Оглавление

Плейлист

Skillet — Hero

Labtinth — Mount Everest

A Touch of Class — Around the World

Глава 1

Однажды мне задали вопрос, что для меня значит счастье, и я не смогла на него ответить. Кто-то говорит, что для того, чтобы быть счастливым, необходимо излучать радость, быть добрым и, конечно же, много работать. Но так ли это? Разве если я буду такой, то не перегорю? А кто-то вообще говорит, что счастье проявляется только в хороших поступках, но и здесь я не знаю, так ли это.

Вариантов, что же такое счастье, бесчисленное множество, и каждый выбирает для себя свой. Но есть и те, кто, как и я, не знают правильного ответа, и мы вынуждены сгорать дотла изнутри в этой агонии из мрака. Большая часть ломается, лишь единицы приходят к истине.

Нагружая себя большим количеством работы, я сделала себе только хуже. Внутри — такая пустота, что нет даже ощущения, что я дышу. Будто весь мир сократился до минимума — дороги от дома до работы.

Я так опустошена, что не чувствую ни радости, ни грусти. Все — настолько ровно, как линия на кардиомониторе у умершего человека. И этот мрак отравляет меня изнутри, как яд, как самая страшная болезнь.

Сейчас моя жизнь состоит лишь на пять процентов из ста, но надежда на изменение все еще горит во мне. Я верю в то, что смогу все исправить.

В моей жизни сейчас есть только одна отдушина — книги. Если душа отзывается на какую-то историю, то для меня это целый праздник, когда я могу хоть чуточку почувствовать себя живой. Именно по этой причине я искала работу в книжном магазине — чтобы быть намного ближе к этому.

Раскладывая по полкам книги, поступившие сегодня днем, я и не заметила, как в магазине появились покупатели. Только судя по неясному выражению лица афроамериканки, которая подошла ко мне вплотную, поняла, что звала она меня уже не в первый раз — а я просто задумалась.

— Девушка, ау-у? Вы слышите меня? С Вами все в порядке? — Приблизившись еще на шаг, она помахала ладонью перед моим лицом.

— Прошу прощения, что-то задумалась. Чем могу Вам помочь? — Пришлось немного отложить поставку и уделить внимание людям.

— Мне нужна книга внеклассного чтения для младших классов. Судя по сайту вашего магазина, она у вас есть.

В это время еще две девочки лет семи подбежали ко мне и начали что-то хором спрашивать, с трудом мне удалось их успокоить и просить подождать одну минутку.

— Да, эта книга есть у нас в наличии. Пройдемте, я Вас к ней провожу.

Подобрав ей подходящую книгу, я помогла еще нескольким замечательным людям. Две девочки, радостно подбежавшие ко мне, искали историю про маленькую фею, которую обе обожают. Двое родителей выбирали легкий роман для своей тринадцатилетней дочери. Сестра искала сборник сказок для младшего братика. А один парень решил устроить сюрприз своей читающей девушке, купив несколько новых книг, — это было очень мило.

Когда поток покупателей схлынул, я снова погрузилась в расстановку книг из последней коробки. В эти минуты мир вокруг словно стирается — исчезают стены магазина, шум шагов, даже время перестает существовать. Я растворяюсь в аннотациях, улавливая оттенки сюжетов, находя среди них самые интригующие и завораживающие истории. Порой увлекаюсь настолько, что не замечаю, как минуты превращаются в часы, а реальность отступает перед чарами книг.

— Девушка, не могли бы Вы мне помочь? — вдруг услышала я мягкий мужской голос.

За моей спиной стоял молодой парень, лет двадцати пяти. Он был довольно близко, и из-за его высокого роста и широких плеч казалось, будто он нависает надо мной. По позвоночнику пробежал холодок. Сделав шаг назад, я уставилась на него, и его вопрос просто стерся из моей памяти.

— Что, простите? — мой голос дрогнул.

— Извините, я, наверное, напугал вас. Прошу прощения, это не специально. Просто хотел попросить Вас помочь мне подобрать книгу для бабули. У нее завтра день рождения, а я что-то замотался и так и не купил подарок. Она очень любит читать, поэтому решил, что книга — это хорошая идея.

Немного успокоившись, я поспешила отойти от молодого человека.

— Все в порядке, не переживайте. Сейчас подберем для вашей бабули лучшие книги. Может, знаете, какой жанр она больше всего предпочитает?

Довольно забавный паренек. Даже страх перед ним немного поутих. На выбор книг мы потратили почти час — это довольно долго, обычно все происходит гораздо быстрее. Хотя, учитывая, что большую часть времени он рассказывал шутки, неудивительно.

Стоя у кассы, я заметила, что парень нервничает. Это сразу бросилось в глаза.

— Слушай, может, обменяемся номерами и сходим куда-нибудь на чашечку кофе? — его предложение заставило меня непроизвольно дернуться.

Да, я испугалась. В голове образовалась суматоха мыслей. Варианты отказа казались такими банальными: кошка заболела, двойная смена, резко прихватил живот. Как ему вежливо отказать? Стефани, давай, придумай что-нибудь.

— Я думаю, это лишнее. Мне пора продолжать работать. Книги сами себя не расставят. Всего хорошего.

Выскочив из-за кассы, я стремительно нырнула за ближайший большой стеллаж, прислонившись к его холодной поверхности. Ладони дрожали, дыхание сбилось, а сердце гулко билось в груди, словно пытаясь вырваться. Главное — не дать панической атаке снова накрыть меня волной.

Я медленно скатилась на пол, обхватив руками колени. Закрыла глаза и начала глубоко дышать, стараясь поймать ритм, который вернет мне контроль. Ощущение, будто весь мир сжался до этих стен, до тяжелого дыхания и попыток удержаться на грани.

Из своего кабинета вышел Грегори — хозяин магазина. Добрый старичок, с которым нас объединяет любовь к книгам.

— Стефани, ты в порядке? Что случилось, моя хорошая? Может, воды?

Мне было сложно говорить, поэтому я просто кивнула головой, и Грегори ушел к кулеру. Я очень благодарна ему за то, что, вернувшись, он не стал меня расспрашивать, а сразу начал переводить тему, чтобы мне было проще отвлечься. Он знает о моем прошлом, о том, что мне пришлось пережить. В каком-то смысле он мне заменил отца — того, кто тогда был мне очень нужен, но я не могла рисковать и подвергать его опасности, а Грегори сам вытянул из меня правду.

Грегори пробыл со мной все оставшееся время, пока я не пришла в себя. Магазин он закрыл, и нас никто не беспокоил. Привести все в порядок попросил мою коллегу Сьюзен. По ней было понятно, что она не очень рада этому вызову, но мне в лицо ничего не высказала.

Вернувшись с работы уставшая и без настроения, я увидела погром в квартире, а это могло означать только одно: Эмилия собралась куда-то идти и в очередной раз будет выносить мне мозг.

— Стеф, ты уже пришла? Как раз вовремя! Иди собирайся, мы сегодня идем в клуб. Ты же помнишь, что сегодня у Марьяна открытие? Мы обязаны там быть! Анита сказала, что там будет много офигенных парней, может, и ты кого-нибудь себе найдешь. — поиграв бровями, произнесла подруга.

Я, конечно же, напрочь забыла об этом чертовом клубе в центре города нашего друга. Идти никуда не хотелось, но Марьян не простит мне, если не приду. От слов Эмилии о «поиске парня» меня всю перекосило. Мои подруги, с которыми мы дружим уже не первый год: Эмилия, Грейс и Анита — постоянно пытаются его мне найти, но все без толку. Они уверены: каждая уважающая себя девушка обязана быть в отношениях. А я — нет. Мое прошлое ясно дало понять обратное.

Ничего не ответив Эми, я пошла переодеваться и в душ. Из одежды выбор пал на обычное черное приталенное платье до колена, которое хорошо подчеркивало мою фигуру и туфли Bratz, которые были популярны в этом сезоне, и благодаря моей моднице Эмилии они оказались в моем гардеробе. Волосы просто уложила, нанесла легкий макияж. Я глянула в зеркало — в отражении стояла девушка среднего роста с пепельными волосами и небесно-голубыми глазами. Собственно, готова к выходу. Остался только завершающий штрих: нанести обычный бальзам на свои слегка припухлые и постоянно сухие губы.

Я редко позволяю себе подобные наряды, и это вовсе не из-за денег. Просто мне некомфортно быть в таком виде. Мне кажется, будто все на меня смотрят, и чувствую себя глупо. Если бы можно было пойти в джинсах и худи, с удовольствием бы так сделала, но Марьян установил четкий дресс-код, без соблюдения которого никого не пропустят.

Вся в своих мыслях зашла в комнату своей подруги. Надежда на то, что она уже собралась, провалилась в пропасть, ведь эта клуша все еще бегала с криками о том, что не знает, что ей надеть. В принципе, ничего не меняется, все по обычному сценарию.

— Эми, да не знаю я, какое платье тебе идет лучше! Ты хоть мешок на себя натяни, все равно будешь выглядеть бесподобно!

— Стеф, мне, конечно, приятно такое слышать, но я должна быть самой лучшей. Ты же понимаешь, там будут не просто все самые горячие парни города, но и некто иной, как Вильям Уолкер! Ты видела, что он стал еще красивее после возвращения из Англии? Я просто не могу. А-а-а…

Она сделала вид, что падает в обморок; смотря со стороны, я посчитала это очень забавным. Эмилия Драговски. Моя любимая брюнетка с зелеными глазами, напоминающими только распустившиеся листья весной. Овальный тип лица со слегка выделяющимися скулами, аккуратным подбородком и пухлыми губами придают ей какой-то дерзости и сексуальности, чем она умело пользуется. Она крутит мужчинами как хочет, но влюблена только в Вильяма. Они познакомились еще до того, как мы стали дружить, вот и с того времени эта девушка сходит по нему с ума.

Что же касается Вильяма Уолкера, то да, я согласна, он красив: спортивное, подкачанное тело с рельефным прессом, которым он дразнит девчонок в социальных сетях, высокий рост около метра восьмидесяти пяти. Белые волосы, которые он подкрашивает у моего мастера. Он чем-то похож на Алекса Петтифера, вот только характер гораздо сложнее. Если Эми хочет одни постоянные и крепкие отношения, то Вильям же, наоборот, хочет быть со всеми и сразу. Он не нагулялся еще, да и мне кажется, что это еще не скоро закончится. Их отношения напоминают перетягивания каната, только неизвестно, кто все-таки одержит победу.

Да, и вправду говорят: любовь зла — полюбишь и козла.

— А где Анита? — Я только сейчас заметила, что ее нет дома.

— А наша девочка не сидит сложа руки, как ты, она вызвалась помочь Марьяну с подготовкой к открытию, и весь сегодняшний день она провела с ним. — Играя бровями, Эми пихнула меня локтем в бок.

— Ничего себе! И Грейс ей ничего на это не сказала? Она же была против того, чтобы Анита пыталась привлечь внимание ее брата.

— Грейс смирилась, я тебе так скажу. Да и будто Марьян ее слушать будет. Ему на ее мнение, как всегда, пофиг. Тем более, мне кажется, — она задумалась, — нет, я уверена, что после ее отъезда в Европу он вообще ее не вспоминает.

— Как думаешь, она скоро вернется?

— Я думаю: нет. У них с Самуэлем, видимо, все серьезно, и они останутся жить в солнечной Испании.

— Знаешь, может, это и к лучшему. Там хотя бы она обретет счастье, а тут ее потянут на дно, если не мы со своими проблемами, так другие. Зачем ей все эти переживания и стресс? Грейс хочет семью и спокойствие, поэтому да, это хорошо, что она уехала.

— Я буду скучать по ней. — Эми взяла в руки нашу совместную фотографию и обняла ее.

— Я тоже буду скучать. Мы вместе будем.

Грейс и Марьян Грифин — двойняшки, только Марьян на десять минут старше Грейс, из-за чего у них постоянные скандалы. Но характеры и внешность у них абсолютно разные: если Грейс среднего роста, шатенка с зелеными глазами и миловидными чертами лица, стройная фигура, но с очень упрямым характером, который ей достался от отца, и мудрость от ее матери. В свои двадцать два она уже созрела для создания собственной ячейки общества и детей. Со своим парнем Самуэлем они встречаются около года, и, глядя на них, моя душа радуется, ведь это пример здоровых отношений, пример того, когда тебя любят и боготворят. Я буду безмерно рада, если они поженятся.

Марьян же полная ее противоположность: высокий, спортивного телосложения с черными, как уголь, волосами, которые еще и вьются, зелено-карими глазами и острыми чертами лица, а если говорить о характере, то он болван тот еще. Делает что хочет, когда хочет и с кем хочет. На фоне чего ни отношения с родителями, ни с сестрой не складываются, но зато девушки одна за другой сменяют его постель, конечно, не так часто, как у Вильяма, но это тоже ненормально. Хоть я и ценю его как друга, но как парень для отношений, по мне, он не годится. Марьян целеустремленный и делает все для своей независимости перед семьей и обществом. Во многих вопросах наши мнения расходятся, но это его жизнь.

Работая почти в центре Хьюстона, я наблюдала за стройкой клуба от начала и до конца, собственно, и название тоже узнала одна из первых в нашей компании. Большое двухэтажное здание имело огромную вывеску One Night, что говорило многое о его хозяине. Хоть Марьяну только двадцать два года он смог хорошо подняться, у родителей он взял совсем немного денег для раскрутки, и то пообещал вернуть. Бывало, он брал сразу несколько дел, чтобы получить больше денег и поскорее прийти к мечте. Мы боялись того, что он может не справиться, перегореть, но Марьян смог. Теперь будет легче: клуб будет приносить большую часть заработка и ему не нужно будет так впахивать.

Спустя еще сорок минут мы все же выехали. Решили ехать на машине Эми; так как я пить не планировала, то за руль села сама. Серая Audi, которую подруге подарила бабушка на день рождения, плавно выехала с парковки, и мы помчались, слушая любимые треки. По пути подруга делала селфи и снимала сториз, в которых засветила и меня, хотя я просила этого не делать. В этом вся моя подруга. Она никогда меня не слушает.

Через пятнадцать минут мы были на месте, что достаточно быстро для этого времени суток. Здание встречало нас огнями прожекторов и громкой музыкой. Как же давно не ходила в клуб. Даже захотелось испытать чувства эйфории и безудержного веселья, как раньше, но в памяти начали всплывать мои самые болезненные воспоминания, и мой запал сошел на нет. Я слегка поежилась: сердце подсказывало — эта ночь не пройдет тихо. Глубоко вдохнув, я вышла из машины и направилась к клубу с шагающей рядом Эми.

У входа толпилась очередь из тех, кто хотел пробиться внутрь, но мы миновали ее — как VIP-гости.

Интерьер в сине-фиолетовых оттенках скорее напоминал логово разврата, чем обычный клуб. Пространство заполонено смешанным дымом сигарет и кальянов. За барной стойкой, чем-то напоминающий черный мрамор, стоял бармен в форме клуба. В отдалении стояли диванчики с небольшими столиками, при этом все они уже были заняты компаниями молодежи или же мужчинами в деловых костюмах. В самом центре расположен танцпол, а перед ним на возвышении расположен диджейский стол. По обе стороны от него на специальных круглых стойках с шестами танцуют девушки в нижнем белье. Да уж, другого я не ожидала от Марьяна.

Эмилия направилась к бару, и я последовала за ней. Заказав себе апельсиновый сок и отпив глоток, заметила, как подруга опрокидывает залпом стакан виски с колой.

— Эми, надеюсь, мне не придется сегодня тащить твой пьяный зад домой? — пришлось перекрикивать музыку, чтобы она услышала меня.

— Стеф, точно нет! Да я и не планировала возвращаться домой. У меня в планах всю ночь, а может, и завтрашний день, отжигать с Вильямом. — Ее взгляд метнулся мне за спину, и она тут же занервничала. — Кстати, вот он идет! Так, Стефани, как я выгляжу? — как обычно, Эмилия не поставила меня в известность о своих планах, но стоило бы догадаться, что она решит остаться у Вильяма. Каждый раз питаю себя надеждами, что что-то изменится.

— Ты прекрасна как обычно. — это все, что я могла ей ответить.

— Какие люди, Вильям, давно не виделись! Как ты? Как Англия? — Подруга сразу же принялась обниматься с Вильямом, отчего я только закатила глаза.

— Эми, солнышко, привет! Я замечательно. Вот решил ненадолго приехать домой. А ты как? Я смотрю, ты все ярче и ярче сияешь, — подмигнув ей, произнес свою приветственную речь «тот самый горячий на свете» Вильям.

Его фразы, мурлыканье ей на ухо, поглаживание по спине — чистейший флирт. Фу, меня сейчас стошнит. Повернувшись, он заметил меня.

— Ух, ничего себе, сама Стефани Браун пришла на открытие. Еще и в платье. За это однозначно нужно выпить. Ты делаешь успехи, молодец.

Я закатила глаза так, что, кажется, могла бы увидеть Марс.

— Ну не закатывай ты уже свои прекрасные глазенки. Не надо. А ты все также одна, так ведь? — Еще один сват нашелся. Достали.

Я лишь сделала глубокий вдох, сдерживая себя, чтобы ему не нагрубить.

— Стеф, когда ты уже перестанешь быть такой злюкой? Расслабься, может, и люди тогда к тебе потянутся.

— Вильям, и тебе привет. Я тоже по тебе скучала. Пожалуй, я пойду прогуляюсь, не буду вам мешать, а то от ваших «любезностей» меня сейчас стошнит и вам, подозреваю, есть что обсудить с глазу на глаз.

Выдавив из себя гримасу улыбки, я ушла ближе к танцполу, где как раз заиграла одна из любимых песен. Спустя несколько минут ко мне подошла наша потеряшка.

Анита Вильямс — самая младшая из нашей компании и самая дружелюбная. Пока еще не тронутая мерзкой рукой жизни — по крайней мере, не по-настоящему. Из нас четверых подруга выше всех, как-никак спортсменка, занимающаяся атлетикой. Длинные и густые русые волосы и серые глаза придают ей особый шарм, а округлое лицо, припухлые губы и маленький аккуратный носик делают ее по-детски очаровательной. На мой взгляд, Марьян недостоин ее, он только разобьет ей сердце, и мне не хотелось бы, чтобы это все-таки произошло.

— Привет. — Соседка была с опечаленным лицом.

Одета в облегающее красное платье мини с большим вырезом на груди, показывающим все ее достоинства, и черные ботфорты на каблуке. Этот наряд был одновременно вульгарен и чертовски подчеркивал ее индивидуальность. Что-то мне подсказывает, что виновник ее испорченного настроения некто иной как кучерявая зараза.

— Я так понимаю: он тебя снова продинамил, да? — Анита опустила глаза, а потом посмотрела вверх, сдерживая слезы.

— Ну как сказать. Сначала все было хорошо, он уделял мне внимание, обнимал, и мы целовались, а потом, когда прошла официальная часть открытия, его как подменили: он начал искать любой повод, чтобы слиться. Я уже начала думать: может, что-то сделала не так или сказала что-то лишнее, но буквально через двадцать минут увидела, как он зажимается с какой-то левой девкой у себя в кабинете наверху. Он просто… не знаю… я не понимаю, чего он добивается. — Слеза скатилась по ее щеке, но она быстро ее смахнула.

— Марьян с ума сошел или он только лечится? — Он каждый раз своими поступками приводит меня в ярость.

Анита не заслуживает такого. Она достойна большего. Зачем так издевается над ней? Она же Ангелочек! Он ведь прекрасно знает, что бывает с человеком, когда его разбивают на части. Такая злость всколыхнулась в моем сердце, что я готова была защищать своих подруг от всех негодяев, которые попадаются на их пути, и Марьяна не спасет тот факт, что он мой друг. Надо с ним будет поговорить, потому что я не понимаю, зачем давать Аните надежду, а потом убивать ее на корню. Это жестоко.

— Я просто не понимаю, зачем он делает мне больно? Почему нельзя просто сказать: «Нет, я не буду с тобой»? Почему нужно каждый раз, каждый чертов раз ударять меня лицом в грязь? Стефани, за что он так со мной? Ведь я, дура, люблю его, а он…

Анита заплакала еще сильнее, и я притянула ее к себе, пытаясь успокоить. Моя маленькая, миленькая девочка. Я спрошу с этого болвана за это.

— Я просто не ожидала, вот и все. Стеф, ты меня извини, но мне нужно выпить. — Анита пошла к бару, где пару минут назад мы стояли с Эми, которой и след простыл.

Пока я гуляла по клубу в поисках Эми, наткнулась на Марьяна, который шел в мою сторону, и что-то мне подсказывало: мимо он не пройдет, хотя ему лучше бы вообще некоторое время не попадаться на глаза.

— Стефани, привет! А я как раз искал тебя.

— О, святые гирлянды, ну и зачем я тебе понадобилась? — От того, как я закатила глаза, мне кажется, можно было увидеть всю Солнечную систему. Я скрестила руки на груди и ждала ответа. Марьян несколько минут просто стоял и мялся с одной ноги на другую.

— Мне нужна твоя помощь, — выдал он.

Теперь от удивления мои глаза чуть вовсе не вышли из орбит.

— Моя? Помощь? Тебе? Боюсь даже представить в чем? Ты ввел мой шок в шок. Очень надеюсь, что ты не убил кого-то и это в принципе не связано с криминалом. Но! — вспомнила я истинную причину злобы на друга. — Сначала, мой хороший, ты должен объясниться насчет Аниты. Потому что ты меня уже раздражаешь своим поведением. Сколько можно, Мар, ее мучать? Она же тоже человек! Почему ты не думаешь о ее чувствах?

— Стеф, подожди! Сейчас не об Аните речь. Это срочно! Только ты сможешь помочь. Короче говоря, на открытие приехал один очень важный человек, и я бы хотел вас познакомить. — Марьян видел, как моя паника и злость дают о себе знать, поэтому в качестве обороны выставил перед собой руки. ˗ Подожди, не пыли сразу, выслушай, пожалуйста.

— Почему я? Почему не Эми или какую-то другую девушку из твоего гарема? Почему именно меня ты хочешь отдать на растерзание, а? Ты же знаешь, как я ненавижу быть частью таких фальшивых встреч. Друг, ты начинаешь меня бесить и разочаровывать.

— Ну, во-первых, своим гаремом я не хочу делиться, во-вторых, только у тебя есть экономическое образование, в котором ты разбираешься. Да и общение с новым человеком тебе не повредит — это в-третьих.

— Марьян, ты адекватный вообще? Тебе совсем меня не жаль, так пожалей этого несчастного. Вряд ли он будет в восторге от общения со мной. Я ведь книжный червь, ничего интересного не знаю, ваши светские вечера не посещаю. О чем мы будем с ним общаться? И при чем тут мое экономическое образование? Мне кажется, ты что-то перепутал. Да и зачем тебе меня вообще с ним знакомить? Спасибо, конечно, дружище, но я не согласна! Да и сюда пришла только из-за того, чтобы тебя поддержать.

— Стеф, это один из ключевых инвесторов клуба. Я знаю его давно — он не из тех, кому не доверяют. Он молодой, тридцатник всего, и… просто нам нужен экономист. А ты — лучшая, кого я знаю. Пожалуйста, Стефани Браун! Неужели ты откажешь своему лучшему другу? Я ведь не прошу тебя прыгать к нему в койку, только деловое общение, но, если вдруг у вас что-то получится, буду только рад.

— Мар, я уже долгое время вообще ничего делала из экономических расчетов и прочего. Как мне вам помочь, если я ничего не помню?

Марьян состроил щенячий взгляд и ждал моего ответа. Вот же хитрец знает, что я не смогу отказать.

— Ладно, хорошо, я помогу тебе. Но только в рабочих целях, не более. Если он позволит себе лишнего, то и тебе, и ему конец. С меня хватило уже. И да, если ты не перестанешь мучить Аниту, я не знаю, что с тобой сделаю! Это же каким идиотом нужно быть, чтобы, пока она в одном здании с тобой, целоваться с какой-то ночной бабочкой. Неужели тебе самому это все нравится? Ты просто — невыносимый, Марьян.

— Спасибо большое, Стеф! Я знал, что ты войдешь в положение! По поводу Аниты я разберусь со всем, обещаю, — конечно же он перебил меня.

— Пока не за что меня благодарить. А как его зовут хоть? — Я прекрасно понимаю, что он навряд ли что-то предпримет насчет Аниты и только она сама сможет все это разорвать, но боюсь, что первая любовь сильнее и она просто не сможет этого сделать, ведь эту боль можно сравнить с сильным ударом в сердце.

— Николаус Уозенберг. — На лице Марьяна была улыбка Чеширского Кота, так и хотелось что-нибудь сделать, чтобы она исчезла. Одновременно я была на него зла и гордилась успехами, но каждый раз, вспоминая слезы подруги, хотела его ударить, и эта бестолочь — мой друг, чему я удивляюсь?

— И на какой день мне морально готовиться к знакомству? — тяжело вздохнув, я в тоже время начала искать варианты отступления, чтобы он еще чего не придумал.

— На сейчас! — Марьян посмотрел за мою спину и сразу же принял серьезный вид.

— В смысле? — до меня дошло то, что тот, с кем он хотел меня познакомить, уже здесь, но поворачиваться не стала специально.

По правую сторону от меня появился высокий мужчина. Он протянул Марьяну руку, и тот пожал ее в ответ. Незнакомец был чем-то похож на друга со спины, только, вероятно, немного шире в плечах. Его гранитового цвета костюм хорошо сочетается с черными оксфордами и серебряными часами на правом запястье. Его волосы такого же тона, что и у друга, только не вьются. Такие же черные, как смола. А глаза! Его глаза цвета шоколада сразу привлекли мое внимание, но жесткий и холодный взгляд так напугал меня, что ненароком сделала шаг назад. Мне вдруг стало неуютно и неспокойно, но и сдаваться я пока не намерена.

Мой взор так или иначе падал на лицо этого мужчины. Выраженные скулы, морщины на лбу и меж бровей, будто он то в шоке, то много думает. Аккуратные губы, не пухлые и не тонкие. Ровный прямой нос. Если у Мара форма лица больше овальная, то у него она более прямоугольная.

Названный ранее именем Николаус заметил, что я рассматриваю его, и откашлялся. Опомнившись и смутившись, опустила взгляд вниз. Могу поспорить, что щеки горят сейчас ярче алого заката.

— Николаус, а вот, собственно, и Стефани Браун, моя подруга и отличнейший специалист в области экономики, о которой я тебе рассказывал.

— Рассказывал? — Я посмотрела на Марьяна, и по его выражению лица было видно, что он это спланировал заранее и как я сразу не догадалась. Вот же хитрый лис.

Николаус посмотрел на меня снизу-вверх и даже словом не обмолвился. От его пронзительного взгляда стало не по себе, и я уж подумала, что что-то не так с платьем, но, посмотрев вправо на большое зеркало в стене, поняла, что все в порядке. Чего он тогда на меня так пялится? Одно мне точно понятно: друзьями мы точно не станем. Боюсь, партнерами по бизнесу тоже. Самовлюбленный кретин! Но ради друга я попробую.

— Приятно познакомиться. — Протянула ему руку и натянуто улыбнулась, а он посмотрел на меня как на умалишенную или вовсе будто выпрашивающую у него очередную сумму денег. Улыбка с моего лица тут же пропала. — Или, видимо, не приятно. — Я аккуратно опустила свою ладонь. Стоять рядом было неловко и гадко. От этого человека меня начало тошнить, хоть я и не пила.

Марьян стоял в растерянности, а я готова была его убить! Чтобы этого не произошло, решила покинуть эту неприятную компанию. Извинившись, направилась к бару. Все как обычно: я просто тень среди всей этой чужой толпы. Зачем только Марьян решил меня втянуть в это? Сомневаюсь, что он хотел указать на мое и так плачевное состояние, но все же все вышло явно не так, как он хотел. Внутри стало так горько, что, просто не задумываясь выпила стакан виски залпом. Меня всю трясло. Как же ненавижу надменных людей, меня выворачивает от их самомнения. Я уже однажды пережила это — и именно поэтому все внутри меня сейчас кричит.

— Мне же за руль еще садиться, — прохныкала. — Чертов Николаус, все из-за тебя. Нужно проветриться.

Бармен смотрел на меня так внимательно, что от этого стало не по себе. Он ничего не говорил, но его молчание было громче, чем вся музыка вокруг. Он протянул мне салфетку, хотя я не просила. Просто знак сочувствия.

— Не обращай на меня внимания, просто неудачный вечер.

Он с пониманием кивнул.

— Скоро вернусь.

Выйдя на улицу, достала пачку сигарет и закурила одну. Говорят, они должны успокаивать, но, видимо, это ложь: меня не отпускало. Вообще, в последнее время меня очень часто выводит из себя любое не то что действие или слово, но и взгляд. Я будто закрученная до предела пружина, еще чуть-чуть и выстрелит. Будто бы что-то должно случиться, что-то не очень хорошее.

Выкурив одну, постояла еще пару минут и вошла внутрь. Марьяна и Николауса видно не было, и это хорошо, но и подруг также не наблюдалось, а это уже плохо. Опять нахлынуло чувство одиночества и безысходности. Черт… Мне не хватает воздуха. Не людей. Не музыки. А чего-то настоящего.

Я решила, что нужно расслабиться и идти танцевать, как раз играла моя любимая песня Tiesto и Ava Max.

Диджей однозначно хорош, только за выбор треков ему спасибо. Я пыталась «отключиться» от всего, что за сегодня произошло, но внутренняя тревога так и мигала красным маячком будто вот-вот что-то еще должно произойти. Ненавижу это чувство, ведь оно практически всегда правдиво. Я пыталась отогнать мысли прочь и просто отдаться музыке на полную и в какой-то момент у меня даже это получилось.

Протанцевав несколько песен, я почувствовала на своей талии чью-то мерзкую, потную руку. Повернувшись, увидела какого-то страшного и пьяного в хлам громилу. Толком не успела его рассмотреть, но его огромный по сравнению с моим рост четко запомнила.

— Дорогуша, мы случайно нигде не встречались? — мерзко ухмыльнулся он, из его рта разило вонью, словно там кто-то сдох. Ужас.

При взгляде на него, меня бросило в холодный пот, и я, к сожалению, вспомнила, почему не ходила последнее время в клубы — боялась таких приветов из прошлого.

— Судя по всему, только в моих кошмарах, — пролепетала и попыталась убрать его большие и мерзкие руки с моей талии, но он лишь сильнее сжал ее.

Влепив ему пощечину, я надеялась, что этот урод поймет, что ему тут не рады, но нет, он схватил меня за локоть, и было уже ясно, что мои действия его только взбесили. Он замахнулся с такой яростью, что мне показалось — это конец. Но промахнулся. Не теряя времени я дала ему с колена в пах и убежала. Я не оглядывалась. Я просто бежала. Не от него — от себя в тот момент. Надеюсь, что уже завтра обо всем забуду, как о страшном сне иначе в памяти появится новое окошко с отвратительным воспоминанием, режущим мне взор каждый раз, когда мне этого не хочется.

Выйдя на улицу, достала свой телефон и набрала Эмилию, которая, конечно же, не ответила. На парковке не было машины Вильяма, значит, они уже уехали к нему домой. Попыталась дозвониться до Аниты, но это тоже оказалось без толку. С испорченным настроением и страхом внутри села в Audi и поехала до ближайшего круглосуточного магазина, чтобы купить себе выпить. Настроение испорчено до крайности. Спасение или гибель — сегодня это одно и то же. Алкоголь справится с обоими. В моем случае, скорее всего, что погубит, ну и пусть. Хочу хоть на мгновение забыться.

Вечер получился отвратительный, в прочем, как и вся моя жизнь. Я криво ухмыльнулась — от мыслей, которым все равно, что я еще дышу и взяла в руки бутылку Jack Daniel’s. Хоть что-то немного скрасит мою жалкую жизнь.

Подъехав к парковке возле нашего подъезда, заметила стоящую там машину Вильяма. Прекрасно! Идти внутрь мне не хотелось, как и слушать звуки их спаривания. Приоткрыв окно в машине, закурила очередную сигарету и открыла виски. Жидкость обжигала горло, я чувствовала, как она медленно стекает вниз до самого желудка. Хоть что-то позволяет на мгновение чувствовать себя живой, но спустя пару минут все прошло. Включила плейлист. С первого аккорда Brennan Savage все вокруг словно затуманилось. Музыка знала, что я чувствую, еще до меня. На парковке запотевшие окна, в голове — чужие фразы, которые теперь звучат, как эхо. Кажется, мир на секунду замер, чтобы дать мне поплакать в одиночестве. Я уже даже и забыла, каково это — что-то испытывать и давать волю эмоциям. Было очень больно где-то там в груди так сильно, что хотелось кричать. Да что со мной не так? Может, схожу с ума потихоньку? Я уже забыла, когда последний раз могла смеяться от души, забыла, когда последний раз просто была чему-то рада, забыла каково это — любить и быть любимой, забыла, каково это — доверять, черт возьми. Жизнь — сплошное серое пятно, которое все никак не хочет вымываться. Сделав еще несколько глотков, уснула с бутылкой в руках.

Проснулась я оттого, что кто-то постучал по дверце машины. Голова сразу дала о себе знать. Такое чувство, будто внутри черепа засел барабанщик и бьет изо всех сил. Кое-как подняв голову, увидела перед собой Вильяма, который явно уже уходил, как всегда на рассвете, пока Эми еще спала. Он всегда так делал, а она всегда надеялась, что он останется по дольше.

Стоит, как реклама стоматологии. Улыбается во все тридцать два, и, конечно, сейчас начнется его фирменное злорадство.

— Ты чего стучишь? — голос хрипел так, будто я всю ночь провела в караоке.

— И тебе доброе утро, солнышко. Ты чего не в кроватке, а тут спишь? Разве кресло удобнее мягкой постельки? — он любит надо мной стебаться, а особенно это делает тогда, когда ночует у нас.

— Вильям, не задавай глупых вопросов, пожалуйста. Голова и так болит. — В висках сильно заболело, и я сильней ухватилась руками за голову.

— Неплохо ты вчера, судя по всему, набралась, — указал Вильям на бутылку виски. ˗ А что за повод? — он просто в открытую надо мной издевается. Еще и эта ехидная улыбочка.

— Ты знал, что ты гад? Хотя зачем я спрашиваю, конечно, знал. Вильям, вот скажи, разве, чтобы выпить, нужен повод? — Изогнув бровь, посмотрела на него, надеясь на то, что он поймет: я не в состоянии вести диалог и препираться с ним.

— Ну да, ты права, повод не нужен, но, судя по твоему заплаканному лицу, он все-таки был, и очень веский. Ну и кто этот счастливчик, который вывел тебя на эмоции? — Вильям, как никто другой, знал, что так просто я не заплачу.

— Жизнь, Вильям, жизнь меня довела до такого состояния. — Я открыла двери, вышла на улицу и только сейчас поняла, как же сильно затекло все мое тело. Вильям посмеялся над тем, как я пыталась разомкнуться, попрощался и уехал на своем Porsche.

Войдя в квартиру, я удивилась порядку. После вчерашнего «урагана» было прям подозрительно чисто, но тут мне стало понятно, кто виновник этого, — Анита, которая вышла из своей комнаты в мягкой пижаме.

— Доброе утро. А ты чего не спишь?

Я была немного в шоке, что в шесть утра этот человек бодрствует.

— Не спится мне. А ты где была? Я уже волноваться начала. Что-то случилось? Что с лицом? Ты плакала? — Анита явно была в шоке.

— Ты задала все вопросы, на которые я давно устала придумывать ответы, — мне пришлось вновь взяться за виски, они сильно застучали. Снова! — Да, Анит, я плакала, и не задавай мне больше никаких вопросов, пожалуйста. У меня нет сил на разговоры. — Схватив одежду, я промелькнула в душ, а соседка осталась стоять в коридоре.

Под струями холодной воды мне казалось, что она смывает все плохое с меня, в том числе и головную боль, которая не отпускала меня после выпитого алкоголя. Вода стекала по моему телу, побуждая мои органы прогонять кровь с большей скоростью. Я прям чувствовала, как сердце ускоряло ритм. В последнее время мне это нравится все больше и больше. Словно холод стал мне чем-то родным и более безопасным, нежели жар огня.

Выйдя из душа и высушив волосы, решила лечь еще немного поспать, как никак выходной, а завтра снова выходить на работу в маленький книжный магазин, мой маленький рай. Хоть он и небольшой, но деньги платят хорошие, и это меня, конечно же, радует вдвойне. Удобно устроившись на кровати, провалилась тут же в сон, где впервые за длительное время было только спокойствие и умиротворение. Довольно необычно просто спать и не бояться, не чувствовать страха. А во сне не было ни людей, ни воспоминаний. Только я, в себе. Как будто мир наконец согласился не трогать меня.

Глава 2

Что-то настойчиво жужжало возле моего уха. Пришлось открыть глаза, чтобы понять, откуда исходит звук. Это был мой телефон, который я поставила на беззвучный режим. Он вибрировал с такой навязчивостью, будто у него тоже были нервы.

Решила игнорировать: не хочу ни с кем говорить. Только вот сон тоже уже прошел. Осмотрев комнату, поняла, что за окном уже стемнело. Я проспала весь день? С одной стороны, это хорошо: хотя бы выспалась, но с другой — опять ничего не сделала из того, что планировала. Посмотрев на экран телефона, увидела несколько пропущенных от Мара. Что ему уже опять от меня надо?

Тут телефон вновь завибрировал, на экране высветилось «Кучеряшка». Тяжело вздохнув, решила поднять трубку: вдруг что случилось.

— Стеф, наконец-то! Ты где сейчас? — как-то слишком громко сказал Марьян, отчего пришлось отодвинуть телефон от уха. Мне не нравился его тон, и что-то мне подсказывает, что здесь есть какой-то подвох и лучше мне не продолжать этот диалог, но не была бы я Стефани Браун, если бы так сделала.

— Эм… Я только проснулась. Чего ты так тарабанишь мне? Совсем уже свихнулся? — Я потерла лицо, будто это могло помочь мне проснуться окончательно.

— Стефани Браун, срочно приезжай в ресторан моих родителей. Очень нужна твоя помощь.

С трудом разобрала его речь: настолько быстро и нервно он говорил.

— Мар, извини, конечно, но я никуда не поеду, мне завтра на работу, и опять же тебе повторю, что только проснулась и не понимаю, чем вообще могу тебе в таком состоянии помочь. Мне кажется, от ежа сейчас толку больше, чем от меня.

— Стеф, я сам лично завтра отвезу тебя на работу, и если понадобится, то и обратно домой, но сейчас ты нужна мне тут. В ресторане сейчас проходит встреча с Уозенберг. Мы будем обсуждать новый проект, и нам нужна твоя помощь с экономической точки зрения. Да, я помню, что ваше знакомство прошло не очень гладко, но Стефани, пожалуйста, дай ему еще один шанс.

— Марьян, как бы сильно тебя ни любила, но правда, я не в ресурсе. Тем более, ты же учился со мной на одном потоке, и знания в экономике такие же. Я вам совершенно не нужна там. Без меня вы прекрасно справитесь. И сразу говорю: это не из-за твоего бизнесмена, нет. Просто я правда без сил совсем.

— Нет, нужна. Все, Стефани Браун, у тебя на сборы есть ровно час. Я отправлю за тобой машину. Отказы не принимаются.

— Марьян, нет!

Он меня не дослушал и бросил трубку. И за что мне только достался такой друг балбес и эгоист? В какой момент жизни я подписала контракт с этим упрямым лоботрясом?

Вот и что мне делать? У меня нет ни малейшего желания куда-то идти. Разве можно так поступать с друзьями? Не понимаю, неужели придется ехать? Ну ничего, Марьяша, я тебе это припомню.

Так как времени на сборы было мало, я быстро сбегала в душ и приступила к макияжу: нанесла тон, подкрасила брови, нарисовала небольшие стрелки и немного туши. Это хоть немного придало свежий вид. На улице было ветрено, поэтому выбор прически лег на низкий хвост с объемом. В ресторан в худи и джинсах не пойдешь, придется отыскать в своем гардеробе что-то более женственное. Перерыв весь шкаф, наконец-то нашла: классический костюм, который я покупала еще на выпускной в университете, и белую блузку. Примерив костюм, поняла, что с тех пор значительно похудела. Костюм сел так, будто я — не я, а тень той версии, что была. Оверсайз отражает не только форму, но и пустоту и хорошо. Марьян же сказал, что это деловая встреча, значит, нужно соответствовать.

Пока я красовалась в зеркале, прозвенел звонок в дверь. Приехал водитель, пора выходить.

Ресторан Грифинов-старших находится в нескольких милях от нашей квартиры, что меня однозначно радовало. Меньше времени проведу с незнакомым мне человеком, и совершенно неважно, что он работает на Марьяна.

Хоть дорога не заняла много времени, все равно смогла насладится такими любимыми и родными улицами Хьюстона. Проезжая по Кейти Фриуэй, увидела гольф-парк по правую от меня сторону. Столько воспоминаний об этом месте. Когда я была ребенком, постоянно приезжала туда со своим отцом. В то время он был для меня чем-то волшебным, не поддающимся объяснению. Он был для меня самым лучшим другом, но годы идут, и я выросла, мы отдалились. Может, это и к лучшему. Боюсь, знал бы он о всем, то не смог бы этого пережить, поэтому пусть лучше так, чем я и его потеряю.

Когда я зашла в ресторан, официант проводил меня к нужному столику. За ним сидел только Марьян и Николаус, а я все по-прежнему не понимала, зачем меня сюда вынудили приехать. Мое присутствие тут — как заноза в идеально сервированном ужине. Явно лишняя. То, что якобы им нужна моя помощь как специалиста, больше чем уверена, — обычная отговорка, не более.

Марьян сидел ко мне лицом, поэтому, увидев меня, он встал поприветствовать.

— Привет еще раз, Стеф. Я рад, что ты все-таки пришла, присаживайся. — Марьян отодвинул стул как истинный джентльмен и дал мне сесть. Одно хорошо: не возле Николауса.

— Как будто у меня был выбор. И я все так же не понимаю, зачем я здесь? Надеюсь, ты объяснишь мне наконец. Только без твоих вот этих «экономических взглядов», Марьян, — прошептала в ответ, давая понять, что так просто он меня не проведет.

˗ Просто составь нам компанию. — Он улыбнулся своей улыбкой Чеширского Кота и передал мне меню.

Так и знала, что этот клоун просто выманил меня из дома.

— Добрый вечер, Стефани.

Когда я услышала низкий мужской голос, у меня пробежали мурашки по коже. Да и сказать, что я была удивлена, то ничего не сказать. Вчера он даже слова при знакомстве не сказал, а тут сам первым здоровается. Медленно повернув голову в его сторону, я посмотрела в его глаза. Сейчас они были цвета теплого шоколада. Вчерашнего холода там не было, в них было что-то другое, мне не объяснимое. Мне сложно считывать этого человека, и это пугает и трепещет, все внутри одновременно.

— И тебе добрый вечер, Николаус. Правда, я не ожидала, что ты будешь со мной разговаривать. Вчера ты ясно дал понять своим молчанием и презрительным взглядом, что моя компания неинтересна тебе, но мне приятно, спасибо. — Промолчать я, конечно же, не могла. Язык — мой враг.

— Стеф, перестань язвить. — Марьян занервничал и, скорее всего, пожалел, что пригласил меня. Он ударил легонько по моей ноге, давая понять, что не стоит так разговаривать. Как будто я буду его слушать, наивный такой. Все-таки, каким бы смелым и отважным Марьян не казался, при виде Николауса он превращался в неуверенного подростка. Ты слаб перед людьми, от которых зависит твой бизнес, — это факт.

Николаус же только усмехнулся, видимо посчитав это забавным.

— А я смотрю, ты остра на язычок. Молодец, удивила. — Его эта ухмылка не сходила с лица, прям бесит.

— А ты думал, что я растаю только от твоего присутствия? Ммм.…Какая жалость. — Я сделала невинное личико и положила ладонь на грудь.

Этот — даже не знаю, как его назвать или обозвать — засмеялся в голос, после моих высказываний.

Так со мной разговаривать не позволено никому, я не потерплю такое к себе отношение. Я не пятнадцатилетняя школьница, чтобы надо мной так можно было усмехаться. Это открытое проявление неуважения ко мне. Марьян, заметив, как я закипаю, снова впихнул мне в руки меню.

— Стеф, в меню появились новые блюда. Не хочешь попробовать?

Пусть никудышно, но ему удалось снизить мой градус накала, и я тщательно стала изучать меню, пытаясь таким образом отвлечься. Сделав заказ официанту, просто начала рассматривать зал.

Марьян и Николаус обсуждали свои какие-то рабочие моменты, но я в них не вникала, мне это было не интересно. Изредка они спрашивали что-то у меня, из-за чего мое подсознание приходило в ступор и вообще отказывалось что-либо вспоминать. Когда мне становилось скучно, я втыкалась в телефон, в этом шуме голосов и цифр мое внимание дрейфовало — туда, где все еще можно молчать