Оглавление

ПРЕДИСЛОВИЕ

Стены старой тюрьмы видывали многое: и неудачливых воришек, которых поймали за руку, и матерых нераскаявшихся убийц, и вассалов, бунтовавших против сеньоров, и невинно осужденных и оговоренных своими недругами. Тюрьма служила последним прибежищем тем несчастным, которые сюда попадали, ибо для многих арестантов из неё был только один выход — в камеру, которую в народе прозвали «Ночлежка висельников», так как в ней осужденный проводил свою последнюю ночь — ночь перед казнью.

Пасмурным вечером 17 сентября 1203 года из тюрьмы вывели троих осужденных, чтобы отвезти их в «Ночлежку». Самому младшему из них было лет семнадцать. Худенький паренек, с черными нечесаными волосами, одетый в штаны и когда-то белую рубашку, дрожал от страха. Охранникам приходилось поддерживать его, чтобы он не потерял сознание. Вторым осужденным был низенький толстячок неопределенного возраста. Глядя на его добродушное лицо, нельзя было подумать, что на его совести огромное количество разбоев и несколько убийств. По нему было видно, что он покорился судьбе. Третьим осужденным был мужчина лет пятидесяти — высокий, с прямой спиной и гордым взглядом. У всех узников были связаны сзади руки. Стражники помогли им взобраться на тележку и повезли по узким улочкам города в их последнее прибежище.

В «Ночлежке» их поместили в большую просторную камеру. В ней было четыре лежака, а в центре — деревянный стол и четыре стула. На столе для осужденных приготовлена последняя трапеза. Самый юный из них отрешенно сел на кровать и горько заплакал.

— Я не хочу умирать, я не хочу умирать, — повторял он. Толстяк сел рядом с ним и обнял.

— Успокойся. Все мы когда-нибудь умрем. Тебя как зовут? За что тебя приговорили?

— Джо… Джо… Джон, — всхлипывая, сказал юноша. — Ограбил лавку и меня поймали.

— А меня Рори. Я долго разбойничал, грабил, даже убивал. Я всегда знал, что мой конец здесь. А… — он повернулся к третьему заключенному, который сидел на кровати с невозмутимым видом, и всмотрелся в него — высокий, широкоплечий, с гордым взглядом. Он явно не простолюдин, — вы?

— Я? — как будто очнувшись от сна спросил он.

— Да. Как вас зовут? За что вы здесь?

Узник внимательно посмотрел на Рори и перевел взгляд на Джона, который пытался успокоиться.

— Почему бы и нет, — пробормотал он и улыбнулся своим товарищам по камере. — Я здесь, чтобы ответить за свои преступления. Как меня зовут? Сейчас все меня зовут сэр Ричард.

— Ого, — присвистнул Рори. — Я слышал, что сэра Ричарда, то есть, вас поймали, но не думал, что это правда. О вас слагают легенды. Никто не знает кто вы и откуда, — он с любопытством посмотрел на того, кто назвался сэром Ричардом.

— Хотите услышать мою историю? — усмехнулся узник.

— Почему нет. Ночь у нас длинная. Не думаю, что кто-то из нас заснет. Ваша история умрет вместе с нами. Вот подкрепимся и послушаем вас. Если вы не против, сэр.

— Моя история длинная, — сказал сэр Ричард. — Было бы не плохо еще раз прожить свою жизнь и понять, как случилось, что я оказался здесь.

Рори набрал еду в миски и раздал узникам, не обделив и себя. Удобно расположившись на своей кровати, он приготовился слушать рассказ.

— Мое настоящее имя Эмиль де Брезе. Я родился в Бургундии в 1155 году. Мой отец, Шарль, — бедный дворянин, владелец старого небольшого замка, который местами начал разрушаться, нескольких деревень и двух виноградников. Я был вторым и самым младшим в семье — мой брат Луи старше меня на три года. Моя мать умерла, когда мне исполнилось пять. С тех пор отец больше не женился. Я очень любил отца, помогал ему во всем. Несмотря на вечную нехватку денег, у меня было счастливое детство. С чего же мне начать рассказ о своей жизни? Пожалуй, с момента, когда отец отправил меня в Бон, ко двору герцога Бургундии Гуго. Я вам расскажу не только то, что пережил я и видел своими глазами, но и то, что довелось пережить некоторым из моих друзей и недругов, и о чем они мне поведали. А так как их здесь нет, то мой рассказ будет выглядеть, как модный рыцарский роман…

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

I

Лето 1169 года только-только вошло в свои права и Шарль де Брезе, скрепя сердце, решил отправить своего младшего сына Эмиля ко двору герцога Бургундского. Шарль был бедным дворянином, и Эмиль помогал ему управлять его небольшим поместьем. Старшего сына Луи еще в восьмилетнем возрасте Шарль отправил ко двору, где тот сначала был пажом, а потом стал оруженосцем. Младшего же ему хотелось подольше держать возле себя, но Эмилю недавно исполнилось четырнадцать лет, он умел хорошо ездить верхом, сносно фехтовал и владел копьем, все же этого было недостаточно, чтобы быть посвященным в рыцари. Нужны учителя, лучшие учителя, и такие были только при дворе герцога Гуго.

Был ясный солнечный день. Рано утром Шарль провожал сына в далекий путь. Сопровождать Эмиля поручили старому слуге Мэтью. Отец и сын обнялись, при этом уронив скупую слезу, и Эмиль вскочил на лошадку.

— Да хранит тебя Господь, — сказал Шарль на прощание. Он хотел прибавить еще что-нибудь, но от волнения не смог проронить ни слова.

— Прощай, отец. Даст Бог, скоро приеду погостить, — Эмиль махнул отцу на прощание рукой и пришпорил коня. Мэтью поехал вслед за хозяином.

Всадники ехали медленно, часто останавливались, чтобы отдохнуть, вернее, чтобы дать отдохнуть лошадям. Со стороны они представляли собой такое жалкое зрелище, что на них даже не позарились разбойники. А их в то время в лесах было не мало. Эмиль ехал и мечтал о крепкой породистой лошади. Он бы пришпорил её и мчал, мчал, мчал, и только ветер свистел в ушах. Но его старенькая лошадка еле-еле бежала рысью. Он любил её и жалел.

Спустя несколько дней, путники увидели стены города. Сердце юноши забилось сильнее: впервые он задумался о новой жизни. Успокаивало то, что он будет не один — старший брат Луи воспитывался при дворе герцога с восьми лет. Как наследнику имения, отец придавал большое значение его воспитанию. Луи уже исполнилось семнадцать, и скоро его должны посвятить в рыцари. Эмиль с братом никогда не были особенно близки, может, потому что виделись крайне редко. И сейчас ему представился шанс вернуть братскую дружбу.

К городским воротам Бона путники прибыли в обед. По подъемному мосту, Эмиль и Мэтью въехали в город. По узким улицам туда-сюда сновали люди, торговцы из своих палаток зазывали покупателей, из харчевен доносился запах жареного мяса и щекотал ноздри голодных путников.

Спросив дорогу, Эмиль и Мэтью поспешили к герцогскому замку.

Небось, там нас покормят, — подумал Эмиль. Миновав церковь, они подъехали к воротам замка. Вход охраняли два скучающих стражника. Набравшись смелости, Эмиль спешился и подошел к одному из них.

— Добрый день, господин. Я прибыл ко двору на воспитание.

— Проходите, — кивнул стражник.

Эмиль обрадовался, что ему удалось так легко добиться первой цели. Он вскочил на свою лошадку и, вместе с Мэтью, въехали во двор. Подъехав к парадному крыльцу, Эмиль и Мэтью спешились.

— Господин, я постерегу лошадей, а вы пойдите и оглянитесь что там и как, — предложил старый слуга. Юноше не хотелось идти одному, но не бросать же лошадей без присмотра. Его выручил юный паж.

— Позвольте позаботиться о ваших лошадях. Не беспокойтесь — я отведу их на конюшни. Они находятся вон там, — и мальчик показал куда-то вдаль. — Вы только сообщите мне свое имя.

— Хорошо, спасибо, — Эмиль посчитал, что найти герцогские конюшни будет не сложно. — Меня зовут Эмиль де Брезе.

Войдя в герцогский замок, Эмиль растерялся: вокруг сновало туда-сюда столько людей, и все красиво одеты. Он стал возле стены и не знал куда идти. Мэтью топтался рядом, держа в руках их скромные пожитки. Так они стояли долго. Эмиль был слишком робким, чтобы обратиться к кому-либо. К ним подошел еще один паж. Он брезгливо посмотрел на путников.

— Что вы ищите? Комнаты для прислуги не здесь.

Эмиль почувствовал, что краснеет. Впрочем, он действительно выглядел не лучше, чем прислуга: одежда была старая и поношенная, от долгой дороги его светлые волосы спутались и покрылись пылью. И только меч, висевший на поясе, выдавал дворянское происхождение. Посмотрев прямо на заносчивого пажа, он набрался смелости.

— Я не слуга. Я — Эмиль де Брезе и прибыл на воспитание по приглашению его светлости Гуго.

— А, — усмехнулся паж, — вам, наверное, к господину де Демье. Ну пойдемте, я вас проведу.

Паж повел их длинными мрачными коридорами замка. Эмилю казалось, что он шел по лабиринту. Как можно запомнить дорогу в этом замке? Мэтью еле поспевал за ними, и Эмиль попросил пажа идти медленнее.

— Мы уже пришли, — сказал мальчик и толкнул большую дверь. — Входите.

Эмиль робко вошел и оказался в большом зале. Там было несколько юношей его возраста. Они фехтовали. Между ними ходил мужчина с розгой в руке и внимательно наблюдал за их действиями. На вновь прибывшего никто не обращал внимания, и он с любопытством смотрел на сражающихся. Видя чью-то небрежность, воспитатель ударил юношу розгой по руке.

— Гастон, разве так держат меч?

Юноша не ответил. Он прикусил губу и с еще большим пылом продолжил фехтовать. Паж, который стоял рядом с Эмилем, засмеялся. Воспитатель резко обернулся.

— Это кому тут смешно? Вам, Пьер? Давно пора господину де Луме заняться вашим воспитанием. А вы кто? — воспитатель посмотрел на Эмиля.

— Эмиль де Брезе, господин, — робко сказал юноша и поклонился. — Прибыл ко двору на воспитание. У меня есть письмо, вот, — он вынул свиток — письмо, которое дал ему отец и приглашение герцога.

— На воспитание? — усмехнулся воспитатель. — Подойдите ко мне. Пьер, вы можете быть свободны.

Паж убежал, а Эмиль твердой, как ему казалось, поступью подошел к суровому воспитателю и протянул ему свиток. Поджав губы, учитель посмотрел на него с верху вниз, потом взял письмо и начал читать. Тем временем Эмиль осмелился взглянуть на него: высокий, широкоплечий, лет тридцати, красивой наружности. Черные, как смоль, волосы, волнами падали назад, а серые глаза были холодны, как лед.

Пока воспитатель читал, остальные оруженосцы прекратили свое занятие и смотрели на Эмиля. Ему стало не по себе.

— Эмиль де Брезе? Луи де Брезе ваш брат? — спросил воспитатель с насмешкой в голосе.

— Да, господин. Это мой старший брат, — смущенно ответил юноша.

— Что ж, надеюсь, вы окажетесь не таким ленивым и трусливым, как он. Меня зовут Жуль де Демье. С этого дня вы поступаете в мое распоряжение, — сказал воспитатель, и Эмиль почувствовал себя зажатым в невидимые тиски. Больше всего в эту минуту ему хотелось убежать. А господин де Демье посмотрел на воспитанников и его взгляд задержался на одном из юношей. — Робер, подойдите.

Вперед вышел юноша, светловолосый с глазами цвета меда. Он был чуть выше Эмиля. Юноша поклонился.

— Да, господин учитель.

— Проведите Эмиля де Брезе в комнату. Кажется, возле вас есть свободная кровать. Пусть ему выдадут одежду.

— Да, господин учитель, — еще раз поклонился ему Робер и посмотрел на Эмиля. — Идемте.

— Почему остановились? Сражайтесь! — крикнул на оруженосцев воспитатель. Те вернулись к своему занятию.

Эмиль и Робер вышли в коридор, где, прислонившись к стенке, Мэтью ждал своего господина. Робер кивнул в его сторону.

— Ваш слуга?

— Мой.

— Идемте, — опять сказал Робер и пошел по длинному коридору, а Эмиль и Мэтью, усталые, послушно поплелись вслед за ним. Робер привел их в большую комнату, где вдоль стен стояло около шести кроватей.

— Эта свободна, можете занять её, — Робер показал на кровать у холодной стены. — А моя кровать рядом с вашей, — он плюхнулся на свою.

Эмиль подошел к своей кровати, Мэтью последовал за ним и положил на пол котомку.

— Господин, я могу идти? — спросил слуга усталым голосом. — Мне еще ночлег искать.

— Да, иди. У тебя есть деньги? Я могу тебе дать.

— Спасибо, господин. У меня есть немного. А поди знай, когда ваш отец сможет вам выслать деньги.

— Тогда иди, — кивнул Эмиль, но его выдержки не хватило, и он тепло обнял старого слугу. — Прощай, Мэтью.

— Полно, господин, вы же приедете домой.

— Конечно, приеду.

— Постойте, — вдруг сказал Робер и поднялся с кровати. — Пойдемте со мной, вас покормят и предоставят ночлег. Наверняка, у вас не густо с деньгами.

— Не густо, — согласился Эмиль, и почувствовал, что краснеет. Первый раз в жизни ему стало стыдно за свою бедность. И тогда он поклялся. Поклялся, что сделает все возможное, чтобы разбогатеть и обеспечить своему отцу достойное существование. В глубине души, он сомневался, что это сделает Луи.

— Тогда пошли со мной. Да и вы, Эмиль, наверняка голодны.

Опять они пошли длинными коридорами замка. Эмиль удивлялся, как Робер ориентировался в нем. Ему казалось, что если он пойдет один, то заблудится. Эмиль сказал об этом Роберу, но тот только посмеялся с его страхов.

— Привыкните. Я тоже долго привыкал. Правда, я приехал сюда, когда мне было восемь лет. Почему вы приехали только сейчас?

— Я помогал отцу в поместье. Луи отослали сюда, когда ему было восемь. Скоро он станет рыцарем и вернется. Я — младший сын.

— Я тоже не наследник. У меня есть два старших брата. Так что титул графа достанется не мне, — вздохнул он. — Робер де Клермон.

— Эмиль де Брезе.

— Вот мы и пришли, — сказал Робер и толкнул какую-то дверь. Они оказались на кухне. В ноздри ударил соблазнительный запах жареного мяса, и только сейчас Эмиль понял, что голоден. Повара не обращали на них никакого внимания.

— Шарль! — громко позвал кого-то Робер, и на его зов пришел низенький и толстенький мужчина. Увидев Робера, его рот растянулся до ушей в улыбке. Он почтительно поклонился.

— Господин Робер! Как я рад вас видеть. Чем могу служить?

— Вот, их нужно накормить, — он показал на Эмиля и Мэтью. — Это Эмиль де Брезе и его слуга. Эмиль будет воспитываться вместе со мной.

— Рад вам служить, — поклонился ему Шарль.

— И организуй ночлег для слуги. Я знаю, ты это можешь, — и из руки Робера в руку Шарля перекочевала монета.

— Не беспокойтесь, господин. Все будет сделано.

— Отлично, — улыбнулся Робер. — Тогда я пошел. Буду в комнате.

— А…, — Эмиль хотел сказать, что потеряется в замке, но Робер уже вышел. Шарль понял его растерянность.

— Не беспокойтесь, господин, — сказал он, — вас проводят.

Эмиль с облегчением вздохнул и принялся за еду, которую им подали поварята. После трапезы, пришло время прощаться с Мэтью. Сейчас он был единственным, кто связывал юношу с домом. Он тепло обнял старого слугу, на глаза опять навернулись слезы.

— Не огорчайтесь, господин, — сказал Мэтью. — Даст Бог, скоро свидимся. Время пролетит быстро, и вы вернетесь домой.

— Ты прав, — согласился Эмиль, хотя не был в этом уверен. Поместье он не наследовал, значит ему нужно искать свое место здесь, при герцоге, которого он еще даже не видел.

После прощания, один из поварят повел юношу в комнату оруженосцев. Он довел его до двери, дружелюбно кивнул и убежал. Когда Эмиль вошел в комнату, Робер дремал кровати. Юноша хотел последовать его примеру, но увидел на своей кровати одежду. Её было много. Эмиль взял первое, что попало под руку — это был камзол темно бордового цвета, с вышитым гербом герцогов Бургундских. Потом он начал рассматривать белую рубашку из тонкого полотна. Никогда в жизни у него не было такой красивой одежды.

— Это вам, — услышал Эмиль голос Робера и посмотрел на него: тот уже не спал и с улыбкой смотрел на юношу. — Только это праздничная одежда, спрячьте её в свой сундук. Давайте я вам быстро все покажу и объясню, и пойдем к господину де Демье. Он уже присылал за нами пажа.

При помощи Робера, Эмиль быстро разобрался с одеждой, переоделся в повседневную форму оруженосцев, и они пошли в зал фехтований.

— Если позволите, хочу дать вам совет, — сказал Робер по дороге.

— Конечно, буду рад, — кивнул Эмиль.

— Я заметил, вы очень впечатлительный, легко краснеете, — при этих словах Эмиль кивнул и опять покраснел. — Вот опять, — рассмеялся Робер. — Так вот, вам нужно первым делом научиться управлять своими чувствами. Наш учитель суров, а многие из оруженосцев любят насмехаться и подтрунивать. И если вы будете все брать близко к сердцу — пропадете.

— Я постараюсь. Спасибо вам.

— Не за что. Держитесь возле меня.

Когда они вошли в зал, там был господин де Демье — он отчитывал двух юношей. Те стояли перед ним, опустив головы вниз. Увидев вновь прибывших, учитель отпустил провинившихся. Те, воспользовавшись моментом, быстро убежали из зала.

— Он в плохом настроении, — прошептал Робер и смело пошел к воспитателю. Эмиль поплелся вслед за ним.

— Мы вас слушаем, господин учитель, — сказал Робер. Но господин де Демье даже не посмотрел на него. Его колючие глаза впились в Эмиля так, что сердце юноши было готово выпрыгнуть из груди.

— Я полагаю, вы умеете ухаживать за лошадьми? — спросил господин де Демье.

— Умею, — кивнул Эмиль, обрадовавшись, что мог похвастаться хоть какими-то навыками.

— Впредь говорите: «Умею, господин учитель», — поправил господин де Демье. — Хорошо. Будете конюшим вместе с Робером. Покажите ему, — кивнул он оруженосцу.

— Слушаюсь, господин учитель, — кивнул Робер и увлек Эмиля на конюшни.

Так, только прибыв ко двору, юноша сразу же окунулся в жизнь оруженосца.

II

Герцогские конюшни располагались на заднем дворе. Когда Эмиль вошел, сразу вдохнул запах сена, конского пота, навоза, так знакомого ему с самого детства. Он очень любил возиться с лошадьми, поэтому был рад этой должности.

Конюшня была огромной. Эмиль даже и не пытался сосчитать количество лошадей — породистых, ухоженных. Он подошел к одной и захотел погладить, но она фыркнула, и юноша ретировался.

— Это самый норовистый конь, — рассмеялся Робер. — Идемте, я познакомлю вас с другими конюшими и лошадьми.

Обязанности конюшего соответствовали обязанностям обычных конюхов. Рыцарь должен уметь ухаживать за своим конем. Конь — верный друг рыцаря. Оруженосцы мыли лошадей, кормили их, убирали за ними, выгуливали. И все они были под началом главного конюшего Бургундии графа де Бриона. Граф был заядлым лошадником и очень ценил свою должность. За малейшую небрежность он наказывал, иногда жестоко, а за отличную работу был щедр на похвалу.

Сама конюшня состояла из нескольких помещений. В одном содержались личные лошади герцога и его семьи, в другом — придворных, в третьем — те, которыми пользовались оруженосцы. Робер познакомил Эмиля с другими конюшими, и они принялись за работу. Это было нелегко, ведь Эмиль только сегодня приехал и даже не успел отдохнуть. Но он не жаловался. Ему нужно было показать, что он не неженка и не плакса, показать себя достойным стать рыцарем.

В одной из конюшен Эмиль заметил свою лошадку и лошадку Мэтью. Он подошел к ним и погладил, отмечая, что паж не солгал — о них уже успели позаботиться. Подбросив своим любимым лошадкам еще овса, Эмиль ушел принимать вновь прибывших коней.

Время на конюшне пролетело быстро, солнце закатилось и наступил вечер. Факелы не зажигали, чтобы, не дай Бог, не загорелось сухое сено. Рабочий день закончился. Конюшие выходили из конюшен и мыли руки, чтобы отправиться на ужин, уступая место конюхам, которые смотрели за лошадьми ночью.

Трапеза проходила в столовой, предназначенной только для воспитанников господина де Демье. Робер и Эмиль пришли последними, но воспитателя еще не было. К ним сразу же подошел один из оруженосцев и оценивающе посмотрел на Эмиля.

— Новенький? Что-то поздновато, — сказал он, а потом протянул ему руку. — Меня зовут Тибо.

— Эмиль, — юноша пожал протянутую руку.

Тибо хотел еще что-нибудь сказать, но в столовую вошел господин де Демье, и все воспитанники заняли свои места за столом. Эмиль сел рядом с Робером. Воспитатель сел во главе стола, внимательно посмотрел на каждого из учеников, стараясь заметить хоть какую-то небрежность к правилам поведения и его инструкциям. Но все было чин чином. Демье вздохнул и посмотрел на Эмиля.

— У вас новый товарищ — Эмиль де Брезе. Встаньте, — кивнул он новому ученику, и Эмиль поднялся. Все взгляды воспитанников устремились на него, и юноша почувствовал, как его щеки начинают пылать. Он мысленно выругал себя за стеснительность. — Садитесь, — разрешил учитель и Эмиль сел. — Можете приниматься за еду.

Все ученики взяли в руки ложки и принялись есть то, что слуги уже положили в их тарелки. Эмиль ел и украдкой поглядывал на своих товарищей по группе. Он оценивал их, и как соперников, и как будущих соратников по оружию.

По правую руку от воспитателя сидел Тибо — высокий черноволосый красавец с надменным взглядом. Наверняка все девушки сохли по нему. Рядом с Тибо — низенький и полненький рыжеволосый юноша. Интересно, как он влезает в доспехи? — подумал Эмиль и ухмыльнулся. Дальше сидели два ничем не примечательных оруженосца — слишком светловолосые и бледные, похожие друг на друга, скорее всего — братья.

Тут Эмиль увидел, что оруженосцы заканчивали есть, а он только начал. Он перестал всех рассматривать и принялся догонять остальных. Тем не менее, юноша уже не чувствовал себя другим — в новой одежде, он выглядел ничуть не хуже остальных. Своей внешностью Эмиль был доволен — высокий, широкоплечий, с правильными чертами лица, светловолосый и сероглазый, он нравился девушкам. В свои четырнадцать, он уже познал женскую ласку, а в поместье отца оставил троих очаровательных служанок, с которыми предавался любовным утехам. Но больше всех он любил Мари. Именно она была его первой женщиной. Это случилось возле реки. Он мыл свою лошадку, и вдруг увидел её: красивая, тоненькая, с рыжей копной длинных волос (она сняла чепчик), Мари выглядела лесной феей. Когда он окликнул её, она вздрогнула и испуганно подошла к нему.

— Здравствуйте, сеньор. Извините, я вас не видела, — сказала она.

— Здравствуй, Мари, — ответил Эмиль. — Что ты тут делаешь?

Эмиль всегда относился хорошо к слугам, и те любили его. Тем не менее он знал, что Мари должна быть в поле. Девушка потупилась, но потом подняла на него свои глаза цвета спелой травы.

— Извините, сеньор, но сегодня такой чудесный день. Не наказывайте меня, пожалуйста.

— А что мне за это будет? — смеясь, спросил Эмиль без задней мысли. Мари подошла к нему и посмотрела в глаза.

— Я вам нравлюсь? — спросила она.

— Ты очень красивая, — кивнул он.

— Тогда я ваша, — Мари обняла его и поцеловала в губы. Он ответил. От новых ощущения у него закружилась голова и Эмиль не заметил, как они оказались на траве, обнаженные, как он овладел ею. Но запомнил то наслаждение, которое она ему подарила.

— Ужин закончился, — громкий голос господина де Демье прервал мысли Эмиля. Все положили ложки на стол, и юноша последовал их примеру. Доесть он все же успел. — А теперь отправляйтесь по своим комнатам. И не дай Бог я увижу кого-то в коридоре.

— Слушаюсь, господин учитель, — хором сказали воспитанники.

Как по команде, все встали и построились по двое. Робер потянул Эмиля за руку, и тот послушно стал рядом с ним. Так они вышли из столовой. В коридоре стройный ряд распался и каждый пошел в комнату со своими друзьями. Эмиль остался с Робером.

— Эмиль? Ты? Что ты тут делаешь? — услышал юноша голос и обернулся.

— Луи! — Эмиль увидел старшего брата, бросился к нему и хотел обнять, но тот отстранился.

— Эмиль, это не место для братских нежностей. Так что ты тут делаешь?

— Как что? — юноша посмотрел с удивлением на брата: высокий, но с узкими плечами и не очень развитой мускулатурой, красивый сероглазый блондин, смотрел на него высокомерно. Эмилю стало неприятно. Он сделал шаг назад и сказал сухо: — Меня отец отправил сюда учиться рыцарским наукам.

— Рыцарским наукам? — рассмеялся Луи. — Зачем тебе это? Ты же помогал отцу в поместье, вот и продолжал бы это занятие. А когда отец умрет, я тебя поставлю управляющим. Так что давай-ка возвращайся домой, — он хлопнул брата по спине. Эмиль отстранился от него.

— Вот ты и возвращайся домой, и учись управлять, а я найду для себя свой путь. И я стану настоящим рыцарем — храбрым, смелым, не то, что ты, — с этими словами Эмиль повернулся к брату спиной и подошел к Роберу, который его ждал. — Пойдемте.

— Ваш брат? — спросил Робер.

— Да, — кивнул Эмиль.

— Что-то он был вам не рад.

— Еще бы, — усмехнулся Эмиль. — Оказывается, он планировал, что я всю жизнь буду работать управляющим в нашем поместье. Значит, нечего мне становиться рыцарем. Считает, что все, что есть у отца, это его. А тут придется раскошелиться мне на рыцарское обмундирование.

Хоть Эмиль и не показывал вида, но он разозлился на брата, и поклялся себе во всем превзойти его, тем более, господин де Демье сказал, что тот не отличался умением и храбростью.

— А мой брат будет рад избавиться от меня, — грустно сказал Робер.

— Почему? — удивился Эмиль.

— Видит во мне соперника. Он уже пообещал дать мне хорошего коня, экипировку и денег, лишь бы я нашел себе хорошее место. Меня это устраивает, — Робер остановился возле двери. — Вот наша комната, если вы еще не запомнили.

— Не запомнил, — согласился с ним Эмиль.

Робер толкнул дверь и юноши вошли в комнату. Там, на двух кроватях, находящихся рядом, сидело четверо юношей и о чем-то разговаривали. Как только они увидели Робера и Эмиля, то умолкли.

— О чем секретничаете? — Робер остановился возле них, и Эмиль невольно стал рядом с ним.

— С чего ты взял, что секретничаем? Как раз вот его обсуждаем, — сказал высокий юноша, кивая на Эмиля.

— А чего меня обсуждать? — обиделся Эмиль. Тот засмеялся.

— Мы ничего плохого не говорили. Меня зовут Этьен. Садитесь с нами.

Эмиль и Робер приняли приглашение.

— Этьен — командир нашего отряда, — объяснил Робер. Эмиль вопросительно посмотрел на Этьена.

— Ты ничего не понял? — спросил Этьен. — Господин де Демье разделил нас на два отряда и проводит между нами соревнования. До этого дня мы были в меньшинстве. Еще бы, Тибо — его любимчик. Но с твоим появлением наши силы сравнялись. Но, если я знаю сильные и слабые стороны всех, то ты пока для меня темная лошадка.

— Я и сам еще не знаю свои сильные и слабые стороны. До сегодняшнего дня я учился всему дома, — сказал Эмиль. Ему очень понравился Этьен — сильный, красивый темноволосый юноша с карими глазами.

— Завтра, на уроке, будешь фехтовать со мной, — сказал Этьен. — А сейчас по кроватям. Скоро воспитатель придет с проверкой.

Все бросились по своим местам, принялись раздеваться и готовиться ко сну.

Когда господин де Демье открыл дверь в их комнату, свечи были потушены, и все воспитанники крепко спали, или делали вид, что спали.

III

После завтрака, Жуль де Демье решил, что его воспитанникам пора познакомиться с доспехами. Их только месяц назад приняли в оруженосцы, и они еще не успели почувствовать на себе тяжести железа. Некоторые воспитанники такую новость восприняли без всякого энтузиазма. Особенно Жан — толстый рыжий юноша, которого приметил на ужине Эмиль. Сам он несколько раз дома надевал доспехи и даже гарцевал в них на коне. Но он решил об этом никому не говорить. Пусть Этьен его оценит, когда он с легкостью наденет на себя тяжелое железо и даже не согнется под ним.

Когда господин де Демье вывел оруженосцев на ристалище, там уже их ждали слуги с доспехами. Воспитатель указал каждому его облачение. Жан с ужасом увидел, что и для него нашли латы подходящего размера. От природы он был ленивым и все его движения сводились к пережевыванию еды. Жан приходился кузеном Тибо и был в его отряде. Это обстоятельство сравнивало шансы Этьена. А сейчас, если Эмиль проявит себя ловким и умелым оруженосцем, их отряд мог надеяться на победу.

Жуль де Демье начал рассказывать о каждой детали, объяснять её предназначение и показывать, как её надевать. Слуги, которых воспитатель выбрал для оруженосцев, были умелые в искусстве обмундирования, и вскоре все воспитанники были облачены в тяжелые доспехи. Воспитатель ограничился только защитой до колен.

Некоторые оруженосцы стояли неподвижно, боясь пошевелиться.

— Отлично! — сказал де Демье. — Сейчас можете снять доспехи и отдохнуть. А тем временем я усложню вам задачу.

Пока юноши, при помощи слуг, снимали доспехи, на ристалище привели лошадей. Эмиль залюбовался ими: породистые, статные, выносливые. Ему доставляло удовольствие ухаживать за ними, но он еще ни разу в жизни на таких не ездил.

— Ваша задача: надеть на себя доспехи, вскочить на коня, взять копье и пронзить им вон то чучело, — воспитатель показал на чучело в противоположной стороне ристалища.

— Но, господин учитель, — попытался возразить Тибо, — мы еще ни разу не ездили в доспехах.

— Так научитесь. Всегда есть первый раз. А кто упадет, встанет и попытается еще раз. Так вы воспитаете в себе выносливость и упорство. Начали, — махнул он.

Юноши начали надевать доспехи. Эмиль и Этьен справились первыми и одновременно пошли к лошадям. Эмиль почувствовал, как им овладевает чувство соперничества. Он хотел быть первым. Он хотел доказать всем, что он лучше своего брата, что он более, чем Луи, достоин стать рыцарем. Этьен первым вскочил на лошадь, взял у слуги копье и поскакал к чучелу. Эмиль отстал всего на мгновение. Он пришпорил коня и хотел обогнать Этьена. Это ему удалось: на пол пути Этьен выронил копье и вынужден был спешиться, чтобы поднять. Эмиль мчал на чучело, представляя на его месте соперника по турниру. Удар, и копье попало прямо в грудь воображаемому врагу. Эмиль повернул лошадку обратно. Он видел, что большинство оруженосцев справилось с задачей и мчало на чучело. Но он был первым. Эмиль подъехал к воспитателю и спешился.

— Молодец, де Брезе, не ожидал, — похвалил его воспитатель. Эмилю было приятно и он, по обыкновению, покраснел.

Следующими за Эмилем, свое задание выполнили Этьен, Тибо и Робер. Последним к месту сбора приехал Жан. Он несколько раз падал, но, все же, выполнил задание. После таких тяжелых упражнений, де Демье разрешил им отдохнуть и провести время как кому хочется.

Эмиль, Этьен и Робер шли вместе в замок. Этьену понравилось выступление Эмиля, и он хотел ближе познакомиться с ним.

— Эмиль, ты здорово держишься в седле. И хорошо чувствуешь себя в доспехах, — с восторгом говорил Робер. — Тренировался дома?

— Нет. Я один раз одел старые доспехи отца, но сразу же снял, — ответил Эмиль. Он соврал. С тринадцати лет его отец приучал к ношению доспехов, но не хотел, чтобы это знали. Он хотел, чтобы новые друзья думали, что он сильный, выносливый, способный.

— Ты выглядел уверенным, — сказал Этьен.

Эмиль не ответил — мимо них как раз пробегали две совсем молоденькие служанки. Увидев знатных юношей, они остановились, поклонились им и поспешили по своим делам. Эмиль остановился и смотрел им вслед.

— Какие милашки, — сказал он одобрительно своим новым друзьям. — Кто они?

— Служанки, — в недоумении ответил Этьен.

— Я это понял, — засмеялся Эмиль. — Как их зовут?

— Не знаю, — сказал Робер.

— И я не знаю, — ответил Этьен.

— Симпатичные. Кто, как не такие красоточки помогут будущему рыцарю расслабиться после утомительных занятий с воспитателем.

— Ты уже был с женщиной? — с завистью в голосе спросил Робер.

— Конечно, — Эмиль посмотрел на смущенного друга и хлопнул его по плечу. — Если ты еще не познал этого удовольствия, то это дело поправимо.

— Я тоже еще не был с женщиной, — признался Этьен. — Но зачем нам опускаться до служанок, если есть столько красивых знатных дам?

— Со знатными дамами ты не можешь просто так развлекаться, разве что с замужними, — с видом знатока сказал Эмиль.

— В общем, ты прав, — согласился Этьен.

Эмиль почувствовал, что вырос в глазах своих товарищей. Теперь ему во что бы то ни стало нужно не ударить лицом в грязь. Этьен хотел проверить его в фехтовании. Ну что ж, пусть проверяет. Уж он-то постарается у него выиграть сражение. А если не получится, то схитрит. Сейчас он понял, что хотел ему сказать Робер. Здесь, при дворе, каждый должен думать о себе. Сильнее ударишь копьем, приедешь первым, попадешь точнее, и ты в фаворе. Неужели Робер думал о нем, как о слабом, если поделился советом? Или он такой простодушный? Неважно. Пока он здесь новенький, ему нужно держаться Робера и Этьена. А там он решит, что для него лучше.

Отличиться Эмилю удалось на следующий день. После завтрака у оруженосцев было фехтование. Перед занятием Этьен попросил позволения у учителя фехтовать с Эмилем и получил его. Де Демье построил учеников парами, и дал команду начать сражение. Этьен сразу же начал нападать. Эмиль отбивался, как мог. Он чувствовал, что Этьен сильнее и проворнее его, и не знал, какую тактику применить. Сражение продолжалось. Воспитатель ходил между ними и наблюдал за работой учеников.

— Де Брезе, вы не правильно держите меч, — сказал учитель, когда остановился возле Эмиля и Этьена.

— Меня так учил мой отец, — ответил Эмиль, прекратив сражение с Этьеном. — Я буду рад, если вы мне покажете, как нужно, господин учитель. — Де Демье ухмыльнулся: лесть любят все. Он взял у Эмиля меч.

— Держите меч ближе к гарде, и отбивайтесь не лезвием, а ребром, иначе меч быстро затупиться.

— Спасибо за науку, господин учитель, — Эмиль взял меч и юноши продолжили сражение. Де Демье прав: оруженосец последовал совету и драться стало легче, но Этьен все равно теснил его. Силы Эмиля были на исходе. Но тут он вспомнил, как отец учил его одному обманному движению. Оно у него никогда не получалось, но сейчас самое время попробовать. Даже если и не получиться, то не так будет горек вкус поражения. Эмиль прицелился и ударил. Чудо — меч Этьена выпал их его рук. У него получилось! Юноши остановились. Они были вымотаны и тяжело дышали.

— Что это было? — с удивлением спросил Этьен.

— Меня отец научил, — признался Эмиль.

— Де Брезе, не знал, что вы знаете этот прием. Я его еще не объяснял. Молодец! Кстати, ваш брат его никак не смог освоить.

Эмиль был счастлив: он показал Этьену, что достоин быть в его команде, и показал воспитателю, что лучше Луи. Хотя удивился — откуда господин де Демье знал, что умел, а что не умел его брат.

— У меня не всегда получается этот прием, — признался Эмиль.

— У вас будет время попрактиковаться, — успокоил его учитель. — А сейчас можете отдыхать. У вас есть достаточно времени до обеда.

В комнату они шли втроем: Эмиль, Этьен и Робер. Всю дорогу Этьен хвалил Эмиля и был в предвкушении блестящей победы над Тибо. А следующая командная игра должна быть в понедельник.

IV

Воскресенье — день, посвященный Богу. Это освобождало воспитанников от учебы, но не от обязанностей. А главнейшей обязанностью было посещение утренней мессы.

В это солнечное воскресное утро Эмиль оделся в праздничную одежду. Разглядывая в зеркале свое отражение, он впервые почувствовал себя настоящим вельможей. Невольно ему стало жаль своего отца. Тот всю жизнь тяжело работал, как обычный крестьянин, но так и не смог заработать достаточно денег для безбедного существования. Ничего, он, Эмиль, сделает все, чтобы стать самым лучшим рыцарем, получить хорошую должность при дворе, найти жену с хорошим приданным. И тогда он заберет отца жить к себе. А поместьем пусть управляет Луи.

Эмиль улыбнулся своим мыслям. Это заметил Робер. Он толкнул друга в бок.

— Хватит уже любоваться собой. Пусть нами девушки любуются. Пора идти в церковь.

— Идем, — кивнул Эмиль и два друга отправились в зал, где их уже ждал господин де Демье.

Воспитатель был в чудесном расположении духа и о чем-то разговаривал с Тибо. Увидев это, Эмилю захотелось, чтобы и с ним учитель был вот так близок, шутил, вел себя, как с другом. Но он понимал, что ему еще рано о таком мечтать. Он всего лишь несколько дней в замке, а Луи уже успел испортить репутацию их фамилии.

— Ну, все здесь? — спросил воспитатель, оглядывая учеников. — Пошли, а то скоро начнется месса. Не пристало нам входить в церковь после их сиятельств. Постройтесь.

Воспитанники построились по двое и, вслед за господином де Демье, двинулись в церковь, которая находилась рядом с замком герцогов Бургундских.

В церкви они заняли две скамьи. Эмиль сел и с любопытством начал все осматривать. Церковь была новой и богато украшенной. Эмиля восхитили золотые подсвечники на стенах, узоры на витражах и рисунки из жизни апостолов на потолке. Но его внимание быстро переключилось на присутствующих. Впервые он видел двор, и впервые сейчас увидит герцога. Его поразили богатые одежды вельмож. Расшитые золотом, украшенные дорогими каменьями, от их костюмов рябило в глазах. Но зоркий взгляд Эмиля увидел нечто, что его заинтересовало больше, чем одеяния дворян. За несколько скамеек перед ним сидела девушка. Он не видел её лица, но ему сразу же понравилась гордая осанка и тонкая талия. Ему так хотелось, чтобы она повернулась к нему. И его желание осуществилась: в церковь входили герцог Гуго с супругой, и все присутствующие начали вставать. Поднялась и незнакомка, и обернулась, чтобы посмотреть на их сиятельств. Сердце Эмиля забилось быстрее. Девушка была чудо, как хороша: правильные черты лица, коралловые губы, прямой носик, выразительные голубые глаза, в которых хотелось утонуть. Из-под чепчика выбивалась прядь волос цвета спелой пшеницы.

— Кто это? — шепотом спросил Эмиль Робера, показывая на незнакомку.

— Это Бланш, дочь главного сенешаля, — с ухмылкой ответил Робер.

В это время возле них прошел герцог с супругой и внимание Эмиля переключилось на них.

Герцогу Гуго в то время был двадцать один год. Он был молод, силен, и жаждал подвигов, битв и приключений. Эмиль никак не думал, что герцог был всего на несколько лет старше него. Для него правитель всегда обозначал взрослого мужчину, познавшего жизнь. Жена герцога, Аликс, была на три года старше мужа, но все еще молода и красива. Их сыну Эду было три года и в церковь его не взяли.

Вот если бы пойти с герцогом на войну, и там отличиться, и спасти ему жизнь. Тогда бы он меня щедро вознаградил, — мечтал Эмиль.

Герцог и герцогиня заняли свои места на первой скамейке, а внимание Эмиля опять переключилось на Бланш. Но тут вышел священник и начал мессу. Месса длилась долго. Это дало возможность Эмилю любоваться изящной шеей, прямой спиной и тонкой талией Бланш. Юноша так пристально её рассматривал, что она почувствовала на себе его взгляд и обернулась. Их глаза встретились, и Эмиль ей улыбнулся. Девушка смутилась, сразу же отвернулась от него, и погрузилась в молитву. Но, через несколько минут она опять повернулась к Эмилю и улыбнулась ему. Так они играли в гляделки до конца мессы. По окончании служения все встали и ждали пока выйдут из церкви их сиятельства. За герцогом и герцогиней шли высокие сановники. Среди них были, и главный сенешаль с дочерью. Когда они проходили мимо оруженосцев, Бланш опять посмотрела на Эмиля и улыбнулась ему. Юноша был счастлив: девушка ему очень понравилось. И он понял, что тоже понравился ей.

— Кажется, кто-то потерял голову, — услышал Эмиль насмешливый голос Робера.

— Ну и что, — резко ответил Эмиль.

— Нет, ничего. Ты можешь влюбляться и мечтать о ней, но не забывай, чья она дочь.

— Я помню. Если она в меня влюбиться, то это очень даже неплохая для меня партия. Луи умрет от зависти.

Робер промолчал. Если для Эмиля это была чудесная партия, то он сомневался, что главный сенешаль разрешит своей дочери выйти замуж за сына бедного дворянина. Но он ничего не стал говорить своему другу. Кто знает, а вдруг ему удастся.

Вернувшись в комнату, Эмиль долго думал, как ему встретиться один-на-один с Бланш. Но он сам был только несколько дней в замке и даже не предполагал, где может быть комната девушки. Он попросил помощи у Робера.

— Нет, туда мы не сможем проникнуть. Нас сразу же стража остановит, — сказал Робер.

— Что же мне делать? — беспомощно спросил Эмиль.

— Ждать удобного случая. Не переживай — она обязательно придет на конюшни. Все приходят на конюшни.

Эмиль вздохнул и лег на кровать. Но долго лежать ему не пришлось — завтра должно быть состязание между воспитанниками господина де Демье, и Этьен созвал всех на военный совет. Эмиль еще ни разу не принимал участия в таких сражениях и ему было все очень интересно.