Оглавление

Часть 1

Уметь вязать морские узлы — значит овладеть настоящим искусством. Любой морской узел должен быть завязан крепко и надёжно, ведь от этого во многом зависит чья-то жизнь.

1

Корабль держал курс на Альнитак 4 ― родную планету диивоков, и до конца пути оставалось двое суток. Грузопассажирский звездолет следовал с Триидана, был приписан к столичному порту и экипаж его состоял из транидов. Это и подкупило Блисса, выбирающего себе подходящий рейс. Но больше всего понравилась цена билета. Только когда он поднялся на борт, сразу понял, отчего такая низкая стоимость. Ранее судно принадлежало диивокам и пассажирское отделение переоборудовали для транидов и существ других рас.

«На скорую руку, видимо, делали», ― мрачно подумал Блисс, оглядывая тесные, без окон, каюты.

Но радовало, что, хотя бы имелось на чем лежать. Заняв положенное по билету место, транид тут же растянулся на жесткой койке. С соседом тоже не повезло ― им оказался угрюмый кхем, весь вид которого не располагал к разговорам. Блисс вслушивался в шум двигателей, пытаясь на слух определить в каком режиме летит корабль, и незаметно для себя заснул.

Солнце уходило в закат, озаряя горизонт ярко-голубым цветом. В этот момент всё вокруг окрашивалось в синие тона: трава, деревья и лица. Блиссу очень нравилось смотреть в такие минуты на своих близких. Мать словно становилась моложе, а вечно строгий отец будто бы делался добрее. Жаль, что Валисс не разделял восторг брата. Он считал, что Блисс просто фантазер и на самом деле в закатах и рассветах нет ничего необычного.

― Опять мечтаешь? ― спросил отец.

Потом мать ему обязательно скажет, чтобы он мягче относился к детям. Говорили они обычно в своей спальне, думая, что сыновья не слышат. Блисс в такие моменты горестно вздыхал, справедливо считая, что родители ссорятся из-за него. И ему это не нравилось. Однажды, набравшись смелости, он решил поговорить на эту тему с отцом.

― Я виноват, что делаю всё не так. Но, прошу, не ссорьтесь из-за меня.

Блисс ожидал чего угодно, но отец повел себя совсем иначе. Он не стал сердиться, а просто улыбнулся.

― Именно этого я и хотел. Чтобы вы росли честными и справедливыми транидами. Раз ты говоришь об этом, значит мое воспитание не проходит даром. И запомни: мы с матерью никогда не ссоримся. Можем выслушать друг друга, отстоять свое мнение или, наоборот, согласиться с доводами другого. Это называется ― жизнь. Запомни это.

Отец был справедлив и никогда не наказывал сыновей, не разобравшись в чем дело. Но, если уж они действительно оказывались виновными, то, как говаривал Валисс, не видать им ужина и нормального ночлега. Именно поэтому братья частенько ночевали в сарае, где кроме сена другой постели не было. Это только в книгах описана романтика на сеновале, на самом деле это до такой степени ужасно, что, вспоминая те моменты, братья непроизвольно начинали чесаться. Сено кололось и застревало в шерсти, причиняя досадное неудобство. Потом, чтобы привести себя в порядок, приходилось долго вычесывать его из головы и остальных частей тела.

Что-то звякнуло и Блисс открыл глаза.

― Проснулся? ― спросил кхем и не дождавшись ответа продолжил: ― Молодой, хорошо тебе. А я вот на кораблях вообще заснуть не могу. Так и мучаюсь в полете. Только одно спасает.

Он достал из-под койки бутыль и плеснул в кружку.

― Будешь?

― Не пью я. Спасибо. Но компанию составлю. Поищу стюарда, поинтересуюсь, нет ли у них чая.

Блисс ушел и вскоре вернулся разочарованный со стаканом в руке.

― Вот ведь заразы. А я, наивный, радовался, дешевому билету. Какой, говорят, тебе чай? Радуйся, что кружку выдадим. Пей кипяток, мол, кишкам легче.

― Я давно всё с собой вожу, ― засмеялся кхем, ― и тебе советую. Давай, что ли, за знакомство.

Звякнули стаканы. Транид попробовал кипяток и поморщился.

― Тьфу! Дистиллированная она, что ли? Я ― Блисс.

― Сергей, ― представился кхем, ― давай я тебе в чашку накапаю. Воду подкрасим, да аромат появится. У меня настойка только на травах. Другую не пью ― желудок болит.

Блисс согласился. Сергей плеснул немного, и вода в стакане окрасилась в бледно — рубиновый цвет. Попробовав, транид отметил, что она теперь пахнет ягодами и хвоей.

― Так намного лучше, ― сказал он, ― спасибо. А что за имя у тебя такое странное?

― Человеческое, ― пояснил кхем, ― отец мой очень с людьми дружил. И меня в честь своего друга назвал. Давно в живых ни которого нет. Помянем?

― Помянем, ― согласился Блисс.

«Вот зря я был плохого мнения, ― думал он позже о своем попутчике, ― и с кхемами можно неплохо проводить время».

Хорошее отношение к инопланетянам отец привил сыновьям один раз и навсегда. Однажды Блисс и Валисс явились из школы довольные и гордые, при этом у одного были порваны брюки, а у другого куртка. На закономерный вопрос матери они ответили, что подрались с ригурийцем.

― Из-за чего? ― позже спросил отец.

― А почему он такой лохматый и ржет над нами? ― ляпнул тогда Валисс. — Вот мы ему и ввалили.

― Двое на одного? Совесть есть? Следующий кто будет? Инвиец? Диивок? Или кхем? Хотя вряд ли, любой кхем с вами обоими справится. Значит так. Праздничные дни просидите в сарае. Я сам дверь запру. Еды не давать!

Последние слова предназначались матери. Она ничего не ответила, только вздохнула.

― Переоденьтесь, мне ещё одежду вашу зашивать, ― сказала она.

Отец спровадил сыновей в сарай и запер дверь. Сутки братья кое-как пережили, но потом стали молить о пощаде. Невыносимо хотелось есть, да и тело всё чесалось от колючего сена. Отец сжалился и отпер дверь.

― Думаете, мне доставляет удовольствие смотреть на ваши мучения? Но вы сами это заслужили! Почему вы так нетерпимо отнеслись к другому разумному существу? Во-первых, он не лохматый. У него такая же шерсть, только чуть длиннее. Во-вторых, я уверен, он не ржал над вами, а просто радовался. У всех рас свои особенности. Нужно привыкнуть к ним, изучить их, а не бросаться с кулаками. Кхемы кажутся злыми и угрюмыми, но внутри они добрые и отзывчивые. Ригурийцы отличные товарищи, просто иногда очень эмоциональные. Многим, я уверен, не нравятся траниды. Но разумные создания даже виду не подадут. А у вас, видимо, нет ни грамма разума. Поэтому вам место в хлеву, как скотине.

Братьям стало стыдно. Со слезами на глазах они клялись отцу, что больше не так будут. Отец снял с них наказание при одном условии.

― Найдете этого ригурийца и попросите у него прощения! А в качестве доказательства приведете его в гости. Пусть поужинает с нами.

Делать нечего. Блисс и Валисс выполнили наказ родителя ― нашли того парня, извинились и пригласили в гости. Его звали Тералим, с той поры он крепко подружился с обоими братьями.

― О чем задумался? ― спросил Сергей.

― Да, так. Вспомнилось что-то. А ты по делам на Альнитак?

― Дочь проведать. Работает она там. А ты?

― Я… ― Блисс не сразу сообразил, что ответить, ― делаю пересадку. Мне нужно на Элабатин. Мечтаю увидеть настоящий океан.

Сергей оживился, ведь кхемы были родом с водного мира.

― Океан — это хорошо! Правильный выбор.

Блисс не озвучил истинную цель своего путешествия. Он по собственному желанию ввязался в эту авантюру и не хотел ни с кем делиться. Виной всему был окьюниум. Тот самый металл, который однажды обнаружили на Триидане. Как и все траниды, Блисс мечтал найти его и разбогатеть. Проблема состояла в том, что залежи металла были ничтожно малы, но из-за этого росла и стоимость. Хотя на последний показатель в не меньшей степени влияли необычные свойства металла. Окьюниум оказался поистине уникальным веществом. Он был чрезвычайно лёгким и очень крепким. Температура плавления его превышала семь тысяч градусов по Цельсию, что делало его одним из самых стойких к высоким температурам металлов во вселенной. В военной промышленности окьюниум сыграл весомую роль в изготовлении плазменных орудий. За один грамм металла можно было получить приличную сумму и мысли об этом навсегда засели в голове Блисса.

Из-за особенностей планеты Триидан, а именно из-за огромных подземных пустот, а также найденного окьюниума, геология стала одной из приоритетных наук в образовании. Её изучали все ― от школьников до студентов высших учебных заведений. Траниды могли похвастать отличными знаниями в этой области. Блисс даже посещал дополнительные занятия и никогда не пропускал лекции ученых. Однажды ему пришла в голову мысль, что геологическое строение большинства планет почти одинаково с Трииданом. А значит, теоретически окьюниум мог оказаться и на других мирах с похожими характеристиками. Зачем же ползать в темноте по тоннелям, когда можно начать открытую разработку в другом месте? Валисс брата не поддержал и посоветовал не ввязываться в подобную ерунду.

― Всем известно, что окьюниума больше нигде нет, ― говорил он.

Но Блисс не соглашался. На Триидане окьюниум случайно нашли, а раньше и не подозревали о его существовании. На других мирах могло быть тоже самое. Изучив планеты Содружества, Блисс остановил свой выбор на Элабатине. Это был водный мир, с очень небольшой частью суши.

― Ты не соображаешь, во что ввязываешься, ― пытался вразумить брата Валисс, ― там везде вода. Как ты собираешься искать окьюниум?

― На Элабатине есть буровые. И мне нужно туда попасть.

― Балбес! А как же спутниковый мониторинг? Все планеты давным-давно просканированы из космоса.

― Триидан тоже сканировали и ничего не нашли, ― парировал Блисс, ― а металл есть.

Валисс махнул на него рукой. Спустя неделю, Блисс почти без денег в кармане летел на Альнитак.

В каюту вошел стюард и вручил пассажирам испещренный мелким шрифтом пластиковый прямоугольник.

― Это правила пребывания на Альнитаке. Советую ознакомиться. И не забудьте вернуть.

Транид с любопытством принялся читать.

― Очень полезно, если летишь впервые, ― заметил Сергей, ― я-то уже был, поэтому даже смотреть не буду.

― Не думал, что всё так сложно, ― удивленно произнес Блисс, ― тут сплошные ограничения! Растения не трогать ― они могут быть ядовиты. Также любые плоды и ягоды. На улице еду не употреблять ― может быть опасна для организма. В темное время суток на открытый воздух выходить не рекомендуется. Что за планета такая?

― Так ведь это родина диивоков, ― рассмеялся сосед, ― чему ты удивляешься? По сравнению с нами они едят всё. Зачастую ядовитое. Но диивокам нипочем. Флора и фауна тоже не отличается доброжелательностью.

― Как же угораздило вашу дочь оказаться в таком кошмаре? Кем она работает?

― Тиурана биолог, ― ответил кхем, ― ей нравится на Альнитаке. А я ей гостинец везу.

Он достал из сумки овальный сверток и показал Блиссу.

― Пирог на день рождения. Жена испекла. Дочка очень его любит. У диивоков такого не найдешь.

Сергей убрал сверток в сумку и с кряхтением улегся на койку.

― Полежать надо. Скоро прибудем. И тебе советую.

Блисс последовал его рекомендации и моментально уснул.

2

Альнитак встретил Блисса теплым влажным воздухом, насыщенным незнакомыми ароматами, испарением и туманной дымкой, окутывающей всё окружающее пространство. По ощущениям это было похоже на общественную душевую в академии, где все одновременно включили бы горячую воду. Блисс моментально вспотел, промок, шерсть на голове сделалась липкой и скользкой на ощупь.

― И как тут жить? ― спросил он у Сергея.

Они вместе стояли на перроне космопорта, неподалеку от приземлившегося звездолета. Другие пассажиры тоже находились рядом, словно все чего-то ожидали. Транид повертел головой, силясь хоть что-нибудь разглядеть в липком тумане.

― Привычка нужна, ― произнес в ответ кхем, ― зато в этой бане у меня суставы не болят. Везде нужно находить плюсы. Сейчас транспорт придет. Доставит нас до здания терминала.

Вскоре приехало нечто приземистое, с тканевой крышей и полным отсутствием дверей и окон. Зато имелись скамейки.

― Вот и он! ― сказал Сергей. ― Занимаем места.

Блисс уселся на деревянной лавке и отметил, что на другой половине транспорта сиденья отсутствовали.

― Это для диивоков, ― ответил Сергей на вопрос, ― строение их тел не предусматривает сидение.

― А я ведь об этом даже не задумывался, ― удивился транид.

― Ты бы видел, как они спят, ― рассмеялся кхем, ― впрочем, скоро узнаешь.

Потом он вдруг стал серьезным и посмотрел на Блисса:

― Мы на месте. Дальше пойдем разными дорогами.

Транспорт остановился возле здания терминала. Сквозь туманное марево Блисс увидел широкие стеклянные двери и надпись над ними: Гарусвидд. Такое название носил город и космопорт. Пассажиры покинули транспорт. Кхем и транид пожали на прощание друг другу руки. Оказавшись внутри здания, Блисса захватил водоворот различных существ, преимущественно диивоков. Сергей куда-то пропал и больше Блисс его никогда не видел. Вопреки ожиданиям, жара и духота никуда не исчезли. Видимо аборигены не сочли нужным сделать пребывание гостей на их планете более комфортабельным. Вытерев застилающий глаза пот, транид направился к справочному терминалу. Убедившись, что корабль на Этамин отправляется через три дня по местному времени, Блисс задумался. Нужно что-то делать и куда-то себя пристроить.

«В такой духоте я вообще ничего не соображаю».

Он покинул терминал и вышел на площадь.

«Обалдеть! Столько диивоков я в жизни не видел», ― подумал он.

Насекомоподобные были повсюду. Оно и не удивительно — ведь это их планета. Один из них оказался возле транида и пропищал:

― Доставлю до города. Недорого! Всего четверть!

Единственным плюсом Альнитака были низкие цены. На Триидане такая поездка стоила бы пару, а то и тройку кредитов. Блисс кивнул и диивок повел его к своему транспорту. Идти было недалеко. Средством передвижения оказалась полупрозрачная кабина, установленная на трехколесное шасси. Блисс уселся на вполне комфортное сиденье, а водитель устроился снаружи позади пассажирского салона. Вспомнились слова Сергея, что анатомия тела диивоков не позволяет им сидеть.

Что-то прогудело и где-то внизу тихонько заныл электромотор. Машина тронулась и вопреки ожиданиям, довольно быстро набрала скорость. Водитель оказался шустрым малым ― он лихо управлялся с повозкой и в плотном потоке таких же колымаг чувствовал себя в своей стихии. Ехали недолго. Из-за туманной дымки Блисс не мог видеть очертания приближающегося города, но по косвенным признакам понял, что цель поездки близка. Шоссе стало шире, потоки транспорта разделились и траниду показалось, что в движении наступил порядок. Потом появились дома ― башни, круглые в сечении, больше похожие на какие-то промышленные сооружения. Окна в них отсутствовали, имелся лишь вход.

― Въезжаем в Гарусвидд, ― пропищал внутренний динамик.

Блисс обернулся и заметил, что диивок говорит в висевший перед ним небольшой прямоугольник.

«Значит и меня должен слышать».

― А что это за постройки? ― спросил он.

― Жилые дома, ― прозвучал ответ, ― но инопланетяне в таких не могут жить.

«Ну да, для него мы инопланетяне», ― усмехнулся про себя Блисс.

― Я отвезу тебя в район, где живут такие как ты, ― продолжил водитель.

― Траниды?

― Не только. Другие тоже.

― Ясно.

Когда появились привычные здания, стало понятно, что поездка заканчивается. Диивок притормозил возле небольшой площади.

― Приехали. Направо недорогой отель. Как раз для тебя.

― Может, я богач.

― Будь ты при деньгах не поехал бы со мной, ― ответил водитель и довольный собой, рассмеялся.

В его словах была логика.

«Ладно, скоро я буду очень богат. Тогда и посмеемся».

Блисс махнул водителю и направился в сторону отеля. По пути он заметил, что диивоков здесь значительно меньше. Зато полно представителей других рас. Навстречу попадались сквигги, кхемы, траниды и даже ригурийцы. Последним в климате Альнитака было особенно тяжело, ведь они родом с планеты Ярб, где царила вечная зима.

В отеле Блисса ожидал приятный сюрприз: здесь ощущалась прохлада. Остановившись в вестибюле, транид просто стоял и наслаждался свежестью.

― Вам помочь? ― поинтересовался диивок в форменной жилетке отеля и начищенных до блеска сапогах.

― Недорогой номер, ― ответил транид.

― У нас все апартаменты недорогие. Пойдемте, я вас провожу.

За такие деньги на Триидане досталась бы каморка в подвале, а здесь было довольно просторно, имелась кровать, платяной шкаф, стол и санузел. Присвистнув про себя, Блисс подумал:

«Вот почему, несмотря на климат, сюда все едут. С такими ценами даже я готов терпеть жару».

― Устраивает? ― спросил служащий.

― Более чем. А поесть где можно?

― Ресторан на втором уровне.

Причесав слипшуюся шерсть на голове, Блисс направился на нужный этаж. Прочтя над входом надпись «Для антропоморфных», транид вошел в зал. Почти все столики были заняты, но Блисс отыскал свободный. Не успел он присесть, как перед ним материализовался официант. Это был молодой кхем, что очень порадовало Блисса.

«Он хоть в нашей еде разбирается».

В последствии выяснилось, что ресторан оказался единственным местом в отеле, где не работали диивоки. И это было здравым поступком администрации, потому что насекомоподобные совершенно не разбирались в пище других существ. Сами они могли есть что-угодно и проблем в питании никогда не испытывали. Блисс cделал заказ и, чтобы скоротать время ожидания, принялся рассматривать посетителей. В ресторане присутствовали представители всех известных ему рас. Неподалеку за столиком сидело несколько человек, чуть дальше ― семья инвийцев, увлеченно поглощающих свежие морепродукты. Всё точно так, как в родном Транид-сити.

Неожиданно вспомнилось своё собственное детство. Отец давно заметил склонность младшего сына к размышлениям. Валисс в отличие от него был более простым и мыслил прагматично.

― Существует несколько типов морских узлов, каждый из которых имеет свое назначение и особенности, ― говорил отец, ― например, узел «прямой» используется для связывания двух веревок одинаковой толщины, а «шкотовый» применяется для крепления паруса к мачте. Чтобы завязать морской узел, необходимо выполнить следующие шаги: сложить две веревки одинаковой толщины так, чтобы их концы были направлены навстречу друг другу. Взять один конец веревки и обернуть его вокруг другого конца таким образом, чтобы получилась петля. Пропустить конец веревки через петлю и затянуть. Проверить, что узел надежно закреплен, потянув за каждый конец отдельно.

Отец сопровождал эти слова наглядной демонстрацией, а после заставлял сына повторить.

― Пап, а зачем уметь вязать морские узлы? У нас и моря-то нет.

― Во-первых, оно есть. В другом полушарии. Однажды мы обязательно туда съездим. Во-вторых, такие знания могут спасти тебе жизнь. А вообще — это аллегория. Любую сложную задачу можно представить в виде морского узла. Умение обращаться с такими «узлами» могут оказать тебе услугу. Знаешь, что такое аллегория?

Блисс знал. Отец часто прибегал к абстрактным понятиям, стараясь показать добро, справедливость, зло, жизнь и любовь через знакомые конкретные образы.

― Особый способ выражения, когда за видимым смыслом скрывается ещё одно, глубокое значение, ― ответил он, — это словно двойная дорога: одна прямая и явная, другая — таинственная и скрытная.

― Верно. Всегда об этом помни.

Неожиданно размышления Блисса прервал девичий голос:

― Не возражаешь, если я присяду здесь, красавчик?

Это была молодая транидка, приятной наружности. На ней был комбинезон, выгодно подчеркивающий все достоинства её фигуры.

― С удовольствием! Как ты меня назвала? Красавчик? Да я после поездки из космопорта выгляжу будто потрепанная мочалка!

― О! Сегодня прибыл? Не переживай, мы все здесь так выглядим. Это же Альнитак. Я ― Агалита, но зови меня Лита. Мне так больше нравится.

― Блисс. Очень рад обществу такой сногсшибательной красотки.

Он посмотрел в её глаза и растаял. Что это ― случайная встреча или очередной морской узел, с которым ему потребуется разобраться?

3

Утро приветствовало Блисса яркими лучами Альнитака ― сверкающей звезды, вокруг которой вращалась одноименная планета. Не адаптировавшийся к местному времени транид проспал дольше обычного. Но не только новые климатические условия были тому виной. Вспомнив вчерашний вечер, Блисс улыбнулся. Честно сказать, с противоположным полом ему не везло. Девицы, которые нравились, считали, будто он им не ровня. Были и те, что строили ему глазки, но даже приятельских отношений с ними, завести не получалось. Блисс махнул на это, вспомнив слова матери, что судьба если ей надо, сама его найдет. И вдруг такая неожиданная встреча. Лита была не похожа на знакомых девушек. Говорила открыто, шутила искренне, безо всяких тайных смыслов и прочей ерунды. Может, случайно, но она тоже выбрала себе омлет. Блиссу еду принесли раньше и Лита расхохоталась:

― Обалдеть! Это же мой заказ!

― Нет, мой, ― улыбнулся Блисс, ― но, если хочешь забирай, я подожду.

― Правда? ― она придвинула поднос к себе. ― Целый день без еды, поэтому не смотри на меня так. Не против?

― Ешь на здоровье.

Появился официант и на секунду затормозив, быстро овладел ситуацией и поставил поднос Блиссу. Лита покачала головой:

― Ну вот, могла бы и подождать. Ты сейчас решишь, что я взбалмошная и безапелляционная.

― Наоборот! Ты ― нормальная.

― Ну ладно тогда, успокоил.

Они поели и заказали охлажденного местного сока.

― А ты не похож на других, ― заявила Лита, ― тут вино совсем недорогое. И приезжие этим пользуются. Диивоки гонят его изо всего. Они сами большие любители выпить. Инопланетянам здесь раздолье.

― Я не любитель, ― признался Блисс, ― для меня лучше, когда голова светлая.

Девушка подняла запотевший бокал, наполненный желто-зеленым тропическим соком.

― За нас, трезвенников!

Они чокнулись и рассмеялись. После этого беседа еще больше стала непринужденной. Оказалось, что Лита заканчивает на Триидане университет. Ее увлекала биология и она решила посвятить ей всю жизнь. В качестве дипломной работы, она выбрала диивоков. За хорошую учебу ей выплатили командировочные, и девушка отправилась на Альнитак.

― Я уже две недели здесь. Изучаю аборигенов и местный колорит. Ну и природу заодно.

― Ты молодец, смелая. Я на корабле прочел памятку пребывания на планете и ужаснулся. А когда ступил на поверхность ― обалдел еще больше.

― Отчего? ― удивилась Лита.

― Был не в состоянии представить, как здесь жить, ― ответил Блисс, чем снова рассмешил собеседницу.

― Я тебе верю! Сама была такого мнения. Чуть обратно не вернулась. Вовремя одумалась, ведь стыдно возвращаться назад с невыполненной работой. Как потом родным в глаза смотреть? И осталась. Первые два дня было плохо, потом привыкла. А ты надолго здесь?

― К сожалению, только трое суток. Хотя с утра думал, что к счастью.

― Почему?

― Ну, мне ведь на тот момент не повстречалась такая замечательная девушка.

― Да, ладно! Но мне приятно это слышать. А потом ты обратно на Триидан?

― Нет. У меня другая цель. Я держу путь на Элабатин.

Блисс поделился своими грандиозными планами. Вопреки его опасениям, Лита не стала смеяться.

― Слушай, а это здорово! Нравится, что не отступаешь от своей идеи. Но, разве ученые не искали окьюниум на других планетах?

― Естественно. Они проводили спектральный анализ, глубинное сканирование и даже бурение. Но свойства металла таковы, что его не так просто найти. Триидан ведь тоже обследовали геологи, планетологи и другие ученые. И ничего. Над пустотами до сих пор голову ломают. А потом совершенно случайно нашли окьюниум. Как оказалось, он в недрах планеты находился изначально.

Блисс помолчал немного и продолжил:

― Но ведь всё во Вселенной существует согласно одним и тем же законам. Вряд ли Триидан единственная планета, содержащая этот металл. Когда мне пришла в голову эта мысль, я принялся думать над тем, как обнаружить металл. И кое-что нашел. Одно незаметное отличие в пробах грунта. Поэтому я отправляюсь на Элабатин. Планета практически близнец Триидана, если не брать во внимание, что почти полностью покрыта океанами.

― У тебя получится?

― Должно, ― серьезно ответил Блисс.

Лита подняла бокал с соком:

― Тогда давай за твой успех!

Они проговорили почти до заката. А потом Лита предложила прогуляться.

― А не опасно? ― спросил Блисс, вспомнив прочитанную памятку пребывания на Альнитаке.

― Со мной ― нет! Я знаю эту планету. Но сначала поедем на крышу, там смотровая площадка.

Транид ошибался, думая, что снаружи стало прохладнее. Он снова будто бы оказался в парилке, но девушка его заверила, что как только стемнеет станет легче.

― Здесь оранжевый закат! Ты должен его увидеть. Смотри на местное солнце ― оно уже совсем не слепит.

Они стояли рядышком на крыше отеля и любовались уходящим за горизонт светилом. Блисс, прежде не видящий ничего другого, смотрел на природное явление широко открытыми глазами.

― Всемогущий Азумаривисс! Это потрясающе!

Лита посмотрела на него с уважением. Её лицо, окрашенное оранжевыми отблесками, казалось особенно красивым.

― Ты сейчас выразился, прям как мой отец.

― Сдержаться не могу. Всё такое неестественное! Небо, будто огнем горит.

Девушка улыбнулась:

― Наоборот, Блисс, это естественное явление. На всех известных планетах такие закаты, кроме Триидана. Он у нас уникальный.

― Да? Об этом я не задумывался.

Он продолжал смотреть на солнце. Пока оно не скрылось совсем, оставив после себя красный полосатый горизонт. Блисс с восхищением выдохнул.

― Понравилось? ― спросила Лита.

― Не то слово!

― Тогда поехали вниз. Я тебе ещё кое-что покажу.

Выйдя из отеля, Лита повела Блисса куда-то вправо. Он ещё плохо ориентировался, но понял, что из космопорта он приехал с севера. А девушка шла в противоположном направлении ― на юг. В стремительно наступающей темноте зажглись редкие фонари, но они едва освещали тротуар, а в промежутке между ними Блисс вообще ничего не видел. Лита же шла так, будто совсем не замечала тьмы.

― Ты идешь словно самый настоящий диивок, ― сказал он.

Всем было известно, что аборигены одинаково ориентируются днем и ночью. Лита рассмеялась:

― Наверное, я так глубоко погрузилась в изучение их жизни, что стала неотъемлемой частью Альнитака. Но если серьезно ― я просто знаю эту дорогу. Здесь разбит большой парк, и он очень красив.

― Разве можно оценить его в темноте? ― с сомнением спросил Блисс.

― Ты сам всё увидишь.

Между тем пространство будто сузилось до границ тротуара. Стало совсем темно, но неожиданно пришла прохлада. Впервые на Альнитаке транид почувствовал себя относительно комфортно. Внезапно Блисс понял, что их со всех сторон окружает густая листва. Словно услышав его мысли, Лита сказала:

― Мы вошли в парк. Потому и кажется, что стало темнее. Здесь много деревьев.

Неожиданно она остановилась и тихо произнесла:

― Мы пришли. Перед нами открытое пространство.

― Я ничего не вижу.

― Терпение. Сейчас всё будет.

Резко, без предупреждения, вспыхнули тысячи белых огоньков. Они были повсюду: на деревьях, листве, на простирающейся перед глазами поляне. Теперь Блисс свободно мог видеть её границы. Огни источали мерцающий свет и их становилось больше, они образовывали сложные красочные узоры, будто бы стремились поскорее украсить собой черноту ночи.

― Невероятно! ― потрясенно пробормотал Блисс.

Лита смотрела на него и улыбалась. В этот волшебный момент она казалась ещё прекраснее и Блисс понял, что глядит только на девушку, не обращая внимания на окружающие чудеса.

― Ты самая красивая на свете! ― почти шепотом произнес он. ― Лучше, чем кого-либо я встречал. Я, я… я хочу взять тебя за руки.

Лита, как и все траниды, понимала, о чем это. Она робко протянула вперед внутренние руки и Блисс осторожно до них дотронулся. Потом несмело взял её ладони в свои и испытал невероятную нежность. Так они стояли, держась за руки, и молчали, не в силах оторвать друг от друга взгляд.

― Ты думаешь о том же, о чем и я? ― спросила тихонько Лита.

― Не знаю, ― ответил Блисс, ― я подумал, что больше никогда не встречу такую как ты.

― А я решила, что сама судьба послала такого классного парня. Знаешь, ты нравишься мне, очень.

― Отлично! А я, похоже, влюбился в тебя.

― Правда?

― Честное слово!

Сколько они ещё так стояли, окруженные таинственным сиянием, Блисс не знал. Потом Лита сказала:

― Наверное, уже поздно. Пойдем?

С сожалением отпустив руки они пошли обратно. Через некоторое время к Блиссу вернулась способность здраво рассуждать. Он обернулся на светящийся парк и спросил:

― А откуда всё-таки эти огни?

Рита рассмеялась:

― Я ждала этого вопроса, а ты только сейчас его задал!

― Прости, мое сознание было занято тобой.

― Мое тоже. Но ты сейчас удивишься. Это насекомые ― светлячки. Днем набирают энергию света, а ночью отдают. В парке ареал их обитания. Поэтому так красиво в темноте.

― Никогда бы не подумал. А что там днем?

― А вот это я завтра покажу. Обязательно сюда прогуляемся. Отдохнем, отоспимся и вперед. Сделаю себе выходной.

― Я с удовольствием. С тобой куда угодно!

― Ловлю тебя на слове, ― улыбнулась Лита, ― проводишь меня в номер?

***

Блисс тряхнул головой. Время позднее, девушка наверняка уже проснулась, а он ещё не привел себя в порядок. Едва он принял более-менее приличный вид, зазвонил коммуникатор. Это была она.

― Отдохнул? Я готова! Встречаемся в ресторане через пять минут.

― Бегу! ― ответил Блисс.

Заперев свой номер, он направился на нужный этаж, предвкушая встречу. День обещался быть интересным, значит надо использовать его на полную катушку.

4

Она с упоением рассказывала, а Блисс слушал, не перебивая. Его восхищала такая увлеченность Литы. Биология была её коньком, а изучение Альнитака и аборигенов доставляли девушке огромное удовольствие.

― Ты видел их дома?

Блисс кивнул и Лита продолжила:

― В общем, они напоминают муравейник. Конструкция несколько иная, но смысл тот же. Каждый такой дом похож на небольшой мегаполис. Внутри имеется всё необходимое для жизни: специальные камеры для хранения яиц и выращивания личинок, помещения для жилья взрослых диивоков, склады продовольствия и даже сложная