Федор РаззаковКоррупция в Политбюро. Дело «красного узбека»
Двадцать лет назад «гласность и перестройка», провозглашенные М. Горбачевым, выбросили на бурлящую политическими изменениями авансцену советской политической жизни двух следователей Генпрокуратуры — Гдляна и Иванова, а вместе с ними и новое словосочетание — «хлопковое дело». Тогда никто и подумать не мог, что расследование якобы совершенных в далеком Узбекистане экономических преступлений является одним из ключевых этапов дьявольского плана мировой закулисы по разрушению СССР. По сути, «хлопковое дело» как раз явилось политической миной, подложенной под Страну Советов.
Все большее неприятие к деятельности Хрущева стали испытывать и простые советские граждане. Если каких-нибудь пять-шесть лет назад руководителя СССР большинство населения называло уважительно – Никита Сергеевич, то к 1963 году от былого пиетета к нему не осталось и следа и в обществе за ним закрепилось пренебрежительное прозвище «Никита-кукурузник» (за его желание засеять всю страну кукурузой, которая должна была заменить людям хлеб)
В итоге этих преобразований уже к концу 30-х Узбекистан вошел в число промышленно развитых республик с доходной частью бюджета в 1 миллиард 325,3 миллионов рублей (на 1937 год). Отметим, что в Турции доходная часть тогда равнялась 870,7 млн. рублей, в Афганистане – 195 млн. рублей, в Иране – 170 млн. рублей.