползла с лица учителя.

— К сожалению, Светлана, это неверный ответ. Может быть, ты, Владислав?

Интеллигентного вида подросток вышел из-за своей парты.

— Такой поход состоялся двадцатью годами ранее только что прозвучавшей даты. Его возглавил юный провидец Стефан. Он убедил французских и немецких детей отправиться в путь. К сожалению, многие из его последователей даже не достигли Средиземного моря.

— Исчерпывающе, Степанов. — Вера Андреевна приготовилась задать очередной вопрос. Ее взгляд окинул класс, и она заметила поднятую руку Ларионова.

— В чем дело, Дмитрий, у тебя имеются какие-то дополнения?

— Да, я хотел бы внести небольшое уточнение. Многие историки так называемый Крестовый поход детей называют провокацией работорговцев, поскольку его истинная цель заключалась в стремлении продать участников акции в неволю. Летописи содержат информацию о том, что крестоносцы погрузились в Марселе на корабли. Часть из них погибла от бури, множество других — проданы в Египет в рабство.

Учитель заинтересованно посмотрела на мальчика.

— Очень ценное замечание, Ларионов. И тебе, и Степанову по плюсу.

Класс оживленно загудел. Чувствовалось, что атмосфера в аудитории начала накаляться.

— Ну а кто мне скажет, шестой «В», в каком году образовалось Венгерское королевство? — Вера Андреевна продолжила экзаменацию.

Рука Морозовой снова взмыла ввысь. Раздосадованная неверным ответом ученица жаждала реванша.

До сегодняшнего дня учитель не сталкивалась с неудачами этой школьницы. Стоило дать девочке второй шанс. Поэтому именно ее она предпочла другим при ответе на заданный вопрос.

— Прошу, Светлана.

— Королевство Венгрия образовалось в 1100 году.

— Я не верю своим ушам, Морозова! — Педагог схватилась за сердце. — Ошибиться на целых сто лет! Что с тобой, девочка?!

— Этого не может быть, не может быть, — запричитала отличница.

Слезы ручьем хлынули у нее из глаз. Руки машинально схватили папку, в которой находились карточки с историческими датами. По парте разлетелось множество бумажных прямоугольников. Все обратили внимание, что глаза ученицы ищут какой-то предмет.

— Вот она! — воскликнула Светлана. В ее руках оказался один из листков. — Год образования Венгерского королевства — 1100-й! Я не могла ошибиться, когда делала карточку.

— Видно, историки что-то напутали. Оказывается, проверять дату события надо не по их хроникам, а по карточкам Светланы Морозовой! — ехидно произнесла Вера Андреевна.

Девочка не смогла перенести эту изобличающую иронию и выбежала из класса.

Аудитория зашумела. Послышались выкрики с мест в защиту одноклассницы. Некоторые из учеников попытались напомнить учительнице, что тему, по которой был задан последний вопрос, они проходили самостоятельно ввиду отсутствия преподавателя.

Экзаменатор спокойно выслушала эти реплики и заметила, что урок еще не окончен. Последовал вопрос о дате создания Великой хартии вольностей, и неудачное выступление Светы Морозовой отступило на второй план. Страсти в классе снова накалились, и еще целых двадцать минут ученики состязались в гонке за корону первенства.

Раздавшийся в коридоре звонок положил конец затянувшейся баталии. Курс истории Средневековья завершился. Разгоряченные и утомленные школьники покинули аудиторию. Спустя два дня Вера Андреевна вывесила на школьной доске результаты проверочной работы и финальный рейтинг шестого «В» класса по пройденному предмету. Первое место досталось Клепиковой Алене, второе — Степанову Владику, ну а третье занял именно он — Дмитрий Ларионов. Можно было собирать чемоданы на олимпиаду — я люблю тебя, Болгария!

Все течет, и ничто не остается неизменным. Так, кажется, выразился кто-то из древних мыслителей. Жизнь вносит свои корректировки, и каждый из нас решает, плыть ли ему по течению либо сопротивляться обстоятельствам, встречающимся на пути. Дмитрий Александрович Ларионов предпочитал огибать препятствия, нежели их устранять, но только если они не мешали выбранным им целям.

Так случилось, что однажды он познакомился с дочерью Антона Владимировича Михайлова Дашей. Его вместе с родителями пригласили на день рождения отца девушки. Мероприятие проходило в загородной резиденции именинника — успешного предпринимателя, сколотившего капитал на перепродаже энергетического оборудования.

Просторная гостиная с трудом вместила откликнувшихся на приглашение коллег по работе и друзей Антона Владимировича. Среди всеобщего веселья, тостов, сюрпризов тамады Дмитрий увидел ее. В легком светло-голубом платье в горошек, Даша увлеченно беседовала с темноволосой девушкой примерно одного с ней возраста. Сердце молодого человека учащенно застучало, а пальцы рук предательски задрожали. Внезапно он осознал, что встретил свою судьбу. Похожий образ много раз являлся к нему во снах. Наконец мираж обрел свою телесную оболочку и стал узнаваем в чертах дочери Антона Владимировича.

Внутренний голос, как это уже не раз случалось в жизни, отдал Дмитрию безапелляционный приказ: «Она должна стать твоею!» За этим голосом он готов был следовать хоть на край света.

Не будучи искушенным в делах любовных, молодой человек страшно волновался. Проблемы начали возникать с первых шагов. Как подойти познакомиться? Что сказать?

Его молчаливый зов, к счастью, дошел по «беспроводным каналам» до отца девушки. Пребывая в легкой степени опьянения, с рюмкой коньяка в руке, он обходил гостиную. Банкет из официальной части перешел в свободную. Гости поделились на группы по интересам и разбрелись по всему дому.

Именинник обратил внимание, что сын его друга — Саши Ларионова — одиноко скучает в уголке за опустевшим праздничным столом. Еще он заметил, что молодой человек бросает заинтересованные взгляды на его дочь. Антон Владимирович усмехнулся и решительно направился в сторону Дмитрия. На правах хозяина домовладения он нарушил уединение гостя. Задав несколько стандартных вопросов, Михайлов предложил собеседнику совершить небольшую экскурсию по дому. Таким образом прозорливый отец подвел «путешественника» к предмету его интереса. Он представил Дмитрия девушкам, направил русло разговора по новому пути, а затем незаметно удалился. К этому моменту молодой человек немного освоился и смог достойно поддержать милое щебетание Даши и ее визави.

Подруги обсуждали новый фильм с участием Тома Круза. Домосед по натуре, Дмитрий был хорошо знаком с творчеством этого знаменитого актера. Поэтому ему не составило ровным счетом никакого труда увлечь девушек пикантными подробностями из жизни кумира многочисленных фанаток кинозвезды.

Как известно, женщина любит ушами. Красивые словесные обороты, выдержанный такт, оригинальность выбранной темы заставляют неровно биться сердца представительниц слабого пола. Дарья и ее подруга Валерия не составляли исключение. Таким образом, гость неплохо вписался в новое общество. Дочь Антона Владимировича проявила интерес к увлечениям Дмитрия и, разумеется, сама рассказала о себе. Выяснилось, что девушка — большая поклонница тенниса и именно этому хобби она в основном уделяет свободное время. Дмитрий, к сожалению, данным видом спорта никогда не занимался, но сделал вид, что тоже к нему неравнодушен. Молодой человек интуитивно увидел возможность продолжения отношений с Дашей через совместное увлечение теннисом.

Такой подход сработал. Он получил приглашение «помахать ракетками». Теперь нужно было освоить элементарную технику поведения на корте, чтобы его история о знакомстве с игрой выглядела правдоподобной. Уже на следующий день Дмитрий записался в секцию и со всей самоотверженностью погрузился в обучение. Девушке он пообещал позвонить и договориться о встрече, как только вернется из длительной командировки. Надо же как-то объяснить, почему визит не может состояться в ближайшее время.

Дашу подобное развитие событий вполне устраивало. Друг ее отца — Александр Федорович Ларионов — неоднократно посещал особняк. Дочь знала, что папа очень дорожит этой дружбой. Поэтому приглашение сына Ларионова поиграть в теннис было, во-первых, обыкновенной данью вежливости приятельским отношениям глав семей. Другая причина состояла в том, что ее постоянная напарница по корту Анжелика вывихнула ногу. Восстановление происходило очень медленно, а Даша ждать не привыкла. Можно сказать, Дмитрий оказался в нужном месте в подходящий момент. Не будь этих мотивов, девушка вряд ли остановила бы свой выбор на нем. Молодой человек показался ей симпатичным, занятным, но не более. Таких персон последние два-три года крутилось вокруг дочери Антона Владимировича множество. Но никто из них не играл в теннис. Общность увлечения данным хобби смогла положить начало новому знакомству. Пусть ничего и не значащему для Даши.

Последовавшие затем встречи на корте выявили разные уровни подготовки у любителей этой занятной игры. Дмитрий явно отставал. Но его присутствие на спортивной площадке уже было достижением! А дистанцию в развитии он стал сокращать семимильными шагами при каждом новом визите.

Время, проведенное в компании с объектом своего поклонения, открыло в нем дополнительные, неизвестные ему самому ресурсы. Дарью это искренне радовало. Качественная игра доставляла девушке удовольствие. По прошествии нескольких месяцев способности спортсменов практически выровнялись.

Выздоровление Анжелики не изменило отношения Даши к сложившемуся в отсутствие приятельницы порядку проведения тренировок. Новый партнер Дашу вполне устраивал. Теперь уже Анжелике было трудно выкроить для себя немного времени в плотном расписании занятий на корте. Впрочем, эта проблема очень скоро разрешилась. Антон Владимирович всегда благосклонно относился к теннису. Именно он смог привить любовь к этому виду спорта и дочери. Таким образом, хозяин домовладения своим активным участием помог устранить назревший диссонанс в компании молодых людей.

Дмитрий ощущал себя вполне счастливым человеком. Еженедельные встречи на корте, общение со своей избранницей после теннисных поединков, окрыляли и вдохновляли тайного поклонника. Ничего, что объект его устремлений пока довольно равнодушен к попыткам молодого человека привлечь внимание к своей скромной персоне. Вода камень точит. Наступит момент, когда можно будет попытаться сделать следующий шаг.

К сожалению, ход событий определяет тот, кто сдает карты, а не тот, кто их принимает!

В один из дней на сцену выступил новый персонаж — Сергей Максимович Громов. И ситуация начала запутываться. Дмитрий сразу прочел в глазах Даши подлинный интерес к коллеге Антона Владимировича. Этот огонек явно отличался от мимолетной сосредоточенности, мелькнувшей во взгляде девушки в день их знакомства на торжестве по случаю юбилея ее отца.

Под ложечкой неприятно засосало. Во рту появилась сухость, а сознание помутилось. Дальше стало еще хуже. Дарья отменила очередную тренировку, сославшись на какие-то неотложные дела. Теперь их встречи стали случайными и нерегулярными. Помимо тенниса, Дмитрий не имел возможности видеться со своей богиней. Несколько попыток расширить территорию совместного времяпровождения не получили положительного отклика. Но, по-видимому, табу относилось только к нему. Дмитрий пару раз случайно натыкался на дочь Антона Владимировича в сопровождении своего соперника в различных присутственных местах. Ревность черной жабой прочно поселилась в сердце молодого человека. Нехватка общения с возлюбленной сводила с ума. Появилась навязчивая идея наблюдать за Дашей на расстоянии. Так он хоть как-то мог компенсировать неудовлетворенный интерес. К сожалению, в скором времени пришлось раскаяться в таком способе коммуникации. Поединок на спортивной площадке между девушкой и Сергеем Громовым закончился для Дмитрия трагически. Черт его дернул последовать к дому после того, как игроки покинули корт. В результате он стал свидетелем, как приятельские отношения дочери Антона Владимировича и его заместителя перешли в интимную плоскость. Такого удара его самолюбие никак не могло перенести. Стоя на крыльце особняка, загипнотизированный стонами милого ему создания, он поклялся уничтожить своего противника.

Задача оказалась не из легких. Ведь все внимание девушки посвящалось сопернику Дмитрия. Тренировки на корте прекратились вовсе. Ситуация еще более усугубилась, когда Даша устроилась на работу в ту же фирму, где работал Сергей. Влюбленные теперь имели возможность встречаться не только на свободной территории, но и в пределах рабочего пространства. И все же тайный воздыхатель девушки не терял надежды исправить положение. Как всегда, на выручку пришла природная наблюдательность.

Дмитрий неоднократно замечал, что Даша обладает повышенной импульсивностью, стремлением к вседозволенности. Все, на что была наложена длань дочери Антона Владимировича, считалось неприкосновенным. Стоило испробовать проверенный веками способ. Что, если объект, который принадлежит, по внутреннему убеждению, только тебе, на самом деле так не считает и допускает вольности в своем поведении?

В памяти всплыла информация о том, что сестра его одноклассницы Людмилы Пархоменко Евгения посещает театральный кружок. Дмитрий поддерживал приятельские отношения с Людмилой. Пару раз он выручал ее деньгами и знал, что девушка не откажет ему в небольшой услуге.

К встрече с одноклассницей и ее сестрой Дмитрий подготовился основательно. Пришлось написать краткий сценарий «спектакля», сыграть в котором вновь испеченный драматург хотел предложить начинающей актрисе. Сюжет не отличался оригинальностью, но в данном случае она и не требовалась. Важен был результат.

Маленькое кафе на окраине города приютило заказчика и предполагаемых исполнителей его планов. После обмена любезностями и приема двух порций коктейля комбинатор осторожно перешел к теме собрания. По мере изложения набросков театральной сценки большие зеленые глаза Евгении становились все шире и в них появился азартный блеск. Живое воображение воссоздало нужные образы поведения действующих лиц пьесы. Девушка начала предлагать детали постановки, и теперь уже Дмитрию пришлось удивляться творческой изобретательности сестры его одноклассницы.

Людмила уловила общую заинтересованность выбранной темы и постаралась извлечь личную выгоду из готовящегося проекта. Она тонко упомянула о трудностях современной жизни, о непомерных ценах и об элементарных потребностях молодых девушек.

К подобному изменению темы разговора устроитель встречи подготовился заранее. После непродолжительных дебатов о красоте и весомости цифр участники совещания ударили по рукам.

Итак, джентльменское соглашение было достигнуто. Теперь успех мероприятия всецело зависел от таланта актрисы. И она не подкачала! Можно сказать, что результат превзошел ожидания. Дочь Антона Владимировича застукала своего кавалера наедине с симпатичной кандидаткой в довольно пикантной обстановке и не смогла простить ему подобных вольностей.

Встречи Даши с Громовым резко оборвались. Правда, девушка по-прежнему оставалась недоступной для ее тайного поклонника. Но лиха беда начало! Требовалось запастись терпением. Ничего, гиена тоже умеет ждать. Рано или поздно жертва даст возможность ее атаковать.

Дмитрий старался как бы невзначай попадаться на глаза девушки — в магазинах, кафе и просто на улице. При этом он не делал попыток заговорить с Дашей. Такая тактика дала положительный эффект.

В один из дней за столик местной забегаловки, служившей пристанищем для сотрудников «Прометея» во время обеденного перерыва, в которую «случайно» забрел и молодой человек, опустилась дочь Антона Владимировича. Дмитрий отметил, что лицо его избранницы осунулось, косметика была наложена неаккуратно, круги под глазами.

Девушке требовалось внимание и участие. Хотелось поплакаться кому-то «в жилетку». Странно, но желание это сделать возникло почему-то именно при виде спокойно поедавшего омлет сына друга ее отца. Конечно, Даша не собиралась раскрывать душу случайному знакомому в связи с произошедшей с ней драмой. И все же…

Дмитрий тактично предложил ей прогуляться. Какая-то непонятная сила внутри заставила принять скромную идею недавнего напарника по корту. Молодые люди покинули кафе и медленно побрели по отходящей от бизнес-центра пустынной улице. Он что-то ей говорил, она рассеянно слушала. Через какое-то время Даша начала реагировать на тирады своего спутника, высказывать собственные суждения. А еще немного погодя речь собеседников стала живой и непринужденной. Когда Дмитрий к концу обеденного перерыва подводил девушку к «Прометею», вознаграждением ему было обещание возобновить тренировки уже в ближайшую субботу.

Их отношения вошли в новую фазу. Это Дмитрий ощутил при первой же встрече. Раньше Даша произносила предназначенную для Дмитрия реплику, попутно занимаясь другими делами и не наблюдая за тем, какое воздействие она оказывает на оппонента. Теперь дочь Антона Владимировича смотрела в глаза своего поклонника, пытаясь вникнуть в смысл темы, которую они обсуждали. Иногда молодые люди спорили, увлеченно доказывали друг другу принципиальность занимаемой позиции.

Девушка явственно ощущала магнетизм, исходивший от ее нового приятеля. Наполненная сложными оборотами речь завораживала, заставляла внимательно слушать нетипичные для простого обывателя точки зрения. Кроме этого, Даша давно уже почувствовала истинное отношение Дмитрия к своей персоне. Женщина знает, когда ее любят, как, впрочем, знает, если происходит и обратное.

Ответных чувств, к несчастью для Дмитрия, девушка не испытывала. Несомненно, он стал для нее дорог и в чем-то незаменим. Но назвать это любовью не поворачивался язык. Как ни печально, но Даша поймала себя на мысли, что до сих пор любит Сергея. Несмотря на то обстоятельство, что в сердце мужчины прочно обосновалась очаровательная манекенщица.

Сны девушки были тяжелыми и тревожными. Подсознание рисовало несбыточные картины с участием ее бывшего возлюбленного. Просыпаться не хотелось. А когда это происходило, она желала, чтобы сон стал явью. Но рядом с ней теперь находился совсем другой человек, который страстно ей поклонялся и добивался взаимности. В какой-то момент Даша утратила чувство реальности.

После вечеринки у своей подруги Анжелики изрядно поднабравшиеся молодые люди очутились в квартире Дмитрия. Девушка вспомнила похожий вечер, проведенный в компании Сергея. Она облокотилась о подоконник, и приятные сцены прошлого заботливо окутали неясное сознание. За окном пылала звездная ночь. Дрожащие пальцы нежно коснулись ее плеч. Даша повернулась и очутилась в объятиях Дмитрия. Повинуясь какому-то бесконтрольному импульсу, она позволила самым несбыточным мечтам поклонника воплотиться в действительность. Нетерпеливые руки увлекли ее вниз, стали лихорадочно срывать с безразличного тела одежду. Девушка покорно обняла за талию склонившегося над ней мужчину и, отдаваясь ему, живо представила, что все это происходит с Сергеем Громовым…

Лучи солнца безжалостно пытались пробиться через ресницы. Даша повернулась на другой бок. Полураскрытые глаза выхватили сидящего на краешке кровати человека. Девушка приподнялась на локте и обнаружила расположенный неподалеку специальный столик с излучавшей аромат чашечкой кофе и круассаном. На прикроватной тумбочке в хрустальной вазе грациозно застыли нежные розы. Дмитрий с сияющими глазами протягивал ей какой-то небольшого размера футляр. Даша инстинктивно натянула одеяло на голое тело к самому подбородку. Интуиция высказала предположение, что находится внутри. И не ошиблась. Роскошный перстень с изумрудом покоился на синем бархате.

Почему-то именно в этот момент в сознании всплыла последняя встреча девушки с Сергеем в компании со своей новой спутницей. Их радостные лица, беззаботный смех. Чувство оскорбленного самолюбия и холодной отрешенности до краев наполнило душу. Даша вымученно улыбнулась и протянула любовнику руку. Непослушными пальцами Дмитрий водрузил символ на положенное ему место. Казавшаяся недавно несбыточной мечта внезапно вдруг превратилась в реальность.

Последующие месяцы напоминали голливудский кинофильм: роскошная свадьба, медовый месяц, трудоустройство в компанию тестя, дальнейшее продвижение по службе. Казалось, что желать больше нечего.

И все же во всей этой феерии Дмитрий Александрович Ларионов не ощущал подлинного счастья. Крепость, которую он упорно пытался покорить, пала. Даша стала его женой. Одновременно с этим он чувствовал дистанцию, девушка не пускала супруга в свой внутренний мир. Иногда муж перехватывал задумчивый, обращенный в пустоту взгляд. Дмитрий готов был поклясться, что заполнявшие в этот момент голову его жены мысли к нему никакого отношения не имели.

А вскоре вскрылась и причина такого поведения. Однажды ночью кошмарный сон нарушил отдых Дмитрия. Он повернулся на другой бок и попытался вновь очутиться в царстве Морфея. Но капризное божество не торопилось удовлетворять желание страждущего. Как оказалось, сновидения в эту ночь посетили не только мужа, но и жену. Даша тяжело дышала и даже всхлипывала. В какой-то момент Дмитрий явно расслышал слова: «Но почему, Сережа?» Девушка задвигалась и открыла глаза. Супруг, наоборот, их закрыл и притворился спящим.

Впоследствии он несколько раз становился свидетелем подобных сцен. Вывод напрашивался только один: Даша не забыла прежнего любовника. Не забыла, несмотря на то обстоятельство, что Громов встречался с другой девушкой. Казавшееся погасшим пламя ревности и ненависти разгорелось с удвоенной силой. Внутренний голос неистово призывал устранить опасного соперника. К сожалению, этот голос перекрывал доводы рассудка о том, что заместитель Антона Владимировича не является для Дмитрия конкурентом, поскольку сердце топ-менеджера занято очаровательной моделью.

Ларионов проанализировал наиболее вероятные варианты решения проблемы и остановился на профессиональной карьере Сергея Максимовича. Работа, которой он тяготился и на которую он устроился, чтобы находиться рядом с Дашей, могла создать необходимую почву для расстановки капканов на беззаботного и любвеобильного зверя.

Громов занимал в компании высокий пост. Но последствия серьезных ошибок персонала, возглавляемого заместителем директора, могли распростирать свои щупальца до самого верха. Когда один за одним начнут нарушаться контракты, заключенные «Прометеем», первый, кому придется принять удар, будет менеджер, гарантирующий нормальное функционирование вверенного ему направления деятельности. То есть Сергей Максимович Громов. Конечно, следовало позаботиться и о себе, чтобы не «сгореть» вместе с «недобросовестным» руководителем. Обложиться оправдательными документами. Когда проколы службы логистики станут предметом тщательного расследования, организованного внутри фирмы, нельзя допустить, чтобы «крайним» оказался Дмитрий Александрович. И надо, разумеется, периодически обрабатывать жену и тестя. Ненароком подкидывать им информацию о большой загруженности отдела логистики, о бездействии Громова, о возможных нарушениях условий договоров поставки со стороны «Прометея». Когда случится «пожар», они вольно или невольно вспомнят, что подобная ситуация уже давно назревала…

10

Бесконечный день близился к своему завершению. Глава компании «Прометей» наблюдал через полуоткрытое окно, как свинцовые тучи затягивают вечерний горизонт. Дыхнуло холодом. Стал накрапывать мелкий дождик. Переменчивая погода оставила неизменными блуждающую на тонких губах Антона Владимировича насмешливую улыбку и ироничный взгляд. Поводом для такого настроения послужил состоявшийся недавно с заместителем по логистике и закупкам откровенный разговор. Михайлов давно к нему готовился и даже прокручивал в голове текст заготовленной речи. Не хватало причины, чтобы излить скопившуюся желчь в адрес объекта своего недовольства.

«Хорошую» новость принес зять. Со слов Громова, сам же и явившийся непосредственным виновником срыва поставки энергооборудования фирме «Уютный дом». Но это версия заместителя. Пусть ею и тешится. Антон Владимирович разложил перед подчиненным узость подобного мышления, произнес заранее отрепетированный доклад о роли руководителя, о масштабах видения скрытых проблем, возникающих при осуществлении производственных процессов, о правильной работе с персоналом.

В качестве доказательств показал заму докладную записку Ларионова о чрезвычайной загруженности персонала в отделе логистики. Посетовал на осведомленность Громова о таком плачевном положении дел и его бездействие. Тому-то, конечно, крыть нечем, факты налицо.

Сказал — и сразу полегчало! Отпустило тупую боль, притаившуюся в области левого предплечья и доставляющую дискомфорт на протяжении нескольких месяцев. Да и как не появиться этому неприятному ощущению, если единственная дочь стала похожа на гонимую ветром бескровную тень?

Все-таки насколько неисповедимы твои пути, Господи? Казалось, человек, которого он, Антон Владимирович Михайлов, уже практически видел на месте мужа Дарьи, на поверку вышел обычным любителем острых ощущений. А жаль… Чего уж скрывать, себе-то признаться можно. Сергей Громов очень даже ценный работник и харизматическая личность. Умеет брать на себя ответственность и доводить взятое дело до конца. За последние годы участие «Прометея» в закупках и последующая логистика смогли вывести компанию со среднего неприметного уровня в высшую лигу.

Недосмотр с поставкой «Уютному дому» — мелочь, незначительное препятствие, к тому же уже и устраненное самим Громовым. Пожурить своего зама, конечно, стоило, но настоящей злости не получилось. Не тот масштаб нарушения, ерунда, чушь. Хоть зять и старается сгустить краски, но подоплеку инцидента видно сразу. Серьезного урона репутации Сергея Максимовича она не нанесла. А Дмитрию, вместо того чтобы поливать грязью начальника, самому не мешает подрасти в профессиональном плане. Одобрение Михайловым действий вновь испеченного родственника на людях — показушничество, причем не очень-то и прикрытое. Лучше бы думал о внуке, время бежит, никто из нас моложе не становится. Да и дочку надо по-настоящему отвлечь от мрачных мыслей. Несмотря что разрыв с Сергеем произошел достаточно давно, Антон Владимирович с болью в сердце не раз замечал отрешенность своего единственного отпрыска от внешнего мира. «Прежняя» Даша куда-то пропала. И никто не может сказать куда. Очевидно одно: брак с Дмитрием оказался не в состоянии зачеркнуть прошлое. Ларионов помог выйти дочери из эмоционального кризиса. За это ему огромное мерси. Но в состоянии ли союз держаться только на такой тонкой ниточке? Отец интуитивно ставил под сомнение подобную перспективу. Время расставит все по своим местам. Главное — счастье Даши. Ладно, пора собираться домой…

Михайлов закрыл окно и неторопливым шагом покинул кабинет.

Сергей остался удовлетворенным разговором с шефом. В какой-то момент он уловил, что владелец фирмы устроил ему выволочку больше для «галочки», нежели по причине подлинного недовольства работой своего заместителя. Даже «подножка» в виде докладной записки Ларионова ему, Громову, об аврале в отделе не вызвала у Михайлова подлинного и масштабного негодования. Пригодились прежние заслуги и результативная работа. Так держать! Одновременно с этим заместитель главы «Прометея» уловил в словах своего руководителя немой упрек и горечь, вызванные отнюдь не претензиями к качеству работы.

Внутренний конфликт с руководителем назревал давно. Причина для Громова очевидна — прекращение отношений с дочерью Антона Владимировича. Причем истинные обстоятельства, предопределившие расставание, наверняка Михайлову неизвестны. Ослепленный ревностью разум девушки не позволил ей разобраться в ситуации, свидетельницей которой она невольно стала. Отсюда и результат: Громов — ловелас, негодяй и пропащая душа. Какому отцу приятно как ни в чем не бывало контактировать с таким человеком, пусть даже и по рабочим вопросам. Да никакому. Но нужно выдвигать претензии объективно. А до случая с «Уютным домом» заместитель директора своего шефа не подводил. Поэтому подлинная сила в выплеснутом на него Михайловым гневе отсутствовала. Просто глава «Прометея» воспользовался первой же возможностью поддеть своего подчиненного и дать ему понять, что и на солнце случаются пятна. И рассудок Сергея Максимовича такой агрессии не воспротивился, разрешил недовольному родителю освободить досаждающую ему боль.

В процессе беседы Громов внутренним чутьем уловил: Антон Владимирович не осведомлен о нарушении других контрактов. Это следовало из его поведения. Значит, Ларионов приберег «горяченькое» для более подходящего момента. Если Власов не проговорится, то Дмитрия Александровича ожидает весьма неприятный сюрприз. Порох, заготовленный для выбранной жертвы, взорвется в руках самого охотника.

Следующий рабочий день начался на приподнятой волне. Недавно вскрытые проколы с договорами и проведенная «работа над ошибками» смогли изыскать дополнительные ресурсы для более тщательного изучения руководителем поступающих к нему документов. Открылось второе дыхание. Посвежевший взгляд ясным соколом порхал со страницы на страницу. Паркер безжалостно выделял притаившиеся в приказах, письмах и договорах ошибки. Недосказанностям и неточностям — бой! Тем более явным ляпсусам подчиненных.

Договор с крупным заказчиком — компанией «Меридиан» — содержал условие о поставке продукции партиями в течение десяти дней с момента поступления заявки покупателя. При этом в приложении к контракту содержалась иная информация. Комплектующие изделия подлежали доставке в конкретные календарные даты. Явное несоответствие!

В проекте приказа на него, Громова, возлагалась обязанность обеспечить через месяц тарой предстоящие поставки оборудования от одного завода-изготовителя, не обременившего себя заботой наладить выпуск собственной упаковки. Но по договоренностям с фирмой, согласившейся заполнить данный пробел, тара ожидалась не ранее чем через два месяца. Паркер прямо на проекте приказа прописал разработчикам документа неприятную ижицу. Пусть внимательно читают протоколы переговоров!

Севостьянов в конкурсной заявке нечетко описал опыт «Прометея» в поставках оборудования на территории иностранных государств. Отправь письмо в таком виде — и можно спать спокойно. Устроители конкурса отложат заявку в сторону. Не ради праздного любопытства им понадобились такие сведения. Сергей Максимович поставил в правом верхнем углу титульной страницы размашистую резолюцию об уточнении важной информации.

Бурную деятельность заместителя директора прервал приход его приятеля — Владимира Малозова. Начальник службы безопасности, как всегда безупречно одетый, расположился в предложенном ему владельцем кабинета кожаном кресле. Владимир без обиняков сразу перешел к цели своего визита.

— У меня для тебя краткий отчет о происшествии на складе. Могу поупражняться в красноречии, но, думаю, бумага без лишних эмоций передаст основные факты имевшей место ситуации. — Малозов протянул Сергею соединенные степлером несколько листов.

— Любопытно, любопытно, посмотрим, — произнес Громов, принимая документ.

Суть отчета сводилась к следующему. Злополучный автокар числился за работником «Прометея» Егором Степановичем Селивановым. С самого утра сотрудник развозил по складу поступавшее без конца оборудование. Наступило обеденное время. В этот час Селиванов всегда ездит трапезничать к себе домой. Вчерашний день не стал исключением. Так получилось, что незадолго до перерыва спецтехнику загрузили под завязку. Водитель доставил оборудование к конечной точке своего пути и отправился обедать. В письменных объяснениях Селиванов практически не сомневается, что перед уходом поставил автокар на ручной тормоз, но руку на отсечение класть не станет.

Данный сотрудник характеризуется положительно. Стаж работы более десяти лет. Имеет благодарности от руководства склада и почетную грамоту, врученную самим Михайловым. В сомнительных делах не замечен, к какой-либо ответственности не привлекался.

Осмотр места расположения автомобиля выявил интересную особенность. Пол в ангаре имеет небольшой наклон. Для более полной картины происшествия состоялся, так называемый, следственный эксперимент. Загруженный аналогичным образом автокар, не зафиксированный ручным тормозом, спустя пятнадцать минут, сдвинулся с места и начал движение. Необходимо подчеркнуть: интервал времени с момента отбытия работника на обеденный перерыв до момента начала движения погрузчика колеблется от пятнадцати до тридцати минут. Как раз в этот период Сергей Максимович Громов прогуливался с телефоном по складу. Не поленились взять с удерживающего устройства отпечатки пальцев, благо у Малозова сохранились после работы в органах навыки проведения подобных мероприятий. Кроме следов рук Селиванова, посторонних отпечатков не обнаружено. Таким образом, выводы служебной проверки сводились к констатации, что имел место несчастный случай. Соответственно, дело в органы правопорядка рекомендовали не передавать.

Громов облегченно выдохнул.

— Ну вот, я же говорил, что все произошедшее могло быть непредвиденным стечением обстоятельств.

Владимир не поддержал оптимизма друга.

— Это еще ничего не доказывает. Злоумышленник мог надеть перчатки и, не стирая отпечатков Селиванова, осторожно отпустить ручной тормоз.

— Что заставляет тебя так думать? — удивленно поднял глаза на Малозова Сергей. — Кому нужно совершать на меня покушение? Какие мотивы?

— Этого я не знаю, пока… — Начальник службы безопасности сделал паузу. — А сомнения мои строятся на двух моментах. Во-первых, совпадение во времени. Машина пришла в движение как раз в отсутствие водителя. Очень попахивает на осведомленность о распорядке дня Селиванова. А этим знанием могут обладать, вероятнее всего, работники самого склада, ну или, скажем, просто сотрудники «Прометея».

— А во-вторых?

— Водитель с десятилетним стажем ставит автомобиль на ручник автоматически. Такая привычка вырабатывается годами. Для профессиональных шоферов это непреложная истина.

Безапелляционный тон друга заставил Сергея усомниться в первоначально сделанном выводе.

— А насчет возможных мотивов твоего устранения — извини, что я говорю о неприятных вещах — нужно хорошенько подумать, может, причины и вскроются, — подвел итоговую черту под темой «инцидент на складе» Владимир.

— Я тебя услышал и, признаться, до вчерашнего дня подобную мысль поднял бы на смех. Но не теперь.

— Кого-нибудь из коллег не подозреваешь?

— Скажу честно, твой вопрос звучит дико, даже не хочется об этом думать.

— Ну а что ты скажешь о бывшем знакомом Инги Линасе?

— Линас? — с сомнением в голосе произнес Громов. — Я про него и думать забыл. Да и как бы он смог все это провернуть на складе, принадлежащем «Прометею»?

— Не знаю, не знаю. Только следует учитывать, этот человек замешан в криминальных делишках, а люди из данной среды очень изобретательны.

— Инга пропала почти год назад. Линас, наверное, и имени ее не помнит. Не говоря уже обо мне…

— Ну-ну, я предупредил. Только советую не расслабляться, еще одной чертой упомянутых субъектов является их чрезмерная злопамятность и мстительность.

— Понятно, застращал друга, — наигранно рассмеялся Громов. — Давай поговорим о чем-нибудь более приятном или, скажем, полезном. Кстати, тебе не удалось посмотреть договор аренды особняка в Ближнево?

Владимир вытащил из лежавшей у него на коленях папки документ.

— Сделка как сделка, — резюмировал он. — Арендатор ежемесячно до 25-го числа выполняет условие о частичной оплате и в конце пути получает в собственность предмет своих желаний. Чем-то напоминает разработанный в «Прометее» похожий договор аренды.

— У меня сложилось аналогичное мнение.

— Единственное, что я не до конца понял: почему хозяйке не прожить еще один год в России, а затем просто не продать дом? Зачем такие сложности с арендой?

— Как раз по этому поводу имевшие место поначалу и у меня сомнения развеялись. Особняк — это не велосипед, продавать его можно долго и даже не уложиться к намеченной Сойкиной дате отъезда на другой континент, — ответил Громов.

— Наверное, — скептически отнесся Малозов к реплике друга. — Мадам Таинственность еще не приняла решения допустить тебя осмотреть дом?

Так Владимир окрестил Лилию Аристарховну, после того как Сергей со всеми подробностями передал ему разговор, состоявшийся в агентстве.

— Видимо, моя анкета впечатлила старушку, — съехидничал заместитель директора. — Вчера позвонила сотрудница агентства, кстати очень симпатичная, и сообщила, что я могу осмотреть особняк в субботу с шести до восьми часов вечера.

— Слышу заинтересованные нотки в голосе друга. Раз уж ты стал замечать девушек вокруг себя, значит, дела пошли на поправку. Мне даже захотелось взглянуть на объект, который смог тебя заинтересовать.

— Можешь посмотреть. — Сергей протянул Владимиру визитную карточку Юлии. На ней, помимо общих сведений о сотруднице агентства недвижимости, была размещена и цветная фотография девушки.

Малозов тихонько свистнул и затем одобрительно кивнул головой.

— В чем тебе не откажешь, так это во вкусе, — многозначительно произнес начальник службы безопасности.

Настроение Сергея внезапно испортилось. Да, несомненно, девушка из агентства оставила о себе приятное впечатление, но не более. Никаких вперед идущих планов мужчина не допускал даже в мыслях, поэтому его несколько смутила неприкрытая откровенность высказываний приятеля. Машинально он включил вмонтированный в интерьер офисной мебели телевизор. Передавали новости. Диктор извещал о трагедии, произошедшей полчаса назад. Пассажирский самолет, следовавший по маршруту Москва — Рим, упал при заходе на посадку. Погибли все пассажиры и экипаж судна. Как и всегда в подобных случаях, последовали предположения о причинах аварии, соболезнования родственникам погибших и заверения в выплате им соответствующих компенсаций. По экрану телевизора замелькал столбец с фамилиями погибших. В завершении экстренного выпуска диктор отдельно выделил, что среди лиц, находившихся на борту судна, были два духовных лица из Ватикана, крупный московский предприниматель Рогозин и жена генерала авиации Герасимова.

Громов непроизвольно воскликнул.

— Не о том ли Герасимове мне рассказывала Юлия из агентства недвижимости?

— Вполне возможно. Не думаю, что в России найдется хотя бы три генерала авиации, носящих фамилию Герасимов.

Друзья замолчали. Каждый пытался осмыслить трагическое происшествие, поражавшее каждый раз аудиторию своей фатальностью и, как правило, непредотвратимостью.

На столе раздались деловые трели телефона.

— Слушаю, — произнес заместитель генерального директора.

Звонили из расположенного на первом этаже бизнес-центра поста охраны.

— Сергей Максимович, у вашей машины только что видели незнакомого мужчину.

— Как он выглядел?

— Сейчас на улице дождь, очень пасмурно. Мужчина был одет в черный плащ, разглядеть его лицо в камеру не удалось.

— Что он делал у автомобиля?

— Незнакомец прикрепил какой-то лист бумаги к лобовому стеклу.

— Огромное спасибо, я сейчас спущусь вниз.

— Я все слышал, — отреагировал на информацию Малозов. — Пойдем.

Друзья покинули кабинет и на лифте спустились в холл. При выходе из подъемника они столкнулись с входящим в него Гедеминасом Ожонасом, представителем литовской делегации, посетившей вчера склад «Прометея» с рабочим визитом. Громов приветливо протянул руку новому знакомому. Ожонас осторожно ее пожал.

— Какими судьбами? — поинтересовался Сергей Максимович.

— Везу подписанный контракт, — важно объявил делегат.

— Отличная новость, надеемся на долгосрочное сотрудничество с вашей компанией!

— Да-да, — с литовским акцентом произнес представитель заказчика и прошествовал в лифт.

Мужчины стремительным шагом покинули бизнес-центр и направились к находящемуся неподалеку паркингу. Вне пределов офиса действительно господствовало ненастье. Крупные капли дождя с силой ударялись о землю. Сергей и Владимир перешли на бег. Еще не достигнув внедорожника Громова, издалека они уже заметили приколотый к стеклоочистителю белый лист. Бумага изрядно намокла, но все же сумела сохранить помещенное на ней послание. Лист содержал всего несколько слов: «Клоун, скоро я приду за тобой».

Мужчины переглянулись. Малозов пристально посмотрел в глаза Сергею.

— Только не говори, что эта угроза не может исходить от Линаса, — хмуро произнес он.

11

Наверное, у каждого человека есть своя мечта. Должна быть. В противном случае рутина не оставит никаких шансов на движение вперед.

Повседневные дела окружают любого из нас. Мы растворяемся в работе, семье, друзьях. Не всякий спустя годы в состоянии испытывать тот же вкус к жизни, которым он насыщался вначале. Это с одной стороны. С другой — семья, работа, друзья — вечные ценности, признаваемые практически каждым. Без них существование бессмысленно. Без них человек — одинок, несчастен, ущербен. Обычный индивид принимает складывающийся столетиями мировой порядок как естественное положение вещей. Но потребность в остроте, в совершенствовании, развитии остается. Формируются цели. Они подпитывают нас и позволяют жить в согласии и дальше с уже упомянутыми ценностями.

Для Сергея Громова одной из таких целей стала необходимость в собственном безопасном и комфортном пространстве. Не в замке за глухим забором и не обязательно в элитной квартире. В месте, к которому всегда хотелось бы возвращаться. В месте, помимо новомодных современных предметов удобства, обладавшем способностью удовлетворять духовные, социальные, бытовые и прочие желания хозяина такого пространства. К этой цели наш герой пришел не сразу, а точнее, совсем недавно.

Идея сменить жилье по описанной ранее причине впоследствии смогла обрасти и другими мотивами. Фотографии особняка в Ближнево, переданные секретарем своему руководителю несколько дней назад, затронули скрытые до этого момента устремления Сергея Максимовича Громова. Захотелось иметь свой корт, небольшую яхту (благо море находилось в шаговой доступности), уютную беседку для отдыха. Чего пока не хотелось — расставаться с мыслью о любимой девушке. Где-то глубоко внутри еще теплилась надежда на благополучный исход произошедшей трагедии. Сергей не был готов к новым отношениям, каких бы там Владимир ни делал выводов из брошенных его другом ничего не значащих фраз. А этот дом — на него у Сергея имелись особые виды. Загородному чертогу отводилась роль громоотвода, реабилитационного центра. Требовалось восстановиться, прежде всего, конечно, в эмоциональном плане. Кошмарные сны не прекращались и заставляли функционировать нервную систему в аварийном режиме.

Наконец наступила долгожданная суббота.

Громов подъехал к дому в Ближнево чуть позже шести. Сквозь кованую и исполненную в готическом стиле ограду пробивались цветущие ветви черемухи. Ее аромат пропитал неподвижный воздух тихого майского вечера. Вокруг царили безмятежность и умиротворение.

Сергей покинул автомобиль и помог выйти из него Юлии. Накануне визита он предложил сотруднице агентства недвижимости совершить совместную поездку в Ближнево.

— Нет нужды гонять второе транспортное средство, — объяснил Сергей риелтору.

Девушка охотно согласилась.

Не успели молодые люди отойти от «Вольво», как зазвонил мобильный телефон Громова. Определитель номера подсказал, что вызов поступил от представителя компании The Search.

— Добрый вечер, Евгений, слушаю.

Спасатель передал отчет об итогах поиска за неделю. Остановился на некоторых деталях, особенностях контактов с аборигенами. Кратко пересказал заслуживающие внимание подробности бесед с ними.

Разговору откровенно мешал звук ветра. По всей видимости, Евгений осуществлял доклад на борту катера во время движения. Впрочем, суть отчета и так стала понятна. Положительных результатов проводимые мероприятия пока не дали.

— Продолжайте поиск. Буду ждать новостей. — Громов отключил связь и положил телефон в боковой карман плаща.

Юлия обратила внимание на помрачневшее лицо мужчины.

— Что-нибудь случилось? — спросила она.

— Нет, все в порядке. — Громов постарался придать лицу беспечное выражение. — Рабочие моменты.

После прохладного салона автомобиля снаружи сразу стал ощутим перепад в температуре. Сергей скинул плащ и положил его на заднее сиденье машины.

— Жарковато сегодня. Прогноз синоптиков подкачал, — проговорил он. — Ну а вы, Юлия Владимировна, видимо, полагались на интуицию. — Сергей обратил внимание, что сотрудница агентства недвижимости одета только в темный деловой костюм.

Девушка беззаботно рассмеялась.

— Не угадали. За прогнозом погоды я тоже слежу. Просто, когда вы за мной заехали на работу, плащ я решила оставить там.

— Следовательно, после осмотра объекта вас необходимо доставить обратно?

— Если вас не затруднит.

— Нисколько.

Риелтор неторопливым шагом направилась к посыпанной гравием дорожке, приглашавшей визитеров пройти на территорию домовладения. Громов проследовал за агентом. За непринужденной беседой они подошли к краю площадки, естественной границей которой служили различные лиственные деревья. За газоном на ней явно следили. Трава была коротко и ровно пострижена.

— Видимо, это поле для игры в гольф, — бросил на ходу Сергей.

Его предположения подтвердились, когда к ногам Юлии подкатился желтый с черными полосками мячик. Из-за дуба, стоящего на другом конце площадки, в двадцати метрах от дорожки, появился молодой человек в шортах и футболке, с клюшкой для игры в гольф на плече. Он приветливо махнул гостям рукой и энергичной походкой направился в их сторону.

— Это Андрей, приятель племянницы Лилии Аристарховны — Оксаны, — вполголоса пояснила девушка Сергею.

— Здравствуйте, — приветствовал их гольфист. — Как дела, Юлия? Уж вечер на дворе, а вы, как пчелка, все трудитесь и трудитесь, — попробовал он пошутить.

— Рада вас видеть, Андрей, — приветливо отозвалась агент. — Знакомьтесь, это Сергей Максимович Громов. У нас договоренности с Лилией Аристарховной на сегодняшний вечер. Сергей Максимович — возможный покупатель дома, приехал осмотреть особняк.

Мужчины пожали друг другу руки. Сергей отметил тактичное, но при этом сильное рукопожатие молодого человека, которому на вид было не больше двадцати шести лет.

— Я в курсе. — Голубые глаза Андрея озорно блеснули. — Вообще не дом, а цель всей жизни. Ни городской суеты, ни смога. Взамен — море, чистый воздух, возможность в нормальных условиях заниматься спортом. — Новый знакомый с нежностью погладил покоящуюся на левом плече клюшку для гольфа.

Сергей окинул взглядом значительную по объему территорию, оценил ее выгодное расположение и планировку. Ничто не нарушало гармонии и безмятежного существования поселившихся здесь людей. Он кивнул, признавая правоту слов собеседника.

— Жаль будет вскоре всего этого лишиться, — с болью в голосе произнес Андрей, — если, конечно, бабуля все же решится продать имение.

«Бабуля», — улыбнулся про себя Громов. Внутренний голос посоветовал своему обладателю проявить великодушие и успокоить спортсмена.

— Не все так печально. Если вас не обременит мое присутствие, можете и дальше заниматься любимым хобби на период аренды особняка, при условии, конечно, что сделка состоится.

— Вы это серьезно? — удивленно воскликнул Андрей. — Для бедного студента непростительный грех не воспользоваться таким радушным предложением. Взамен готов поддерживать площадку в соответствующем состоянии. Чем я время от времени здесь и занимаюсь. Впрочем, в сторону жалобы — на японской газонокосилке следить за надлежащим состоянием лужайки совсем не трудно, а даже иногда и приятно.

— Ну вот и прекрасно. Вы учитесь?

— На физико-математическом, последний курс.

В диалог мужчин попыталась вставить слово Юлия:

— Думаю, настало время поставить в известность о нашем присутствии Лилию Аристарховну.

— И я это сделаю прямо сейчас, — с подчеркнутой артистичностью отбросив рукой со лба прядь темных волос, проговорил Андрей.

Он достал из бокового кармана шорт мобильный телефон, набрал комбинацию цифр и несколькими секундами позже уже разговаривал по нему.

— Оксана, гости прибыли, через минуту встречайте.

Андрей отключил связь.

— Вас ждут. Не буду мешать беседе, мне еще надо как следует поработать над катящими ударами.

— Всего хорошего, Андрей, — в один голос произнесли Юлия и Сергей и продолжили движение в сторону дома.

По мере приближения к объекту виды, изображенные на снимках, переданных Светланой Громову, начали оживать и обретать свои физические очертания. На мгновение покупателю показалось, что он всегда обитал именно здесь, но по каким-то причинам его вынудили временно оставить это место. Словно направили в длительную командировку. И вот наконец срок ее подошел к концу, и жилец возвратился снова домой.

Созерцание живописной картины прервало появление действительной хозяйки. Навстречу молодым людям на автоматической коляске направлялась Лилия Аристарховна Сойкина. Вслед за ней на расстоянии двух шагов шла симпатичная невысокая девушка, одетая в джинсы и клетчатую хлопчатобумажную рубашку.

Сергею Сойкина напомнила старую хищную птицу, сохранившую природную гордость и осанку, но потерявшую способность оказывать влияние на окружающий мир ввиду своей физической беспомощности. Лишь взгляд выцветших от времени карих глаз обладал неуловимым магнетизмом, заставляющим присутствующих считаться с волей домовладелицы. Бледное лицо Лилии Аристарховны было испещрено множеством мелких и несколькими крупными (возле краешков худых губ и на впалых щеках) морщинами. Надетые на переносицу огромных размеров очки вместе с ниспадающими на лоб и щеки темными волосами закрывали пол-лица.

Сойкина стремительно подъехала к посетителям.

— А, Юлечка, я так рада вас видеть! — воскликнула Лилия Аристарховна. — А это, насколько я понимаю, Сергей Максимович. — Домовладелица заинтересованно посмотрела на стоявшего в метре от нее Громова. — Очень приятно познакомиться.

— Взаимно, Лилия Аристарховна, — произнес Сергей.

— Я внимательно прочитала вашу анкету, молодой человек. Не скрою, карьерный взлет для столь незначительного возраста, а также круг личных увлечений заслуживают, вне всякого сомнения, наивысших похвал.

— Благодарю за комплимент.

— Скажу больше, — продолжила Сойкина. — Выводы, которые я извлекла, изучив анкету, позволяют мне сегодня ставить вопрос о заключении договора, переданного вам Юлечкой. Текст сделки подготовлен хорошо известной в Калининграде юридической компанией «Махеев, Филатов и К» и защищает интересы обеих сторон. Разумеется, свое мнение Сергей Максимович, вы выразите после осмотра дома и его владений.

Громов слегка поклонился.

— Признаться, я очень рад вашему решению.

— Будьте осторожны при осмотре особняка со стороны моря, там иногда погуливает ветер, — предостерегла Сойкина. — Оксаночка, — Лилия Аристарховна подняла указательный палец на правой руке вверх, — прошу тебя, будь гидом для Сергея Максимовича. Познакомьтесь, — уже обращаясь к Громову, произнесла домовладелица, — это моя племянница, Оксана. Настоящее золото. Без помощи Оксаны и ее парня Андрюши мне пришлось бы нанимать армию работников для ухода за собой и имением. В свете предстоящих перспектив поездки в Америку для меня это непозволительная роскошь.

Родственница Лилии Аристарховны приблизилась к Громову. Что-то едва заметное во внешности объединяло племянницу и тетю. Лицо девушки было симпатичным, но в уголках карих глаз застыло выражение властности и некой вседозволенности, что слегка его портило. Прическа Оксаны, выполненная в стиле каре-«растрепки», в совокупности со стройной, даже несколько худощавой фигурой придавала девушке вид чувственности и хрупкости.

— Сергей Максимович, — обратилась к Громову Юлия, — ступайте с Оксаной, а мы с Лилией Аристарховной прогуляемся по парку.

Сергей кивнул головой.

— Пойдемте, — произнесла глубоким грудным голосом Оксана и направилась к открытой, ведущей в дом металлической двери.

Осмотр особняка занял около часа. Провожатая оказалась прекрасным гидом и собеседником и смогла ответить практически на любые вопросы, которые задавал ей Громов относительно предмета продажи.

Внешний вид дома в реальности, открывающаяся из него панорама на Балтийское море, а также планировка и состояние примыкающей к дому территории превзошли самые смелые ожидания Сергея. Стоя на чердаке виллы, Громов с блуждающей на губах легкой улыбкой глядел на безмятежно дрейфующие на море в лучах вечернего солнца несколько яхт. Воображение живо нарисовало ему похожую картину, но только уже с участием самого Сергея.

Итак, все обстоятельства взывали к нему сделать последний шаг в принятии решения о совершении покупки. Он в сопровождении Оксаны прошел в гостиную дома. В помещении находилась только Юля. Агентесса удобно расположилась в кресле и увлеченно просматривала какой-то журнал. Девушка подняла глаза на Громова и с улыбкой на губах негромко произнесла:

— Остались довольны?

При этом фраза прозвучала скорее как утверждение, нежели вопрос.

Сергей удовлетворенно поднял правую руку, сжатую в кулак с устремленным вверх большим пальцем.

Юлия звонко рассмеялась.

— И каков результат?

— Дайте мне десять минут, и я сообщу о своем решении.

Громов присел за находившийся неподалеку письменный столик. Разместил на нем два документа — договор, переданный ему Лилией Аристарховной, а также договор, полученный ранее в агентстве недвижимости. Затем он скрупулезно сравнил две редакции. Оба контракта, вплоть до запятой, соответствовали друг другу. Сергей облегченно вздохнул и со спокойным сердцем поставил на договоре подпись.

— Вас можно поздравить? — раздался за его спиной голос домовладелицы.

Сергей, погруженный в изучение документов, не заметил, как Сойкина присоединилась к небольшому обществу, собравшемуся в гостиной.

— Наверное, правильнее будет сказать — нас! — поправил Громов.

— Вне всяких сомнений, — поддержала его хозяйка имения. — Чемоданное настроение мне уже порядком надоело.

По условиям контракта Сергей мог начать пользоваться особняком через десять дней после его заключения. Этот временной период требовался для перемещения части мебели Лилии Аристарховны в самостоятельное крыло дома, а также для завоза в особняк соответствующей обстановки Сергея.

— Может быть, по бокалу шампанского? — предложила скрепить факт совершения сделки хозяйка имения.

— Большое спасибо, но предпочту только минеральную воду. Впереди еще путь назад, — ответил Громов.

— Уважаю ответственных мужчин, — резюмировала Сойкина. — А как вы, Юлечка?

— А я не откажусь, — живо отреагировала девушка. — Мне тоже сегодня управлять автомобилем. Но до города я только пассажир. За это время хмель выветрится.

Сойкина одобрительно кивнула головой. Как по мановению волшебной палочки, в ее руках оказался изящный колокольчик. Гостиную наполнил мелодичный звон. Из примыкавшей к помещению комнаты появилась Оксана. Племянница Лилии Аристарховны катила рядом с собой сервировочный столик, изящно придерживая его одним указательным пальцем. Самые разнообразные напитки компактно разместились на современном предмете домашнего дизайна.

Оксана обошла каждого из присутствующих и предложила сделать свой выбор. Когда бокалы наполнились содержимым, Сойкина, глядя прямо в глаза Сергею, восторженно произнесла:

— За исполнение желаний!

Громов слегка наклонил голову в знак согласия.

Хозяйка и гости осушили бокалы, после чего Юлия Владимировна и будущий собственник покинули дом в Ближнево.

Молодые люди заняли места в «Вольво». Сотрудница агентства из чисто профессионального интереса попыталась выяснить мнение Сергея о соответствии объекта продажи, отрекламированного риелторской компанией, его реальному состоянию. Кроме этого, ей хотелось услышать впечатление арендатора о Сойкиной, с которой ему теперь придется провести под одной крышей следующие двенадцать месяцев.

— Дом, его местоположение — покорили. Ставлю агентству десятку, не было ничего вымышленного. Что касается домовладелицы — очень корректная, самодостаточная и дальнозоркая дама, — охарактеризовал Громов Лилию Аристарховну. — Жаль только, что здоровье не оставило ей шансов вести более активную жизнь.

— Последствия травмы позвоночника, произошедшей несколько лет назад. Автомобильная катастрофа, — пояснила Юлия. — В ней также погиб ее брат Константин, отец Оксаны.

— Не повезло, — только и смог произнести попутчик. — Кстати, недавно произошла еще одна авария, разбился пассажирский самолет, летевший из Москвы в Рим. Помните, вы мне рассказывали о предыдущем арендаторе особняка, генерале Герасимове?

— Да, конечно. — Лицо девушки напряглось.

— Так вот, по всей видимости, на этом борту находилась супруга военачальника. Случайные совпадения по части однофамильцев крайне незначительны. Все пассажиры авиалайнера, к сожалению, погибли.

— Мне говорили о трагедии, но про жену генерала я не знала.

В разговоре наступила пауза. Тишину нарушил телефон Сергея. Устройство находилось в плаще на заднем сиденье автомобиля.

— Юлия Владимировна, вы не могли бы подать мне плащ?

Девушка отстегнула ремень безопасности и дотянулась до вещи. Потянула плащ к себе. Когда казалось, что дело сделано, телефон выскользнул из кармана и упал на коврик.

— Ой, какая я неловкая. Мне кажется, вам стоит остановить машину, Сергей Максимович. Возможно, это важный для вас звонок.

Как бы в опровержение предложенной версии сигнал прекратился.

— Вот вам и ответ, — рассмеялся Сергей. — Через двадцать минут мы будем у агентства, думаю, дела немного подождут.

Юлия улыбнулась и беззаботно откинулась на спинку сиденья.

— Сергей, извините, что я обращаюсь неофициально, а что вы скажете о племяннице Сойкиной? Правда милая девушка?

Фамильярность вопроса, заданного риелтором, стерла невидимую грань формальности общения между собеседниками. Громов не стал этому противиться. Поэтому на прозвучавшую реплику он постарался ответить в соответствующей манере:

— Ну вот видите, Юля, вы сами и ответили. Она часто бывает у Лилии Аристарховны?

— Возможно, временами она у нее даже и живет. Однажды Оксана со мной разоткровенничалась и рассказала, что ее жизнь с матерью в квартире в Калининграде складывается не совсем удачно. После гибели мужа вдова утешение от утраты все чаще начала находить в бутылке. На этой почве между Оксаной и матерью произошло несколько серьезных скандалов, после которых дочь неоднократно уходила из дома.

— Думаю, Сойкиной ее помощь пришлась ко времени.

— Несомненно. До того как Оксана стала ее опекать, у Лилии Аристарховны после смерти мужа работали пятеро наемных работников: повар, горничная, экономка, садовник и водитель. Все это влетало в хорошую копеечку. Теперь же из этой команды остались только двое — шофер и садовник, а всю остальную работу выполняют Оксана и ее приятель.

За разговором незаметно стемнело. Сергей включил фары. Спустя какое-то время автомобиль выехал на магистраль, и Громов повел транспортное средство на высокой скорости.

Продолжая необременительную для спутников беседу, он поинтересовался увлечениями Юлии вне стен агентства недвижимости. Девушка ответила, что в свободное время посещает бассейн, любит играть в волейбол, а также читает французскую литературу. Из отдельных фраз девушки Сергей сделал вывод о том, что Юлия не замужем.

«Вольво» въехал в город, и Громов доставил агента к месту ее работы.

— Не засиживайтесь до ночи, сегодня суббота, — пошутил он на прощание.

— Только заберу документы — и домой. У нас, риелторов, выходные случаются редко. А завтра у меня два показа объектов.

— Могу вас подвезти, — предложил Сергей.

— Спасибо, но я за рулем. — Юлия кивнула головой на припаркованный невдалеке «Хендэ Солярис».

— Удачи в бизнесе, еще увидимся! — Сергей помахал рукой и отправился к месту своего жительства. В боковое зеркало он заметил, как девушка с улыбкой на лице провожает взглядом удаляющийся автомобиль. Громов тоже улыбнулся и похлопал рукой по лежавшей рядом папке с подписанным договором аренды.

12

— Ну что же ты друга игнорируешь? — Тяжелая рука коснулась плеча заместителя директора.

Сергей обернулся. Его взору предстал Владимир Малозов, неизвестно откуда свалившийся в пустовавшее, как казалось Громову, помещение, ведущее к лифтам бизнес-центра.

— О чем это ты?

— Звонок в субботу, около восьми вечера, — попытался освежить память приятеля Владимир.

В сознании промелькнули воспоминания двухдневной давности. Осмотр особняка в Ближнево, поездка в автомобиле в компании с Юлией и неожиданный звонок.

— Все, вспомнил. Извини, проверить, от кого поступил сигнал, так и не получилось. Я вел машину, а телефон находился на заднем сиденье, в плаще. — Громов коротко передал подробности визита к Сойкиной и о звонке, застигнувшем его в пути.

— Так тебя можно поздравить с приобретением? — Малозов с широкой улыбкой на лице протянул приятелю руку.

Сергей ее пожал и при этом отметил:

— С приобретением пока рановато, но с арендой дома можно. Через неделю начнутся приятные хлопоты по переезду.

— Очень хорошо, помощь какая-нибудь требуется?

— Думаю, нет, а вот на банкете по поводу новоселья твое присутствие обязательно.

— Даже не мечтай, что я откажусь, — в тон другу ответил Владимир.

Громов рассмеялся.

— Отлично сказано. Кстати, у тебя ко мне было какое-то дело в субботу, — напомнил он о звонке.

— Ничего срочного. В среду в городе футбол, в семь, хотел пригласить.

— Кто играет?

— «Балтика» принимает «Енисей». В прошлую встречу наши смогли положить в ворота хозяев три безответных мяча. Теперь «Енисей» жаждет реванша. Думаю, игра предстоит жаркая.

— С удовольствием составлю тебе компанию.

Разговор прервал звук открывающегося лифта.

— Если до среды не пересечемся в офисе, увидимся на стадионе, — бросил на прощание Сергей Владимиру.

Двери подъемного устройства закрылись, и механизм послушно отсчитал этажи.

Заместитель генерального директора прошел в свой кабинет. На письменном столе его ждала стопка обычной рутинной документации.

Сергей Максимович углубился в изучение корреспонденции. Почти сразу он наткнулся на письмо латвийской компании «Промышленная энергетика». Данная фирма закупала передвижные электростанции. В конкурсе участвовал и «Прометей». Организация Громова вместе с двумя другими претендентами — «Литосом» и «Даугэнерго» — прошли отборочную стадию. Шансы «Прометея» на победу расценивались как очень высокие. Несколькими днями ранее состоялось совещание по вопросу выработки стратегии в отношении дальнейших действий при участии в тендере. Сергей отчетливо помнил, что его компания просчитала все варианты развития ситуации.

«Наверное, „Промышленная энергетика“ извещает нас о победе в конкурсе», — пронеслось в мозгу заместителя генерального директора.

К сожалению, он ошибся.

Заказчик сообщал «Прометею», что победителем объявлена организация «Литос». Чуть ниже в письме приводились причины отклонения других участников. Заявка «Даугэнерго» потерпела фиаско, поскольку поставщик предлагал устройства по производству энергии с низкой проходимостью на местности. Случись снабжать током какой-нибудь строящийся объект в дремучем лесу или возле болота, и техника встанет. Какой тогда прок в такой станции? Мало того, что света не будет, так еще замучаешься горе-генератор вытаскивать из глуши. Аргумент следовало признать сильным. На недавно прошедшем совещании Севостьянов указывал на этот момент. И оказался прав.

Причина поражения «Прометея» выглядела более тривиальной. «Промышленная энергетика» благодарила за участие в конкурсе, но тут же подчеркивала, что по условиям закупки ее интересовали мобильные электростанции, работающие не только на бензине, но и на дизельном топливе.

Внутри Громова все оборвалось. В его памяти прекрасно отложилось, как он давал указание Ларионову исправить протокол разногласий, содержащий неточности. Получается, подчиненный проигнорировал поручение своего начальника.

«Недооценил я Дмитрия Александровича», — с горечью подумал Сергей Максимович. «Не только подписанные договоры следовало проверять», — вспомнил он о контрактах с «Блоком М» и «Магнолией».

Претензия «Уютного дома» казалась теперь детской забавой. Когда до Михайлова дойдут подробности провала в закупке, земля загорится прежде всего под ногами Громова. На кону стояло тридцать миллионов! О последствиях пока думать не хотелось. Менеджера переполнял праведный гнев.

Рука самопроизвольно потянулась к кнопке связи с секретарем.

— Пригласите Ларионова немедленно ко мне!

— Хорошо, Сергей Максимович, — отрапортовала Светлана.

Пятью минутами позже кресло напротив Громова занял начальник отдела логистики.

Дмитрий Александрович держался непринужденно, но заместитель главы компании интуитивно почувствовал исходившее от подчиненного напряжение. Вместо приветствия Сергей Максимович подтолкнул в сторону Ларионова письмо «Промышленной энергетики».

Лицо визави оставалось непроницаемым, лишь бегающий взгляд выдавал его волнение. Наконец Дмитрий Александрович поднял глаза на своего патрона.

— Я не совсем понимаю… — протянул начальник отдела логистики.

От подобной наглости Громов чуть не поперхнулся.

— Чего именно? — строго произнес он. — На совещании в селекторной несколько дней назад я отдал вам прямое указание исправить протокол разногласий. Все присутствующие это слышали.

— Извините, я не припоминаю. Речь шла об уточнении коммерческого предложения в отношении сроков поставки продукции. В тот же день измененный документ отправился к «Промышленной энергетике».

На заместителя директора было страшно смотреть.

— За дурачка меня принимаете? А что вы скажете на это? — Громов вынул из ящика стола копии договоров поставки с компаниями «Блок М» и «Магнолия» и положил их перед подчиненным. — Знакомые названия?

Удар получился ниже пояса. Ларионов явно занервничал. Лицо начальника отдела логистики побледнело, губы затряслись.

— Только не надейся, ехидна, продукция ушла покупателям, претензии не выдвинуты, — добил руководитель вредителя.

— Я вас предупреждал о большой загруженности персонала, — начал оправдываться обвиняемый.

— Да? И как вы это сделали? Подсунули записку на подпись вместе с другими документами?

Молчание. Заместитель директора выдержал паузу.

— Знаете, мне непонятны мотивы такого поведения, но, будь моя воля, сегодняшний день стал бы последним вашим рабочим днем в «Прометее».

Дмитрий Александрович поднял на Громова налитые кровью глаза.

— Но вашей воли недостаточно, — с угрозой произнес он.

— Кажется, мое свободное время закончилось, ступайте в свое подразделение! — Сергей Максимович решил не поддаваться на уловки зятя Михайлова и не раздувать вспыхнувший огонь конфликта.

Ларионов стремительно поднялся с кресла и покинул кабинет. Дальше события стали развиваться со скоростью устремляющегося ввысь реактивного самолета.

На столе заработала внутренняя связь. Вызов шел из приемной руководителя компании. Звонила его секретарь.

— Антон Владимирович срочно просит вас подойти.

Не составляло труда догадаться, откуда появилась такая срочность. Сергей Максимович с тяжелым сердцем спустился на лифте на этаж, отведенный под апартаменты Михайлова. В помещении главы «Прометея», помимо него самого, находились начальник службы безопасности Владимир Малозов и начальник отдела кадров Дроздов.

Антон Владимирович начал издалека:

— Как у нас обстоят дела с участием в закупках?

Громов коротко обрисовал картину и привел статистику. Рассказал о выигранных конкурсах, ну и, разумеется, упомянул о неудачах. Таким образом, разговор плавно дошел до ситуации с «Промышленной энергетикой».

— Постойте, постойте, — остановил его Михайлов. — Мы проиграли такой крупный контракт? Так «Прометей» и по миру пойдет. А в чем, собственно, причина? Насколько я помню из ваших прежних докладов, мы успешно преодолели отборочную стадию, а два других участника серьезных опасений не вызывали.

Громов решил не юлить и подать информацию в том виде, в каком она открылась ему.

— Так точно. «Прометей» с наилучшими показателями вышел на финальный этап. Покупателя интересовали два вида мобильных электростанций, работающих на бензине и на солярке, а «Прометей» предлагал только часть упомянутого оборудования. У нас имелась возможность направить заказчику уточнения в протоколе разногласий, но этого, к сожалению, не случилось.

По всей видимости, прозвучали именно те слова, которых только и ждал Антон Владимирович.

— Второй прокол за такой небольшой промежуток времени, — подвел черту глава компании. — И если на ситуацию с «Уютным домом» я могу закрыть глаза, то в случае с «Промышленной энергетикой» последствия слишком значительные. Владимир Андреевич, — адресовал Михайлов вопрос Малозову, — а по вашей линии никаких сведений нет? Возможно, заказчик использовал только формальный повод, а на самом деле все это игры победителя — «Литоса»?

Начальник службы безопасности покачал головой.

— Наше подразделение обладает необходимыми данными о каждом из участников этого конкурса, поскольку на кону стояла весомая цифра прибыли. Переговоров за спиной «Прометея» «Промышленная энергетика» не вела. Заказчику действительно требовались генераторы, передвигающиеся на двух видах топлива, поэтому «Литос» и победил.

— Да, цифра и впрямь заманчивая, — задумчиво повторил за Малозовым Михайлов, — но досталась она, увы, не нам.

Руководитель компании с укоризной посмотрел на своего ближайшего помощника. В кабинете наступила тишина, только еле слышный звук движения секундной стрелки настенных часов нарушал безмолвие. Когда она обежала полный круг Антон Владимирович снова заговорил:

— Значит, так. Вы, Сергей Максимович, учитывая ваши прежние заслуги, отправляетесь на месяц в отпуск. Отдышитесь, наберитесь новых сил, потом поговорим. Дела сдать Севостьянову.

В словах руководителя чувствовались и справедливость, и взвешенность. Ясно, что информацию о провале «Прометея» на конкурсе ему передал Ларионов, ведь письмо «Промышленной энергетики» канцелярия отписала прямо ему, Громову. Не вызывал сомнений и тот факт, что Михайлов осведомлен о роли своего зятя в произошедших за последние дни событиях. По-хорошему проблема решалась элементарно — отстранить мужа своей дочери от процесса логистики и жить спокойно дальше. Но мешал особый статус истинного виновника неудач компании. Значит, убрать нельзя, но и Громова оставить тоже нельзя, поскольку теперь он не гарантирует безопасное ведение деятельности по своему направлению. Ладно, хоть не Ларионов, а Севостьянов заменит заместителя директора на время отпуска…

Все эти мысли за какую-то долю секунды промелькнули в голове «опального» топ-менеджера. В чем-то он без сомнения сходился во взглядах с Антоном Владимировичем. На его месте, возможно, Громов поступил бы так же.

Тем временем Михайлов продолжал:

— Теперь вы, Павел Васильевич… — Фраза предназначалась начальнику отдела кадров. — Сегодня же подготовьте два приказа. Первый об отпуске Сергея Максимовича, второй о возложении его обязанностей на Севостьянова.

— Через час документы будут у вас, — заверил главу компании Дроздов.

— Какие-то вопросы ко мне, господа? — Михайлов окинул взглядом присутствующих.

Последнюю реплику встретило единодушное молчание.

— Все свободны. — Антон Владимирович благосклонно махнул рукой.

По дороге к лифту руководители подразделений не обмолвились ни словом. Каждый пытался переварить принятое решение. Когда Дроздов отправился на лифте на свое рабочее место, Малозов произнес:

— Не впадай в депрессию, шеф в создавшейся ситуации, возможно, принял единственно правильное решение.

Сергей отмахнулся.

— Извини, мне нужно побыть сейчас одному. Поеду домой, дела Севостьянову передам завтра утром.

Владимир хотел что-то добавить к сказанному, но Громов вошел в лифт, заполненный другими сотрудниками «Прометея».

— Увидимся, — кивнул ему на прощание Сергей.

В настоящий момент он действительно нуждался в одиночестве. Следовало привести в порядок переполнявшие его сознание мысли. В трудные минуты именно самоанализ помогал войти в фазу конструктивного поведения. Первое, о чем сообщал внутренний голос: месяц передышки — не так уж и плохо. Можно спокойно заняться переездом в Ближнево. Затем не спеша выработать стратегию во взаимоотношениях с руководителем компании и начальником отдела логистики. Громов очень надеялся, что Михайлов сможет трезво оценить ситуацию и найти верный выход в создавшемся положении.

А эффективное решение, по мнению Сергея Максимовича: Ларионов является помехой в нормальном функционировании направления, связанного с логистикой. Личные мотивы зятя Антона Владимировича вредят не только заместителю генерального директора, но и интересам всего «Прометея». Значит, Дмитрий Александрович должен отойти в сторону.

Тут же внутренний голос выдал неутешительный контраргумент: «А почему ты решил, что покинуть сцену должен Ларионов? Возможно, начальник отдела логистики метит на твое место и чувствует в себе силы возглавить такой ответственный участок работы. Вдруг тесть поддержит родственника и передаст ему бразды правления?»

Ну что же, на самом деле никто еще пока не разглядел подлинного потенциала зятя Михайлова. Сергею доводилось сталкиваться со случаями, когда чей-то любимчик на поверку выходил классным специалистом. Парадокс? Отнюдь. И богатые влиятельные люди заставляют свои чада по-серьезному относиться к профессии, пути, который они избирают. Сам Громов тому пример. Успех к нему тоже пришел не сразу. Пришлось сильно попотеть…

Сергей Максимович вышел из лифта и пересек холл бизнес-центра. В этот час помещение пустовало. Руководитель кивнул дежурному охраннику и покинул здание. На улице ощущался сквозняк. Громов приподнял ворот плаща и неторопливым шагом направился в сторону паркинга компании. Через несколько минут автомобиль заместителя генерального директора отъехал от стоянки.

«Чревовещатель» продолжил свои рассуждения. Итак, мотивы Ларионова. Первое, что приходит на ум, — это обычный карьеризм. Благодаря браку на дочери главы «Прометея» статус Дмитрия Александровича сразу взлетел вверх. Для такого положения должность начальника отдела выглядела более чем скромной.

Почему именно место Громова? Фавориты, обласканные вниманием покровителей, могут получить практически любой пост. Но при этом не должен страдать производственный процесс. Наглядны примеры, когда в организации для поддержания бизнеса на плаву в штат набирают так называемых «рабочих пчел». На них все держится. Убери несколько из них — и фирме конец. Нарушится качество выпускаемых документов, во внешний мир начнут поступать ошибки, партнеры забеспокоятся…

«Пчел» берегут, по крайней мере, их число не должно сократиться до критической отметки. Если это правило соблюдается, на другие должности можно взять и «трутней». Братья, сестры, зятья, кумовья и так далее тоже хотят вкусно кушать, но при этом не очень-то и напрягаться.

Если рассматривать ситуацию в таком ракурсе, Громов, несомненно, «рабочая пчела» и нет смысла отдавать его место другому. Но если это так, значит, интересы господина Ларионова проистекают в ином русле.

«Вольво» затормозил перед перекрестком. Пешеходы и автомобили других направлений устремились через проезжую часть. Цифровое табло светофора извещало, что время ожидания составит одну минуту.

У девочки, переходящей дорогу со своей мамой, из рук вырвался красный воздушный шар. Легкое дуновение ветра подхватило детскую забаву и понесло сферу в сторону находящегося неподалеку фонтана. Громов невольно проследил взглядом за полетом хрупкого создания. Судьбу шарика вскоре решила высокая пышная липа, в кроне которой и запутался «путешественник».

Под деревом располагалась скамейка, приютившая двух молодых людей, оживленно беседовавших друг с другом. Что-то знакомое промелькнуло в чертах девушки. Сергей присмотрелся и, к своему удивлению, узнал в ней Дашу — дочь Антона Владимировича. Лица мужчины он не видел, но почему-то интуитивно почувствовал, что это не Дмитрий Ларионов.

«Кажется, не только я отсутствую в рабочее время в офисе», — подумал он.

На светофоре загорелся зеленый свет, и картину, невольным свидетелем которой Громов только что стал, сменила другая.

Внутренний голос не смог не съехидничать по поводу увиденного, и неумолимо выдал: «Ларионову не интриги на работе надо плести, а лучше наблюдать за своей женой».

Сергей не стал развивать подобную мысль: «Меня это не касается».

Монолог возобновился.

Кроме карьерных мотивов, логика не могла нащупать какое-нибудь мало-мальски разумное объяснение причин поведения начальника отдела логистики. При этом Сергей доверял своей интуиции, а она ему намекала, что в действиях противника кроется совсем другой смысл. Как вывести оппонента на чистую воду, заместитель Михайлова пока не знал, но дал себе обещание обязательно это выяснить.

С чувством неудовлетворенности он доехал до района города, в котором жил, поставил на стоянку автомобиль и направился к своему дому.

Как правило, на это занятие уходило примерно пятнадцать минут. Город развивался. Там, где раньше находились уродовавшие лицо мегаполиса пустыри, выросли элитные особняки и симпатичные дома экономкласса. Небольшие пространства возле возведенной недвижимости заполняли так называемые «мелкомоторные» предприятия: торговые павильоны, автомобильные стоянки, спортивные площадки. Среди всей этой густонаселенной массы своеобразной отдушиной выступали парки, скверы и аллеи. Через один такой зеленый оазис и пролегал путь Громова.

В этот дневной час сквер выглядел одиноким. Только на одной скамейке пожилой мужчина просматривал газету. Когда основная протяженность парка осталась позади, негромкий свист остановил Сергея. Из-за массивного тополя вышли трое мужчин. В одном из них он безошибочно узнал Линаса, с двумя другими Громов раньше не сталкивался.

— Не забыл меня, клоун? — с угрозой в голосе произнес Линас, и на его правой руке блеснул кастет. — Пришло время за все ответить…

Похоже, предположения начальника службы безопасности о том, что листок бумаги с угрозой к стеклу «Вольво» на паркинге «Прометея» прикрепил именно Линас, самым неприятным образом только что подтвердились. Использование в обоих случаях одного и того же циничного выражения вряд ли являлось совпадением. Вкупе с присланным на сайт обещанием скорой расправы в период активных поисков Инги данная догадка практически превращалась в уверенность.

— Да в чем, собственно, дело? Какие у тебя проблемы? — Громов попытался мирным путем взять под контроль создавшуюся ситуацию.

— Послушайте, — Линас сделал полуоборот к своим сообщникам, — этот клоун еще спрашивает.

Сергею стало понятно, что столкновение неизбежно, и поэтому начал медленно отступать к находившейся за его спиной березе, возле которой валялась небольшая палка.

— Ты увел у меня девушку, ублюдок, — зловещим голосом прошипел Линас. — И не мог о ней даже нормально позаботиться. Я бы вернул Ингу, но теперь ее нет. Настало время расплаты…

— Поиски Инги до сих пор не прекращены, — прервал «обвинителя» Громов. — Никто ее мертвой не видел. А покинула она тебя еще задолго до того, как познакомилась со мной, а ты этого даже и не заметил. Покинула, потому что не хотела связывать жизнь с человеком, находящимся на полулегальном положении…

Казалось, что логически построенная отповедь Сергея сейчас взорвет побагровевшего от ярости противника. Не найдя что возразить по существу, Линас принял боксерскую стойку и начал приближаться к Громову.

— Этим полулегальным положением я сейчас и воспользуюсь. Мажюлис — слева, Вилкас — справа, — скомандовал он.

Стало понятно, что лидером троицы является Линас. Мужчины послушно принялись выполнять указание вожака.

Обороняющийся не смог не оценить оригинальности только что прозвучавших в пустынном сквере имен. Как-то, отдыхая после рабочей недели в кафе «Счастливое мгновение», Сергей и Инга разговорились о красоте литовской культуры, об обычаях и традициях этого небольшого, но самобытного народа. Коснулись они и имен. Таким образом, Громов знал, что «Мажюлис» означает «маленький», а «Вилкас» — «волк». Второй из мужчин действительно походил на упомянутое животное. Тонкие заостренные черты лица, пронзительный сердитый взгляд. Того и гляди укусит! А вот над его подельником природа явно подшутила. Под два метра ростом, мешковатый и широкий, как двустворчатый шкаф, — назвать мужчину маленьким при всем желании не поворачивался язык.

Как и у его предводителя, на правой руке Вилкаса посверкивал кастет. В распоряжении Мажюлиса находилось еще более грозное оружие — велосипедная цепь.

Троица полукругом начала приближаться к занявшему оборону Громову.

За плечами Сергея было шесть юношеских лет, проведенных в секции по боксу. Ему нечасто впоследствии приходилось на практике применять опыт, приобретенный на тренировках. Однако навыки все равно сохранились. И когда выброшенная Линасом рука с надетым на нее кастетом приближалась с огромной скоростью к лицу Громова, Сергей, уклоняясь влево, нырнул под нее и, молниеносно распрямившись, выдал нападавшему мощный апперкот[20] в челюсть.

Линас всхлипнул и, подобно спиленному на лесоповале дереву, рухнул под ноги находящегося рядом Мажюлиса.

«Маленький» всецело завладел вниманием бойца-одиночки. В воздухе замелькала велосипедная цепь. Громов едва успевал уворачиваться. Не приходилось сомневаться в том, что Мажюлис уже не раз применял страшное оружие на практике. Четкие механические движения руками, смена чередующихся стоек убеждали в этом. Для такого объемного телосложения стремительность атаки нападающего выглядела просто поразительной. Сергей никак не мог приблизиться к противнику, чтобы пресечь яростный штурм.

«Нужна защита», — мелькнуло в его мозгу.

Громов отпрыгнул к березе и схватил лежавшую возле нее палку. Затем он резко поднял оборонительное орудие над собой. И вовремя. Долей секунды позже на протектор черной змеей с пронзительным свистом намоталась велосипедная цепь. Не давая противнику опомниться, Громов с силой дернул палку на себя.

Острая боль пронзила руку Мажюлиса.

— Keiksmas, — по-литовски выругался верзила и выпустил цепь.

Пока Сергей разбирался с Мажюлисом, Вилкас смог незаметно подкрасться в тыл к обороняющемуся. Мощный удар обрушился на спину Громова. Тот отлетел на три метра вперед. Развернулся и получил второй удар в плечо от того же нападающего. Теперь на земле оказался Сергей. Он попытался подняться, но в этот момент к атаке присоединился Мажюлис. Линас по-прежнему находился в отключке.

«Маленький» навалился на Громова всей своей массой и прижал его руки к земле, а Вилкас смог усесться на него сверху. Положение следовало признать безнадежным.

Над головой поверженного блеснул кастет. Громов невольно зажмурился. Прошла секунда, но ничего не происходило. В наэлектризованной атмосфере прозвучали два резких щелчка. Захват рук прекратился, а тело другого противника безвольной массой сползло вбок. Сергей открыл глаза и увидел перед собой улыбающуюся физиономию Владимира Малозова.

— Все-таки мы не договорили, пришлось тебя догонять, — пояснил друг.

13

Вид сверкающего на витрине колье завораживал, не давал возможности думать о чем-то ином. Проходящие мимо ювелирного магазина женщины невольно вздыхали. Бурное воображение не стеснялось в подборе вариантов применения драгоценности. Раут, вечернее платье, негромкая классическая музыка… Остановись, мгновение. Для восемнадцатилетнего юноши, расположившегося в кафе на противоположной стороне улицы, колье играло совсем другую роль. Через несколько недель компания из шести молодых людей, включая его, Линаса, отправлялась в Испанию. Подружка главного заводилы группы подростков Томаса, Раса, обмолвилась о своем сокровенном желании посетить монастырь Эскориал, находящийся вблизи Мадрида. Уже год как девушка обучалась в Вильнюсской академии искусств средневековой архитектуре и живописи. Изящные предметы всецело завладели вниманием неофита[21].

«Для того чтобы ощутить истинную силу творений гениальных создателей, необходимо лично их лицезреть и где-то, если это возможно, даже потрогать руками», — наставляли девушку опытные педагоги.

Повинуясь магическим словам учителей, Раса, как только закончился семестр, принялась обрабатывать Томаса. Идея отправиться в Испанию родилась сама собой. Монастырь Эскориал являлся жемчужиной мировой архитектуры. Его строительство началось в XVI веке по указанию короля Филиппа II в честь победы, одержанной над французскими войсками при Сент-Кантене во Фландрии. В настоящее время средневековый памятник стал хранилищем целого собрания работ знаменитых художников различных европейских школ: Босха, Тициана, Веронезе, Антона ван Дейка и других. Для начинающего искусствоведа посещение столь величественного места могло послужить причиной подлинного перерождения личности и укрепления сознания в правильности выбранного им пути.

Томаса не пришлось долго уговаривать. Отношения молодых людей находились на пике своего развития. Бойфренд не испытывал материальных затруднений и старался ублажить любые прихоти Расы.

Таким образом, согласие было получено. Когда радостная новость долетела до ближайших подруг девушки, Виталии и Эгле, последние не захотели оставаться в стороне. Приятель Томаса Херкус, имея богатых родителей, также поддержал идею Расы. Более того, он предложил после посещения монастыря отправиться на несколько дней на Ибицу[22].

— Испания знаменита не только памятниками истории, но и местами отдыха. На острове крутая тусовка, там мы оттянемся по полной, — мотивировал он.

Виталия, девушка Херкуса, энергично захлопала в ладоши.

— Я всегда мечтала оказаться на Ибице!

Томас и Раса не возражали продолжить культурную программу развлечениями.

Эгле выжидательно посмотрела на Линаса, с которым начала встречаться недавно. Молодой человек, в отличие от своих друзей, не имел за плечами надежного финансового тыла, но старался ни в чем им не уступать. Такая конкуренция длилась между подростками со школьной скамьи.

Линас понимал, что решение поехать в Испанию уже принято, его мнение не остановит основную группу компании. А вот отказ… Скорее всего, его отношениям с Эгле придет конец. Шестнадцатилетняя девушка — красавица и к тому же неглупая — привыкла к соответствующему уровню обхождения. Такая поездка не оставит ее равнодушной и, возможно, позволит перерасти еще чисто платоническим отношениям в более близкие.

Словно угадав мысли дружка, Эгле погладила руку Линаса.

— Мы ведь можем позволить себе небольшую роскошь. Хочется развеяться… — Девушка многозначительно посмотрела прямо в глаза бойфренда.

Судьба молодого человека решалась именно в эту минуту. Не имея свободных денежных средств, Линас понимал, что ему придется «продать душу дьяволу», чтобы обеспечить путешествие в Европу. Ни у родителей, ни у знакомых, кроме Томаса и Херкуса, занять денег он не мог. Но обратиться за помощью к друзьям по его жизненным принципам означало показать слабость и несостоятельность в решении трудных задач. Линас невольно вспомнил недавний разговор в молодежной тусовке. Местные байкеры, с которыми поддерживал контакт и приятель Эгле, делились информацией о способах добычи средств, чтобы «покурить травку». Линас не имел, к счастью, данного пристрастия, но к разговору дружков все же прислушался. Долговязый парень по имени Жинтарас, не стесняясь, поведал, как он за треть цены продал барыге семейное столовое серебро. Юноша в красках обрисовал процедуру торгов с менялой и упомянул, где данный торговец «сомнительных товаров» проживает. Сведения как-то сами собой осели в сознании Линаса. И вот теперь «отложенная в сторону» информация запросилась наружу. Еще не понимая способа реализации, он принял решение о поездке в Испанию. В отношениях с Эгле нужно делать прорыв и брать инициативу в свои руки.

На многозначительную реплику подружки Линас не менее загадочно ответил:

— Конечно, в отличие от увлечений Расы, мы можем заняться чем-нибудь более интересным.

Казалось, девушка уловила тонкий намек приятеля и решила не останавливаться:

— Можешь не сомневаться…

На ювелирный магазин он наткнулся случайно. Его старому байку требовалась замена покрышек, а самый лучший выбор колес мог предложить специализированный супермаркет, расположенный в восточной части Клайпеды. Туда Линас и направился на родительской «Мазде». Вскоре покупка заняла положенное место в багажнике автомобиля. Линас уже запустил двигатель, когда его взору предстали трое: пожилая женщина, по всей видимости владелица магазина, и средних лет пара.

В руках мужчины находился небольшой сверток. Он горячо благодарил продавца за сделанную скидку. Спутница мужчины вся светилась от счастья. Нетрудно было догадаться, что покупка предназначалась ей. Хозяйка магазина проводила пару до припаркованной неподалеку машины и, удовлетворенная совершенной сделкой, вернулась в свои владения. Оказалось, что в помещении в это время находились еще несколько посетителей. Продавец возобновила консультации. Во всей только что промелькнувшей перед Линасом картине его заинтересовал небольшой нюанс.

С позиции, занятой молодым человеком, магазин просматривался как на ладони. Наблюдатель отметил, что, пока хозяйка занималась одними покупателями, показывала им драгоценности, упаковывала их, другие продолжали разглядывать заинтересовавшие их изящные вещицы. Планшеты с кулонами, перстнями, колье, часами и прочим, выставленные обходительным продавцом перед посетителями, на время совершения сделки на свое прежнее место не возвращались. Во всей этой обстановке чувствовались персональный подход и внимание к каждому из потенциальных покупателей. Не сомневался Линас и в том, что выставленные напоказ сокровища застрахованы. Он слышал, так делают все ювелиры. Ведь ограбление могло поставить жирный крест на дальнейшей судьбе предприятия.

Змей-искуситель стал нашептывать Линасу нужные слова. План операции возник в его голове легко и непринужденно. Последний шаг в принятии решения подтолкнуло сделать осознание того факта, что владелица магазина слегка подслеповата. На задаваемые ей посетителями вопросы она каждый раз наклонялась к выставленным напоказ драгоценностям и начинала прикасаться то к одному предмету, то к другому. Покупатель уточнял, какая конкретно вещица его интересует. Тогда движения продавца становились четкими и недвусмысленными.

Самые броские экземпляры ювелирных изделий покоились на витрине. Линас обладал фотографической памятью и запечатлел в своем сознании наиболее ему понравившиеся работы. Следовало выяснить хотя бы приблизительную стоимость украшений. После получения необходимой информации станет понятен масштаб готовящейся кражи. Вся «процедура» должна занять несколько секунд. Каждое дополнительное мгновение на месте преступления многократно увеличивало риски угодить в капкан. Магазин располагался в людном месте: тут тебе и кафе, и павильон по продаже покрышек, и турагентство. Один неверный ход — и прощайте планы на будущее!

Во избежание подобных последствий Линас принялся ежедневно прогуливаться неподалеку от объекта. Исследованные в интернете каталоги сориентировали по стоимости украшений. Для достижения цели достаточно добраться до красовавшегося на витрине колье «Ривьера». Выполненное из однородных драгоценных камней, плотно прилегавших друг к другу, ювелирное изделие создавало иллюзию струящегося водного потока. Отсюда и название. У Линаса отсутствовали специальные познания, чтобы сравнить подлинное украшение с экземплярами, размещенными в каталогах. Не знал он и о цене, которую ему сможет предложить скупщик «сомнительного товара». Если новость о краже разлетится по городу, стоимость колье резко понизится. Не исключалось, что фарцовщик вообще откажется купить драгоценность. Поэтому действовать требовалось оперативно. Добыл трофей — и сразу продал.

Наблюдения Линас начал с изучения режима работы ювелирного магазина. Этому занятию он посвятил неделю. Хозяйка — пониа[23] Можейка (ее фамилия располагалась на вывеске под названием заведения) — приходила за полчаса до открытия своего частного предприятия. Пожилую даму сопровождал мужчина лет тридцати, очевидно родственник. Он поднимал жалюзи на окнах и дверях, отключал сигнализацию, которая срабатывала в момент проникновения в помещение, и выполнял иные мелкие поручения своей спутницы. Затем мужчина уходил. До полудня в работе магазина ощущался полный штиль. В это время каждый посетитель находился под зорким наблюдением продавца.

После двух движение на улице оживлялось. Входная дверь небольшого предприятия начинала открываться чаще, и хозяйка распределяла свое внимание на общее количество присутствующих, стараясь угодить каждому.

Примерно еще через час в магазин заходил полицейский. Страж порядка окидывал павильон профессиональным взором, шептался пару минут у прилавка с владелицей магазина и, удовлетворенный полученной информацией, удалялся. Посещение блюстителя закона заставило неровно биться сердце молодого авантюриста. В этот момент Линас в сотый раз задавал себе вопрос: а стоит ли его настырность в самоутверждении тех последствий, которые наступят, будь он пойман? Тогда разум подростка словно застилало пеленой, откуда-то из тумана возникало видение. Эгле лежала на безупречно белом песке на фоне безмятежного моря и подзывала его к себе. Он послушно приближался к девушке… За то, чтобы мираж превратился в действительность, Линас гнал мрачные мысли о возможной поимке.

В пять магазин понии Можейки превращался в оживленную торговую точку. Посетители сновали туда-сюда постоянно. В это время в него возвращался родственник хозяйки и помогал ей в обслуживании клиентов. Линас пришел к выводу, что данное обстоятельство является серьезным препятствием для совершения кражи вечером.

По итогам недельного наблюдения похититель набросал план ограбления. Наиболее предпочтительным временем для визита в ювелирный павильон следовало признать период с момента отбытия из магазина полицейского и до возвращения в него родственника понии Можейки.

Теперь стоило подумать о действиях внутри помещения и о путях отхода. Линас понимал, что каждое движение просчитать невозможно. Следовательно, где-то придется импровизировать. В случае если обстановка не позволит ему реализовать намеченный план, его, как это ни печально, нужно выбросить из головы. Даже прелести Эгле не стоили лет изоляции за решеткой.

Предприимчивый мозг принялся прокручивать возможные варианты развития ситуации в момент совершения кражи. В каждом из них Линас пытался нащупать сильные стороны и создать механизмы защиты, если в намеченный сценарий проникал фактор неожиданности. В мире фантазий любому препятствию находились способы решения проблемы. Но сможет ли он так легко преодолевать барьеры в реальных условиях?

Подходящее место для своего байка Линас обнаружил неподалеку от магазина понии Можейки. Тихая второстепенная дорога уходила вглубь промышленного района Клайпеды. Такую проскочишь и не заметишь. Территория возле проезжей части в основном пустовала. Таким образом, вопрос с парковкой решался просто.

Настало время определиться с датой. До намеченной поездки в Испанию оставалось чуть более двух недель. Со своей подружкой Линас виделся практически ежедневно. Мысли Эгле полностью поглотило предстоящее путешествие. Девушка с воодушевлением рассказывала Линасу о сделанных покупках, о конкурсе купальников, который они вместе с Расой и Виталией недавно устроили. Энтузиазм беспечной бабочки передался и ему.

«Пора», — сказал он себе.

Во вторник около половины четвертого дверь павильона понии Можейки раскрылась и впустила в помещение молодого мужчину, брюнета, с тонкими усиками на лице, в очках, одетого в кожаную куртку и джинсы. Несколько полноватый для своих лет, посетитель медленной походкой прошествовал к стенду с колье и ожерельями. В ювелирном магазине в это время находились еще трое посетителей. Владелица драгоценностей по мере своих сил старалась угодить каждому. За весь день торговля принесла предпринимателю мизерную прибыль от продажи пары серег и обручальных колец. Такие случаи происходили регулярно, и Гинтаре Можейка к ним привыкла. Знала она и то, что незадавшийся с утра день может в любой момент измениться к лучшему. Не стоит только унывать. Появление в павильоне нового посетителя добавило ей чувства уверенности в своих способностях уговаривать клиентов совершать покупки понравившихся им перлов.

— Что угодно понасу[24]? — как можно любезнее произнесла она.

— У нашего руководителя, женщины, скоро юбилей. Коллектив решил не скупиться на подарок. Большинство мнений коллег сошлось на колье или ожерелье. Меня интересуют наиболее удачные ваши вещицы. Еще, если позволите, я хотел бы их сфотографировать, чтобы, так сказать, показать сослуживцам товар лицом, — немного запинаясь, проговорил молодой человек.

— О, понас пришел по адресу! — воскликнула хозяйка магазина. — У нас прекрасный выбор ожерелий, бус и колье. Могу я вам показать?

— Если вас не затруднит.

Гинтаре Можейка стала доставать с внутренних горизонтальных и вертикальных витрин планшеты с драгоценностями. Свои действия она сопровождала краткими комментариями:

— Бусы жемчужные, стеклянные, металлические. Бюджетный вариант, пользуются наилучшим успехом у публики.

Посетитель скептически поцокал языком, что, по всей видимости, служило призывом продолжать демонстрацию изделий.

— Ожерелья и колье из граната, аметиста, опала огненного и гелиодора. Обратите внимание на оправу, тонкая работа. А какая игра камней…

Действительно, выложенные на прилавок пять или шесть произведений ювелирного искусства, засверкали невообразимыми оттенками белого, золотого, красного, синего цветов. Другие посетители салона понии Можейки невольно переключились с изучения предметов, ради которых они пришли в магазин, на драгоценности, выставленные перед молодым мужчиной.

Линас — а это, как, несомненно, вы уже догадались, был именно он — выглядел по-настоящему заинтересованным представленной ему коллекцией изящных изделий. Измененная внешность придавала приятелю Эгле чувство уверенности. Пока задуманная им операция проходила по намеченному плану. В принципе, два или три колье, разложенные на прилавке, по своей стоимости могли заменить «Ривьеру», красовавшуюся на витрине. Но взять незаметно несколько предметов или только один — разница существенная. Замешкаешься — и можно писать письма родителям из мест не столь отдаленных. Поэтому он подавил в себе искушение остановиться на уже достигнутом и решил продолжать.

— Великолепно! — адресовал Линас комплимент Гинтаре Можейке. — Могу я посмотреть их поближе?

— Конечно, конечно. — Хозяйка павильона начала по очереди отстегивать от планшетов зафиксированные тонкими металлическими нитями ювелирные изделия.

В это время голос подал один из посетителей салона:

— А не могли бы вы мне показать еще другие часы?

Продавец мгновенно переключилась на поступивший сигнал. Она оставила в руках Линаса аметистовое ожерелье и пошла выполнять просьбу другого клиента.

— Я сейчас вернусь. — Гинтаре Можейка цепким взором окинула фигуру мужчины.

— Не волнуйтесь, пока вы ходите, я пофотографирую украшения, — успокоил ее Линас.

— Прекрасно.

Через минуту показ драгоценностей возобновился.

— Обратите внимание на мерцание камней, — уговаривала владелица частного предприятия неискушенного, на ее взгляд, в вопросах оценки предметов изящности парня. Казалось, что он уже подошел к той черте, за которой следует согласие на сделку.

— Наверное, я купил бы все вами предложенное. Глаза разбегаются. К сожалению, последнюю точку в принятии решения поставят мои коллеги. И прежде, чем покинуть ваше заведение, скажите, пожалуйста, следует ли мне увидеть еще что-то стоящее?

Хозяйка на секунду задумалась, посмотрела прямо в глаза Линасу и неуверенно произнесла:

— Конечно, есть еще эксклюзив, он выставлен на центральной витрине салона. Но эти вещи, вы сами понимаете, стоят на порядок больше.

— Замечательно. Думаю, никто из моих коллег не захочет слишком разоряться на подарок. Поэтому фотографии украшений и приложенный к ним ценник обратят самых оптимистичных в пользу более бюджетных вариантов.

Такой аргумент понравился понии Можейке. В руках продавца появился маленький ключик, которым она открыла дверцу витрины. Взору Линаса предстали колье «Ривьера», выполненное из среднего размера бриллиантов, и рубиновое ожерелье.

С уст владелицы салона уже слетали первые слова восхищения в адрес извлеченных сокровищ, когда дверь салона открылась и впустила внутрь супружескую пару. Посетители замешкались на входе, что вынудило хозяйку павильона переключить свое внимание на новых клиентов. Она с улыбкой на лице подошла к ним и поинтересовалась целью визита. Одновременно с этим Гинтаре Можейка старалась не выпускать из поля зрения остальную аудиторию ее небольшого магазина. Вид увлеченных изучением драгоценностей покупателей успокоил даму. Она проводила чету к дальнему концу помещения, на витрине которого располагались изделия из серебра, и стала предлагать понравившиеся им вещи.

Дверь вновь подала сигнал. Продавец отреагировала на звук. К ее удивлению, на входе в магазин никого не оказалось. Тогда она поняла, что аудитория салона не увеличилась, а, наоборот, убавилась. Пониа Можейка извинилась перед последними посетителями и поспешно направилась к оставленным ею недавно клиентам. Какое-то недоброе предчувствие охватило женщину. Интуиция подсказывала, что первым необходимо проверить молодого человека, которому она только несколько минут назад представила на обозрение шедевры своей коллекции.

По мере приближения к покупателям чувство тревоги начало усиливаться. Взгляд никак не мог нащупать среди немногочисленной публики запечатленную в сознании хозяйки полноватую фигуру мужчины. Сердце несчастной оборвалось, когда все самые худшие подозрения неожиданно подтвердились — покупатель исчез. Гинтаре Можейка уже знала, чего она не увидит на снятом с центральной витрины магазина планшете. От первоначального вида экспозиции не осталось и следа. Рубиновое ожерелье по-прежнему покоилось на темном бархате, но оно одно не могло заменить ранее созданного на демонстрационном стенде художественного образа. Основная деталь картины — колье «Ривьера» — растворилась вместе с расторопным ценителем прекрасного…

Линас заставлял себя не бежать. Драгоценность лежала в кармане, дело «выгорело», оставалась последняя часть плана — подальше убраться от ювелирного салона. Когда казалось, что цель достигнута, незримая судьба приготовила похитителю новое испытание. Путь, который лежал к спасительному байку, внезапно оказался отрезанным. Неторопливым шагом к магазину понии Можейки направлялся известный молодому человеку полицейский. Откуда он взялся у павильона в неурочное время, Линас не знал. Ноги грабителя сами повернули в противоположную сторону. Стражу порядка такой маневр показался странным. А учитывая, что происходил он у дверей Гинтаре Можейки, следовало немедленно разобраться в ситуации.

— Постойте, — окликнул полицейский Линаса.

Паника охватила приятеля Эгле. Он бросился бежать. В это время из салона показались его хозяйка и несколько посетителей.

— Держи вора! — наполнилась улица криками негодования.

За спиной послышался жуткий топот. К счастью, навстречу Линасу никто не шел. Оставался призрачный шанс оторваться от преследователей. Полноценному бегу мешали необходимые в магазине элементы конспирации. На асфальт полетели очки и надувной жилет. Это сразу помогло, расстояние между участниками необычного кросса увеличилось. Однако Линас понимал, что преимущество исчезнет, как только они приблизятся к какой-нибудь оживленной улице. Требовалось срочно найти тихое место. Он свернул в незаметный переулок и прибавил ходу. Через несколько мгновений характерный звук снова появился за спиной. Впереди показался широкий просвет.

«Проспект Бальтиес. Мне конец», — мелькнуло в мозгу похитителя.

Внезапно к топоту бегущих присоединился скрежет тормозов автомобиля. Послышались проклятья. По всей видимости, из-за узости проезжей части машина стала опасной помехой для мчащихся за вором людей. Линас слышал, как транспортное средство на большой скорости приближалось к нему.

«Ну вот и все…» Он обреченно остановился.

В опровержение его догадки дальше произошло совсем иное. Автомобиль резко затормозил. Дверь рядом с водителем распахнулась.

— Прыгай, — послышался требовательный голос.

Молодой человек повиновался приказу. Через мгновение черный «Мерседес» оставил далеко позади себя группу незадачливых преследователей…

Линас искоса наблюдал за спасителем. Мужчина, около сорока лет, темноволосый, с пикантной заостренной бородкой, худощавый. На немые вопросы, исходившие от испуганного паренька, водитель коротко бросил:

— Не надо слов.

Автомобиль проехал еще два квартала и остановился у небольшого сквера.

— Счастливого пути. — Добрый самаритянин протянул Линасу визитку.

Пассажир покинул «Мерседес».

— Я никогда этого не забуду, — благодарно произнес он на прощание.

— Сочтемся. — Машина растаяла в пелене начинающегося дождя.

Линас медленно побрел по парку. Рука в кармане нащупала кусочек картона. Он достал визитку и прочел на ней: «Йонас Лотус. Финансовая помощь». Ниже располагался номер мобильного телефона.

В тот же день он сумел избавиться от колье. Скупщик долго торговался, но продавец не снижал цену. В результате бойфренд Эгле получил нужную для путешествия сумму, а вместе с ней вскоре он достиг и другой своей цели, терзающей его уже несколько месяцев, но непреодолимо манящей. Возвращаясь из Испании покорителем «вершины», Линас перестал мучиться иногда долетавшими до его сознания приступами совести. Пропуск к прелестям Эгле стоил того, чтобы пойти на дерзкое ограбление.

В дальнейшем судьба не раз вносила коррективы в его жизненные планы, но случай с «Ривьерой» стал своеобразной отправной точкой в изменении восприятия окружающего мира. Кража колье наложила неизгладимый отпечаток на последующую линию поведения молодого человека. Вкус запретного, однажды попробованный им, не смогли перебить никакие другие стимулы. Перед Линасом открывалась проторенная радеющими родителями дорожка к карьере бухгалтера, а затем и менеджера по продажам. Но увы… Такая жизнь его не устраивала. Хотелось адреналина и власти. В результате он не получил мало-мальски серьезного образования, а сошелся в молодежной среде с такими же отщепенцами.

На развлечения компании требовались средства. Семейный бюджет, как единственный доступный источник дохода, быстро закрыл свой кредит. Оставалось найти новый канал поступления финансов. Простодушный парень с диссонирующим с его природными габаритами именем Мажюлис («маленький») предложил угнать соседский «Вольво». Великан поведал, что машину ставят где попало, а ей всего три года. Другой член «объединения», Брониус, поддержал идею и открыл приятелям известный ему транзит по сбыту автомобилей.

Тем же вечером «дебют» компании увенчался успехом. «Вольво» доставили по нужному адресу, а через три дня друзья получили свой первый гонорар.

Как известно, успех окрыляет. Предложение об очередном угоне поддержали все семеро участников банды. Потенциальными объектами краж стали не старые еще машины, владельцы которых, то ли по случайности, то ли по привычке, не удосужились запереть транспортные средства. Час расплаты за легкомыслие наступал очень скоро.

Деньги потоком потекли в карманы новоявленных бизнесменов. Они обзавелись собственным автопарком, в том числе трейлером. На нем дерзкие мошенники доставляли «трофеи» до фарцовщиков.

В отделения полиции регулярно поступали заявления от несчастных хозяев, лишившихся средств передвижения. «Слава» об орудовавшей банде облетела Клайпеду. Теперь товар «не валялся» на дороге. Автомобили должным образом запирались, ставились на платные стоянки и обеспечивались иными способами защиты.

Группе авантюристов требовалась переквалификация. В этот момент проявились организаторские способности Линаса. Он предложил угонять элитные иномарки. Кто-то из подельников попробовал возразить, но сам взамен ничего лучшего предложить не мог. Поэтому решили попробовать. Первой «жертвой» стал «Сааб» известного предпринимателя, имевшего в городе несколько ресторанов. Среднего роста, с необъятным животом, свидетельствовавшим либо о непомерном аппетите, либо об имевшем место внутреннем заболевании, мужчина ежедневно совершал обход своих владений. В каждом из заведений он проводил около часа. Пока бизнесмен общался с управляющими ресторанами, автомобиль находился под бдительным наблюдением водителя, бывшего профессионального боксера. Казалось, толстосуму не о чем беспокоиться. Но так не считал Линас.

В один из дней к скучающему в «Саабе» охраннику подбежал одетый в униформу швейцар и сообщил, что его хозяину стало плохо. Вдвоем они рванули к дверям заведения. В холле ресторана державшийся рядом служащий указал пальцем на второй этаж и коротко прокомментировал:

— Босс наверху, с ним управляющий.

Ничего не подозревавший водитель один продолжил путь и без предупреждения вторгся в кабинет. Его взору предстал находившийся в добром здравии шеф, обсуждающий с подчиненными насущные вопросы деятельности своего предприятия. Резкий звук отъезжающего от здания автомобиля вскоре объяснил причину столь неожиданного появления шофера на проходящем при закрытых дверях совещании.

Удача сопутствовала группе молодых негодяев. Вернее, она являлась результатом тщательно продуманных Линасом операций, мастерски исполненных другими членами банды. Клайпеда стала мала для ведения избранного угонщиками «бизнеса». К очагам нападений вскоре присоединились Вильнюс и Каунас. Проколы случались редко, и они никогда не приводили к поимке дерзких похитителей. На протяжении нескольких лет многие автовладельцы лишились своих четырехколесных «друзей». По Литве пролетел грозный слух об изобретательных налетчиках.

В какой-то момент Линас, единодушно признанный подельниками главарем, ощутил дуновение опасности. Ни одна из последних трех попыток похитить автомобили не увенчалась успехом. Более того, полиции стали известны некоторые приметы двоих угонщиков (Мажюлиса и еще одного члена группировки — Вилкаса), практически накрытых на месте преступления. Только тщательно налаженные пути отхода позволили избежать поимки. Этих двоих отправили в «вынужденный отпуск». Но данная мера не решала проблем группировки. Вновь требовалась смена деятельности, хотя бы временная.

Линас задолго до наступления кризиса начал подготовку к такому моменту. Он понимал, что невозможно безнаказанно длительно «таскать мед из разъяренного улья».

На вечерней сходке предводитель выложил перед дружками новый план.

Словно крысы перед волшебной дудочкой, приятели Линаса, вдохновленные открывающимися перспективами, зачарованно слушали своего главаря. Принципиальные возражения отсутствовали. Некоторым не терпелось «обкатать» теорию на практике уже сегодня. Поражали простота и одновременно смелость очерченной схемы. Все понимали, что план долго не просуществует, но его реализация могла принести высокие дивиденды за короткий срок. Самое главное, новая сфера деятельности и прежнее ремесло не имели взаимосвязи. Никто не станет искать виновников случившегося среди угонщиков элитных иномарок. При удачном стечении обстоятельств такой бизнес имел шанс удержаться на плаву в течение полугода или даже целого года. За это время шумиха вокруг похищения автомобилей уляжется.

Разработанный Линасом план был оригинален и при этом удивительно прост. Такси подъезжает к пассажирам на вокзале, в городе, где угодно. Внешний вид клиентов должен излучать состоятельность и при этом не вызывать опасений. В машине устанавливается специальная непроницаемая перегородка, отделяющая водителя от других участников поездки. Такси отправляется в путь, и через какое-то время в салон подается усыпляющий газ, который перестает действовать примерно через час. За это время пассажиров доставляют в подготовленное заранее место (заброшенный дом, пустынный сквер) и освобождают от денег и ценных вещей. Очнувшиеся от забытья жертвы направляются кто домой, а кто-то и сразу в полицию.

В течение следующего месяца схему применили семь раз, и каждый раз удачно. Доход оказался меньше, чем от продажи иномарок, но тоже достаточно весомым. Наиболее алчные члены шайки считали, что операция не доводится до конца. Основная прибыль находилась на банковских картах попавших в западню пассажиров. Следовало добыть сведения о пин-кодах.

Линас высказался против подобных затей. Продолжение операции многократно увеличивало риски возникновения непредвиденных ситуаций. Мнения членов банды разделились. Лидером второй половины выступил Брониус. Он призывал попробовать вытрясти из клиентов нужную информацию и затем сравнить уровень доходов.

Линас категорически возражал. «Вытрясти» означало применение физической силы. Во-первых, мошенники не могли точно спрогнозировать поведение жертвы в такой ситуации. Во-вторых, давление на органы правопорядка со стороны пострадавших возрастет многократно. В завершение предводитель группировки выдвинул условие: если отдельные участники считают предложенный ими план более удачным, необходимо разделиться и дальше идти каждому своим путем.

Категоричность перспективы смутила Брониуса, и таким образом голос недовольных затих. Для устранения зазвучавшей в коллективе какофонии Линас предложил на следующий день совершить новый экс. Тогда он еще не знал, что планируемая операция повлечет за собой кардинальные перемены в дальнейшей судьбе и самого генератора идей, и других членов банды.

В три часа Вилкас отправился на поиски клиентов. Как и всегда, внешность водителя изменили, поскольку только данное лицо вступало в контакт с пассажирами и именно его черты затем фигурировали в заявлениях ограбленных горожан, обратившихся в полицию. Примерно через час к заброшенному двухэтажному дому на окраине Клайпеды подъехало такси. В салоне в бессознательном состоянии находились мужчина и женщина. Тела жертв аккуратно перенесли в помещение. Туда же доставили и багаж — три кожаных чемодана. С губ главаря уже слетала команда приступить к обыску, когда что-то знакомое показалось ему во внешности мужчины. Клиновидная бородка, темные волосы… Желая проверить свою догадку, Линас извлек из внутреннего кармана куртки пассажира паспорт. Секунду спустя возникшее подозрение самым неприятным образом подтвердилось. Йонас Лотус. Вот при каких обстоятельствах им снова пришлось пересечься! Признаться, не такой представлялась ему подобная встреча…

— В чем дело, Линас? — прервал размышления предводителя Брониус. — Ты словно привидение увидел!

— У меня для вас плохие новости, — медленно проговорил вожак. — Мы не будем трогать этих людей.

— Почему, объясни?

— Если коротко, вот ему, — Линас кивнул в сторону мужчины, — я очень обязан. Однажды он спас мою шкуру.

— Ты взгляни на пальцы цыпы, — не успокаивался Брониус. — Только на них три брюлика, а что находится в сумочке и чемоданах — даже представить страшно.

— При первой же возможности я компенсирую вам упущенное.

— Да мы даже не знаем, что упускаем, — все больше распалялся оппозиционер.

Глухой рокот прокатился и со стороны еще двоих участников группировки, разделявших взгляды Брониуса. Трое других встали за спину Линаса, тем самым выражая верность своему патрону. Всем присутствующим стало понятно, что раскол неизбежен.

— Можете и дальше осторожничать и собирать крошки со стола, я ухожу. — Брониус решительно направился к выходу из здания. Его сторонники последовали за своим новым боссом.

Линас посмотрел на оставшихся. Ни сожаления, ни малейшего колебания он не заметил. Настроение главаря внезапно улучшилось.

— Ну что же, такой финал закономерен. Пойдемте, рассадим этих двоих по машинам. Вилкас, Мажюлис, отвезете даму по указанному ею при посадке адресу. Отсюда недалеко. Действие газа продлится еще полчаса. Высадите леди на скамейку неподалеку от дома и проследите, чтобы никто не унес ее багаж. Мужчину отвезу я сам.

Через пять минут автомобиль с попутчицей Йонаса Лотуса отправился в обозначенное место. Линас выждал немного времени и завел двигатель. Он сильно волновался перед предстоящим разговором. Как не крути, получалось, что вместо благодарности за избавление от тюрьмы молодой преступник оказал своему спасителю «медвежью услугу».

Вынужденный попутчик стал подавать первые признаки жизни на заднем сиденье. Водитель напряженно всматривался в его лицо. Глаза Йонаса Лотуса по-прежнему оставались закрытыми, только руки пришли в легкое движение. В таком состоянии автомобиль проехал еще пять минут. Внезапно сильные пальцы сдавили горло Линаса.

— Куда ты меня везешь, мерзавец?

Вместо ответа послышался хрип. Лотус ослабил захват.

— Потише, приятель, — смог выдавить из себя водитель. — Через мгновение я все объясню.

— Тебе придется это сделать, — с угрозой произнес пассажир.

Линас в двух словах передал содержание их предыдущей встречи, состоявшейся четыре года назад. Подробности изложенных событий не оставляли ни капли сомнения в правдивости слов говорившего.

— Вот так дела, — горько усмехнулся Лотус. — Опасным вы бизнесом занимаетесь, мальчики. Кстати, а куда подевалась Ада, моя спутница?

— Думаю, сейчас она уже дома. Не переживайте, с ней все в порядке, и с багажом тоже.

— Очень хотелось бы в это верить.

— Йонас… Я могу вас так называть? Мне чертовски жаль, что вместо благодарности вы попали в неприятную ситуацию.

— Ты даже не представляешь в какую, — без особой злости в голосе отозвался Лотус. — А известно ли тебе, что Ада — мой заказчик и сегодня мы направлялись на деловую встречу обсуждать детали предстоящей сделки? Теперь я не уверен в продолжении нашего делового контакта.

— Как я могу исправить положение? — От отчаяния Линас был готов рвать на себе волосы.

— А ты очень хочешь?

— Все что угодно!

— Похвально. Мне нужно подумать. Скажу одно: мой совет — завязывай с подобными делишками. Телодвижений много, а риску в десять раз больше.

— Я сам об этом подумываю, но идей пока ноль.

— Что ты заканчивал?

— Только школу.

Лотус присвистнул.

— Сколько с тобой еще подельников?

— Сегодня утром нас было семеро, а теперь только четыре.

— Какой-то конфликт? Расскажи, я хочу поближе тебя узнать.

Линас нехотя ответил:

— У нас произошел раскол, другая половина нашей группы считала, что мы должны выбивать из клиентов информацию о пин-кодах, ведь основные средства находятся на банковских картах.

— Следовательно, ты возражал против такого предложения?

— Категорически.

— Какие основные мотивы?

— Можно нарваться на большие неприятности со стороны как пассажиров, так и полиции.

— Вижу, в твоей голове все-таки есть мозги. Без этого условия наше дальнейшее сотрудничество — пустая трата времени.

— Что это значит? — Последняя фраза Йонаса содержала в себе скрытый намек.

Лотус усмехнулся.

— Я рад, что ты считываешь ход моих мыслей. Недавно один человек отошел от дел, с которыми связана и моя деятельность. Хочу предложить тебе заполнить вакансию. Непыльную, но требующую деликатности и вдумчивости.

Предложение сменить род занятий вызвало легкую тахикардию[25] в груди молодого авантюриста. Рассудительный внутренний голос давно уже ему намекал на никчемность и бессмысленность собственного существования. Каждая следующая операция, связанная сначала с угонами, а затем и с нападениями на пассажиров, могла опустить его на самое дно социальной лестницы, без видимых впоследствии перспектив на будущее. Психология дешевого гангстера, с избытком захватившая сознание Линаса несколько лет назад, постепенно выветрилась, уступив место более зрелому взгляду на вещи. Нет, он не собирался сменить риск на одухотворенный мир университетских аудиторий. Но и жить, гоняясь за автомобилями и кошельками ничего не подозревающих граждан, ему больше не хотелось. Предложение Лотуса попало в самую точку.

— Что я должен делать? — с энтузиазмом отозвался Линас.

— Кажется, мои слова нашли отклик, — заинтересованно посмотрел на молодого человека таинственный пассажир. — Завтра позвони мне, телефон прежний. Кажется, мы подъезжаем.

Действительно, за разговором они добрались до нужного адреса. Линас помог поднять багаж до дверей квартиры Йонаса Лотуса, после чего попутчики расстались.

В эту ночь он долго не мог заснуть. Все ворочался и думал о роде занятий своего нового знакомого. Ключевые слова «финансовая помощь» на визитке, однажды переданной ему Лотусом, носили слишком абстрактный характер. Но и означали тоже многое. Какое-то шестое чувство подсказывало Линасу вести себя осторожно. Обстоятельства, при которых они познакомились, наводили на мысль, что сфера деятельности Йонаса может оказаться отнюдь не безобидной. Далеко не каждый протянет руку помощи человеку, преследуемому полицейским. Тут либо личные счеты с законом, либо… закон преступается, поскольку лицо живет по иным понятиям. В поисках ответа Линас забылся тяжелым сном.

Как показали дальнейшие события, его догадки оказались отчасти верными.

Первые лучи солнца прокрались в комнату. Линас мгновенно проснулся. Утренний кофе и неизменный кроссворд быстро настроили на позитивный лад. Он с нетерпением дождался десяти часов и набрал магический номер.

Казалось, на том конце провода только и ждали его звонка. Лотус поднял трубку и коротко произнес:

— Приезжай.

Разговор состоялся в полутемной гостиной. С первых же слов Линас понял, что хозяин квартиры скрупулезно и взвешенно делится заранее подготовленной информацией. Такой подход нисколько не удивил посетителя. Ведь они совсем не знали друг друга.

— Сферы моего бизнеса разнообразны, и, возможно, позже я расскажу о них, — начал Йонас. — Сегодня же речь пойдет о конкретном деле.

Линас заерзал в кресле, выражая всем своим видом крайнюю степень внимательности.

— Среди прочих занятий мною осуществляется деятельность микрофинансовой организации. Ссужаю деньги под определенный процент.

— Ростовщичество?

— Именно. В центре Клайпеды располагается мой офис. Туда обращаются клиенты, и там заключаются все необходимые сделки. Недавно произошел инцидент, после которого мне пришлось уволить управляющего офисом.

Линас вопросительно посмотрел на Лотуса.

— Какая-нибудь растрата?

— Ты угадал. Управляющий пользовался средствами организации и подписывал договоры в своих интересах.

— Кажется, я начинаю понимать…

— Все верно, на этом месте должен находиться проверенный человек. Как, потянешь?

Линас задумчиво потер переносицу.

— Что я должен делать?

— Заключать сделки, следить за исполнением контрактов, вести работу по получению займов назад.

— Выбивать долги?

— Скажем так: напоминать забывчивым клиентам о необходимости вернуть заем. Кстати, я не возражаю, если к этой работе ты привлечешь своих подручных. Как видишь, и они не останутся без дела.

— Занятно, занятно… — протянул Линас, не веря открывающимся перед ним перспективам.

— Сразу предупреждаю, что все действия, связанные с применением силы, предварительно должны согласовываться со мной. Никакой самодеятельности.

— Можно с этого места немного поподробнее?

— Конечно. В моей команде люди разных призваний. Имеются и юристы. При возникновении долга прежде всего мы обращаемся в суд, а затем к приставам. Если законные средства исчерпаны, а ссуда не возвращена, наступает очередь применения иных мер.

— Один нескромный вопрос. Как до сегодняшнего дня истребовался долг после завершения легальных процедур?

— Разумеется, я имею связи с коллекторскими агентствами, но многое в их работе меня не устраивает, в том числе и сумма гонорара.

— И последний момент. На какое вознаграждение можем рассчитывать я и мои компаньоны?

— Для начала — процент от заключаемых сделок и десять процентов от суммы долга, возвращенного от забывчивых клиентов.

Линас пока плохо представлял масштабы финансовой империи Йонаса Лотуса, но предложение выглядело заманчивым.

— Я согласен. Думаю, и мои друзья выразят аналогичное мнение. Мы сегодня же обсудим все необходимые детали.

— Отлично.

— От себя лично хочу пообещать: вы можете полностью на меня положиться.

— Рад это слышать. Я не успел упомянуть об одном важном нюансе. Все действия с выбиванием долгов ты должен будешь вести анонимно. Поэтому очень важно, чтобы твоя команда находилась «в тени». Ничто не должно официально указывать на мою причастность к совершаемым действиям.

— Понимаю и не возражаю. Но разве не очевидно, что, если должник обратится в полицию, там в первую очередь поинтересуются, кому предназначается долг?

— Поэтому вчера я и упомянул о деликатности. Прояви смекалку. Нет ничего невозможного. Если, предположим, должник получит извещение о просрочке обязательства, а спустя какое-то время на его автомобиле лопнет шина, разве в этом происшествии сразу обвинят его кредитора?

Линас усмехнулся. Он не ошибся в оценке Йонаса Лотуса. Итак, ему предлагали законную деятельность, обеспечиваемую криминальными способами. Ну что же, снова деньги и власть, но только уже на совершенно ином уровне!

— Вторично подтверждаю: можете на меня полностью положиться.

Владелец финансового предприятия хлопнул в ладоши.

— Вот теперь мы договорились. Когда начнем?

— Через два дня я буду в вашем распоряжении. Нужно ликвидировать прежнюю деятельность.

— Понимаю и жду звонка.

На этом они расстались.

Вечером того же дня состоялось рандеву оставшихся верными своему вожаку членов группировки. Новообращенный предводитель без обиняков изложил суть сделанного им Йонасом Лотусом предложения. Реакция сообщников удивила Линаса. Практически без раздумий все трое согласились. Впрочем, причина такого единодушного и оперативного одобрения вскоре стала понятна.

— У нас тоже для тебя новости, — подал голос Мажюлис. — Вчера вечером «замели» Брониуса, мне его сестра звонила, Марта.

— Продолжай.

— После недавнего раскола недовольные отправились на новое дело. Очень быстро они подцепили клиентов — молодого мужчину и подростка. Наверное, отца и сына. Содержимое их карманов не удовлетворило троицу, и они решили дождаться «пробуждения» пассажиров. Не знаю подробностей, каким образом Брониус и его ребята выбивали сведения о пин-коде банковской карты, известно одно: мужчина оказался классным каратистом. В общем, навалял он им по полной. Брониуса он сдал в полицию, двум другим, к счастью, удалось смыться. Это они все рассказали Марте.

— Хорошенькое дельце, — только и смог вытянуть из себя Линас. — Теперь мы все находимся в опасности. Данный инцидент свяжут с другими ограблениями. Надежда только на Брониуса. Если он проговорится, всем нам каюк.

— Не сильно на нее полагайся, — предостерег «маленький». — Гораздо важнее, что брат Марты женат на моей сестре. Вот на это я делаю ставку. Предательство — серьезный шаг, не каждый готов потерять самое дорогое — семью!

— Признаю, это сильный довод. Но захочет ли твоя сестра дальше иметь отношения с практически уже заключенным?

— Открою тайну. Илзе на пятом месяце беременности, а то, что Брониус занимается темными делишками, ей, конечно же, известно.

— Соглашусь, это может нас спасти.

Через месяц до банды долетели новости, подтверждающие прогноз Мажюлиса. Их товарищ получил восемь лет тюрьмы, но не выдал сообщников. Двое его компаньонов вернулись в команду Линаса. На сходке всеми единодушно было принято решение о материальной поддержке Брониуса и его семьи. На этот момент группировка уже вовсю обслуживала финансовую деятельность предприятия Йонаса Лотуса.

Скучать не приходилось. Более тридцати должников упорно не возвращали заем. Все законные способы потерпели фиаско. Теперь требовалась изобретательность в поиске решения, позволяющего «достать» нерадивых клиентов.

Разгадывание головоломок — для кого-то пустая трата времени, а для Линаса — возможность поддерживать свою умственную активность на должном уровне.

Если езда на автомобиле для кого-то норма жизни, то его утрата принесет такому человеку страдания и дискомфорт. Тем более что причина кроется не во временной поломке своего любимца, а в его исчезновении. Самое время задуматься, кто является виновником — несчастливые звезды либо сам владелец железного иноходца. Возобновление оплаты кредита убедят недобросовестного заемщика, что гороскоп и карма здесь ни при чем. Ведь появление на прежнем месте у дома «немецкого скакуна» или «английской кошки» — не простое стечение обстоятельств.

Для тех, кто не любит скорость, а предпочитает быть забывчивым и незаметным, станет полным апокалипсисом обнаружение в своем портфеле небольшой черной змейки. Представьте, вот вы сидите на скамейке в сквере, в одиночестве и в относительной безопасности, и мечтаете насладиться утренней прессой. Но когда вместо газеты из среднего отделения ридикюля приподнимется раскачивающаяся из стороны в сторону головка (пусть и с закрашенными темной краской желтыми пятнышками), захочется сразу понять: откуда взялась ты, милая, в моем чемодане?

Ну а для тех, кто не любит скорость и не знакомится в сквере со свежими новостями, а стремится уехать на месяц-другой за город, на дачу, будет очень неприятным сюрпризом проснуться в теплой постели обложенным недавно спиленными еловыми лапами.

После трех месяцев применения «ноу-хау от Линаса» в отношении безнадежных долгов наступила оттепель. Из тридцати четырех дебиторов в «черном списке» осталось только девять.

Йонас Лотус не успевал удивляться способностям смышленого компаньона. Как-то вечером Линас находился у него дома с очередным докладом о проделанной работе. Такие визиты управляющий офисом совершал каждые два дня. Глава предприятия внимательно выслушал сводку. После доклада, как правило, следовали уточняющие вопросы. Однако в этот раз обычная процедура не повторилась.

— Я очень доволен твоими результатами, — похвалил Линаса Йонас. — И думаю, настало время расширить сферу нашего сотрудничества.

Его визави внимательно посмотрел на собеседника. За несколько месяцев он достаточно неплохо изучил характер и повадки патрона. Если речь зашла о новой теме, значит, потребовались «таланты», которыми обладал Линас.

— Какие-то проблемы?

Лотус улыбнулся.

— Считываешь на лету. Как я уже сказал, области моей деятельности разнообразны. Неплохой доход приносит мне участие в конкурсах в качестве генерального подрядчика.

Управляющий офисом сделал непонимающий вид.

— Сейчас поясню. Схема проста: я договариваюсь с заказчиком о победе в торгах, выигрываю в них, выполняю работы силами привлеченных субподрядных организаций, поскольку собственных мощностей, техники и людских ресурсов не имею, разницу от полученного вознаграждения после расчетов с исполнителями делю с заказчиком.

— Красиво.

— Да ничего особенного. Залог успеха — тонкий расчет и правильный выбор участников для этого небольшого спектакля.

— В чем тогда, собственно, вопрос?

— В этой со стороны безупречной схеме тоже имеются подводные камни. Формально за нарушение сроков выполнения работ ответственность перед заказчиком несу я, а не субподрядчик. За отклонение от условий договора полагается начисление неустойки[26]. Сам понимаешь, если мне придется оплачивать санкции, вся эта деятельность лишается смысла.

— А почему субподрядчик не выполняет работы в срок? И разве в такой ситуации ваша фирма не может требовать от него уплаты аналогичного штрафа?

— Не все так просто. Мои отношения с заказчиком менее прозрачные, чем с исполнителями. Последние питаются из моей кормушки, и им нет смысла нарушать договоренности. Заказчики иногда пытаются сбить цену. Причины разные: контроль со стороны вышестоящих компаний, органов управления либо желание отхватить кусок пирога побольше при дележке прибыли. Они начинают придираться к качеству работ, сроки, соответственно, «плывут».

— И вам выставляют санкции?

— Два дня назад произошел подобный фортель. Помнишь даму по имени Ада? Ты с ней, кажется, уже знаком.

— Навряд ли это можно назвать знакомством, но о ком идет речь, я понял.

— Так вот ей стала известна реальная стоимость, которую я должен выплатить субподрядчику. Кто-то слил информацию. Заказчик обладал иными сведениями и, соответственно, захотел прибавки. Требуется срочно урегулировать эту небольшую проблемку.

— Что я должен делать?

— Надо напомнить Аде о том, что условия сделки нельзя нарушать. Освежить память нужно мягко, но так, чтобы у заказчика отпала охота проявлять инициативу.

— Какие-нибудь идеи имеются?

Лотус погладил свою импозантную бородку.

— Ада испытывает большую привязанность к своему скотч-терьеру. Собаку выгуливают в сквере неподалеку от дома. Через два дня должен состояться окончательный расчет за работы. Питомца необходимо подержать это время на нашей территории. Подходящее место найдется?

Линас кивнул головой.

— Справишься?.. Шучу. Знаю, для тебя это детская забава.

К вечеру поставленная задача была выполнена. Какая собака, пусть даже и крошечная, откажется преследовать маленькую белую мышку, внезапно выбежавшую перед животным на дорожку. Спустя сутки заказчик подписал всю необходимую документацию без замечаний, а генеральный подрядчик получил причитающееся ему вознаграждение.

Шли годы. Взаимоотношения между Линасом и Йонасом Лотусом становились все прочнее и нерушимее. Деятельность финансового магната часто нуждалась в услугах, носящих нелегальный характер. Законные способы решения проблем зачастую заводили в тупик. Наступал период неопределенности и застоя. Тогда на сцене появлялся неизменный помощник в устранении препятствий. За его спиной маячили силуэты проверенных временем сообщников. Практически любая преграда без особых усилий ликвидировалась. Сам того не желая, Линас приобрел в городе авторитет опасного и изобретательного преступника. К нему стали обращаться за помощью. В редких случаях и за приличный гонорар он соглашался. На первом месте, как всегда, находились безопасность и детальный анализ каждого действия, совокупность которых составляла план операции. Линас дорожил своей репутацией, но еще больше он заботился о реноме[27] Йонаса Лотуса. Ум, взвешенность в выборе способов решения проблем, необыкновенная осведомленность финансового воротилы в самых различных областях покорили сердце Линаса, который и сам слыл непростой личностью. Мнение патрона имело для него принципиальное значение. За время их сотрудничества он ни разу не подвел босса. В глазах Лотуса читались спокойствие и ожидание положительных результатов в выполнении поставленных задач. Если же поручение по каким-то причинам буксовало на месте, Линас мог услышать в свой адрес слова, содержащие еле заметный сарказм. Такие минуты доставляли ему страдания. Недоступные взорам окружающих, они разрушали линию защиты и уверенность в собственных силах главного исполнителя идей Йонаса Лотуса. Статус-кво восстанавливался, когда мешавший движению барьер устранялся.

Риск, деньги, власть — вот три составляющих жизненного кредо вставшего на опасный путь беззаконности и вседозволенности любителя острых ощущений. Предметы материального и духовного мира служили средствами обеспечения существования этих «трех китов». В редкие минуты передышки Линас позволял себе немного расслабиться. Тотализатор, услуги казино, VIP-проститутки Клайпеды всегда находились в его распоряжении. Иногда завязывались и краткосрочные романы с особями противоположного пола. Как правило, контакты возникали на служебной почве. Заемщицы кредитов, менеджеры субподрядных организаций… Быстрая любовь без обязательств и планов на будущее. Однажды Лотус обмолвился, что хотел бы ввести своего помощника в узкий круг избранных мира сего. Политики, бизнесмены, крупные заказчики.

— На такие рауты следует являться с парой, — заметил он. — Реши эту проблему.

Польщенный предложением, Линас кивнул. Вскоре представился удобный случай. Как-то вечером он очутился в центре города. Требовалось выполнить деликатное поручение Йонаса — утрясти с заказчиком некоторые цифры. Задание не заняло и получаса. Линас позвонил боссу и отчитался о результатах встречи. На другом конце линии прозвучало:

— Молодец. На сегодня все, отдыхай.

Идеи, как провести вечер, отсутствовали. Он завел двигатель и медленно поехал по одному из главных проспектов Клайпеды. Примерно через квартал движение стало затруднительным. Многие автомобили пытались свернуть направо, к сияющему неоновыми огнями зданию. Парковка уже «трещала по швам». Какое-то седьмое чувство заставило Линаса присоединиться к веренице машин. С большим трудом он смог втиснуть свою «Тойоту» между двумя внедорожниками неподалеку от входа. Линас выбрался наружу и в задумчивости поднялся по ступеням.

Причина ажиотажа заключалась в посещении города широко известной европейской группой модельеров с новыми коллекциями одежды. Устроители трейд-шоу[28] не поскупились в аранжировке мероприятия. Уходящий вглубь зала подиум заканчивался прямоугольной площадкой, что придавало ему форму большой вытянутой буквы «Т». По бокам дорожки размещались металлические торшеры, вершины которых составляли позолоченные чаши. Когда под оглушительный свист публики и зазвучавшее фламенко в полутемном чертоге начался показ, шествие моделей освещал вспыхивавший на кронах торшеров огонь. Создавалось впечатление, что действие происходит в античное время под иллюминацию факелов. В воздухе витал адреналин, алчные взгляды пожирали фигуры стройных манекенщиц, облаченных в откровенные фасоны летних платьев.

Линас расположился неподалеку от подиума. Его вниманием почти сразу же завладела высокая блондинка, уверенно дефилирующая по помосту. Правильные черты лица, эффектные повороты тела для демонстрации преимуществ рекламируемых нарядов не могли никого оставить равнодушным. В какой-то момент глаза Линаса и модели встретились. Девушка улыбнулась краешками губ и грациозно прошла дальше по дорожке. Сердце молодого мужчины ускорило свой бег. Он хотел снова и снова любоваться прекрасным видением.

В течение получаса очаровательная дива еще несколько раз выходила на сцену и распространяла свои чары на сильную половину аудитории. Затем она пропала. Глаза Линаса с надеждой осматривали каждую манекенщицу, появлявшуюся в зале. Увы, ангел исчез!

Вибрация во внутреннем кармане пиджака известила о входящем на мобильный телефон звонке. Мужчина недовольно поглядел на экран устройства. Вызов шел от Йонаса Лотуса.

Для разговора требовалась тишина, а место демонстрации мод явно для этого не подходило. Без соблазнительной блондинки зал осиротел, и Линас даже с некоторым облегчением покинул шоу.

На подходе к паркингу он стал свидетелем инцидента, возникшего между владельцем внедорожника и двумя мужчинами, перегородившими на своей «Ауди» выезд. Хозяин джипа, очевидно, сделал им замечание, которое только распалило нарушителей. Дверь внедорожника открылась, и из него вышла парочка амбалов, в костюмах, коротко постриженных и по своему внешнему виду напоминающих профессиональных охранников. В руках одного из них возник электрошокер. Вид травматического оружия вызвал у пассажиров «Ауди», по всей видимости, не ту реакцию, на которую рассчитывали секьюрити. В ответ на угрозу в вечернем воздухе блеснул нож.

Линас пригляделся и узнал во владельце стилета местного авторитета по кличке Портос. Он был наслышан, на что способен этот «мушкетер». Наверное, Линас прошел бы мимо. Никто не полезет без веской причины на рожон, когда идет разборка с участием представителей криминальной среды. Но такая причина все-таки возникла в виде белокурой красавицы, появившейся, словно фея, из салона внедорожника. Это была она — модель из трейд-шоу! Девушка попыталась успокоить противников. Линас осознавал тщетность ее усилий. Требовалась срочная помощь.

— Эй, Портос, брат, как дела? — непринужденно обратился он к агрессивно настроенному молодчику. — Давно не виделись.

Мужчина круто развернулся на голос. Его перекошенное от ярости лицо смягчилось, когда он узнал в говорившем человека из своего круга.

— Все окей, как сам?

— Аналогично. Поддержка не нужна?

— Мне? Очень смешно, лучше помоги этим баранам! — Голос преступника задрожал от ярости.

— Кого ты назвал бараном? — раздался голос одного из секьюрити.

Не дожидаясь ответного выпада, Линас встал между враждующими группами.

— Портос, можно тебя на пару слов?

— А другое время для этого не подойдет?

— К сожалению, нет.

— Ладно, давай, только быстро.

Портос опустил нож и позволил Линасу отвести себя в сторону. Девушка с надеждой посмотрела на свалившегося с небес спасителя.

— Я буду твоим должником, но сейчас попрошу об одной услуге, — тихо проговорил Линас.

Его собеседник заинтересованно поглядел в лицо помощника Йонаса Лотуса. Портос прекрасно знал о репутации «правой руки» финансового олигарха. Заполучить такого в дебиторы не только лестно, но и весьма перспективно. В какой только передряге не случится оказаться!

— Слушаю, — отозвался Портос.

— Отпусти этих людей.

— Причина?

Линас немного замялся и отвел взгляд в сторону.

— Без причины.

Авторитет, казалось, раскусил истинные мотивы поведения оппонента. Он усмехнулся, кивнул головой сообщнику и, не говоря ни слова противникам, освободил место на парковке.

Линас сделал вид, что хочет уйти. Девушка перегородила ему дорогу и принялась горячо благодарить за помощь. Охранники неловко топтались за ее спиной. Молодому мужчине, чего уж там скрывать, было чертовски приятно услышать слова благодарности от симпатичной модели. Напоследок она чмокнула спасителя в щеку, а Линас успел сунуть в руку девушки свою визитку. Так невидимые нити судьбы свели его с Ингой.

Манекенщица позвонила через неделю, когда вера в продолжение знакомства стала потихоньку угасать. Снова зазвучали слова благодарности, после чего Линас нашел вполне уместным пригласить модель на ужин. После секундной паузы девушка согласилась.

Отправляясь на свидание, он, к своему ужасу, осознал, что не знает, в каком свете он должен предстать перед участницей модных показов. «Легенду» пришлось придумывать на дороге. В конечном счете, за ним до сих пор сохранился официальный статус управляющего офисом предприятия Йонаса Лотуса. О том, что происходит за фасадом организации, никому знать не нужно.

Ресторан Viva Lavita приютил парочку. Инга оказалась приятной собеседницей и могла бесконечно рассказывать о мире моды, дизайнерах, элитных коллекциях одежды и обуви. Линас все больше отмалчивался. Девушке он представился менеджером микрофинансовой компании, ссужающей денежные средства. Дела его успешны и будущее выглядит многообещающим.

Молодые люди выпили по бокалу шампанского, посетили танцпол и затем продолжили беседу. По задумчивому выражению лица девушки Линас понял, что ее беспокоит какой-то вопрос. Выяснилось, Инге до чертиков интересно, каким образом он смог погасить скандал, готовый в любую минуту вылиться в нешуточную потасовку. Линас заранее спрогнозировал эту ситуацию. Как можно небрежнее он пояснил, что знаком с братом самого активного участника инцидента. Благодаря этой связи драку удалось предотвратить.

Девушка внимательно выслушала объяснение, покивала головой, но от собеседника не ускользнуло, что выраженная вовне реакция выглядела искусственной. Мужчина постарался сменить тему разговора. Сидящая напротив дама все больше и больше завладевала его мыслями. Он чувствовал, что влюбляется в Ингу, но ничего не мог с этим поделать. На ум пришли несколько анекдотов, недавно прочитанных в бульварной прессе. Девушка звонко смеялась, когда историю сопровождали забавные гримасы молодого человека.

Вечер закончился на приподнятой ноте. Линас отвез модель домой и договорился о следующей встрече.

Инге новый знакомый показался несколько простоватым, хотя и не без определенного шарма. Вокруг популярной на тот момент манекенщицы крутились типы куда более интересные. Но всех их объединяли излишний лоск, самовлюбленность и желание повелевать. Линас не вписывался в указанную категорию. Поэтому он смог выкроить в насыщенном событиями графике модели немного свободного времени. Этому также поспособствовали и обстоятельства, при которых молодые люди познакомились. Девушку восхитило поведение мужчины, сумевшего в непростой ситуации найти способ урегулировать конфликт. Правда, впоследствии ей показалось надуманным объяснение о причинах устранения ссоры. Как-то очень просто распоясавшийся дебошир успокоился и убрал с дороги автомобиль. Данное обстоятельство, с одной стороны, разогрело интерес манекенщицы, а с другой, заставило вести себя предельно осторожно с новым знакомым. Публичная жизнь Инги не допускала провалов и компрометирующих историй. Свои связи следовало тщательно фильтровать. Она согласилась на редкие встречи, желая узнать о молодом человеке побольше. В глазах Линаса светились любовь и поклонение. На его горящий взгляд девушка натыкалась в толпе во время выступлений. Такое внимание было для нее обычной нормой. После шоу пол ее комнаты утопал в цветах, охранники передавали визитные карточки джентльменов, очарованных внешними данными модели. Предложения приятно провести вечер сыпались как из рога изобилия. Некоторые бросали к ногам Инги обещания руки и сердца. В этой насыщенной адреналином, деньгами и похотью атмосфере требовало большого труда блюсти высокую марку и сохранять образцовый титул. Устроители показов трепетно следили за репутацией своих манекенщиц. Спрос на участие в дефиле превышал предложение. Оступившуюся модель тут же сменяла другая.

И все же Линас получил свой шанс. Однажды он пригласил Ингу на раут. Дата, о которой шла речь, оказалась по странному совпадению свободной. Кроме этого, общество, куда он ее звал, наконец-то давало девушке возможность оценить среду, в которой вращался ее новый поклонник. Она согласилась. И не пожалела. Мероприятие состоялось на борту круизного лайнера. Присутствовало около полусотни гостей. Среди мужчин, одетых в смокинги, и дам, облаченных в вечерние платья, она увидела несколько знакомых. С ними манекенщица встречалась на похожих суаре. Инга заинтересованно взглянула на своего спутника. Социальный статус собравшихся впечатлял. Власти города, крупные предприниматели, банкиры. Линас несколько не вписывался в эту компанию. Впрочем, она по-прежнему мало его знала. Жизнь полна сюрпризов. Поклонник познакомил девушку со своим, как выразился молодой человек, «патроном» — Йонасом Лотусом. Первое, что сделал пятидесятилетний, с импозантной бородкой мужчина, бегло оценил внешние данные модели. Затем он задал парочку обычных ничего не значащих вопросов и предложил прогуляться по палубе. В ходе непринужденной беседы, когда девушка на секунду отвлеклась, Лотус подмигнул Линасу и приподнял большой палец правой руки, выражая тем самым одобрение сделанным его приближенным выбором. Молодой человек был на седьмом небе от счастья. Красивая длинноногая модель держала его за руку на современном быстроходном лайнере среди сливок города, под немое восхищение Йонаса Лотуса.

Окружающая обстановка импонировала Инге. Материальное благополучие и успех давно стали для нее жизненно важными условиями. Здесь, куда ни кинь взор, она видела и слышала то, что услаждало зрение и слух, то, что удовлетворяло ее потребность в самоутверждении. Ее поклонник, которого она не любила и который ничем не выделялся из толпы ему подобных, смог доставить девушке минуты радости и наслаждения. Именно таким индивидуумам очаровательная манекенщица иногда позволяла воплощать в реальность свои самые смелые мечты.

После оглушительного фурора на выступлении в Юрмале последовал ставший уже нормой фуршет. Шампанское лилось рекой, громко играла живая музыка. За окном стоял душный вечер. Линас уговорил Ингу отправиться к морю. Поклонник нашел пустынное место и предложил ей поплавать.

— На мне нет купальника, — озорно бросила она ему.

— Обещаю, я не буду смотреть, — соврал он.

Остатки шампанского еще бродили в голове манекенщицы. Девушка скинула на песок одежду и легко вошла в нагретую за день солнцем воду. Натренированное тело неторопливо заскользило по темнеющей глади моря. Примерно в тридцати метрах от берега располагалась одинокая скала — пристанище птиц и место для любителей позагорать в нарядах Адама и Евы. К ней и направилась пловчиха. На небольшой дистанции за Ингой следовал Линас.

Девушка первой достигла утеса. Она не стала на него подниматься, а лишь положила руки на теплые камни, тем самым удерживая свое тело в воде. Закат стремительно догорал. Полоска лунного света неумолимо таяла в чернеющих красках июльской ночи. Уже в трех шагах предметы стали еле различимы. Впрочем, у Линаса, следовавшего за дамой своего сердца, это не вызвало каких-либо неудобств. Запах дорогой парфюмерии, пропитавшей золотистые волосы королевы трейд-шоу, служил ее поклоннику надежным ориентиром. Спустя мгновение мужчина обнаружил очаровательную ундину безмятежно плескавшейся у подножия скалы. Вот он миг, о котором Линас грезил с той самой минуты, как повстречал Ингу!

Молодой человек предложил девушке подняться на возвышенность. В знак согласия она вытянула к нему руки. Движение вверх, и долгожданный раритет оказался в объятиях Линаса. Желая вознаградить кавалера за проявленный с момента их знакомства такт, Инга не стала останавливать любовную атаку страстно желавшего ее поклонника…

Незаметно пролетело несколько месяцев. Шестеренки финансового предприятия Йонаса Лотуса крутились в штатном режиме. Заключались сделки, взыскивались долги, планировались новые операции. Линас вертелся как заводной волчок, поспевая повсюду. Такая жизнь его вполне устраивала. Чего ему не хватало во всей этой кутерьме — общения со своей возлюбленной. В их отношениях, несомненно, произошел прогресс. Существовавшее ранее расстояние исчезло, но встречи по-прежнему случались нечасто. Инга постоянно гастролировала. Новый любовник вписывался в график деловой активности манекенщицы. Когда в нем возникало «окно», пути молодых людей пересекались. Девушка сопровождала своего спутника на раутах, приемах, организуемых Йонасом Лотусом, и прочих мероприятиях. Общительная и очаровательная модель являлась украшением любого общества и праздника. На подобных собраниях Инга, пользуясь случаем, заводила полезные знакомства. Кто знает, как может сложиться ее дальнейшая судьба? После суаре молодые люди отправлялись в пентхаус Линаса, где и оставались до утра.

Однажды ночью Инга проснулась от головной боли. Вспомнились эпизоды проведенного вечера. Видимо, на банкете она немного перебрала мартини. Девушка повернулась на другой бок и, к своему удивлению, обнаружила, что Линаса рядом нет. Подгоняемая любопытством и жаждой, она встала с кровати и направилась к холодильнику. Прохладная минеральная вода сняла спазм. Настенные часы показывали три часа ночи. Где же ее бойфренд? Внутри жилища стояла мертвая тишина. Интуитивно Инга выглянула на улицу. В свете фар стоящих друг напротив друга автомобилей группа мужчин вела оживленную беседу. Это следовало из жестикуляций, сопровождавших речь участников ночной сходки. В одном из них она узнала Линаса. Разговор продлился недолго. Хлопнули двери машин, и приятель девушки остался в одиночестве. В его правой руке находилась средних размеров сумка. Линас подошел к припаркованной неподалеку «Тойоте» и положил саквояж в багажник.

На цыпочках любопытная манекенщица вернулась в постель. Когда Линас осторожно вошел в комнату, она притворилась спящей. Заинтересованной увиденным девушке до смерти хотелось узнать, что находится внутри сумки.

Казалось, провидение услышало ее просьбу. Утром, по пути следования к месту работы модели, они остановились у бензоколонки. Молодой человек вставил «пистолет» в бак и пошел расплачиваться за горючее. Вдогонку Инга ему крикнула:

— Купи кофе!

Итак, у нее была пара минут. Более чем достаточно, чтобы приоткрыть завесу тайны. Не выходя из автомобиля, она перебралась в середину салона, потянула за рычажок, и половинка заднего сиденья сложилась. Дрожащей рукой девушка расстегнула молнию сумки. Ее взору открылась картина, которая часто мелькает в остросюжетных фильмах. Содержимое ридикюля составляли аккуратно сложенные и перевязанные скотчем пачки пятидесятидолларовых купюр. Наверное, вид денег, даже в больших количествах, не смог бы шокировать вращающуюся в состоятельных кругах, популярную участницу показов мод. Но вот предмет, лежащий рядом с ними, вызвал у нее легкое головокружение. Черный изящный пистолет завершал не предназначенную для широкой аудитории иллюстрацию. Девушка закрыла сумку и вернулась на свое место. Чувство страха не покидало ее. Одновременно с этим в сознании зашевелились подозрения. Вспомнились обстоятельства, при которых она познакомилась с Линасом. Как легко молодой человек уговорил криминального вида типа отказаться от столкновения. И каким неправдоподобным показалось ей объяснение приятеля. Предчувствие, что она находится на пороге важного открытия, придало девушке сил не пасовать перед возможной опасностью. Не отдавая себе отчета, Инга снова открыла саквояж. Ей почудилось, что внутри находится еще какой-то предмет, которому она не придала значение при первоначальном осмотре. Так и есть, сбоку от оружия лежал бледно-зеленый блокнот. Из-за цвета купюр записная книжка практически была не видна. Девушка машинально начала ее листать. Треть блокнота составляли номера телефонов без указания полной информации об их адресатах. Только инициалы.

«Какая таинственность», — мелькнуло в голове Инги.

Дальше шли расчеты, цифры, планы местности. Последние листы посвящались именам и фамилиям неизвестных лиц. Каждую строку с данными завершал символ «+» или «–». Три четверти списка имели «положительное» значение.

«Полная неразбериха». Любопытная манекенщица захлопнула блокнот.

Спустя мгновение она его опять открыла. Какая-то фамилия показалась ей знакомой. Вот, в самом конце. Влада Стенкявичус. Модель из Вильнюса. Два года назад она оставила подиум, потому что вышла замуж.

«Наверное, это совпадение, — подумала Инга. — Влада наверняка бы взяла фамилию супруга».

Примерно год назад они перестали общаться, поскольку круг их интересов стал различным. Но номер Влады на мобильном телефоне сохранился. Инга бросила последний взгляд на список. Напротив фамилии Стенкявичус стоял отрицательный символ.

Девушка положила блокнот на прежнее место и закрыла сумку.

Вернулся Линас, и они продолжили путь. Напряженность не отпускала Ингу до тех пор, пока молодые люди не попрощались. Как только выдалась свободная минута, модель отправила Владе СМС-сообщение. Вдруг она ошибается и ее бывшая коллега не имеет никакого отношения к блокноту Линаса. Тогда это будет не более чем знак вежливости. Мол, помню тебя, как жизнь, не планируешь ли возвращение на подиум?

Влада ответила только поздно вечером. Инга уже ложилась спать, когда раздался звонок мобильного телефона. Она сразу отметила отрешенность и грустные нотки в голосе знакомой. Постепенно ей удалось разговорить Владу. Последние важные моменты в жизни молодой женщины — удачный брак, рождение дочери, покупка дома и новой машины. Инга поздравила ее со всеми событиями и достижениями, но ответ на другом конце провода получился вялым и безрадостным.

«Что-то здесь не так», — мелькнуло в голове манекенщицы.

Она вспомнила про сферу деятельности своего приятеля. Ростовщичество. Ни для кого не секрет, что деньги, взятые в долг, имеют свойство не возвращаться к хозяину. Может, упоминание фамилии Стенкявичус в записной книжке ее бойфренда — следствие того обстоятельства, что Влада взяла кредит у Йонаса Лотуса? А знак «–» означает, что долг до сих пор не возвращен?

Следовало проверить эту версию. Как можно небрежнее Инга поинтересовалась:

— Видно, ваши дела пошли в гору: дом, новая машина, — сделала она комплимент.

Реакция Влады озадачила. Девушка расплакалась.

— Извини, если я задала некорректный вопрос, — попробовала Инга вернуть в разговор равновесие.

— Ничего, что-то накатило. Просто ты нажала на самую больную точку.

— Давай забудем.

— Да ничего. Может, оно и к лучшему. Надоело копить в себе негатив. Дело в том, что из-за этого-то дома и машины у нашей семьи большие проблемы.

Инга тактично промолчала, а Влада продолжала:

— Мой муж бизнесмен, занимается строительством. Когда мы поженились, его фирма получила несколько крупных контрактов. Прибыль от заказов ожидалась очень приличной. Мы набрали кредитов. От подруг я услышала о займах, выдаваемых предприятием Йонаса Лотуса. Крупные суммы под разумный процент, минимум документов для получения средств. Дешевле и намного быстрее, чем в каком-либо другом месте. В общем, автомобиль я купила на деньги ростовщика. Муж взял кредит на покупку дома в банке. Затем случилось непредвиденное. На одном из объектов произошла крупная авария. Пострадали несколько компаний. Во всем обвинили подрядчика, то есть нас. Все свободные средства и прибыль от заказов ушли на оплату убытков. Разумеется, мы просрочили долги. А потом началось самое неприятное. Нам в вежливой форме напомнили о необходимости возврата займа. Мужу удалось перезанять немного денег, и месяц о кредиторах ничего не было слышно. Но затем ситуация повторилась. Поскольку все ресурсы закончились, ростовщик подал на нас в суд, то же самое сделал и банк. Требования кредиторов выглядели обоснованными, и с нас взыскали всю оставшуюся задолженность, проценты и неустойку.

Влада всхлипнула. По-видимому, в своем рассказе она подошла к месту, о котором женщина с удовольствием бы забыла. Инга боялась пропустить хотя бы слово из услышанного.

— Нам пришлось продать квартиру, доставшуюся супругу по наследству. Таким образом мы расплатились с банком, как наиболее крупным кредитором. Но оставался еще долг Йонасу Лотусу. Машину, которую мы приобрели на его деньги, реализовать по сходной цене и даже со скидкой не удалось. Кроме этого, набежала драконовская неустойка за просрочку долга. Договор ростовщика выглядел безобидным только в случае, если заемщик не допускал нарушений. Мне стали с периодичностью в два дня поступать звонки о необходимости погасить кредит. Звонила какая-то девушка. Я обещала все погасить, когда появятся деньги. Видимо, такой ответ не устраивал Йонаса Лотуса. Дважды к нам приезжали молодые люди, интеллигентного вида, в костюмах. Мы могли только развести руками: у вас есть исполнительный лист, действуйте. Затем звонки и визиты прекратились. Но однажды вечером после работы не вернулся муж. Я обзвонила всех знакомых, коллег в строительной фирме. Никто ничего не знал. Карл вернулся под утро. Одежда помята, круги под глазами, сильный запах алкоголя. Свой вид он объяснил внезапным нападением на него при посадке в машину. Неизвестные впрыснули баллончик. А пришел в себя он только под утро на скамейке неподалеку от дома. Я ему не поверила, подумала, что у мужа на стороне роман. Но дальнейшие события заставили меня поверить Карлу. Как-то днем я гуляла по парку. Дочурка беззаботно спала в коляске. Ко мне подошел представительного вида мужчина лет двадцати восьми — тридцати и предложил посмотреть каталоги последних новинок косметики и парфюмерии ведущих фирм. Сначала я отказалась, но он достал из дипломата образцы туалетной воды, помады, лаков: Chanel, Clarins, Dior. За полцены. Я знала, что ничего не куплю. Свободные средства мы с Карлом копили для расчета с ростовщиком. Но ты же знаешь, женщинам только покажи блестящую безделушку. В общем, я отвлеклась, когда стала просматривать предложенное, затем вежливо поблагодарила продавца и обещала подумать. Мужчина вручил мне визитку и откланялся. Наручные часы показывали два часа дня. Следовало заканчивать прогулку и отправляться домой. Я развернулась к коляске и чуть не упала в обморок. Дочери внутри не было! Как безумная я стала метаться по парку, спрашивая на бегу у прохожих, не видел ли кто-нибудь ребенка. Все только разводили руками. Внезапно раздался детский плач. Голос доносился с того места, где осталась коляска. Сломя голову я бросилась назад. Каково же было мое удивление, когда я обнаружила Алену лежащей на прежнем месте. Только спустя несколько дней мы с Карлом осознали, что последние события являлись звеньями одной цепи — действиями Йонаса Лотуса.

Неожиданная мысль пришла в голову Инги.

— Ты удивишься, если я скажу, что у моей знакомой похожая ситуация. В свое время она показала мне человека, который досаждал ей требованиями об уплате долга. Фото мужчины у меня сохранилось. Тебе интересно на него взглянуть?

— Да, пришли снимок.

— Посылаю прямо сейчас.

На телефоне Инги было несколько кадров, сделанных девушкой во время суаре. На одном из них имелось изображение Линаса, стоявшего на борту лайнера с бокалом в руке. Эту фотографию манекенщица и послала несчастной женщине.

Влада перезвонила через несколько секунд. Голос ее дрожал от негодования.

— Это он, человек, отвлекший меня в парке пестрыми каталогами.

В сердце Инги перещелкнуло. Так вот чем занимается Линас. И за всем этим стоит его босс. Она возблагодарила Бога за ниспосланную ей информацию. В голове зажглась красная лампочка, предупреждавшая об опасности. Сознание посылало тревожные сигналы.

«Надо уносить ноги».

Инга пообещала Владе поспрашивать у знакомых ссудить нужную сумму для оплаты долга. «Фокусы» ростовщика в любой момент могли возобновиться. Среди поклонников манекенщицы имелись необходимые кандидаты, готовые услужить девушке, не задавая при этом лишних вопросов.

Владу тронула отзывчивость бывшей подруги. На приподнятой волне женщины распрощались.

Как только разговор закончился, Инга приняла решение о разрыве отношений с Линасом. Допущенная со стороны бойфренда ложь освобождала ее от соблюдения какого-либо политеса при расставании. Она не собиралась что-то ему объяснять и выслушивать ставшие бессмысленными обещания завязать с криминалом. Девушка дорожила своей карьерой, репутацией. Она не хотела попасть в историю, после которой дорога на подиум стала бы закрытой. Итак, страница жизни под названием «Линас» канула в Лету.

Однако так не считал молодой человек. Причины «похолодания» в отношениях с возлюбленной оставались для него тайной. Инга перестала отвечать на звонки и всячески избегала любого контакта. Он пытался ее «перехватить» после выступлений, но, кроме брошенных на ходу манекенщицей коротких фраз о чрезмерной загруженности работой, иного общения с девушкой экс-поклонник не имел. Линас не находил себе места. Он страстно любил Ингу и не допускал мысли, что их отношениям может прийти конец. Мужчина недоумевал. Что могло послужить поводом для разрыва? Он по сто раз на дню прокручивал в голове последние встречи с длинноногой моделью в надежде найти хоть каплю намека о причинах прекращения отношений.

В страданиях и неопределенности прошел месяц.

«Страшную» новость принес Йонас Лотус. На рауте в Калининграде бизнесмен увидел Ингу в компании с симпатичным брюнетом. Девушка держалась независимо и старалась избегать общения с боссом своего бывшего любовника.

Линас выслушал известие, словно ему зачитали приговор. Во взгляде Лотуса неприкрыто сквозила насмешка. Подчиненный олигарха не мог дать какое-нибудь вразумительное объяснение увиденному. На прощание Йонас Лотус бросил:

— Разберись. Что она себе позволяет?! Нас никто не может «кидать», это мы диктуем свою волю.

Суровую фразу Линас вынес стоически и принял ее как руководство к действию. Так вот в чем причина! У Инги новый поклонник. Тогда он еще не знал, что для ее возлюбленной Сергей Громов стал не просто очередным увлечением.

Спустя какое-то время Линас увидел парочку в аэропорту. Он смотрел на счастливое лицо Инги, и земля уходила из-под ног. Говорят, любовь слепа. Все свои беды отставной кавалер списал на стоявшего рядом с девушкой мужчину. Он обязан вернуть Ингу! И должен вернуть уважение Йонаса Лотуса. Горе ухажеру Инги, он ему за все заплатит.

Сила ненависти к Сергею Громову, подпитанная потерей авторитета в глазах финансового магната, была настолько велика, что продолжала оставаться для Линаса животрепещущей даже после трагического исчезновения Инги на просторах Тихого океана.

14

Страсть к живописи возникла у Даши неожиданно.

Душной летней ночью она проснулась вся в поту. Села на кровати. Рядом мирно посапывал муж. Молодая женщина попыталась снова погрузиться в царство Морфея, но сон как отрезало. За окнами завывал ветер, в стекла хлестал дождь. Небо перечеркивали огненные зигзаги. Гроза. Как человеку действия, Даше претила мысль провести в кровати бог знает сколько времени, переворачиваясь с бока на бок. Она накинула халат, надела тапки и тихонько прокралась на кухню. Там девушка удобно устроилась за столиком и погрузилась в последние бухгалтерские отчеты. Заканчивался квартал, и в «Прометее» финансово-экономические службы работали в авральном режиме.

Настенные часы показывали два часа ночи. Внимательному изучению документов мешал посторонний звук, доносившийся с улицы. Даша подошла к окну и выглянула наружу. Возле дома рос большой тополь. Сильный ветер раскачивал крону, обрывая листья. Ветви дерева отчаянно пытались справиться с ураганом. Одна из них жалобно стучала в окно квартиры, в которой жила Даша, словно просилась впустить ее внутрь и спасти от неизбежной гибели. Так вот откуда звук.

Девушка неподвижно застыла, вглядываясь в темноту. В свете молний ночной пейзаж выглядел зловещим и настораживающим. Одновременно с этим было в нем и что-то притягательное. Руки под воздействием непонятной силы сами взяли лист бумаги и карандаш. Легкими движениями Даша сделала эскиз: ночь, освещенное окно, гроза, ветка дерева, стучащая в окно.

Работа заняла около часа. Глаза удовлетворенно разглядывали набросок, выполненный по воле появившегося доселе неизвестного девушке наития. Молодая женщина с наслаждением потянулась. Снова захотелось спать. Она направилась в постель. Сон не заставил себя долго ждать. На пути к стране грез перед глазами все еще стояла трепещущая на ветру ветка, протягивающая к Даше руку помощи. Вскоре творение полуночницы получило самые высокие похвалы.

Вечером в семью Ларионовых заскочила давняя приятельница — Валерия. Общению двух молодых женщин никто не мешал. Большая часть коллектива «Прометея» праздновала победу компании в крупном конкурсе. Валерия подошла с кружечкой кофе к окну. Ее взгляд упал на лежащий на подоконнике рисунок.

— Кто автор произведения? — раздался заинтригованный голос.

— Не спалось, решила чем-то себя занять, ну вот и…

— Да у тебя, подружка, талант, — без капли иронии произнесла Валерия. — Мой совет: не бросай это занятие.

Оказалось, что потребность раскрывать себя на новом поприще начнет проявлять себя при первой же возможности, даже и без наставлений подруги. После состоявшегося дебюта последовала целая серия небольших работ. В поле зрения начинающего художника попадали самые разнообразные предметы. Дремлющий в лодке рыбак, парящая в небе птица, распускающийся цветок. Купленный в магазине альбом для рисования быстро заполнялся. В минуты творческой активности Даша отгораживалась от внешнего мира. В такие мгновения на задний план отходили все занимавшие ум мысли, проблемы. Время пролетало незаметно. Заканчивая работу, девушка уже мечтала о новой. В действительности рисование стало для нее возможностью убежать от несчастливой семейной жизни. Понимание этого обстоятельства пришло не сразу, но однажды открытое, оно тотчас укрепилось в сознании молодой женщины.

Муж прохладно отнесся к новому увлечению супруги. Полистал альбом и постарался выразить свое восхищение. Но этого у него не получилось. Даша за милю почувствовала «халтуру». В глаза бросились рассеянность, задумчивость Дмитрия.

«Напряженный он какой-то», — мелькнуло в мозгу.

Подобное отношение к ее творческим способностям вылилось в желание провести большую часть приближающихся выходных с карандашом в руке в каком-нибудь уединенном местечке. Даша вспомнила, что уже давно собиралась посетить набережную адмирала Трибуца. Возможно, муза ниспошлет новичку вдохновение на открывающихся взору речных просторах Преголи[29]. Оставалась самая малость — придумать благовидный предлог улизнуть из дома.

По-видимому, провидение не дремало. В пятницу позвонила Вера Алексеевна, мама Даши, и попросила ее заехать по одному важному вопросу. «Важными» для Веры Алексеевны считались все без исключения пустяки, начиная от перестановки мебели на кухне и заканчивая решением «проблемы вселенского масштаба» — какие лучше класть в салат огурцы, свежие или маринованные.

К счастью, разговор происходил в присутствии Дмитрия, который недовольно сморщился от перспективы провести полсубботы за сомнительного рода занятием. Таким образом, все устроилось в наилучшем виде.

В одиннадцать утра Даша уже покидала родительский особняк. «Важным вопросом» на этот раз оказалась дилемма, в золотой или нежно-розовый цвет необходимо облечь стены библиотеки, занимавшей всю мансарду дома. Дочь лишь обреченно вздохнула, ведь ремонт в помещении проходил всего три года назад.

Окрыленная полученной свободой, девушка с легким сердцем отправилась на другой конец города.

Набережную открыли совсем недавно, и калининградцы, известные своей страстью к неспешным прогулкам по утопающему в зелени мегаполису, заполонили новое место для променада. Теперь настал черед и Даши присоединиться к сообществу.

Мечта посидеть в одиночестве не осуществилась, но, как ни странно, молодая женщина не испытывала в данный момент никакого дискомфорта. Неторопливое движение людей вокруг, наоборот, помогало обрести беззаботность и непринужденность в созерцании открывающейся панорамы.

За спиной уже осталась большая часть пути, но пока глаз не смог остановиться на объекте, «цепляющим» внутренние струны душевного склада художницы. И только когда она очутилась вблизи острова Канта, ноги сами замедлили шаг.

Выполненный в стиле балтийской готики кафедральный собор недаром стал претендентом на звание одного из «семи чудес света России». Грандиозность и простота, величие и индивидуальность — все соединилось в этом протестантском памятнике зодчества. Благодаря ясной погоде монумент отражался в водах Преголи. Течение реки создавало иллюзию полотнища, бесконечно поправляемого нетерпеливым ветром.

Даша осмотрелась и вскоре обнаружила тихое место. Она достала из пакета складной стул и удобно расположилась. Предметы архитектуры еще не становились объектами ее работ, но это нисколько не обескуражило начинающего любителя живописи.

Карандаш легко заскользил по плотному листу бумаги. Внешний мир перестал существовать. За интересным занятием девушка и не заметила, как пролетело более двух часов. Глаза удовлетворенно прищуривались от появившегося в альбоме рисунка. Сходство с оригиналом было очевидным!

Антураж снова стал живым. По набережной беспечно прогуливались люди, слышался разговор, веселый смех. Даша собрала свой нехитрый багаж и влилась в поток горожан. Приятная усталость разлилась по телу, захотелось чем-нибудь подкрепиться. Покидая приютивший ее сегодня уголок, она в последний раз бросила взгляд на остров Канта.

Только в этот момент девушка заметила, что понравившейся ей вид стал пищей для времяпровождения еще и другого человека. Метрах в двадцати прямо у кромки воды у мольберта застыл молодой мужчина. Вероятно, он появился, когда Даша ушла с головой в творческий процесс. Четкими профессиональными движениями художник делал эскизы будущей картины.

Женское любопытство — сильное чувство. В особенности когда предметом внимания становится вещь, которой только что занималась ты сама. Очень хочется узнать, насколько выбранная тобою тема раскрыта так же хорошо другим исполнителем. Правда, в этом познании таится определенная опасность. Вдруг результат работы окажется более совершенным, чем твой? Тогда демоны зависти заставят мучиться и страдать от собственной неполноценности. Начнется самоедство, появится желание все бросить. Да только кто же об этом думает в момент, когда имеется возможность оценить труд конкурента? Наверное, есть такие индивидуумы, но Даша оказалась не из их числа.

Проходя мимо пейзажиста, девушка как по мановению волшебной палочки повернула голову в сторону мольберта и невольно остановилась, словно наткнулась на невидимую преграду. Перед ней открылась глубина бездны, отделявшей зарисовки любителя от творений профессионала. Если ее рисунок был выполнен в сухих черно-белых тонах, то холст молодого мужчины содержал всю палитру живых красок и ничуть не отличался от оригинала. Хоть сейчас переплывай через реку, изображенную художником, и поднимайся по величественным ступеням кафедрального собора.

Вдалеке раздался бой старинных курантов. Для Даши наступил миг, который может случиться в бытии любого из нас. Его значение трудно переоценить, поскольку он определяет дальнейшую линию поведения или даже судьбу человека.

Вид совершенного рисунка не вогнал Дашу в уныние. Ведь она делала только первые шаги на пути внезапно посетившего ее вдохновения. Наоборот, поднятая вверх неизвестным художником планка вызвала жуткое желание научиться рисовать так же. Или хотя бы приблизительно так же. Маленький бесенок, основательно поселившийся с младых ногтей в душе дочери Антона Владимировича, неистово застучал кривыми ножками, заставляя хозяйку подчиниться своей воле. В глазах девушки промелькнул холодный блеск.

Мужчина внезапно обернулся. Им оказался симпатичный молодой человек, лет двадцати восьми, шатен, одетый в поношенные джинсы и зеленую рубашку, содержащую многочисленные пятна краски.

«Видок-то у художника совсем не комильфо», — пронеслось в голове Даши.

Впрочем, пробежавшая по тонким губам мастера архитектурного пейзажа дружелюбная улыбка тут же исправила первое невыгодное впечатление.

Даша растерялась. Попробовала напустить на себя счастливый вид, но вряд ли у нее это получилось.

— Прекрасный рисунок, — только и смогла выдавить из себя она и тихонько ретировалась.

Прошло около двух недель, прежде чем у Даши появилась новая возможность предаться своему хобби. Мужа направили в командировку в Латвию, на встречу с поставщиком. Грех было не воспользоваться появившимся шансом.

Выбор следующего объекта для рисования пал опять на архитектуру. К этому Дашу подтолкнули амбиции, наметившиеся после знакомства с работой, как она посчитала, профессионального художника.

Как только в «Прометее» «прозвучал гонг», известивший о конце рабочего дня, экономист Ларионова Дарья Антоновна превратилась в вольного живописца. Она пулей выскочила из душных стен организации и помчалась на автомобиле в сторону площади Василевского. Девушка прямиком направлялась к Росгартенским воротам.

Цель выкристаллизовалась по результатам получасового изучения достопримечательностей родного города в интернете незадолго до обеденного перерыва. В детстве Вера Алексеевна часто читала маленькой Даше сказки о бароне Мюнхгаузене. Некоторые особенности характера персонажа — строительство воздушных замков, заносчивость, бахвальство — нашли отклик у юного создания и впоследствии смогли стать частью натуры единственного ребенка Антона Владимировича.

Ворота Росгартен, что в переводе с немецкого означает «конский выпас», имеют непосредственное отношение к личности вымышленного героя. Считается, что через эти ворота легендарный барон проезжал, когда возвращался из России в Германию. В настоящее время посещение данного памятника архитектуры находится в числе приоритетов у туристов города. Гостей привлекают и пресловутая связь с дворянином-выдумщиком, ну и, разумеется, сам внешний вид ворот, выполненных в стиле псевдоготики.

Даша не без труда нашла парковочное место. К вечеру местные жители заполонили парки, скверы и прочие доступные территории для отдыха. Неподвижный воздух вобрал в себя ароматы летних кафе и бьющих ввысь фонтанов. Подобная смесь после ударного трудового дня вызывала волчий аппетит и совсем не способствовала проявлению творческой активности.

Девушка купила фруктовое мороженое в надежде заглушить позывы голодной плоти. В поиске свободного места вблизи Росгартенских ворот ее взгляд попеременно двигался из стороны в сторону. Наконец она обнаружила незанятое место возле тротуарной дорожки рядом с закрытым павильоном по продаже прохладительных напитков. Даша решительно двинулась с целью оккупировать пустующий участок. Но, видно, насмешница-судьба имела собственные планы на досуг начинающей художницы. Когда девушка поравнялась с торговой точкой, оказалось, что за углом павильона прямо на газоне расположился другой живописец.

К горлу подкатило чувство досады, которое тут же сменилось удивлением. Из-за стоящего в тени строения мольберта выглядывали сосредоточенные глаза молодого мужчины — недавнего исполнителя изображения кафедрального собора на острове Канта.

Вид Даши с альбомом для рисования в одной руке и складным стулом в другой красноречиво говорил о цели ее визита. Художник прервал свою работу. По его открытому одухотворенному лицу пробежала легкая тень, на губах заиграла дружелюбная улыбка. Он узнал девушку.

— Кажется, я вам помешал? — прозвучал закономерный в возникшей ситуации вопрос.

— Нисколько. Наверное, это я вторглась на вашу территорию, — как можно учтивее отреагировала Даша. — Из-за павильона этот участок не просматривается, вот мне, наивной, и почудилось, что здесь свободно.

— А вы не стесняйтесь, места хватит обоим. Меня, кстати, Сергеем зовут.

Сердце предательски екнуло.

«Везет мне на Сергеев».

Предложение художника не вписывалось в программу девушки предаться любимому занятию в полном уединении. Но вот парадокс: это желание внезапно улетучилось. Сидеть рядом с мастером и невольно бросать взгляды на профессиональную работу, сравнивая ее со своей незамысловатой мазней? Нет уж, увольте. Другое дело — приобрести новые навыки у опытного учителя.

Девушка жалобно протянула:

— Можно я понаблюдаю за вашей техникой исполнения? Буду сидеть тихо, как мышка, обещаю.

Сергей усмехнулся.

— Вы не помешаете, устраивайтесь поудобнее.

Даша раскрыла стул, расположилась на нем и затихла, став частью неподвижного летнего антуража. Живыми оставались только глаза. Они зорко следили за каждым движением маэстро и становились шире при появлении на холсте элементов рисунка, полностью соответствующих оригиналу. Длинные пальцы правой руки умельца грациозно сжимали кисть и тщательно регулировали степень нажатия на нее. Художник, увлеченный работой, не замечал, как на тело, одежду, обувь попадали капли краски. Его оценивающий взгляд постоянно перемещался по полотну.

Наблюдательница невольно залюбовалась. Гордый наклон головы, трепещущие ноздри, полуоткрытый рот не могли оставить равнодушным присутствующего рядом зрителя.

Впервые после замужества молодая женщина ощутила интерес к представителю противоположного пола. Оказывается, кроме Сергея Громова, на свете существуют и другие мужчины! Супруг, разумеется, не в счет. Брак с Дмитрием — нелепая ошибка, цена которой — бессонные ночи с нелюбимым человеком. Хотела показать свою независимость вероломному кавалеру. Показала. Самой себе. Только вот влечение к топ-менеджеру никуда не исчезло. Может, со временем оно слегка притупилось.

Неожиданный поворот в сценарии, написанном судьбой, мог произойти после роковых событий на Соломоновых островах, когда пропала девушка Сергея. Кажется, ее звали Ингой. Даша неоднократно посещала страничку в интернете, созданную Громовым специально по этому поводу. Наверное, это подло, но в душе затеплилась какая-то надежда.

Увы, нужного поворота не произошло. Бывший бойфренд замкнулся в себе и не замечал никого вокруг. Не вызывала сомнений подлинность его горя. Да и брак с Ларионовым громоздким балластом висел за плечами. От мысли, что в неполные тридцать лет можно поставить на личной жизни большой жирный крест, стало как-то жутко. Девушка как никогда в эту минуту ощутила подступившее одиночество. Не в том смысле, что с ней не было рядом ни одного близкого человека. У нее чудесные родители, замечательные подруги. Но они живут своими интересами, и не с ними Даша должна прокладывать личный путь. Дмитрия Даша не любила и уже точно не полюбит. Несомненно, он оказался спасительной соломинкой, когда произошел разрыв отношений с папиным заместителем. Только на одном чувстве благодарности семью не построишь. Нужно двигаться дальше…

Работа рисовальщика подошла к концу. Сергей отступил на шаг от мольберта и критическим взором разглядывал картину. Когда в поле его зрения попадала какая-нибудь неточность, он, подобно шпажисту, делал стремительный выпад вперед и взмахом кисти исправлял ошибку. После десяти-пятнадцати таких «уколов» наступило затишье. Мастер удовлетворенно любовался собственным успехом.

Сзади раздались легкие аплодисменты.

— Великолепно, — послышался голос зрителя.

Только сейчас живописец вспомнил о существовании Даши. Он повернул в ее сторону голову, прищурил глаза и с иронией произнес:

— Это правда или вы хотите сделать мне незаслуженный комплимент?

— Кажется, вас мало хвалят, а зря. Ведь очевидно, что работа выполнена классно, — в тон Сергею ответила девушка.

— Хочется надеяться, что в студии «Радуга» мне скажут то же самое. Картина исполнялась на заказ.

— Не переживайте, уверена, произведение оценят по достоинству.

— Жаль, что не вы мой заказчик. Я не расслышал, как ваше имя…

Молодая женщина задорно рассмеялась.

— А вы хитрец, своего имени я пока не называла.

Сергей последовал примеру девушки и тоже засмеялся.

— Даша, — уже серьезно произнесла дочь Антона Владимировича и протянула руку.

Мужчина осторожно к ней прикоснулся своей. Невидимый импульс пробежал между молодыми людьми, но каждый постарался скрыть возникшую симпатию.

— А что же, вы так и не приступили к рисованию? — стараясь заполнить паузу, спросил Сергей.

— Не хотела себя расстраивать. Я делаю только первые шаги в этом направлении. А когда рядом работает настоящий ас, рука не поднимается творить.

— Вы, Даша, очень строги к себе. Москва не сразу строилась. Будет большой дерзостью, если я попрошу вас показать свои рисунки? Возможно, я смогу дать парочку полезных советов.

— Вы правда не против? О таком я и не мечтала. К сожалению, мои работы остались дома. А сегодня — вот. — Девушка раскрыла безупречно чистый альбом.

— Ну что же, значит, не судьба. А впрочем… — На лице Сергея промелькнуло озабоченное выражение. — В субботу я направляюсь выполнять следующий заказ. Знаете скульптуру «Борющиеся зубры»?

— Конечно. Работа Гауля, — блеснула знаниями Даша. — Мало кто из живущих в Калининграде о ней не слышал.

— Все правильно. Так вот, если возникнет желание, приходите в двенадцать и приносите что-нибудь из своих работ, — как можно непринужденнее попытался сказать художник, но от Даши не укрылись просительные нотки, прозвучавшие в голосе.

— Я постараюсь.

Даша уже приняла решение, что придет на встречу. Чувства переполняли ее. Она скомканно попрощалась с Сергеем. В данный момент девушке как воздух требовалось побыть одной.

Четыре дня пролетели незаметно. Из командировки вернулся муж, но Даша едва это заметила. Такой холодный прием сделал Дмитрия подозрительным. Он пустился в расспросы, но так ничего и не выведал. Всегда можно сослаться на страшную головную боль. Не удовлетворенный предложенным объяснением поведения жены, супруг стал мрачным и необщительным.

Наступила долгожданная суббота. Для того чтобы отсутствие Даши выглядело убедительным, она заранее все спланировала. Созвонилась с Валерией и попросила в присутствии Дмитрия пригласить ее на распродажу французского белья. В модном бутике, который посещала дочь Антона Владимировича, как специально проводилась акция.

Подруга долго ее упрашивала раскрыть смысл таинственной просьбы. Даша пообещала это сделать позднее.

Спектакль удался. Муж еще не отошел от фортелей своей второй половины, надул губы и через силу пожелал женщинам удачных покупок.

Итак, нужную свободу она получила. Ноги сами несли ее навстречу чему-то новому, пока не осознанному, но интуитивно манящему. В этот полуденный час город еще дремал после недели трудовых будней. Редкие прохожие с интересом разглядывали разгоряченное быстрой ходьбой красивое лицо девушки.

Впереди показались главный корпус Калининградского университета и, чуть далее, здание суда. Два мощных бронзовых зубра вносили ощутимый контраст в элементы урбанистического ландшафта. Девушка бросила взгляд на сцепившихся в поединке животных. Ироничная улыбка скользнула по ее чувственным губам. «Прокурор» и «защитник» — так окрестили местные жители персонажей скульптуры, учитывая соседство монумента с дворцом правосудия. Ну что же, сравнение действительно удачное. Вечные участники судебных процессов представляли полярные по отношению друг к другу лагеря, между которыми шла непрекращающаяся борьба. Добро и зло, правда и ложь… Эти понятия для каждой из сторон имели свои корни и основывались на преследуемых ими интересах.

Даша секунду-другую полюбовалась творением Августа Гауля и стала обходить памятник по кругу. Глаза никак не могли нащупать в безмятежном уголке солнца и зелени знакомую фигуру. Девушка забеспокоилась. В сознание закралась мысль, что рандеву не состоится.

«А у меня даже нет номера телефона Сергея».

Тревога оказалась напрасной. Поравнявшись с одной из скамеек, она услышала легкое покашливание. Голос тактично акцентировал внимание молодой женщины, что рядом находятся и другие люди. Из-за яркого потока света Даша не заметила сидящего в тени дерева мужчину. Сердце бешено забилось, но это было радостное волнение. Девушка снова почувствовала себя живой, словно невидимый волшебник отпер золотым ключиком заржавевший замок и выпустил на волю пленницу.

Сергей с улыбкой на губах поднялся Даше навстречу.

— Вы вовремя, настенные часы как раз бьют двенадцать.

— Значит, мы можем начать наш урок?

15

Чувство дежавю не покидало Громова. Он в пятый раз перекладывал документы из ящика бюро на стол и обратно. Тонкой зеленой папки с купчей на квартиру среди них не было. При этом его не оставляла уверенность, что именно здесь должна находиться ценная бумага.

Сергей беспомощно осмотрелся. Еще две недели назад пространство жилища выглядело обитаемым. Но ветер перемен, однажды родившийся в голове несчастного влюбленного, не оставил камня на камне от уютного гнездышка, так долго служившего пристанищем для Сергея и Инги. Остатки мебели вопросительно взирали на хозяина: «Когда же наступит и наш черед покинуть брошенный очаг?»

Громов прошелся по квартире. Им овладело беспокойство. Вчера в Ближнево он принял решение о продаже городского жилья. Сделанные Сергеем расчеты показали, что имеющиеся в его распоряжении авуары[30], возможно, позволят оплатить арендованный особняк без привлечения кредита. Депозиты в банке, облигации[31], сертификаты, второй автомобиль, еще совсем новый, и вот — квартира.

«Куда я положил документы?»

Сергей в задумчивости привалился плечом к двери, ведущей в спальню. В поле зрения попала прикроватная тумбочка, сироткой стоящая в углу комнаты. Инга часто читала на ночь. Девушка отдавала предпочтение английским классикам и детективной литературе. «Весь мир в кармане» — кажется, этим произведением Чейза она увлекалась до путешествия на Соломоновы острова.

Непонятная сила заставила Сергея открыть тумбочку. Да, все верно, книга мастера остросюжетного жанра предсказуемо покоилась на дне верхнего ящика. Но этот предмет оказался не единственной вещью, занимавшей внутреннее пространство ночного столика. Из-под глянцевой обложки бестселлера выглядывала знакомая зеленая папка. Громов в недоумении уставился на находку. Сам он тумбочкой не пользовался, а Инга никогда не интересовалась деловыми бумагами. Или интересовалась? Как по-другому объяснить появление купчей в этом месте?

Сергей прокрутил в мозгу события последних двух недель. Он лично присутствовал при выносе мебели из квартиры для погрузки в автотранспорт перевозчика. Какие-то предметы домашней обстановки, в том числе бюро и тумбочку, он не взял по причине временной ненадобности. В тот же день он остался ночевать в Ближнево и в квартиру больше не возвращался.

Громов достал папку из ящика и направился на кухню. Весь интерьер помещения составляли испанский стол-трансформер и два стула. На один из них, так сказать «на дорожку», присаживался переселенец. Сергей отчетливо помнил, что, когда он покидал дом, стул так и оставался стоять немного отодвинутым от стола. Сейчас картина преобразилась. Предмет мебели плотно примыкал к трансформеру. Объяснение произошедшему изменению напрашивалось только одно: кто-то посещал квартиру после того, как ее владелец сменил место жительства. Но ключами обладали только он, Громов, и Инга. В надежде приоткрыть полог тайны Сергей подошел к входной двери и осмотрел замок. Нет, никаких следов проникновения. Ключ свободно, без усилий совершал обороты в устройстве.

В замешательстве мужчина вернулся на кухню. Там он раскрыл папку и проверил ее содержимое. Весь пакет документов был на месте.

«Ну, хоть здесь без сюрпризов». Папка переместилась в кожаный портфель заместителя директора.

Волнение не отступало. Не могла же его девушка объявиться и не поставить Сергея в известность. Регулярные отчеты спасателей о тщетности поисков также указывали на сомнительность подобного предположения. Но если не она отперла дверь, то кто это мог сделать? И главный вопрос: зачем?

Срочный вызов на работу из отпуска заставлял Громова отложить решение загадки в сторону. Возможно, позже ему придется побеспокоить стражей порядка.

«Впрочем, — сам себя одернул Сергей, — перспектива такого обращения крайне туманна. По закону официально Инга не признана безвестно отсутствующей. Следов взлома входная дверь не имеет. Следовательно, он не единственный, у кого есть свободный доступ к жилью. В данной ситуации кому захочется проверять, сам хозяин квартиры придвинул к столу стул или нет».

Самоанализ помог Сергею переключиться на причину, по которой его вынужденному отдыху пришел конец. Литовская фирма «Полярис» направила «Прометею» предложение заключить крупный контракт на поставку трансформаторов. Совсем недавно эта компания уже имела положительный опыт работы с организацией Громова. Известные читателю представители заказчика Джонас Раудис и Гедеминас Ожонас хотели вести переговоры только с заместителем генерального директора по логистике и закупкам. Предыдущая поставка оборудования полностью оправдала ожидания покупателя.

Вчера около семи вечера Сергей безмятежно покачивался в гамаке в тени пышного дуба с журналом Men’s health в одной руке и баночкой пива в другой. Две недели отпуска оказали благотворное действие на истощенную нервную систему топ-менеджера. Немаловажную роль здесь сыграла смена обстановки. Стены городской квартиры постоянно напоминали Сергею о пропавшей возлюбленной. И вот теперь новые декорации дали ему шанс освободиться от тяжелого бремени. Море, солнце, свежий воздух, гольф… Даже неприятности на работе перестали вызывать у Громова чувство раздражения и тревоги.

Рука неторопливо переворачивала очередную страницу и застыла, застигнутая неожиданным звонком. Сергей недовольно посмотрел на телефон. На дисплее устройства высветилась фамилия руководителя «Прометея».

«Что-то рановато меня беспокоит Антон Владимирович. Впереди еще две недели отпуска».

Из аппарата донесся бодрый голос Михайлова, в котором еле заметно проскальзывали подобострастные нотки.

— Не помешал, Сергей Максимович? Как проходит отдых, восстанавливаетесь?

— Все отлично, обживаю свое новое приобретение.

— А я по делу. Вы мне очень нужны в офисе.

— Что-то случилось? — вслух произнес Громов, а в сознании пронеслось: «Ты же меня сам в этот отпуск и отправил».

— Объявился «Полярис». Теперь им нужно в два раза больше трансформаторов, чем в прошлый раз. Думаю, они занялись перепродажей.

— Хорошая новость! А в чем необходимость моего личного присутствия?

— Ну как же, представители заказчика, Раудис и… как его там еще… Ожогас…

— Ожонас, — автоматически произнес заместитель директора.

— Да-да, Ожонас… желают обсуждать условия поставки только с вами.

Память неумолимо открутила кинопленку назад. Перед глазами Сергея промелькнули события месячной давности. Несчастный случай на складе. Кажется, название фирмы «Полярис» и имена его представителей — Джонаса Раудиса и Гедеминаса Ожонаса — всегда будут ассоциироваться у Громова со злополучным автокаром.

— Антон Владимирович, я правильно понимаю, вы отзываете меня из отпуска?

— Именно. Ты нужен здесь, — более доверительно заговорил Михайлов. — Забудем разногласия, думаю, теперь все наладится.

В словах руководителя «Прометея» слышался явный подтекст.

— Что вы имеете в виду?

— Об этом не по телефону. Прошу завтра в офис.

— Непременно.

Связь прекратилась.

Две недели отсутствия на работе — большой срок для находящегося в гуще событий менеджера. В особенности если перерыв произошел по причинам, от него не зависящим. Обеспокоенность в голосе Антона Владимировича не могла оставить равнодушным его, так сказать, «правую руку». На смену обиженному чувству гордости, вызванному несправедливой отставкой, пришла потребность в бурной деятельности и контроле за вверенным Громову направлением. Болезненной занозой в мозгу засела мысль о взаимоотношениях с Ларионовым. Что делать с зятем Михайлова, заместитель директора не знал. Предъявленные неожиданно Дмитрию Александровичу справедливые обвинения по поводу плетущихся им интриг вынудили начальника отдела логистики показать свое истинное лицо. После этого личину назад не спрячешь. В такой ситуации обещание шефа, что все наладится, вызвали у Громова обоснованное недоверие.

Впрочем, загадка, прозвучавшая в словах Михайлова, открылась сразу же по прибытии Сергея Максимовича в «Прометей». Он неторопливо прошел в свой кабинет, с ироничной улыбкой отвечая на удивленные приветствия коллег, не ждавших его так скоро из отпуска. За исключением, наверное, Светланы. Секретарь поднялась навстречу, вежливо произнесла дежурную для подобных случаев фразу и тут же известила, о назначенной ему в девять часов аудиенции у Антона Владимировича.

Руководитель организации стоял у окна и наблюдал за происходящим на улице. Эта привычка водилась за ним, когда Михайлова мучила какая-нибудь проблема. Стук двери известил о посетителе. Задумчивое выражение покинуло широкое загорелое лицо главы компании. Он решительно направился в центр кабинета, к ожидавшему его там с папкой в руках Громову. Крепче, чем обычно, Антон Владимирович пожал руку своему заместителю. От Сергея не ускользнуло, что глава компании ему действительно рад.

Топ-менеджеры расположились в широких кожаных креслах. Первые пять минут прошли в обмене любезностями и в обсуждении наиболее интересных новостей из жизни страны и региона, помещенных в газетах и соцсетях. Помощник главы компании прекрасно изучил манеру поведения Антона Владимировича. Он знал, что за кажущейся непринужденностью визави притаился важный вопрос, к которому издалека приближается собеседник. Интуиция его не подвела. Руководитель «Прометея» оборвал на середине собственную пространную фразу о скачках курса доллара и евро.

— Я хочу покаяться перед тобой. В последнюю нашу встречу я принял неверное решение. На то есть свои причины, не хочу в них углубляться.

Громов не ожидал такой откровенности. Тем временем Михайлов продолжал:

— Хорошо отлаженному механизму не должны мешать никакие препятствия. Прибыль компании зависит от безукоризненных действий всего персонала, но в особенности от подразделений логистики и закупок, как главных поставщиков средств.

— Полностью с вами согласен, — без тени иронии произнес заместитель директора.

— Мой новый родственник увлекся самодеятельностью, мотивы которой мне пока непонятны. Он неглупый человек, но порой не замечает очевидных вещей. Думаю, ему найдется применение в другой службе «Прометея».

Подчиненный многозначительно промолчал.

— После долгих раздумий я пришел к выводу сделать его заместителем начальника склада Зиновьева. Пусть свою энергию направит в иное русло.

«Отличная идея», — про себя подумал Громов.

— Сегодня же примите дела у Ларионова. О возможном перемещении по службе я ему заблаговременно сообщил. — Антон Владимирович недовольно сморщился, вспоминая неприятный разговор.

Новость буквально потрясла зятя. Дмитрий казался раздавленным. Его глаза метали молнии, но при этом он не произнес ни слова в свою защиту. А еще Антона Владимировича удивила реакция Даши, впоследствии узнавшей о грядущих переменах. Дочь осталась безучастной к судьбе мужа, как, впрочем, и к своей.

— Сергей Максимович, я попрошу сегодня же набросать план мероприятий по сотрудничеству с компанией «Полярис». По моим грубым подсчетам, «Прометей» ожидает несколько крупных сделок. Их предстоит заключать и, разумеется, исполнять в течение следующих десяти-двенадцати месяцев. Особый контроль, ваш личный, — Михайлов сделал ударение, — прошу осуществлять на стадии составления договоров поставки и последующей логистики. Какая-то помощь от меня требуется?

— Будет нелишним выделить на это направление персонального юриста. Просьба побеспокоить Комлянскую.

— Да, это не помешает. Марина Владимировна не любит, когда без ее участия определяются значительные приоритеты в работе правового отдела.

— Благодарю.

— Что-то еще?

— Да. Хотелось бы услышать ваши пожелания о кандидатуре нового начальника отдела логистики.

— На ваше усмотрение. Кто-то есть на примете?

Громов сразу вспомнил о главном специалисте Власове.

— Думаю, есть. Завтра я представлю вам докладную записку.

— Прекрасно.

— Вопросов больше нет, Антон Владимирович, готов приступить к работе.

Михайлов поднялся с кресла и пожал Громову руку.

— Вот и замечательно.

Окрыленный перспективами поставленной задачи и отстранением от участия в процессе Ларионова, заместитель директора возвратился в свой кабинет. Ему не терпелось приступить к работе немедленно, и все же он этого не сделал. Громов знал, что, как только закрутятся производственные шестеренки, другие дела отойдут на второй план. А одному делу требовалось дать ход уже в ближайшее время. Громов достал из портфеля мобильный телефон и нашел в адресной книге нужный номер. После двух-трех длинных гудков на другом конце провода взяли трубку.

— Алло, — прозвучал мелодичный женский голос.

— Юля, добрый день, это Сергей Громов, помните меня?

— Конечно, Сергей, — отозвалась риелтор из агентства недвижимости «Город». — Как ваша жизнь в Ближнево?

— Две недели наслаждаюсь тишиной и свежим воздухом.

— Надеюсь, ваши ожидания оправдались?

— На все сто. Юля, у меня к вам два вопроса.

— Слушаю.

— Первое: я должен возвратить второй экземпляр договора на оказание мне вашим агентством услуг по покупке дома.

— Ой, я уже и забыла, а что еще?

— А еще мне нужно продать городскую квартиру. Зачем забираться в кредит, если найдутся и собственные средства рассчитаться за особняк? Вот я и вспомнил про вас.

— Очень рада это слышать. Наше агентство в короткие сроки и за максимальную цену реализует ваш актив.

— Что от меня требуется?

— Документы на жилье и фотографии квартиры.

— Первое у меня сейчас на руках, а снимки я сделаю сегодня вечером. Как насчет завтрашнего дня, чтобы подписать контракт?

— Превосходно, в шесть часов вечера вы можете подъехать в агентство. Да, чуть не забыла: привезите мне дубликат ключа, ведь объект нужно будет показывать покупателям.

— Все сделаю. Итак, до завтрашней встречи.

— До завтра.

Связь оборвалась. Удовлетворенный результатами разговора, Громов довольно потирал руки.

«Придется мне сегодня заночевать в городе, забрать из бюро запасной ключ и сделать фото. Но ничего, в квартире есть надувной матрас и какая-то домашняя одежда», — подумал он.

Вот теперь настал момент возвратиться в производственный процесс. Следующие семь часов заместитель генерального директора самоотверженно отдавался любимой работе. Более пятнадцати визитеров успело за это время посетить кабинет Сергея Максимовича.

Общение с коллегами началось с Севостьянова, поскольку за прошедшие две недели именно он управлял логистикой и закупками в «Прометее». Требовалось войти в курс дела.

Олег Борисович пришел с толстой папкой бумаг и более получаса монотонно посвящал Громова во все перипетии произошедших за время отсутствия своего начальника событий. Расставаясь с Севостьяновым, менеджер поймал себя на мысли, что сотрудник не очень-то и рад его возвращению. По всей видимости, Олег Борисович даже за такой короткий срок почувствовал вкус власти и собственной значимости. Это стало неприятным открытием.

Вслед за начальником отдела закупок неуверенной походкой в кабинет вошел Ларионов. Он старался держаться непринужденно, но до Сергея Максимовича долетали скрытые волны исходившего от посетителя напряжения. Громов постарался свести к минимуму общение с бывшим подчиненным. На прощание заместитель директора пожелал ему удачи и творческих свершений на новом месте работы. Дмитрий Александрович выразил свою благодарность, одарив перед уходом Громова уничтожающим взглядом.

«Этот сделает все, чтобы потопить меня при первом же удобном случае».

Впрочем, теперь Ларионов не находился в прямом подчинении у Сергея Максимовича, что сводило к минимуму число контактов между ними.

Главный специалист отдела логистики Власов занял место напротив Громова.

«Интересно, он в курсе, зачем я его пригласил?» — пронеслось в сознании заместителя директора, вслух же он произнес.

— Как идет служба, Роман Валерьевич?

— В штатном режиме, ничего особенного.

— Много в отделе договоров на исполнении?

— Порядка двух десятков, может быть, чуть больше, — без запинки ответил Власов.

— Вы уже в курсе кадровых перестановок в компании?

Ответом послужил недоуменный взгляд работника.

— Нет, — протянул он.

— Ну, тогда я буду первым, кто сообщит вам эту новость. Дмитрий Александрович покидает отдел логистики.

— Понятно, — не зная, что еще сказать, выдавил из себя Власов.

— И подразделению требуется новый руководитель, — сделал пространный намек Сергей Максимович.

До главного специалиста начала доходить причина, по которой его пригласили к руководству. Лицо стало медленно краснеть. Менеджер решил как можно тактичнее сделать предложение.

— Как долго вы у нас, Роман Валерьевич?

— Около четырех лет.

— Рутина не заедает?

— Ничуть. Только совсем недавно логистика, которой занимается «Прометей», стала для меня более-менее понятной. Необходимо знать очень много нюансов, чтобы компания исполнила обязательства в срок и должным образом.

— Это хорошо, что вы об этом упомянули. И вы правильно видите конечную цель процесса: покупатель должен остаться довольным работой «Прометея». Отсюда и прибыль, и зарплата, и премии.

Власов кивнул головой, соглашаясь с рассуждениями руководителя.

— И такое важное направление деятельности не может существовать без бдительного ока оперативного начальника. — Громов перешел к решающей стадии диалога. — Только постоянный контроль и грамотное руководство подразделением позволяет «Прометею» надеяться на выполнение стоящих перед ним высоких задач.

— Полностью вас поддерживаю, Сергей Максимович.

— Ну, коль скоро это так, я уполномочен предложить вам освободившийся пост.

Власов знал, что эта фраза вскоре сорвется с уст заместителя генерального директора, но все равно не смог спокойно ее переварить. Глаза работника беспокойно забегали.

— Не уверен, что я справлюсь, а вас подводить мне не хочется.

— А вы не переживайте. Любое начинание — испытание, — успокоил Громов. — Пока пороху не понюхаешь, не поймешь, чего стоишь.

Понимающий тон руководителя взбодрил главного специалиста.

— Чтобы оценить свои возможности на новой должности, — продолжал Сергей Максимович, — давайте поступим так. Оставайтесь пока на прежнем месте, но к вашим обязанностям добавится работа начальника отдела. Разумеется, за дополнительную плату. Оглядитесь, освойтесь, и через месяц-другой мы вернемся к этому разговору.

Роман Валерьевич, не задумываясь, отреагировал:

— С таким вариантом я согласен.

— Вот и прекрасно.

Коллеги обменялись рукопожатиями. Покидая кабинет, Власов остановился и тихо произнес:

— Спасибо, Сергей Максимович, за предложение. Вот увидите, я вас не подведу.

Работник вышел из помещения.

Поток визитеров продолжился. Только за полчаса до окончания рабочего дня приемная заместителя генерального директора наконец освободилась от сослуживцев. На столе заработала внутренняя связь. Звонил Владимир Малозов.

— Ну как, очистил авгиевы конюшни?

— Только приступил.

— Какие планы на вечер?

— Если интересно, заходи, поговорим.

— Лечу.

До прихода друга Громов успел озадачить Светлану:

— Обзвоните подразделения. Завтра в десять совещание с представителями «Поляриса». Обсуждаем поставку трансформаторов.

— Хорошо, Сергей Максимович.

Начальник службы безопасности, как всегда безукоризненно одетый, неслышно появился во владениях своего приятеля.

— Что интересного в жизни? Смотрю, ты у Михайлова снова в почете. Пересилил себя Антон Владимирович. Как только запахло жареным, нашел он в себе силы отозвать главного стратега из отпуска.

— Конечно. Когда на кон поставлено несколько миллионов, о щепетильности можно позабыть. Гости из Клайпеды опять напомнили о себе. Теперь «Полярису» требуется намного больше трансформаторов. Завтра я собираю совещание, ты, кстати, тоже в числе приглашенных. Наверное, и Михайлов посетит мероприятие.

Владимир тихонько свистнул.

— Вот откуда весь сыр-бор. Давненько у нас не было крупных заказов. Севостьянов в твое отсутствие очень старался победить в двух тендерах, но, увы, конкуренты нас обошли.

Громов удивленно поднял брови.

— Странно, он мне об этом ничего не сказал.

— Может, забыл?

— Наверное.

— Ладно о работе, лучше расскажи о своем отдыхе.

— Лучший отдых — это смена деятельности. Как ты уже знаешь, я перебрался в Ближнево. До сих пор занимаюсь наведением порядка в доме. Лилия Аристарховна — мировая старуха. Частенько по вечерам мы собираемся перед телевизором поболтать о том о сем. Андрей, приятель Оксаны, племянницы Сойкиной, обучает меня гольфу. Занятная игра. Сродни нашей работе. И там и здесь нужна точность.

Владимир рассмеялся.

— Тонкое замечание. А как обстоят дела с Линасом? Больше наш знакомый не напоминал о себе? Из полиции известий нет?

Последний вопрос заставил Сергея снова пережить неприятные воспоминания о столкновении с кучкой отморозков во главе с бывшим бойфрендом Инги. Своевременное появление друга спасло его от неминуемой расправы. По настоятельному убеждению Владимира он обратился в органы правопорядка. Тот же Малозов пояснил приятелю, что ждать немедленных результатов бесполезно, но зарегистрировать факт нападения необходимо. Долговязый лейтенант, дежуривший в тот день в отделении, лениво протянул Громову бланк и попросил в подробностях изложить обстоятельства происшедшего. Прошло две недели. Ни повесток, ни телефонных звонков из полиции к пострадавшему не поступало.

На вопрос друга Сергей лишь мотнул головой. Владимир сочувственно вздохнул.

— Главное, не сильно расслабляйся, — сказал он. — Я эту братию хорошо знаю. Они потерпели фиаско и теперь не скоро успокоятся.

— Я того же мнения.

— От спасателей нет хороших новостей? — сменил тему Малозов.

— К сожалению. Евгений Дюсов сообщил, что поиски проходят в восточной части от Индиспенсейбла[32]. Там очень много мелких островов. Приходится обследовать каждый.

Напоминание об Инге навело Громова на мысль о недавнем казусе, приключившемся с ним на квартире. Своими подозрениями он решил поделиться с Владимиром.

— Скорее всего, я сам придвинул стул к трансформеру, но хоть убей — уверенности в этом никакой. Дверной замок в полном порядке, а ключи от жилья есть только у меня и Инги.

— Возможно, грузчики, когда выносили мебель из кухни, переместили остающиеся в квартире предметы, а ты и не заметил.

— Все может быть, — в нерешительности произнес Сергей. — Но вот в чем загвоздка, — продолжал он. — Движение стула — не единственная загадка. Документы на жилье я обнаружил в том месте, куда никогда бы их не положил, — в прикроватной тумбочке. Не помню, чтобы моя девушка интересовалась деловыми бумагами.

— Думаю, этому тоже есть свое объяснение. Иногда берешь одну вещь и незаметно прихватываешь с ней другую и можешь этого даже не заметить.

Подобная трактовка событий почему-то не приходила в голову Громову, но показалась ему вполне разумной.

— Кстати, а зачем ты искал документы? — проявил любопытство Малозов.

— Совсем забыл тебе сказать: я продаю квартиру. Не хочу становиться заемщиком, платить банку драконовские проценты. Я все рассчитал. Сначала можно гасить долг из собственных средств, а потом смотришь — и с зарплаты один-два взноса за дом получится внести.

— Понятно, не откажешь тебе в сообразительности.

— Завтра встречаюсь с Юлией, риелтором. Помнишь сделку с Сойкиной?

— Конечно.

— Так вот. Сегодня я ночую в городе, нужно сделать снимки квартиры, и потом отправлюсь на подписание контракта.

— Масштабные планы, желаю удачи.

— Спасибо. Немного разберусь с делами, и думаю отметить новоселье, как обещал.

Владимир поднялся с кресла, и друзья расстались.

16

Ночью Сергея посетил странный сон. Странный, потому что обстановка, в которой происходило действие, до боли напоминала реальность.

Он обнаружил себя спящим в пустой квартире на предусмотрительно оставленном в ней надувном матрасе-кровати. На лице отдыхающего застыло беззаботное выражение. Настенные часы показывали два часа ночи.

Еле заметное движение внутри жилища нарушило невидимую гармонию внутреннего пространства. Сквозь сон Сергей невольно стал прислушиваться. Ему почудился тихий смех, легкие шаги по паркету. Что-то воздушное, похожее на тонкий шелковый шлейф, скользнуло по руке молодого человека. Он открыл глаза, но ничего не увидел — вокруг стояла кромешная тьма. Внезапно он услышал свое имя. Голос звучал приглушенно и печально. Звук доносился из дальнего угла комнаты.

Повинуясь магии этого голоса, Громов на ощупь стал к нему приближаться. Из полуоткрытой двери, ведущей на лоджию, в помещение проникал поток свежего воздуха. Несильное дуновение колыхало портьеру. В своем движении занавеска обнажала часть комнаты, которая находилась за ней. Когда до окна оставалось не более трех-четырех метров, полусонный взгляд мужчины выхватил темную фигуру, практически слившуюся с поглотившим квартиру ночным мраком. Бесформенная масса застыла в немом ожидании. Ни лица, ни пола пришельца Сергей различить не мог.

— Кто здесь? — чужим голосом произнес он.

В ответ ни звука.

— Что вам надо?

Безмолвие.

— Покажитесь, я вас не вижу!

В углу послышалось невнятное бормотание, затем фигура всхлипнула.

— Мне очень холодно, Сережа, — вдруг произнесло видение голосом Инги. — В этой пещере очень холодно. Почему ты не заберешь меня отсюда?

— Инга! Ты? — только и смог выдохнуть Сергей.

Дрожащая рука вытянулась в сторону фантома.

— Я знал, что ты жива! Скоро мы найдем тебя! — в отчаянии выкрикивал слова обещания несчастный влюбленный.

— Не оставляй меня, — прошелестел голос. Портьера качнулась, и видение исчезло…

Громов пошевелился на матрасе и открыл глаза.

Вокруг царили уединение и тишина. Он с опаской окинул темное помещение. Ни малейшего движения, за исключением, пожалуй, занавески, перебираемой сквозняком.

— Что за чертовщина происходит? — выдавил Сергей в ночную пустоту.

Стрелки настенных часов застыли на цифре «три». Голова снова опустилась на подушку, но спать больше не хотелось. Сергей поднялся и прошелся по комнате. Нужно было чем-то себя занять. Утром ему предстояло сделать снимки квартиры, чтобы вечером передать их Юлии. Теперь этому занятию нашлось другое время.

Не торопясь, он обошел все помещения, делая в каждом из них по нескольку кадров. Затем с присущей ему скрупулезностью перепроверил фотографии. Наименее удачные Сергей удалил.

После проделанного моциона проснувшийся организм запросил кофе. Громов переместился на кухню. Он захватил с собой портфель и извлек из него свежий номер «Коммерсанта». Горячий напиток приятно разлился по телу, а актуальная информация из мира бизнеса настроила на деловой лад. За чтением Сергей не заметил, как настало время собираться на работу.

Перед уходом он на мгновение остановился в прихожей и бросил на себя критический взгляд. Строгий деловой костюм, аккуратно причесанные волосы, стройная фигура заставили мужчину удовлетворенно улыбнуться. Сергей поправил галстук и провел рукой по шраму на правой щеке. Такая привычка у него появилась после возвращения из рокового путешествия. В глазах появились твердость и упорство. Он кивнул себе головой и покинул одинокий дом.

Вчера Громов подъехал заночевать в квартиру довольно поздно. Абонемент, по которому он пользовался ближайшим паркингом, закончился, и продлевать его не имело смысла. Возле подъезда нашлось свободное место, и это сыграло решающую роль в выборе стоянки на ночь.

Автомобиль верно дожидался хозяина и приветствовал его желтоватым светом фар, когда Сергей отключил сигнализацию. До машины оставалось каких-то десять метров, как дорогу перегородил грязный пьянчужка, неизвестно откуда свалившийся перед спешащим на работу мужчиной. Всклокоченные волосы, щетина недельной давности, ввалившиеся глаза, рваные обноски — все в нем выдавало принадлежность к еще попадающимся в населенных пунктах представителям «класса бомжей». Разумеется, страждущему требовалось утешение в виде незначительной суммы денег.

Подобным субъектам Громов никогда не подавал. По его мнению, только полное отсутствие силы воли и распущенность могли довести человека до такого скотского состояния. Сергей лишь отмахнулся и продолжил свой путь. Отвергнутый проситель в ответ затянул отрывок из песни «Генералы песчаных карьеров». Громов усмехнулся, проскользнул в салон автомобиля и завел двигатель. Пока мотор прогревался он включил радио. Шел утренний выпуск новостей. Сергей откинулся на спинку сиденья и стал вслушиваться в льющийся в эфир поток актуальной информации. Его взгляд окинул панель управления, прошелся по ветровому стеклу и задержался на зеркале заднего вида, заметив какое-то движение возле багажника «Вольво». Оказывается, недавний бродяга не оставил надежды поживиться за счет состоятельного владельца иномарки и покорно топтался рядом с автомобилем. Громов лишь вздохнул. Он опустил рычаг тормоза и плавно отъехал от места парковки.

Сегодня заместитель генерального директора направлялся на службу на полчаса раньше. Следовало тщательно подготовиться к совещанию с литовскими партнерами. Контракт с «Полярисом» имел стратегическое значение для интересов «Прометея». Если дело «выгорит», в ближайший год топ-менеджеру скучать явно не придется. Поставка крупной партии энергетического оборудования — дело нешуточное.

В этот утренний час машины еще не успели заполнить транспортные магистрали. Кроссовер Громова легкой птицей летел по главным дорожным артериям города. При пересечении одного из перекрестков встречная легковушка помигала фарами. Сергей не обратил на это внимания, поскольку рядом двигались другие автомобили и подобный сигнал мог быть адресован кому угодно.

Примерно через пару километров его обогнал внедорожник и издал клаксоном протяжный звук, словно о чем-то предупреждал. Громов забеспокоился. Водитель подавал знак явно ему. Сергей окинул приборную панель острым взглядом. Ничто не указывало на опасность. Для пущей надежности необходимо было осмотреть машину. Но, как назло, транспортный поток заметно увеличился.

«Надо постараться оторваться и включить аварийку», — пронеслось в сознании.

Он увеличил скорость и приступил к осуществлению задуманного маневра. Вдруг кроссовер начал резко смещаться влево, в сторону разделительной полосы. Сзади раздались возмущенные сигналы водителей. Выворачивать руль вправо или тормозить не имело смысла — следовавшие за ним машины просто сомнут неожиданное препятствие. Но и пересекать ограничитель, выполненный в виде живой изгороди, означало верную смерть. Цепкий взгляд уже выхватил в потоке машин встречного направления два тяжелых грузовика. Единственным шансом оставалось каким-то чудом закрепиться на самой разделительной полосе. Посаженый на ней кустарник не представлял серьезной угрозы и мог ощутимо снизить скорость «Вольво».

Громов нажал кнопку аварийной сигнализации и, слегка притормаживая, начал приближаться к спасительному «островку». Машины, идущие за ним, за счет имеющейся дистанции принялись перестраиваться в соседний ряд. Кроссовер еще снизил скорость. Сзади подал грозный голос КамАЗ, которому не так-то просто было уйти с дороги из-за возникшей на ней помехи.

«Пора», — сказал себе Громов и вывернул руль прямо на невысокий поребрик.

Автомобиль, подобно резвому скакуну, приподнялся на задних колесах и легко впрыгнул в «зеленый лес». Машина прошла юзом три метра и затихла. Мимо с тревожным звуком промчался тяжеловоз.

Громов с облегчением закрыл глаза.

«Вот и приехал на работу пораньше».

Причина аварии оказалась банальной. Левое заднее колесо припало к земле, выражая своим видом полную несостоятельность. Прокол. Сергей пробежался взглядом по покрышке и вскоре обнаружил виновника чуть не случившейся трагедии. Крупный саморез намертво «присосался» к колесу и отливал бронзой в лучах утреннего солнца. Вчера ночью прошел дождь, и в неровностях на дороге скопилось немало воды. В одной из луж, скорее всего, и затаился «сюрприз». Во время движения на значительной скорости наедешь на такой металлический штырь — и даже не почувствуешь.

Громов обошел машину вокруг. Небольшая вмятина на бампере и потертости на корпусе от соприкосновения с кустарником — вот итог экстренного приземления посреди разделительной полосы. Сергей достал из портфеля телефон и сделал несколько снимков с места инцидента. Эти фотографии помогут ему без лишних хлопот решить вопрос с ремонтом автомобиля в страховой компании.

Сергей посмотрел на часы. Если он поторопится, то еще вполне успеет к началу совещания. Его друг, Владимир Малозов, в настоящее время наверняка находится на пути в офис. Громов позвонил приятелю и в двух словах передал суть положения. Через пятнадцать минут темно-синий «Фольксваген» начальника службы безопасности въезжал на участок дороги, на котором Сергей предусмотрительно выставил знак аварийной остановки.

Малозов не стал лезть с вопросами, всему свое время. Он помог заменить проколотое колесо и вывести кроссовер на проезжую часть, после чего друзья благополучно покинули место происшествия.

Перипетии утренних событий отошли на задний план перед предстоящим совещанием с представителями компании «Полярис». Заместитель генерального директора поднялся в свой кабинет. Включил компьютер и отыскал нужный файл. Он внимательно прочитал информацию о запланированном проекте, чтобы освежить память. На столе заработала внутренняя связь. Бодрый голос секретаря напомнил ему о том, что назначенное мероприятие состоится через десять минут. Громов поместил в папку для совещаний необходимые документы и направился к лифту. Подъемник не заставил себя ждать. Кабина устройства встретила его полным одиночеством. Сергей Максимович нажал на кнопку, и лифт неслышно пришел в движение.

Уже на следующем этаже он остановился. Дочь главы компании неторопливо вошла внутрь.

Даша нисколько не удивилась присутствию человека, от мысли о котором она совсем еще недавно сходила с ума. Молодая женщина вежливо поздоровалась. От подобного приветствия повеяло неприкрытым официозом. Одновременно с этим Громов не мог не заметить в поведении девушки внутреннюю расслабленность и увлеченность какой-то идеей. Словно в помещении присутствовала только оболочка, а душа находилась за много километров отсюда. Сергей ответил и произнес пару ничего не значащих дежурных фраз.

Лифт снова сделал остановку. Взору пассажиров предстал супруг Дарьи Антоновны. Растерянный взгляд мужчины свидетельствовал о том, что он никак не ожидал встретить такую компанию. Через мгновение от растерянности не осталось и следа. На смену ей пришли подозрительность и плохо скрываемое раздражение. Ларионов через силу выдавил из себя «добрый день» и больше не сказал ни слова.

Наконец, пытка совместным присутствием закончилась. Подъемник прибыл на пятый этаж, где троица вышла. Оказывается, все они направлялись в одно и то же место — на встречу с покупателями.

Просторный конференц-зал в данный момент походил на оживленный улей. Группа из пяти гостей заняла отведенные ей заранее места за длинным овальным столом. Все безупречно одетые в костюмы ручной работы литовских мастеров, загорелые и жизнерадостные, прибалтийцы наполнили аудиторию своей аурой и индивидуальностью. Делегацию возглавлял известный уже читателю Джонас Раудис. Его ближайший помощник Гедеминас Ожонас также присутствовал на встрече.

Напротив гостей расположились начальник отдела закупок Севостьянов и новоиспеченный начальник отдела логистики Власов. Громов и чета Ларионовых присоединились к коллегам. Вскоре в конференц-зал бодрой походкой вошел Михайлов, и совещание началось.

Глава «Прометея» выступил с краткой речью. Антон Владимирович в общих чертах обрисовал масштабы планируемого проекта, важность тесного сотрудничества представителей обеих сторон в процессе поставки трансформаторов на объекты «Поляриса». Слова руководителя компании нашли живой отклик у прибалтийцев. Когда выступление закончилось, они дружно зааплодировали оратору.

Затем ответную речь произнес глава делегации гостей. Джонас Раудис поблагодарил Михайлова и коллектив «Прометея» за четкое исполнение предыдущего контракта и выразил надежду на дальнейшее плодотворное партнерство. Со своей стороны, он пообещал любое необходимое содействие при реализации проекта.

На этом бравурные спичи закончились. Наступило время конкретных предложений. Слово взял Громов.

— «Прометей» подготовил небольшую презентацию, так сказать, для наглядности. Прошу внимание на экран.

Взгляды присутствующих обратились на расположенный на стене монитор. Перед глазами представителей заказчика и поставщика оборудования замелькали слайды. К каждому из них Сергей Максимович давал подробный комментарий. Перед тем как перейти к следующей картинке, докладчик предлагал прибалтийцам задавать вопросы.

У гостей их имелось предостаточно. Таким образом, шаг за шагом были разобраны наиболее важные аспекты масштабной программы: уточнены перечень трансформаторов, подлежащих поставке, их количество, сроки прибытия оборудования на склад «Прометея», передача его заказчику и многое другое. Некоторые детали корректировались по ходу обсуждения.

Финансовая часть проводимой кампании не допускала суеты и требовала конфиденциальности. Антон Владимирович увел Джонаса Раудиса в свои апартаменты для личной беседы. Перед уходом Михайлов поручил своему заместителю закончить переговоры.

В течение часа за столом конференц-зала стоял приличный ор. Несколько утомленных участников совещания разбрелась по помещению, предоставив наиболее активным коллегам удовлетворять свое эго в словесной баталии. В дальнем углу аудитории находились места для кофе-брейка. Покинувшие поле для дебатов представители сторон имели возможность утолить жажду и немного подкрепиться.

Легкий ветерок, попадавший в конференц-зал из приоткрытого окна, играл с жалюзи, а также с мягкими волосами мужчины, едва заметного из-за находящейся в движении офисной гардины. В мобильном телефоне, приложенном к уху, доносились длинные гудки. Человек явно нервничал. Информацию, которой он обладал, нужно было срочно сообщить заинтересованному адресату. В устройстве раздался очередной протяжный звук, после чего трубку сняли.

— Слушаю, — произнес знакомый голос.

— Ну слава богу, — облегченно выдохнул мужчина. — Я думал, что никогда не дозвонюсь.

— У тебя что-то есть для меня?

— Да, Линас, новость, но она тебя не обрадует.

— Говори.

— «Объект» не пострадал, к сожалению.

— Ты уверен?

— В данный момент я нахожусь на совещании. Самый активный его участник — наш подопечный.

В телефоне послышалось ругательство.

— Я все понял, спасибо за сведения. Собирай максимум инфы о сделке «Поляриса» с «Прометеем». «Объект» оказался более сложным, чем я предполагал. Нужно искать другой способ.

— Есть какие-то идеи?

— Так, наброски. Еще раз благодарю, и конец связи.

Человек покинул укромное место и присоединился к участникам совещания. Обсуждение к этому времени практически закончилось. Гости изучали переданные им начальником отдела логистики Власовым проекты договоров поставки. Документы требовали тщательного изучения, поэтому заместитель Раудиса Гедеминас Ожонас взял тайм-аут на несколько дней.

Аудитория опустела. Представители «Поляриса» покинули офис, а сотрудники «Прометея» разбрелись по своим кабинетам. В ближайший год, помимо выполнения прочих заказов, их ждала напряженная работа, связанная с поставкой трансформаторов литовским партнерам. В глазах работников появился охотничий азарт, поскольку по внутренним инструкциям за получение определенной прибыли им полагалась премия.

Но одного человека не согревала мысль о возможном дополнительном доходе. Дмитрий Александрович Ларионов до сих пор находился под влиянием картины, свидетелем которой он невольно стал. Из головы не выходило довольное лицо жены там, в лифте. Осторожный, внимательный взгляд Громова. Конечно, их совместное присутствие — скорее всего, просто случайность. Но кто знает?

Как в тумане Ларионов вышел из «Прометея» и отправился к своему новому рабочему месту — на склад. Да, в его жизни произошел крутой поворот. Все коварный свекор. Сначала восторгавшийся деловыми качествами зятя, а затем опустивший его ниже плинтуса, когда почувствовал, что золотая курочка по имени «Сергей Максимович» перестала нести рубли и доллары.

А как все замечательно получалось! Он, Ларионов, сплел неплохую паутину вокруг своего патрона. Случай с «Промышленной энергетикой» — это еще цветочки, подготовка, так сказать, плацдарма для решительного и окончательного удара, после которого Громову можно сказать «гудбай». И вот тебе на — смена должности и рабочего места! Теперь под заместителя генерального директора просто так не подкопаешься. Нужно искать новые пути устранения опасного конкурента. В личной жизни противника пока штиль, но надолго ли? Трагедия, произошедшая с девушкой Громова, о которой кричали соцсети, осталась в прошлом. Может, и его благоверная такого же мнения? Давно он не перепроверял досье Сергея Максимовича.

Ларионов прибыл на склад и сразу же прошел в свой кабинет. Включил компьютер и отыскал в интернете знакомую страничку. Последние публикации и отзывы в ней датировались январем прошлого года. Дмитрий Александрович еще раз внимательно прочитал историю, случившуюся на Соломоновых островах. Какой-либо утешительной информации о поисках Инги не было. Девушка по-прежнему считалась пропавшей. В блоге сообщалось, что спасательные работы проводит надежная и ответственная организация — The Search. Ларионову припомнилось, как представитель данной компании неоднократно отчитывался Громову по телефону о проводимых мероприятиях.

Злой огонек зажегся в глазах молодого человека. Интересная мысль острым буравчиком начала проникать в сознание. Развитию этой мысли не хватало уверенности в том, что отношения Даши и Сергея Громова перешли в новую фазу.

«Необходимо понаблюдать за женой», — дал себе обещание подозрительный супруг.

Затем он достал из верхнего ящика стола блокнот и терпеливо принялся его листать. На странице с буквой «П» молодой человек остановился. На исписанном адресами, фамилиями и номерами телефонов листе Ларионов отыскал нужную информацию.

«Возможно, настало время опять побеспокоить сестер Пархоменко. Потребуется актерский талант».

17

Незаметно пролетели переменчивое лето, дождливая осень и промозглая зима.

Душевная рана Сергея начала потихоньку затягиваться. Немало этому, конечно, поспособствовала смена обстановки. Ночные кошмары прекратились и стали не более чем неприятным воспоминанием. Образ Инги еще иногда возникал в сознании Сергея, но такие видения теперь не вызывали мучительного чувства тревоги и отчаяния. Отчеты компании The Search по-прежнему не давали надежды на благополучный исход спасательной операции. С каждым из них в Громове крепла уверенность в том, что поиски пора прекращать.

Жизнь в Ближнево позволила новоселу выйти из мрачной пелены депрессии и снова увидеть вокруг пестроту красок удивительного и прекрасного мира. В предложенной Сойкиной схеме продажи дома, которую покупатель поначалу посчитал несколько странной, открылись свои преимущества. В лице Лилии Аристарховны Сергей нашел на редкость внимательного, с широким кругозором собеседника.

По воскресеньям вечером арендатор приглашал хозяйку имения на чаепитие. Если за окном стояла теплая погода, компания собиралась на веранде, если холодная — в большой, но уютной, отделанной панелью из ясеня гостиной.

На чаепитии часто присутствовала племянница Сойкиной Оксана. По обыкновению, к мероприятию, окрещенному Громовым, подобно англичанам, «Five o’clock Tea», девушка приносила испеченный собственноручно пирог.

Случалось, что на такие рауты попадал и Владимир Малозов, которому отдых на природе чрезвычайно нравился. Нередко после чая друзья, а иногда и приятель Оксаны Андрей отправлялись на лужайку для гольфа насладиться занимательной игрой. Студент в этой области считался настоящим гуру. Он обучил новых знакомых основным правилам поведения на площадке, технике ударов, объяснил, какие существуют лунки и зачем на поле устраивают препятствия.

Сергей и Владимир оказались терпеливыми и способными учениками. Вскоре они с важным видом заправил уже вовсю использовали принятую в гольфе терминологию. Слова «грин», «драйв», «фейд», «пар» и прочие нередко слетали с уст увлеченных спортивным поединком мужчин.

Владимир, для которого ранее упоминание о гольфе было пустым сотрясанием воздуха, впоследствии оказался более азартным игроком, чем его друг. Сергея это не могло не радовать. Посвященный в семейные неурядицы Малозова, он с удивлением замечал, как приятель прямо на глазах оживает.

Громова нередко направляли в командировки. Иногда они длились по нескольку дней. На одном из воскресных чаепитий Сергей протянул Владимиру дубликаты ключей от имения.

— Пользуйся. Не хочу, чтобы ты бросал хобби.

Друг смущенно взял ключи и тактично произнес:

— Возможно, Лилии Аристарховне это не очень понравится.

— Не скромничайте, молодой человек. Я не против ваших визитов, занимайтесь на здоровье, — сделала свое заключение Сойкина.

Владимир с радостью принял предложение. Долгими вечерами и в выходные дни он частенько маялся от скуки и безделья. Гольф заполнил пустоту и внес разнообразие в серые монотонные будни. Как только выдавалась свободная минутка Владимир садился в «Фольксваген» и с легким сердцем отправлялся за город, где под сенью дубов и лип его ждала лужайка для игры в крикет.

Через какое-то время Сергей передал другу и ключ от почтового ящика, расположенного на въезде в усадьбу. Квартиру Громова Юлия из агентства недвижимости реализовала менее чем за месяц, как и обещала. В отсутствие иного жилища особняк в Ближнево автоматически становился новым адресом для доставки корреспонденции. Менеджер «Прометея» привык находиться в курсе происходящих с его участием событий, поэтому входящие письма требовалось оперативно просматривать. Помощь друга здесь оказалась бы совсем не лишней.

— Да не проблема, — одобрил идею Сергея Владимир, прикрепляя ключ к его собратьям, помещенным в специальный футляр.

Таким образом в поле зрения Громова попадал любой заслуживающий внимания вопрос.

Отношения будущего хозяина имения с проживающими в данный момент в особняке людьми перешли в разряд приятельских после устроенного Сергеем банкета по случаю новоселья. Именно этот праздник дал старт ставшему затем привычным воскресному файв-о-клоку.

Переезд из города в новые апартаменты совпал с моментом продажи квартиры Громова. С помощью Юлии на руках ухватившего удачу за хвост арендатора оказалась довольно внушительная сумма, позволяющая ему какое-то время вносить платежи за дом без банковской ссуды. Сергей по достоинству оценил деловые качества и усердие симпатичной агентессы. Новоселье отмечалось в узком кругу. Тем не менее среди приглашенных оказалась и Юлия.

Так получилось, что воскресные мероприятия собрали за одним столом довольно разношерстную компанию. Сергей и его друг — полные сил молодые амбициозные мужчины — олицетворяли собой сферу предпринимательства, стабильность и уверенность в завтрашнем дне. В противовес им Лилия Аристарховна относилась к двигающемуся в сторону заката старому поколению. При этом за ее плечами находился богатый жизненный опыт, позволявший степенной даме видеть в протекающих вокруг процессах те грани, которые оставались незримыми для молодежи. Оксана и ее приятель и вовсе делали первые шаги на пути самоутверждения.

Порою тема для разговора, предложенная кем-нибудь случайно, а возможно, и специально, позволяла вытащить на поверхность довольно занятные суждения.

Одним зимним вечером речь зашла о различиях между настойчивостью и упрямством. Поводом послужила небольшая перепалка между Оксаной и ее кавалером. За столом в гостиной находились Лилия Аристарховна, Громов и Владимир Малозов. Сойкина с воодушевлением декламировала письмо своего сына Владислава, полученное по почте пару дней назад из Америки. Отпрыск владелицы имения проживал в настоящее время в США, в штате Канзас. Дела его шли успешно, и он с удовольствием извещал о том, что переезд матери за океан состоится в намеченные сроки.

Чтение письма было в самом разгаре, когда дверь в гостиную приоткрылась. В помещение вошла Оксана. От присутствующих не укрылась бледность на лице девушки, некоторая нервозность в движениях.

— С тобой все в порядке, Оксаночка? — вежливо поинтересовалась Лилия Аристарховна.

— Да, — коротко ответила родственница и осторожно поставила на стол недавно испеченный пирог со сливой.

От исходящих от выпечки запахов гостиная наполнилась изумительным ароматом.

— Божественно! — с энтузиазмом произнес Владимир, довольно потирая руки. — Если позволите, я налью чай.

За столом раздался смех. Компанию позабавило рвение мужчины, стремящегося вкусить домашнее лакомство.

Чайник обошел приборы, а дымящийся пирог занял предназначенные для него блюдца. Сойкина приготовилась закончить чтение послания. Но ей снова помешали. Дверь открылась, и из-за нее показалась голова Андрея.

— Всем привет, — хмуро произнес он. — Оксана, можно тебя на минутку, мы не договорили.

В последних словах молодого человека прозвучали явная горечь и обида.

— Не сейчас, Андрей, я занята, — отрывисто бросила девушка.

Остальным участникам сцены стало ясно, что между Оксаной и ее приятелем пробежала черная кошка. Повисла неприятная пауза.

— Присоединяйся! — пригласил Громов Андрея к столу.

— Спасибо, позже, — отрешенно молвил гольфист и прикрыл за собой дверь.

Взоры аудитории устремились на племянницу Лилии Аристарховны. Под напором взглядов девушка не выдержала и выплеснула наружу накопившийся гнев:

— Не могу понять в человеке упертости. В третий раз он пытается пересдать зачет по термодинамике на четверку, и все впустую. Понятно же, что иногда выше головы не прыгнешь.

— Возможно, Андрей поставил перед собой цель и настойчиво к ней движется, — высказал предположение Громов.

— Настолько настойчиво, что даже и не заметил, как это качество переросло в упрямство, — возразила Оксана.

— Не будь такой требовательной, Оксаночка, — произнесла Сойкина в свойственной ей манере. — Мужчина должен добиваться намеченного, иначе мы, женщины, никогда не чувствовали бы себя защищенными и счастливыми. Мой Владик тоже не с первого раза стал пилотом международных авиалиний, пришлось дважды пересдавать экзамены. Правда, отработал он на них недолго, понял, что это не его призвание.

— Можно подумать, что подобный постулат работает в любой ситуации, — не сдавалась племянница Лилии Аристарховны.

— Что ты хочешь этим сказать? — Домовладелица даже приподняла рукой свои огромные очки.

— Я хочу сказать, что человек должен трезво оценивать свои возможности и уметь вовремя остановиться. Иначе… — Девушка запнулась.

— Иначе, — закончил за нее Владимир, — с ним может приключиться какая-нибудь неприятность.

— Верно, — подтвердила Оксана.

— Какая, например? — решил продолжить тему разговора Сергей.

— В данном конкретном случае Наумов, профессор по физике, пошлет Андрея куда подальше.

— Но разве ваш приятель пересдает зачет не в соответствии с уставом института?

— Да, в том-то и дело, пересдавать предмет неограниченное число раз можно только при неудовлетворительной отметке, а у Андрея — тройка. Федор Семенович по доброте душевной позволяет ему улучшить результат.

— Понятно, — протянул Громов. — Ну что же, я, пожалуй, соглашусь с вами. Настаивать там, где уже и так превышен лимит доверия, не очень-то и тактично.

— Не в каждом случае это работает, — возразил Владимир. — Возьмем ситуацию, когда от настойчивости, или, как вы говорите, упрямства, зависит здоровье или даже жизнь человека.

— Думаю, это совсем другое дело, — уверенно произнесла Оксана. — Когда на кон поставлена жизнь, на многое можно закрыть глаза.

— И даже на преступление? — уточнил Малозов.

— При чем здесь это? — недоуменно посмотрела на мужчину родственница Сойкиной.

— Ну как же? Предположим, кому-то требуется срочная операция, а денег на нее нет.

— Есть друзья, знакомые, наконец, нужные средства можно получить в банке, — отстаивала свою позицию Оксана.

— А если ни друзья, ни знакомые денег не дали, а банк отказал в кредите? — усложнил задачу Владимир.

— Можно что-нибудь продать, — вставила слово в разговор Лилия Аристарховна, — или заложить, дом например.

— При условии, что он имеется в наличии, — не унимался друг Сергея.

— Если средств нет, тогда человек бессилен, — констатировала Сойкина.

— Поверьте, не всегда. По роду своей прежней работы я сталкивался с разными интересными случаями. Порою люди шли на ограбление или шантаж даже будучи обеспеченными. Они не хотели терять нажитое, но и не пасовали перед преступлением, дабы достичь поставленной цели. Только не знаю, можно ли такое их поведение назвать упрямством.

— Конечно же, нет, — ответил приятелю Сергей. — Здесь налицо настойчивость, хотя и преступная.

— Извините, вы упомянули о своей прежней работе, — произнесла Сойкина. — А где же вы работали, если не секрет?

— В полиции, — глядя прямо в глаза домовладелице, ответил Владимир.

— Понятно, — протянула Лилия Аристарховна и притворно вздохнула.

Малозов, повинуясь интуиции, перевел взгляд на Оксану и с удивлением заметил промелькнувший в глазах девушки страх. Это длилось всего мгновение, но оставило в сердце мужчины неприятный осадок.

Разговор как-то сам собой затих. Сойкина воспользовалась возникшей паузой и закончила чтение письма из Америки. В конце послания Владислав просил мать выполнить несколько поручений в преддверии предстоящего переезда. В этом месте Лилия Аристарховна немного разволновалась. Оксана подошла к ней, наклонилась и обняла родственницу.

— Не переживайте, тетя, я все-все помогу сделать.

Затем девушка выпрямилась и растроганно произнесла:

— Как бы я хотела отправиться за границу вместе с вами. Здесь меня ничто не удерживает.

Казалось, что все присутствующие в этот момент подумали об одном и том же. Озвучила общую догадку Сойкина:

— И я не хотела бы с тобой расставаться, Оксаночка, но как же Андрей?

Девушка сделала замысловатый знак рукой и покинула гостиную.

Когда мужчины и домовладелица остались одни, пожилая женщина высказала свое мнение по поводу последней фразы племянницы:

— Ничего, она отойдет. Таких сцен я насмотрелась вдоволь.

Слова Лилии Аристарховны оказались пророческими.

Тем же вечером Громов просматривал последние биржевые сводки. Наиболее полезную информацию он записывал в блокнот. Легкий смех донесся с улицы. Сергей подошел к окну и осторожно отодвинул гардину. Оксана под руку с «упрямым» студентом неторопливо шла по дорожке в сторону моря.

— О женщины! — только и смог вымолвить Сергей.

Перевоплощению прекрасного пола Громов не переставал удивляться. Совсем недавно аналогичные чувства он испытал при общении с дочерью Антона Владимировича.

В «Прометее» выдалась напряженная неделя. Партия трансформаторов, доставленная производителем на склад компании Михайлова, имела брак. При поверхностном осмотре обнаружилось, что отдельные единицы продукции содержат следы постороннего вмешательства либо производственных упущений. Потертости на кожухах, протечки масла из сварных швов, содранная краска на корпусах.

По условиям договора у «Прометея» имелось в распоряжении только пять дней для составления претензии. Компания гудела, как потревоженный улей. Технари, юристы и экономисты деловито сновали по коридорам организации. Документ создавался прямо на глазах. Процесс согласования рекламации завершался после проставления на претензии размашистой резолюции Громова. С этим-то проектом письма и впустила секретарь в кабинет заместителя генерального директора в начале рабочего дня Дарью Антоновну Ларионову.

Коллеги обменялись приветствиями. Нехватка времени заставляла руководителя просмотреть документ немедленно. Он предложил молодой женщине устроиться на одном из кресел, а сам погрузился в чтение.

Сухим официальным тоном покупатель извещал производителя об обнаруженных недостатках продукции. Дальше шел детальный перечень выявленных изъянов. Ради убедительности к претензии прилагался диск с записанными на нем основными дефектами. В конце послания «Прометей» просил направить представителя для составления акта.

В целом документ не вызывал отторжения, но ряд деталей требовали уточнения. Во-первых, срок для прибытия уполномоченного лица компании-производителя следовало сократить. За десять дней, обозначенных в рекламации, можно облететь земной шар несколько раз. Во-вторых, последовательность перечисленных неисправностей выглядела хаотичной. Необходимо их указывать от наиболее значимых и дальше двигаться в сторону мелких недочетов. Ну и последнее — стиль письма: чересчур уж он формален. Партнерские отношения компаний насчитывали двенадцать лет! Случалось разное, но производитель всегда шел навстречу «Прометею» и не допускал в деловом контакте напряженностей.

Громов поднял глаза на посетителя. Девушка не заметила немого приглашения, исходившего от заместителя главы компании. Казалось, что она вообще находится где-то далеко. Сергей невольно обратил внимание на внешность человека, с которым когда-то был близок. Несомненно, Даша изменилась. Пропал чрезмерный лоск. Молодая женщина по-прежнему выглядела эффектной, но с лица исчезла лишняя косметика, одежда теперь не вызывала ощущения, что рядом расположился манекен из дома мод. Именно такие ассоциации возникали у Громова, когда дочь владельца «Прометея» дефилировала по узким лабиринтам предприятия. Прекрасное, но вряд ли земное создание.

Взгляд Даши смягчился. Раньше в нем часто преобладали непреклонность и диктуемая окружающим воля. Многих сбивало с толку такое отношение к собственным персонам.

Произошедшие в девушке перемены растопили ненужный лед и оставили ей только искренность и естественность.

Громову вспомнился день, когда Михайлов отправил своего заместителя в вынужденный отпуск. Кажется, тогда он стал свидетелем сцены с участием дочери Антона Владимировича и неизвестного спутника. Не этот ли мистер Икс явился причиной столь чудесного перевоплощения Снежной королевы? Сергея не покидала уверенность, что его предположение отнюдь не беспочвенно. Это означало, что брак с Дмитрием Александровичем не принес девушке тех дивидендов, которых она, по всей видимости, ожидала, отправляясь под венец. Возможно, путь к алтарю с нелюбимым человеком подготовил в том числе и он, Сергей Громов. Винил ли он себя в этом? Едва ли. Но факт остается фактом.

Легкая дрожь пробежала по ресницам Даши. Только сейчас она заметила, что заместитель директора прекратил читать письмо и внимательно смотрит на нее.

— Земля вызывает Марс, возвращайтесь, — с иронией произнес Сергей.

Громов сделал знак рукой, приглашая девушку к столу. Дашу развеселила фраза руководителя. Она невольно улыбнулась.

— Кое-что в рекламации следует изменить. — Управляющий указал на отмеченные в письме желтым маркером проблемные места. — Сокращаем срок вызова представителя, ранжируем недостатки по степени значимости. И последнее: надо добавить в текст документа немного любезности. Партнер проверенный, никогда не шел с нами на конфронтацию. Думаю, и в этот раз все обойдется.

Сотрудница отдела экономики с пониманием покивала головой. Заместитель генерального директора продолжил давать указания.

Даше с трудом удавалось играть роль работника, добросовестно исполняющего свои обязанности. Ее мысли парили в заоблачной выси, и посвящались они отнюдь не бракованным трансформаторам. В пятницу состоится встреча с симпатичным художником, отношения с которым заслонили и служебный долг, и дом с опостылевшим супругом, и даже общение с родителями.

Словно сквозь сон до девушки долетали обрывки слов, произносимых Громовым. Она почувствовала, что утратила нить разговора, и теперь ожидала неприятного финала.

Даша была близка к своему прогнозу, поскольку присутствовавший в кабинете менеджер уловил, что посетитель перестал адекватно реагировать на его напутствия. С губ начальника уже слетал каверзный вопрос, когда дверь в кабинет беспардонно растворилась. Светлана никогда не позволяла себе подобных вольностей. Впрочем, и на этот раз секретарь не нарушила установленного порядка. Ее испуганное лицо выглядывало из-за спины человека, ворвавшегося в покои Громова, словно раненый бык, преодолевший последние метры до ненавистного ему матадора.

Сергею Максимовичу еще никогда не доводилось видеть Ларионова в таком состоянии. Волосы всклокочены, лицо цвета перезревшего баклажана, горящие дьявольским огнем воспаленные глаза.

— Воркуете, голубки?! — грозно прорычал заместитель начальника склада, неизвестно откуда свалившийся в офис компании.

Другие участники «спектакля» пребывали в неведении относительно состоявшегося недавно телефонного разговора между зятем Михайлова и начальником отдела закупок Севостьяновым. Дмитрий Александрович интересовался, на какой стадии находится разработка претензии производителю трансформаторов, заполонивших внушительную территорию вверенного Ларионову склада. Олег Борисович попросту сообщил, что его жена около часа назад поднялась к Громову на прием с проектом рекламации и до сих пор не возвращалась. Такого пустяка оказалось достаточно, чтобы бушевавшее внутри подозрительного супруга пламя вырвалось наружу.

— Я его не пускала, — жалобно оправдывалась испуганная Светлана.

— Что ты себе позволяешь? — подала голос супруга взбесившегося Отелло.

— С тобой я дома поговорю, — пообещал благоверный, тем не менее пыл его заметно утих.

— И как вас понимать, Дмитрий Александрович? — Громов поднялся из-за стола. — Чем вызван ваш визит и что это еще за пошлые намеки?

— А то ты не понимаешь?! Донжуан хренов, — вконец сорвался с катушек ревнивый муж.

Топ-менеджер решил не поддаваться на провокации бывшего подчиненного. С таким чем больше официальности, тем лучше.

— На подобный вопрос не вижу смысла отвечать. А если вы продолжите свое выступление в таком же стиле, служба охраны скоро окажется здесь.

— Не пугай, тебе давно уже пора устроить «козью морду».

Ларионов выскочил из кабинета так же стремительно, как и появился.

Присутствующие тревожно переглянулись. Почувствовав себя лишней, секретарь опустила голову и медленно покинула помещение.

Дашу раздирали противоречивые эмоции. С одной стороны, ее забавляла мысль, что поводов у мужа ревновать свою неверную половину имелось предостаточно. Но только не к тому Сергею! Дмитрий по-прежнему уверен, что она сохнет по заместителю ее отца. И напрасно. От этой болезни Даша, слава богу, излечилась. С другой стороны, ее переполняло навязчивое желание показать бывшему бойфренду, что на нем свет клином не сошелся, жизнь продолжается и девушка снова свободна, душой по крайней мере. Злой чертенок, спрятавшийся глубоко внутри, решил напомнить о своем существовании.

— Не берите в голову, Сергей, — как и раньше, несколько фамильярно произнесла девушка. — И не обижайтесь на мужа. Интуиция его не подвела. Только ревновать ему меня нужно не к вам.

18

Большой конференц-зал смог вместить всех участников запланированного совещания. На повестке дня стоял всего один вопрос: зафиксировать выявленный брак в поставленных на склад «Прометея» трансформаторах. Интересы фирмы представляли Сергей Максимович Громов, его друг и коллега Владимир Малозов, начальник отдела логистики Власов, заместитель начальника склада Ларионов и еще несколько специалистов. Производитель оборудования — калужская компания «Диод» — направил на встречу троих своих работников.

Не забыли позвать на рандеву и литовских партнеров. «Полярис» не получил в срок очередную партию трансформаторов и требовал объяснения причин. Самым разумным выходом в создавшейся ситуации Михайлов посчитал вести диалог с проштрафившимся производителем в присутствии прибалтийцев. «Полярис» охотно откликнулся на предложение. Неизменные Джонас Раудис и Гедеминас Ожонас прибыли на мероприятие в сопровождении небольшой свиты.

До встречи в конференц-зале все участники совещания посетили склад готовой продукции «Прометея», для того чтобы, так сказать, воочию убедиться в упущениях «Диода». Когда никто уже не сомневался в правильности сделанных ранее выводов об имеющихся дефектах, комиссия отправилась в офис. Начальник отдела логистики Власов представил на обозрение партнеров проект акта о браке. Перед каждым из участников совещания он положил копию будущего документа. Гости с нетерпением приступили к изучению важной бумаги.

Во внутреннем кармане пиджака Громова напомнил о своем существовании мобильный телефон. Сергей Максимович взглянул на экран. Вызов шел от Евгения Дюсова. Поскольку заместитель директора еще до совещания ознакомился с проектом акта, он решил ответить на звонок. Менеджер вышел из-за стола и удалился на некоторое расстояние, чтобы не мешать присутствующим.

Спасатель передал короткую сводку о проделанной за последние две недели работе. Увы, ничего нового Евгений не сообщил. Идет прочесывание местности, опрос аборигенов. Но пока все тщетно.

Итак, темная пелена неизвестности по-прежнему хранила тайну бесследного исчезновения человека, с которым Сергей мечтал связать свою жизнь. Злой рок не оставлял шансов хоть на какую-то надежду.

Дюсов произносил последние слова доклада, и Сергей решил: все, пора ставить точку в этом бесконечном лабиринте бесперспективного ожидания.

— Евгений, думаю, нет смысла продолжать поиски. Наверное, с Ингой случилось непоправимое.

— Я правильно вас понял: The Search завершает работы?

— Да, вы проверили наиболее вероятные места нахождения девушки. Никаких признаков ее присутствия. У меня плохое предчувствие.

— Как скажете, Сергей Максимович. Единственный момент: команда спасателей сейчас прочесывает сеть мелких островов, нам понадобится время, чтобы все свернуть.

— Сколько?

— Думаю, три-четыре недели.

— Хорошо. Ищите еще месяц, затем заканчивайте поиски.

— Договорились.

Связь прекратилась. Громов не сомневался в правильности принятого решения. Тем не менее тяжелое бремя утраты снова напомнило о себе. Его не покидало ощущение, что, отдавая Дюсову последнее распоряжение, он фактически отключил от питания аппарат искусственного поддержания жизни любимого создания.

Словно в тумане руководитель вернулся к столу, где с удивлением заметил, что многие из участников совещания прервали чтение и с интересом наблюдают за ним. Владимир вопросительно приподнял брови, все своим видом давая понять другу, что тема телефонного разговора стала достоянием большого круга непосвященных.

«Видимо, я громко разговаривал», — пронеслось в мозгу.

Он устало опустился на стул и взглянул на дисплей телефона. Устройство показывало, что наступил полдень, и, следовательно, в ближайшее время ожидается перерыв.

— Сергей Максимович, — раздалось у самого уха.

Громов повернул голову на звук. Секретарь, в совершенстве овладевшая искусством неслышно приближаться во время публичных мероприятий, выросла перед своим патроном.

— Шеф срочно просит вас подойти.

— Он не сказал зачем?

— К сожалению, нет.

— Хорошо, иду.

Руководитель предложил комиссии сделать небольшой тайм-аут. Места для кофе-брейка располагались в дальнем углу аудитории. Затем он вместе со Светланой вышел из конференц-зала.

Причина экстренного вызова оказалась самой что ни на есть рядовой. Антон Владимирович не смог лично присутствовать на встрече и поэтому изнемогал от неведения. По его мнению, работа группы затянулась. Громов пояснил, что в начале дня комиссия посетила склад для осмотра брака. По этой причине составление акта еще не закончилось.

Уверенный и неторопливый тон заместителя успокоил Михайлова. Он попросил сразу же прибыть к нему по завершении процедуры и благосклонно отпустил менеджера. Перед уходом руководитель «Прометея» отдал распоряжение, чтобы представители его фирмы лично присутствовали при погрузке и отправке новой партии трансформаторов.

Антон Владимирович посмотрел прямо в глаза своему заместителю.

— Контракт с «Полярисом» подходит к концу. Все пока идет без сучка и задоринки. Я хочу, чтобы закрыли мы сделку так же, как и начали. В общем, у меня нет ни к кому доверия, кроме вас. Прошу лично обеспечить логистику. После успешного завершения проекта вас и принимавших участие в кампании работников ждет солидное вознаграждение.

Такая новость не могла не порадовать.

— Обещаю находиться при погрузке, разгрузке оборудования, а также в пути его следования на наш склад, — заверил Громов шефа.

Сергей Максимович возвратился в конференц-зал. Рабочее место для специально созданной комиссии выглядело покинутым. Гости и сотрудники «Прометея» разбрелись по помещению. Громов перешел в зону для кофе-брейка и наполнил бумажный стаканчик ароматным напитком. Он хотел расположиться за одним из столиков, но наткнулся на Ларионова. Дмитрий Александрович одарил бывшего начальника недобрым взглядом.

Со времени их последней встречи в кабинете заместителя генерального директора Сергей Максимович свел к минимуму число возможных контактов с ревнивым мужем Даши. Из кинутой на прощание молодой женщиной фразы Громов понял, что сердце дочери Антона Владимировича не свободно. Это хоть как-то объясняло странное поведение ее супруга.

Тем не менее лишний раз находиться в обществе Ларионова у него не было ни малейшего желания. Громов направился к столу в центре конференц-зала. Ежедневник и телефон верно дожидались своего хозяина. Находясь еще под влиянием принятого решения о прекращении поисков Инги, Сергей испытывал потребность обсудить новость с другом. Он поискал глазами Малозова, но не обнаружил его в аудитории. Видимо, какой-то важный вопрос вынудил начальника службы безопасности досрочно покинуть совещание.

Громов включил микрофон, вмонтированный в панель стола, и пригласил присутствующих продолжить обсуждение документа. Сначала работники «Диода», а затем и литовские гости выступили с предложениями по доработке акта. Корректировки носили чисто технический характер. Единственный вопрос, который вызвал небольшую дискуссию, касался новой даты поставки оборудования. Завод, выпускающий трансформаторы, располагался в Калуге. Данный фактор играл решающую роль при подсчете реального времени для надлежащего исполнения обязательств. После пятиминутных дебатов стороны остановились на 20 мая, до которого в распоряжении «Прометея» и компании «Диод» имелось три недели. Громов пообещал прибалтийцам личное присутствие на всех запланированных мероприятиях, чем еще больше расположил к себе Джонаса Раудиса и Гедеминаса Ожонаса. Глава делегации и его ближайший помощник с искренним удовольствием долго пожимали Сергею Максимовичу руку. На вполне бравурной ноте совещание закончилось.

Заместитель директора доложил Михайлову об итогах встречи, а затем поднялся в свой кабинет. На столе его ждала неизменная папка с документами, требующими подписи менеджера. Громов раскрыл черный кожаный бювар и рассортировал корреспонденцию.

Первым следовало изучить договор поставки, полученный от компании «Глобэкс» после проведенного аукциона. Памятуя махинации господина Ларионова, руководитель стал более тщательно проверять условия сделок, и в особенности сроки исполнения обязательств со стороны «Прометея». Для контроля над процессом он завел блокнот, куда заносил наиболее важную информацию. Записную книжку Сергей Максимович просматривал еженедельно, что позволяло ему держать руку на пульсе при исполнении контрактов.

Еле слышный скребок в дверь известил о появлении посетителя. Таким способом Владимир Малозов частенько предупреждал Сергея о своем визите. Светлана первое время пыталась останавливать начальника службы безопасности от внезапных вторжений, но вскоре прекратила это делать, поскольку Громов не высказывал по данному поводу недовольства.

Владимир бодрой походкой вошел в кабинет и без приглашения плюхнулся в кресло.

— На таможне застряла партия нашего оборудования, пришлось срочно покинуть совещание, — вместо приветствия объявил он причину своего отсутствия в конференц-зале.

Сергей не без сожаления отложил договор в сторону. Внутренне он уже настроился на внимательное прочтение документа, и переключиться на общение, пусть даже с другом, потребовало от него определенных усилий.

— Кажется, я не вовремя, — протянул Владимир, заметивший тень напряженности, промелькнувшей в глазах приятеля.

— Все в порядке. — Громов взял себя в руки. — Работы выше крыши.

— Как и у всех у нас, держись. — Малозов улыбнулся.

— Ну и как таможня, дала добро?

— Да, все в порядке, у перевозчика отсутствовал один сертификат, пришлось экстренно организовывать его доставку.

Сергей вышел из-за стола и пересел в кресло напротив друга.

— Сегодня я известил спасателей о завершении поисков Инги. Как я понял по твоему лицу на совещании, это уже ни для кого не новость.

Малозов кивком головы подтвердил догадку.

— Не вижу больше смысла их продолжать. Все вероятные места исследованы, остались мелкие острова.

Владимир задумчиво почесал подбородок и посмотрел на потолок. Там его взгляд задержался, словно наткнулся на любопытный предмет. Громов не мешал приятелю думать в свойственной ему манере.

— Не могу пока до конца оценить правильность твоего решения. Возможно, не все шансы потеряны. Но времени действительно утекло предостаточно. Если б Инга могла, наверняка послала бы весточку.

— Я того же мнения. Даже странные ночные видения не в состоянии заставить меня думать иначе.

Приятель вопросительно приподнял брови. Сергей в двух словах передал ему содержание сна, посетившего Громова на городской квартире.

— Больно правдоподобно все выглядело, — высказал свое мнение Владимир.

— Точно подмечено. Знаешь, иногда вопреки здравому смыслу я верю, что Инга жива. — Сергей тяжело вздохнул. — Мне кажется, что стоит протянуть руку — и я дотронусь до нее. Но призрак каждый раз ускользает, как будто кто-то специально хочет меня подразнить.

— Долой мрачные мысли, приятель. — Малозов попытался облечь разговор в более веселые тона. — Ты лучше подумай, что через неделю тебя ждет командировка в Калугу, за милыми сердцу трансформаторами.

— А ты откуда знаешь?

— Да оттуда, что я поеду на живописные берега Оки вместе с тобой.

— Шутишь?

— Хотелось бы, да только Антон Владимирович иного мнения. Полчаса назад Михайлов лично отдал мне распоряжение сопровождать вашу группу.

Громов заметно оживился.

— Здорово! Теперь мне эта командировка начинает нравиться все больше и больше.

Владимир посмотрел на наручные часы и поднялся.

— Ладно, не буду тебе мешать, у меня скоро встреча в одном кафе. Кстати, по возвращении из Калуги я отправляюсь на отдых в Египет на целые три сказочные недели.

— О-го-го. Один или в компании?

— С сыном, давно обещал его свозить за семь морей.

— Отлично, желаю приятной поездки.

Друзья расстались. Сергей вновь раскрыл договор поставки с компанией «Глобэкс». Прочитал две строчки и отложил документ в сторону. Визит приятеля сбил рабочий настрой. Сергей подошел к окну и окинул взором залитую солнечным светом площадку перед бизнес-центром.

Возле входа в «Прометей» курили два охранника. Один рассказывал другому что-то смешное, поскольку с лица собеседника не сходила широкая улыбка. По примыкавшей к офису улице неторопливо шли люди. Где-то вдалеке играла музыка. Окружающий мир жил по своим законам, и его не интересовали проблемы заместителя генерального директора по логистике и закупкам.

Именно в этот момент Громов остро ощутил, что почти два года он жил в параллельном измерении. Ему не давала покоя мысль о возвращении Инги, ночные кошмары не так давно перестали напоминать о роковом путешествии, о беспомощности человека перед лицом судьбы. И вот сейчас, рассматривая беспечных людей, Сергей почувствовал нечто напоминающее зависть. Захотелось выйти на улицу, сесть в машину и отправиться куда глаза глядят. Он понял, что сегодня при разговоре с Евгением Дюсовым принял верное решение. Боль утраты еще долго не оставит исстрадавшуюся душу, но теперь Сергей ощутил в себе силы двигаться вперед.

Громов вернулся к столу и нашел в интернете созданную им страничку. Там он оставил слова благодарности всем тем, кто принимал участие в поисках Инги, и сообщил о завершении спасательной операции ввиду ее неудачи.

19

Малозов не без труда нашел свободный столик. Стрелка часов едва перевалила за шесть часов вечера, а кафе с оригинальным названием «Ням-ням» уже напоминало торговую точку в день беспрецедентных скидок. Неделю назад в город пришла жара, и устроители заведения установили несколько столов на улице перед входом. Аккуратный навес с рекламой известных брендов пива надежно защищал посетителей от жгучих лучей майского солнца.

Перед появлением Владимира шумная семья освободила место в дальнем углу кафе, которое и не преминул занять начальник службы безопасности. Отсюда весь зал был как на ладони, а расположенное рядом окно позволяло наблюдать и за происходящим на улице.

Представитель мебельной компании — невысокой сухой старичок с копной седых волос и острым взглядом выцветших серых глаз — пришел с небольшим опозданием. Малозов предложил ему кофе. От подношения пожилой мужчина отказался, сославшись на срочную встречу на другом конце города. Он достал из барсетки лист бумаги и развернул его. Эскиз будущей кухни содержал в себе все пожелания заказчика. Владимир удовлетворенно кивнул головой.

— Отлично. За месяц управитесь?

— Думаю, даже раньше, — спокойно ответил старичок. — Но позвольте, нужно внести предоплату, десять процентов.

Несколько купюр перекочевали из кошелька Малозова в портмоне изготовителя мебели, после чего мужчины расстались.

Довольный результатами встречи, Владимир почувствовал голод. Он заказал салат и бефстроганов. Полноватый официант сообщил ему, что время ожидания составит около двадцати минут.

— Принесите пока пива, — распорядился клиент.

Для своей комплекции служитель заведения исполнил желание гостя с поразительной проворностью.

Холодный напиток приятно разлился по телу. Малозов достал телефон и нашел на нем нужную заставку. Решение судоку всегда помогало ему поддерживать мозг в нужном тонусе. Заполнял квадрат Эйлера и вынужденное, как сейчас, ожидание.

Разгадывание головоломки находилось в самом разгаре, когда Владимир случайно бросил взгляд на оживленную улицу. Невидимые нити судьбы позволили ему стать свидетелем любопытной картины. Мимо кафе проходили двое. Молодой человек нежно удерживал руку спутницы, а та слегка наклонила белокурую головку к плечу кавалера. Неторопливый шаг, тихая речь никого не могли ввести в заблуждение, что перед ними влюбленные. Вокруг царил ласковый майский вечер, впереди бежала дорога, и каждый обладал тем, что составляет смысл жизни большинства людей, — второй своей половинкой.

Зазывала у кафе разрушил идиллию, беспардонно перекрыв проход и приглашая отведать местные фирменные блюда. От неожиданного вторжения парочка резко затормозила. Дама повернула голову в сторону не в меру энергичного хостеса.

Ба! Романтичная незнакомка оказалась дочерью Антона Владимировича Михайлова! Но сопровождал ее вовсе не господин Ларионов. Спутником Дарьи Антоновны был молодой худощавый шатен с открытым симпатичным лицом и тонкими, слегка приподнятыми усиками «а-ля мушкетер».

«Вот так да!» Бокал на полпути застыл в руке изумленного Владимира.

Молодые люди что-то ответили завлекающему клиентов агенту и продолжили прогулку.

Способность действовать возвратилась к Малозову. Он допил пиво и принялся анализировать только что увиденную картину. Наверное, сам факт супружеской неверности не явился для наблюдающего мужчины чем-то непостижимо невероятным. Раз это произошло, значит, у дочери главы «Прометея» имелись веские причины так поступить. Удивляло спокойствие молодой женщины, разгуливающей со своим любовником в столь людном месте в городе. Создавалось впечатление, что ее ничуть не заботят возможные последствия…

Внезапно ход мыслей ожидавшего своего ужина посетителя кафе прервало появление на сцене еще одного персонажа.

Дмитрий Александрович возник у окна забегаловки, за которым уютно расположился Малозов, как паук, спустившийся на тарзанке с верхней точки сотканного им полотна к самому подножию. Лихорадочный блеск глаз сослуживца мог обмануть кого угодно относительно причин нахождения в этот час в данном месте мужа Дарьи Антоновны, но только не начальника службы безопасности. Владимир не сомневался, что все действующие лица вечернего спектакля оказались возле кафе «Ням-ням» не случайно.

Ларионов нервным бегающим взглядом пытался профильтровать элементы городской обстановки. Подслушанный им вчера телефонный разговор жены дал более-менее понятную информацию о том, где должна состояться встреча с ненавистным Громовым. Помогла привычка бесшумно входить в квартиру незамеченным. Такой навык появился у него несколько месяцев назад после небольшого семейного казуса.

Однажды ночью Дмитрий проснулся от ужасной головной боли, долго лежал с закрытыми глазами и надеялся, что страдание утихнет. Увы, пульсирующие толчки в затылке никак не унимались. Тогда, стараясь не разбудить Дашу, он приподнялся на кровати, чтобы отправиться на кухню за спасительной таблеткой. Дмитрий надел тапки и неуверенными движениями стал пробираться к выходу из комнаты. Напоследок муж бросил взгляд на кровать. Оказалось, его беспокойство по поводу сна дражайшей половины было напрасным — супружеское ложе пустовало. Заинтригованный, он осторожно открыл дверь.

Узкая полоска света пробивалась из гостиной. Из комнаты слышался тихий голос жены. Дмитрий вплотную приблизился к помещению. На его памяти благоверная никогда ни с кем по ночам не беседовала. Дмитрий стал вслушиваться, но через плотно прикрытую дверь до него долетали лишь отдельные слова: «картина», «поездка», «студия», «встреча». Набор этих слов ни о чем не говорил полусонному супругу. Он решил не нарушать уединения Даши, но ситуацию взял на заметку.

Впоследствии и без того не очень гладкие семейные отношения начали еще более усложняться. Дмитрий чувствовал, как растет стена отчуждения и непонимания. Жена стала задерживаться на работе, ссылаясь на высокую загруженность отчетами, чаще проводить время с родителями в выходные дни. Так она объясняла свое отсутствие. Пару раз он ловил ее на лжи. Интимная близость между супругами сошла на нет. Муж уже и не помнил, когда в последний раз Даша не делала попыток пресечь его сексуальную настойчивость.

Стремление заставить объяснить происходящее не находило отклика со стороны охладевшей спутницы жизни. Сначала она сочиняла какую-то околесицу, затем ушла в молчаливую оборону. Все это приводило Дмитрия в ярость. Пик разлада наступил после того, как он предложил завести ребенка.

Даша сделала круглые глаза, затем губы ее затряслись, на глаза навернулись слезы. Через силу она выдавила:

— Да не люблю я тебя, неужели не видно?

Жестокие слова, словно жало скорпиона, укололи прямо в сердце. Смертельный приговор вынудил мужа обреченно опуститься на стул.

— И давно ты это поняла?

— Давно, — заговорила Даша со всей своей страстностью. — Но ты в этом не виноват! Думала, что клин клином вышибают. Вот, проверила на себе правдивость народной мудрости. Полная чушь.

В словах жены Дмитрий усмотрел определенный подтекст. Он хорошо помнил, что согласие на свадьбу девушка дала, не зная, как справиться с подступившей депрессией после расставания с Громовым. И вот теперь, с ее слов, этот способ не привел к положительному результату. Но тогда… В мозгу начали взрываться разноцветные лампочки… Получается, Даша не освободилась от досаждавших ей навязчивых мыслей о топ-менеджере.

— Громов тебя не получит! — яростно выдохнул из себя Дмитрий. — Скорее я убью его.

В глазах супруги он прочитал самый настоящий ужас, но ревнивцу было невдомек, что в этот момент беспокоилась Даша вовсе не о заместителе ее отца, а о симпатичном художнике, образ которого надежно обосновался в сердце замужней дамы.

Дальнейшее роковое стечение обстоятельств усилило опасность, дамокловым мечом нависшую над Сергеем Громовым.

Со сменой должности Ларионов перестал постоянно находиться в офисе компании. Мрачное воображение рисовало неутешительные картины с участием бывшего начальника и предательницы-жены. Ведь, по сути, им никто не мешал видеться даже в рабочее время. Разве не застал он этих двоих однажды мило беседующими в лифте? Но все эти измышления не имели пока реальной силы, и поэтому заместитель начальника склада изводил себя пустыми переживаниями.

Масла в огонь подлил Севостьянов, то ли случайно, то ли нарочно известивший Дмитрия о визите Дарьи Антоновны к заместителю генерального директора и длительном пребывании там. Этой соломинки оказалось достаточно, чтобы тлеющий костер ревности обернулся настоящим пожаром. Внезапное появление мужа в кабинете Громова озадачило его жену и вызвало искреннее недоумение со стороны менеджера.

В надежде закрепить «успех» Дмитрий принялся шпионить за ветреной супругой. Непримиримый характер поставил своего владельца перед очевидным выбором: или он, или любвеобильный конкурент. Для нанесения решающего удара остававшийся холодным рассудок требовал более весомых доказательств измены жены с бывшим бойфрендом.

Тактика соглядатая в конце концов принесла свои плоды. Он сказал жене, что задержится на складе до восьми, а сам бесшумно проник в жилище на два часа раньше. На пороге Дмитрий остановился и прислушался. Ни звука. Это наводило на мысль, что Даши нет дома. Вдруг он уловил ее тихий голос, доносящийся из спальни. Супруга разговаривала по телефону, а тишина, царившая до этого вокруг, объяснялась тем, что в момент входа мужа в квартиру жена слушала своего собеседника. Муж подошел ближе, чтобы иметь возможность проникнуть в тайну происходившего диалога.

— Завтра в шесть я смогу подойти к кафе на проспекте Мира… Да, у Дома актеров, — разобрал Дмитрий фразу.

— Хорошо, милый, — услышал он еще одну, заставившую сердце болезненно сжаться.

— До встречи, Сережа, — произнесла жена нежным голосом.

Супруг поспешно ретировался из квартиры. Итак, завтра он окончательно уличит парочку, а потом решит, что делать с изменницей и Громовым. Тем более что план операции практически готов, а исполнители только и ждут его команды.

На следующий день он отправился к месту свидания. Оказалось, что вблизи Дома актеров сразу четыре точки общепита. Из подслушанного телефонного разговора не следовало, рядом с каким заведением состоится встреча. Дмитрий решил вести наблюдение из-за большого вяза, расположенного чуть в стороне от городской магистрали. С этого поста нужный участок хорошо просматривался. Там он провел около пятнадцати минут, но никаких признаков тайных любовников не обнаружил. Часы показывали уже пять минут седьмого. Тогда Ларионов понял, что находится слишком далеко от предполагаемого места рандеву. Толпы прохожих заполонили улицы, и среди этой суеты пропустить нужный объект не составляло никакого труда.

Он покинул укрытие и занял новую позицию — у ресторана «12 стульев». Здесь его тоже ждала неудача. Время уходило, а Дмитрий ни на шаг не приблизился к своей цели. Внезапно супруга осенило, что Даша и Громов могли встретиться на улице, а затем зайти в одно из кафе. Выходило забавно: муж бегал по проспекту Мира в поисках жены, а она в это время мило беседовала с ненавистным хахалем в каком-нибудь ресторане.

Ларионов стал методично обходить заведения. На каждое из них он тратил около пяти минут. Многие жители и гости города не обременяли себя заботами по приготовлению хлеба насущного, а предпочитали выложить немного денег, чтобы насладиться блюдами наемных поваров. Салоны закусочных не испытывали потребности в клиентах. Он покидал последнее кафе, с аппетитным названием «Ням-ням», когда его внимание привлек один столик в дальнем углу заведения. Находящийся за ним человек сидел к Ларионову спиной и читал газету. Развернутое печатное издание загораживало все пространство напротив увлеченного изучением новостей мужчины. Таким образом, не исключалось, что на другом конце столика мог находиться еще один или даже два человека. Дмитрий, не задумываясь, решил исследовать недоступную его взору территорию. Он обошел чтеца и с неудовольствием отметил, что его предположения оказались неверными.

Посетитель опустил газету, и перед Ларионовым оказался начальник службы безопасности «Прометея».

— Кого-то ищете, Дмитрий Александрович? — спокойным голосом произнес Малозов. Он специально пересел на противоположный стул, чтобы избежать встречи с коллегой, но попытка провалилась.

Ларионов скрыл подступившее раздражение и как можно непринужденнее ответил:

— У меня здесь встреча с женой. Я, к сожалению, опоздал. Вы случайно ее не видели?

— Увы, — покачал головой Владимир Андреевич. — Я сам недавно пришел, вот жду заказа, присоединяйтесь. — Громов как-то поведал ему, какой «фейерверк» устроил однажды муж Даши в кабинете друга, а посему Малозов решил утаить несомненно важную для зятя Антона Владимировича информацию.

В глазах Ларионова промелькнула досада.

— Спасибо за приглашение, но вынужден отказаться. Наверное, супруга меня не дождалась, побегу ее искать.

Мужчины вежливо попрощались.

Как только заместитель начальника склада покинул зал, Малозов отложил в сторону сослужившую ему роль ширмы газету и снова занял прежнее место. Он выглянул в окно и увидел убегающего вниз по улице несчастного мужа Дарьи Антоновны.

«А направление-то Ларионов выбрал правильное, может, и догонит», — отметил про себя Владимир.

Перед столиком вырос знакомый официант с долгожданным ужином. Голодный мужчина накинулся на еду. Смакуя пищу, Владимир и не подозревал, что вечер невольных открытий еще не закончился.

Пустую тарелку из-под салата сменило горячее блюдо, от которого поднимался восхитительный аромат. Малозов слыл ценителем хорошей кухни, и поэтому он не мог не оценить профессиональных достоинств шеф-повара. Золотистый рис и кусочки нежного мяса без каких-либо усилий таяли во рту.

«Недорого и на высоком уровне», — такую Владимир поставил заведению оценку.

Внимание начальника службы безопасности привлекло движение за окном кафе. Несколько мужчин обустраивались за столиком, граничащим с местом вечернего отдыха Малозова. Отделяла посетителей лишь тонкая стенка здания. Сквозь полуоткрытое окно до Владимира долетали обрывки иностранной речи. Прислушавшись, он понял, что говорят на литовском. Близкое расположение Калининграда с Прибалтикой не могло не привлечь гостей из бывших союзных республик к достопримечательностям старинного города. Да что говорить, у «Прометея» добрая треть контрактов имела литовские корни.

Данным языком Малозов не владел, тем не менее он стал невольно прислушиваться к разговору, доносящемуся с улицы. Голос одного из мужчин показался Владимиру знакомым. Он посмотрел на говорившего и стремительно откинулся на спинку стула. В полуметре от начальника службы безопасности находился человек, чье настойчивое преследование сделало небезопасной жизнь его друга — Сергея Громова. Безукоризненно одетый в дорогой светлый костюм, с тщательно зачесанными назад льняного цвета волосами, под стать имени, Линас[33] имел вид успешного, не знающего неудач адвоката, ну или, скажем, менеджера среднего звена крупной компании. Ничто не указывало на его причастность к криминальному миру, о связи с которым Владимир знал лишь понаслышке от своего приятеля.

Внешность порой обманчива, но нюх бывшего следователя безошибочно подсказывал Малозову, что доверять этому лениво развалившемуся за столом флегматичному субъекту можно в той же мере, что и гремучей змее, беспечно греющейся в лучах полуденного солнца.

Обнаруживать свое присутствие никак не входило в планы Владимира. Последняя встреча с Линасом небезосновательно позволяла ему сделать вывод, что он зачислен в «черный список» покинутого навек Ингой поклонника. Все-таки именно его вмешательство в стычку позволило друзьям уйти с поля боя победителями.

Снова пригодилась так кстати оказавшаяся рядом газета. Из-за укрытия Малозов мог осторожно наблюдать за происходящим на улице. Мозг Владимира лихорадочно пытался установить причину нахождения опасного типа в черте города. Ему очень хотелось надеяться, что это никак не связано с Громовым. Впрочем, Владимир не тешил себя излишними иллюзиями. Без знания литовского попытки разведать замыслы противника имели смутные перспективы.

Знакомый Малозову официант расставил перед посетителями блюда с салатом. Оказалось, что гостей трое, а тарелок — на одну больше. Следовательно, компания собралась не в полном составе. Об этом свидетельствовал и нетерпеливый взгляд Линаса, который он незаметно бросал на наручные часы. Его отстраненный вид красноречивее слов говорил, что не голод явился основной причиной посещения кафе. К салату он едва притронулся, а на реплики приятелей либо не обращал внимания, либо скупо выдавливал из себя короткие фразы.

В томительном ожидании прошло несколько минут. Внезапно лицо Линаса озарила довольная улыбка, он поднял вверх руку и кому-то помахал ею.

Из-за ограниченного обзора Владимир не мог видеть человека, которому адресовалось приветствие, но невольно весь внутренне собрался. Интуиция подсказывала, что он находится на пороге важного открытия. Эта верная дама редко подводила начальника службы безопасности, но свою благосклонность она выказала не сразу, а после долгих лет профессиональных мытарств Малозова в органах правопорядка. Занимаясь расследованием преступлений, Владимир методом проб и ошибок постепенно научился читать невидимую книгу событий и причин их возникновения, а затем и угадывать сами события.

Предчувствие не подвело Владимира и на этот раз. Пустовавшее место за столом занял запыхавшийся от быстрой ходьбы высокий мужчина в темной тройке. Черты лица последнего члена компании были хорошо известны начальнику службы безопасности. Не далее как сегодня утром он имел возможность лично с ним общаться по поводу отгрузки трансформаторов со склада в Калуге. Гедеминас Ожонас собственной персоной торопливо передавал Линасу сведения, которые последний с нетерпением ждал. Речи говорившего Малозов не понимал, но по виду противника Сергея он отчетливо видел, что каждое слово информатора находит у него живой отклик. Не нужно было иметь семи пядей во лбу, чтобы сделать заключение о готовящейся махинации. К такому выводу автоматически пришел Владимир. Нахождение этих двоих вместе проливало свет на целый ряд имевших ранее место событий.

Опыт работы в органах научил Малозова не верить в совпадения. Наверное, какой-то мизерный процент случайности в происходящем вокруг существовал, но верить в него нужно с особой осторожностью. Все остальное — звенья одной цепи явных или хорошо завуалированных действий заинтересованных в конечном результате субъектов. В каких-то случаях связь между событиями видно за милю, в других можно потратить годы на установление причины и следствия, но так и не найти истины.

В ситуации со своим приятелем Малозов интуитивно уловил, что между несчастным случаем, произошедшим с Громовым на складе, и присутствием в это время в том же месте Ожонаса имеется связь. Это вытекало из установленного только что контакта работника «Поляриса» с непримиримым врагом Сергея, пожелавшим отомстить своему сопернику.

Кстати, о работнике… Получается, щупальца спрута проникли в деловую сферу «Прометея». Как ловко Линас смог подобраться к заместителю генерального директора со стороны, откуда его совсем не ждали. Чем еще грозит это участие в профессиональной области Сергею, а возможно, и «Прометею»?

Итак, Линас любыми способами пытается сдержать свое обещание расправиться с конкурентом. Случай на складе, нападение в сквере, может быть, что-то еще, чему не уделили должного внимания… Стоп, а не был ли прокол колеса еще одним звеном в череде покушений? И вот теперь. Встреча Гедеминаса Ожонаса с недругом Сергея явно настораживала. Малозов почти физически ощущал, что в воздухе витает ничем не прикрытая реальная опасность.

Владимир отложил в сторону газету и незаметно покинул кафе, воспользовавшись служебным выходом.

20

Напряженный день подходил к концу. Автомобиль стремительно двигался по серпантину залитой лучами вечернего солнца дороги. Трасса петляла среди приземистых скал, обрывом уходивших к подножию, погруженному в прибрежные воды. Стаи чаек с пронзительными криками носились над гладью моря, наблюдая за беспечно дрейфующими косяками рыб. Поднявшейся на недопустимо близкое расстояние к поверхности особи грозила неминуемая гибель. Охотница камнем падала на выбранную жертву, заключая трепещущее тельце в мощный клюв…

Водитель невольно усмехнулся. Не прикрытая бутафорскими предметами картина напоминала реальную жизнь. В ней, конечно, все гораздо сложнее, но результат тот же — замечтавшийся кролик становится пищей прожорливого удава. Сильные и хитрые пожирают слабых и глупых, такова действительность.

Человеку доставляло удовольствие предаваться мыслям о делах насущных за рулем любимого автомобиля. А это шоссе, вплотную подобравшееся к границам Балтийского моря, как нельзя более точно подходило для занятий подобного рода.

Только здесь да на сеансах медитации в защищенном от посторонних глаз бункере мозг функционировал в оптимальном режиме. Никакой мелочи не удавалось скрыться от пытливого взгляда разыгрывающего свою партию стратега.

События последних дней подталкивали к решительным действиям. Сейчас или никогда! Стоит немного промедлить, и обстановка станет запутанной, придется заново готовить благоприятную почву для достижения задуманного.

«Такие люди, как Громов, чересчур самоуверенны и идут по жизни не оглядываясь и не считаясь с чужим мнением. Их собственное эго определяет положение вещей вокруг, а их желания всегда имеют статус приоритетных. Захотел машину, квартиру, частный самолет — да не вопрос; понравилась женщина — не противься, я твоя судьба; имеется вакансия на важный пост — я тот, кто вам нужен…

Как все просто!

Но только и другие ничуть не меньше дорожат своим реноме и строят планы на обозримое будущее. И интересы двух или более индивидуумов могут входить между собою в конфликт. Хочется обладать чем-то или кем-то, но и я этого хочу! И откуда уверенность, что сила вашего желания выше моего?»

Водитель включил рычажок правого поворота и аккуратно съехал на еле заметную дорожку, отходившую от основной магистрали к морю. Когда шоссе скрылось из глаз, он остановил машину и достал мобильный телефон.

Человека переполняло желание осуществить совсем еще недавно намеченный с исполнителями план. Какие-либо сомнения, иногда одолевавшие его, улетучились безвозвратно. Рука решительно набрала знакомый номер.

Ответили почти тотчас же. Без лишних разглагольствований в трубку был отдан короткий приказ:

— Работаем по согласованной схеме.

На другом конце прозвучало всего два слова:

— Все понятно.

21

Громов не поехал в командировку в Калугу. Спустя три дня после составления в офисе «Прометея» акта о браке трансформаторов на него неожиданно вышел Дюсов.

Звонок застал Сергея в покачивающемся в тени раскидистого клена гамаке. Вечернее солнце не спешило уходить за горизонт. Его жгучие лучи пропитали неподвижный воздух своим теплом, тем самым, приглашая людей, животных и птиц покинуть убежища и насладиться благоуханием щедрой природы. Домочадцы из особняка в Ближнево не преминули воспользоваться такой возможностью. Андрей и Оксана отрабатывали клюшками для игры в гольф технику ударов. Лилия Аристарховна, подобно полководцу, осматривала окрестности, величественно восседая на кресле-каталке на открытой веранде дома. Громов в шортах и футболке, как обычно, просматривал свежие сводки о проводимых торгах. Столбцы однотипной информации неумолимо клонили голову менеджера в сон. Усталые веки делали последние попытки, чтобы не сомкнуться. Их усилия были обречены на провал, если бы не помощь мобильного телефона. Энергичная мелодия, установленная на устройстве, своевольно нарушила покой отдыхающего. Сергей посмотрел на экран. Номер, высветившийся на табло, принадлежал Евгению.

«Странно, — подумал Сергей, — несколько дней назад мы договорились о завершении поисков…».

— Я слушаю, — вслух произнес Громов.

Сквозь посторонние звуки, напоминающие завывание ветра, донесся слабый голос спасателя.

— Сергей, есть новости. Один из представителей местного населения, с которым мы контактируем при проведении поисковых работ, сказал, что недавно он общался с аборигеном с острова Реннелл[34], говорящим на нескольких меланезийских языках. Этот туземец сообщил, что, когда он ловил на лодке тунца в Коралловом море, ему пришлось помочь двум местным жителям, чей ялик перевернулся. Они разговорились. Эти двое, владеющие языком ротума, среди многочисленных тем беседы упомянули о золотоволосой девушке, уже более года живущей среди аборигенов на одном из атоллов в Коралловом море.

— Какая связь с Ингой? — дрожащим голосом спросил Громов. Он поднялся с гамака и застыл в ожидании, крепко сжимая в руке телефон.

— Туземцы упомянули, что на запястье у девушки видели браслет в виде дельфина, выпрыгивающего из воды.

— Это Инга!!! — вырвался из груди Сергея хриплый крик.

Андрей и Оксана обернулись на долетевший до них резкий звук. Сергей помахал им издалека рукой, желая показать, что с ним все в порядке.

— На каком атолле ее видели? — задал он вопрос Дюсову.

— Об этом, к сожалению, островитяне не упомянули, так как тем для общения оказалось предостаточно и других. Но наш знакомый успел смекнуть, что эта информация имеет чрезвычайное значение. Он сегодня встречается с жителем Реннелла. При первых же новых сведениях я свяжусь с вами.

— Я вылетаю, как только оформлю визу, а дальше сориентируемся на местности!

— Но пока не все еще до конца известно. Может быть, после дополнительных уточнений станет ясно, что речь идет не об Инге, — высказал сомнение собеседник.

— Браслет, о котором обмолвились туземцы, изготовлялся по заказу, моему заказу. Шансы, что это совпадение, ничтожны, — пояснил Громов. — Куда мне следует пребыть?

— Через день-два наша команда будет на Реннелле.

— Я выдвигаюсь туда же. Все, до связи. — Сергей отключил телефон.

Какое-то время он находился в замешательстве, еще до конца не осознавая значения только что сообщенной ему новости. Вера и неверие, боль утраты и ростки начинающей зарождаться надежды плотным обручем сжимали грудь. Было тяжело дышать и вообще рационально думать. Последний раз Сергей плакал очень много лет назад и считал, что подобное проявление чувств бесследно исчезнет вместе с уходом босоногого детства. Оказывается, нет. В эту секунду он явно ощущал как набухают его веки, как в глазах появляется неприятная рябь. Им овладело смятение. Из головы не выходил образ Инги. Сразу припомнились последние дни, проведенные вместе, созданный ими волшебный мир, за невидимую границу которого не мог попасть ни один человек. Этот мир снова звал к себе Сергея, он обещал, что прекрасный полет не закончился и скоро удивительное время вернется…

Сергей тяжело задышал и постарался переключиться на предстоящие сборы за океан. В таком мучительном состоянии прошло несколько минут. А потом спазм отпустил. Громов чувствовал, как к нему возвращаются силы. С каждым новым мгновением уверенность и решительность проникали в его сознание, вытесняя оттуда смятение и душевную боль. Сергей приободрился. Только совсем недавно он распрощался с мыслями об Инге, и вот теперь судьба преподносит ему шанс снова увидеть любимую девушку. И этого шанса он не упустит!

«Спокойно, спокойно, — убеждал себя Громов, — нужно все взвешенно распланировать». Сойкиной свое отсутствие он объяснит срочной командировкой, ни к чему домовладелице и местным обитателям знать подробности его внезапного отбытия. Михайлову, конечно, придется сказать правду, тем более что Антон Владимирович в общих чертах в курсе трагедии, произошедшей два года назад на Соломоновых островах. В Калугу вместо него отправится Власов, надо будет убедить главу «Прометея» в допустимости такой замены. Севостьянова и Власова необходимо проконсультировать о планируемых мероприятиях на время отсутствия заместителя генерального директора. К оформлению документов для поездки за границу он подключит Светлану, у секретаря уже набита рука на занятиях подобного рода. Почту заберет Володя. Вот вроде бы и все…

Громов твердым шагом направился в сторону дома. Лилия Аристарховна по-прежнему наслаждалась на веранде чудесным майским вечером. Деловитость походки будущего владельца имения пробудила в пожилой даме интерес.

— Срочная работа? — бросила она Сергею короткую фразу, приподняв рукой свои огромные очки.

Мужчина усмехнулся.

— И как вам это удается, Лилия Аристарховна? — ответил он вопросом на вопрос. — Я еще ничего не сказал, а вы уже все знаете. Ваша правда, думаю, через день-два меня ждет командировка, возможно длительная.

Сойкина тактично покивала головой, не делая попыток узнать, откуда появилась такая срочность. На прощание она риторически произнесла:

— Движение и энергия — удел молодых. Именно вы заставляете этот мир вертеться.

— Сильно сказано, и спасибо за комплимент. — Сергей слегка поклонился хозяйке особняка и прошел внутрь дома, впереди его ждал нелегкий разговор с Михайловым.

Антон Владимирович без энтузиазма воспринял новость. Он долго сопел в трубку, прежде чем выдать свое заключение. Наконец глава «Прометея» молвил:

— Ну что же, не могу не выразить своего огорчения, я очень рассчитывал на вас. Причина вашего отсутствия уважительная, нужно заботиться о своих близких. Заканчивайте дела и возвращайтесь. И еще одно: перед отъездом хорошенько проконсультируйте Власова и остальных, нельзя допустить срыва сделки с «Полярисом».

— Обещаю, Антон Владимирович.

Громов уже собирался отключиться, как Михайлов огорошил вопросом:

— Сергей Максимович, вы не давали никаких поручений моему зятю?

— С какой стати, он теперь находится в подчинении начальника склада.

— Да знаю я, но в работе всякое случается. Много людей задействовано в сделке с литовцами, а возглавляете процесс вы.

— Нет, не давал. Последний раз с Дмитрием Александровичем я общался при составлении акта о браке. Что-то случилось?

— В том-то и дело, что случилось. Пропал Ларионов, второй день домой не является, Дарья в полном недоумении.

Невольно на ум Громову пришел недавний разговор с Дашей в офисе «Прометея». Тогда дочь Михайлова недвусмысленно дала понять об истинных отношениях с мужем. По всей видимости, образовавшаяся червоточина пустила свои разрушительные корни. Заботливый отец, судя по его реакции, пока оставался в неведении семейных проблем.

Громов решил закинуть удочку.

— Ссор между супругами в последние дни не было?

Михайлов на минуту задумался. Противоречивые чувства боролись в нем. С одной стороны, ему не хотелось изливать душу человеку, которого он в свое время винил в возникшей у его дочери нервной депрессии. Тот период добавил несколько седых волос на голове беспокойного родителя. Последующие события, правда, показали, что Громов отнюдь не беспутный проходимец, волочащийся за каждой соблазнительной юбкой. Волны информации, поступающей из соцсетей, донесли и до руководителя «Прометея» печальное известие о трагедии на Соломоновых островах. Антон Владимирович лично несколько раз посещал специально созданную Громовым страничку и видел, какие усилия предпринимает его подчиненный в поисках возлюбленной. Что-то напоминающее гордость шевельнулось внутри Михайлова. Острота разочарования от несложившихся отношений Даши с его заместителем притупилась. А решаемые вместе каждодневно рабочие вопросы и вовсе вытеснили разлившуюся желчью по всему организму злобу в отношении Сергея Максимовича Громова. Поэтому после краткого замешательства Антон Владимирович неуверенно ответил:

— Ссор не помню, но и браком это назвать трудно.

Менеджера смутила прямота признания. Пытаясь закончить тягостный разговор, он сказал:

— Возможно, здесь и кроется причина происходящего. Но, если в ближайшее время от Дмитрия Александровича новостей не будет, рекомендую обратиться в полицию.

— Ну что же, спасибо за совет, наверное, так мы и поступим, — согласился Михайлов. — Желаю удачной поездки.

Связь прекратилась. Громов прошелся по комнате. Как ни странно, известие об исчезновении Ларионова вызвало в нем чувство сопереживания. На подсознательном уровне стали вырисовываться мотивы неадекватного поведения мужа Даши на работе. Если воспринимать буквально слова дочери Антона Владимировича, получалось, что благополучный брак четы Ларионовых не более чем красивая этикетка, за которой неприглядная пустота. Мужчина, как, впрочем, и женщина, интуитивно ощущает, когда его (ее) не любят. Осознание собственной ненужности супругу может завести далеко, в особенности если причина отчужденности связана с наличием в отношениях третьей стороны. Один может сделать вид, что ничего не произошло, и жить себе дальше, другой хлопнет дверью, разорвав раз и навсегда эфемерные узы, а иной не отступится и предпочтет, чтобы со сцены убрался соперник.

«Ушат грязи», выплеснутый Ларионовым в кабинете Громова на свою жену и заместителя директора, указывал именно на последний вариант развития событий. Наверное, история с неисполнением контрактов и формальное подставление под удар начальника — звенья одной цепи. По всей видимости, Дмитрий Александрович, пытаясь закрепить свое шаткое положение, старался вывести из игры бывшего любовника. Почему же теперь он пропал? Разумных объяснений данному обстоятельству пока не находилось. Громов стряхнул с себя остатки размышлений и набрал номер секретаря.

Несмотря на неурочное время, Светлана моментально сняла трубку и приготовилась исполнить очередное задание шефа. С первых же слов она ухватила суть вопроса. По ходу пространной и немного сбивчивой речи руководителя секретарь уточнила пару деталей и затем объявила, что на реализацию плана уйдут сутки. Громов облегченно вздохнул — по его подсчетам, на подобную процедуру требовалось по меньшей мере два дня. Он поблагодарил рачительного работника и, перед тем как отключиться, попросил на следующее утро пригласить на небольшую летучку Власова и Севостьянова. Светлана пообещала все исполнить.

Удовлетворенный ходом подготовки к дальней поездке Сергей принялся собирать багаж. Он взял только самое необходимое, чтобы, так сказать, путешествовать «налегке». Среди вывезенных из квартиры вещей Сергей отыскал несколько предметов одежды Инги. В каких бы условиях девушка ни находилась в последнее время, неизменные джинсы и удобная ветровка придутся наверняка кстати. Вся поклажа уместилась в одну спортивную сумку.

Громов присел на краешек кровати. Тревожные предчувствия неприятно сжимали грудь. Десятки предположений о причинах долгого молчания самого дорогого в мире создания буравчиком сверлили мозг. Со слов Евгения, Инга уже целый год живет среди туземцев. Неужели у нее не было ни малейшей возможности покинуть архипелаг или хотя бы послать весточку о помощи? Очевидно, нет. Но тогда что это за условия и люди, в кругу которых Инга нашла приют? Может, ее силой удерживают на атолле?

Сергей забылся тяжелым сном. Ночной покой не принес ему душевного облегчения. Как только за окном забрезжил тусклый рассвет, деятельная натура потребовала активных действий. Только в движении в сторону отступали мрачные мысли и ненужные страхи.

Сергей взял клюшку для гольфа, мяч и спустился во двор. Особняк и прилегающие владения нечетко вырисовывались из-за опустившегося на землю тумана. Громов ступил на кирпичную дорожку и легкой трусцой припустил в сторону спортивной площадки. Группа раскидистых дубов и пышных лип служила естественной границей лужайки, на которой происходили тренировки и соревнования по гольфу среди обитателей имения. Пожалуй, только Лилия Аристарховна, ввиду своего недуга, являлась пассивным наблюдателем занимательной игры.

Дабы стряхнуть с себя остатки сна, Сергей принялся энергично бить по мячу, установленному на значительном расстоянии от лунки. Для этих целей он взял с собой клюшку с большой головкой, называемую среди гольфистов вудом. С ее помощью снаряд легко отрывался от поверхности и стремительно летел к заветному углублению в земле. Неточные подачи любитель гольфа завершал короткими плавными ударами.

Один из свингов получился наиболее мощным. Мяч со свистом проследовал мимо лунки и скрылся в серой пелене. Сергей приблизился к предполагаемому месту его падения, но ничего не обнаружил. По всей видимости, отскок от грунта получился сильнее, чем предполагал спортсмен. Он принялся озираться по сторонам, одновременно с этим медленно продвигаясь вперед полукругами. Туман плотным кольцом окутал фигуру Сергея. Острый взгляд пытался выхватить из блеклого «киселя» контуры «потеряшки». Но, увы, так нужный ему сейчас предмет как будто сквозь землю провалился.

Внезапно мяч выкатился к ногам Сергея, а вслед за ним из пелены показался неясный силуэт.

— Кажется, вы это ищете? — раздался тихий голос племянницы Сойкиной.

Громов невольно вздрогнул. Он никак не ожидал в пять часов утра встретить родственницу Лилии Аристарховны, блуждающую в густом тумане по территории усадьбы. Сергей с любопытством взглянул на девушку. И без того всегда бледное лицо Оксаны в неярком освещении выглядело бескровным и чем-то напоминало призрака из фильма ужасов. Надетое на нее облачение как нельзя более кстати подходило для подобного типажа — легкий светлый плащ и серого цвета кроссовки, волосы растрепаны.

— Благодарю, — выдавил из себя мужчина. — А я уже отчаялся его найти.

— И не спится же вам, — устало проговорила девушка.

«Как, впрочем, и вам», — так и подмывало сказать Громова, но он сдержался.

— Да вот, рано лег, надоело без дела валяться, — вместо этого ответил Сергей.

— Понятно. Ладно, не стану вам мешать.

Оксана медленно побрела в сторону моря, через несколько секунд ее фигуру поглотил туман.

«Оказывается, не только я жаворонок, — напоследок пронеслось в голове гольфиста. — Но какого черта она бродит по окрестностям без видимого занятия в такую рань?»

Громов задумчиво покачал головой. Затем спортивный интерес вновь возобладал в мужчине, окончательно вытеснив решение ребуса, связанного с неожиданным появлением племянницы Лилии Аристарховны.

В течение получаса Сергей самозабвенно отдавался любимому хобби, а потом, так же как и прибыл на площадку, трусцой вернулся в покои дома.

Контрастный душ и горячий кофе укрепили в нем боевой настрой на достижение поставленной цели. Перед длительным перелетом через океан оставалось закончить дела в «Прометее».

По прибытии в офис он оформил трехнедельный отпуск. Громов полагал, что такого времени хватит и на дорогу, и на поиски Инги. Сергей не сомневался, что на атолле видели именно ее — описание девушки и, главное, браслет, его подарок, укрепляли молодого мужчину в мысли о положительном завершении спасательной операции.

Перед вылетом менеджеру предстояло провести рабочее совещание с подчиненными.

Заместитель генерального директора прошел в свой кабинет. По внутреннему каналу связи он попросил Светлану пригласить к нему Власова и Севостьянова и по возможности также начальника службы безопасности Малозова.

Через пять минут указанные сотрудники расположились за широким дубовым столом. Присутствующие не догадывались о цели своего визита и поэтому с интересом всматривались в лицо Громова.

Сергей Максимович попросил секретаря принести кофе, чтобы, так сказать, в неформальной обстановке обсудить положение дел. Пока маленькие белые чашечки с дымящимся эспрессо занимали свое место перед участниками совещания, руководитель начал неторопливый разговор:

— Личные дела вынуждают меня взять отпуск на три недели.

Каждый из коллег по-разному отреагировал на новость.

Лицо Власова сделалось напряженным. Мундир начальника отдела еще слишком свободно сидел на плечах Романа Валерьевича. Свои решения он регулярно согласовывал с Громовым и поэтому вольно или невольно ощущал опеку патрона. Таким образом постепенно в его действиях исчезли мелкие огрехи и неточности. Известие о временном отсутствии менеджера вызвало в нем чувство неуверенности.

Севостьянов отвел глаза в сторону, но Громов успел заметить промелькнувшее довольное выражение лица подчиненного.

«Ну что же, каждый солдат мечтает стать генералом, это естественно, — подумал он. — Начальник отдела закупок убежден, что на время отпуска на него будут возложены обязанности заместителя генерального директора, и он не ошибается».

Малозов вопросительно посмотрел на друга. Владимир еще не знал причин, по которым его приятелю потребовалось срочно оставить работу на три недели. С их последней встречи прошло несколько дней, и ему пока не удалось рассказать Сергею об открытиях, сделанных во время ужина в кафе «Ням-ням». Телефонной беседе он решил не доверять столь важную информацию. А посему начальник службы безопасности сидел как на иголках, ожидая минуты, когда друзья останутся наедине.

— В мое отсутствие обязанности по руководству направлением логистики и закупок в компании будут возложены на вас, Олег Борисович, — продолжал Громов.

Севостьянов попытался разыграть на своем лице удивление, но это у него плохо получилось.

— Постараюсь вас не подвести, Сергей Максимович, — довольно ответил он.

— Знаю, знаю, поэтому и доверяю. Но, господа, прошу вас не расслабляться. — Громов многозначительно посмотрел на Севостьянова и Власова. — По случайному совпадению именно на время моего отпуска запланирована командировка в Калугу, за трансформаторами для «Поляриса». Сделка с литовцами на личном контроле у Антона Владимировича, поэтому, сами понимаете, оборудование мы должны получить без малейших дефектов.

За столом повисла пауза. Присутствующие ожидали продолжения раскрытия деталей предстоящего мероприятия.

— В командировку поедет Роман Валерьевич, — объявил менеджер. — Знаю, это важное поручение, и мы должны общими усилиями его исполнить.

Власов нервно заерзал в кресле. Его переполняли смешанные чувства — гордость за возложенную задачу и опасения не справиться с нею.

— Сделаю все, что в моих силах, — твердо произнес он.

— Отлично. — Громову понравилась реакция начальника отдела логистики. — Для того чтобы оправдать ожидания шефа, нам понадобится специалист по энергетическому оборудованию, который сможет объективно оценить качество сборки и комплектность трансформаторов. И такой эксперт у нас имеется.

Сергей Максимович открыл ящик стола и достал оттуда визитку.

— Николай Иванович Нефедов, — прочитал он, — прошу любить и жаловать. «Прометей» к его услугам прибегает время от времени, когда дело касается технической проверки. Олег Борисович, организуйте работу со специалистом, он в курсе предстоящей поездки, осталось утрясти детали.

Громов передал визитную карточку Севостьянову.

— Идем дальше… — Заместитель генерального директора продолжил инструктирование. — Роман Валерьевич, возьмите в командировку одного человека из отдела, необходимо неотлучно находиться при погрузке, транспортировке и разгрузке трансформаторов. Именно на этом этапе возможны непредвиденные ситуации. Эксперт может гарантировать «Прометею» качество оборудования в Калуге, а к нам оно приедет с браком, не дай бог. Думаю, в этой работе и служба безопасности не останется в стороне. — Громов лукаво посмотрел на Владимира.

— Несомненно, — без тени иронии ответил Малозов. — Будем в плотном тандеме работать с Романом Валерьевичем, а детали обговорим по пути к месту назначения.

— Очень хорошо. У меня последний момент, на котором я хотел бы сделать акцент. — Заместитель директора окинул взглядом присутствующих. — Речь идет о документах, и здесь основной упор я делаю на вас, Владимир Андреевич.

Начальник службы безопасности внимательно посмотрел на Громова.

— Необходимо тщательно проверить товарные накладные, соответствие наименований трансформаторов в сопроводительных документах реальному заказу нашей компании. Кроме этого, изучите полномочия представителя «Диода» в доверенности, может ли он подписывать передаточные акты, счета. Ошибка в данном вопросе может нам дорого обойтись.

— Не беспокойтесь, Сергей Максимович, — официально отрапортовал другу Малозов. — В службе безопасности для подобных ситуаций разработана целая инструкция. Если интересно, могу озвучить — там целых тридцать две позиции, и каждую, уж поверьте мне, мы отработаем на совесть.

— Не знал, — откровенно признался Громов. — И приятно удивлен такой новостью. Выдастся свободная минутка — обязательно почитаю сей документ, надеюсь, он не сильно законспирирован?

— Вам можно, — успокоил его начальник службы безопасности.

— Отлично. Коллеги, у меня вопросы закончились. Может, они есть у вас?

Севостьянов оторвал от стола правую руку.

— Слушаю, Олег Борисович.

— В прошлый раз, когда я вас замещал, возникали вопросы о подписании договоров поставки. Доверенность мне не выдавалась, и Антону Владимировичу приходилось самому заключать сделки, даже очень мелкие. Не стоит ли мне оформить такой документ, чтобы не перегружать главу компании?

На этот счет между руководителем «Прометея» и Громовым уже очень давно состоялся отдельный разговор. Михайлов пояснил своему заместителю, что доверенность с правом заключать договоры, он может выдать только человеку, на которого полностью полагается. Такого же мнения придерживался и сам менеджер. Слишком велики риски, если компания заключит сделку с ненадежным партнером. Поэтому на вопрос начальника службы закупок Сергей Максимович ответил коротко, без какой-либо мотивировки:

— Во время моего отсутствия все договоры будет подписывать Михайлов.

— Понятно, — протянул Севостьянов, с трудом скрывая свое недовольство.

— Еще вопросы?

Ответом послужило единодушное молчание.

— Ну что же, господа, — подытожил Громов, — до встречи через три недели.

Присутствующие, за исключением Малозова, вышли из-за стола и направились к выходу. Когда за ними закрылась дверь, Сергей улыбнулся и произнес:

— Знаю, тебе не терпится узнать, что же это за причина, по которой мне срочно потребовался отпуск.

— Ты прав, но только отчасти, — удивил приятеля Владимир, — поскольку и мне есть что тебе рассказать.

— Думаю, моя новость затмит твою. Инга нашлась, — волнуясь, проговорил Громов.

— Ну и ну, не верю своим ушам! — воскликнул друг. — Но что тебе точно известно?

— Новость сообщил Дюсов, а подробности он сам узнал от знакомого аборигена. Тот говорил о золотоволосой девушке, уже более года живущей на одном из атоллов.

— А почему ты решил, что это Инга? Мало ли женщин со светлыми волосами, — подверг сомнению информацию Малозов.

— На запястье девушки красуется браслет в виде дельфина, выпрыгивающего из воды. Это мой подарок.

— Да, подобный аргумент нельзя сбрасывать со счетов. Но почему она не покидает остров? Какие причины?

— Вот это и придется выяснить. Есть у меня версия: после катастрофы Инга могла потерять память. Тогда ее отсутствие вполне объяснимо.

«Или браслет случайно обнаружила какая-нибудь другая женщина», — выдал неутешительное предположение деятельный мозг бывшего сотрудника органов правопорядка.

Разумеется, этот вариант озвучивать приятель не стал.

— Когда стартуешь?

— Как только Светлана закончит оформление документов.

— Понятно. Помощь моя не нужна? В такое путешествие лучше отправляться с напарником.

— Конечно, от поддержки я не отказался бы. Но ты необходим здесь. Сделка с «Полярисом» имеет первостепенную важность и для компании, и для Михайлова. Он и так слишком огорчен моим внезапным отбытием за океан.

— Думаю, ты прав. Как поживает Антон Владимирович?

— Расстроен. И не только из-за меня. Зять пропал, вторые сутки домой не является.

— Ларионов? Ты очень удивишься, когда узнаешь, что одна из моих новостей касается именно его.

На лице Громова появилось озабоченное выражение.

— В пятницу после работы у меня в одном кафе состоялась встреча с изготовителем мебели. Он принес чертежи кухни. Рандеву не заняло и пяти минут, после чего я решил остаться поужинать. Из-за моего столика открывался прекрасный вид на весь обеденный зал и находящийся за окном кафе проспект Мира. В какой-то момент я бросил взгляд на улицу и заметил молодую пару, беспечно прогуливающуюся по тротуару. Угадай, кто были эти двое?

Сергей задумался. Свою речь Владимир начал с упоминания о Ларионове, а Громов к этому времени уже располагал пикантными подробностями о семейной жизни бывшего начальника отдела логистики.

— Возьму на себя смелость предположить, что речь идет о дочери Антона Владимировича.

— В яблочко! — изумленно произнес Малозов. — А кто ее спутник?

— Точно не господин Ларионов.

— Опять десятка! Откуда такая уверенность?

— Все очень просто. Ты намекнул на какую-то новость, связанную с зятем Антона Владимировича, а я уже знал, что в его семье имеются проблемы.

— Понятно. Действительно, плюсуем одно слагаемое с другим — и результат налицо. Кстати, спустя несколько минут возле кафе появился и он сам. Мы даже поговорили, разумеется, муж искал свою супругу. Обеспокоенный, он удалился в том же направлении, что и его жена.

— Интересный момент. Получается, Дмитрий Александрович знал, где искать Дашу.

— Выходит, что так. Куда же он запропастился?

— Да, это вопрос. В несчастный случай я почему-то не верю. Что-то затевается, а что — пока неясно. Беспокойному тестю я посоветовал обратиться в полицию.

— Полиция — это хорошо, только, сам понимаешь, не станут органы вот так, без видимых причин сразу поднимать все вверх дном. Может, у Ларионова любовница завелась и он преспокойно у нее отдыхает.

— Настолько спокойно, что даже перестал ходить на работу? Навряд ли. Ладно, у тебя есть для меня еще другая новость.

Малозов правой рукой поправил галстук. Сергей не раз отмечал, что подобное движение свидетельствовало о состоянии внутреннего напряжения у его друга.

— Речь пойдет о твоем злом гении — Линасе, и не только о нем.

Громов насторожился.

— Я весь внимание.

— Наш общий знакомый в городе.

— Это еще ни о чем не говорит.

— Согласен. Но компания, в которой я его обнаружил, дает пищу для очень многих размышлений.

— Ну, совсем заинтриговал, говори давай.

— Линас пришел в кафе с двумя спутниками, и они расположились за столиком на улице, прямо в том месте, где ужинал я. Нас разделяла только стенка здания. К счастью, у меня оказалась газета — прекрасное прикрытие для тех, кто не желает, чтобы их обнаружили.

Владимир сделал глоток из кружечки с кофе и продолжал:

— Посетители сделали заказ на четверых. По поведению Линаса я заметил, что он испытывает нетерпение, ожидая последнего участника застолья. Все поглядывал на часы, озирался по сторонам. Наконец этот последний появился.

Малозов замолчал. Громов поднял глаза на приятеля.

— Каков прогноз от Павла Глобы? — задал каверзный вопрос начальник службы безопасности.

— Признаюсь, я в замешательстве, но, очевидно, приятель Линаса мне знаком, в противном случае ты не стал бы создавать интригу вокруг данной личности.

— Правильный вывод. Ладно, не стану тебя мучить. Таинственный незнакомец — хорошо тебе известный Гедеминас Ожонас, представитель компании «Полярис».

Последние слова Владимира прозвучали как отходная молитва смертельно больному пациенту. На Сергея было страшно смотреть: рот его приоткрылся, глаза неестественно расширились.

Пока приятель медленно приходил в себя, Малозов постарался скрасить неприятную новость.

— Жаль, что я не владею литовским, поскольку известие, которое принес Ожонас, заметно оживило Линаса, от недавней хандры не осталось и следа. Но сам факт знакомства этих двоих дает нам широкое поле для самоанализа. Кстати, думаю, именно Ожонас прикрепил листок бумаги с угрозой к лобовому стеклу твоей машины. Мы тогда еще столкнулись с ним на входе в бизнес-центр. Очень уж он вовремя оказался поблизости.

— В компании — партнере «Прометея» работает человек моего заклятого врага, а возможно, и не один, — пропустил последние слова приятеля мимо ушей менеджер.

— Даже скорее всего, что не один. — Владимир поддержал предположение друга. — Случай с автокаром на складе — результат творения нескольких рук. Теперь я уверен, что тогда имел место не несчастный случай, а, скорее всего, спонтанное, но хорошо осуществленное покушение.

— Почему спонтанное?

— Потому что исполнители не могли знать заранее, где ты будешь находиться в помещении, и действовали исходя из обстановки. После неудачи на складе Линас решил напасть более отчаянно и открыто. Гоп-стоп в сквере — тому явное подтверждение.

Громов встал и прошелся по кабинету. Возле окна он развернулся и с ожесточением произнес:

— Меня поражает сила агрессии бывшего знакомого Инги. Неужели тот факт, что тебя бросила девушка, может заставить человека мстить столь длительно, задействуя при этом столь значительные людские и материальные ресурсы?

— Вне всяких сомнений. Помнишь, я тебе уже говорил о злопамятности типов из криминального мира. Не забывай, что в их среде по-своему воспринимаются взлеты и падения собратьев по оружию. А месть Линаса к тебе уже давно ни для кого не секрет, и каждая новая неудача отвергнутого поклонника заставляет его совершать все более изощренные попытки расправы. Ведь именно по результатам деятельности члены группировок оценивают способности друг друга. Слабому там не место.

— Но где тогда выход?

— Это правильный вопрос, и, на мой взгляд, есть только два выхода: либо нужно каким-то способом нейтрализовать не в меру активного преследователя, либо он сам должен отказаться от своих планов, например потеряв интерес к Инге.

— Теперь я не уверен, что девушка ему по-прежнему необходима. Скорее, как ты говоришь, Линас доказывает близкому окружению, что он может решить любую проблему.

— К сожалению, я того же мнения. Пока ты летаешь за океан, постараюсь что-нибудь придумать.

— Спасибо за помощь, ситуация действительно неприятная.

— Ладно, не грузись, сконцентрируйся на основной цели, и скорее возвращайтесь вдвоем.

— Обещаю.

22

Светлана не подкачала с оформлением документов. Ровно через сутки самолет компании «Катарские авиалинии» уносил путешественника в Сидней — точку земного шара, откуда Громов имел возможность добраться до столицы Соломоновых островов — Хониары.

Время перелета до Австралии составляло около двадцати часов. Для находящегося в постоянном движении менеджера крупной торговой компании бездействие в течение практически целого дня было настоящим подарком. Как только шасси авиалайнера оторвались от земной тверди аэропорта Шереметьево, внутренней контролер поведения и мыслей Сергея благосклонно разрешил расслабиться. Веки устало сомкнулись, и в течение следующих трех часов мирская суета и бесконечные дела оставили странника в покое.

Проснулся пассажир бодрым и полным надежд на благополучный исход дела, ради которого он отправился на самый край света.

Легкая вибрация в области правого бедра известила, что на мобильный телефон пришло сообщение. Сергей извлек устройство из кармана джинсов и открыл нужную папку. Отправителем депеши оказался Евгений Дюсов: «Находимся в море. Не могу до вас дозвониться — плохая связь. Информация об Инге подтвердилась. Держите курс к западной стороне южного рифа Индиспенсейбл — одного из атоллов, расположенных примерно в 50 километрах от южной части острова Реннелл. Место высадки будет обозначено красно-белым флажком. Маршрут движения отметим такими же флажками. Евгений».

Громов облегченно вздохнул. В последние часы он старался как можно меньше думать об Инге, опасаясь, что информация, ранее полученная от спасателя, не подтвердится. К счастью, этого не произошло.

По узкому проходу аэробуса темнокожая стюардесса в униформе малинового цвета двигала перед собой тележку с напитками и закусками. Сергей поднял руку и заказал грушево-банановый фреш и салат из морепродуктов. После продолжительного сна у вояжера проснулся волчий аппетит.

Подкрепившись и не зная, чем себя отвлечь, менеджер, которому о своем существовании напомнила совесть, извлек из дорожной сумки небольшую мягкую папку с информацией о проведенных и планируемых торгах «Прометея». Знакомое занятие незаметно увлекло Громова. Карандаш заскрипел по плотному листу бумаги, делая важные пометки. Вокруг сновал персонал перевозчика, ходили и разговаривали люди, но это не мешало заместителю директора комфортно существовать в свойственной ему стихии. Прерывался он только на время, когда бортпроводники предлагали пассажирам обед и ужин.

Неуловимо стрелки часов ускорили свой бег. За работой длительный перелет прошел безболезненно. Сергей отложил в сторону документы, когда самолет совершил посадку в международном аэропорту имени Кингсфорда Смита в Сиднее.

Удача сопутствовала пилигриму. Нужный ему лайнер вылетал в Хониару всего через полтора часа. Мужчина отстоял небольшую очередь и приобрел билет. До начала посадки оставалось еще тридцать минут. После суточного неподвижного сидения ноги сами понесли Громова обследовать территорию аэропорта крупнейшего города Австралии.

Выполненная в духе мировых стандартов, воздушная гавань мало чем отличалась от аэроузлов подобного уровня. А вот площадь ее владений оказалась гораздо меньше, чем предполагал гость из России. Вся прогулка не заняла и десяти минут. Свой променад Сергей завершил у автомата с кофе. Из меню он выбрал неизменный экспрессо. Путешественник расположился на одном из свободных кресел, установленных в зале аэропорта неподалеку от зоны регистрации.

Потягивая ароматный напиток, Сергей на мгновение забылся. В памяти невольно всплыли события двухлетней давности. Вот так же он сидел в компании со своей возлюбленной, не подозревая, как неумолимый рок уже начал тасовать колоду мистических карт, предопределяя дальнейшую судьбу ничего не подозревающих людей. И в этой раздаче Громову достались боль, отчаяние и бесконечная грусть. Но возможно рок не до конца раскрыл свой пасьянс…

У терминала рейса на Хониару стали собираться немногочисленные пассажиры — темнокожие меланезийцы в шортах и легких футболках и несколько европейцев в белых брюках и рубашках с короткими рукавами. Громов присоединился к попутчикам.

Без труда миновав проверку документов и досмотр, он расположился в одном из кресел в зале ожидания. Перед посадкой в самолет Сергей попробовал дозвониться до Евгения Дюсова, но, к сожалению, спасатель по-прежнему находился вне зоны действия сети. Сергей уже представлял свое появление в условленном с поисковой группой месте и долгожданную встречу с Ингой. Он подолгу смотрел на ее фотографию, которую хранил в одном из отделений портмоне. Черты этого милого улыбающегося лица стали со временем потихоньку стираться из памяти, и без пяти минут суженый боялся, что его реакция при виде девушки будет не совсем адекватной.

Размышления прервал голос работника аэропорта, приглашающего пассажиров на посадку. Перронный автобус доставил группу туристов к трапу воздушного судна. Сергей прошел внутрь лайнера и занял кресло у иллюминатора в середине салона.

В отличие от длительной дороги до Сиднея, вторая часть пути представлялась легкой забавой — всего четыре часа в небесах. В кармашке сиденья Сергей обнаружил рекламные буклеты и журналы. В одной из брошюр содержались краткая информация о Соломоновых островах, а также интересные подробности из жизни местного населения. Настроение путешественника как раз располагало к познанию чего-то несложного и расслабляющего.

Чтение исполненного на английском текста буклета не вызвало каких-либо затруднений у менеджера компании, часто обсуждающего рабочие вопросы с иностранными партнерами на общепринятом международном языке. Сведения об островах излагались в простом, но увлекательном стиле. Кроме этого, путеводитель пестрел завораживающими экзотическими видами, красоту которых Сергей оценил, еще путешествуя по этим местам два года назад с Ингой.

Открытые в 1568 году испанским мореплавателем Алваро Менданья де Нейра на шхунах «Капитана» и «Альмиранта» острова получили название Соломоновых, так как перед их открывателем они предстали в виде легендарной библейской страны Офир. По преданию, из нее царю Соломону привозили золото для украшения Иерусалимского храма. Несметных сокровищ, впрочем, де Нейра не нашел. Вместо этого ему пришлось оставить вожделенную землю из-за процветавшей на ней тропической лихорадки. Страшная болезнь стала естественной преградой для посещения архипелага в течение следующих почти двухсот лет. Страну Офир предали забвению. Только в 1767 году острова были заново открыты англичанином Филиппом Картеретом.

Освоение европейцами этого небольшого меланезийского государства в юго-западной части Тихого океана шло очень медленно, в основном из-за исходившей от аборигенов опасности. Немало католических и протестантских миссионеров завершили здесь свой жизненный путь, так и не достигнув цели, ради которой они покинули отчий дом.

Во время Второй мировой войны острова стали ареной кровопролитных боев между японцами и странами антигитлеровской коалиции. Под толщей спокойных вод нашло свое последнее пристанище огромное количество затонувших боевых судов и сбитых самолетов. Эти неожиданные «пришельцы» создали удивительную атмосферу подводного мира архипелага. Покорители глубин и любители шноркелинга[35] имеют сегодня уникальную возможность лицезреть среди коралловых рифов и дрейфующих морских обитателей грозные тени некогда устрашающей военной армады.

На Соломоновых островах широко привит культ акулы. Аборигены верят, что духи умерших предков поселяются в этих грозных морских хищниках. На этой почве на атоллах практикуются «вызовы акулы». Примечательно, что подманенной стуком по камням под водой рыбе должно быть предложено угощение — как правило, мясо черных свиней. Передать его хищнику должен обязательно маленький мальчик племени…

Громов оторвал взгляд от увлекшего его буклета. Самолет начал снижение. В иллюминаторах, освещаемых пылающим на небе закатом, проступили черты архипелага. Вытянутые в форме извивающегося темно-зеленого удава острова в этот вечерний час выглядели настораживающими, словно предупреждали путешественника о притаившейся угрозе.

«Где же ты, Инга?» — мысленно задавал себе вопрос Сергей.

Он пристально всматривался в однородную массу земель, простиравшихся под пикирующим самолетом, будто надеялся разглядеть девушку с высоты птичьего полета. Потом его мозг переключился на последнее сообщение Дюсова. Сергей постарался сжиться с мыслью, что вскоре связь со спасателями наладится и окончательно станет ясно, что делать дальше.

Воздушное судно совершило посадку в аэропорту Хониары.

Громов быстро пересек территорию здания, к которому пассажиров доставили на небольшом перронном автобусе. На выходе из аэропорта он сделал остановку у пункта обмена валюты и приобрел местную наличность. В настоящий момент все устремления вояжера сводились к одному — добраться до ближайшей гостиницы и лечь спать. Что готовил путешественнику завтрашний день, Сергей не знал, но не вызывало сомнения, что для решающего броска ему понадобится максимум свежих сил.

У тротуара выстроилась целая кавалькада свободных такси. Громов расположился на заднем сиденье одного из наемных автомобилей и попросил водителя, тридцатилетнего темнокожего меланезийца, отвезти его в отель, недорогой и с хорошей кухней. Шофер энергично закивал бритой головой, давая понять, что английский язык пассажира является и его формой общения с наводнившими Хониару многочисленными туристами.

Машина плавно отъехала от бордюра. Громов, утомленный долгой дорогой, не замечал мелькающих за окном колоритных тихоокеанских пейзажей. Вся поездка заняла около десяти минут. А еще через полчаса, покончив с формальностями у стойки администратора, Сергей с наслаждением растянулся на мягкой кровати одной из столичных гостиниц. Его глаза устало закрылись, а затем недовольно открылись вновь из-за поступившего на телефон сигнала. Рука автоматически дотронулась до устройства.

Информация, которая потревожила уже засыпающего путника, несомненно, заслуживала внимания. Дюсову каким-то образом удалось послать сообщение своему заказчику. Сделанная вручную план-схема места высадки спасателей с указанием необходимых географических ориентиров не вызывала никаких сомнений в правильности толкования рисунка. Выглядевшие вначале абстрактными координаты точки швартовки поискового судна неожиданно стали осязаемыми и понятными.

«Молодец», — мысленно адресовал комплимент Евгению погружающийся в сон Громов.

Тропическая ночь опустилась на улицы Хониары. На смену дневной суете пришли тишина и умиротворение, изредка нарушаемые сигналами проезжающих такси и негромкой музыкой, доносящейся из караоке-клубов и дансингов. Город забылся на краткий миг в бесконечном вращении времени…

Тусклый рассвет робко прокрался через плотную гардину и осветил лицо путешественника. Сергей заворочался на кровати. Наконец он открыл глаза и осмотрелся. Долгий полет над океаном и волнение последних дней сделали его сон тяжелым и беспокойным. Всю ночь Сергея посещали странные видения. Постоянные думы о спасении Инги воссоздали иллюзию самого процесса поиска, и перед глазами скитальца очень реалистично возникали таинственные атоллы, неприветливые туземцы, кучка изнуренных спасателей, прочесывающих джунгли. В какой-то момент на переднем плане оказалась пропавшая манекенщица. Лицо девушки выглядело расстроенным, она что-то шептала ему, но Громов не мог разобрать слов. Потом Инга стала отчаянно жестикулировать руками, всем своим видом давая понять, что Сергею не стоит здесь находиться. Бойфренд был в недоумении. Он выкрикивал в пустоту бесконечное «почему», но не получал ответа. Внезапно картинка начала исчезать, горизонт потемнел, фигура Инги затряслась, словно ее охватил сильный озноб, и девушка растаяла среди опустившихся на землю грозовых туч.

Сергей зашевелился в постели и сквозь остатки покидающего его сна явственно услышал роковые слова: «Я умерла, меня здесь нет».

Прикроватные часы показывали половину седьмого утра. Неясный свет пробивался через неплотно задернутую штору. Громов облегченно вздохнул. Ночной кошмар с каждой секундой превращался в звездную пыль. Вокруг была настоящая реальность, и она взывала к решительным, активным действиям.

Гость заказал в номер традиционный английский завтрак. Пока пищу доставляли в апартаменты, Сергей принял холодный душ и оделся. Легкий стук в дверь известил о прибытии официанта. Постоялец повернул ручку и очутился лицом к лицу с невысокой юной аборигенкой, одетой в красную блузку и черную юбку — униформу отеля. Темнокожая, с кучерявыми вьющимися волосами, глубоко посаженными черными, как два уголька, глазами и полными губами, девушка являлась типичным представителем местного населения.

— Я Аканиси, завтрак, — необычным бархатным голосом произнесла по-английски служительница отеля.

— Прошу. — Сергей отступил в сторону, давая дорогу сервировочному столику.

Семенящей походкой официантка проследовала вглубь номера, где натренированными движениями выгрузила содержимое переносной «скатерти-самобранки» на прикроватную тумбочку.

Пока девушка занималась своей работой, в голову гостя пришла одна мысль.

— Аканиси, — окликнул он сотрудницу отеля. — Меня зовут Сергей. Нет ли в гостинице подробной карты архипелага?

— Конечно, сэр, — услужливо отозвалась туземка. — Вам принести?

Громов кивнул головой.

Аканиси вернулась через пять минут и вручила постояльцу карту. Сергей отблагодарил девушку щедрыми чаевыми, чем вызвал у нее неподдельный восторг. Хрустящие доллары с удивительной скоростью исчезли в кармане униформы официантки, словно в гостиничный номер входила ревизионная комиссия по изъятию неучтенных доходов у сотрудников отеля.

Аканиси подхватила сервировочный столик и, одарив Громова одной из лучших своих улыбок, покинула апартаменты.

Сергей накинулся на еду. Жареные сосиски, аппетитные полоски бекона и яичница с ломтиками помидор и шампиньонов получили наивысшую оценку у путешественника, добровольно отказавшегося накануне от позднего ужина и отдавшего предпочтение мягкой перине и отдыху. После основного блюда последовали тосты и кофе. Сергей раскрыл карту Соломоновых островов и постарался определить маршрут своего следования согласно поступившему от Евгения Дюсова сообщению.

Первым шагом к достижению поставленной цели на плане спасателя был остров Реннелл. Громов включил на телефоне интернет. На самолете время в пути составляло всего один час. Ближайший авиалайнер отправлялся на остров в двенадцать часов дня. Таким образом, до посадки на борт оставалась еще уйма времени. Сергей продолжил исследование карты. Благодаря крупному масштабу рисунка даже небольшие рифы на плане имели свои обозначения. Индиспенсейбл являлся цепью из трех довольно крупных атоллов, подступавших к Реннеллу с юга. На схеме Дюсова крестик, обозначавший место высадки, значился на самом ближнем. Западная часть атолла, помеченная маячком, имела петляющую форму, ее протяженность составляла около пятнадцати километров. Громов полистал Википедию в надежде получить хоть какую-то ценную информацию о рифе. Скупые сведения предупреждали его об обрывистых берегах атолла, множестве ядовитых насекомых, опасных животных и ничего не сообщали о населении, обитавшем в тех местах. Впрочем, это еще ничего не означало. Мало ли кому из туземцев захочется отколоться от общины и создать собственную корпорацию.

Для пущей безопасности перед походом в джунгли следовало предупредить о маршруте своего движения Владимира. Одному Богу известно, какие сюрпризы могут возникнуть на пути у отправившегося к черту на кулички пилигрима. Он послал Малозову эсэмэску с краткой информацией о регионе, в котором предположительно пройдут поиски Инги.

Друг ответил буквально через десять минут: «Взял на заметку, успешного исхода мероприятия!»

Сергей включил телевизор. Он нашел местный канал, по которому в это время как раз передавали прогноз погоды. Во второй половине дня ожидались осадки, температура воздуха в течение суток практически не менялась, около 27 градусов со знаком плюс. Экипировка путешественника соответствовала царившему здесь климату. Джинсы, футболка и при необходимости легкая ветровка — вот и весь нехитрый запас одежды для жизни на архипелаге.

Громов вновь взял в руки пульт и принялся листать каналы. Динамичный боевик с Марком Уолбергом в главной роли завладел вниманием гостя, и он отложил пульт в сторону. Харизматичный персонаж, исполняя миссию полицейского, отправленного с заданием в Гонконг, бесстрашно сражался с членами триады, лихо управлял машиной и, подобно человеку-пауку, двигался по отвесной скале. Супергерой в выдуманной автором реальности справлялся с любой трудностью, возникающей на пути. После полуторачасовых погонь, перестрелок и драк завершал блокбастер ожидаемый хэппи-энд.

Сергей погасил монитор телевизора. Несмотря на то что цель его визита в чужеземную страну была намного скромнее, он невольно представлял себя на месте специального агента. Отсутствие связи со спасателями не позволяло четко представить ход поисковой операции.

Сергей бросил взгляд на настенные часы. Без пятнадцати одиннадцать, самое время отправляться в аэропорт. Он оставил ключ от номера на стойке администратора и вышел на залитую солнечным светом улицу. Как по мановению волшебной палочки перед ним выросло такси.

— У мистера дела в городе? — на довольно сносном английском проговорил зазубренную фразу водитель-туземец.

— Мне нужно в аэропорт.

— Долетим за десять минут, прошу. — Дверь автомобиля распахнулась перед пассажиром.

Усаживаясь на заднее сиденье авто, Громов почувствовал на себе чей-то настойчивый взгляд. Он обернулся к шоферу, но тот пытался встроиться в поток проезжающих машин и не мог беспокоить излишним вниманием клиента. Тогда вояжер открыл окно и выглянул наружу. Полуденный пейзаж источал безмятежность и лень. Несколько человек неторопливо двигались в различных направлениях по тротуарам. У дверей только что покинутого путешественником отеля двое аборигенов пили из пластиковых бутылок воду. Обрывки иностранной речи долетали до такси, из которого вел наблюдение Громов. Мужчина сокрушенно помотал головой и сделал знак водителю отправляться в путь.

Как ни странно, но похожее чувство он испытал уже на подлете к Реннеллу. В области затылка вдруг неприятно засвербило, будто кто-то пытался прожечь в нем дыру паяльной лампой. Место Сергея находилось в начале салона, таким образом, любой попутчик мог незаметно интересоваться его персоной. Громов откинулся на сиденье, а затем стремительно повернул голову назад.

По всей видимости, дневной рейс пользовался повышенным спросом у туристов и коренного населения. Ни одного свободного места. Многие пассажиры наблюдали через иллюминаторы за снижением самолета. Другие начали доставать вещи из багажного отделения, расположенного над их головами. Кто-то вполголоса читал молитву. Казалось, никому не было дела до одинокого европейца, и все же Громов доверял своей интуиции.

Самолет совершил посадку. Он сразу нанял такси и направился к южной части острова. После нескольких часов тряской дороги на видавшем лучшие дни стареньком «Форде» у путешественника разыгрался голод. Сергей расплатился с водителем и направился к местному кафе, возможно единственному в деревне, являющейся южными воротами острова Реннелл.

Строение представляло собой обычный для этих мест меланезийский жилой дом — прямоугольный в плане, с высокой крышей, выполненной в виде двух округлых скатов, спускающихся почти к самой земле. С правой стороны от входа в кафе разместилась открытая пристройка. Четыре столба и натянутый на них тент составляли всю ее архитектуру. Оригинальными выглядели находившиеся под тентом столики — вырезанные из дерева фигуры из мира фауны: черепахи, крокодила, акулы, свиньи.

Крупная бабочка-парусник, которых в Меланезии огромное количество, приглашала посетителей в кафе, опустив одно крыло до уровня, параллельного земляному полу пристройки, а другое изогнув полудугой. Творению из дерева не хватало лишь, чтобы эта конечность начала двигаться. Посчитав данную авторскую мысль самой интересной, Громов направился именно к этому столику. Стоял полдень. Пристройка практически пустовала — лишь двое местных жителей сидели за столиком в виде акулы и что-то потягивали из больших глиняных кружек. Всю их одежду составляли набедренные повязки. Один из них — темнокожий, с курчавыми волосами — окинул подозрительным взглядом Сергея и, энергично жестикулируя, что-то залопотал своему собеседнику. Понять, о чем он говорит, не представлялось никакой возможности — океанийские языки, принадлежащие к креольской группе, многочисленны и характеризуются сложным фонетическим составом. При этом среди отличительных черт такой речи Громов сразу выделил присутствующие в ней тоновые противопоставления — от звонких взрывных до чуть слышных носовых звуков. Собеседник с интересом внимал речи говорившего. Спина его — темная, с синеватым отливом — напряглась и как будто одеревенела. Он быстрым движением развернулся. На Сергея уставились темные хитрые глаза туземца. Изучающий взгляд задержался на чужестранце не более секунды. Затем абориген возвратил свое тело в исходное положение и непринужденно стал делиться своим мнением об увиденном с приятелем.

К Сергею тем временем подошел бармен заведения — низкорослый местный житель, с заметной сединой во вьющихся черных волосах и немного говоривший на английском. Он предложил Громову имеющиеся в кафе горячие и холодные блюда, а также напитки. Сергей, уже немного разбиравшийся в местной кухне, заказал «моа-тунупау» (цыпленка, зажаренного на углях), традиционный «фиа-фиа» (приготовленного в земляной печи «уму» — тунца) и «нуи» (сок зеленого косового дерева).

Доставив посетителю заказ, бармен скучающим видом окинул пристройку. Этот взгляд красноречивее слов говорил, что дела у заведения идут совсем не так, как хотелось бы их владельцу. Наверное, бог услышал беззвучную мольбу предпринимателя. В заведение вошли еще двое посетителей — оба в джинсовых шортах, таких же рубашках и широкополых сомбреро из фетра. Мужчины проследовали в самый дальний угол постройки и заняли места за «черепаховым» столом. Из-за головных уборов и неясного света в помещении Сергей не мог распознать расовую принадлежность визитеров.

Трактирщик бесплотной тенью метнулся к идущему в его руки доходу. Судя по улыбающемуся виду бармена, заказ он получил от новых посетителей солидный. В ожидании хлеба насущного путники начали негромко переговариваться. В какой-то момент один из них сдвинул сомбреро вверх, и Громов успел разглядеть проступившие черты меланезийца. Его визави подпирал голову левой рукой и внимательно слушал собеседника. За этим занятием их и застал кабатчик с подносом, заполненным тарелками и кружками. Расхваливая на все лады собственную стряпню, он, подобно бомбардировщику, забросал стол яствами.

Спутник аборигена откинулся на спинку стула, давая бармену возможность закончить свою работу. Невольно он бросил взгляд в полутемный зал. Громов, который ожидал, когда разносчик пищи освободится для получения от него нужной информации, смотрел в этот миг в сторону «черепашьего» стола. По воле случая взоры гостей пересеклись. Из-за приопущенной полы шляпы лицо незнакомца представляло собой размытую неясную массу. Только блеск глаз говорил, что перед вами не восковая фигура, а живой человек. Контакт длился всего мгновение, но Громову показалось, что эти глаза ему приходилось видеть уже не раз раньше. Озадаченный, он переключился на бармена, наконец-то покинувшего посетителей.

Сергей окликнул его.

— Мистеру нужно что-то еще? — с надеждой в голосе вымолвил владелец заведения.

— Информация, — коротко ответил гость. — И, если у вас сейчас немного работы, принесите себе что-нибудь выпить. Расходы, разумеется, за мой счет.

Последние слова нашли горячий отклик у застоявшегося без дела трактирщика. Не прошло и минуты, как он снова оказался у стола путешественника с глиняной кружкой в руке.

— Мистер странствует? — первым начал диалог хозяин.

— Да, я хочу прокатиться на катере по здешним местам. Мне рассказывали, что у вас очень красиво.

Абориген утвердительно закивал головой и пустился в пространные рассуждения об экзотике Реннелла и близлежащих земель. Речь его, пусть и на ломаном английском вперемешку с местным языком, в своем тональном выражении мало чем отличалась от диалога, свидетелем которого недавно был Громов. Туземцы, находящиеся неподалеку от бармена заведения и его гостя, стали проявлять интерес к их разговору. Меланезиец, сидящий спиной к Сергею, откинулся на служащий опорой акулий хвост и стал вслушиваться в беседу.

— А нет ли, хозяин, в деревушке проката катеров? — перешел непосредственно к интересующему его вопросу Громов. — Мне советовали посетить атоллы к югу от Реннелла.

— Вам хочется обследовать Индиспенсейбл, босс? — Трактирщик на лету ухватил занимавшую путешественника тему.

— Да, кажется, так называется это место.

— Тогда вам не надо далеко ходить. У меня есть небольшое судно. А как насчет провожатых? Места здесь небезопасные. В прошлом году на пожилую пару напали прибывшие на пирогах с Малаиты туземцы.

Громов сочувственно покивал головой, но решил не вдаваться в подробности своего визита. Он находился у самой цели, спасатели обеспечат необходимую помощь в поисках и возвращении девушки, нет смысла брать в попутчики неизвестных лиц.

— Спасибо, но я хочу насладиться одиночеством и великолепием местных пейзажей.

— Понимаю, босс. Если желаете, я мог бы показать вам катер прямо сейчас, это недалеко.

— Прекрасно, хозяин, идемте.

Мужчины покинули постройку и направились в сторону океана. Немногочисленные жители деревни выглядывали из невысоких домов, разбросанных на значительном расстоянии друг от друга. Ватага детей, всю одежду которых составляли набедренные повязки и нитка бус — национальный атрибут Меланезии, увязалась за Громовым, выпрашивая деньги. Они подняли нешуточный ор, так что путешественнику пришлось расстаться с несколькими долларами. После этого подростки утратили всякий интерес к личности гостя.

Наконец бармен подвел Сергея к самой окраине поселка. Узкая песчаная полоса отделяла последние дома деревни от бескрайней глади океана. На берегу виднелись десятка два лодок и мелкомоторок. Кабатчик указал пальцем на светло-зеленый четырехместный катер австралийской компании «Куинтрикс». Пилигрим приблизился к глиссеру. Обшивка посудины имела незначительные потертости и ссадины, но в целом производила хорошее впечатление. Массивная цепь, закрепленная на вбитом в землю бетонном столбе, надежно защищала плавсредство от любителей поживиться за чужой счет.

Громов подошел к лодке и осмотрел днище.

— Алюминий и магний, — коверкая слова, постарался заверить в безопасности судна его владелец.

— Отлично, — сказал Сергей, удовлетворенный ответом и видом нижней части катера. — Сколько будет стоить прокат за неделю.

Трактирщик произвел в голове математические расчеты и резюмировал:

— Пятьдесят долларов прокат и сто пятьдесят — залог, босс, ведь я не знаю, как пройдет ваша поездка на Индиспенсейбл.

— Справедливо, — признал правоту слов хозяина лодки путешественник. — Вернемся в дом, мне нужна провизия и вода в путь.

Мысль о дополнительном доходе скинула с плеч владельца бистро добрый десяток лет, отчего он, припрыгивая на ходу и жестикулируя руками, повел гостя обратно. Мужчины быстро преодолели отделявшее их от трактира расстояние.

Все мероприятие по осмотру катера, включая дорогу, заняло чуть больше получаса. Тем не менее, когда хозяин заведения и Громов вошли в полутемный зал кафе, единственными его посетителями были вырезанные из дерева фигуры из мира флоры и фауны Соломоновых островов.

23

Катер скользил по водам Кораллового моря. За счет легкого сплава, из которого были сделаны днище и борта, Громов управлял глиссером, словно в его руках находилась детская игрушка. Мотор характерно урчал, убеждая своего штурмана, что ему не о чем беспокоиться, пока он находится на палубе судна.

Вокруг царил морской мир. Деловито сновали косяки рыб, выскакивали из толщи вод проворные дельфины, грозной тенью проплывали акулы. Время застыло в сказочной стране Офир. Плоды цивилизации, куда ни кинь взор, не смогли проникнуть за невидимый занавес этого райского уголка. Прогресс, деньги, власть — слова из другой жизни, пустой звук на бескрайних просторах Тихого океана.

Горячий ветер обдувал лицо молодого мужчины. Сонм тревожных мыслей непрестанно терзал его голову. Чем ближе путешественник приближался к желанной цели, тем больше им овладевало непонятное беспокойство. Он смутно представлял места, по которым предстояло пройти, расстояние, отделявшее его от точки высадки до встречи со спасателями, и, наконец, момент, когда он снова увидит Ингу. Сергей поддерживал максимальную скорость движения катера, чтобы как можно скорее приоткрыть завесу неизвестности и навсегда избавиться от досаждавшего душевного томления.

Компас, установленный на приборной панели, показывал, что судно следует в правильном направлении.

Незаметно пролетело несколько часов, и безоблачный день сменил малиновый вечер. В лучах заходящего солнца на горизонте маленькой точкой возник Индиспенсейбл. С каждой минутой точка увеличивалась и превращалась сначала в маленький, а затем во все более и более крупный вытягивающийся прямоугольник. Час спустя ялик уже двигался на малых оборотах вдоль западной части северного рифа архипелага. А еще через сорок минут Сергей заметил вбитую на берегу высокую палку с развевающимся на ней красно-белым флажком.

Подступы к уходящей вглубь атолла земле защищал обрывистый берег, по краям которого плотной стеной встали мангровые заросли. Громов с трудом пришвартовался к суше из-за опутавших дно водоема густых водорослей. Растения всех цветов радуги жадно тянули сильные щупальца к металлической обшивке глиссера.

Он спрыгнул на узкую полоску земли и вытянул катер на полметра на песчаную отмель. На судне отсутствовал якорь, поэтому следовало побеспокоиться о безопасности лодки. Неподалеку одиноким пограничником стояло невысокое дерево, сумевшее устоять на береговой кромке, несмотря на постоянные приливы и отливы моря. Этот объект как нельзя более подходил для фиксации плавательного средства. Сергей достал с кормы ялика большой рюкзак, собранный в дорогу заботливым трактирщиком. Из недр саквояжа он извлек тонкую прочную веревку и привязал катер к дереву.

Побережье казалось безлюдным. Громов тщательно осмотрелся, но не обнаружил никаких признаков спасателей. Для более основательного изучения местности требовалось взобраться на береговую кручу. Он достал из лодки небольшую штыковую лопатку и принялся вырубать в рыхлой земле что-то наподобие ступеней. Так шаг за шагом Громов двигался к кромке обрыва. Из щелей повылезало множество насекомых, потревоженных внезапным вторжением пришельца. Сергею было довольно трудно совершать свое восхождение, чтобы не раздавить какого-нибудь не в меру ретивого жука или гусеницу, снующих возле самых ног альпиниста. Вскоре он ухватился за свисающий край куста и выбрался на второй уровень земной тверди северного рифа.

Смена обстановки, к сожалению, не сильно прояснила ситуацию. Только вбитая неподалеку в землю палка с флажком убеждала, что недавно в этих краях все же побывал человек. Громов интуитивно подошел к указателю и зачем-то расправил пальцами материю.

Водонепроницаемый пакет с вложенным в него листом бумаги выскользнул из объятий красно-белой ткани и стремительно полетел вниз. Путешественник нагнулся и поднял находку. Отсутствие мобильной связи спасатели компенсировали другим способом. В оставленном ими сообщении находились важные сведения: «Высадились двумя группами. Точного местонахождения Инги не знаем. Я в команде, которая углубилась на территорию острова от места, где оставлено сообщение. Катер со второй группой должен сделать высадку пятью километрами выше. Идите за нами по флажкам. Евгений».

Стало понятно отсутствие спасательного судна. Темнеющий горизонт торопил странника начать поход вглубь рифа. Сергей положил послание Дюсова в задний карман джинсов и легко спустился к ялику по импровизированной лестнице. Он выгрузил из лодки рюкзак и вновь взобрался на плато.

Красно-зеленые мангровые кустарники и деревья живой изгородью преграждали путь. Громов взял в руки бинокль и стал искать другой флажок. Прибор обшарил местность, но нужного предмета не обнаружил. Тогда Сергей вооружился мачете и начал продвигаться вперед. Наиболее непроходимые участки он вырубал ножом. На одном из деревьев Сергей заметил сломанную ветку. Предчувствие подсказывало, что двигаться нужно в этом направлении.

И интуиция не подвела. Как только он приблизился к дереву, в поле зрения попал второй флажок. Сразу за ним открывалась просека, схожая с той, которую прокладывал Громов. Теперь движению путешественника ничто не мешало. Пронзительный крик множества попугаев и других птиц сопровождал его путь. Две гигантские лягушки лениво поворочали глазами по сторонам и нехотя уступили ему дорогу.

Антураж начал преображаться. Красно-зеленые мангровые заросли постепенно поменяли свой цвет на черный. Затем мангры отступили, пошла травянисто-песчаная местность. Ландшафт из дикого и невзрачного сделался свободным и прекрасным. Кругом виднелись вечнозеленые деревья — сумаи, гибискусы, саговые пальмы, фикусы. Пространство между ними было устлано орхидеями, своими формами и оттенками готовыми поразить даже самого капризного флориста. Потревоженные внезапным вторжением, с веток срывались и устремлялись внутрь острова дикие голуби и беседковые птицы. Внизу, под деревьями, пришли в движение нелетающие птицы — казуары. Из их спонтанной панической реакции напрашивался естественный вывод: человек нечасто наведывался в эти края.

Становилось совсем темно. Сергей нашел уже семь флажков и не имел представления, сколько их еще может оказаться впереди. Внезапно невдалеке от него, впереди, послышался сильный треск, и стая испуганных птиц взмыла вверх над деревьями.

— Евгений! — что было сил закричал Сергей. — Инга!

Ничто больше не нарушало тишины, и Громов предположил, что звук произвело какое-нибудь крупное животное. Он приготовил мачете и медленно двинулся в сторону, откуда недавно доносился шум. Пройдя около ста метров, сквозь сумерки он различил контуры легкой прямоугольной хижины с плетеными стенами и крышей из пальмовых листьев. Сердце молодого мужчины учащенно забилось.

— Есть здесь кто-нибудь? — громко произнес он сначала на русском языке, а затем повторил на английском.

Его вопрос встретило гробовое молчание. Не зная, что и подумать, он начал медленно обходить постройку.

«Не похоже, что здесь спасатели, им нет смысла прятаться от меня. Скорее всего, в хижине какой-нибудь одинокий туземец или животное, устроившее себе пристанище в покинутом доме», — анализировал ситуацию Сергей.

Со стороны шалаша донесся легкий вздох. Такой звук мог издать только человек.

— Кто здесь? — снова задал он вопрос.

Безмолвие.

«Наверное, в лачуге абориген, который ни черта не понимает ни на одном из использованных языков», — мелькнуло в мозгу Громова.

Он увидел в стене вигвама покосившуюся дверь из тростника и начал осторожно к ней приближаться. Неожиданно вздох повторился.

Это напоминало какую-то игру. Возможно, стоило просто покинуть таинственную постройку, но Сергей решил, что не простит себе, если не узнает, кто находится внутри.

— Я войду в хижину, — громко предупредил он. — Я ищу одну женщину, она должны быть на рифе.

Его обращение в очередной раз проигнорировали. Громов тихонько приоткрыл дверь. В нос ударил затхлый запах гнилой древесины. В помещении стоял мрак. Сергей с трудом различил в дальнем углу комнаты очертания предмета, напоминающего кровать. Нечто белое лежало на ней. Он нерешительно сделал шаг вглубь жилища.

Блик пробежал по стенам хижины в лучах скрывающегося за горизонтом солнца, выдавая движение внутри постройки. Громов резко развернулся. Что-то тяжелое опустилось на его измученную событиями последних дней голову. Стремительно гаснущее сознание выхватило из темноты облик человека в сомбреро, которого он видел днем в деревенском кафе на острове Реннелл.

24

Бра отбрасывало неяркий свет на сидевших за столом двух мужчин. Стоявшая перед ними бутылка «Русского стандарта» была наполовину пуста. Разговор происходил в небольшой, но уютной кухне, в которой недавно сделали ремонт. Ораторствовал в основном хозяин квартиры, а его гость все больше отмалчивался и налегал на спиртное и разнообразную закуску — малосольные огурчики, буженину, копченый сыр и сервелат. По мере поглощения алкоголя и он начал проявлять живой интерес к беседе. Со стороны могло показаться странным присутствие в одном месте людей, разительно отличающихся друг от друга своим внешним видом. Хозяин, упитанный холеный мужчина, потчевал снедью оборванца с неопрятными космами немытых волос, в дырявых джинсах и грязной рубашке. Ни дать ни взять сердобольный горожанин решил дать приют бездомному прохожему. Но такое ощущение могло возникнуть, если посторонний наблюдатель не вслушивался бы в диалог этих двоих, а он был весьма занимательным.

Рука гостя снова потянулась к бутылке с водкой.

— Выпей, выпей, Серега, тебе сегодня это не повредит, — проговорил хорошо известный читателю Владимир Малозов.

Собеседник поднял к свету изможденное лицо и механическим движением руки коснулся шрама на правой щеке. Затем он наполнил рюмку огненной водой и залпом осушил сосуд.

— Громов, все кончилось! — приободрил друга приятель. — Ты дома, в России.

Бродяга, в облике которого с большим трудом угадывались черты топ-менеджера компании «Прометей» Сергея Максимовича Громова, сокрушенно помотал головой.

— Какая никчемная поездка! Инги нет на острове! Я весь атолл прочесал по сантиметру. Не понимаю, зачем спасателям понадобилось сыграть со мной такую злую шутку! — выплеснул наружу эмоциональную волну Громов.

— Ты думаешь, это была шутка? — медленно, о чем-то задумавшись, проговорил глухим голосом Малозов.

— Не знаю, как это назвать, но полетел на край света я из-за сообщения Дюсова.

— Признаю, в этом вся соль ситуации. Звонок Евгения ты проигнорировать не мог. А что, если сигнал поисковой компании приманка, чтобы вытянуть тебя на необитаемый остров?

— Какой им смысл?

— Спасателям — никакого, а кому-нибудь другому — большой.

— Что-то ты, друг, недоговариваешь, — испытующе посмотрел в лицо Владимира Громов.

Малозов усмехнулся.

— Не переживай, я все расскажу, вечер у нас с тобой длинный. Приди немного в себя с дороги.

Два часа назад, после нескольких транзитных рейсов, начиная от острова Реннелл, самолет наконец доставил друзей в аэропорт Калининграда. Сергей так торопился покинуть архипелаг, что полетел в том виде, в каком его обнаружил приятель на одиноком, затерянном в океане среди сотни ему подобных рифе. На вопрос Громова, почему из аэропорта они едут не в Ближнево, а в квартиру Владимира, верный товарищ ответил уклончиво и пообещал вскоре все объяснить.

— Первое, о чем я хочу сообщить: скоро тебя вызовут в прокуратуру.

— Зачем?

— По факту твоего исчезновения. Органы по моему заявлению возбудили уголовное дело, помогли старые связи.

— Основания?

— Причина простая: я считаю, что тебя похитили.

Громов недоверчиво покачал головой.

— Кто и зачем?

— Об этом разговор впереди.

— Но никто не надевал мне на голову мешок, не связывал руки, не увозил в неизвестном направлении. А учитывая, что на Соломоновы острова я отправился по наводке Дюсова, выходит, что это так называемое «похищение» неизвестные организовали спонтанно, встретив меня, одиноко путешествующего по безлюдным местам.

Невольно в сознании всплыло лицо человека в сомбреро, которого он видел в кафе перед отправлением на риф, а также в момент удара в лесной хижине. Его взгляд показался тогда Громову до боли знакомым.

— Что-то вспомнил? — задал вопрос Малозов, с интересом наблюдая за происходящим в голове друга мыслительным процессом.

— Одну деталь. Перед тем как отплыть на катере к атоллу, в местном бистро я столкнулся с одним человеком. Хорошо его рассмотреть мне помешало сомбреро, закрывающее пол-лица мужчины. Но глаза… Руку на отсечение не дам, но я почти уверен, что с этим субъектом я сталкивался и раньше.

— Так, так, — подбадривал дальше делиться своими мыслями приятеля Владимир.

— И, если меня не подводит память, именно этот кадр вырубил меня в шалаше на рифе.

Казалось, Малозова ничуть не удивила услышанная информация. Он спокойно рассматривал ногти на своих ухоженных руках. Затем, словно в помещении находились еще и другие люди, Владимир негромко бросил в сторону:

— И ты по-прежнему считаешь версию с похищением несостоятельной?

— Вряд ли такое возможно. — Громову претила подобная мысль. — Похищение — это когда злоумышленник удерживает жертву в тайном месте для достижения определенных целей. В моем случае такого не произошло. Меня просто ограбили: деньги, мобильный телефон, дорогой бинокль — все исчезло. Трактирщик на Реннелле предупреждал, что в этих местах уже случались нападения на туристов.

— А что, если целью похитителей было заманить тебя на безлюдный атолл и просто нейтрализовать на какое-то время? — пропустил версию об ограблении мимо ушей Малозов.

— У каждого действия должна быть причина, здесь я ее не вижу, — не сдавался Громов.

— Ну как же, случается, человек долго отсутствует — и ему находят замену.

— Ты хочешь сказать — на работе?

— Да где угодно, — уклончиво ответил Владимир.

Необычное поведение друга заставляло Сергея более внимательно отнестись к объяснению приятеля о причинах своего пребывания на архипелаге.

Похищение… Ой как непросто, ввиду отсутствия явных улик, это будет доказать органам. Если такое вообще возможно. В течение двух месяцев в абсолютном одиночестве он находился на рифе, как впоследствии оказалось, полном змей, крокодилов и прочей нечисти. В болотистом месте, источающем лихорадку. Под тропическими ливнями, во время которых пальмовые листья, покрывающие хижину, слабое утешение. В богом забытой дыре, исползанной вдоль и поперек в поисках Инги, чья тень чудилась ему за каждым фикусом, каждой пальмой…

— О чем задумался? — вывел из оцепенения друга Малозов.

— Тут есть о чем подумать, — неопределенно ответил Сергей. — Расскажи лучше, как тебе удалось меня найти? В самолете я мог только спать, на расспросы сил не осталось.

Владимир горько усмехнулся.

— Да, задача не из простых, и для того, чтобы у тебя сложилось какое-то представление о происходящем, нужно пройти весь путь от начала до конца.

— Валяй. В теплой квартире, под хорошую закуску время для меня теперь не имеет значения, — устало проговорил Громов.

— Ну так слушай. Открутим кинопленку на два месяца назад. Как ты помнишь, мне предстояла ответственная командировка в Калугу за трансформаторами. Не стану долго на ней останавливаться, только скажу, что оборудование мы доставили в целости и сохранности, несмотря на приключившийся там казус. Чуть позже мы к нему вернемся. По прибытии домой Михайлов отвалил нам кругленькую сумму, так что во вторую свою поездку — на отдых в Египет, ты о ней знаешь — я отбыл богатым как Крез… Все закрутилось после моего возвращения из страны пирамид. Когда человек выходит на работу из беззаботного отпуска, коллеги выражают ему свое сожаление. Понятно почему. Я надеялся, что стану исключением, поскольку дискомфорт от смены обстановки мне компенсируют ваши счастливые лица — твое и Инги. Оказалось, не все желания исполняются. Своего друга на работе я не обнаружил. По моим самым грубым подсчетам, ваше путешествие должно было закончиться около десяти дней назад. А если в планы вмешался фактор неожиданности, тебе пришлось бы сообщить об этом в компанию. Но таких звонков в «Прометей» не поступало. Значит, случилось нечто, не позволившее тебе выйти на связь с руководством. Я отправился к Антону Владимировичу. Мое беспокойство передалось и Михайлову. Он хотел поднять в ружье армию и полицию, но я уговорил его доверить это дело мне. Причина неявки путешественника на работу могла оказаться до боли банальной — например, из-за отсутствия связи на каком-нибудь заброшенном атолле…

— Да, вышек для приема сигнала на рифах, к сожалению, не установлено, — вставил слово в пространную речь друга Сергей.

Малозов продолжал:

— Проблемы начались с того момента, когда твой секретарь обратилась ко мне за некоторыми разъяснениями. Оказалось, что сотрудники компании The Search никак не могут связаться с тобой для передачи отчетов о проделанной работе. В руках Светлана держала мобильный телефон. На другом конце линии находился один из спасателей. Почувствовав что-то неладное, я взял сотовый. К счастью, это оказался Евгений, с которым ты обычно общался о ходе поисковой операции. Первый же вопрос Дюсова подкрепил мои подозрения. Он интересовался твоим местонахождением для передачи очередной сводки. Я не стал ходить вокруг да около и уточнил, о каких, собственно, отчетах может идти речь, коль скоро пропавшая девушка обнаружена? Евгений выразил искреннее изумление и пояснил, что впервые об этом слышит. Теперь пришла моя очередь удивляться. Я уточнил у спасателя, не он ли три недели назад проинформировал тебя о находке. В качестве аргумента пришлось добавить, что звонок был сделан с его телефона. Евгений на секунду задумался, но затем уверенно ответил, что такое невозможно. Знаешь, либо он очень хороший актер, либо его слова чистая правда. Сергей, ты уверен, что сигнал поступил к тебе с телефона Дюсова?

— На все сто. Только, к сожалению, мой айфон исчез там, на рифе. Впрочем, при желании можно достать распечатку входящих звонков у оператора связи.

— Дельная мысль. А в момент беседы со спасателем у тебя не создалось впечатление, что говорит другой человек?

— Нет. Динамик в устройстве все время трещал из-за сильного ветра. Но это и немудрено, если команда находится в море. Голос говорившего был очень схож с голосом Евгения. В общем, каких-то подозрений, что все это ловкая подстава, у меня не возникало.

— И тем не менее. Если слова Дюсова правда — а ему незачем нам лгать, — выходит, что некий злоумышленник использовал телефон спасателя, чтобы выманить тебя в безлюдное место. Теперь ты понимаешь, почему я отправился в прокуратуру с просьбой возбудить дело о похищении.

Громов неуверенно произнес:

— Думаю, да.

— Впрочем, как я и предполагал, стражи порядка довольно скептически отнеслись к моему заявлению. Улик практически никаких, а взамен — перспектива завести заведомо дохлый «висяк». Пришлось сделать пару звонков, чтобы делу дали ход. В результате мое заявление приняли, но предупредили, что в ближайшее время не стоит ожидать каких-либо активных действий со стороны блюстителей закона. Мол, срок исчезновения небольшой, может, вскоре ты и сам найдешься.

— Не могу винить их в подобной реакции, ситуация и впрямь со стороны выглядела неоднозначной.

— К такому выводу пришел и я сам. Но реакция Дюсова заставила меня провести собственное расследование причин твоего исчезновения. Первоначальное чутье подсказывало: нет дыма без огня. Если на атолл ты полетел не по вызову Евгения, значит, кому-то очень требовалось выдать себя за спасателя. Но для чего? Казалось бы, простой вопрос, но на него не находилось ответа. Я принял решение, что сначала постараюсь докопаться до истины и сразу после этого полечу на розыски своего друга, ведь явной информации, что ты находишься в опасности, не было. В течение трех недель я прорабатывал одну версию за другой. О них разговор чуть позже. Когда в конце тоннеля замерцал свет, я выхлопотал у Михайлова отпуск и отправился в путь, следуя указаниям, которые ты мне предусмотрительно оставил в эсэмэске. До острова Реннелл с двумя пересадками я без всяких проблем долетел на самолете. Затем по имеющейся на руках фотографии разыскал водителя такси, доставившего тебя в деревню, расположенную на южном конце острова. К счастью, машина простаивала, так что мы сразу же поехали в поселок. Такси остановилось возле кафе, у дверей которого ты в свое время расстался с шофером. Дальше на сцене возник известный нам обоим трактирщик. Он затащил меня в свое заведение и уговорил заказать обед. Пока я поглощал местные блюда, бармен насколько мог подробно рассказал о твоем визите. Он не имеет к тебе претензий по поводу пропавшей лодки. Думаю, внесенный залог с лихвой покрыл причиненные убытки. Владелец бистро, кстати, помог мне арендовать у одного из аборигенов другой катер. Вот так, шаг за шагом, я и добрался до рифа, ставшего тюрьмой для моего друга. Не скрою, имелась у меня информация о месте твоего нахождения еще и из другого надежного источника, но об этом чуть позже.

— Да, с яликом получилась неприятность. Только утром я пришел в себя. На затылке шишка с хорошую картофелину. Все ценные вещи пропали. Ударившая меня сволочь даже спички унесла. Кроме этого, из заднего кармана джинсов исчез листок с посланием спасателей. Кое-как я доковылял до места своей высадки. Все флажки сняты, ну а катер, разумеется, тю-тю.

— Его, скорее всего, затопили где-то неподалеку от рифа. Мне он на глаза не попался. Обрати внимание, помимо денег, пропало только то, что могло тебе помочь покинуть атолл или подать во внешний мир хоть какой-нибудь сигнал. Неизвестный не тронул продукты питания, защитные средства от насекомых и даже мачете оставил.

— Он очень добр, — сыронизировал Громов.

— Нет, он отнюдь не добряк, этот мистер Икс, — поправил Владимир, — но из анализа его действий напрашивается один существенный вывод: лишать жизни он тебя не собирался. Продукты питания в рюкзаке, рыба в море, множество птиц и иной живности, фрукты. Нет, от голода ты бы не умер. Дополнительно наличие мачете давало шансы хоть как-то защититься от хищников на рифе.

— Согласен. От парочки крокодилов заостренной клинком палкой мне пришлось обороняться.

— Вот-вот. Ну а истинная цель атаковать тебя на острове, как впоследствии оказалось необитаемом, совсем иная…

— Можешь не продолжать, — вставил Громов. — Я уже уяснил: кому-то понадобилось меня изолировать.

— Именно. Предположения имеются, кто мог это сделать?

— Признаться честно, я теряюсь в догадках. Если нападение на рифе — не ограбление, тогда выходит, что злоумышленник всю операцию спланировал заранее. Но для этого он должен был обладать необходимой информацией: сведениями о произошедшей два года назад трагедии, о том, что поиски пропавшей ведет определенная компания, о связи между мною и Дюсовым и даже о номере слайдера спасателя. Как только я начинаю собирать пазл, он рассыпается словно спичечный домик.

Малозов удовлетворенно хмыкнул.

— Вижу, рассуждаешь ты верно. И вопросов больше, чем ответов. Но элемент мистики, согласись, это из области фантастики, а не реальной жизни.

— Согласен. Могу дополнить: я также исключаю вариант, что в этой истории замешан какой-нибудь ненормальный. Из анализа ситуации следует, что его действия тщательно продуманы. Но как он все спланировал, я в недоумении. — Лицо Сергея выглядело огорошенным.

Владимир назидательно изрек:

— В нашем современном сумасшедшем мире все возможно. И почему, собственно, тебя удивляет способность человека, обладающего определенными сведениями, составить точный план операции? Вспомни крылатое изречение Френсиса Бэкона: «Знание — сила!»

— К чему ты клонишь?

— Я пытаюсь объяснить, что напавший на тебя человек мог из внешних источников по крупицам собрать нужную ему информацию.

— Каким же образом?

— Первое — шторм у Соломоновых островов. Газетчики и созданный тобою в интернете сайт очень подробно описали катастрофу и ее последствия. Следовательно, об исчезновении Инги мог узнать кто угодно, а также и о пропавшем вместе с ней браслете. Ведь именно эта деталь убедила тебя в искренности слов принесшего весть об обнаружении девушки спасателя.

— Думаю, да, — поддаваясь железной логике рассуждений друга, выдавил из себя Громов.

— Второе. Из тех же соцсетей видно, что отчеты о проделанной работе поступают к несчастному возлюбленному от определенного человека — Евгения Дюсова. Таким образом, на горизонте замаячила фигура лица, непосредственно докладывающего заказчику о состоянии дел.

— И с этим я соглашусь. Но одно — знать только общие координаты исполнителя, и совсем другое — выведать номер его телефона и, по всей видимости, сделать с устройства роковой звонок, — добавил ложку дегтя в красивую речь Малозова Сергей.

Как оказалось, эти слова не только не обескуражили приятеля, но и поддели его задать следующий каверзный вопрос:

— А что, собственно, тебя удивляет? Все, что требовалось мистеру Икс, — подобраться к твоему мобильнику и найти в адресной книге сообщения спасателя. А место его нахождения и так всем хорошо известно из сводок в интернете. Скажи, мой друг, ты можешь поклясться, что никогда нигде не забывал свой айфон?

В изобличающей тираде приятеля зазвучали нотки профессионала, некогда поражавшего своих коллег мощным аналитическим складом ума при построении версий совершаемых преступлений. Даже спустя годы хватка у специалиста сохранилась и только и ждала благоприятного момента, чтобы вырваться наружу и использовать свой потенциал по назначению.

Громов задумался. Мобильный телефон за годы работы в «Прометее» стал необходимым атрибутом заместителя генерального директора. Михайлов мог позвонить в любое время суток, поэтому сотовый тенью следовал за своим владельцем. Нет, он не помнит, чтобы его верный спутник хотя бы на миг оставался без присмотра. Сергей уверенно помотал головой, тем самым отрицательно реагируя на заданный вопрос.

— Ну как же, могу тебе освежить память, — холодным душем окатил Владимир непоколебимость в собственной неуязвимости приятеля. — Вспомни совещание два месяца назад в офисе с представителями компаний «Диод» и «Полярис». Обсуждали проект акта о браке трансформаторов. Во время мероприятия тебя вызвали к Антону Владимировичу. Я сидел рядом и видел, что айфон оставался на столе. Через несколько минут мне самому пришлось покинуть аудиторию из-за проблем на таможне.

Все, теперь Громов вспомнил этот день. Действительно, он отлучался из конференц-зала к Михайлову. Светлана его очень торопила, поэтому он оставил телефон на столе. Через несколько минут менеджер возвратился, положение предметов на покинутом месте не изменилось. Чисто теоретически кто-то мог воспользоваться моментом и просмотреть историю звонков на устройстве. Но кто? Из темных закоулков сознания по одному стали возникать участники совещания: Джонас Раудис, Гедеминас Ожонас, Власов, Малозов, Ларионов, представители компании «Диод»… По меньшей мере двое из них могли иметь желание свести счеты с заместителем директора. Это Линас — нужные сведения ему мог передать Ожонас, ну и, конечно, бывший подчиненный Громова — Дмитрий Александрович Ларионов. Кстати, последний, как ему сообщил Михайлов, перед отъездом Сергея на Соломоновы острова несколько дней не появлялся дома.

Малозов внимательно наблюдал за сосредоточенным выражением лица друга.

— Мне кажется, что мы думаем об одном и том же, — прервал он ход логических рассуждений собеседника. — Ожонас и Ларионов?

— В точку.

— Ну и как, теперь ты по-прежнему считаешь, что никто не мог провернуть акцию на рифе? Если не ошибаюсь, взгляд нападавшего показался тебе знакомым.

— Верно, только не могу отдать предпочтение ни мужу Даши, ни Линасу, чьим соглядатаем оказался Ожонас.

— Может быть, кто-то еще хотел устроить над тобой расправу, а ты его не подозреваешь?

— Исключено. Мотивы избавиться от меня имелись у этих двоих: у Линаса это месть, у Ларионова — ревность. Отдаю должное силе их ненависти и проявленной изобретательности. Получается, один из них воспользовался моей отлучкой на совещании и добрался до контактных данных Дюсова. — Громов запнулся, а затем неуверенно продолжил: — А затем он отыскал спасателя и каким-то образом воспользовался его слайдером для расстановки западни? Причем сделал он это так, что Евгений до сих пор находится в полном неведении. Чудеса какие-то…

— Да нет, просто этот человек имел в голове четко определенный план и строго следовал ему, отсюда и результат, — отклонил предположения о сверхъестественном Малозов.

— Как легко и уверенно ты делаешь умозаключения! Такое ощущение, что личность злоумышленника тебе уже известна.

Малозов отвел глаза в сторону.

— Пришлось попотеть, но я действительно это знаю, — озвучил он сенсацию. — И, если ты хочешь услышать исчерпывающий рассказ, я готов это сделать.

— Мог бы и не спрашивать, разве это и так не понятно?! — обиженно воскликнул Громов.

— Не кипятись, я просто пытаюсь правильно формулировать свои мысли, — парировал Владимир. — Некоторые моменты для меня становятся понятными только из сегодняшнего разговора с тобой. Ведь точной даты твоего похищения никто не знал, только предположительный период, когда это могло произойти. За отправную точку я взял день, когда получил от тебя SMS-сообщение. И вот сейчас, когда я излагаю факты по делу, обоснованность моих догадок либо подтверждается, либо нет.

— Ладно, не обращай внимания, ты ведь понимаешь мое состояние.

— Так вот — зачем, — как бы пропустив последнюю фразу друга мимо ушей, начал Малозов. — Версий имелось несколько, как и самих мотивов. Месть, карьеризм, сочетающийся с личной неприязнью, ревность… Теоретически каждое из названных направлений могло дать пищу для серьезных размышлений. Неожиданно в самый неподходящий момент возникла проблема с Лилией Аристарховной. В пылу других забот на второй план отошли взаимоотношения с твоим арендодателем.

Брови Сергея медленно поползли вверх. Седьмое чувство подсказывало ему, что сейчас друг выдаст нечто весьма неприятное.

— Ты прекрасно все распланировал на бумаге с поездкой в тмутаракань. Три недели — туда и обратно. А если назад в этот срок не получается…

— Понимаю, куда ты клонишь, — прервал его Громов. — Я нарушил условия договора аренды, так как не внес за дом очередной взнос.

— Именно.

— Представляю лицо милой старушки.

— Думаю, нет, — холодно произнес друг и протянул Сергею конверт.

Громов достал из него лист бумаги. Это было письмо-уведомление от Сойкиной о расторжении договора аренды. Вот его содержание:

«Уважаемый Сергей Максимович!

Условиями заключенного между нами договора предусмотрено ежемесячное (до 25-го числа) внесение Вами арендной платы.

Данное условие Вами не выполняется.

Молодой человек, признаюсь, я очень удивлена, так как нисколько не сомневалась в Вашей порядочности.

Хотя возможно, что у Вас финансовые затруднения и Вы больше не в состоянии быть платежеспособным. Вот и у моего Владика тоже проблемы имущественного характера. Банк отказал в выдаче кредита для ремонта дома. Все это заставляет меня изыскивать дополнительные денежные средства, ведь без ремонта дома я не смогу уехать в Америку к сыну. А для этого мне снова нужно будет сдать дом в аренду.

Заканчиваю свое послание и в заключении сообщаю, что условиями нашего договора предусмотрена возможность арендодателя расторгнуть в одностороннем порядке договор при несвоевременном внесении арендной платы. Даже за нарушение этого условия единожды.

Я пользуюсь этим правом и сообщаю Вам о том, что наша сделка прекращает свое действие с десятого июня 2016 года. Убедительно прошу Вас, Сергей Максимович, в ближайшее время вывезти свою мебель из дома.

— Вот тебе и бабуля, — только и смог вымолвить Громов. — Ничего, я опротестую этот отказ. У меня есть уважительная причина. Нападение на человека — это не шутка. Суд будет на моей стороне.

— Это лишь эмоции, ничем конкретным, к сожалению, не подкрепленные, — поправил друга Владимир.

— Считаешь, два месяца, проведенные на необитаемом острове, просто эмоциями? — возмутился Сергей.

— А как еще это можно назвать? — спокойно произнес Малозов. — Попробуй рассуждать логично. Ты получаешь звонок якобы от сотрудника поисковой компании, который сообщает об обнаружении Инги. Затем на слайдер поступает эсэмэска с маршрутом следования к объекту. Эта информация, несомненно, вызвала бы интерес у следствия. Но, увы, сотовый растворяется на просторах Тихого океана в руках мистического незнакомца. Распечатка у оператора связи истории звонков не даст необходимой полноты картинки. Как доказать содержание переданных сведений?

— Но ты забываешь, что еще существует телефон Дюсова! — воскликнул Громов. — Если звонки и сообщения шли с него, там должен остаться след.

— Чисто гипотетически — да. Но я очень удивлюсь, если злоумышленник не уничтожил такую важную улику. Наверняка и звонок, и СМС-сообщение сразу же отправились в мусорную корзину, а оттуда в бесконечность.

— Оптимистом тебя трудно назвать, — печально протянул приятель.

— Потому что я реалист и опираюсь только на установленные факты, — мягко произнес Малозов. — Итак, движемся дальше. Ты совершенно свободно перемещаешься на другой конец земного шара, в точку, где какое-то время назад исчезла Инга. Я думаю, ни у кого это не вызовет большого удивления. Подумают, что возлюбленный решил возобновить поиски в составе спасателей, как это уже имело место раньше. Затем ты попадаешь на остров. В полном одиночестве. Никто тебя силком туда не тащит. По прибытии на риф мистер Икс расправляется со своей жертвой, нанеся ей сильный удар по голове. Вот это уже доказательство. Точнее, оно могло бы им стать, если бы в скором времени после полученной травмы ты прошел медицинское обследование. Этого не случается. По прошествии двух месяцев от удара не остается и следа. Ну а то, что у тебя пропал катер, объяснение нашлось бы и для этого. Например, ты его плохо привязал и бедную посудину унесло в океан. Пропажу денег, мобильного телефона и прочего доказать практически невозможно. Да, логично предположить, что у приехавшего с другого конца планеты путешественника все это должно быть в наличии. Но кто знает. Документы преступник не тронул и, кроме этого, оставил много личных вещей.

— Но нападение не вымысел, — не найдя что возразить другу, проронил Сергей. — Человека в сомбреро ластиком не сотрешь.

— Как, впрочем, и не докажешь его существование. Но ничего, скоро мы сорвем полог с этой таинственной личности…

— На самом деле, оставим пока незнакомца в покое. После письма Сойкиной жизнь на рифе невольно отошла на второй план. Если я все понял правильно, 13 миллионов, уплаченных мною за дом, это не более чем приятные воспоминания? И что, нет никакой зацепки их вернуть? — Казалось, что до Сергея только сейчас дошел смысл произошедшего.

— Конструкция договора аренды с правом выкупа надежно защищает собственника жилья от нерадивого арендатора, — пояснил Владимир. — Юридически Сойкина ничего не нарушила. При просрочке платежа она вправе в одностороннем порядке расторгнуть сделку. При этом все деньги, которые она получила в качестве платы за пользование особняком, остаются у хозяина жилья.

— И не только деньги, но еще и дом, — безжизненным голосом добавил Громов.

— Так точно, — подтвердил Малозов.

— Ладно, мне еще предстоит все детально обдумать по поводу фиаско с покупкой имения. Скажу только одно: уступать практически уже мое имущество без боя я не собираюсь! — В словах менеджера зазвенел металл.

— Узнаю своего друга, иного я и не ожидал! — воскликнул Владимир.

— Постой-ка… — запнулся Громов. — А не имеется ли связи между внезапным расторжением договора и моим вынужденным пребыванием на атолле?

— Бьешь белке в глаз! — похвалил приятель. — Данная мысль первой посетила меня после прочтения послания Лилии Аристарховны. К сожалению, красивые предположения также должны опираться на доказательства. А заподозрить Сойкину — инвалида, передвигающегося в коляске — в такой крупномасштабной махинации не было никаких оснований.

— А как же проверенная истина: ищи того, кому выгодно?!

— Иногда истина только и остается эффектным девизом, выгравированным на памятной доске.

— Такое ощущение, что данный след ты уже проверил и сделал отрицательные выводы, я имею в виду — по поводу хозяйки имения?

— Да. Инвалидность Лилии Аристарховны — не липа. Несколько лет назад с ней произошел несчастный случай, после которого старушка полностью утратила способность самостоятельно передвигаться. Через полицейские каналы ко мне поступила полная и достоверная информация.

— Не мне тебя учить, не все преступления совершаются непосредственно руками самих злоумышленников. Достаточно организовать процесс, а исполнить задуманное могут и другие.

— Согласен. И кому же ты отвел роль пособников, коль скоро звание учредителя преступной группы присваивается домовладелице?

— Да, к примеру, Оксана и Андрей. Темные личности. Все время крутятся в имении. Содержать особняк и прилегающие территории требует значительных средств. Вот они сообща и придумали схему получения денег, не теряя при этом недвижимость. Хотя постой…

Громов резко прекратил философствовать. Сознание неумолимо представило доказательства беспочвенности только что озвученной теории. Вспомнился день, когда к нему поступил загадочный звонок. В момент разговора он безмятежно покачивался в гамаке. Все домочадцы находились в поле зрения отдыхающего. Оксана и Андрей даже вздрогнули от крика менеджера, узнавшего о счастливой находке. Молодые люди в то мгновение отрабатывали удары клюшками для гольфа. В сознании Сергея четко запечатлелись удивленные лица племянницы Сойкиной и ее приятеля. Да и поведение Лилии Аристарховны через несколько минут после звонка не вызвало в нем ни малейшего подозрения в неискренности.

Малозов с любопытством наблюдал за другом. С подробностями обстановки поступления сообщения от незнакомца Громов его не знакомил.

— Наверное, я погорячился с выводами. Андрей и Оксана находились от меня неподалеку, когда я разговаривал с мнимым Евгением. Я точно помню, что в руках парня была клюшка для гольфа, а не мобильный телефон. Даже если предположить, что звонил их соучастник, уж больно естественными выглядели лица девушки и ее бойфренда.

— Ценное замечание, — отреагировал Владимир. — От себя могу добавить, что Андрея я исключил из числа причастных, поскольку этот молодой человек даже не родственник Сойкиной. С Оксаной его связывают не очень длительные отношения. Посвящать такого человека в столь авантюрное предприятие легкомысленно и рискованно.

— Все правильно. Но если компания из Ближнево не имеет касательства к происшествию на островах, то возможный мотив нападения не деньги, а, например, месть, и первый, кто стоит в моем списке подозреваемых…

— Линас, — одновременно выговорили мужчины.

Оба делано рассмеялись.

— После моего открытия в кафе многое прояснилось. — Малозов делился накопившейся информацией. — Благодаря Ожонасу и, возможно, другим, неизвестным нам соучастникам на складе «Прометея» произошла инсценировка несчастного случая с автокаром. Что говорить, разыграно было классно, не подкопаешься. Как ты помнишь, все списали на неровный пол и загруженную под завязку спецтехнику.

— Да, совпадением это сложно назвать.

— Тем не менее попытка расправиться с тобой не удалась, что вынудило Линаса снова напасть на свою жертву.

— Ты имеешь в виду стычку в сквере?

— Да, если бы только. Чутье мне подсказывает, что прокол колеса — не случайность, а заранее спланированное покушение. В тот день в городе находился Ожонас — помнишь, как ты торопился в офис на встречу с литовцами?

— Конечно. Михайлов отозвал меня из вынужденного отпуска именно из-за контракта с компанией «Полярис».

— Вот-вот. И только хорошо спланированный маневр помог тебе приземлиться в «живой» изгороди и не ухудшить и без того печальную статистику аварий на дороге. Как видим, эта попытка, также тщательно завуалированная, по своей дерзости не уступает первой. Но и она провалилась.

Перед глазами Громова внезапно заплясала физиономия бродяги, которого он встретил возле своего автомобиля в день аварии. Вспомнилось, как оборванец настойчиво терся возле «Вольво». А не был ли бездомный нищий засланным казачком от господина Линаса с заданием проколоть колесо? В этот вечер в свете постоянно открывающихся поразительных истин такое предположение выглядело вполне вероятным.

Сергей закивал головой, признавая правоту слов приятеля. Затем он произнес:

— Да, думаю это была следующая попытка отомстить мне после неудачного нападения Линаса в парке.

— Абсолютно, верно. Он вышел из тени и со своими сообщниками набросился на тебя в безлюдном месте.

— Но верный друг и тут спас меня.

— И эти три попытки в конец разозлили мстительного аспида. И, заметь, все это происходило при содействии его окружения, а в той среде очень не любят промахи.

— Вижу, куда ты клонишь. Линас мог организовать экс вдали от людских глаз. Убивать он меня не собирался, но и совершенно безразлично относился к возможным неблагоприятным последствиям, которые со мной могли произойти на необитаемом острове.

— Да, Линас — стопроцентный подозреваемый. — Малозов сделал короткую паузу. — Но он не нападал на тебя на рифе.

Сергей изумленно воззрился на друга.

— Вот ты выдал! Но факты указывают именно на него!

— Не спорю. Но как ты объяснишь его присутствие на складе готовой продукции в городе Калуге в то время, когда ты уже отправился на поиски Инги?

— В Калуге? Какого черта он там делал?

— Ответ очевиден: Линас хотел закончить начатое — расправиться с тобой. А его пребывание на берегах Оки доказывает, что он не знал о твоем отлете на Соломоновы острова. Вожак и трое его подельников ждали нас, притаившись за стеллажами с оборудованием. Пришлось вызывать полицию. Двоих мы задержали, но главарю и еще одному сообщнику удалось скрыться. Думаю, Линасу нескоро придет в голову снова тебя побеспокоить.

— Интересная история. Но вывод действительно налицо. Если бывший Инги хотел устроить разборки на складе «Диода», он не мог знать о моей поездке на архипелаг.

— Другого варианта здесь нет. Могу предположить, что именно Ожонас после совещания в «Прометее» доложил своему боссу о запланированной командировке. Скорее всего, передача информации произошла в кафе, в котором по воле случая находился и я.

Громов задумался, а затем прошелся рукой по своим космам. Он пытался представить лицо незнакомца на атолле. Эти глаза ему уже приходилось видеть и раньше, здесь уверенность мужчины оставалась непоколебимой. Друг только что очень убедительно отклонил две самые вероятные версии — месть Линаса и наживу на афере с домом. Но кто тогда остается? Кто его ненавидел так сильно, что отправил в богом забытую страну с целью изолировать от внешнего мира? Оставался только один подозреваемый — муж Даши.

— О Ларионове думаешь? — угадал мысли приятеля Владимир.

— Других вариантов у меня нет. — Громов привык к способности друга незримо улавливать ход рассуждений собеседника, поэтому нисколько не удивился правильному вопросу.

— В целом предположение верное. Ни для кого в «Прометее» не секрет, что Дмитрий Александрович ревнует тебя к своей благоверной, — пустился в инсинуации Малозов. — Отсюда и желание вытеснить соперника с профессиональной сцены, поскольку видеть вас обоих в стенах офиса для него оказалось сущей пыткой.

— Да, с договорами Ларионов долго химичил. Мне это чуть не стоило кресла.

— К счастью, Михайлов сумел объективно оценить потенциал каждого из вас и убрал зятя, чтобы не срывал работу в организации.

— И, возможно, тогда заместитель начальника склада понял, что пора менять тактику и методы моего устранения? — выдвинул гипотезу Сергей.

— Конечно, у новоиспеченного родственника Антона Владимировича мозги в голове есть. И, в принципе, ему по силам организовать столь сложную махинацию. Но…

— Но? — Громов испытующе посмотрел в лицо визави.

— Он не совершал нападения, — коротко бросил Владимир, словно опустил бездушный нож гильотины на шею невинно осужденного.

Незадачливый путешественник молча налил в рюмку водки и одним глотком осушил сосуд.

— Ты серьезно?

— Вполне. Ларионов появился на работе через два дня после твоего отбытия в заморские страны. Сутки спустя он подал заявление на развод. В настоящий момент Дмитрий Александрович и дочь Михайлова не являются мужем и женой.

— Почему ты считаешь, что это действие является не следствием измены, которую он себе вообразил в разгоряченном мозгу? Ларионов мог расправиться сначала со мной на рифе, а затем, прибыв в Калининград, разорвать отношения с предательницей женой.

Владимир возразил:

— Во-первых, с Дашей ты больше не встречаешься. В кафе «Ням-ням», куда ворвался Отелло, его привела жуткая ревность. Объяснение, что он опоздал на встречу с супругой, — неумело скроенная ложь. Если помнишь, я рассказывал, что в тот день видел Дашу в компании неизвестного молодого человека. Нахождение в одном уголке города этой троицы указывает, что Ларионов выслеживал свою вторую половину. Наверное, чтобы застукать изменников на месте преступления.

— Он мог никого не встретить и тем не менее предпринять в отношении меня уже известные действия.

— Теоретически — да. Но видишь ли, мой друг, ревнивцы не так просто отказываются от объекта своего поклонения, если только не понимают, что им ни при каком раскладе не добиться благосклонности любимых.

— Куда ты клонишь?

— Ларионов не стал бы разрабатывать такой сложный план с нападением на острове, не имея весомых доказательств, что его жена возобновила встречи именно с тобой.

— Это все из области предположений, — нерешительно протянул Громов.

— К сожалению — или к счастью, как тебе больше нравится, — нет, — уверенно произнес Владимир.

— Ну, ну, продолжай.

Владимир поднялся со стула и прошелся по кухне, разминая затекшие ноги. Спокойная уверенность, сопровождавшая его движения, позволила схлынуть эмоциональному напряжению Сергея. У окна Малозов остановился и принялся разглядывать людей, спешащих домой после окончания трудового дня. Друг знал, что подобная смена активности на спокойное миросозерцание является у его приятеля предвестником объявления важной новости. Он сделал осторожную попытку подтолкнуть рассказчика к финалу затянувшегося разговора:

— Если не ошибаюсь, в начале беседы ты сделал намек, что знаешь отгадку этой головоломки?

Владимир развернулся и занял свое прежнее место.

— Извини, друг. — Хозяин квартиры виновато вздохнул. — Я, конечно, затянул повествование. Ты вернулся из ада, а я устроил лекцию. Просто хотел тебя провести путем, которым двигался сам. Сейчас я закончу.

— Ничего. Ты мне только ответь: у сказки хороший конец?

Глаза Малозова хитро блеснули.

— У сказки интересный конец, — ответил он.

— Тогда, прошу, продолжай рассказ.

— После того как проверку прошли основные версии, мое расследование остановилось. Каждое из направлений неизменно заканчивалось тупиком. В сознании по-прежнему вспыхивали ключевые, на мой взгляд, звенья головоломки: информационная осведомленность злоумышленника, доступ к сведениям о телефонном номере, а затем и к самому телефону Евгения, физическая возможность реализации похищения, мотив преступления. Эти звенья устроили в моей голове дьявольский хоровод, но я никак не мог соединить их в единое целое… После того как господин Ларионов сошел с дистанции в надежде получить место заместителя генерального директора по логистике и закупкам, опасную игру за ценный приз мог начать кто-нибудь другой.

— Севостьянов, например, — кинул менеджер пробный шар. — Я заметил, ему очень понравилось замещать руководителя.

— Соглашусь, Олег Борисович по своей натуре — карьерист, но и не только он. У ближнего круга Михайлова пруд пруди родственников, которые не прочь заполучить доходную кормушку.

— Только, не забывай, Антону Владимировичу не нужны люди с хорошими связями, но ничего не представляющие собой в качестве специалистов.

— В том-то и дело. Поэтому претендентом мог стать человек, отлично знающий закупочную деятельность или хотя бы знакомый с поставками продукции…

— И имеющий возможность добраться до моего телефона, — вставил слово Громов.

— Да, и это тоже, конечно. Я поговорил с начальником отдела кадров Дроздовым и выяснил о явке сотрудников твоего блока в «Прометей» в интересующий нас период. К сожалению, и здесь меня постигла неудача. Двое или трое отсутствовали на работе, но негласная проверка показала, что все они имеют алиби.

— Вот блин! — только и смог вымолвить Сергей.

— Для спокойного разбора ситуации я на целые выходные заперся в квартире и, подобно летучей мыши, провисел на домашнем турнике. Если помнишь, такой способ наиболее оптимально помогает мне сосредоточиться. Но увы… Впервые за время своей профессиональной карьеры в полиции и службы в «Прометее» моя аналитика наткнулась на глухую стену, преодолеть которую не помогали никакие мозговые штурмы. Условия задачи не позволяли предположить, что в махинации участвует абсолютно постороннее лицо, которое не имеет каких-либо точек соприкосновения с жизнью моего друга. Но если оно не постороннее, тогда одно из известных составляющих уравнения ложное! Обстоятельство, на которое нужно посмотреть с другого ракурса. Прокрутив с десяток раз детали твоего исчезновения и людей, получающих от этого пользу, я понял, что ребус мне не по зубам.

Громов, не шевелясь, внимал каждому слову приятеля.

— Одним утром я просматривал в офисе свежую прессу и наткнулся на статью, касающуюся испытаний новой авиационной техники. Среди открывающихся возможностей в области воздухоплавания, описываемых в статье, там также было упоминание о том, что организацию испытаний осуществляет генерал авиации Герасимов. Эта фамилия сразу вызвала ассоциации с прежним нанимателем особняка Сойкиной. Какое-то седьмое чувство подсказывало познакомиться с человеком, ранее уже проживавшим в Ближнево. Вдруг появится какая-нибудь ниточка. Я собрал некоторую информацию о чиновнике и узнал, что ему около пятидесяти, в свободное от службы время увлекается теннисом. Есть и пагубные наклонности — падок до женского пола и играет на ипподроме…

— Недавно овдовел, — добавил Сергей. — Помнишь, об этом сообщалось по телевидению? Ты еще был у меня в кабинете.

— Конечно, помню. Итак, я позвонил ему в штаб. Меня долго не хотели с ним соединять. Пришлось немного полицедействовать. Я сообщил секретарю, что знаю новый режим работы теннисного клуба, членом которого является Герасимов. Слегка поломавшись, верный страж выполнил мою просьбу.

В разговоре с генералом следовало вести себя иначе. Я тонко намекнул, что готов заплатить кругленькую сумму за пустяковые сведения о жизни военного чина в особняке Лилии Аристарховны Сойкиной. Когда генерал услышал фамилию домовладелицы, он хотел бросить трубку, чертыхаясь, что его отвлекают по разной ерунде. Однако упоминание о бонусе удержало страстного игрока от скоропалительных действий. По всей видимости, чаша весов после безумств на тотализаторе находилась в отрицательном секторе. Ипподром — место, где оставляют состояния. И тот, кто уже не в силах избавиться от вредной привычки, постоянно нуждается в средствах.

Он согласился меня выслушать. Встречу назначил через три дня у себя дома, то есть в Москве. Приехав к Герасимову, я сразу выложил все карты на стол. Рассказал о твоем исчезновении, о подробностях заключения договора аренды. Для установления более тесного контакта предложил отметить знакомство. На стол поставил раритетный коньяк. После четвертой рюмки язычок у военачальника немного развязался. Герасимов сказал, что у него есть некая информация, которая может меня заинтересовать. При этом он сразу предупредил, что оценивает сведения в 30 тысяч рублей и носить они будут неофициальный характер. По тому, как он это произносил, я решил рискнуть и выложил генералу необходимую сумму…

В особняк они с женой влюбились с первого взгляда. Деньги на его покупку имелись. Деньги его жены — дочери известного золотопромышленника. Юридическим сопровождением сделки занималось агентство «Вид». Чопорная дама — руководитель риелторской фирмы предложила заполнить анкету, якобы таково желание собственника. Некоторые пункты опросника показались Герасимову странными, но и только. Момент покупки имения наступал после нескольких месяцев аренды, поэтому хозяйка беспокоилась о своих интересах. Мало ли с кем придется проживать по соседству в течение продолжительного времени.

Супруги с нетерпением ждали ответа. И он оказался положительным. Семья переехала в дом и полгода наслаждалась совместной идиллией. Но, как часто бывает, когда у человека есть все что нужно, тайные пороки не заставят себя долго ждать и проявятся в самый ненужный момент. Генерал признался, что всегда питал слабость к прекрасному полу. И узы брака иногда становились чересчур обременительными. Как-то, направляясь в Ближнево после трудовой вахты, ему пришлось подвезти одну молодую обаятельную особу. Офицера пленили точеная фигурка и шарм девушки, назвавшейся Еленой. Герасимов не преминул сделать ей несколько комплиментов, не оставивших ту равнодушной. Между ними завязался довольно откровенный разговор.

Спустя какое-то время они подъехали к дому девушки. Герасимову предложили подняться. Была пятница. Жена генерала гостила у родственников в другом городе. Сомнения недолго терзали искушенного донжуана. Бравый офицер принял предложение. Проснулся он только в полдень следующего дня. Со страшной головной болью — вероятно, от большого количества спиртного, выпитого накануне. Подробности вечера генерал помнил смутно, но чувствовал себя героем, покорившим очередную крепость. Елены в квартире не было. На прикроватной тумбочке лежала записка. В ней девушка восхищалась мужественностью любовника и просила при уходе из квартиры просто захлопнуть дверь. Больше девушки он не видел.

После адюльтера прошла неделя. А потом началось… С утренней почтой, переданной ему секретарем, поступил безымянный конверт. Герасимов распечатал послание, и на стол посыпались фотографии, содержащие пикантные подробности памятного вечера. Получалось, что встречу спланировали заранее. И, по всей видимости, для последующего шантажа в квартире установили скрытую камеру.

Чуть позже ему позвонили на мобильный телефон, номер которого он с целью продолжения знакомства оставил на столе, когда покидал квартиру Елены. Глухой мужской голос предупредил, что у генерала есть ровно две недели покинуть арендуемый особняк. В противном случае веселенькие снимки получит его супруга.

Здесь офицер сделал паузу, очевидно в очередной раз пережив беспомощность своего состояния в тот момент. Оказалось, что у него перед женой уже случались залеты. Имелось и предупреждение: еще одна история — и они расстаются. Для Герасимова разрыв с женой был равносилен возврату в период своей жизни, когда зарплаты ему хватало только на то, чтобы сводить концы с концами. Деньги пришли с браком. С женитьбой он получил и повышение — отец благоверной замолвил кое-кому нужное словечко, и карьера Герасимова пошла стремительно вверх.

Отката в прошлое он допустить не мог. С большим трудом — а точнее, дав взятку — ему удалось договориться о переводе в другой военный округ. Жене свое перемещение он объяснил как новую возможность для карьерного роста. Супруга порадовалась успехам мужа, но предупредила, что не желает лишаться уже вложенных средств за особняк. Пришлось ее убеждать, что все в порядке. Лилия Аристарховна такая милая старушка, что она вошла в их положение. Муж беспокоится о жене, у нее, оказывается, фотодерматит от проживания в данной местности. На самом же деле Сойкина категорически отказалась возвращать деньги, и Герасимову пришлось отдать супруге все свои тайные накопления — три с лишним миллиона. Именно такая сумма была уже уплачена Сойкиной за аренду. О происхождении этих денег генерал не стал распространяться, лишь намекнул, что его прежнее место работы имело определенные возможности. Таким образом, жена ничего не узнала. Правда, незадачливый летчик все время опасался, что шантаж мог возобновиться… Ну а теперь эта авиакатастрофа. Его бедной супруги больше нет. Он получил по наследству все, о чем мог раньше только мечтать. Но эта чертова игра на скачках пробила серьезную брешь в его имущественном положении…

Герасимов закончил свой рассказ. Особенности провернутого в отношении него мошенничества, а именно способ изъятия денег, недвусмысленно намекали мне, что ситуация очень схожа с твоей. Я понял, что нахожусь на пороге важного открытия. В это мгновение мне пришла в голову одна дерзкая идея. Я попросил у генерала за дополнительное вознаграждение показать самую безобидную из фотографий шантажистов, если они у него, конечно, сохранились. Оказалось, что сохранились. Герасимов вышел в другую комнату и спустя пять минут вернулся со снимком. Кадр отсняли в самом начале междусобойчика, когда Елена Прекрасная потчевала гостя напитками и закусками. Вот этот эстамп.

Малозов достал из ящика кухонного гарнитура фотографию и положил ее перед другом.

— Никого не узнаешь? — произнес приятель интригующим голосом.

Громов внутренне собрался. Он не сомневался, что сейчас увидит человека, с которым уже встречался раньше.

По качеству изображения чувствовалась рука дилетанта: черты участников тайной вечери расплывчаты, задний фон излишне затемнен. Но и того, что вышло, оказалось достаточным, чтобы вызвать у Сергея временное помрачение рассудка.

За столом небольшой, обставленной недорогой мебелью кухни сидели двое. Мужчина в военной форме, шатен с седеющими на висках волосами, крупным орлиным носом и елейной улыбкой на губах удерживал руку симпатичной стройной блондинки, трепетно внимающей сладким речам собеседника. Видимо, небесный ландскнехт сумел своими комплиментами растопить душу спутницы, поскольку глаза последней излучали подлинную страсть. Глаза Юлии, риелтора из агентства «Город»…

Казалось, Громова хватит удар. Открытия друга и неожиданные повороты его расследования и так порядочно измотали Сергея. Но причастность ко всей этой истории милой девушки Юли, да еще в столь необычном амплуа, произвела на Сергея эффект разорвавшейся бомбы.

— Юля? — только и смог вымолвить он.

— Именно. Измененный цвет волос не сильно повлиял на характерные черты ее лица. Хоть я и видел-то девушку всего два раза, на визитной карточке да на твоем новоселье в Ближнево.

— Рассказывай дальше, — дрогнувшим голосом произнес Громов.

— Я собрал информацию о сотруднице агентства на работе и у ее соседей. Пришлось, разумеется, прибегнуть к услугам кошелька. Картина получалась следующая. Двадцать шесть лет, серьезная, деловая молодая женщина. Замужем не была. Имеет двухкомнатную квартиру, которую приобрела всего год назад. Источник средств никому не известен. Возможно, существуют какие-то дополнительные доходы от деятельности в агентстве недвижимости. При этом руководитель фирмы «Город» мне пояснил, что официальный заработок Юлии не позволил бы ей приобрести двушку в новостройке. Отец — военный пенсионер, мать — продавец в галантерейном отделе. Живут в хрущевке. Наследством Бог не наделил. В общем, откуда деньги на квартиру, никто не знает. Об отношениях с мужчинами практически ничего не известно. Какие-то мелкие связи, ничего постоянного. При этом одна соседка, ее квартира снизу, уточнила, что несколько раз видела Юлию, выходившую из дверей черного блестящего «Мерседеса». Номера она не запомнила, но, кажется, регион московский. Семерка ее любимое число, а на машине их было целых две.

В разговоре с руководителем агентства особое внимание я уделил взаимоотношениям девушки с Сойкиной. Здесь никакой ясности. В рабочее время Юлия постоянно на виду. Отлучается только для показа объектов недвижимости. Лилия Аристарховна не исключение. Ну а в свободное время кто знает, чем она занимается…

Полученную информацию следовало тщательно проанализировать. Но в одном обстоятельстве сомневаться не приходилось: Юлия — участник махинации с особняком в Ближнево. Как по-другому объяснить требование шантажистов Герасимову досрочно покинуть имение? Совпадениям тут не место. Ситуация повторилась в случае с тобой, только злоумышленники избрали иной подход к устранению арендатора, который давал им повод расторгнуть сделку. Теперь оставалось установить персональный состав участников этой аферы. Их следовало искать среди лиц, кому доставались деньги несчастных нанимателей.

— Разве это не очевидно? — воскликнул Сергей. — Собственник имения Сойкина, она же сторона в договоре аренды. По ее инициативе я должен покинуть особняк. Следовательно…

— Не всегда то, что мы видим, является сутью протекающих вокруг нас процессов, — нравоучительно изрек Владимир. — У Лилии Аристарховны серьезные проблемы со здоровьем, даже чисто физически участвовать в подобной авантюре крайне проблематично. И еще, ты забываешь главное: средства от сдачи дома в аренду передавались ее сыну. Письма, которые она вскрывала в нашем присутствии, подлинные, и прибыли они в Калининград из Америки.

— Вот она для своего отпрыска и старалась, — неумело возразил Громов.

— И для этого Юля говорила с тобой мужским голосом по телефону, она же расставила силки на рифе и огрела тебя, внезапно превратившись в представителя сильного пола, хорошенько по голове, — с сарказмом произнес Малозов.

— Да, такое одной не провернуть, — нехотя согласился Сергей, снова вспомнив человека в сомбреро.

— Именно. Во всей этой истории присутствует по меньшей мере еще один участник. Он и есть главное действующее лицо спектакля.

Владимир наполнил стопки и молча поднял свою. Громов последовал примеру приятеля и внезапно удивил тостом:

— За тебя!

— Да брось.

— Нет, если бы не ты, я, наверное, до сих пор бегал от крокодилов среди девственной природы необитаемого острова.

Друзья выпили, и Малозов продолжил:

— Все внимательно взвесив, я набрался смелости предположить, что Сойкина здесь вообще ни при чем. Точнее, она необходимое юридическое звено для работы скрытого и хорошо отлаженного механизма по изъятию у арендаторов их средств.

— Очень туманно, разъясни.

— Видишь ли, Серега, если допустить мысль, что Юлия никак не связана с Лилией Аристарховной, напрашивается единственно возможный вывод: основной персонаж этой драмы — сын домовладелицы Владислав. Денежки-то от аренды шли к нему.

— Так ведь он же в Штатах, — с сомнением в голосе произнес Сергей — Сойкина при нас вскрывала конверт с наклеенными на него заграничными марками.

— Для того чтобы послать письмо из Америки, не обязательно там находиться, достаточно иметь под рукой надежного поверенного.

— Хорошо, пусть так. Но как Владислав мог организовать такую сложную операцию без участия своей матери?

— Вот в том-то все и дело, как… Когда я стал развивать эту мысль, в моей голове стали выстраиваться в стройный ряд звенья разорванной цепи. Предположим, Владислав желал обогатиться и поднять свой вес в обществе, но собственных возможностей для этого не имел. В это время ему предложили работу за границей или долю в бизнесе. Но, чтобы реализовать эти планы, нужен серьезный начальный капитал. Он тщательно обмозговывает варианты, и одна дерзкая мысль рождается в его жаждущем богатства и признания мозгу. Почему такая мысль смогла пробить росток в его голове, позже станет понятно. Он сообщает своей матери о новой работе и перспективах, которые его ждут в Америке. Обещает в скором времени забрать ее к себе — наверное, через год-полтора… Затем он инсценирует свой отъезд за границу, на самом деле никуда, как мне представляется, не уезжая. Далее он сообщает Лилии Аристарховне о необходимости финансовых вложений на новом месте жительства. Для этих целей мать должна продать особняк. Но не сразу, так как Владислав хочет жить в Америке в собственном доме, а для этого такой дом нужно построить. Он предлагает сдать особняк в Ближнево в аренду с последующей его продажей. Мать соглашается, и таким образом наступает второй этап этой грандиозной аферы.

Владислав знакомится с хорошо известной нам девушкой Юлией. Разумеется, он не смог бы этого сделать, если бы находился в Америке. Это говорит в пользу моей версии о том, что он никуда не уезжал. Как он смог ее уговорить участвовать в делах, от которых за милю несет уголовщиной, я не знаю. Тем не менее они сближаются, но со стороны Владислава, как мне думается, эта связь носит скорее деловой характер, чем является выражением страсти.

— Почему ты так думаешь?

— Потому что, если между людьми любовь-морковь, парень навряд ли станет, даже в угоду своему положению, подкладывать девушку к другому мужчине. А именно это и произошло в случае с Герасимовым.

— Логично, — согласился Громов.

— Так вот, Владислав предлагает сотруднице агентства недвижимости «передавать» ему информацию о потенциальных покупателях дома в Ближнево и не только. Исходя из обстановки, девушка должна быть готова принимать участие и в других мероприятиях. За эту работу девушке обещают хороший процент. Отсюда, я думаю, у нее и квартира.

Владислав советует матери вступать в отношения с клиентами только после получения предварительной информации о них. Для полноты картины об этих лицах он подкидывает идею с анкетой. Сын также просит, чтобы перед принятием решения о сдаче дома в аренду мать давала ему возможность принимать участие в выборе кандидатуры нанимателя. Все это объясняется заботой о Лилии Аристарховне, ведь с этим человеком ей придется прожить следующий год.

Сойкиной нравится идея с анкетами, и она соглашается. Таким образом, появляются кандидатуры будущих покупателей — людей, крепко стоящих на ногах, но при этом имеющих тайные пороки или прошлое, способное привести к созданию нестандартных ситуаций. Имидж клиентов интересовал Владислава особенно. Поскольку человек с явно выраженными недостатками, пусть и богатый, мог отпугнуть Сойкину и создать проблемы при принятии положительного решения о сдаче в аренду особняка именно ему.

Далее Юлия передает Лилии Аристарховне заполненные анкеты. Параллельно она делает с них копии для Владислава. Наступает третий этап. Сообщники собирают информацию об кандидатах. Их цель — найти слабое место в биографии людей и затем создать ситуацию, дающую Сойкиной право по своему желанию отказаться от договора аренды. В отношениях с Герасимовым таким слабым местом оказались женщины, в случае с тобой — исчезновение Инги… Думаю, не надо объяснять, откуда о трагедии узнали преступники?

— Из интернета, разумеется, — ответил Громов. — Я же сам всю информацию об Инге, о месте происшествия там и разместил.

— Правильно соображаешь, — подтвердил Малозов.

— А перед коварным звонком псевдо-Дюсова я сообщил на портале о завершении поисков, — добавил Сергей.

— Сам того не ведая, что даешь сигнал преступникам начать активные действия, — как бы разговаривая сам с собой, резюмировал Владимир.

— Похоже на то.

Приятель вздохнул и продолжил разглагольствование:

— Далее Владислав убеждает мать остановить свой выбор на лице, в отношении которого злоумышленники смогут осуществить соответствующие действия. Ну а затем наступает момент реализации плана…

— Но это ведь только твои предположения, — вставил Сергей.

— Которые вскоре переросли в уверенность. Я установил наблюдение за подъездом Юлии неподалеку от дома девушки. Через три дня мои старания увенчались успехом. В половине одиннадцатого вечера к подъезду подкатил черный блестящий «Мерседес». Из автомобиля в сопровождении высокого, средних лет брюнета вышла Юлия. Камера у меня хорошая, да и навыки из области криминалистики сохранились. В общем, снимки получились неплохие.

Сергей едва дышал, боясь пропустить хоть одно слово из уст друга.

— Но как они физически реализовали план с похищением? — воскликнул он.

— Думаю, примерно это было так… Преступники знали, что Инга пропала достаточно давно. Шансы на ее внезапное появление выглядели ничтожными. В связи с этим они решили выжать из тебя средств по максимуму. Но так, чтобы ты не успел расплатиться за дом полностью. В противном случае особняк пришлось бы оформлять в твою собственность, а Владиславу — искать новое место жительства своей матушке. Ты недавно обмолвился, что сообщил на сайте о завершении поисков Инги. Это и послужило стартом аферы. Шестеренки скрытого от посторонних глаз механизма неумолимо пришли в движение. Мошенники каким-то образом раздобыли номер мобильного телефона Евгения. У тебя имеются предположения каким?

— Признаться, я теряюсь в догадках…

— Тем не менее указанный факт не вызывает сомнений. Только после этого злоумышленники смогли добраться до спасателя и завладеть его телефоном. О подробностях данного эпизода мы теперь никогда не узнаем, да это и не столь важно. Главное, имея на руках номер sim-карты слайдера, проходимцы получили возможность установить местонахождение Дюсова. Прогресс далеко шагнул в развитии технологий. Современные системы позволяют отследить нужное устройство. Необходим лишь доступ к соответствующему оборудованию. Уверен, что он имеется у операторов связи, правоохранительных органов. Получается, Владислав запасся полезным контактом и сумел добыть ценные сведения. Ну а дальше, думаю, не надо объяснять нюансы, как закончилась операция. Изобретательный аферист поймал тебя на крючок, используя в разговоре те слова, которые не могли не заинтересовать влюбленного: описание девушки, золотой браслет, который видели на руке Инги, правдивое упоминание о месте, где обнаружили пропавшую. Ты клюешь на приманку и отправляешься на архипелаг, намереваясь вернуться до наступления очередного платежа за дом. А на самом деле попадаешь в расставленную ловушку.

Сергей пытался переварить исчерпывающее объяснение детектива, но нагромождение фактов и обстоятельств не позволяло принять на веру все перипетии фантастической истории. Он недоверчиво посмотрел на Малозова.

— Но я никогда не видел сына Сойкиной, а человек в сомбреро показался мне знакомым?!

— Думаю, что смогу пролить свет на загадку. Дело в том, мой друг, что у человека, ударившего тебя на рифе, были глаза Лилии Аристарховны Сойкиной! Согласись, что ее ты лицезрел достаточное число раз, чтобы считать своей знакомой?

— Невозможно! — Громов не хотел верить открывшейся истине.

— Ну как же, а госпожа генетика? Вспомни свои школьные знания о доминантных и рецессивных генах. И получится: смотрим на сына, а видим перед собой мать или отца. Отсюда и чувство дежавю, когда мы сталкиваемся с незнакомцем. Взгляни на эту фотографию и попробуй вспомнить, не этого ли человека ты видел на атолле?

Владимир положил перед товарищем фотографию, сделанную возле дома Юлии.

Малозов выбрал удачный ракурс, перед тем как нажать на спуск камеры. Крепко сбитый мужчина ростом под метр восемьдесят уверенно вышагивал рядом с вероломной сотрудницей агентства «Город». По всей видимости, черты лица он унаследовал от своего отца, поскольку в них мало что имелось от облика Лилии Аристарховны. Но разрез глаз и сам взгляд, безусловно, принадлежали властной домовладелице. Громов закрыл лоб сына Сойкиной мизинцем, играющим в данную минуту роль головного убора, надетого на незнакомца в деревенском кафе на острове Реннелл, а также в момент удара в хижине. Со снимка, умело сделанного другом, смотрели умные и холодные глаза человека, тайно свившего невидимую паутину вокруг целеустремленного и ничего не подозревающего топ-менеджера компании «Прометей».

— Нет сомнений, это он, — констатировал Сергей. — Но как Владислав организовал отправку писем своей матери из Америки?

Владимир ответил вопросом на вопрос:

— Помнишь, в одной беседе Сойкина обмолвилась, что ранее Владислав работал пилотом на международных авиалиниях. Я проверил эти сведения. Они подтвердились. Работал, правда, там он недолго, но связи сохранились. Видимо, кто-то из персонала по его просьбе отправлял корреспонденцию из Нового Света.

— Выходит, Сойкина перечисляла сыну деньги в святой уверенности в своем скорейшем отбытии за границу?

— Именно так. По крайней мере, я не уловил ни малейшей фальши в своем разговоре с ней и убежден, что к афере в Ближнево она не имеет никакого отношения.

— Представляю ее реакцию, когда ты ей все это выложил.

— Думаю, что не представляешь. Мне было ее искренне жаль. Когда я появился в Ближнево и заявил о случившемся, она хотела вызвать стражей порядка. Но как только на столе появились фотографии ее сына в компании с Юлией, а также фото этой девушки с генералом Герасимовым, Сойкина на глазах постарела на десять лет. Она заплакала. Я наблюдал за поведением несчастной матери. Ни на секунду у меня не возникло подозрений в неискренности разыгравшейся в моем присутствии драмы. Наконец Лилия Аристарховна подняла на меня свои глаза и проронила только два слова: «Дурная кровь».

Придя немного в себя, она разоткровенничалась. Оказалось, что мужская ветвь семейства мужа имела скверную наклонность к различного рода аферам, в особенности с недвижимостью. Таким пороком страдал ее муж, а ранее его отец. Муж Сойкиной впоследствии втянул в «темные делишки» и брата Лилии Аристарховны — Константина. Но узнала она об этом, только когда в их семье произошла трагедия. Муж домовладелицы и Константин работали риелторами и продали одну квартиру сразу нескольким покупателям. Среди обманутых оказалась семья, связанная с одним известным криминальным авторитетом. Пришлось возвращать тройную стоимость недвижимости. Но на этом история не закончилась. В автомобиле, на котором ехали Сойкина, ее муж и Константин, оказались поврежденными тормоза, и машина упала в пропасть. Лилия Аристарховна находилась на заднем сиденье и в последний момент успела открыть дверь. В результате падения появилась эта травма позвоночника. Муж и ее брат погибли на месте. Об аферах родственников, еще раз подчеркнула Сойкина, она не знала. Хотя смутные подозрения иногда ее терзали. В основном из-за размера доходов мужа. Но ее Владик, этот золотой умненький мальчик. Ему дали отличное образование, с самого детства прививали любовь к справедливости и уважение к другим людям, к чужому имуществу. Впрочем, дурная кровь и преступные гены не оставили ему шанса.

Сойкина опять заплакала. Она умоляла не обращаться в полицию. Я взял на себя такую ответственность, но выдвинул два условия: немедленно сообщить о конкретном твоем местонахождении и подготовить соглашение о передаче особняка в собственность арендатора. Тебе оставалось внести еще два платежа, поэтому в соглашении указано, что остаток средств наниматель погашает в рассрочку в течение следующих шести месяцев. Еще я добавил, что выдвинутое условие остается в силе, только если ты жив и здоров.

Сойкина вытерла слезы и сообщила, что ей нужно сделать звонок. Она выехала на кресле в соседнюю комнату и отсутствовала две четверти часа. И вот результат наших переговоров: ты сидишь в моей квартире, а объект твоих желаний перестал быть инструментом наживы в искусных руках махинаторов. Ускользающая наживка в виде респектабельного особняка наконец-то обрела своего постоянного хозяина.

Малозов встал и подошел к гарнитуру. Он выдвинул один из ящиков и извлек оттуда прозрачную папку с документами.

— Здесь соглашение о передаче в твою собственность дома в Ближнево, подписанное Сойкиной, и нотариальная доверенность для регистрации сделки, — пояснил Владимир.

Чувство радости и безграничной благодарности другу охватили Сергея. Казавшаяся еще полчаса назад безнадежной ситуация внезапно разрешилась самым наилучшим образом. Оптимизм с каждой минутой наполнял сознание и тело Громова. Он порывисто поднялся со стула, подошел к Владимиру и неловко обнял его.

— Будет, будет… — похлопал несчастного странника по руке приятель.

На столе подал сигнал мобильный телефон Малозова. Он взглянул на монитор и спокойно произнес:

— Ну вот и все. Это сообщение от Сойкиной. Лилия Аристарховна выехала из особняка, теперь ты можешь в любое время вернуться в Ближнево, не рискуя столкнуться нос к носу с бывшей владелицей и ее домочадцами. Но это завтра, а сегодня мои апартаменты в полном твоем распоряжении.

— Володь… — неуверенно протянул Сергей. — Не сочти меня неблагодарным, но не могли бы мы отправиться в имение прямо сейчас?

Друг удивленно вскинул брови.

— Да ты же еле на ногах держишься!

— Ерунда.

Малозов пожал плечами.

— Конечно, можем. Только поездку придется совершить на такси, после нескольких рюмок «стандарта», сам понимаешь, машину мне вести нельзя.

— О чем разговор?!

Владимир выполнил просьбу товарища и дал себя уговорить не сопровождать Громова в пути к отвоеванному у изворотливых мошенников «трофею».

За окном скользящего вдоль моря автомобиля перипетии последних недель невольно отступили на задний план. Путешественник с интересом наблюдал за проносящимися мимо пейзажами. Где-то далеко шла гроза. Вечернее небо перечеркивали огненные зигзаги. В свете молний среди затянувших горизонт туч Сергею почудился образ Инги, печально взирающей на своего поклонника. В глазах девушки застыли немая грусть и сожаление о несбывшихся надеждах. На губах фантома промелькнула горькая улыбка.

Крупные капли дождя ударили в окна автомобиля и смыли милый облик. Сергей поежился, а затем стряхнул с себя остатки неприятного оцепенения. Там, на атолле, он похоронил надежды отыскать возлюбленную. Нельзя всю жизнь цепляться за призрачную иллюзию, нужно двигаться вперед. Пути господни неисповедимы, и никто не знает, что ждет его в будущем.

Как бы в подтверждение светлой идеи гроза внезапно стихла, и сквозь пелену темных облаков пробился робкий луч. Энергия небесного прожектора проникла в сознание Сергея Громова, подарив ему еще один шанс обрести утраченное счастье.

[1] Тендер — конкурсная форма проведения торгов.

[2] Конкурс — соревнование, дающее возможность выбрать наиболее достойного из числа его участников.

[3] Прометей — один из титанов в древнегреческой мифологии, защитник людей от произвола богов; он похитил с Олимпа огонь и передал его людям.

[4] Престо — очень быстрый темп (муз).

[5] Секьюрити — телохранитель; человек, непосредственно обеспечивающий безопасность охраняемого лица.

[6] Шале — небольшой загородный дом, изначально сельский домик в Швейцарии.

[7] Портфолио — собрание фотографий, работ, дающих представление о внешности, стиле конкретного человека.

[8] Монблан — гора в Западных Альпах, высшая точка Альп и Европы, без учета кавказских пиков.

[9] Цербер — в древнегреческой мифологии: трехголовый злой пес с хвостом и гривой из змей, охранявший вход в подземное царство; в переносном значении — свирепый и бдительный страж.

[10] Скотленд-Ярд — полицейское учреждение в Англии.

[11] Переторжка — тендерная процедура, имеющая своей целью снижение ранее установленной цены.

[12] Сомнамбула — человек, страдающий лунатизмом.

[13] Diary — дневник, журнал, записная книжка — календарь.

[14] Форс-мажор — непредсказуемые события (например, стихийное бедствие).

[15] Аренда — временное пользование вещью.

[16] Фотодерматит — болезнь кожи, возникающая в связи с повышенной чувствительностью к солнечным лучам.

[17] Адепт — последователь, ревностный приверженец какого-либо учения, идеи, знания.

[18] Локальные акты — документы (приказы, распоряжения), издаваемые в конкретной организации.

[19] Рецепторы — совокупность нервных окончаний, обладающих высокой чувствительностью и способностью к восприятию множества внешних факторов.

[20] Апперкот — в боксе сильный удар снизу вверх, как правило, в подбородок противника.

[21] Неофит — новичок в каком-нибудь деле.

[22] Ибица — известный испанский курортный остров в Средиземном море.

[23] Пониа — вежливое обращение в Литве к замужней женщине.

[24] Понас — вежливое обращение в Литве к взрослому мужчине.

[25] Тахикардия — учащенное сердцебиение.

[26] Неустойка — денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору за неисполнение условий договора.

[27] Реноме — репутация, устоявшееся мнение о ком-либо.

[28] Трейд-шоу — демонстрация новых изделий, образцов.

[29] Преголя — река в Калининградской области, протекающая в том числе и через Калининград.

[30] Авуары — в широком смысле: активы, деньги, ценные бумаги и т. п.

[31] Облигация — вид ценной бумаги.

[32] Индиспенсейбл — цепь из трех крупных коралловых атоллов в Коралловом море, находящимся в Тихом океане у берегов Австралии, Новой Гвинеи и Новой Каледонии.

[33] «Линас» в переводе с литовского означает «лен».

[34] Остров Реннелл — самый южный в группе Соломоновых островов.

[35] Шноркелинг — вид плавания под водой с маской, дыхательной трубкой и обычно с ластами.

Эпилог

1

Свободному бегу мешали толпы снующих по проспекту Мира горожан. Спины, лица, обрывки фраз, раздраженные окрики людей, которых он нечаянно задевал, стараясь проскочить в открывающееся пространство между встречными потоками пешеходов. Сознание переполняло чувство подавленности от мысли, что жена и ее любодей сумели незамеченными проскочить мимо поджидавшего беспечную парочку супруга.

Постепенно Дмитрий стал замедлять движение. Становилось понятно, что выбранное им направление оказалось неверным. Тяжело искать иголку в стоге сена, в особенности когда неизвестно, какой стог нужно исследовать. Ларионов перешел на шаг. Жутко хотелось пить. Он поискал глазами ближайший магазин с напитками и неожиданно наткнулся на Дашу. Выходит, интуиция и на сей раз не подкачала.

Дмитрию редко приходилось видеть свою законную половину такой счастливой. Когда молодая женщина искренне улыбалась собеседнику, на ее щеках образовывались две маленькие ямочки. Они придавали особый шарм и без того симпатичной мордашке девушки. Дмитрий мог по пальцам перебрать случаи, когда подобное проявление эмоций адресовалось именно ему. В настоящий момент лицо Даши прямо-таки светилось от переполнявших ее чувств. Не составляло труда догадаться, что источник столь прекрасного настроения находился рядом. Среднего роста тридцатилетний шатен бережно удерживал руку своей спутницы. Нитка усов, заимствованная у французских бретеров, придавала их обладателю вид тонкого ценителя изящного.

Так вот кем оказался ухажер госпожи Ларионовой! Чутье не подвело Дмитрия, когда нашептывало ему, что необходимо удостовериться в личности хмыря, ухлестывающего за неверной женой. Какое глубокое заблуждение! Он чуть не обрушил свой гнев на бывшего начальника. А как же имя «Сергей», слетевшее с уст Даши? Неужели совпадение?

Не обнаруженный пока любовниками соглядатай юркнул в попавшуюся очень кстати на пути подворотню. Так и есть. До его слуха долетело нежно произнесенное молодцеватому усачу слово «Сережа».

Первое, что пришло на ум одураченному мужу, пойти и хорошенько накостылять «кексу». Чтобы неповадно было! Но требовательный рассудок остановил, заставил разобраться в открывшейся жестокой истине. Сразу вспомнился разговор с женой, когда на предложение завести ребенка Даша сообщила, что не любит его. Она тогда еще добавила, что народная мудрость «клин клином вышибают» — не более чем красивый афоризм. В ее словах Дмитрий явственно ощутил скрытый намек. Получалось, девушка не смогла выбросить из головы ненавистного альфонса, несмотря на замужество. Но сейчас глаза говорили ему совсем другое. Рядом с Дашей находился отнюдь не Сергей Громов, а совершенно незнакомый мужчина. Значит, дело не в личности кавалера, а в самом Дмитрии. Такой неутешительный вывод сделал внутренний аналитик. При данных обстоятельствах разборки с типом, нежно мурлыкающим в данную минуту с его женой, — бесполезная трата нервов и сил. При виде поверженного соперника любовь к Даше не придет. Как не пришла бы она к ней и при свержении Громова с поста заместителя директора, удайся интрига Дмитрия в офисе «Прометея». Усилий он приложил немало, чтобы дискредитировать начальника в глазах тестя. Подтасовки с договорами, махинации с подписями. А спрашивается, зачем? Ведь с самого начала Даша не испытывала к нему никакого влечения. Но он втемяшил себе в голову, что эта женщина должна принадлежать ему. И точка. Натуру не переделаешь, а он никогда не сворачивал с пути, двигаясь к намеченной цели. Но этой цели ему не достичь! Да, он путем подлога и различных уловок подвел дочь Антона Владимировича к алтарю и сделал своею супругой по закону, но любви Даши не добился.

Словно по наитию в сознание Ларионова хлынули слова из популярного нестареющего шлягера: «А ведь она не твоя! Даже если иногда с тобою пропадает…».

«Она не моя», — мысленно повторил Дмитрий.

Он остановился. Фигуры Даши и ее спутника стали медленно удаляться, пока не пропали совсем.

«Пусть идут».

В это мгновение молодой мужчина ощутил всю ничтожность собственного существования. Мир рушился вокруг. Все его устремления разбились, как ветхая лодка о свирепые волны. Не соображая, что делает, и не обращая внимания на окружающих, он развернулся и побрел в обратную сторону. Ларионов не заметил, как подошел к краю тротуара и шагнул на проезжую часть.

— Дядя! — пронзительно закричал маленький мальчик совсем рядом.

Дмитрий очнулся и посмотрел вперед. Прямо к нему на большой скорости приближалась красная «Мазда». Водитель автомобиля увлеченно болтал по телефону, нисколько не ожидая на данном отрезке дороги разгуливающих пешеходов. Способность осмысленно действовать вернулась к Дмитрию. Перед самым бампером машины он успел сделать два шага назад, которые спасли ему жизнь.

Людской поток ахнул. Дмитрий нервно рассмеялся и побежал вверх по проспекту. Невидимый ангел в лице ребенка подарил ему шанс начать все с чистого листа. Ларионов страдал, но характер упрямца и борца заставлял его бросать безумный вызов миру. В один миг он решил, что разведется с Дашей, уйдет из «Прометея» и отправится путешествовать. С местью к Громову покончено. Слепая ненависть к менеджеру сменилась спокойным безразличием. Деятельный и рациональный мозг указал ему на бессмысленность подобной агрессии.

Итак, другая жизнь стучалась к нему в дверь. Для входа в нее требовалась эмоциональная подпитка, слишком сильный получил он сегодня удар.

Ларионов добрался до места, где оставил свою машину. Он включил зажигание и направился на другой конец города. По мере приближения к намеченному объекту ясность мышления и неизменный апломб возвращались к молодому человеку. Через полчаса автомобиль остановился возле пятиэтажки на окраине Калининграда. Дмитрий поднялся на четвертый этаж и позвонил в квартиру сто восемь. Прошла минута, но никто не откликнулся на сигнал. Дмитрий повторил попытку. Где-то в недрах жилища послышалось едва заметное движение. Раздался звук отодвигаемой цепочки, и дверь открылась.

Евгения Пархоменко, в домашнем халатике и тапках на босу ногу, с любопытством рассматривала нежданного гостя. Во взгляде визитера сквозила рассеянность, словно он сомневался в своем внезапном появлении на пороге случайной знакомой. А еще Евгения почувствовала в нем робкую надежду.

Дмитрий отвел глаза в сторону и смущенно произнес:

— Я от жены ушел. Можно я посижу с тобой немного?

Таким девушка видела Ларионова впервые. С момента их последней встречи прошло несколько недель. Дмитрий снова нуждался в театральных талантах служительницы Мельпомены. Он явился с готовым сценарием небольшого спектакля, главная роль в котором опять отводилась ей. Требовалось немного: на глазах супруги Дмитрия подсесть в кафе к тому же самому молодцу, с которым она уже встречалась на собеседовании в компании «Прометей», и притвориться его знакомой. За пустяковую партию ревнивый муж предлагал хорошие деньги. Она недолго мучилась сомнениями, надо же искусственные навыки драматического кружка претворять в реальную жизнь. Евгения согласилась. Но сейчас, похоже, концерт отменялся. Ведь его постановка предназначалось для жены Дмитрия, а она, кажется, «вернула» свой билет на спектакль. И чем ей муженек не угодил, ведь он такой славный…

Девушка отступила внутрь квартиры и тихо произнесла:

— Проходи.

Ларионов воспользовался приглашением. В зеленых глазах Евгении он прочитал понимание и интерес. Горячая кровь забурлила в нем, трагизм пережитого дня невольно отступил, и Дмитрий внезапно поймал, что не все звезды отвернулись от изгоя.

2

Годы, проведенные в тесном деловом контакте, многому его научили. Линас седьмым чувством уловил легкое недовольство в голосе своего покровителя. Осторожное уточнение отдельных пунктов рапорта, отрешенный взгляд светло-голубых глаз, частая смена тем беседы подсказывали ему, что патрон деликатно сдерживает накопившееся раздражение.

Стараясь ничем не выдать подозрение, Линас беспристрастно докладывал о состоянии дел, при этом теряясь в догадках о возможных причинах тщательно скрываемой Лотусом досады. Самоанализ не дал мало-мальски серьезной зацепки нащупать истину. Мелкие недочеты в работе любой финансовой пирамиды — естественный шлак, возникающий в процессе деятельности крупного предприятия. Да и не случалось в последнее время никаких проколов, за исключением, пожалуй, затянувшейся расплаты с ротозеем, проморгавшим Ингу. Но к бизнесу Йонаса Лотуса подобные инциденты никакого отношения не имеют. Хотя, чего греха таить, он не хотел бы, чтобы слухи о неудавшихся попытках поквитаться с Громовым долетели до ушей его босса.

Бойфренду манекенщицы явно благоволили звезды. Как по-другому объяснить счастливое избавление от всех мастерски расставленных Линасом силков? Несчастный случай на складе (который так и не произошел), нападение в сквере, прокол колеса на внедорожнике, и последнее — планируемое покушение на территории трансформаторного завода в Калуге. Не про такого ли человека говорят: «он родился в рубашке»?

Казалось, что сидящий напротив денежный туз умеет читать мысли собеседника.

— Как поживает известный нам обоим субъект? — огорошил Лотус каверзным вопросом. — Удалось наконец ему втолковать, что не каждый цветок из оранжереи можно безнаказанно срывать?

Линас попытался изобразить на лице спокойствие и безмятежность духа.

— Стоит ли говорить о таких мелочах, Йонас? — Молодой человек попытался изменить ход разговора.

Олигарх пристально посмотрел прямо в глаза подчиненного, а затем делано рассмеялся.

— Конечно, не стоит, поговорим о чем-нибудь другом.

Но следующий вопрос Лотуса озадачил Линаса еще больше.

— Завтра надо отвезти посылочку в Вильнюс ночным поездом. Хочу, чтобы ты послал с поручением Вилкаса, сделаешь?

Вроде бы простой вопрос и задание совсем не обременительное, но… Ближайший помощник босса не мог выполнить прозвучавшую просьбу. Уже несколько дней двое его подручных, включая и Вилкаса, находились в изоляторе города Калуги из-за попытки проникнуть на территорию склада завода «Диод».

Он замялся, и поэтому ответ получился скомканным:

— Вилкас сейчас временно отсутствует, выполняет для меня одну работу.

— Чалится на нарах в Калуге? — добил поверенного Лотус.

— Это недоразумение, я занимаюсь проблемой, — обреченно проговорил припертый к стене Линас.

— Недоразумение? А можно узнать, что вы делали в Калуге, на трансформаторном заводе?

В помещении повисла неприятная тишина. Лотус провел рукой по заостренной клинышком бородке и недовольно осклабился.

— Могу предположить, что в город на Оке тебя занесло по той же причине, что и на склад компании «Прометей», — покарать обидчика.

«Черт побери, — пронеслось в голове Линаса. — Откуда он знает о первом покушении?»

— Как видишь, я неплохо информирован о твоих проделках, — раскрыл Йонас обличительную правду. — И мне, впрочем, нет никакого дела до твоих похождений, но только до тех пор, пока не затрагиваются мои интересы.

— Я как-то их нарушил?

Казалось, Лотус пропустил мимо ушей прозвучавший вопрос. Он прошелся по комнате и резко остановился прямо перед креслом, на котором сидел собеседник.

— А что ты скажешь о человеке по фамилии Ожонас? Не такая уж частая в Литве. Понимаешь, о ком я?

А вот этот удар пришелся ниже пояса. Йонас ни в коем случае не должен был узнать о его связи с менеджером компании «Полярис». Итак, кто-то из ближнего окружения «слил» конфиденциальные сведения стоящему напротив финансовому пауку, опутавшему невидимой сетью всю Клайпеду.

Гедеминас Ожонас числился среди злостных должников Лотуса. Когда к Линасу поступила первая информация о дебиторе, выяснилось, что Ожонас работает в фирме, сотрудничающей с организацией Громова. Мимо такой удачи он просто не мог пройти. В личной беседе Линас открыл должнику свои карты. Он предложил отсрочку в погашении кредита в обмен за сотрудничество. Менеджер «Поляриса» недолго думал. Благодаря его помощи Громов едва не пострадал на складе «Прометея». Кроме этого, Ожонас снабжал Линаса оперативными данными о перемещении и планах заместителя директора крупной торговой компании. Но все эти махинации совершались без ведома кредитора. Управляющий Лотуса подорвал доверие своего хозяина, отодвинув Ожонасу сроки платежей по займу. И вот теперь настал час расплаты.

— Вижу, ты понимаешь, о чем идет речь, — холодно сказал Йонас, внимательно наблюдая за лицом своего подопечного. — Признаюсь честно, не ожидал от тебя подковерной игры.

— Я от этой игры никаких дивидендов не нажил, — меланхолично выдохнул Линас. — Все, что мне было нужно — рассчитаться с негодяем. А Ожонас добывал ценные сведения о нем.

— Может, оно и так. Но почему ты не попросил помощи у меня? Считаешь себя всемогущим и незаменимым? — В руках Лотуса появился маленький серебряный колокольчик. — А все-таки Громов оказался тебе не по зубам. Не люблю, когда мои люди проигрывают.

Помещение наполнил негромкий мелодичный звук. В дальнем конце комнаты открылась дверь, и внутрь вошли несколько человек. Линас с изумлением узнал в одном из них Вилкаса.

— Пришлось замолвить кое-кому пару слов, — ответил на немой вопрос своего заместителя Йонас.

Вилкас хмуро посмотрел на опального вожака и занял место за спиной Лотуса. Остальные последовали его примеру.

— Заигрался ты, мой мальчик, не знаешь, когда нужно остановиться, — медленно, штампуя каждое слово, выговаривал предводитель. — Но это и понятно, столько лет без отпуска.

Линас недоуменно глядел на человека, которому был предан всей душой и который в эту минуту безжалостно рвал незримую нить, долгие годы связывавшую незадачливого похитителя колье понии Можейки и случайного водителя, спасшего беглеца от настигавшей погони.

— Отправляйся, отдохни, мне нужны крепкие люди без лишних заморочек в голове, — забивал Лотус последний гвоздь в нерушимые узы давних знакомых. — Я дам знать, когда ты снова понадобишься.

Йонас поднял вверх правую руку и щелкнул пальцами.

— Подойди, — обратился он к кому-то из присутствующих.

От кучки стоящих за ним приверженцев отделился человек и уверенно приблизился к распорядителю.

— Помнишь Брониуса? — Лотус повернул свое разгоряченное лицо к экс-управляющему. — Он недавно освободился, вот мечтает приносить пользу моему предприятию.

Только сейчас Линас смог рассмотреть черты лица молодого мужчины, показавшиеся ему знакомыми при беглом осмотре заполонившей комнату «пехоты» главнокомандующего. Бывший подельник сильно изменился. На лбу появились две глубокие морщины, лицо похудело и осунулось, серые бесцветные глаза придавали их владельцу вид змеи, приготовившейся к смертельному броску. Едва заметная ухмылка тронула узкие бескровные губы Брониуса.

Линас медленно повернулся к двери. Он не заметил, как Йонас и его новый подручный обменялись многозначительными взглядами. Брониус утвердительно кивнул головой.

Как во сне, опальный помощник под шепот клевретов Лотуса вышел из полутемной гостиной и неожиданно попал в ослепительный весенний день. Впереди бежала дорога, она манила и звала никому теперь не нужного любителя острых ощущений. Линас завел двигатель и, повинуясь импульсу, поехал по уходившему за горизонт серпантину. Он знал, что больше никогда не вернется ни к Йонасу, ни к своим подельникам. Чувство бесцельно прожигаемой жизни раскаленным железом проникало в каждую клеточку организма. Не хватало воздуха и мыслей, чтобы смириться с поражением и начать думать о чем-то другом. Незаметно он достиг перекрестка и затормозил на красный сигнал светофора. Линас не обратил внимания на голубую «Ауди», следовавшую за ним от самых владений криминального воротилы.

Бессмысленным взглядом молодой человек окинул городской антураж. В тридцати метрах от дороги недавно установленный билборд привлекал внимание пестрой рекламой: «Ищете работу? Любите считать? Компания „Пифагор“ приглашает всех желающих на курсы бухгалтеров. Уважение и достойная зарплата ждут вас!».

«Забавно, — мелькнуло в голове Линаса. — Когда-то родители хотели того же и от меня. Как много утекло времени…»

На светофоре зажегся зеленый сектор, и поток машин послушно двинулся вперед. Одному автомобилю почему-то внезапно захотелось изменить направление, из крайней левой полосы водитель упорно пытался пробиться к тротуару. Наконец ему это удалось. Дверь открылась, и Линас выбрался наружу. Он вернулся пешком к перекрестку и записал контактную информацию о курсах бухгалтеров.

Неподалеку от билборда располагалась скамейка. Линас в раздумье опустился на нее. Как завороженный он смотрел на цифры, светящиеся на экране мобильного устройства. Внутренний голос нашептывал ему не торопиться с принятием решения, убеждал в скоропалительности сделанных Лотусом выводов и обещал скорейшую реабилитацию отверженного.

«Не смогут они справиться без тебя, неделя-другая — и Йонас позвонит с извинениями».

Но где-то в самых отдаленных закоулках сознания Линас чувствовал, что обратно дороги нет, что само провидение подарило ему шанс свернуть с пути, ведущего в тупик, на новую, сверкающую тысячами огней магистраль.

«Ауди» притормозила в двадцати метрах от преследуемой цели. Брониус убедился, что «объект» покинул машину и выбрался наружу. Он подошел к автомобилю Линаса и хищно усмехнулся, когда дверь послушно открылась перед боевиком Йонаса Лотуса. Мужчина юркнул на заднее сиденье и затаился.

Ему не пришлось долго ждать. Спустя пять минут жертва, увлеченно болтая по телефону, расположилась на своем месте.

Девушка из рекламного агентства во всех красках описала преимущества профессии бухгалтера. Курсы открывались со следующей недели, и еще имелись вакантные места. Это вполне устраивало вставшего на путь перемен Линаса.

— Запишите мои данные, я согласен, — произнес он.

Тонкая холодная игла шприца проникла в шею молодого мужчины, не давая возможности завершить такой важный для него разговор.

Постскриптум

Нехватку денег семья ощутила вскоре после выхода отца в запас.

Большинство накоплений ушло на покупку «хрущевки», нехитрой обстановки и подержанной «Волги». Отставной прапорщик потыкался по объявлениям, но ничего лучше, чем работа охранником в отделении банка, так и не нашел. Жена устроилась продавцом в универмаг, а дочка, их единственный ребенок, пошла в восьмой класс.

Там, в Сибири, из окон трехкомнатной служебной квартиры жизнь казалась простой и понятной. Рядом находилась войсковая часть, за ее забором деловито сновали солдаты, раздавались приказы офицеров, вращали своими металлическими головами радары. Тут же находились школа, клуб, магазин. Развлечений немного, и еще меньше мест, где можно распроститься с кровно заработанными.

В большом городе все оказалось совсем иначе. Здесь, наоборот, приходилось экономить на самом необходимом, чтобы не вывалиться за отведенный лимит. Походы в музей или на футбольный матч считались проявлением роскоши. И если отец с матерью вынужденно мирились с объективной реальностью, то для начинающей взрослеть дочери бытовые неурядицы стали своеобразным указателем того, какой не должна быть жизнь. Такому мировосприятию отчасти способствовала и внешность девушки. Юля из обычного невзрачного ребенка внезапно превратилась в первую красавицу класса. Несколько учеников из ее и старших классов пытались добиться внимания новоявленной Венеры. А очаровательница, быстро осознав свое могущество, не спешила отдавать предпочтение кому-нибудь из ребят. Юля благосклонно принимала предложения сходить в кино, театр, на выставку и пресекала любые поползновения особо ретивых подростков, вступивших в пубертатный период, перевести приятельские отношения в более близкие. Отвергнутые поклонники страдали и устраивали нешуточные баталии, подозревая, что пальма первенства отдана роковой красоткой другому сопернику.

Все это забавляло Юлю и скрашивало серые будни, навсегда прописавшиеся в родительском доме. Очень скоро она в полной мере ощутила справедливость избитого афоризма «Красота — страшная сила!». Девушке исполнилось семнадцать, и сфера ее влияния незаметно распространилась за пределы школьного порога. Она стала получать знаки мужского внимания повсюду: в автобусе, на улице, в магазинах. Нередко, открывая входную дверь, для того чтобы отправиться в школу, она обнаруживала на пороге букет цветов.

Одну из квартир, располагающихся этажом ниже в подъезде, где жила Юля, снимала молодая пара. Недавно в семье родился малыш, звонкий крик которого мог проникнуть в соседние жилища в любое время суток. С его отцом, Владимиром, девушка частенько сталкивалась на подступах к дому, когда заботливый папаша спускал или, наоборот, поднимал детскую коляску. Тридцатилетний кадровый офицер, худощавый и подтянутый, с золотистыми веснушками на лице, вежливо здоровался с соседкой и отворачивался, делая вид, что все его помыслы в данный момент заняты транспортировкой средства передвижения ненаглядного Темочки. Но пронзительный взгляд заинтересованного мужчины Юля еще долго ощущала на своей спине. Желая проверить догадку, она заранее положила в карман ветровки маленькое зеркальце. Владимира она встретила прогуливающимся во дворе с мирно посапывающим в коляске отпрыском. Военный бросил короткое «привет» и медленно проследовал мимо. Девушка отошла на несколько шагов и вытащила «шпионский» инструмент. Оказывается, сосед прервал свой променад и оценивающим взглядом изучал внешние достоинства только что промелькнувшего прекрасного видения. Сердце невольно ускорило темп, что случалось с Юлей нечасто.

Как-то после школы подружка затащила ее в местное кафе. Барменша хорошо знала девушек и поэтому закрыла глаза на сделанный не по возрасту заказ — бутылку шампанского. После второго бокала Анжелка разоткровенничалась. Потянуло излить душу кому-нибудь близкому. Уже через десять минут Юля знала, что подруга встречается сразу с двумя парнями и эти отношения носят отнюдь не платонический характер. Свое поведение она объяснила тем, что любит обоих и ничего не может с этим поделать.

— Я как Риз Уизерспун в фильме «Значит, война», — заплетающимся от алкоголя языком пролепетала Анжелка. — Витек и Максим тоже друзья, один спортсмен, другой поэт, две противоположности, но оба по-своему потрясающи.

— Берегись, подруга, — предостерегла ее Юля. — Если они узнают — будет бум!

Девушка хлопнула в ладоши.

— Ничего, поживем — увидим. Ты просто не представляешь, какой это драйв! У самой-то как на любовном фронте? О тебе в школе много слухов.

— И наверняка большинство из них ложь! — возмутилась Юля.

— Не знаю, не знаю… Дружок Максима, Олег Смирнов, поведал, что у тебя с ним все тип-топ, — заговорщически зашептала одноклассница.

— О чем ты, подруга? Если о сексе, то спешу успокоить: его у меня еще ни с кем не было, — окатила холодным душем приятельница. — Пускай Олег Смирнов закроет свой поганый рот.

Анжелика выпучила глаза.

— Ты серьезно?

— Более чем.

— А в чем прикол? Неужели тебе никто не нравится? Я же точно знаю, что несколько парней кружат возле тебя, как стая голодных волков.

— Ну и что?! Я ни в кого из них не влюблена и не думаю, что из спортивного интереса мне стоит уступить чьим-то неуклюжим ухаживаниям. Кстати, охотников за сладеньким хватает и за пределами школы. Скоро по улице нельзя будет пройти.

— Заинтриговала. Кто-нибудь пристает?

— Да есть тут один крендель. В одном подъезде живем, у него семья, ребенок. Но это ему не мешает раздевать меня глазами при первом же удобном случае.

— Ну ты же не будешь связываться с женатиком? На кой черт он тебе сдался? — Анжела испытующе посмотрела на подругу.

— Успокойся, ценный приз я подарю только по большой любви. — Юля сделала паузу. — Либо…

— Либо? Давай заканчивай. — Подружку так и подмывало вскочить с места.

Безумная мысль острым буравчиком жгла в это мгновение мозг юного создания.

«Проклятое шампанское, придет же на ум такая чушь!»

— Ладно, что-то я разговорилась, — произнесла Юля вслух. — Пора домой топать, завтра реферат по истории сдавать.

Подружки обнялись на выходе и разбрелись в разные стороны.

Подпитку неожиданной для самой себя идеи она получила уже на третий день.

Большая зеленая грузовая машина заслонила почти половину улицы. Несколько солдат выносили из подъезда, в котором жила девушка, тюки, коробки, мебель и располагали вещи в необъятном «чреве» фургона. Руководил процессом Владимир. Он передавал скарб из квартиры и пояснял грузчикам, где размещать его в машине. Юля осторожно проскочила мимо открытой двери.

— Соседка, привет, — догнал ее голос молодого офицера.

Пришлось притормозить.

— Уезжаете? — участливо обратилась она к выглядывающему из прихожей мужчине.

— Да, через два дня отбываю к новому месту службы, на Дальний Восток. Семья уже сегодня отправится в путь.

— Желаю вам удачной дороги!

— Спасибо, соседка. — Владимир протянул на прощание руку и многозначительно посмотрел в глаза девушке.

Юля нехотя ответила на жест и вдруг почувствовала, как в ладонь проскользнул небольшой клочок бумаги. Она бросила быстрый взгляд на мужчину. Тот загадочно улыбнулся и вручил подошедшему солдату прикроватную тумбочку.

— Поближе к выходу, — сделал офицер пояснение подчиненному.

— Слушаюсь.

Следующий солдат приблизился к открытой двери квартиры. Юля задумчиво продолжила путь. Родители еще не вернулись с работы, и девушка, не опасаясь, что ей помешают, прочитала послание.

«Не суди строго, соседка, ничего не мог с собой поделать. Через два дня я навсегда покидаю Калининград и напоследок мечтаю выпить бокал вина с самой прекрасной девушкой, которую когда-либо встречал. Для этого мне ничего не жалко, лишь бы это желание исполнилось. Если у меня есть шанс, позвони или напиши по этому телефону».

В конце записки был указан контактный номер. Юля перечитала послание еще раз. Странно, но она не очень удивилась осторожно сделанному недвусмысленному предложению. На ум сразу пришла дерзкая возможность, которую девушка открыла для себя в недавнем разговоре с Анжелкой. На пороге взрослой жизни она предпочитала быть в команде тех, кто управляет, а не тех, кто слепо подчиняется.

«Красота — страшная сила, и за нее нужно платить», — промелькнуло в холодном мозгу.

Вечером того же дня она послала добивавшемуся ее самцу короткое сообщение. Всего две цифры — «50».

В полночь телефон тихонько пискнул. Юля на ощупь дотронулась до устройства. На горящем в темноте экране она прочитала ответ: «Я согласен».

Тот вечер в темной пустой квартире этажом ниже навсегда врезался в память. Пережить его помогли порядочное количество выпитого вина и мысль о том, как она потратит кругленькую сумму, лежащую в сумочке.

В час ночи Юля крадучись пробралась в свой дом. На кухне горел светильник. Мать беспокойно поднялась ей навстречу с табурета. Девушка на ходу бросила, что задержалась у подружки, и прошмыгнула в ванную комнату.

Оказалось, что деньги добывать совсем не сложно. Главное, чтобы ты действительно интересовала стремящегося к своей цели мужчину. Такие размышления привели выпускницу школы не к обществу штурмующих высшие учебные заведения абитуриентов, а к состоявшимся в жизни бизнесменам, политикам, артистам. Юля владела тремя языками, четыре раза в неделю посещала тренажерный зал и представляла собой лакомый кусочек для ищущих развлечений на стороне респектабельных женатых кобелей. В течение следующих пяти-шести лет она скрасила досуг не одного сластолюбца, уставшего от семейных отношений и готового выкладывать нешуточные деньги за общение с утонченной красоткой. Девушка обзавелась счетом в банке, который регулярно пополняла. Как только Юля чувствовала, что теряет власть над клиентом, она обрывала связь.

В конце концов эта гонка вымотала ее. Захотелось сменить поле деятельности. От знакомых подруг она неоднократно слышала о непростой, но прибыльной работе риелтора. Интуиция подсказывала, что это направление может стать новым этапом финансового роста. Юля мечтала о собственной квартире, ей надоело выдумывать нелепые истории для родителей, чем она занимается и как проводит время. Авуары в виде депозитов пока не позволяли превратить грезы в реальность.

Новое ремесло оказалось более увлекательным, чем это могла предположить девушка. Прежде всего, появилась возможность общаться с разными людьми на темы, далекие от заполнявшей голову единственной мысли, как ублажить очередного папика и отхватить фрик побольше. Другим немаловажным моментом стало получение массы свежей информации из различных областей: экономики, права, статистики. Только теперь Юля осознала, что совершила ошибку, закрыв глаза на идею отправиться за дипломом в вуз.

Она с легкостью окончила курсы и принялась за поиски работы. К этому времени рынок недвижимости был перегружен предлагавшими свои услуги риелторскими агентствами. Штаты фирм трещали по швам, многие проводили сокращения среди служащих. Пришлось обратиться к помощи личного блокнота, содержащего контактные сведения о бывших клиентах. На одной из страниц записной книжки девушка наткнулась на нужную информацию.

Звонок застал почтенного главу семейства плавающим в бассейне загородного особняка. Связь между любовниками оборвалась около года назад, но предприниматель хорошо помнил темноволосую бестию, опустошившую его карманы на пару тысяч баксов. Впрочем, ни малейшего сожаления по этому поводу Стас Воронов не испытывал. Звонок Юлии всколыхнул приятные воспоминания и подтолкнул мужчину пойти навстречу мимолетной знакомой в ее просьбе.

Через три дня Стас объявился. В агентстве «Город» открылась временная вакансия из-за ухода одной из сотрудниц в декретный отпуск. Юле предлагали пройти собеседование.

Прилежность и усердие на курсах риелторов сказались в ходе тестирования. Несмотря на то что девушка не имела опыта работы, чувствовалась перспективность кандидата. Конечно, немаловажную роль сыграло и ходатайство господина Воронова. В общем, руководитель агентства недолго думал и предложил Юле временное место. Та с радостью согласилась.

По прошествии года новый сотрудник стал приносить фирме пятую часть выручки. Разумеется, после таких результатов трудовой контракт с работником поменял свой статус на постоянный.

Итак, в жизни Юлии произошел крутой поворот. Счет в банке снова пришел в движение, но только вот деньги, размещаемые на нем, стали поступать совсем из другого источника.

С продавцами недвижимости и лицами, сдающими жилье внаем, девушка проявляла максимум корректности и при этом незаметно подталкивала их к принятию нужного агенту решения. Как правило, пятеро из десяти с крючка не срывались и еще двое из пяти заключали с фирмой сделку. Несколько процентов от нее причиталось расторопному работнику. Жаль, но этих процентов не хватало, чтобы осуществить давнюю мечту. Выходило забавно: Юля продавала квартиры, дома, но собственного жилья так до сих пор и не имела. Нетерпеливый характер вынуждал искать дополнительный доход.

У прошлого длинные тени. Как-то вечером ей позвонила давняя подруга. Юля не видела Анжелику около двух лет. Она знала, что бывшая одноклассница не замужем и работает проектировщицей в солидной государственной компании. Анжелка засыпала приятельницу вопросами. Когда первая волна эмоций после продолжительной разлуки пошла на спад, Юле наконец-то удалось подвинуть разговор к причине, побудившей товарку прервать длительное молчание.

— У меня к тебе необычная просьба. Я должна в субботу пойти на вечеринку. У одного моего знакомого, Михаила, день рождения. Приглашено несколько человек. Приятели Миши мне неизвестны, но он слезно умолял привести подруг, чтобы, так сказать, друзья за столом не заснули от скуки. Я позвала Свету и Полину, но последняя слегла с гриппом. Думаю, это надолго. День рождения пройдет за городом, в коттедже Михаила.

Юля решила разыграть подлинное возмущение.

— Хорошую же ты отвела мне роль! Мало того что это будет знакомство вслепую, так мне еще придется развлекать друзей именинника, когда мужики хорошенько напьются. А загородная вилла для подобного мероприятия — отличное место.

Анжелика, нисколько не смущаясь, выслушала упреки подруги.

— Ты сгущаешь краски. Ну, поддержишь компанию за столом, а потом спокойно отправишься домой. Я уже была в этом особняке, такси приедет за двадцать минут. Кроме этого, Миша заверил меня, что его приятели щедрые люди и не имеют привычки оставаться в долгу.

Червь сомнения начал свою разрушительную работу в мозгу уже отошедшей от амурных приключений молодой женщины. Она еще пыталась слабо сопротивляться:

— Навряд ли я смогу выполнить твою просьбу, все это так необычно…

— Ты уверена? — с небольшим нажимом произнесла Анжела.

Юля почувствовала скрытый подтекст в прозвучавшем вопросе.

— Что ты имеешь в виду?

— Да ничего. Имя Андрея Филатова тебе ни о чем не говорит?

Это был удар под дых. Девушка хорошо помнила одного из своих первых клиентов, связь с ним продолжалась целых полгода.

— Извини, если сболтнула лишнее. — Приятельница попыталась вернуть беседу в позитивное русло. — Ты меня очень выручишь, если согласишься.

— Договорились, — холодно ответила Юля и отключила связь.

Наступила суббота. Девушка решила не пускать в ход свои чары и поэтому оделась весьма аскетично: никаких мини-юбок, джинсы, блузка с глухим воротом, косметики самый минимум. Посмотрела в зеркало — совушка совушкой. Вот и ладно, и так сойдет. Подковырка Анжелки вывела ее из себя. Подруга чуть ли не прямым текстом дала понять, что ей хорошо известно прежнее ремесло одноклассницы. Оказалось, одно — держать все в тайне, и совсем другое — слушать жестокую правду от знакомых. Ну ничего, она постарается быть на празднике незаметной и пораньше покинуть торжество.

Блажен, кто верует. Не так-то просто играть свою роль, когда вокруг льется дорогое шампанское и играет зажигательная музыка. Да и общество подобралось довольно-таки приятное. Кроме подруги, Юля никого раньше не встречала. Пятеро мужчин и три женщины. Гостья опытным взглядом ухватила, что представители сильного пола явно не бедствуют в материальном плане. Одежда из модных бутиков, холеная лоснящаяся кожа, золотые печатки на пальцах. Речь вальяжная, но не очень интеллектуальная. Пожалуй, исключение составлял высокий парень по имени Влад. Несколько рассказанных им оригинальных анекдотов и сделанных ценных замечаний по поводу отдельных высказываний гостей убедили Юлю в непростом складе ума мужчины.

Место рядом с ним занимал полный крепыш с двойным подбородком и массивной цепочкой на шее — Филипп. Фамильярность, с которой он обращался с Владом, свидетельствовала, что мужчины близкие друзья. Юле никогда не нравились полные люди, но именно этот Филипп смог разглядеть за неприметной одеждой и почти полным отсутствием косметики подлинную красоту девушки. «Серая мышка» безошибочно распознала в блеклых глазах толстяка промелькнувший животный интерес.

По мере поглощения спиртного речи за столом становились все развязнее и непристойнее. Мужчины разговорились, и вскоре Юля уже знала, что все, за исключением Влада, имеют семьи, а этот вечер, организованный Михаилом, «яркая мимолетная вспышка в череде темных беспросветных будней». Так выразился хозяин виллы.

Филипп все чаще бросал на сидящую напротив девушку плотоядные взгляды. Внезапно Юля ощутила, что не готова вот так, по прихоти Анжелки, пусть даже за вознаграждение, забавлять растекшегося по стулу Винни Пуха. Но и устраивать сцену, если Филипп перейдет к активным действиям, она тоже не собиралась. Мало ли что старая подруга может потом выкинуть. Юля теперь важная персона, и огласка о прежних делишках ей совсем не нужна.

Для подобных ситуаций у опытной одалиски имелось надежное средство. По крайней мере, раньше оно сбоев не давало.

Как и ожидала девушка, после двухчасовых посиделок за столом компанию потянуло на развлечения. Кто-то из гостей отплясывал под подвешенным к потолку крутящимся дискоболом, другие разбрелись по трехэтажному особняку. За столом остались только Юля и Филипп. Девушка знала, что произойдет в ближайшее время, поэтому следовало поторопиться. Захмелевший мужчина все наполнял бокалы вином, которое дама незаметно выливала в стоящую рядом кружку. На какую-то долю секунды он отвлекся. Этого мгновения оказалось достаточно, чтобы в фужер кавалера попал не раз уже проверенный психотропик. После употребления снотворного человек еще десять-пятнадцать минут находится в сознании, а затем тихонько вырубается на несколько часов. И главное — момент отключки полностью стирается из памяти.

Филипп нетвердой рукой поднял бокал и, гипнотизируя компаньонку взглядом, уверенно произнес:

— За любовь! До дна!

Юля, не отводя глаз, медленно выпила содержимое сосуда.

— А не прогуляться ли нам по чертогу Михаила? На втором этаже у него большой аквариум, — предложил Филипп.

Такое развитие событий очень даже устраивало девушку. Действие препарата уже началось. Когда придет время икс, развязка должна наступить без участия других гостей.

По пути наверх Филипп два раза оступился. Он сокрушенно развел руками, как бы извиняясь за неловкую координацию. Юля забеспокоилась. Что-то пупсик слишком рано захотел бай-бай, не завалился бы он тут, в коридоре.

Лестница наконец-то закончилась, и гости очутились на площадке, на которой располагалось несколько гостевых комнат. Рисунки в готическом стиле украшали двери.

— И где рыбки? — спросила спутница.

Филипп обвел коридор мутным взглядом.

— Здесь, — мотнул он рукой в сторону одной из комнат.

Разумеется, никакого аквариума в помещении не оказалось. Обычный набор мебели для приюта постояльцев, как в отеле. Филипп пытался разыграть на своем лице удивление, но у него ничего не вышло.

— Кажется, рыбки уплыли в другое место, — невнятно промямлил лгун.

Угасающий мозг заставлял мужчину перейти к части плана, ради которого он затащил Юлю в апартаменты. Толстяк подошел к девушке и обнял ее за талию. Это было последним, что он успел сделать. Неведомая сила заставила Филиппа разжать пальцы и сделать два шага назад. В глазах заплясали веселые человечки, руки пытались нащупать только что обретенный трофей, но, не найдя его, просто ударяли друг о друга словно их владелец решил поаплодировать завершению своего сольного выступления. Грузное тело сползло на стоящую за Филиппом кровать и застыло бесформенной массой.

«Славу богу, не на пол», — промелькнуло в сознании авантюристки.

Юля присела на стул и обежала глазами отвоеванную территорию. Спектакль прошел по ее сценарию, следовало получить заработанные дивиденды и покинуть дом.

Она полностью раздела незадачливого «охотника за клубничкой», предавая сцене правдоподобность. Когда Филипп очнется, у него не должно возникнуть сомнений в провале операции. Из заднего кармана брюк девушка достала пухлый бумажник и отсчитала несколько банкнот — так сказать, плату за доставленные неудобства. Кроме этого, отсутствие части наличности убедит Филиппа, что своей цели он все-таки достиг.

За спиной послышалось тактичное покашливание. Словно сорвавшаяся с петель пружина, Юля резко обернулась. В щелку двери за ее действиями внимательно наблюдал Влад. Видимо, пока она раздевала одного, другой неслышно смог заглянуть в помещение. В руках неожиданного визитера находился мобильный телефон, кажется, он заснял самые пикантные моменты инсценировки.

Все, она попалась!

Влад с улыбкой иезуита прошел в комнату. Он прикрыл друга покрывалом и подошел к окну. Развернулся и посмотрел прямо в глаза оторопевшей мошенницы.

— А денежки-то ты не отработала…

— Я не хотела с ним спать, — дрогнувшим голосом проговорила Юля.

— Ну и не делала бы этого. Он что, насильно затащил тебя сюда? — задавал неприятные вопросы Влад.

Девушка помотала головой. Откуда другу Филиппа было знать о приманке, на которую ее поймала Анжелика, заставив прийти на этот проклятый день рождения.

— Спрошу еще об одном. Что ты подмешала ему в вино? Я все видел. Думаешь, почему я стал шпионить за вами? Такие вещи нужно делать без свидетелей, а ты даже меня не заметила.

— Это снотворное, — обреченно прошептала Юля. — Ваш друг скоро проснется.

— Очень на это надеюсь. Если нет, ты даже не представляешь, что тебя ждет. В курсе, что лежащий на кровати беспомощный увалень — майор ФСБ? Отравление — серьезное преступление…

— Не волнуйтесь, Филипп очнется и даже не вспомнит, как вырубился. — Юля была готова рвать на себе волосы. — Чем я могу искупить вину?

Влад внимательно посмотрел на нее.

— Первое — деньги на стол! — скомандовал он.

Девушка, всхлипывая, положила банкноты на прикроватную тумбочку. Следующая фраза инквизитора удивила ее.

— Расскажи о себе, и поподробнее.

Пришлось выкладывать всю подноготную. Период, когда она занималась эскортом, Юля постаралась скрыть. Влад сразу почувствовал фальшь и начал тщательно расспрашивать об этом промежутке времени. Боясь запутаться в показаниях еще больше, девушка крупными мазками описала свои похождения.

Влад довольно хмыкнул.

— Понятно, — коротко бросил он.

В комнате повисла тишина. Вершитель судьбы Юли обдумывал следующий ход.

— Сейчас езжай домой, — нарушил молчание друг Филиппа. — Скоро я выйду на тебя, скажу, что нужно делать. Заартачишься — отправишься на зону, не сомневайся. Твои махинации сфотографированы, а наш разговор записан.

В подтверждение своих слов Влад включил диктофон. Оказывается, он работал все время, с того момента как Влад вошел в комнату. Наверное, кнопку записи нажали, когда молодой человек стоял у окна спиной к пойманной с поличным плутовке.

— Выключи его, — в истерике закричала Юля.

Голос в устройстве затих.

— Ты все правильно поняла, я не шучу, — холодно произнес разоблачитель. — Финита ля комедия.

Как в замедленном показе кино, потянулись бесконечные дни. Пять, десять, пятнадцать… Телефон упрямо молчал. Юля сделалась нервной и рассеянной. Такое состояние не преминуло сказаться на работе. Раз или два она опоздала на встречу с клиентами, об одном визите на квартиру напрочь забыла, потом пришлось долго извиняться. По офису стала передвигаться как лунатик, не замечая никого вокруг. Выйдет из-за стола и отправится на смотрины очередного объекта, а стул так и останется стоять выдвинутым на добрый метр. Однажды забыла, куда положила папку с документами, а в ней находилась купчая на загородный дом. Папку нашли на столе сотрудника, который в тот момент находился в отпуске.

Прошло еще две недели, и в сознание закралась робкая надежда: а что, если Влад решил простить шарлатанку? Увы, некоторые мечты мечтами и остаются. Он подкараулил Юлю, когда девушка покидала агентство после работы. Негромкий свист из окон блестящего черного «Мерседеса» заставил ее притормозить. Влад заговорил с ней так, словно охотник и его жертва расстались только вчера. Правда, на этот раз ни агрессивности, ни официоза в голосе мужчины пленница не почувствовала. А то, что он ей предложил, и вовсе сбило Юлю с толку. Оказалось, проделки с накачанным снотворным Филиппом — невинные шалости по сравнению с подготавливаемой Владом аферой. Выходило, что девушка очутилась во власти еще большего мошенника, чем она сама.

На изложение плана ушло двадцать минут, после чего организатор объявил: назад пути нет — либо она с ним, либо… «Либо» означало крушение карьеры и, возможно, небольшой срок в местах за колючей проволокой в компании с очень неприятными людьми. Для привыкшей к легкой обеспеченной жизни искательницы приключений подобный финал был равносилен переходу на самый низший уровень человеческой иерархии.

Описанная Владом схема поражала своей простотой и одновременно гарантировала при соблюдении четких инструкций получение нешуточной прибыли. Обещанный Юле процент позволял решить проблему с жильем.

Однажды знакомый юрист посвятил стоящего на жизненном перепутье приятеля в тонкости договора аренды недвижимости с ее последующим выкупом. В процессе общения молодой человек уяснил одну важную деталь. Съемщик жилья может добросовестно исполнять условия сделки, но не дай бог ему хотя бы раз задержать очередной платеж, тогда прощайте и денежки, и сама недвижка.

Страждущая натура авантюриста желала добиться положения в обществе. Как всегда, для этого требовались финансовые вложения. У матери Влада имелась роскошная усадьба в поселке Ближнево, неподалеку от моря. Она могла сыграть роль наживки в зарождающемся гениальном плане. Другим существенным пунктом являлась личность арендатора. Далеко не каждый сойдет с дистанции, когда на горизонте замаячат ключики от комфортабельной виллы. Значит, причина устранения не должна принимать вид красной тряпки, размахиваемой перед разъяренным быком, в шкуре которого окажется незадачливый наниматель. А для этого нужно предварительно знать, кому сдавать жилье.

Владу не терпелось претворить план в жизнь. Он пришел к матери и рассказал ей небылицу о скором отъезде в Америку. Лилия Аристарховна всплеснула руками и, как и ожидал «химик», предложила ему любую посильную помощь.

Идею с арендой дома маман приняла без всяких лишних расспросов. «Любящий сын» посоветовал ей заранее интересоваться краткой биографией съемщика. Такие действия он объяснил заботой о своей ближайшей родственнице, чем растрогал Лилию Аристарховну до слез.

Через два дня Сойкина заключила с агентством «Вид» контракт для представления ее интересов с будущим нанимателем. Перед походом в фирму Влад снабдил матушку бланком анкеты, которую предстояло заполнять претендентам на поместье в Ближнево. Документ содержал около десяти вопросов, ответы на которые давали представление о личности и социальном статусе покупателя.

Спустя неделю она получила четыре заполненные анкеты. Сын попросил мать дать ему немного времени для проверки информации, указанной в опросных листах. Благослови господи Тима Бернса-Ли, создавшего Всемирную паутину! Сутки за компьютером — и по одному из клиентов потянулся заслуживающий внимания след.

Генерал авиации Герасимов числился среди лиц, подавших заявку на осмотр особняка в Ближнево. Петр Алексеевич, несмотря на еще достаточно молодой возраст, уже в третий раз был женат. Имело смысл покопаться в мотивах такой частой смены спутниц жизни. Очень скоро, после путешествия по многочисленным ссылкам и сайтам знакомых генерала в интернете, на поверхность всплыли пикантные факты. Мужчина банально изменял своим женам. Не каждая это вытерпит, отсюда и третий брак к пятидесяти двум годам.

Вот этого «летуна» Влад и порекомендовал в качестве будущего арендатора имения. Домовладелица, не раздумывая, согласилась с кандидатурой. С момента заключения договора прошло полгода, и наступал период, когда нанимателю следовало внезапно покинуть особняк. Для реализации данной части плана требовался исполнитель. Точнее, исполнительница…

Рассказчик прервался и кинул беглый взгляд на девушку. Юля почувствовала, что сейчас речь пойдет о ней.

Нельзя сказать, что предложение сидящего в машине мужчины смутило ее. Скорее оно подтвердило опасения, что «попавшая в силки птичка» имеет дело с опасным и изворотливым преступником. Такому попробуй откажи, когда над головой занесен дамоклов меч. Цифра, которую сулило удачное завершение операции, позволяла сразу заняться решением давней жилищной проблемы. Для успеха требовалось немногое — вспомнить несколько приемов женского обольщения, которые Юля часто пускала в ход, чтобы заполучить богатого клиента.

На мгновение она задумалась. Подробности, с которыми мошенник подошел к разработке плана, убеждали, что дело должно выгореть.

— Я согласна, — прозвучал тихий голос.

Влад удовлетворенно кивнул.

Дебют прошел на ура. Девушке не составило большого труда вызвать интерес со стороны мужчины, проезжающего мимо «наштукатуренной», одетой в мини-юбку красотки, призывно помахивающей изящной ручкой. Дальше события начали развиваться под влиянием запылавшего страстью офицера. Юле оставалось только поддерживать разговор и предложить генералу подняться, когда машина подъехала к подъезду дома, в котором у Влада была заранее снята квартира.

Герасимов с радостью согласился. Гость хорошенько накачался спиртным, отчего его лицо стало похожим на перезревшую вишню. Юлю так и подмывало всыпать ему в стакан спасительный порошок, чтобы похотливый донжуан оставил ее в покое. Влад предвидел такой вариант и сразу предупредил: никакого снотворного, все должно пройти естественно. Цель этого вечера — получить компрометирующие бабника перед его женой фотографии.

Пришлось играть роль до конца. Бравый вояка «покорил» очередную «крепость», а Юле «отпустили грехи» за содеянное с майором спецслужб. Но самое приятное ждало ее впереди. По всей видимости, Влад не ошибся в выбранной им стратегии. Через месяц организатор вручил девушке пухлый пакет. Она раскрыла его и ахнула — стопка новых пятитысячных купюр выглядывала из бумажного свертка.

— Твоя доля, — сухо прокомментировал Влад. — Дальше работаем?

— Дальше? Что ты имеешь в виду?

— А то, что особнячок-то снова готов к сдаче, надо искать нового клиента. Предлагаю тебе партнерство — двадцать процентов от выручки. Это большие деньги.

В голове девушки помутилось, а сердце бешено застучало. Удачно провернутая в отношении летчика афера заставляла поверить в безупречность разработанной Владом схемы.

— Согласна, — решительно произнесла Юля.

— Тогда первое, что мы сделаем, переведем сопровождение сделки с имением из агентства «Вид» в вашу контору, — выдал заранее уже спланированный шаг сын Сойкиной. — Чтобы мы смогли лучше контролировать арендатора.

Следующей «дойной коровой» стал топ-менеджер крупной торговой компании «Прометей». Сергей Громов потерял во время отдыха в экзотических странах девушку, но надежду отыскать ее не оставил. Владу данная ситуация показалась перспективной. К такому выводу он пришел после одного из сеансов медитации, которой злоумышленник регулярно предавался.

— Как ты думаешь, поедет бойфренд за своей девушкой на Соломоновы острова, если доверенное лицо сообщит ему, что «потеряшку» обнаружили? — задал махинатор Юле каверзный вопрос.

— Если любит, поедет, — недолго раздумывая, высказала девушка свое мнение.

— И я думаю, что поедет. А места там глухие, много необитаемых островов. Можно добраться до места назначения, а назад вернуться ой как нескоро.

— Гениально, — только и смогла вымолвить соучастница.

Влад самодовольно улыбнулся.

— Фамилия спасателя, который передает Громову отчеты о поисковых работах, — Дюсов. Надо заполучить его номер телефона и, если получится, слепки от ключей квартиры менеджера. Мы должны знать о планах клиента и его перемещениях. Подсадим «жучков» ему в дом.

Удача сопутствовала криминальному тандему. День, когда состоялся показ особняка Громову, выдался жарким. Мужчина оставил свой плащ в машине, в котором находились телефон и ключ от городской квартиры. Пока будущий арендатор с племянницей Лилии Аристарховны осматривали имение, Юля незаметно вернулась к автомобилю бизнесмена и обследовала салон и внутреннее содержимое плаща. Она записала номер телефона Дюсова. Отыскать его среди других звонков не составило никакого труда, ведь Громов, перед тем как отправиться на рандеву с домовладелицей, имел краткий разговор со спасателем. Затем Юля извлекла из ридикюля прямоугольную коробочку со специальным составом, приготовленным Владом, и погрузила ключ в плотный бледно-коричневый раствор. На поверхности вещества отпечатался четкий контур отпирающего устройства. Девушка аккуратно вытерла ключ салфеткой и вместе с телефоном положила вещи на прежнее место.

Видимо, недавно приобретенная рассеянность сыграла с ней злую шутку. На обратной дороге в город чей-то звонок настиг клиента и риелтора. Громов попросил Юлю передать с заднего сиденья плащ. Мобильник выскользнул из одежды, как только она потянула плащ к себе. Чертова невнимательность, нужно было класть телефон поглубже! К счастью, менеджер не придал этому значения. Только что заключенная сделка с Сойкиной заслонила все остальные мысли арендатора.

Итак, первая часть плана прошла практически без проколов. Теперь девушке предстояло посетить опустевшее жилище Громова и установить прослушку. Влад снабдил ее ценными указаниями, и вскоре три маленьких «жучка» — на кухне и в комнатах — стали незримыми наблюдателями за хозяином покинутой квартиры. Вдруг ему что-нибудь понадобится здесь? Назначит встречу или просто останется ночевать после работы в офисе. Мало ли что. Так рассуждал Влад.

Перед уходом из квартиры Юля из чисто женского любопытства осмотрела содержимое остатков мебели, сиротливо выглядывающей из углов помещений. В одном из ящиков она обнаружила альбом с фотографиями. Под ним лежала папка с документами. Девушка подхватила интересные предметы и удобно устроилась за кухонным столом.

На многих снимках Сергей Громов красовался с длинноногой блондинкой. Пара выглядела счастливой. Дата на обороте одной из фотографий указывала, что кадр сделали полтора года назад.

«Не пропавшая ли это подруга нового арендатора? Кажется, ее имя Инга».

Юля невольно залюбовалась зеленоглазой русалкой, нежно прижавшейся к сильному плечу кавалера. Что-то наподобие легкой зависти неприятно кольнуло в сердце. Девушка захлопнула альбом и стала рассматривать содержимое папки с документами. В ней оказались купчая на квартиру, кредитный договор и куча разных бумажек, связанных с этими сделками.

Маленькие часы на левой руке показывали три часа дня. Юля подзадержалась в апартаментах Громова, ее ждали на другом конце города. Она поднялась со стула и, к своему ужасу, обнаружила, что не помнит, откуда взяла альбом и папку. Такое с ней случалось уже не раз. Пришлось рассовывать вещи в первые попавшиеся ящики.

«Громов и думать перестал, что у него где находится», — успокаивала себя девушка.

Она осторожно выскользнула из квартиры и помчалась на встречу. По пути Юля послала Владу эсэмэску об успешном выполнении задания.

Прошло несколько недель. Однажды Громов позвонил Юле и сообщил о своем намерении продать квартиру. Слава богу, что он вспомнил именно об агентстве «Город», а не обратился в другую фирму! Все-таки молодец Влад, его идея «перекинуть» документы по имению с «Вида» в контору Юли оказалась очень даже здравой. Ведь прослушку в квартире могли обнаружить, начались бы ненужные вопросы.

Риелтор пообещала Громову быстро реализовать жилье и тут же принялась названивать Владу. Сообщник в это время предавался медитации, ответил хмуро и сказал, что перезвонит. Через час он вышел на связь с инструкциями. Юле отводилась важная и опасная роль. В ночь, когда клиент останется на ночлег в квартире, требовалось пробраться туда и установить на телефон Громова микромаяк. Для контроля за перемещениями «дичи». Другой возможности это сделать великий махинатор не видел. Заодно, разумеется, и «жучки» убрать.

Ничего себе заданьице. Очень хотелось раствориться во мраке и предоставить Владу самому выступить в амплуа ночного гостя. Но крепкие щупальца алчности крепко держали в своих объятьях ставшую на скользкий путь авантюристку. Недавно сбылась давняя мечта Юли — она все-таки смогла стать хозяйкой собственной жилплощади. Пришлось взять небольшой кредит, но это мелочи, три четверти нужной суммы девушка оплатила с личного банковского счета. Теперь в пустую квартиру требовалась обстановка. Мысль о большой кровати, плазменном телике и спортивных тренажерах заставила Юлю побороть страх и уверить партнера, что и этот барьер невесть какое препятствие.

Глубокой ночью она прокралась к Громову в дом. По довольно сильному храпу ловкачка сориентировалась, где находится хозяин. Без всяких проблем сняла прослушку на кухне и в свободной комнате. Теперь оставалась самая сложная часть поручения — добраться до телефона клиента и удалить последний «жучок».

Слайдер менеджера лежал на полу возле надувного матраса-кровати. Незваная гостья осторожно взяла мобильник и прошла на кухню. Сняла с устройства заднюю панель и вставила в не занятую второй сим-картой нишу тонкую пластину. Окей. Юля вернулась в комнату и положила телефон на прежнее место. Затем подошла к окну. Она ступала неслышно, и все же Громов уловил легкое движение воздуха. Мужчина пошевелился. Он продолжал спать, но чуткий сон мог в любую секунду прерваться. По всей видимости, владельца квартиры посетило ночное видение, и, кажется, оно касалось пропавшей возлюбленной. Губы дремлющего два раза прошептали имя «Инга». Юля спряталась за занавеску и застыла. Левая рука нащупала «жучок» и открепила устройство от подоконника.

— Кто здесь? — послышался сквозь сон невнятный голос Громова.

Голова молодого человека мотнулась из стороны в сторону. Мошенница оставила свое укрытие и на цыпочках выбежала из комнаты. Тихонько стукнула дверь, и плутовка растворилась в ночной мгле.

Наступил период затишья. Клиент обустроился в Ближнево, регулярно вносил матери Влада плату за дом и даже не догадывался, какие над ним сгущаются тучи. С каждым месяцем размер джек-пота, который намеревались сорвать преступники, становился все внушительнее.

Сигнал для завершающей стадии операции подал сам арендатор. Громов объявил в интернете о скором прекращении поисков Инги. Теперь следовало поторопиться, иначе «рыба» могла сорваться с приготовленного для нее крючка.

У Влада давно уже была собрана информация о месте дислокации Дюсова. Спасательная команда снимала несколько бунгало на берегу океана неподалеку от Хониары. Настало время познакомиться поближе с человеком, снабжающим Громова отчетами о поисках пропавшей девушки. Успех акции зависел от того, смогут ли сообщники заполучить телефон спасателя. На этот счет у организатора имелись в арсенале две-три «домашние заготовки». Видимо, сам лукавый ворожил злоумышленникам — удачной оказалась первая же попытка.

Евгений Дюсов предпочитал проводить свободное время в местной ночной коробке[1], где находился танцпол и подавали роскошное виски. Он знал, что в ближайшем будущем начнутся перебои с работой, поскольку один из основных клиентов уведомил команду о разрыве контракта. Ну что же, перед последним выходом в море ему хотелось как следует надраться и подцепить хорошенькую девчонку. Благо в кабаке водились «курочки» самых разных мастей. Тут тебе и изящные европейки, и горячие мулатки, и томные аборигенки.

Моряк окинул танцующую публику цепким взглядом. Многих девушек спасатель уже встречал в заведении, но сегодня к ним добавились и несколько новеньких посетительниц. Одна стройная рыжеволосая плясунья с внешностью известной киноактрисы распространяла вокруг себя невидимые для окружающих флюиды. В конце ритмичного танца она резко остановилась и на секунду замерла в грациозной позе. Большие глаза танцовщицы послали сигнал «SOS» застывшему с бокалом спиртного одинокому мужчине.

Зал наполнился медленной музыкой. Евгений отхлебнул из стаканчика «для храбрости» и решительно направился к притягивающей взоры мужчин чаровнице. На долю секунды он опередил устремившегося к Терпсихоре с аналогичным намерением высокого накачанного меланезийца. Девушка приняла приглашение Дюсова, и парочка плавно закружила под звуки песни Брайана Адамса. Запах дорогих духов, исходивший от пленительной незнакомки, приятно щекотал нос и горячил воображение кавалера. Евгений ловил себя на мысли, что сегодня фортуна явно благоволила ему — повстречать такую красотку!

В ходе танца он выяснил, что девушку зовут Дженнифер, на Соломоновы острова она прилетела из Орегона вместе с подругами весело провести время. И, с ее слов, начался отдых многообещающе. Когда музыка стихла, Евгений пригласил Дженнифер за свой столик. Девушка изучающе посмотрела в глаза мужчины и после недолгого раздумья кивнула головой.

Сидящий неподалеку Влад наслаждался мастерской игрой сообщницы. Кто бы мог подумать, что случайное знакомство на вечеринке у друга подарит ему столь талантливую исполнительницу. Спасти Дюсова в эту минуту от плетущейся вокруг него паутины было под силу разве что землетрясению или цунами, вздумай стихии внезапно нагрянуть на земли святого Соломона.

Злодей подозвал официанта, чтобы заказать еще бокал мартини. Никто в зале и не подумал бы, что тем самым Влад подает сигнал другому своему подельнику.

Александра, мощного меланезийца, способного гнуть руками подковы, он нанял для завершения операции на архипелаге. Громов — далеко не слабак, и самая опасная часть плана требовала дополнительных гарантий. Кто знает, как все пройдет на острове, куда Влад должен заманить размечтавшегося влюбленного. А в данный момент Александру отводилась небольшая роль — отвлечь клиента, воловьими глазами взирающего на объект своего вожделения.

Абориген пружинистой походкой подошел к столику Дюсова и на чистом английском языке пригласил псевдо-Дженнифер на быстрый танец. Как и ожидал стратег, спасателю эта идея не показалась удачной, он постарался «отшить» назойливого туземца. Произошла словесная перепалка, во время которой Юля без особых проблем смогла подсыпать «волшебный порошок» в стакан разгоряченного спором поклонника.

Александр внезапно прекратил пикировку и оставил пару в покое. Евгений удовлетворенно вздохнул и одним глотком опустошил содержимое фужера.

Дальше события вечера начали развиваться по сценарию, очень похожему на спектакль, разыгранный с генералом Герасимовым. Только на этот раз Юле предстояло развлекать клиента на протяжении двух-трех дней — пока Влад с меланезийцем не завлекут Громова в укромное место. И первое, что требовалось, — добраться до телефона Дюсова и сделать судьбоносный звонок арендатору дома в Ближнево.

Как только Евгений отключился, девушка переписала на заранее приготовленную симку адресную книгу спасателя и произвела замену электронных карт. Мало ли какие звонки поступят на мобильник члена поисковой команды и с кем он сам захочет пообщаться в ближайшие дни.

Осторожный скребок в дверь бунгало известил о приходе Влада. Юля впустила сообщника и передала ему трофейную симку.

Разговор с Громовым состоялся в ванной комнате домика Дюсова под звуки завывающего вентилятора и падающей из крана воды. Наверное, Влад перед звонком долго тренировался — все выглядело очень убедительно. Положительный результат не заставил себя ждать — Громов «клюнул» на приманку.

Компаньон чмокнул на прощание девушку в щеку и пообещал поскорее управиться с делом. Юля закрыла за ним дверь.

Два следующих дня пролетели незаметно. Утром Евгений очнулся, рядом мирно посапывала обнаженная Дженнифер, да и сам он лежал в чем мать родила. Спасатель попытался вспомнить подробности прошедшей ночи, но память дала сбой. Впрочем, интимная обстановка говорила сама за себя. Вид голого тела американки пробудил в мужчине острое желание. Он провел рукой по плечу девушки и почувствовал легкий ответный толчок. Дженнифер явно была не против продолжить приятное знакомство. Она сонно потянулась и легла на бок, подложив голову на руку. На веках и бровях сохранились остатки косметики, но они ничуть не портили соблазнительного лица ночной гостьи. Дженнифер коснулась указательным пальцем лба мужчины, слегка надавив на него, и подмигнула любовнику. Итак, зарождающийся за окном день сулил новые незабываемые ощущения, и Евгений не собирался уступить из них хотя бы крупицу…

Утром третьих суток телефон подал сигнал. Юля взглянула на экран. Наконец Влад дал о себе знать. В коротком сообщении содержалось указание выйти из бунгало.

Евгений готовил на кухне завтрак, и девушка смогла незаметно выскользнуть, прихватив мобильник спасателя. Сообщник поджидал ее за углом домика. По напряженному и усталому взгляду Юля поняла, что операция прошла удачно. Влад вручил ей симку из телефона Дюсова.

— Постарайся поскорее закончить тут дела.

Она кивнула головой и вернулась в бунгало. В ванной комнате Юля удалила из слайдера временную карточку и установила в устройство прежнюю симку. Самая неприятная часть авантюры благополучно завершилась, теперь ничто не удерживало мошенницу вблизи отыгравшего свою роль члена спасательной команды.

— Дженнифер, кушать, — раздался из гостиной голос Дюсова.

Она уговорила себя провести еще полчаса в компании человека, которого уже мечтала стереть из памяти. За трапезой Юля обмолвилась, что ее подружки обыскались «потеряшку». Евгений попросил на прощание номер телефона, и девушка продиктовала ему первые придуманные наугад цифры. Любовники неловко поцеловались, и мнимая Дженнифер навсегда исчезла из жизни одинокого матроса.

В предвкушении получения гонорара потянулись бесконечные дни. Юля по-прежнему ходила на работу в агентство и все ждала того самого единственного звонка, после которого предметы обстановки в новую квартиру из списка на бумаге обретут свои физические очертания. Но сообщение, которого она так долго ждала, принесло совсем другие результаты. Гениальная афера Влада потерпела полное фиаско. У девушки даже не возникло сомнений в искренности слов подельника, насколько трагичным и безжизненным голосом поведал он ей весть. Друг Громова сумел распутать дьявольский клубок, в его руках находились фотографии, на которых Юля развлекала лихого летчика. Если делу дадут ход, то и «великий стратег», и она сама окажутся в руках правосудия. Влад скомканно попрощался и пообещал выйти на нее, как только проблемы улягутся. Прошло пять месяцев, но сообщник так и не объявился. История с домом в Ближнево стала потихоньку выветриваться из головы.

Заканчивался год. Последнюю неделю декабря каждый день шел сильный снег. Обочины улиц превратились в неприступные бастионы. Коммунальные службы города работали сутки напролет, но не успевали за сумасшедшим ритмом валящихся с небес белых масс. Люди гуськом передвигались по краю тротуаров.

Агентство недвижимости «Город» располагалось на примыкавшей к Московскому проспекту тихой и респектабельной улице Коперника. Многие заказчики мечтали уладить свои жилищные вопросы к концу уходящего года, поэтому в офисе с раннего утра до наступления сумерек стоял несмолкающий ор. Риелторы сбились с ног, показывая выставленные на продажу квартиры, дома и коммерческие объекты. Захватившее мегаполис ненастье добавляло им работы. В один из таких дней руководитель фирмы направил Юлю со срочным заданием на проспект Победы. Автомобиль девушки находился в ремонте, и сотрудница агентства уже предвкушала «прелести» предстоящей дороги в общественном транспорте.

Стукнула дверь, и риелтор отправилась в путь. Был полдень, но из-за заполонивших горизонт крупных хлопьев снега создавалось впечатление, что на город опустился вечер. Девушка медленно побрела вдоль тротуара. Она не заметила, как от края обочины отъехала машина и последовала за ней.

— Подвезти? — раздался совсем рядом знакомый голос.

Юля вздрогнула и повернула голову. Из окна «Мерседеса» на нее смотрели спокойные и внимательные глаза Влада.

— Не ожидала тебя больше увидеть, — нетвердо произнесла путница.

— Знаю, но за мной должок, помнишь? — Влад буравил взглядом лицо сообщницы.

— Такое трудно забыть, — выдавила из себя Юля.

— Вот первая часть. — Влад протянул ей небольшой сверток. — Остальные позже, есть дело.

Окончание фразы неприятным шлейфом повисло в воздухе. Не осознавая, что делает, девушка развернула пакет. Стопка купюр разного достоинства составляла его содержимое.

— Садись в машину, на улице морозно, — пригласил искуситель.

Голос Влада звучал уверенно, в нем не осталось и капли растерянности со времени их последнего разговора. Юля испытующе посмотрела прямо в глаза человека, круто изменившего ее жизнь. В них она прочитала холодный расчет и бесконечное стремление к намеченной цели. Именно эти качества заставили ее когда-то поверить в призрачный успех.

Черный «Мерседес» отъехал от бордюра и вскоре растворился в морозной пелене, оставляя за собой пустые тротуары улицы Коперника.

[1] Ночная коробка — ночной клуб.