Глава 2

Когда Кэролайн вышла из здания суда в конце дня, она знала, что должна думать о том, кто послал ей цветы. Или о кратком ответе Джеймса Карлсена на ее электронное письмо, где говорилось, что он связался с сотрудником, который займется ее делом. Она должна думать о делах. Или о завтрашнем слушании.

Или хотя бы о том, что съесть на ужин.

Но она думала только об агенте ФБР с его невероятными глазами.

Томас Желтая Птица. Кэролайн вздрогнула, думая о том, как их взгляды встретились в зале суда. Даже с приличного расстояния она ощущала жар его взгляда. О, он отлично держался. Как хладнокровно он выдержал обвинение адвоката! Как смотрел на обвиняемого!

А потом он едва заметно улыбнулся, и она чуть не растаяла, как мороженое в летний день.

Опасная ситуация. Если он так воздействует на нее одним только взглядом, что она будет делать, если он к ней прикоснется?

У Кэролайн не было ни времени, ни желания заводить роман в Пьерре. Она думала, что здесь подходящих ей мужчин будет значительно меньше, чем в Миннеаполисе. Хотя она и дома редко с кем встречалась. В ее списке приоритетов не было беспорядочных связей.

Ей не нужно привязываться к мужчине, за которого она не хочет выходить замуж. Ее карьера гораздо важнее.

Кроме того, большую часть времени Кэролайн проводила с адвокатами и предполагаемыми преступниками.

Но сегодня она встретилась с Томом.

Задумавшись, она обогнула здание суда и остановилась как вкопанная. Привлекательный и умный человек – специальный агент ФБР Томас Желтая Птица – стоял, прислонившись к блестящему автомобилю, припаркованному недалеко от ее «вольво». У нее напряглись соски.

Кэролайн вздрогнула. Господи, ну почему этот человек в солнцезащитных очках выглядит таким соблазнительным?

– Агент Желтая Птица, – сказала она, когда он выпрямился. – Вот так сюрприз.

Уголок его рта приподнялся в улыбке. Том снял солнцезащитные очки.

– Я надеюсь, сюрприз приятный?

В суде их разделяло несколько метров. На Кэролайн была мантия. А сейчас они стоят довольно близко друг к другу. И без свидетелей.

– Это зависит от многого, – честно ответила она. Потому что если он собирается просто с ней поболтать, то это допустимо. Но если у него на уме нечто другое…

Его взгляд скользнул по ней неторопливо и оценивающе, и она сильнее разволновалась. Ей казалось, он точно так же смотрел на нее в переполненном зале суда. Она не должна поддаваться желанию. Желание – слабость, а слабость – риск.

Он посмотрел ей в лицо. Кэролайн испытала облегчение, когда он заговорил.

– Я хотел поблагодарить вас за то, что вы поддержали меня сегодня.

Она отмахнулась от его заявления, обрадовавшись возможности сосредоточиться на чем-то, кроме его пронзительных глаз.

– Просто я выполняю свою работу. Насколько мне известно, совместный ужин не является конфликтом интересов. – В отличие от нынешнего разговора. – И я не желаю, чтобы меня считали слабым судьей.

– Я это заметил.

Сейчас самое время заверить Кэролайн, что он не покровительствовал проституткам. На самом деле было бы здорово, если бы он вообще не ужинал с ними. Она попыталась вспомнить, что сказал Смит. Агент Желтая Птица, возможно, встречался с информаторами, чтобы получить сведения, необходимые для его работы. Вполне разумно.

Как ни странно, она не чувствовала себя разумной рядом с агентом Желтая Птица прямо сейчас. Кэролайн одернула себя. Она не должна увлекаться красивым мужчиной в великолепном костюме сильнее, чем букетом цветов. Ее не собьет с толку даже его преданность работе.

– Ну, – сказала она, чувствуя неловкость.

Он протянул ей руку. Пола его пиджака слегка сдвинулась в сторону, и Кэролайн увидела пистолет.

– Нас официально не представили. Я Том Желтая Птица.

– Том. – Она помедлила, прежде чем протянуть ему руку. Ведь знакомство не противозаконно? Конечно нет. Это обычная… профессиональная вежливость. – Кэролайн Дженнингс.

Она удостоилась от него умопомрачительной улыбки. От волнения у нее задрожали колени.

– Кэролайн. – В его голосе слышалось скорее удовольствие, чем уважение. Он пожал ей руку.

Как только их пальцы соприкоснулись, им обоим показалось, что их ударило током. Кэролайн вздрогнула. Она вдруг представила, как Том прижимает ее к себе и целует в губы.

– Извините, – натянуто улыбаясь, сказала Кэролайн. Она знала, что густо покраснела, и винила в этом жару. – Я генерирую много статического электричества.

Сегодня было в самом деле жарко и очень влажно. По спине Кэролайн струился пот.

Том выгнул бровь, и ей показалось, что он над ней смеется. Однако его губы не дрогнули в улыбке.

У Кэролайн отяжелела грудь. В этом она не могла обвинить жару и повышенную влажность. Ей не терпелось раздеться и остыть. И еще она с радостью искупалась бы сейчас в прохладном бассейне.

Одна. Не с агентом Томом Желтая Птица.

– Поговорим о цветах, – произнес Том, выглядя почти опечаленным тем, что заговорил на эту тему, и прислонился к своему безупречному автомобилю.

Кэролайн отшатнулась от него:

– Что?

Не то чтобы никто не знал о присланном ей букете цветов. Об этом знали все в здании суда, благодаря тому что Андреа раздавала розы всем, кто хотел их взять. Леланд взял много цветов для своей жены. Даже Шерил забрала несколько, одарив Кэролайн улыбкой, которая редко озаряла ее лицо. Остальные цветы Кэролайн поставила в своем офисе, она не желала брать их домой.

Неужели букет послал агент Желтая Птица? Вероятно, он хотел ее умаслить.

Внезапно кровь застыла у нее в жилах.

– Цветы были прекрасны, – произнесла она. – Но они мне не нужны.

– Эй, – сказал Том, подняв руки, словно капитулируя. – Я их вам не посылал.

– Как скажете, – пробормотала Кэролайн, обходя его и направляясь к своей машине.

– Кэролайн, – произнес он почти с нежностью.

Странно. С какой стати ему с ней нежничать? Он должен сохранять терпение.

Она зашагала быстрее.

– Я ценю ваш жест, но вы меня не интересуете. Я не нарушаю профессиональную этику.

Проклятье. Очевидно, Кэролайн убеждена, что он послал ей цветы. Идея была настолько комичной, что он чуть не рассмеялся.

– Подождите. – Он догнал ее. – Меня послал Карлсен.

– Неужели? – Она продолжала идти.

Том вынул свой телефон из кармана. Если она не верит ему, может, она поверит Карлсену?

– Вот. – Он сунул мобильный ей под нос. – Видите?

Кэролайн бросила на Тома сердитый взгляд и удостоилась его улыбки. Она упрямая, но он упрямее.

Она неохотно прочла электронное письмо Карлсена вслух:

– «Том, со мной связалась новый судья, Кэролайн Дженнингс. Аноним отправил ей цветы, и, по-видимому, она считает это необычным поступком. Выясни все, что сможешь. Если нам повезет, то появится еще одна улика в расследовании. Мэгги передает тебе привет. Карлсен».

Читая письмо, Кэролайн хмурилась. Том стоял к ней так близко, что снова уловил розовый аромат ее духов. Он хотел наклониться и коснуться губами основания ее шеи, чтобы узнать, какова ее кожа на вкус. Но если он сделает это прямо сейчас, ему не поздоровится. Не исключено, что она знает приемы самообороны.

Ну, ему нравятся женщины, которые умеют за себя постоять.

Подумав об этом, Том тут же отмахнулся от этой идеи. Судья Дженнингс не нужна ему, независимо от того, как сладко от нее пахнет или как сильно его тянет к ней. Он приехал к ней по делу.

Она наклонилась в его сторону, и он почти обрадовался.

– И я должна этому верить, да? – произнесла она.

О, он обожал, когда ему бросали вызов. Кэролайн была просто великолепна без мантии.

– Я не играю с вами, Кэролайн, – сказал он.

Некоторое время она разглядывала его.

– Это означает, что вы играете в игры в других ситуациях?

Том криво усмехнулся и скрестил руки на груди.

– Зависит от характера игры.

– Я думаю, важнее всего игроки, – сказала она.

Том расхохотался. Кэролайн сделала шаг назад и сжала кулаки, но посмотрела на него скорее с желанием, чем с угрозой.

Интересно, если он обнимет ее за талию и притянет к своей груди, она сломает ему нос или прильнет к нему? Он так давно не обнимал женщину…

– Я не сплю с ними.

– Что? – Она отпрянула от него и прижалась к дверце автомобиля.

– Проститутки, – пояснил Том. – Я не сплю с ними. Ведь вас волнует, чем я занимаюсь в свободное время?

– Это не мое дело, чем вы занимаетесь во внеслужебное время, – сухо сказала она. – Мы живем в свободной стране.

Том снова усмехнулся.

– Мы оба знаем, что в этой стране все покупается и продается, – произнес он с горечью. – Я кормлю их ужином, – продолжал он, задаваясь вопросом, поймет ли его Кэролайн Дженнингс. – Они молодые, почти девочки, и в основном были вынуждены работать против своей воли. Я отношусь к ним как к людям, а не преступникам. Я стараюсь показать им, что они могут жить по-другому. Когда они будут готовы, я помогу им начать новую жизнь. А пока они не готовы, я стараюсь убедиться, что они не голодают. И даю им достаточно денег, чтобы они не работали хотя бы одну ночь.

Кэролайн моргнула.

– В самом деле?

– Да. Я не сплю с ними. – По какой-то нелепой причине Том хотел, чтобы она знала, что он не нарушает профессиональную этику, которой она так дорожила. – Карлсен поддерживает меня в этом.

– Кто такая Мэгги?

– Жена Карлсена. Мы с ней выросли на одной улице. – После того как Том уехал в Вашингтон, округ Колумбия, и поступил на службу в ФБР, жизнь Мэгги стала нелегкой.

Именно поэтому он не спал с проститутками. Но он не обязан рассказывать Кэролайн о Мэгги.

Ветер снова окутал его ароматом ее духов. Том глубоко вдохнул.

– Розы, – с нежностью пробормотал он.

Кэролайн снова покраснела. Он надеялся, что это не от жары.

– Прошу прощения?

– От вас пахнет розами. – Каким-то образом ему удалось подойти к ней ближе. – Это ваш естественный запах или аромат духов?

– Это из-за букета. Он был огромным. Не меньше сотни роз.

– Только розы?

– Там были еще лилии и гвоздики. Но в основном розы.

Другими словами, букет был недешевым. Том попытался представить себе, в какую вазу можно поставить столько цветов.

– Но вы не взяли с собой ни цветочка? – спросил он.

Кэролайн покачала головой:

– Они мне не нужны. Моя секретарша раздала большинство цветов. Леланд забрал домой огромный букет для своей жены.

– Хороший парень этот Леланд, – ответил Том так, словно они вели непринужденный разговор.

– Почему я должна вам доверять? – внезапно выпалила она.

– Мой послужной список говорит сам за себя. – Том вытащил из кармана визитку и протянул ей. – Вы не знаете, с чем здесь столкнулись. Этот вид коррупции коварен, и его почти невозможно отследить, Кэролайн. Но если возникнет необычная ситуация, звоните мне. Или Карлсену, – прибавил он почти машинально. Том не хотел, чтобы она звонила Карлсену. Он предпочитал, чтобы она обратилась к нему. – Важна каждая деталь: имена, марки автомобиля.

После долгой паузы он начал задаваться вопросом, возьмет ли она его визитку. Потом Кэролайн спросила:

– Так мы будем работать вместе?

– Надеюсь, да.

Кэролайн взяла визитку и сунула ее в карман блузки. Том приложил все силы, чтобы не пялиться на нее.

– Договорились.

Том выпрямился и шутливо отдал ей честь.

– В таком случае… – Он повернулся и направился к своей машине. – Желаю вам приятного вечера, Кэролайн! – крикнул он ей через плечо.

Он изо всех сил сдерживался, чтобы не обернуться. Усевшись в свою машину, Том постарался уехать как можно быстрее. Ему следовало поскорее расстаться с Кэролайн Дженнингс. Пусть его безумно влечет к ней, он не собирался терять голову.

Глава 3

Какое-то время ничего не происходило. Больше никто не присылал Кэролайн цветов. Розы из присланного ранее букета, стоявшие на ее столе, засохли, и Андреа их выбросила. Люди в здании суда стали относиться к Кэролайн дружелюбнее:

по-видимому, им понравилось, что она поделилась с ними цветами.

Она просыпалась по утрам, отправлялась на пробежку до наступления гнетущей жары, ехала в суд, а потом возвращалась домой. Не было никаких сюрпризов. Все шло именно так, как и предполагалось.

Жаль только, что ей не давала покоя визитка Тома в кармане блузки и воспоминания о том, как они пожимали друг другу руки. Временами ей даже казалось, что он присутствует где-то рядом с ней. Кэролайн выходила из здания суда и была готова увидеть его черный автомобиль с серебристой полосой на капоте, но его нигде не было. И она испытывала разочарование.

Она не должна им увлекаться. Им не следует снова видеться. Отношения с Томом Желтая Птица не принесут ей пользы.

Кэролайн продолжала убеждать себя в этом. Но он постоянно снился ей, и во сне он занимался с ней страстной любовью. Она просыпалась напряженной и разочарованной.

Она наконец обустроила свою кухню, хотя по-прежнему слишком часто ела в кафе. На улице стояла такая жара, что готовить еду дома было просто невыносимо.

Через три недели после того, как ей доставили букет от незнакомца, Кэролайн пришла домой после работы в пятницу, неся пакеты с продуктами. Открыв входную дверь, она сразу почувствовала неладное. Кэролайн оглядела гостиную – все было на месте. Но у нее сложилось ощущение, что в ее доме кто-то находится.

С учащенно колотящимся сердцем она вышла из дому и отнесла пакеты с продуктами к своей машине. Дрожащими руками она взяла свой мобильный и визитку Тома.

Он ответил после второго гудка:

– Я слушаю.

– Это агент Желтая Птица?

– Кэролайн? У вас все в порядке?

Внезапно она почувствовала себя дурой.

– По-моему, да.

– Об этом буду судить я. Что у вас происходит?

Кэролайн выдохнула с облегчением. Она не кисейная барышня, и ей не нужен рыцарь на белом коне, который ее спасет. Однако ей было приятно, что федеральный агент готов взять на себя ответственность за ее безопасность.

– Я только что вернулась, и мне кажется, у меня в доме посторонний. – Она вздрогнула.

Через секунду он спросил:

– Где вы?

– В своей машине. На дороге.

– Оставайтесь в машине. Я буду примерно через пятнадцать минут. Вы меня понимаете?

– Хорошо. – Его слова обнадеживали. Он ехал к ней.

Но что делать, если кто-то действительно находится в ее доме? Это не похоже на грабеж.

– Перезвоните мне, если потребуется. Я выезжаю.

Том повесил трубку до того, как она успела ответить.

Уставившись на экран своего телефона, Кэролайн задалась вопросом, откуда он знает ее адрес.

Она завела двигатель на случай, если придется быстро уезжать. Она сидела в машине и смотрела на дом. Ничего не происходило. Из дома никто не выходил. К тому времени, когда подъехал Том, Кэролайн поняла, что совершила глупость, вызвав его. Она вышла из машины и направилась к нему.

– Простите, что побеспокоила вас, – начала она. – Я уверена, все в порядке.

Она умолкла, глядя на него. На нем были облегающие джинсы с заниженной линией талии и мягкая белая футболка. Он надел кобуру, отчего его грудные мышцы выделялись сильнее. У нее пересохло во рту, когда он быстро зашагал к ней.

Он подошел вплотную к ней и положил руки ей на плечи:

– Вы в порядке? – спросил он, понизив голос.

Кэролайн снова показалось, что ее ударило током. Она вздрогнула.

– Все нормально, – сказала она неуверенно. – Вряд ли можно сказать то же самое о мороженом, которое я купила, но жизнь продолжается.

Том едва заметно улыбнулся.

– Почему вы думаете, что в вашем доме посторонний? – Говоря это, он провел руками по ее плечам.

– Мне так показалось. Дверь не была взломана, в гостиной все было на месте. – Кэролайн попыталась отшутиться, но вышло как-то неубедительно.

Том опустил руки. Она почувствовала, как ей не хватает его прикосновения.

– Дверь открыта?

Кэролайн кивнула.

– Идите следом за мной. – Он взял пистолет и направился к дому. – Спокойно, – прибавил он, открывая дверь.

Они в молчании вошли в дом. Кэролайн бессознательно ухватилась за пояс его джинсов.

Том проверил каждую комнату, но никого не обнаружил. Кэролайн оглядывалась вокруг, все было на своих местах. К тому времени, когда они вошли в комнату для гостей, заваленную коробками, она чувствовала себя более чем глупо.

Том убрал пистолет и повернулся к ней. Ее щеки пылали от смущения.

– Мне жаль. Я…

Они были в коридоре и стояли очень близко друг к другу. Том коснулся пальцем ее губ.

Потом он подошел ближе и прошептал ей на ухо:

– Пойдемте на улицу.

Секунду ни один из них не двигался. Она чувствовала тепло его тела, у нее возникло почти непреодолимое желание поцеловать его палец, который он прижимал к ее губам.

Что такого было в этом человеке, если она рядом с ним превращалась в перевозбужденную школьницу? Может, она просто пыталась скрыть смущение по поводу того, что вызвала его сюда, не в силах побороть желание увидеть его снова? Однако Кэролайн вовремя образумилась. Вместо того чтобы наслаждаться его прикосновением, она кивнула и отстранилась от него.

Это оказалось труднее, чем она думала.

Когда они вышли на улицу, она снова попыталась извиниться:

– Мне так жаль, что я вызвала вас зря.

Он прислонился к машине Кэролайн, разглядывая девушку. Она встречала немало упертых следователей и жестких юристов в свое время, но ни один из них не мог сравниться с Томом Желтая Птица.

– Вы уверены, что я зря приехал? – спросил он. – Расскажите мне еще раз, что именно вы почувствовали.

Кэролайн беспомощно пожала плечами:

– Это было странное ощущение. В доме все в порядке, вы сами это видели.

По непонятной причине эта ситуация напомнила ей о брате. Трент Дженнингс мастерски создавал проблемы и всегда выставлял виновной Кэролайн. Он любил напоминать ей о том, что она забрала у него родителей.

– Зачем мы вышли на улицу? – спросила она. – Здесь жарко.

– Ваш дом, вероятно, прослушивается.

Том сказал об этом так небрежно, что ей потребовалось несколько минут, чтобы понять смысл сказанного им.

– Что?

– Я сталкивался с этим раньше.

– Не понимаю… – Он может хоть на один вопрос ответить нормально? – С чем вы сталкивались?

На мгновение Том показался ей смущенным. Он выглядел как человек, который собирался сообщить плохие новости.

– У вас есть ощущение, что в вашем доме посторонний, хотя все вещи на своих местах, правильно?

Кэролайн кивнула.

– Вероятно, меня сегодня подвела интуиция. Откуда в моем доме прослушка?

– Они пытаются найти что-нибудь, что можно использовать против вас. Может, за вами числится какой-то грешок или промах. Может, что-то из прошлого. – Он улыбнулся, но это ее не успокоило. – Что-то похуже превышения скорости.

От ее лица отхлынула кровь. За ней не числилось никаких грешков. Если только вибратор…

Хотя ей будет неловко, если люди узнают о том, что случилось с ней, когда она училась в университете. Хотя ее родители мертвы… А шансы на то, что об этом узнает Трент, ничтожно малы, потому что она не общается с братом.

А вдруг ее станут ассоциировать с Винсентом Веранго? Это будет не просто стыдно. Это может стоить ей карьеры.

Нет. Она не должна паниковать.

– Я превышаю скорость максимум на пять миль, – сказала Кэролайн, стараясь сохранять спокойствие.

Том пожал плечами. По крайней мере, он интерпретировал ее реакцию как шок, а не как чувство вины.

– Они хотят найти то, чем можно вас шантажировать. Если вы не захотите, чтобы они информировали органы юстиции, то сделаете все, что они потребуют. Это элементарно.

– Элементарно? – Кэролайн уставилась на него, гадая, когда мир перестал быть логичным. – Я так не думаю!

– У меня нет с собой детектора жучков, – продолжал Том, словно не слыша ее. – Сегодня пятница. Я смогу раздобыть детектор только в понедельник.

– Почему только в понедельник?

– До того я буду в отгуле. У вас два выхода. Вы можете жить как прежде, а в понедельник я приеду и проверю ваш дом.

У нее засосало под ложечкой.

– Ладно. Какая у меня альтернатива?

На его скулах заиграли желваки.

– Вы можете поехать со мной, – сказал он.

– К вам домой? – Ей показалось, что она видит сон.

– Между нами будут только деловые отношения, – произнес он успокаивающим тоном.

Кэролайн не успокоилась:

– Если они прослушивают мой дом, то почему бы им не прослушивать и ваш?

Том усмехнулся.

– Поверьте мне, это невозможно. – Он оттолкнулся от машины и встал напротив Кэролайн.

Глава 4

Кэролайн и Том находились в машине уже целый час и пятнадцать минут. Семьдесят пять минут царило молчание. Любая попытка Кэролайн начать разговор встречалась в лучшем случае ворчанием с его стороны. Том попросту игнорировал ее, поэтому она перестала пытаться с ним заговорить.

Они выехали из Пьерра, и Том, верный своему слову, нарушал все ограничения скорости, известные человечеству и штату Южная Дакота. Кэролайн решила не смотреть на спидометр, чтобы не думать об аварии.

Пейзаж за окном не менялся с тех пор, как они выехали на открытые равнины. Кэролайн посмотрела на Тома. Они ехали на запад, а он был по-прежнему в солнцезащитных очках. Она не видела его глаз. Единственное, что выдавало его состояние, – это постукивание пальцев по рулю. По крайней мере, она думала, что он нервничает. Хотя ему, вероятно, просто было скучно.

Это несправедливо! Кэролайн не вспоминала о деле Веранго десять или двенадцать лет. Но именно это дело может заинтересовать плохих парней, потому что в ее шкафу нет других скелетов. Если не считать вибратора. По крайней мере, она на это надеялась.

Кэролайн любила секс. Она хотела бы заниматься им чаще, желательно с кем-то вроде Тома. Но ей не хотелось отношений с обязательствами и последствиями.

Не то чтобы она хотела заниматься с ним сексом. Но этот человек возбуждал ее своим страстным взглядом и мужественностью. Кэролайн жаждала избавиться от влечения к нему. Даже сидеть рядом с ним было для нее пыткой. Она не могла его игнорировать, независимо от того, как сильно пыталась это сделать. Кэролайн чувствовала, как он ерзает на сиденье. Может, он думает о том же самом, что и она? Однако отношения с Томом могут стоить ей карьеры. И ради чего все это? Ради человека, который с ней даже не разговаривает? Нет, она не может совершить еще одну ошибку.

Умом Кэролайн понимала, что ее перфекционизм не вполне разумен. Родители никогда ни в чем ее не упрекали. А теперь они мертвы. И она не может отвечать за Трента, который из плаксивого и избалованного ребенка превратился в злобного завистника. Она делала все возможное в бесполезной попытке сохранить мир в семье.

Наконец Кэролайн не выдержала. Она ожидала, что их поездка займет пятнадцать минут.

– Где именно вы живете?

– Мы скоро приедем, – сказал Том.

На самом деле он снова не ответил, однако Кэролайн решила не сдаваться.

– Если вы привезете меня к черту на кулички, вам не поздоровится. – Она не питала иллюзий по поводу того, что ей удастся его запугать. Он вооружен и опасен, и у него черный пояс по карате. Но Кэролайн умеет быстро бегать. И она брала уроки самообороны.

Он хохотнул:

– Я не собираюсь вас убивать. Или вредить вам.

– Не очень убедительно.

– Тогда зачем вы поехали со мной?

Кэролайн покачала головой, не заботясь о том, видит он это или нет.

– Я просто поняла, что, когда сказала вам, будто что-то почувствовала в своем доме, вы мне поверили. Любой другой человек сказал бы, что я выдумываю. Я просто отплатила вам за услугу. – Она закрыла глаза. – Не берите в голову.

Машина замедлила ход.

– И когда мы все-таки приедем? – спросила она.

– Вы голодны?

Кэролайн ужасно проголодалась, но это не помешало ей посмотреть на часы на приборной панели. Солнце начало садиться.

– Вы всегда так делаете?

Том молча наклонил голову в ее сторону. Она начинала ненавидеть его солнцезащитные очки.

– Почему вы всегда отвечаете вопросом на вопрос?

Его губы дрогнули.

– Нас будет ждать ужин. Надеюсь, вы любите пиццу.

Интересно… Он ясно заявил, что везет ее в свой дом. Неужели в его доме есть личный повар? Разве агент ФБР может позволить себе повара?

– Я люблю пиццу. Желательно с колбасой и перцем. Или грибами. А у вас есть мороженое? Вино?

– Я позабочусь о вас.

Возможно, это было невинное заявление – просто он всегда был готов к нежданным гостям. Но Кэролайн ему не поверила.

Она очень устала и переволновалась. Только поэтому, когда Том пообещал о ней позаботиться, она почувствовала сильное возбуждение. Да, она просто очень устала. Никак иначе нельзя объяснить, почему простая фраза, произнесенная низким мужским голосом, так на нее повлияла.

Кэролайн запретила себе смотреть на Тома, дрожа от предвкушения, и холодно произнесла:

– Это еще предстоит выяснить, не так ли?

Она увидела, как он схватился за руль обеими руками.

Снова наступила тишина. Кэролайн и раньше не знала, куда они едут, теперь она вообще не имела об этом понятия. Они съехали с шоссе. С каждым поворотом дорога становилась все хуже. Открыв бардачок, Том выудил оттуда… пульт дистанционного управления.

– Что вы делаете? – спросила она.

Не ответив, он направил пульт в сторону кустов и нажал кнопку.

Кусты плавно передвинулись в сторону. Кэролайн несколько раз моргнула. В ее голове царила неразбериха.

– Скажите честно, вы Бэтмен?

Том улыбнулся, и по ее телу пробежала дрожь. У нее пересохло во рту.

– Вы же не поверите, если я скажу, что я им был?

Она призадумалась. Ну, по крайней мере, попыталась это сделать. Кэролайн было трудно соображать, настолько она была возбуждена.

– Только если у вас есть пожилой дворецкий-англичанин.

Он шире улыбнулся:

– Нет. Пожилые дворецкие-англичане не любят работать у черта на куличках.

Кэролайн насторожилась.

– Вы же говорили, что у вас есть дом. – Она огляделась, впервые понимая, что такое необъятные просторы. Вокруг не было ничего, кроме высокомобильных фальшивых кустарников. – Я его не вижу. Если вы живете в фургоне у реки, я рассержусь. Мне нужен настоящий дом и пицца, – прибавила она. – И настоящая кровать. Я лучше вернусь в Пьерр, чем стану ночевать в спальном мешке.

Том усмехнулся.

– У меня есть домработница, – прибавил он, взглянув на часы на приборной панели. – Она должна приготовить ужин. И вы сможете поплавать, если захотите.

– У вас есть бассейн? – Она снова смотрела на деревья.

– Не совсем, – сказал он. – Но у меня есть пруд, его питают родники. Если вы захотите освежиться…

Каким-то образом Кэролайн вдруг оказалась достаточно близко к нему, и он коснулся ее щеки ладонью. Ее ресницы дрогнули, она прильнула к его руке. И хотя это был один из самых странных дней в ее жизни, она чувствовала себя в безопасности рядом с Томом.

– Позвольте мне отвезти вас к себе домой.

Пруд? Она не любила ил, хлюпающий между пальцами ног, но в данный момент ей было все равно.

– Не могу дождаться.

Кэролайн говорила о еде и вине. И о прохладном пруде. Но она чувствовала, как сильно напряжен Том, и поняла, что ему не до ужина и не до пруда.

– Вы не пожалеете.

– Я надеюсь.

На секунду оба замерли. Его пальцы были грубыми, но прикосновение нежным, и Кэролайн слишком устала, чтобы сдерживать дрожь. Когда же он снимет эти чертовы очки? Жаль, что они сейчас не сидят в романтическом ресторане. И не находятся в спальне. В любой спальне.

Том поглаживал ее щеку, и Кэролайн подумала, что он собирается ее поцеловать. Она хотела, чтобы он ее поцеловал.

– Нам надо торопиться, – сказал он, отстраняясь от нее, как ей показалось, с неохотой.

– Конечно, – произнесла Кэролайн, глядя на деревья вдали.

Ей уже было все равно, куда они направляются.

Глава 5

Ошибался Том нередко. Ему не удалось защитить Мэгги. Он должен был сидеть за рулем вместо Стефани во время автомобильной аварии. И сегодня он снова облажался.

Он дважды упустил знаменитого сутенера Леонарда Лоу Дога, который чуть не убил Мэгги. Он не мог напасть на след киллера Таннера Доннелли до тех пор, пока сестра Таннера, Роузбад, и ее муж, Дэн Армстронг, не предоставили все улики. Кроме того, Том по-прежнему не выяснил, кто подкупает судей в Южной Дакоте.

Все это произошло из-за эпических судебных ошибок, которые он изо всех сил старался исправить. Леонард Лоу Дог отбывал двадцать лет заключения без права досрочного освобождения. Шейн Трэшер получил сорок лет за убийство Таннера. Том отправил за решетку трех судей, а одного вынудил уволиться с должности.

Но ни одна из этих ошибок не могла сравниться с его нынешним промахом. Он привез Кэролайн Дженнингс к себе домой.

Она ахнула, увидев его дом. Это было его святилище. Это было то место, где он вспоминал Стефани.

– Боже мой, – выдохнула Кэролайн. – Как он здесь появился?

– Я его построил.

Они со Стефани вместе строили этот дом, когда их карьера шла в гору. Им обоим тогда удалось взять летом отпуск на месяц.

А теперь он привез сюда Кэролайн. Да. Он совершил ошибку. Однако он обещал о ней позаботиться.

– Вы построили это сами?

– Я нанял мастеров, которым доверял, и следил за ходом работ.

Том нигде не видел пикапа Лилли. Отлично.

Приземистое здание практически светилось в лучах закатного солнца, солнечные панели на крыше дома и гаража сверкали.

– Это удивительно. – Ее голос был хриплым. Она повернулась и посмотрела на него своими невероятно красивыми глазами. – Вы живете здесь постоянно?

Том пожал плечами:

– У меня есть квартира в Пьерре, но мне нужно более уединенное и безопасное место, где я могу поразмышлять.

Правильно. Именно поэтому он привез ее сюда. Безопасность. Он сделает все, чтобы ей ничто не угрожало. Он даже готов нарушить собственные принципы.

Приведя Кэролайн в свой дом, Том нарушил все правила, которые когда-то установил для себя. Он рисковал не только своим благополучием или благополучием Кэролайн. Он рисковал сорвать дело, над которым он и Карлсен работали многие годы.

Но что ему делать? Он не может оставить ее.

Автомобиль въехал в гараж. Кэролайн ахнула, и Том снова посмотрел на нее.

– Кто вы, черт побери? – спросила она, оглядываясь по сторонам.

В гараже стояло несколько невзрачных машин, которые он использовал для наблюдения, а также мотоцикл, старый пикап для поездок в резервацию и дорогой алый спортивный автомобиль.

– Вам трудно поверить мне, но я не привык лгать.

– В вашем неумении лгать я не сомневаюсь.

Том фыркнул и вышел из машины. Кэролайн последовала за ним. Он вынул ее вещи из багажника.

– Идите за мной. – Он привел ее к широкому крыльцу, которое охватывало три стороны дома. – Мне надо кое-чем заняться, поэтому, если вы хотите искупаться в пруду, сейчас самое подходящее время для этого.

Ему следовало связаться с Карлсеном и сообщить ему, что дом Кэролайн необходимо проверить на предмет прослушки.

Кроме того, так у Тома будет возможность собраться с мыслями. Лилли Белый Гром должна была приготовить ужин. И оставалось надеяться, что она успела застелить кровать свежими простынями.

Том представил, как Кэролайн лежит в постели. Ее волосы взъерошены, простыня едва закрывает ее талию…

– Проходите, – сказал он, поставив ее сумку у двери. Запах пиццы наполнял дом.

Хотя Том любил Лилли, он обрадовался, что этой пожилой женщины нет в доме. Он не хотел представлять ей Кэролайн и не желал провоцировать возможные сплетни.

Потому что Кэролайн должна быть в безопасности. А не потому, что он не хотел, чтобы Лилли смотрела на него добрыми глазами и строила предположения.

Не сдержавшись, Том взял Кэролайн за руку. Она была слишком разгоряченной и уставшей, чтобы встречаться с новыми людьми. Чем скорее она разденется и освежится, тем лучше.

И он не будет думать о том, как она выглядит обнаженной.

Он был сильно возбужден, когда проводил ее через раздвижные двери и по тропинке, где располагался небольшой бассейн, который он устроил, перегородив природный источник.

Кэролайн резко остановилась, когда увидела его.

– Красная вода?

– Да. Это из-за высокого содержания железа. Источник впадает в Ред Криик, – сказал он, подходя поближе к ней и указывая на берег реки. – Не бойтесь, ваша кожа не окрасится.

В следующую секунду она ударила его по руке.

– Почему вы не предупредили меня об этом? – спросила она неестественно высоким голосом. – Если бы вы сказали мне, что у вас есть дом с каменными каминами и кожаной мебелью и… – Ее голос дрогнул. – И маленький пруд, который на самом деле даже не пруд. – Она фыркнула. – Вы выстлали дно камнями, да?

Это было самое обличительное заявление, которое он слышал, и оно не было связано с преступлением. Речь шла всего лишь о его маленьком бассейне.

– Если я захочу, чтобы у меня между пальцами ног хлюпал ил, я поплаваю в реке, – ответил Том.

Кэролайн снова ударила его по руке, и он отпустил ее.

– Вы могли бы меня предупредить. Я не взяла с собой купальник.

– Я не знал, что вам захочется освежиться, когда мы отправились в путь. – Том старался не встречаться взглядом с Кэролайн. – Глубина не более метра, – прибавил он. – Этого недостаточно, чтобы от души поплескаться.

Она вздохнула, и он оглянулся. Кэролайн смотрела на воду, как на давно потерянного любовника, с которым не надеялась увидеться. Том, вероятно, сошел с ума, потому что он вдруг приревновал ее к бассейну.

– Если вы будете за мной подсматривать, я выпущу вам кишки, пока вы спите, – произнесла Кэролайн усталым голосом.

Том знал, что у него непростой характер. Именно поэтому Стефани так ему подходила. Она никогда ни в чем ему не уступала. Она бросала ему вызов и заставляла становиться лучше. Она была ему ровней, и за это Том ее обожал.

Но даже Стефани никогда не угрожала выпустить ему кишки.

Он усмехнулся:

– Тогда мне лучше не подсматривать.

Кэролайн отвернулась от него, взялась за подол рубашки и стала медленно ее поднимать, обнажая бледную кожу поясницы. Потом она посмотрела на него через плечо:

– Разве вам не пора уходить?

– Знаете, я привык спать с открытым глазом.

Кэролайн начала опускать рубашку, поэтому он быстро шагнул назад.

– Все-все, ухожу. Я не стану подсматривать. Я сообщу вам, когда будет готов ужин.

– Если мы и дальше будем тянуть время, то, скорее всего, нам придется завтракать, а не ужинать, – сказала Кэролайн со вздохом.

Том развернулся на пятках до того, как совершил глупость. Например, поддался желанию заключить ее в объятия. Он боролся с этим желанием с тех пор, как остановил машину напротив ее дома. Кэролайн казалась такой испуганной, когда позвонила ему по телефону. Она старалась отшутиться, но Том догадался, что именно она чувствует. Он желал обнять ее и сказать ей, что с ним она в безопасности.

Вместо этого он вошел в ее дом, готовый разорвать злоумышленника, который лишил ее покоя, а потом велел ей взять с собой вещи и отвез к себе домой на уик-энд.

И вот теперь он останется с Кэролайн наедине следующие сорок восемь часов. Здесь можно было только гулять, охотиться, купаться в бассейне и спать. Тут нет ни телевизора, ни Интернета. Единственное средство связи с внешним миром – его спутниковый телефон.

Теперь Кэролайн в безопасности, и Том был уверен, что она это знает. Иначе она не раздевалась бы так быстро. И не входила бы в этот самый момент в мелкий бассейн, который он, казалось, построил специально для нее. Она наверняка сейчас погружается в воду обнаженной, чувствуя прикосновение воды к внутренней поверхности бедер, животу и груди.

Том засомневался, что доживет до понедельника.

Вода была блаженно прохладной. Кэролайн сразу взбодрилась. Отлично. Ей было намного проще думать о том, как ее тело покрывается мурашками, чем размышлять о событиях последних четырех часов. Неужели в самом деле прошло всего четыре часа?

У нее заурчало в животе. Кэролайн была готова убить за бокал вина, но купание в бассейне в сумерках тоже весьма успешно избавляло ее от беспокойства.

Однако даже прохладная вода не избавила ее от возбуждения. Ее соски были напряженными, внизу живота по-прежнему разливалось тепло. Она лежала голышом в бассейне, построенном Томом Желтая Птица. Она могла бы притвориться, что он сделал его специально для нее, но это было бы уж совсем глупо.

Почему он не рассказал ей об этом месте заранее? Вероятно, он решил перестраховаться.

Кэролайн поплыла в сторону, чтобы лучше рассмотреть дом. Она не видела ни горничной, ни домработницы, ни дворецкого-англичанина. Единственным признаком того, что он обитаем, был аппетитнейший запах пиццы. Том провел Кэролайн по помещениям довольно быстро, но она успела заметить массивный каменный камин от пола до потолка.

Дом был безупречен, было очевидно, что домработница отлично за ним следила. Он был просторным, но довольно приземистым. Он словно прятался, прижимаясь к земле. Однако его можно было заметить с воздуха благодаря солнечным батареям на крыше. Около дома росли раскидистые деревья, отбрасывавшие тень на крыльцо. Но на самом деле у деревьев была другая функция – они закрывали дом, чтобы его не было видно с дороги.

– Я иду, – донесся до Кэролайн голос Тома. – Вы одеты?

– Я в воде, – поспешно ответила она. – Мне необходимо полотенце или какая-нибудь одежда. – Кэролайн бросила свои вещи в нескольких шагах от бассейна, потому что торопилась от них избавиться. – Похоже, мне придется сидеть здесь вечно.

Он рассмеялся низким и глубоким смехом, приятно удивляя ее:

– Я был бы ужасным хозяином, если бы оставил вас в воде. Я принес вам полотенце.

– Я еще не решила, какой вы хозяин. Полотенце пушистое?

– Пушистее не бывает. Я не смотрю на вас.

– И правильно делаете, – произнесла Кэролайн и поднялась из воды.

Когда она повернулась, то увидела, что Том стоит у бассейна, протягивая ей развернутое полотенце. Его глаза были закрыты.

– Что вы делаете? – спросила она, опускаясь обратно в воду.

– Камни на дне скользкие. Я должен убедиться, что вы не поскользнетесь, – произнес он как ни в чем не бывало.

Кэролайн медленно вышла из воды и подошла к нему. Том завернул ее в полотенце и продолжил стоять, обнимая ее. Он не открывал глаза.

– Вы никогда не врете?

Он покачал головой:

– Я не подсматривал.

Кэролайн передвинулась, чтобы зафиксировать полотенце под мышками. Оно в самом деле оказалось очень пушистым. Потом она глубоко вздохнула и коснулась рукой щеки Тома. Его ресницы дрогнули, но глаза оставались закрытыми.

– Зачем вы привезли меня сюда? – произнесла она. – И я не хочу слышать рассказ о том, что вы решили держать меня в безопасном месте.

– Но это правда.

– Можно было обеспечить мою безопасность в пределах города, Том. Хватит врать. Почему вы привезли меня сюда?

Том обнял ее своими сильными руками за талию. Кэролайн вздрогнула, но не от холода.

– Я могу отвезти вас обратно. Если хотите, мы можем выехать после ужина.

Ей многого хотелось. Например, придушить его, а также поцеловать, ударить и сбросить с себя полотенце.

– А если я не захочу уезжать?

Его пальцы впились в ее талию. Он притянул Кэролайн к себе. Она прижималась чувствительными сосками к его груди.

– Что делать, если я захочу остаться? – спросила она, приподнимаясь на цыпочки.

– Вы тоже это чувствуете, да?

Голос Тома был таким тихим, что Кэролайн пришлось наклонить голову, чтобы расслышать его слова.

– Я никогда не думал, что почувствую это снова.

Снова? О чем он, черт побери, говорит?

Кэролайн отстранилась от него, но сделала это так поспешно, что, поскользнувшись, начала падать. Однако Том ловко подхватил ее на руки и прижал к груди, словно драгоценность.

– Ого! – воскликнула она. – Вы можете поставить меня на землю.

– Я привез вас сюда не для того, чтобы вы разбили голову о брусчатку, – произнес он прохладным, спокойным и сдержанным тоном.

И он не поставил ее на землю.

Кэролайн ничего не оставалось, кроме как обнять его за шею.

– Зачем вы привезли меня сюда?

Том сдерживался с огромным трудом. Он твердо смотрел в глаза хладнокровным убийцам и выкручивался из многих сложных ситуаций.

Но прижимать к груди Кэролайн…

Том разжигал огонь в яме возле патио дрожащими руками. Затем, когда он решил, что у Кэролайн было предостаточно времени, чтобы одеться, он достал из бара бутылку вина, откупорил ее и отнес в патио, где стояли стол и стулья.

Разлив вино по бокалам, Том выпил свою порцию разом. Он пребывал в смятении. Прямо сейчас он хотел думать о запахе тела Кэролайн, смешивающемся со свежим ароматом весны. Или о ее податливом теле, которое он прижимал к себе, неся ее в дом.

Проклятье. Ему никак не удавалось выкинуть мысли о Кэролайн из головы. Поэтому он сделал единственное, что могло его образумить. Он стал думать о своей жене, Стефани.

Она была слишком совершенной для этого мира. Когда Том увидел ее впервые, она была в облегающем белом платье. Ее иссиня-черные волосы и ярко-голубые глаза заставляли всех оборачиваться в ее сторону.

О, он по-прежнему прекрасно помнил, как просияло ее лицо, когда их взгляды встретились. Том чувствовал странное томление в груди, когда шел к ней через толпу. Он сразу понял, что эта удивительная женщина послана ему судьбой.

Но впервые за прошедшие несколько лет Том не смог удержать воспоминание о Стефани надолго. У него не получалось игнорировать настоящее.

Вокруг царила такая тишина, что Том слышал нежный плеск источника, вытекающего из реки и впадающего в его бассейн, и шелест травы, которой легко касался вечерний ветерок.

Внезапно Том услышал, как двери патио открываются, а затем с легким стуком закрываются. После этого до него донеслись неуверенные шаги на крыльце и лестнице.

Когда Кэролайн заняла свое место за столом, Том повернулся к ней и снова почувствовал сильнейшее возбуждение.

Кэролайн была не похожа на Стефани. Его жена ни за что не надела бы старые шорты и выцветшую серую футболку. Шлепанцы никогда не коснулись бы ее ног. Волосы Стефани всегда были идеально уложены. И она никогда не взяла бы пустой бокал и не заявила бы:

– Могли бы и мне чуток налить.

– Я уже говорил, – ответил Том, наполняя ее бокал, – что я не ужасный хозяин. Я дам вам еще и пиццу.

Он выложил пиццу на тарелки и взял несколько салфеток. Кэролайн не сдвинулась с места, а только положила ногу на ногу. Она не была идеальной. Но она отлично вписывалась в здешнюю атмосферу.

– Пицца с колбасой, – провозгласил Том, протягивая Кэролайн тарелку.

Она занялась пиццей, и какое-то время оба молчали. Наконец Кэролайн поставила свою тарелку на стол и повернулась к нему:

– Итак?

– Что? – Том наполнил оба бокала вином. – У вас есть вопросы?

– Какой вы догадливый! Объясните мне, откуда взялся этот дом.

– Как я уже сказал, я его построил.

– Верно.

Он ждал очередного вопроса. Ждать пришлось недолго.

– На какие деньги? У вас самая роскошная ванная комната, какую я видела. А о такой кухне, как у вас, мечтает любой повар.

Том рассмеялся, и Кэролайн рассмеялась вместе с ним, однако он понял: ему не удастся уйти от ответа.

– За качество всегда нужно много платить, – сказал он.

Ее взгляд стал резким, словно она находилась в зале суда.

– Кто платил за все это? Агент ФБР не зарабатывает столько денег. У вас отличный дом и довольно много земли.

– Восемьдесят акров. Я вырос примерно в тридцати милях отсюда. – Том встретил ее взгляд. – Я люблю уединение.

Он видел, как Кэролайн обдумывает его слова.

– У вас есть квартира в Пьерре.

– И еще одна в Рапид-Сити, – ответил Том, и она округлила глаза. – У меня немало недвижимости. Кроме того, у меня есть безопасный дом в Пьерре, где я могу на время укрыть человека.

Том понял, что проболтался. Он мог бы оставить Кэролайн в своем доме в Пьерре. Однако судье вряд ли понравилось бы находиться в одном помещении с бывшими проститутками и выздоравливающими наркоманами.

Поэтому он привез ее сюда.

Кэролайн смотрела на него своими невероятно красивыми глазами, и он вдруг задался вопросом, почему не рассказал ей обо всем сразу.

– Вы всем этим владеете?

– Да. – Том вытянул ноги к огню и почувствовал, как успокаивается.

Обычно ему некогда было расслабляться. Он выслеживал преступников и арестовывал их. Он нажил так много врагов, просто делая свою работу, что редко мог позволить себе отдыхать.

Но сейчас, сидя у костра с красивой женщиной в ясный летний вечер, попивая вино…

– Кто за все это заплатил? – с любопытством спросила Кэролайн.

– Моя жена.

Глава 6

Кэролайн решила, что она ослышалась.

– Ваша жена?

Ну конечно, в этом нет ничего удивительного. Он женат. Естественно, он женат. Тогда почему он так повел себя у бассейна?

– Где она?

Том уставился в свой бокал.

– Похоронена рядом со своей бабушкой и дедушкой в Вашингтоне, округ Колумбия.

Кэролайн стало трудно дышать.

– Простите.

Том пожал плечами, тщательно сохраняя на лице маску безразличия.

– Она погибла девять лет назад в автомобильной аварии по вине пьяного водителя. Я должен был быть за рулем, но остался на вечеринке. У меня были дела.

Он произнес слово «дела» так зловеще, что по спине Кэролайн пробежала дрожь.

– В округе Колумбия?

Том кивнул и откинулся назад, глаза уставились на звезды. Кэролайн проследила за его взглядом, и то, что она увидела, заставило ее затаить дыхание. Ночное небо здесь было великолепным.

– Работа в ФБР была моим единственным шансом выбраться из резервации, – начал он. – Но я был не один. Роузбад, младшая сестра моего лучшего друга Таннера, получила стипендию в Джорджтауне, и мы с ней держались вместе.

У Кэролайн были вопросы, но она решила не прерывать Тома, раз уж он захотел выговориться.

– Она и Карлсен вместе учились. Сейчас она адвокат племени Ред Криик. Когда у нее появился жених, мы с Джеймсом остались одни, и он требовал, чтобы я ходил с ним на все вечеринки, которые устраивали его родители. – Он пожал плечами. – На одной из них я встретил Стефани.

Том говорил о ней с такой нежностью, что Кэролайн почувствовала себя идиоткой. Он любил свою жену. Разве нормально ревновать его к ней? Но она не могла не завидовать женщине, которая завладела сердцем Тома Желтая Птица.

– Она и Карлсен дружили с детства. Я думаю, их матери хотели, чтобы они поженились, но оба предпочли связаться с двумя грязными и бедными индейцами. – Он рассмеялся, словно это и в самом деле было смешно. – Карлсен приехал на запад, потому что мне и Роузбад требовалась его помощь, и тут он познакомился с Мэгги. Спросите ее как-нибудь об этом. Он хорошо к ней относится, и это замечательно.

Том сказал об этом так, словно ясно дал понять: если бы Карлсен дурно обращался со своей женой, случилось бы кровопролитие.

Кэролайн не сразу поняла, что стоит за словами Тома. Вероятно, Мэгги знала все постыдные истории из его детства. А Карлсен был его самым верным другом.

И Том только что сделал предположение о том, что Кэролайн встретится с ними. В обычной обстановке, а не в юридическом офисе или зале суда.

– Как давно вы работаете с Карлсеном?

– Мы знакомы более четырнадцати лет.

То есть девять лет после смерти Стефани.

Том посмотрел на нее:

– Я был женат почти четыре года.

– Она была из богатой семьи?

– Ее мать была богатой наследницей, а отец сенатором. – Том тяжело вздохнул. – Мы старались не говорить о политике. Они сделали все возможное, чтобы принять меня. Так поступили бы немногие на их месте. Но я был из другого мира.

Некоторое время Том молчал, и Кэролайн задалась вопросом, закончил ли он свой рассказ или просто задумался.

– Мы с ними по-прежнему из разных миров, – наконец произнес он.

– Я сожалею о том, что произошло с вашей женой, – сказала она и сжала его руку. Он переплел свои пальцы с ее пальцами. – Значит, этот дом построен на ее деньги?

– Я вкладывал их с умом. Стефани занималась благотворительностью. Ее мать до сих пор этим занимается. – Том открыл было рот, словно собирался что-то добавить, но потом покачал головой и сменил тему. – А вы? – Он наклонил голову и неожиданно словно стал моложе. Морщинки вокруг его глаз разгладились, он перестал крепко сжимать губы. – Какие у вас скелеты в шкафу? Мертвые мужья?

Кэролайн старалась выглядеть сдержанной.

– Нет. Я всегда считала, что карьера важнее всего. У меня еще есть время, чтобы подумать о создании семьи.

Том с грустью посмотрел на нее, а потом уставился на небо.

– Раньше я тоже так думал.

Кэролайн не нравилась его грусть.

– Во время учебы в университете я чуть не выскочила замуж, – произнесла она, удивляясь самой себе. Она никому не говорила о Робби. – Мы были молоды и глупы и думали, что сумеем пойти против всего мира. Но нам не удалось прожить вместе даже год.

Правда была в том, что они с Робби боялись заводить детей. Кэролайн ненавидела совершать ошибки, но одна из них едва не изменила ее жизнь. Когда у нее случилась задержка… При воспоминании об этом Кэролайн вздрогнула.

– Дела пошли не так, как планировалось, – призналась она.

Ну, это мягко сказано. Как только она сообщила Робби о задержке, он дал деру. Фантазия о том, как она будет жить с ним в браке долго и счастливо, растворилась в воздухе. Кэролайн поняла, что совершила самую большую ошибку в своей жизни.

По иронии судьбы Трент наградил ее прозвищем Ошибка.

– Вы не вышли за него замуж?

– Нет.

Том пожал плечами:

– Никто не совершенен. Идеальных отношений не бывает.

Ах, если бы все было так просто!

– В любом случае я предпочитаю об этом молчать, – сказала Кэролайн. – Эта история говорит о том, что я не умею разбираться в людях, понимаете?

– Конечно. Я полагаю, он был вас не достоин.

Она усмехнулась:

– Если я с вами соглашусь, то буду выглядеть эгоисткой.

Его смех был теплым и глубоким, и Кэролайн показалось, что он окутал ее, словно покрывало.

Кэролайн неторопливо потягивала вино, чувствуя, как все ее тело приятно расслабляется. Том не стал думать о ней хуже после того, как узнал, что она едва не связала свою жизнь с неподходящим мужчиной.

– Том?..

– Да?

– Вы до сих пор не ответили на мой вопрос.

Почему она здесь? Что происходит между ними?

Кэролайн не могла себе представить, что он привозил сюда других потенциальных свидетелей, позволял им купаться в своем пруду и смотрел с ними на звезды. Ей хотелось думать, что с ней все иначе, хотя Кэролайн понимала: это просто глупо.

Казалось, они вдруг оказались в иной реальности. Они находились вдали от социума… и каких-либо потенциальных последствий своих поступков.

Так ли ужасно, если она позволит себе немного расслабиться?

Том долго не отвечал, затем вдруг поднялся.

– Уже поздно, – хрипло сказал он, протягивая ей руку. – Пойдемте, я покажу вам вашу комнату.

Том всегда любил свою широкую кровать, застеленную тончайшими хлопчатобумажными простынями. Потолочный вентилятор лениво вращался над головой, охлаждая воздух. Ужин был вкусным, а вино отличным. Теперь он может успокоиться.

Но заснуть ему не удавалось.

Потому что в комнате в конце коридора находилась Кэролайн.

Том пытался заставить себя лежать спокойно и ни о чем не думать. Даже если он не может спать, он должен просто отдохнуть. Впереди у него долгие выходные.

Том подумал о своих планах на понедельник. Утром он должен лететь в Вашингтон, чтобы пообедать с сенатором и миссис Резерфорд – своим тестем и тещей. Потом они пойдут на гала-вечеринку по сбору средств для благотворительного фонда Резерфордов, который основала Стефани. Селин Резерфорд, мать Стефани, управляла фондом от имени своей дочери, но Том старался помогать ей всякий раз, когда ему это удавалось. Это был его способ почтить память своей покойной жены.

Том не любил пышные вечеринки по сбору средств, потому что всегда чувствовал себя на них инопланетянином. Он не любил возвращаться в Вашингтон по той же причине, если только это не было связано с работой. И хотя он очень уважал Резерфордов, ему было больно видеться с ними. Селин сильно напоминала свою дочь. Тому было больно смотреть на нее и осознавать, что Стефани выглядела бы именно так в ее возрасте, если бы у них был шанс состариться вместе.

Как правило, Резерфорды не докучали ему своим обществом, понимая особенности его работы. Селин каждый месяц присылала Тому электронное письмо и открытки на праздники.

Но раз в год он ездил в Вашингтон. Фонд Резерфордов занимался образованием девочек и женщин во всем мире. Благодаря участию Тома фонду выделялись средства на обучение индейцев по всей стране.

Время поджимало. Когда Том решил привезти Кэролайн сюда, он считал, что ему хватит времени, чтобы доставить ее домой, добыть необходимое оборудование и осмотреть ее жилище на предмет прослушки. Но из разговора с Карлсеном, который состоялся, пока Кэролайн плескалась в бассейне, Том понял, что не успеет в Вашингтон, если будет сам проверять ее дом. Получается, они должны встать в понедельник до рассвета и вернуться в Пьерр.

Мысли стремительно кружились в его голове. Однако Том был даже рад этому. Гораздо лучше думать о полете в Вашингтон и смокинге, в котором ему надлежит явиться на прием, чем представлять, как обнаженная Кэролайн расслабляется в бассейне.

Внезапно он услышал шаги и скрип половиц, а потом щелчок ручки открываемой двери. Он никак не отреагировал, когда Кэролайн вошла в комнату. Он надеялся, что она пришла не за тем, чтобы выпустить ему кишки.

Она подошла к нему практически беззвучно.

– Я же говорил, что сплю очень чутко.

Кэролайн удивленно ахнула:

– Вы не спите?

– Как и вы.

– Я… – Она глубоко вздохнула. – Я не могу уснуть.

Том открыл глаза.

– Да?

Он приложил все силы, чтобы сохранить спокойствие, когда увидел ее в короткой хлопчатобумажной ночной рубашке и с взъерошенными волосами.

– Неужели вы действительно думаете, что меня собираются шантажировать? – спросила она.

– Вполне вероятно. Вам есть что скрывать?

Том отчаянно хотел, чтобы Кэролайн ответила отрицательно. Может, потому, что было уже поздно.

Или потому, что он не мог не мечтать о ней с тех пор, как увидел ее в зале суда – строгую и красивую.

Годами Том думал только о работе. У него не было ни жены, ни семьи. Он отдавал всего себя службе в ФБР.

Несмотря ни на что, сейчас он хотел, чтобы Кэролайн была невиновной и чистой. Он желал, чтобы она принадлежала ему.

Наступило молчание, и Том задался вопросом, правильно ли расценил ситуацию.

– Мне нечего скрывать, – сказала Кэролайн. – По крайней мере, я так думаю.

Том мгновенно напрягся:

– Вы не уверены?

– Кто знает, что они могут использовать против меня?

Том медленно сел в кровати.

– Я мог бы предположить, – произнес он, убеждая себя в том, что эта информация необходима ему, чтобы обеспечить безопасность Кэрол айн. – Скажите мне, что вам приходит в голову, и я отвечу, опасно это для вашей репутации или нет.

Том услышал, как она сглотнула.

– Я люблю мужчин, – тихо произнесла Кэролайн.

– В этом нет ничего противозаконного. Если только… – Он глубоко вдохнул, чтобы не потерять самоконтроль. – Вы не угрожали своему партнеру.

Он увидел, как ее грудь поднялась и опустилась, когда Кэролайн вздохнула.

– Я… Мне нравится, когда я сверху. Мне сказали, что у меня очень чувствительные груди. Мне нравится, когда мой любовник гладит их и посасывает. Но не кусает. Они слишком чувствительные.

Сердце Тома колотилось как сумасшедшее.

– По-моему, в этом нет ничего необычного. – Его голос надломился. Том не осмеливался двигаться. Он не хотел разрушить чары, пока Кэролайн делилась с ним своими сокровенными желаниями. – Есть еще что-нибудь, что можно считать необычным?

– Я… – Она шагнула к нему. – Мне нравится, когда мужчина берет меня сзади.

– Да? – выдавил он.

– Это не опасно, нет? – Ее голос снова дрогнул, но не от волнения, а от желания. – Я иногда фантазирую о том, как мужчина приходит ко мне в кабинет, перегибает меня через письменный стол и берет меня, потому что не может сдержать желания. Он запускает пальцы в мои волосы или царапает мою кожу. – Кэролайн судорожно вздохнула. – По-вашему, это неправильно?

– Неправильно? – Том сдавленно рассмеялся. – По-моему, это самая замечательная фантазия, о какой я слышал.

Ее лицо практически светилось от облегчения.

– Но перед этим необходимо проверить, не установлены ли в вашем кабинете жучки. И еще надо доверять любовнику, – добавил Том.

Кэролайн сделала еще один шажок в его сторону. У него перехватило дыхание, когда он увидел ее длинные обнаженные ноги.

– Я мало кому доверяю.

– Правда?

Она кивнула:

– Только тебе.

Том вскочил с кровати до того, как успел одуматься. Он обнял Кэролайн и принялся ее целовать. Нет, он не целовал, а буквально пожирал ее.

– Что-нибудь еще? – прошептал он ей на ухо и прикусил мочку. – То, что можно использовать против тебя.

– Я не люблю осторожничать. – Кэролайн вздрогнула, и Том почувствовал, как ее напряженные соски уперлись ему в грудь. – Мне нравится дикий, необузданный секс.

Подхватив Кэролайн на руки, Том бросил ее на кровать.

– Я хотел сделать это раньше, – прорычал он. – Но я не знал, чего именно хочешь ты.

– Тебя.

Он снял футболку, а Кэролайн стянула с него боксеры. Том резко сорвал с нее ночную рубашку.

Она посмотрела на него. Ее глаза сверкали в лунном свете.

– Я хочу тебя.

Том замер на секунду. В его глазах читалось необузданное желание. Кэролайн подумала, что, вероятно, сказала что-то не то.

В следующее мгновение Том опустился на колени, схватил ее за бедра и потянул к краю кровати.

– Кэролайн, – простонал он и коснулся зубами внутренней поверхности ее бедер. – Ты когда-нибудь думала об этом?

Он стал посасывать ее нежную плоть. Кэролайн вонзила пальцы в его волосы и отдалась невероятным ощущениям.

– Иногда, – хрипло ответила она. – Но не очень часто.

Ее прежние любовники были либо не в восторге от орального секса, либо не умели им заниматься. Но Том оказался опытным любовником. Продолжая ласкать ее между ног, он поглаживал ее грудь и чувствительные соски. Ох, даже в своих фантазиях Кэролайн не предполагала, что ей может быть так хорошо.

Она буквально выпала из реальности, испытав сногсшибательный оргазм. Том медленно отстранился от нее. Кэролайн была такой обессиленной, что ей удалось только улыбнуться ему.

– Надеюсь, – страстно выдохнула она, – в этом не было ничего противозаконного.

Том поднялся с кровати. Лунный свет ласкал его кожу, делая его похожим на неземное существо. Затем он опустился на нее, опираясь на руки.

– Выбирай.

Кэролайн погладила его лицо кончиками пальцев.

– Что мне надо выбрать?

– Какую позу ты предпочитаешь?

Она притянула его к себе.

– Я сверху.

– Ох, – пробормотал он, укладываясь вместе с ней на середину кровати. – Обожаю женщин, которые знают, чего хотят.

Глава 7

– Презерватив?

Том не сразу понял, о чем его спросила Кэролайн. Она уселась на него верхом, и он передвинулся под ней. Она тихо простонала.

– Том? Презерватив?

– Хм. – Верно, верно. Они должны предохраняться. – Подожди секунду.

Пока он искал презервативы в шкафчике кладовой, ему казалось, что на него смотрит Стефани. Странно. Он не мог видеть свои свадебные фотографии. Он не выставлял их в гостиной, не убирал в фотоальбом, а хранил в кладовой.

Роясь в шкафчике, Том убеждал себя, что Стефани хотела бы, чтобы он был счастлив. Рафинированная и сдержанная, его жена никогда не любила бурный секс, и ее не прельщала близость на письменном столе в офисе.

Наконец Том нашел презервативы. Ему казалось, что прошло несколько часов, хотя, вероятно, на поиски ему понадобилось не более пяти минут. Он торопливо вернулся в спальню, боясь, что волшебная атмосфера между ним и Кэролайн развеялась.

Том остановился у двери спальни, стараясь продумать все возможные результаты. Возможно, Кэролайн уснула. Вероятно, она передумала. Возможно, ему придется сидеть в холодом пруду, чтобы успокоиться.

– Том? – тихо и страстно позвала Кэролайн.

Это был не голос судьи, а голос возбужденной женщины.

Он облизнулся.

– Я здесь.

Кэролайн лежала на кровати, разведя ноги. Лунный свет ласкал ее кожу. Том наблюдал, как она теребит пальцами свой сосок. Он с трудом сдержался, когда она запрокинула голову.

– Ты принес презервативы? – хрипло спросила она.

– Несколько штук.

– Наконец-то. – Она приподнялась и похлопала рукой по кровати рядом с собой. – Ложись, Том.

Он бросил презервативы на простыни и опустился на Кэролайн.

– Ты здорово смотришься в моей постели, – пробормотал он и перевернулся на спину. – Мне нравится.

Он потянулся за презервативом, но она принялась его целовать.

– Кэролайн… – Он простонал, пытаясь слегка оттолкнуть ее от себя.

– Ты не сказал мне, что тебе нравится, – хрипло ответила она.

Том запустил пальцы в ее волосы, пытаясь удержать ее. Его переполняли незнакомые ощущения.

– Вот это… мне нравится, – выдавил он, против воли двигая бедрами. – Ох, Кэролайн.

Он взглянул на нее сверху вниз. Она пристально смотрела на него, продолжая ласкать, и удовлетворенно усмехалась.

– Это не противозаконно, верно? – спросила она.

Том не ответил. Он сел на кровати и потянул Кэролайн к себе.

– Я не могу ждать, – сказал он и надел презерватив. – Я хочу тебя прямо сейчас.

Простонав, она медленно опустилась на него. Их взгляды встретились. От страстного удовольствия из его головы вылетели все мысли. Том моргнул, стараясь сосредоточиться.

– Удивительно, – произнес он, делая все возможное, чтобы не слишком торопиться, и погладил пальцами ее грудь. – Ты удивительная.

Выгнув спину, она принялась ритмично раскачиваться.

– Тебе нравится?

– Еще как. – Он обхватил губами сосок ее правой груди и левой рукой стал дразнить ее левый сосок.

Она не сдержалась и снова простонала.

Том буквально потерялся в запахе и вкусе тела. Кэролайн вцепилась руками в спинку кровати и задвигалась быстрее. Запрокинув голову, она выкрикнула его имя, потом упала ему на грудь, тяжело дыша, а он крепко ее обнял.

– Том? – прошептала она.

– Да? – Он тяжело выдохнул, сожалея, что он уже не юноша, который мог заниматься сексом без перерыва.

На губах Кэролайн играла счастливейшая улыбка.

– Какие у тебя планы на уик-энд? – спросила она.

– Пицца, вино, бассейн и ты, Кэролайн.

– Наконец-то, – прошептала она у его губ, обхватив его ногами за талию, – ты прямо ответил на мой вопрос.

Глава 8

Стоя у кровати и глядя на спящую Кэролайн, Том думал о том, что совершил ошибку. Серьезную тактическую ошибку.

Ряд ошибок, каждая последующая хуже предыдущей, усложнял его жизнь.

Он не должен был привозить Кэролайн сюда, тем более что в понедельник ему нужно лететь в Вашингтон.

И он не должен был ложиться с ней в постель. Но что сделано, то сделано.

– Кэролайн? – позвал он.

Она вздрогнула, часто моргая от мягкого света ночника:

– Что? Пора вставать?

– Да.

Том протянул ей чашку кофе. Она села, и простыня спустилась до ее талии. Он чуть не застонал при виде ее груди.

Кэролайн сонно улыбнулась. На ее лице читалось желание и предвкушение.

– Сколько у нас времени?

Том стиснул зубы.

– Одевайся.

Она уставилась на него:

– Ты снова за старое? Опять не отвечаешь на мой вопрос напрямую?

Черт побери. Сейчас пятнадцать минут шестого, и он жаждет забраться в постель с Кэролайн и забыть обо всем… Как он это сделал накануне.

Однако Том не имел права забыть о своих обязанностях. Он сел на кровать, протянул руку и коснулся щеки Кэролайн.

– Планы изменились, – произнес он.

Она прильнула к его ладони и посмотрела на него с беспокойством. Ему не нравился ее взгляд.

– И что мы должны делать?

Вероятно, существовал дипломатичный способ сообщить ей об этом. Но у него было мало времени.

– Ты поедешь со мной в Вашингтон, округ Колумбия.

Кэролайн приоткрыла рот и едва не пролила свой кофе.

– Но сегодня я должна быть на работе!

Том с трудом заставил себя встать и отойти от нее.

– Я не успею проверить твой дом, но не хочу рисковать твоим благополучием. Поэтому ты поедешь со мной.

Кэролайн снова моргнула, а потом залпом допила кофе. Когда кружка опустела, она широко улыбнулась.

– Смешно. Правда, смешно, Том. Немного рановато для розыгрышей, но всегда приятно узнать, что у человека есть чувство юмора. – Она умолкла, когда он не усмехнулся в ответ. – Погоди. Ты не шутишь?

Том покачал головой.

– Эта поездка была запланирована несколько месяцев назад. Я думал, что успею проверить твой дом до того, как улечу в Вашингтон. Но потом понял, что не получится. Я мог бы попросить Карлсена мне помочь. Он единственный, кому я доверяю, но…

– Я должна лететь в Вашингтон, потому что ты туда летишь, – повторила она, словно пытаясь учить иностранный язык.

Том кивнул.

Кэролайн сбросила с себя одеяло и встала. Том сразу возбудился, увидев ее обнаженной.

– У меня дела, – громко объявила она. – Я не могу никуда с тобой лететь. Пусть дом проверит кто-нибудь другой.

– Нет-нет. Я говорил тебе, что мы с Карлсеном тайком продолжаем расследование. У его жены тяжелая беременность, и я…

– Ты смешон, – быстро одеваясь, отрезала Кэролайн.

Может быть. Вероятно, ему не следует брать ее с собой. В конце концов, одно дело – провести с ней приятный уик-энд в изолированном доме и совсем другое – тащить ее в Вашингтон.

Кэролайн вдруг замерла.

– Подожди. У Мэгги осложнения из-за беременности? – Она повернулась к нему. – Она в порядке?

У него сжалось сердце, когда она вдруг забеспокоилась о его старом друге, с которым даже не была знакома.

– Она под присмотром лучших врачей. У нее были проблемы с повышенным артериальным давлением, но врачи его контролируют. – Том надеялся, что у Мэгги все будет хорошо. Ему была невыносима мысль о том, что он потеряет еще одну женщину, которая ему дорога.

– Это хорошо. Надеюсь, с ней все будет в порядке. Но я не могу лететь в Вашингтон, Том.

– Возьми больничный. Кроме того, – уточнил он, – мы завтра вернемся.

Том заранее знал, что она ему ответит.

Кэролайн уперлась руками в бедра. На ней были трусики и расстегнутый бюстгальтер.

– Нет.

– Да, Кэролайн. – Том начал кидать ее вещи в сумку. Они могли поспорить и в машине. – Я не знаю, кем ты меня считаешь, но после того, что произошло между нами в этот уик-энд, я не собираюсь рисковать твоим благополучием.

– Но ты предлагаешь мне пересечь несколько часовых поясов, – возразила она.

– Я не оставлю тебя здесь, и это не обсуждается.

– Я поселюсь в отеле, – объявила Кэролайн, надевая рубашку.

Том призадумался. Ее действительно следовало разместить в отеле. Но даже там за ней могут установить слежку.

– Нет, – заявил он.

– Почему нет?

Ему было легче спорить с Кэролайн теперь, когда она была полностью одета. Она выхватила у него сумку и одарила его убийственным взглядом.

– Назови мне хотя бы одну причину, Том. Вескую причину.

Он мог перечислять ей ущерб, который коррупция нанесла за прошедшие годы. Сломанные судьбы, погубленные репутации.

А еще он мог делать упор на ее личной безопасности. Он мог подробно объяснять ей, как прослушиваются дома других людей ради получения информации, которая может разрушить их жизнь. Он мог запугать Кэролайн до смерти.

Он также мог сказать ей, что всего шестьдесят часов назад ему было наплевать на ее и на свою безопасность. Имело значение только расследование. Ему требовалось выяснить, кто подкупает и шантажирует судей.

Но Том не сделал ничего из этого. Он просто подошел к Кэролайн, прижал ее к себе, жадно припал к ее губам и ощутил аромат кофе и ее неповторимый запах.

Когда он прервал поцелуй, ее глаза были закрыты, она тяжело дышала.

– Поедем со мной, Кэролайн. Я…

Он едва не сказал, что она нужна ему. Это было бы неправдой. Ему просто необходимо знать, что она в безопасности.

– Поехали со мной, – произнес он, так и не назвав ей ни одну вескую причину для поездки.

Кэролайн сдвинула брови и облизнулась. Том приложил все силы, чтобы не наклониться и не коснуться языком ее губ.

– Пожалуйста, – запоздало прибавил он.

Кэролайн опустила плечи.

– Я определенно пожалею об этом, – пробормотала она и надела ремень сумки себе на плечо. – Какого черта? Поехали в Вашингтон! Но, – прибавила она, тыча пальцем ему в грудь, – ты должен постараться, чтобы я осталась довольна поездкой.

– Я постараюсь, – пообещал Том, пытаясь не улыбаться. – Я очень постараюсь.

Глава 9

– Селин? Это я. Слушай, у меня изменились планы.

Кэролайн не имела ни малейшего представления, должна ли она подслушивать телефонный разговор Тома. Но она не могла его не слышать. Том стоял всего в нескольких шагах от нее. Они находились в Миннеаполисе и ждали пересадочный рейс.

Кэролайн не могла не смотреть на Тома, несмотря на то что по-прежнему злилась на него. Он заговорил тише, и ей пришлось напрячься, чтобы расслышать его в шуме терминала.

Кэролайн уж точно не планировала находиться сегодня в Миннеаполисе. В любом случае торчать в аэропорту полтора часа, ожидая пересадочный рейс, не слишком приятно.

– Я привезу гостью, – продолжал Том.

Хм, по крайней мере, Кэролайн стала гостьей, а не особой, которую следует защищать.

Том взглянул на нее:

– Нет. Не волнуйся, с ней все будет хорошо. Но нам, вероятно, придется изменить планы на ужин.

Кэролайн подмывало ляпнуть какую-нибудь дерзость, но она не хотела прерывать Тома. Кто такая Селин? Не его подруга, это точно. Хотя… кто знает?

– Мы путешествуем налегке. Ты могла бы достать ей одежду? Да, прости, что я причиняю тебе столько неудобств.

Подождите! Неужели Том Желтая Птица попросил прощения? О, она определенно должна встретиться с этой Селин. Потому что Кэролайн была уверена, что Том не привык извиняться ни перед кем. Например, он фактически похитил ее, уже во второй раз, и не принес ей свои извинения.

Хотя нет, он ее не похищал. Она несправедлива к нему. В конце концов, Кэролайн дважды поехала с ним по доброй воле.

Почему она сделала это? У Кэролайн не было разумных объяснений тому, почему она забыла об осторожности, здравом смысле и своей профессиональной репутации. Конечно, Том заботился о ней прошедшие четыре дня, ведь в ее доме творилось что-то неладное.

Ох, нет. Кого она хочет обмануть?

Кэролайн поехала с ним, потому что ничего не могла с собой поделать. Том Желтая Птица заставлял ее делать то, что ей не следовало делать. А теперь она едет в Вашингтон, чтобы побыть с ним еще несколько дней.

Кэролайн стало не по себе. В данный момент – в десять пятнадцать утра понедельника – она должна была находиться в суде.

Но она творит нечто невообразимое с тех пор, как позвонила Тому в пятницу вечером.

Кэролайн было трудно даже вспомнить, как все началось. Ей показалось, что в ее доме посторонний. Том подумал, что ее дом прослушивается. Кто-то собирается ее шантажировать.

И что она сделала, чтобы избежать шантажа? Сбежала с агентом ФБР, который занимался ее делом. И теперь она убегает с ним снова, на этот раз в Вашингтон, округ Колумбия.

А ведь когда-то Кэролайн гордилась тем, что принимает верные решения в девяносто девяти случаях из ста.

– Подожди, я спрошу ее. – Том повернулся к ней. – Какой у тебя размер одежды?

Том видел ее голой и прекрасно знал, какой у нее размер. Вероятно, он задал ей этот вопрос только для того, чтобы унизить ее.

– Восьмой.

Том повторил размер, а затем сказал:

– Что? Ой. Да, все в порядке. – Он передал трубку Кэролайн. – Будь вежлива, – тихо произнес он.

Она нахмурилась. Разве обычно она ведет себя невежливо?

– Алло?

– Если вы назовете мне свой размер одежды и обуви, цвет волос, цвет глаз и тип фигуры, мне будет намного проще, – чрезвычайно вежливо произнесла женщина.

– Что?

Селин говорила с Кэролайн терпеливо, словно с ребенком:

– Томас попросил меня подобрать вам одежду для сегодняшнего вечера.

Томас? Кэролайн посмотрела на него. Он нахмурился.

– А что будет сегодня вечером? – спросила она.

Том сильнее нахмурился. Если бы Кэролайн не провела с ним в постели весь уик-энд, то, вероятно, испугалась бы.

– Сегодня состоится ежегодная гала-вечеринка фонда Резерфордов, – объявила Селин таким тоном, будто это было очевидно. – Томас, как обычно, будет почетным гостем. Он хочет привести вас с собой, поэтому вы должны хорошо выглядеть.

Фонд Резерфордов? Кэролайн планировала придушить Тома. Медленно. Но она обещала быть вежливой и жаждала познакомиться с женщиной, перед которой Том не только извинялся, но и позволял ей называть себя Томасом.

– Ой, да. Он что-то говорил мне об этом, – солгала Кэролайн. – Размер одежды восемь, размер обуви семь с половиной.

– Цвет волос? Цвет глаз? Размер бюстгальтера? Какой у вас тип фигуры?

Смущаясь, Кэролайн ответила на все вопросы.

– Спасибо. – Как ни странно, но Селин казалась искренне благодарной. – Вы можете передать трубку Томасу? Кстати, как вас зовут?

– Кэролайн. Кэролайн Дженнингс. – Она задалась вопросом, надо ли ей сказать, что она судья. – Спасибо вам за помощь, – произнесла она, вспомнив о хороших манерах. – Мне удастся встретиться с вами сегодня вечером?

Селин звонко рассмеялась:

– О, я с нетерпением жду встречи с вами.

Кэролайн передала мобильный Тому, не понимая, во что она ввязалась.

Это был не ее мир. Ее мир был предсказуем и безопасен. Она жила, сводя риски к минимуму. А теперь она рисковала. Она сбежала с мужчиной, с которым после улеглась в постель.

Теперь она летит с ним в Вашингтон.

И прогуливает работу.

– Мы прилетим через несколько часов, – сказал Том в трубку и мрачно взглянул на Кэролайн.

Он закончил телефонный разговор и встал возле Кэролайн, нависая над ней. В Пьерре они были единственными людьми в аэропорту, не считая таможенников, а вот аэропорт Миннеаполиса оказался переполнен. Тому удалось найти только одно сидячее место, и он настоял, чтобы Кэролайн его заняла.

Это был своего рода рыцарский поступок. Можно даже сказать, широкий жест. Первый после того, как он разбудил ее на рассвете и сообщил о том, что она едет с ним.

– Мы идем на гала-вечеринку фонда Резерфордов? – спросила Кэролайн, едва сдерживаясь, чтобы не ущипнуть себя. Ей казалось, она видит сон. – Почему ты не потрудился сообщить мне об этом до того, как я описывала свою фигуру некой Селин?

– Я хотел убедиться, что тебя тепло примут, – сказал Том, тщательно подбирая каждое слово.

Кэролайн старалась его понять. Очень старалась. Если рассматривать ситуацию объективно, то поведение Тома вполне оправдано, учитывая его жизненные обстоятельства. Он вдовец и живет один многие годы. Он привык отдавать приказы. Он привык быть правым.

Но, черт побери, она не какой-то преступник, которого он сопровождает из здания суда в тюрьму. И не свидетель, которого он защищает любой ценой. Она обычная женщина, которая не может ему сопротивляться.

И она, безусловно, пожалеет об этом.

– Запомни, – начала Кэролайн, вставая, чтобы он не пялился на нее сверху вниз, – ты должен был обо всем сказать мне заранее. Было бы еще лучше, если ты попросил меня поехать в качестве твоей подружки. Это намного эффективнее, чем держать меня в неведении.

– Я не…

– Ты мне нравишься, Том. Надеюсь, ты это понимаешь. Иначе меня бы здесь не было.

Том прерывисто вдохнул:

– Я это понимаю.

Как же она устала от мужчин, которые боятся говорить о своих чувствах!

– Но если ты будешь и дальше относиться ко мне как… к шахматной фигуре, которую ты можешь перемещать по доске по своей прихоти, это плохо закончится для нас обоих.

Кэролайн не была готова к тому, что произошло дальше. Его взгляд стал уязвимым и взволнованным.

– Ты не шахматная фигура, Кэролайн. – Он шагнул к ней ближе, и она ощутила близость его тела. – Не для меня.

Против своей воли Кэролайн качнулась в его сторону, но тут же приказала себе образумиться. Она должна на него злиться, а не испытывать к нему влечение.

Потому что нет ничего опаснее любви.

– Ладно, – сдержанно сказала она. – Расскажи мне о гала-вечеринке, на которую я пойду вместе с тобой.

Селин сделала все, как обещала. Больше, чем обещала. Том понял это, когда вместе с Кэролайн вошел в номер отеля «Уотергейт». Селин и Марк всегда предлагали ему остановиться в их доме, в гостевой комнате, но он годами селился в этом отеле. Так было лучше. Номер напоминал небольшую квартиру с офисом, столовой, кухней и просторной спальней с широкой кроватью.

В центре спальни, на журнальном столике, стояли коробки. На двери висели два комплекта одежды в чехлах.

Том внезапно занервничал. Странно. Он присутствовал на многих официальных мероприятиях и уже не должен был чувствовать себя на них самозванцем.

Поначалу приезд в Вашингтон, облачение в смокинг и общение с воротилами от политики казались Тому невыносимыми. Но он делал это в память о Стефани и из уважения к ее родителям.

К настоящему времени подобные поездки стали для него привычными. Он мог общаться с Марком и Селин, не чувствуя, как разрывается его сердце. Поэтому у него нет причин нервничать.

Он услышал удивленный возглас Кэролайн у себя за спиной:

– Зачем она приготовила для меня столько одежды?

Это был справедливый вопрос. В дополнение к семи коробкам на журнальном столике, еще три стояли на полу.

– Судя по всему, она выбрала для тебя несколько вариантов нарядов.

Кэролайн потянулась к верхней коробке, а затем отдернула руку.

– Я не смогу позволить себе такую одежду.

– Я все оплачу, – сказал Том.

Она повернулась и бросила на него свирепый взгляд.

– Я втянул тебя в это, – напомнил он ей. – Меньшее, что я могу сделать, – это оплатить твой вечерний наряд.

Она закусила губу, и ему захотелось ее поцеловать.

– Ее муж – сенатор Резерфорд, да? – Кэролайн нервно сжала руки. – Мне не верится, что он был твоим тестем. И тем более не верится, что я иду на эту вечеринку. – Нахмурившись, она уставилась на коробки.

– Ты справишься. У нас несколько часов, – произнес Том, внося свою сумку в спальню. Ему надо было убедиться, что его смокинг в порядке, а ботинки начищены до блеска. – Я должен позвонить на работу.

Кэролайн ойкнула, и Том сразу понял, что ляпнул лишнее. Он притащил ее в Вашингтон, а теперь собирается ее игнорировать?

– Как только я закончу разговор, мы сможем осмотреть город.

Кэролайн фыркнула, но выражение ее лица смягчилось. Тому показалось, что она понимает, как он старается ей угодить.

– По-моему, у нас не будет на это времени. Мне надо понять, с чем я имею дело. – Она указала на коробки. – А еще мне, определенно, пора в душ. – Кэролайн снова посмотрела на коробки. – Надеюсь, в них есть косметика.

При упоминании о душе Том навострил уши. Он мечтал заняться с ней сексом в душе. Он хотел обнимать ее обнаженное и влажное тело и…

Стоп. Он довольно долго игнорировал свои обязанности. Ему надо приступать к работе. Поэтому вместо того, чтобы отвести ее в душ и раздеть, он шагнул назад.

– Уверен, там есть косметика. Если нет, я куплю ее. Договорились?

– Договорились. – Кэролайн хрустнула костяшками пальцев и стала открывать коробки. – Посмотрим, что тут у нас.

Глава 10

Через час Кэролайн поняла, что ей привезли 1 половину магазина одежды. Хорошей одежды. От известных дизайнеров.

Четыре вечерних платья. Летние платья. Брюки из легкой ткани. Четыре топа под брюки, подходящие аксессуары и обувь на любой случай. Там было даже нижнее белье из светло-розового шелка с тонким черным кружевом. И конечно, дорогая косметика.

Кэролайн смотрела на гардероб, который, вероятно, обойдется Тому примерно в десять тысяч долларов. Более того, судя по всему, бриллианты и изумруды в колье и серьгах были настоящими.

У Кэролайн сдавило грудь, пока она разглядывала эти предметы роскоши. Ситуация казалась ей неправильной. Это было сравнимо с тем, как если бы она, став прокурором и выплачивая студенческие кредиты, проснулась однажды утром и обнаружила, что все ее долги таинственным образом погашены.

Ей не следовало принимать все эти наряды.

Но самая главная проблема Кэролайн состояла в том, что она боялась влюбиться в Тома. Конечно, ей не нравилось, что он сначала отдавал приказы и только потом просил ее о чем-нибудь. Но и тут она нашла ему оправдание. Он просто был очень сильным человеком, уверенным в себе и готовым рисковать. Но в глубине души Том был уязвимым.

Если прибавить к этому решительный взгляд и мускулистое тело, легко было понять, почему Кэролайн оказалась в Вашингтоне, округ Колумбия, рискуя себя скомпрометировать.

Она оглянулась на дверь, которая вела в небольшой офис. Том ушел туда, когда она начала распаковывать коробки. Она слышала, как он разговаривает по телефону. Говорит ли он о делах? Или о Мэгги?

Не имеет значения. Кэролайн подозревала, что своим друзьям он уделяет столько же внимания, сколько своей работе.

Вероятно, после сумасшедшего уик-энда, проведенного вместе, они будут выглядеть как настоящая пара. Но не слишком ли эгоистично просить его хоть ненадолго забыть о своих обязанностях и уделить ей больше времени?

Чувство вины застало Кэролайн врасплох. Нет, она не может вмешиваться в дела и планы Тома.

И конечно, ей не следует рисковать собственной репутацией. Подарки в виде дорогостоящих вещей были неприемлемыми.

Она не сможет оставить эту одежду себе.

Она выберет себе платье и обувь. Но больше ничего не возьмет.

Осталось придумать, как сообщить об этом Тому. Кэролайн не хотела показаться неблагодарной, но и не желала, чтобы ее покупали при помощи дизайнерской одежды.

Ей надо принять душ, чтобы успокоиться и собраться с мыслями. Кэролайн постучала в дверь офиса.

– Ты не против того, чтобы я первой пошла в душ? – сказала она.

Он бросил на нее такой взгляд, что ей показалось, будто температура в помещении поднялась минимум на пять градусов. Кэролайн понадеялась, что он предложит присоединиться к ней. Но он просто ответил:

– Пожалуйста.

Кэролайн смывала с волос шампунь, когда дверь в ванную комнату открылась. Она повернулась и увидела, что Том наблюдает за ней, прислонившись к раковине. Вероятно, он все-таки решил составить ей компанию.

– Ждешь, когда освободится душ? – спросила она и провела пальцами по груди и животу, смывая пену.

Даже с такого расстояния она заметила, как у него потемнели глаза. Он чуть ли не вибрировал от желания, но не двигался.

– Ты можешь присоединиться ко мне. Здесь полно места.

Том простонал, и его стон эхом отразился от кафеля. Он стремительно разделся, вошел в душ и прижал Кэролайн к стене.

– Я уже говорил, что это одна из моих фантазий?

– Неужели? – Она запустила пальцы в его волосы и запрокинула его голову, подставляя ее под струи воды. – Не помню, чтобы ты делился со мной своими тайными фантазиями. Это я рассказывала тебе о своих.

– Кэролайн, – простонал Том и развернул ее к себе спиной. – Я не могу ждать. Я хочу тебя прямо сейчас. – Он раздвинул ей ноги и приподнял ее бедра. – Так хорошо?

– Да, – выдохнула она, выгибая спину.

Он так быстро и плавно вошел в нее, что Кэролайн вскрикнула от удовольствия. Том схватил ее за волосы рукой и потянул ее голову назад. Другой рукой он стал ласкать ее грудь.

– Ты не представляешь, – хрипло прошептал он ей на ухо, – как я люблю, когда ты кричишь.

Кэролайн дрожала, отдавшись ощущениям. Он стал ритмично и резко входить в нее, потирая пальцами ее сосок и покусывая ее шею и плечи. Она уперлась руками в стену.

– Кричи, Кэролайн, – отчаянно прошептал Том ей на ухо и снова вошел в нее.

Слушая ее стоны, он прорычал и погрузился в нее с такой яростью, какую она не встречала ни у какого другого мужчины. Кэролайн в экстазе выкрикнула его имя, и он застонал, одновременно с ней достигнув пика наслаждения.

Какое-то время оба не двигались, а потом Кэролайн расхохоталась. Том развернул ее к себе лицом.

– Тебе хорошо? – спросил он. На его губах играла удивленная усмешка.

Кэролайн смеялась так, что по ее лицу потекли слезы. Все эти годы ей не хватало такой бурной близости.

– Мне никогда не было лучше, – сказала она, когда наконец успокоилась и обняла Тома. – Никогда.

– Отлично, – произнес он у ее губ. – Потому что у меня есть еще несколько фантазий.

Кэролайн очень постаралась выглядеть серьезной.

– Разве мы не должны идти на вечеринку?

Он обхватил ее лицо руками.

– Я говорю не только о сегодняшнем вечере, Кэролайн.

– О-о…

Он одарил ее хищной улыбкой:

– Мы пойдем на вечеринку, а потом…

– Правильно. Сначала вечеринка.

Она задалась вопросом, что еще придумал для нее Том.

Кэролайн выбрала платье насыщенного сливового оттенка длиной до пола, без рукавов, но с тонкими бретелями, которые соединялись на груди. К платью она надела серьги и браслет, по-прежнему надеясь, что бриллианты в них поддельные, и серебристые сандалии на невысоких каблуках.

Посмотрев на себя в зеркало, она замерла в изумлении.

– Кэролайн? Нам пора идти, – окликнул ее Том из гостиной.

– Что известно о Мэгги? – крикнула она, подкрашивая губы.

– Врачам удалось стабилизировать ее состояние. Они оставили ее в больнице на ночь, чтобы подстраховаться и избежать рисков.

– Хорошо. Я рада это слышать.

Было очевидно, что Мэгги важна для Тома. Но Кэролайн не пожелала бы осложнений беременности ни одной женщине. Она сделала глубокий вдох и открыла дверь.

– Как я выгляжу?

Том поднял голову и приоткрыл рот. Потом он положил телефон и поднялся.

У Кэролайн чаще забилось сердце, когда он стал ее оглядывать. Она уставилась на него в ответ. Он был в смокинге! В нем он выглядел как высокий и смуглый красавец Джеймс Бонд. При виде него она почувствовала возбуждение, а платье вдруг показалось ей узким в районе декольте.

Том смотрел на нее с нескрываемым желанием. Она так мало о нем знает. Кэролайн была в курсе, что он любил свою жену. Но сумел ли он оправиться после своей потери?

Она не принадлежала его миру. Это был мир Стефани, и Кэролайн знала, что ей никогда не удастся с ней конкурировать.

Том до сих пор так и не сказал ни слова. Кэролайн оглядела свое платье и нервно улыбнулась.

– Оно мне идет? – Она слегка покружилась на месте.

Снова повернувшись к Тому лицом, она опешила. Он смотрел на нее мрачно и сурово.

– Том? Все в порядке?

– Все хорошо, – натянуто ответил он.

Кэролайн начала паниковать. Это платье лучшее из того, что у нее было…

– Я ни разу не была на пышных вечеринках. Наверное, мне следовало выбрать другое платье…

– Нет, – прервал он ее. – Это просто идеально.

Она уставилась на него:

– Это комплимент? – В ее взгляде читалось замешательство. – Да?

– Конечно. Ты выглядишь потрясающе, Кэролайн.

От его искренности она покраснела.

– Ладно. Все остальное можно вернуть, за исключением косметики. Я не смогу оставить всю одежду, которую мне прислали. Это слишком дорого. Это против правил. Моя должность не позволяет мне принимать дорогие подарки.

Вокруг его глаз появились морщинки, и она подумала, что Том старается сдержать смех.

– Кэролайн, – произнес он, глядя на нее с нескрываемым вожделением, – старайся не вспоминать сегодня, что ты юрист, ладно? Тебя ждет вечеринка, а не судебное заседание. Ты великолепна.

Том был самым опасным человеком, которого она знала. Не потому, что он был смелым и привлекательным. Он пробуждал в ней странные эмоции и желания. Рядом с ним Кэролайн действовала непредсказуемо. Например, прогуливала работу и отправлялась на гала-вечеринку. А что с ней произойдет, если к этому добавится нежность и привязанность? Размышляя об этом, Кэролайн понимала, что влечение к Тому может оказаться для нее разрушительнее урагана.

Когда-то она думала, что влюблена в Робби. Вспоминая те дни, она не понимала, что именно нашла в нем. Наверное, он просто вовремя оказался рядом. Она ему нравилась. Она была молода. Ей льстило, что он ею увлекся.

Кэролайн хотелось думать, что теперь она уже не такая глупая, как раньше. И она, безусловно, не слишком молода.

Таким образом, ее влечение к Тому не сравнится с ее чувствами к Робби. Она стала старше и мудрее. Никто не говорит, что они с Томом поженятся. Они просто будут встречаться время от времени, без всяких обязательств. Она должна сохранять дистанцию и думать о своей безопасности.

– Том?

Он смотрел на нее с таким желанием, что ей стало интересно, не опоздают ли они.

Наконец он произнес:

– Мы должны идти.

Кэролайн не была разочарована. Нисколько.

– Мы должны, – согласилась она.

Но после вечеринки они вернутся в номер. А утром она не уедет до тех пор, пока не выяснит, какие отношения он готов ей предложить.