Оглавление

Утро Кости Фатеева

Понедельник — это всегда день тяжёлый. По той простой причине, что именно с этого дня начинается трудовая неделя. Наступило утро понедельника, и Константин Фатеев заставил себя открыть глаза и выбраться из тёплой и, к сожалению, пустой постели. Все неприятности воскресенья всплыли в памяти, словно кто-то резко щёлкнул тумблером — ссора с девушкой, которая закончилась тем, чем собственно и заканчиваются подобного рода конфликты — Елена ушла, как в мелодраме — громко хлопнув дверью, заявив напоследок, что её вещи он может выбросить и вообще, ей ничего от него не нужно, любовь прошла. Прощай, любимый, не поминай лихом, и вообще — наша встреча была ошибкой!

В квартире было пусто и непривычно тихо. Костя оперативно привёл себя в порядок и не стал утруждаться готовкой завтрака — есть не хотелось. В зеркале отразилась ничем ни примечательная физиономия среднестатистического налогоплательщика, коих на Руси — миллионы. Он щёлкнул кнопкой висевшего на стене радиоприёмника. И после первой фразы ведущего Костя захотел этот проклятый приёмник не просто выключить, а сорвать со стены и вдребезги разбить.

— С добрым утром, Тридевятинск! — выдал ведущий. — Как вы можете видеть, погода нас сегодня не очень радует!

ТРИДЕВЯТИНСК?! Это что ещё за новости?! Первоапрельская шутка? Но ведь на календаре совсем не апрель!

— Сегодня в Тридевятинске ожидается дождь! — сообщил ведущий. — Пешеходы — берите с собой зонтики, а к водителям просьба быть сегодня особенно внимательными за рулём!

Значит, не послышалось! Костя готов был поклясться, что вчера засыпал в гордом одиночестве, но в своём родном городе! А сегодня — проснулся в каком-то Тридевятинске! Да что случилось-то?! Костя метнулся к телефону и дрожащими пальцами набрал короткий и легкозапоминающийся домашний номер Лены. Вопреки всем ожиданиям вместо гудков в трубке раздался бездушный и холодный голос:

— Извините, невозможно осуществить звонок по набранному Вами номеру.

Костя начал подозревать, что он потихоньку сходит с ума. Видя, что звонок по домашнему телефону не внёс в ситуацию абсолютно никакой ясности, Костя схватился за мобильник.

— Леночка, милая, ну ответь же наконец! — прошептал Костя, тыкая в экран дрожащим от сильного волнения пальцем.

— Вызываемый абонент занят! — бесстрастно сообщил голос на том конце провода.

Казалось, что ещё чуть-чуть и несчастный девайс полетит в стену, но огромным усилием воли Константин заставил себя сдержаться. Любимая девушка не выходит на связь, что, учитывая вчерашнюю бурную ссору, совершенно неудивительно. Мало ли, поместила его в черный список, вот он и не может до неё дозвониться! Но Тридевятинск? А приёмник тем временем продолжал вещание.

— В эфире Тридевятинск-FM! — возвестил диктор. — Ситуация с Лукоморьевским парком по-прежнему держит в напряжении жителей города! Чем же закончится борьба неравнодушных горожан и строительной компании? Ответ на этот и другие вопросы по данной ситуации вы услышите после короткой музыкальной паузы! Оставайтесь на нашей волне, уважаемые радиослушатели, чтобы первыми быть в курсе всего происходящего в славном городе Тридевятинске!

Далее зазвучала песня группы «Неонавт» — Икарусы. По полосе, в «икарусе», конечная — рассвет, на этот раз не выручит твой психотерапевт. Это было уже слишком! Костя выключил приёмник и огляделся вокруг — та же самая квартира, в которой он жил, ничего не изменилось. Константин выглянул в окно — серое хмурое небо только усугубляло настроение. Не зря по радио водителей призывали быть осторожнее за рулём — с небес того и гляди польёт, а Костя прекрасно знал всё коварство мокрой дороги! Да, Костик был водителем, и водил он междугородние автобусы. Костя вышел на улицу и направился в сторону автовокзала, искренне надеясь на то, что всё это — чья-то дурацкая шутка. На улице царил промозглый холод — типичная осенняя погода. Костик поднял воротник куртки.

— Простите, скажите пожалуйста, а какой это город? — Костя решил обратиться к первому встречному прохожему, в надежде, что всё встанет, наконец, на свои места.

— Тридевятинск! — ответил мужчина.

Костя почувствовал, что грешная земля может вот-вот уйти у него из-под ног.

— Но как…, — бедняга совсем растерялся.

— Обыкновенно! — пожал плечами мужчина, которого звали Сергеем Соловьёвым. — С утра был Тридевятинск!

— А вчера? — спросил Костик, чувствуя себя героем пьесы абсурда и полным дураком.

— И вчера был Тридевятинск! — усмехнулся Сергей Соловьёв, поправляя бейдж со своим именем. — И завтра тоже будет Тридевятинск. Пить надо меньше!

— Да я вообще не пью, — растерянно сказал Константин, однако Сергей Соловьёв его уже не слушал — он весело насвистывая какой-то весёлый мотивчик сел за руль своего «Патриота» и скрылся в одному его известном направлении.

Костя решительно ничего не понимал — по всему выходит, что за одну ночь каким-то невероятным образом город ни с того, ни с сего вдруг изменил своё название! Вокруг всё было прежним, но одновременно всё казалось каким-то чужим и незнакомым. Константин ущипнул себя за руку и поморщился от боли — не сон!

До автовокзала Константин добрался без приключений, если не считать чувства абсолютной нереальности всего происходящего. Константин чувствовал себя так, словно он попал в какую-то сказку. Да, Костик верил в сказки. Давно, в далеком детстве, в сказки, рассказанные бабушкой перед сном. Но детство шло, Костик стал Константином, устроился работать на рейсовый автобус, и за свою жизнь намотал уже по городам и весям необъятной России не одну тысячу верст. Сказки бабушки он по-прежнему вспоминал с теплотой в сердце, но теперь он понимал, что ни одна дорога в мире не способна привести в сказку. А теперь? Он стоял и до сих пор не мог поверить в происходящее — мало того, что весь день с утра пошел настолько нелепо, что это просто не укладывалось в голове, так еще и в путевом листе пунктом назначения значился город Китеж! Костя смотрел на бумажку и не верил.

Он еще больше убедился в том, что сегодня все идет не так, когда увидел, на какой машине ему предстоит ехать в рейс. Нет, он и раньше видел «икарусы», но, чтобы такие? Представьте себе «икарус» с гармошкой. Легко, да? Так вот, у этого экземпляра защитных кожуха, который в народе назывался «гармошкой», и был предназначен для защиты узла сочленения, было два! И неудивительно, ведь автобус был очень длинным, он был просто невероятной длинны! Две «гармошки», пять дверей! Костя еще раз оглядел это чудо техники, предварительно протерев глаза — нет, не галлюцинация. В кабину попасть труда не составило, салон, этот просторный, невероятно длинный салон с двумя поворотными кругами вместо одного, встретил его тишиной. Но это ненадолго — скоро он заполнится пассажирами. Костик поудобнее устроился за рулем необычного автобуса. Ну и как прикажете добираться до конечного пункта назначения, города Китежа? Карты в салоне не было, не говоря уже о навигаторе. Он закрыл глаза и вновь представил себя тем маленьким мальчиком, который верил в бабушкины сказки. Бабушка всегда, сколько Костя её помнил, учила верить в чудо, и повинуясь этой вере, повинуясь искреннему зову сердца идти туда, куда оно тебе укажет, и этот путь в конечном итоге всегда рано или поздно приведет в сказку. Водитель рейсового автобуса Константин Фатеев открыл глаза. Ничего вокруг не изменилось. Вот только изменился он сам. Изменился неуловимо и внешне незаметно. Но теперь он верил. Он верил в чудо, верил в сказку, верил в то, что дорога на этот раз будет особенной, и именно эта дорога приведет его в неведомый Китеж-град.

Константин глубоко вздохнул и дал себе слово больше ничему не удивляться. Спокойствие, только спокойствие! Он не удивился, даже если бы по небу в этот самый миг жужжа своим пропеллером пролетел автор этой ставшей крылатой фразы. Костя посмотрел на небо — оно было затянуто тучами и абсолютно пустынно.

Костя поступил так же, как поступал всегда перед рейсом — просто отбросил все проблемы и тревожные мысли далеко-далеко. Все окружающее теперь его не касалось. Отбросить прочь и отправляться в путь. И едва только Костя хотел спросить, все ли пассажиры находятся на своих местах, как вдруг возле первой двери появился ещё один человек. Взглянув на него, Костя почувствовал, как его решение ничему не удивляться буквально тает на глазах. Да, он видел множество самых разных людей, но именно этот пассажир снова напомнил ему о том, какой это необычный день недели. А всё дело было в том, что этот человек был просто нечеловеческих габаритов — Майкл Джордан и Арнольд Шварценеггер бессовестно меркли перед этим исполином. Он был нереально высок и столь же нереально широк в плечах.

— Это автобус до Китежа? — пробасил громила.

— Да, — кивнул Костя. — Ваш билетик, будьте добры?

Впрочем, даже если бы этот громила заявил, что поедет безбилетником, Костя не стал бы возражать из соображений собственной безопасности — этот Голиаф ведь вполне мог удавить его, как таракана.

— Простите! — пробасил великан. — Совсем из головы вылетело! Подождите минутку!

С этими словами он поспешно бросился к зданию автовокзала.

— Простите, это вы едете до Китежа? — вдруг снова раздался знакомый бас. Константин обернулся: у первой двери стоял всё тот же великан, и точно так же улыбался.

— Да! — кивнул Костя.

— Тогда я за билетиком! — рявкнул громила довольным тоном. — Подождите минутку!

— Но вы ведь уже за ним… — начал было Костя, но обращаться было уже не к кому — гигант стремительно умчался в сторону здания автовокзала.

— Простите, это вы до Китежа? — вновь раздался вопрос.

Костя даже уже оборачиваться не захотел, поскольку и так уже понял, кто его об этом спрашивает уже третий раз подряд. Но всё-таки он был хорошо воспитан, поэтому обернулся и скрывая раздражение ответил:

— Послушайте, вы так до сих пор и не купили билета? Может, вам помочь?!

— Да нет, спасибо, сам справлюсь! — ответил верзила. — Подождите минутку, пожалуйста! Он так же поспешно скрылся в направлении автовокзала. Но, судя по всему, далеко он не ушел.

— А вот и я! — рявкнул громила. — С билетиком!

— Наконец-то! — воскликнул Костя. — Я думал, что вы его купить всё никак не можете!

Но как оказалось, купить билет на автобус до Китежа было для великана задачей куда более простой, чем в этот самый автобус сесть. Для того, чтобы пройти в дверной проём, исполину пришлось согнуться чуть ли не под прямым углом. Костя всерьёз начал опасться, что этот верзила просто-напросто застрянет в дверях, как Винни Пух в норе Кролика. И что тогда? Ждать до тех пор, пока он похудеет? Но, к счастью, обошлось — гигант благополучно оказался внутри салона. И то, стоя в полный рост ему пришлось очень сильно ссутулиться. Как он сумел втиснуться на сидение — это и вовсе заслуживало отдельной истории.

— Ну всё? — спросил Константин, оглядев салон. — Можем отправляться?

— Стойте! — послышался вдруг бас. — Меня подождите! Я с билетиком!

Бедный Костя уже решительно ничего не понимал — к автобусу на всех парах нёсся тот самый исполин, который буквально минуту назад с таким трудом втиснулся внутрь! Но как? Ведь Костя прекрасно видел, что громила со своего места никуда не делся! И в то же самое время этот же гигант вновь и с точно такими же потугами забирался в салон автобуса!

— Брат, тебе помочь? — к автобусу подошёл третий исполин, который абсолютно ничем не отличался от двух предыдущих.

— Уже не надо! — второй гигант наконец-таки смог оказаться внутри.

Брат! В голове Константина всё моментально встало на свои места, — это же просто близнецы, вот и всё! Ну и мысли порой лезут в голову! Может, настала пора брать на работе отпуск от многолетних праведных трудов в связи с моральным переутомлением? Костя обещал себе подумать над этим после рейса. А тем временем третий близнец не без трудностей, но также благополучно оказался внутри салона и устроился на сидении рядом со своими братьями.

— Теперь все в сборе? — спросил Константин. На всякий случай Костя подождал ещё немного и щелкнув кнопками на приборной панели закрыл все пять дверей.

— Ну, — сказал Костя. — Тогда поехали.

С этими словами Константин сделал то, что давно уже следовало сделать — повернул ключ в замке зажигания.

Три брата

Если для одних понедельник был днём тяжёлым, то кому-то повезло больше — для других он выдался выходным. Хорошо, когда любимый шеф вздумал устроить себе уикенд на природе вместе со своей секретаршей, для чего ещё со вчерашнего вечера укатил с работы прямиком на её дачу, расположенную посреди леса! Само собой, в связи с этим никакой охраны в этот день он возле себя видеть не желал. И братья Горынычевы, телохранители начальника известной на весь Тридевятинск строительной фирмы, всецело предавались праздному времяпрепровождению. Все трое собрались в квартире Родиона, самого старшего из них. У братьев имелись три отдельные квартиры, которые были расположены на одной лестничной клетке, и плюс ко всему — в новостройке. Так что проблем с походом друг к другу в гости у них никогда не было. Они любили проводить досуг вместе да, по сути, они всегда были вместе, поскольку чувствовали друг друга, и длительная разлука причиняла им только страдания. Сам хозяин квартиры был занят чтением какой-то, судя по всему, очень интересной и увлекательной книги. Игорь Горынычев, второй брат, толкал от груди огромную нагруженную по максимум штангу. Эта штанга была самой большой и самой тяжёлой в магазине спортивных товаров, но в руках Игоря всё равно выглядела, как детская игрушка. Огромные мускулы лишь чудом ещё не разорвали по швам его спортивную куртку. Царила идиллия, и её не нарушала даже отборнейшая и громогласная ругань, которая доносилась из кухни — младший брат был занят тем, что он с гордостью называл «самосовершенствованием». На деле же, под этим красивым словом скрывалась обычная колка грецких орехов, правда колол их Виталий Горынычев весьма своеобразно — сначала он несколько минут подряд орал на орех, а потом давил его своими гигантскими руками.

— Было у отца три сына, — вздохнул Родион, откладывая книгу. — Старший — умный был детина!

— Средний был и так, и сяк, — улыбнулся Игорь, который закончил ставить спортивные рекорды со штангой и теперь взялся за внушительных размеров гирю.

— Младший — вовсе был дурак, — подвёл итог Родион, и они оба посмотрели в сторону кухни, где этот самый младший брат занимался самосовершенствованием.

— Что, меня вспоминали? — в дверном проёме, ведущим из кухни в комнату, возник третий брат. Двое других братьев переглянулись между собой — услышать их Виталий никак не мог — вот она, связь между близнецами в действии, более чем наглядно.

— Тебя забудешь, как же! — усмехнулся Игорь.

— Так, братья, я предлагаю обсудить то, ради чего мы здесь, собственно, собрались! — заявил Родион.

— А что тут обсуждать? — Виталик пожал могучими плечами. — Квартиру дедушка не хочет!

— Он даже телефон на свой прошлый день рождения, и тот взял не сразу! — сказал Игорь.

— Теперь дело серьёзнее, — Родион покачал головой. — Теперь у дедушки юбилей, и облажаться никак нельзя!

Родителей у братьев Горынычевых не было. Вернее, нет, они были, но братья совсем ничего о них не знали, и даже никогда их не видели. Всю заботу о тройняшках с самого детства взял на себя их дед Горын, который на протяжении всей их жизни был для них поддержкой и опорой. Надо ли говорить, что все трое в любимом дедушке просто души не чаяли? И вот теперь, в день его юбилея, хотели сделать ему особенный подарок.

— И что он от квартиры отказался? — буркнул Игорь. — Все равно их сносить планируют!

— Зная нашего дедушку — он без боя сдаваться не станет! — сказал Родион.

— Может, ему путёвку в санаторий подогнать? — предположил Виталик. — Отдохнет, успокоится.

— Чтобы его там всякими процедурами замучили? — резонно заметил Родион.

— А ты что предложишь? — вопросом на вопрос ответил Виталик. — Мы и так уже протянули резину до последнего!

— Тупик! — Игорь подбросил тяжёлую гирю, словно мячик и с той же легкостью её поймал. — Даже удочек, и тех у него хватает!

И это было правдой — дед Горын был заядлым рыбаком, и удочкой его было не удивить. Повисло неловкое молчание. Родион смотрел в одну точку, погрузившись в свои думы, Игорь упражнялся с гирей, Виталик осматривал комнату задумчивым взглядом.

— О! — младшего Горынычева настигло внезапное озарение. Это озарение стало полной неожиданностью для остальных. Родион подскочил в кресле, а вот Игорю крупно не повезло — он выронил спортивный снаряд и по закону подлости гиря упала точно ему на ногу.

— У-у-у! — взвыл бедолага так громогласно, что даже у соседей, наверное, чуть не лопнули барабанные перепонки.

— Чего ты орешь? — спросил Родион.

— Во! — Виталик ткнул пальцем в настенный календарь.

— Ну и что? — спросил Родион. — Виталя, мы и без тебя знаем, какой сегодня день!

— Да! — рявкнул Игорь. — Сегодня — дурацкий день!

— Сегодня — юбилей дедушки! — сказал Родион.

— И поэтому — вот! — Виталик вновь ткнул пальцем в настенный календарь.

— Да что — вот? — хором спросили его братья.

На календаре во всей своей красе был изображен город Китеж возле озера Светлояра, картинка на календаре словно была живой.

— В Китеж смотаться, дедушке подарок купить, вот что! — воскликнул Виталик.

— Вот делать тебе нечего! — в сердцах воскликнул Игорь.

— Мы в большом и процветающем городе живём, где можно что угодно купить, а он в провинцию за подарком собрался! — добавил Родион.

— А почему нет? — удивился Виталик. — Говорят, там сувениры хорошие есть!

— Как будто тут их нет! — сказал Игорь.

— Так что же вы тут ничего дедушке не взяли? — резонно заметил Виталик. — Зато теперь сидите и рассуждаете, что и где купить можно! Так и брали бы, раз тут есть! А я поеду в Китеж за подарком для дедушки, пока вы тут вату катаете!

Обстановка начала накаляться. Серьёзных драк между братьями не бывало единственное рукоприкладство, которое они себе позволяли по отношению друг к другу — это дружеские тренировочные спарринги, вот и сейчас, до крайности дело тоже не дошло.

— Езжай! — махнул рукой Игорь.

— Дурная голова — ногам покоя не дает! — поддержал брата Родион.

— Вот и поеду! — сказал Виталик. — Вот так, значит, вы дедушку цените!

С этими словами он надел свою спортивную куртку и хлопнул дверью так, что в комнате покачнулась люстра.

— Завелся! — буркнул Игорь.

Вновь повисло неловкое молчание — слова Виталика задели братьев за живое. Впрочем, молчание это было недолгим — Родион тоже схватил свою куртку, которая от куртки Виталика абсолютно ничем не отличалась, и направился к выходу.

— Ты за ним? — спросил у брата Игорь.

— Сам ведь знаешь, так что спрашиваешь? — вопросом на вопрос ответил Родион. — Тоже ведь чувствуешь, что душа не на месте!

Да, Игорь чувствовал. На душе будто кошки скребли, пустота давила и пожирала изнутри. Словно от сердца оторвали какую-то очень существенную часть, но невзирая на это, оно продолжает биться в груди. Так всегда было, если в силу обстоятельств братья были далеко друг от друга. Поэтому они всегда поддерживали связь, чтобы в такие моменты каждому из них было хоть немного легче.

— Чувствую! — кивнул Игорь. — Конечно чувствую! И потому я иду с тобой! Его же одного не отпустишь!

— Лучше бы он и дальше на кухне орехи колол! — в сердцах воскликнул Родион. — Зуб даю, он сейчас чувствует тоже самое, что и мы!

— Брат, давай, быстрее! — сказал Игорь, потерев свой могучий торс. — Тяжело, спасу нет! Быстрее за ним, пока он далеко не ушел!

Родион и Игорь вышли на улицу и направились в сторону автовокзала. Братья Горынычевы чувствовали друг друга, потому прекрасно знали, куда пошёл один из них. И они быстрым шагом направились туда же.

Автовокзал Тридевятинска — это обычно шумное место: гомон встречающих и провожающих, гул множества двигателей, но почему-то сегодня здесь было пустынно и тихо. На просторной площадке стояло всего несколько междугородних микроавтобусов, и два «пазика». Среди всех этих средств передвижения выделялся «икарус». Трехсекционный пятидверный венгерский автобус сразу бросался в глаза.

— Я думаю, нам туда! — Родин кивком головы указал на двухгармошечный «икарус».

— Да! — кивнул Игорь. — Он там, я его чувствую!

— Быстрее к автобусу, пока он без нас не уехал! — скомандовал Родион.

Дважды повторять не потребовалось — братья сорвались с места и побежали в сторону «икаруса» -гиганта, все пять дверей которого были гостеприимно распахнуты в ожидании пассажиров.

Дорога на Китеж-град

Отправка рейса была объявлена, двери автобуса закрыты, пассажиры сидели на своих местах согласно купленным билетам, и как уже говорилось, Костя сделал то, что должен был сделать — повернул ключ в замке зажигания. Салон наполнил ровный гул двигателя. Когда Костя выехал с площадки автовокзала и оказался в плотном автомобильном потоке, он в полной мере ощутил на себе все прелести езды на такой длинной машине. Казалось, что все окружающие водители легковых автомобилей ополчились против него — перестроиться из одной полосы в другую — задача не из лёгких. А уж когда настала пора входить в поворот — тут Костик и вовсе вспомнил фильм под названием «Миссия невыполнима». Но, вопреки ожиданиям, «икарус» изогнулся и вошёл в поворот никого и ничего не задев. Автобус оказался вполне неплох в управлении, руля он слушался хорошо, к его длине Костя тоже вскоре привык. В салоне тоже было спокойно, если не считать тихой перепалки трёх братьев-близнецов. Но она Костю ничуть не отвлекала — он давно уже научился не обращать внимания на разговоры тех, кого везёт. Он чувствовал, с самого утра чувствовал, что привычный ему мир как-то неуловимо изменился. В привычном ему мире совершенно не было города под названием Китеж, уж кому, как ни ему, об этом знать? Как уже говорилось, навигатора в салоне не было и карты у Кости тоже не имелось. Спрашивать у пассажиров — более глупой идеи и нарочно не придумаешь. Оставалось надеяться лишь на дорожные указатели. Вот и последний светофор перед выездом из города.

Костя затормозил перед пешеходным переходом, повинуясь запрещающему движение красному сигналу. Редкие пешеходы устремились через дорогу. Зеленый человечек ярко светился, выделяясь из всей серости сегодняшнего дня. Зелёный светофорный человечек. Скоро он погаснет, сменится красным светофорным человечком, и Костя поедет дальше. Вот и последний пешеход перешёл на другую сторону улицы. Но зелёный сигнал пешеходного светофора почему-то совсем не спешил меняться на красный. Скорее, даже наоборот — его свечение усилилось.

— Палка, палка, огуречик, — сказал Костя. — Горит зеленый человечек! Если бы ты еще мог показать дорогу, а не просто гореть!

Светофор, судя по всему, именно в этот момент решил забарахлить. Но не стоять же ему из-за капризов техники? Костя хотел было ехать дальше, как вдруг…

— И никакой я тебе не огуречик! — раздался вдруг голос.

Что за? Костя в недоумении начал озираться по сторонам, в поисках того, кто мог это сказать, оглядел салон, но все пассажиры были поглощены своими делами и мыслями, и Костик готов был поставить на кон своё водительское удостоверение, что все эти люди совершенно не замечают того, что вокруг творится черт знает что!

— Чертовщина какая-то! — буркнул Костя. — И послышится же такое!

— Я не чертовщина! — снова раздался голос.

— Так кто же ты тогда? — спросил Костя.

Пассажиры в салоне по-прежнему ничего не видели, или делали вид, что не видят.

— Я не точка с запятой и не рисунок в школьной тетрадке! Могу сказать, что с головой у тебя тоже всё в порядке! И я совсем не огуречик, я — Светофорный Человечек!

Костя посмотрел на светофор и в недоумении протёр глаза — да быть такого не может! К слуховым галлюцинациям добавились ещё и зрительные! До сих пор мирно горевший на светофоре человек вдруг ожил и махнул ему рукой! Все, абзац, приехали. Так, спокойствие, только спокойствие, и главное — ничему не удивляться.

— Да, спокойствие, только спокойствие! — подтвердил Светофорный Человечек.

— Ты мысли читаешь? — спросил Костя. Пассажиры в салоне на весь этот диалог внимания все так же не обращали.

— Видел бы ты свое лицо! — воскликнул Светофорный Человечек. — Судя по его выражению ты почти наверняка именно так и подумал!

— Я с ума схожу! — буркнул Костя. — Разговоры с самим собой просто ничто, по сравнению с беседой со светофором!

— Почему сразу — с ума сходишь? — поинтересовался Человечек.

— А как ещё всё это объяснить? — спросил Костя. — Тридевятинск, говорящий светофор?

— А зачем это объяснять? — удивился Человечек. — Тебе в детстве что, сказок не рассказывали?

— Кажется, слишком много рассказывали, — вздохнул Костя.

— А ты никогда не задумывался, откуда все эти сказки взялись? — спросил Светофорный Человечек. — Или ты думал, что всё это лишь плод фантазии предков?

— Я не задумывался над этим, — ответил Костя.

— А зря! — сказал Человечек. — Ведь сказки — совсем не выдумка!

— То есть? — Костя уже напрочь позабыл, что у него полный автобус пассажиров, и что дорога не любит ждать.

— Всё это — правда! — ответил Человечек. — Змей Горыныч, Кащей Бессмертный, Баба-Яга, все эти чудеса. Когда-то давным-давно, они жили бок о бок с людьми, в одном мире. Но потом миры разделились, понимаешь? Или люди не верили в чудо, или была какая-то другая на то причина, по которой произошёл раздел миров, но факт остаётся фактом — не смогли они существовать друг с другом. Их пути разошлись, но люди продолжали помнить о том, что когда-то самые настоящие чудеса имели место в их жизни. Люди помнили и эти истории передавались из поколения в поколение, став в итоге теми самыми сказками.

— Тогда почему я вижу тебя? — спросил Костя. — Почему я говорю с тобой? Ведь если миры разделены, то тебя вообще не должно здесь быть!

— Не знаю, — ответил Светофорный Человечек.

— Уж не значит ли это того…, — Костика от такой догадки прошиб холодный пот.

— Я не знаю, — повторил Человечек. — Но я рад, если в мир людей вернуться настоящие чудеса.

— Неужели миры вновь начали объединяться? — поражённо спросил Костя.

— Не знаю! — повторил Человечек.

Костик глубоко вздохнул и принял решение разбираться с проблемами по мере их поступления.

— А добраться до Китежа ты знаешь? — спросил Костя.

— Конечно! — ответил Человечек. — Тебе показать дорогу?

— Это было бы просто замечательно, — ответил Костя.

— Не вопрос! — воскликнул Человечек. — Я с удовольствием тебе помогу! Если бы ты знал каково это — изо дня в день, из года в год, стоять на месте и моргать — ты бы тоже радовался такому положению вещей. Я понимаю, что я делаю нужное и полезное дело, но это однообразие сведёт с ума кого угодно! Поехали!

После этих слов Светофорный Человечек совершенно спокойно, можно даже сказать — легко и непринуждённо, сошел со своего места! Да, это было действительно так! Из светофора Человечек одним большим прыжком перебрался на приборную панель «икаруса», при этом лобовое стекло, как оказалось, не было для него препятствием.

— Ух! — воскликнул Светофорный Человечек и радостно пробежался по приборной панели. — Наконец-то я ноги разомну! И на мир посмотрю! Трогай!

Да, это был самый необычный рейс за всё время, которое Константин провёл за рулём! Ему по началу казалось, что Светофорный Человечек может внезапно исчезнуть, но он и не думал куда-либо пропадать.

— Движение — это жизнь! — заявил он.

— А что, ты раньше никогда не покидал светофора? — спросил его Костя.

— Водителя подходящего не попадалось, — ответил Человечек.

— А я настолько особенный? — удивился Костя.

— У тебя душа открытая, — ответил Человечек. — А это, между прочим, немаловажно! Ведь в Китеж может попасть лишь человек с чистой совестью!

— Я такой же, как и все, — пожал плечами Константин. — И у меня на совести тоже плохих дел хватает. Мне тоже есть, за что стыдиться.

И Костя рассказал Светофорному Человечку историю о том, как он поругался с Леной.

— И вот, теперь я не могу до неё дозвониться, и кто знает, встретимся ли мы вновь, — закончил он.

— Конечно встретитесь! — ответил Человечек. — Знаешь, я за столько лет своей работы в проезжающих машинах столько драм видел, и могу тебя заверить — для любви преград не существует! А если преграды всё же есть, и вы вдвоём их не в силах преодолеть, то это не любовь, а одно мучение!

— Твоя правда, — вздохнул Костя. — Только раньше в дороге находил утешение, успокаивался, я знал, что она меня дома всегда ждёт, а вот что теперь, я не знаю! И это не даёт мне покоя!

— А теперь нас ждёт Китеж! — ответил Человечек.

— Далеко ещё до него? — спросил Костя у своего необычного проводника.

— Нет, уже совсем близко! — ответил Человечек. — Сбавь скорость, скоро участок дорожных работ.

Человечек оказался прав — впереди действительно ремонтировали дорогу. Вот только техника стояла без дела, и рабочих нигде не было видно. Впрочем, Костя бы не удивился, если техника вдруг ожила и начала работать самостоятельно, без человеческого вмешательства. Но техника безмолвствовала, она по-прежнему являла собой безжизненный металл. Но вот дорожный знак, вернее изображённый на нём черный человечек вдруг заговорил.

— И так стою я день-деньской, и у меня одна забота — я должен вас предупредить: идут дорожные работы!

— Это Дорожник! — ответил Светофорный Человечек, опередив вопрос Кости. — Видишь, пока рабочие ушли на перерыв, он может позволить себе некую импровизацию, ведь при них не очень-то и поговоришь!

— Истинная правда! — с грустью ответил Дорожник. — Куда путь держите?

— На Китеж! — ответил Светофорный Человечек.

— Тогда вынужден вас огорчить, — сказал Дорожник. — Но впереди дорога перекрыта.

— И что нам делать? — спросил Костя.

— Ты что, совсем книжек не читаешь? — спросил Человечек. Это же закон жанра! Нормальные герои всегда идут в обход! Дружище, тут есть объездная дорога?

— Имеется! — ответил Дорожник. — Какой же ремонт дороги без объезда?

— И где он, объезд этот? — спросил Костя.

— Впереди поворот! — ответил Дорожник. — Мимо точно не проедете!

— Спасибо за помощь! — сказал Костя.

— Счастливого пути! — ответил Дорожник.

Путешествие продолжалось, точно так же, как продолжались и чудеса.

— Я веду самый длинный в мире «икарус», дорогу мне показывает зелёный сигнал светофора и разговаривают дорожные знаки, — пробормотал Костя. — А что дальше?

— А дальше сам знаешь, что, — ответил Человечек.

— Боюсь даже предположить, — сказал Костя.

— Ты предположений не строй! — сказал Светофорный Человечек. — Ты за баранку крепче держись.

Костик с удовольствием повиновался.

— Хотелось бы до дождя успеть, — сказал Костя, глядя на затянутое тучами небо.

— Мы куда-то спешим? — поинтересовался Человечек. — Рассказать, сколько я на своём веку успел повидать этих вечно куда-то торопящихся лихачей? И чем для них эта спешка закончилась?

Костик прекрасно это знал. Он и не думал торопиться, времени ещё хватало. Теперь он наконец почувствовал в полной мере то самое спокойствие, которое всегда испытывал во время рейсов. Всё будет хорошо. Лена вернется и всё наладится. Дорога всегда сводила на нет все переживания, а уж если дорога ведёт в тот самый город, про который он столько слышал в далёком детстве, то тут и говорить не о чем. Вскоре впереди показался заветный поворот.

— Ещё совсем немного — и мы на месте! — сказал Светофорный Человечек.

Дорога была извилистой, по обоим её сторонам росли деревья, вот только города впереди по-прежнему видно не было.

— Ну и где он, этот чудесный город Китеж? — спросил Костя.

— Он перед тобой! — ответил Светофорный Человечек.

Дорога неожиданно закончилась, деревья словно расступились, открыв взору Константина зеркальную гладь озера.

— Ну и куда ты меня привел? — спросил Костя, в недоумении оглядывая озеро. — Это что, шутка такая?

— Куда просил, туда и приехали! — ответил Человечек. — Добро пожаловать в Китеж!

Но Костик, как не старался, кроме воды ничего больше не видел.

— Да где он, Китеж этот твой? — Костя начал терять терпение.

Костя почувствовал себя форменным дураком. И ведь виноват в этом только он сам — нашёл же, кого слушать! Костя от всей души ударил по рулю рукой. И что теперь прикажете делать? Ехать обратно, искать неведомый Китеж самостоятельно? Но длинный трёхсекционный «икарус» физически просто не мог развернуться на этой узкой дороге, и путь был только один — вперёд, покорять водные просторы!

— Чтоб тебя! — выругался Костя. — Связался я с тобой, на свою голову!

— Спокойствие, только спокойствие! — сказал Светофорный Человечек. — И зачем паниковать раньше времени, если никаких причин для паники абсолютно нет?

— Для тебя может быть и нет, а вот мне теперь что прикажешь делать? — спросил Костя.

— Вспомни, что я тебе говорил! — сказал Светофорный Человечек. — Вспомни, где ты находишься! Тут главное — верить в чудо!

Да, оставалось только поверить в чудо. Он вновь вспомнил всё то, что ему в далёком детстве говорила бабушка об этом удивительном городе. А удивителен он был по той причине, что спрятан на дне озера и не дано было увидеть его. Но ведь Светофорный Человечек и привёл его к озеру! Так может быть именно теперь, когда привычный для Константина мир вдруг неуловимо изменился, он увидит наконец тот самый неведомый Китеж-град? Костя медленно обернулся и замер, боясь поверить в то, что открылось его взгляду.

— Быть того не может, — прошептал он, пораженный сверх всякой меры.

Да, было от чего прийти в изумление — если буквально минуту назад перед глазами было озеро, в котором отражались серые, мрачные тучи, то теперь вместо озера была дорога! И самое главное — впереди был виден город, святящийся в вечернем сумраке огоньками окон.

— Ну, что я говорил? — спросил Светофорный Человечек. — А ты мне не верил! Смелее вперёд!

Костик ничего не стал отвечать, он просто плавно надавил на педаль газа и «икарус», набирая скорость, покатил в направлении города. Костик сжал руль так, что костяшки пальцев побелели. Его не отпускала мысль о том, что город перед ним — не более, чем мираж. Казалось, что стоит лишь моргнуть, как город исчезнет, а «икарус» камнем пойдёт на дно вместе со всеми его пассажирами. Но город, к счастью, и не думал исчезать — его многоэтажные жилые дома приближались с каждой минутой и вскоре дорога стала городской улицей. Костик смотрел во все глаза, не в силах поверить, что он действительно находится в том самом Китеже. Этот город совершенно не отличался от типичных провинциальных городов — типовые жилые многоэтажки, те же машины на дорогах, такие же, как и везде, жители. Будь у Константина такая возможность, он бы обязательно поговорил с кем-нибудь из них. Но всё-таки, что-то необычное в этом городе было! Иногда Косте казалось, что вместо привычных глазу многоэтажек стоят древнерусские избы, огромные терема, а вдалеке виднеется храм. Костя тряхнул головой. Нет, всё, как и всегда — многоэтажные дома, ухоженные клумбы, фонари, которые уже начали зажигаться. Но храм действительно был — Костя прекрасно видел его купола среди жилых домов. Автобусу явно было тесно на этих улицах — если в Тридевятинске на таком длинном «икарусе» ещё можно было относительно свободно передвигаться, то здесь это было, мягко говоря, затруднительно. Если бы не подсказки Светофорного Человечка, то кто знает, куда бы Костю занесло на этих, совершенно незнакомых улицах.

— Ну, вот и всё! — воскликнул Светофорный Человечек. — Приехали!

— Спасибо большое! — воскликнул Костя.

— Не стоит благодарности! -ответил Человечек. — Дальше ты и сам справишься, а мне увы, уже пора!

— Как, ты уже уходишь? — расстроился Костя.

— А что делать? — с грустью в голосе сказал Светофорный Человечек. — Спасибо тебе за поездку!

Сказав эти слова, Светофорный Человечек ярко вспыхнул напоследок, и исчез.

Когда зелёный свет рассеялся, Костя увидел перед собой здание автовокзала города Китежа. Неподалёку зелёным светом горел пешеходный светофор, и Костя был готов поклясться, что Зелёный Человечек помахал ему рукой. Костя хотел было присмотреться повнимательнее, но зелёный сигнал светофора погас, и теперь на Костика смотрел красный Светофорный Человечек. В отличии от своего зеленого товарища красный был совершенно неподвижен и неразговорчив. Красный свет — пешеходу дороги нет. А вот автомобильный светофор вспыхнул зелёным светом, и Костя медленно покатил к зданию автовокзала. Там он высадил своих пассажиров и остался в пустом автобусе в гордом одиночестве. Последними вышли те самые трое братьев-близнецов исполинского роста. А ему теперь оставалось лишь ждать. Ждать новых пассажиров и новой поездки, которая, он искренне надеялся, обойдётся без приключений.

В поисках подарка

Как известно, друзей человек может выбрать себе сам, но ведь жизнь устроена по принципу сообщающихся сосудов, и потому родственников человек себе выбрать не может, как и избавиться от них. А если этот родственник близок тебе настолько, что даже выглядит точно так же, как и ты, тут и говорить не о чем! А если их таких двое? Вот-вот. Говорить не о чем вдвойне. Начатый в автобусе тихий, но яростный спор ни к чему не привёл — покинув автобус и выйдя из здания автовокзала братья Горынычевы разбрелись в разные стороны. Такого разлада между ними давно уже не было, и потому сейчас на душе у старшего Горынычева было гадко и пусто. Каждый решил выбрать подарок для дедушки Горына самостоятельно, поскольку за всё время поездки братья к общему знаменателю в этом деле так и не пришли. А уж Родион точно знает, что обрадует дедушку больше всего на свете — то, что скрасит его одиночество! Так уж сложилось, что все трое не могли уделять дедушке столько внимания, сколько им действительно хотелось. Друг у дедушки был, старый приятель, но всё равно, ему не помешает ещё один друг. И Родион, впечатывая шаги в тротуар, размышлял, какой именно друг это может быть. Как известно, лучший друг человека — это собака, да и в доме у дедушки собаке будет простор. Кот? Возни много, а дедушке нужен покой. Морские свинки и хомячки? Всё не то! Родион в задумчивости стоял перед зоомагазином и оглядывал витрину. На ум стала приходить совсем уж откровенная экзотика — пауки, ящерицы и всякие ползающие виды. В этом случае вполне можно было подарить дедушке черепашку, на панцире которой предварительно написать — «Happy Birthday to You!». Ага, а она потом уползёт, и ищи ветра в чистом поле. Попугай? Родион посмотрел на того пернатого, который был выставлен в витрине и у него в голове сразу же прозвучала фраза: «Попка дурак!». Родион совсем было упал духом, когда наконец увидел её. Увидел и понял — вот оно! То, что надо!

Внимание Родиона привлекла самая обычная золотая рыбка, которая мирно плавала в своём круглом аквариуме, в ожидании того, когда её кто-нибудь купит. Все сомнения у Родиона моментально отпали — рыбка и ест немного, и мороки с ней ровно столько же, и главное — она всегда молчит! А уж красивая, просто глаз не оторвать! Дедушка будет на неё смотреть и радоваться! В общем, лучше подарка просто не придумаешь! Родион ворвался в магазин и с нетерпением дождался своей очереди. Он очень боялся того, что рыбку кто-нибудь купит, уведя такой идеальный подарок прямо из-под носа. Но, обошлось — приобрести золотую рыбку желающих не оказалось и Родион, подойдя к прилавку, заявил, что желает заполучить золотую рыбку вместе с аквариумом и водой, в которой эта самая рыбка плавает.

Покупку оформили быстро и вот тут-то Родиона ожидал сокрушительный удар — как не изучал бедняга все свои карманы, бумажника с деньгами он там категорически не находил. Ну то есть вообще его там не было, совсем не было!

— Проблемы, молодой человек? — с улыбкой поинтересовалась у него девушка-продавец.

— Одну минутку! — ответил Родион.

Горынычев-старший стал лихорадочно припоминать, куда он мог так глупо подевать все свои кровные средства вместе с портмоне. Дома забыть? А билет тогда он на что брал? В автобусе выронить? Нет, он бы заметил. Стащить у него бумажник тоже никто не мог. Куда делся портмоне?! Родион начал припоминать всё свои последние действия, в попытке восстановить ту цепочку событий, которая привела к потере бумажника, и когда эта цепочка, наконец, восстановилась, бедняга испытал сильнейшее желание ею тут же и удавиться — ситуация оказалась проста: всё дело было в том, что бумажник остался у Игоря! Ведь ещё там, на автовокзале Тридевятинска, он упросил Родиона дать ему денег с целью купить чего-нибудь покушать на дорогу. Родион эту идею счел неплохой и отдал брату бумажник. А из этого следует, что столь желанная покупка накрылась эталонным медным тазиком.

Родион вышел из магазина в расстроенных чувствах, но сдаваться, конечно же, он не собирался. Нужно было как можно скорее отыскать среднего брата. Благо, мобильник у Родиона был при себе, и он принялся тыкать пальцем в экран, в надежде дозвониться до брата. Но, по всей видимости, именно сегодня великий и всем известный закон подлости работал на полную катушку — Игорь Горынычев трубку не брал.

— Где же тебя носит, когда ты так нужен? — спросил Родион, словно брат мог его услышать. Гнетущее чувство в груди становилось всё сильнее. В трубке шли длинные гудки. Игорь Горынычев по-прежнему не отвечал на звонок. Ощущение пустоты в груди достигло такого уровня, что Родион уже был готов метаться по всему городу в поисках брата. Ситуация складывалась, что называется, хуже некуда.

***

Игорь Горынычев шёл по городским улицам наобум — он, житель огромного Тридевятинска, этой провинции сроду в глаза не видел. И поэтому теперь чувствовал себя неуверенно и в то же время глупо — знать родной Тридевятинск и заплутать в довольно-таки маленьком городе. В общем, это был тот редчайший случай, когда рассчитывать приходилось только на себя. Игорь подавил тяжёлое чувство в груди и зашагал дальше. Он уже знал, что купит дедушке, вот только не знал, где тут продают то, что ему нужно. Игорь шёл, доверившись интуиции, и интуиция его не подвела. Хотя, может быть просто судьба решила наконец над ним сжалиться — Игорь Горынычев вышел к торговому центру. Недолго раздумывая, Игорь устремился в сторону двухэтажного здания, которое светилось множеством разноцветных огней. Но, оказавшись внутри, он вскоре понял, что его везение на этом закончилось. Игорь оббегал все торговые точки, но так и не смог выбрать для дедушки подходящего подарка. Он решил преподнести деду в подарок одежду, но оказался глубоко разочарован имеющимся в местных магазинах ассортиментом. Ну в самом деле — не дарить же дедушке футболку с надписью «Я люблю Бабу-Ягу»? Игорь представлял, что подарит деду какую-нибудь теплую вещь, ведь и зима как раз на подходе, дедушка будет носить и вспоминать добрым словом своего среднего внука, но всё было совершенно не то! Куртки, шапки, свитеры, даже шарфы, по мнению Игоря на роль подарка абсолютно не годились. Отчаявшись, он заглянул даже в сувенирный отдел, но и там не нашёл ничего подходящего. Матрёшки, деревянные ложки, жутковатого вида часы с кукушкой — это позабавило бы какого-нибудь заокеанского туриста. Но Игорю-то что прикажете делать? Да, выбор подарка оказался несколько сложнее, чем он предполагал. Игорь вышел на улицу, сел на лавочку и задумался — ну и что теперь прикажете делать? Да что угодно делать, но только не опускать руки и не сдаваться! Эти двое наверняка уже выбрали в подарок дедушке что-нибудь подходящее и если он не справится с задачей, то братья будут до конца дней припоминать ему это фиаско! Да и вообще, нельзя было оставлять дедушку без подарка в его юбилей! Игорь Горынычев решительно встал с лавочки и отправился на поиски подарка.

Поиски привели его в самый обычный двор. Да уж, пришёл, так пришёл! Игорь хотел было выругаться, но вспомнив, что эту книжку могут прочитать дети, сразу передумал. Он сел на лавочку и опять предпринял попытку мозгового штурма. Ну вот что он делает не так? Как Игорь не пытался — ничего путного он не надумал. Оставалось лишь признать свое поражение и отправиться на поиски братьев. Всё-таки одна голова хорошо, а три — ещё лучше.

Игорь хотел было встать с лавочки, но вдруг на эту самую лавочку запрыгнул огромный серый кот. Игорь понятия не имел, откуда он здесь взялся, но судя по его виду он был домашним. Игорь хотел было почесать кота, но он отошёл в сторону и уставился на человека своими зелёными глазами. Игорь не знал, сколько между ним и котом продолжалась эта игра в гляделки, но скорее всего — уже довольно продолжительное время, поскольку Игорь вдруг почувствовал, что хочет спать. Не в силах сопротивляться этому чувству Игорь Горынычев уронил голову на грудь и захрапел. Кот, казалось, остался вполне доволен этим фактом, он спрыгнул со скамейки и скрылся, грациозной походкой пройдя мимо песочницы и играющих в ней детей. Игорь Горынычев спал и сон его был настолько крепок, что он не проснулся даже тогда, когда в его кармане зазвонил мобильный телефон. Ему снился удивительный сон — в этом сне он был вместе со своими братьями. Они были Змеем Горынычем! Этот змей имел три абсолютно одинаковых головы, огромные крылья и когтистые конечности. Вдруг распахнулась пасть у центральной головы но вместо того, чтобы выдохнуть огонь голова поинтересовалась:

— Милок, с тобой всё хорошо?

— А? Что? Где? — Игорь буквально подскочил на лавочке и с недоумением уставился на старушку, которая стояла рядом с ним. Бабушка была ничем не примечательная — цветастый платок, вязаная кофта и юбка в пол. Довершала образ тележка с сумкой. Судя по всему, бабуля направлялась домой из магазина.

— С тобой всё хорошо, милок? — повторила свой вопрос старушка.

— Да, — ответил Игорь. — Всё в порядке.

— Приснилось что-то нехорошее? — спросила старушка.

— Да не то слово! — ответил Игорь, который ещё не до конца отошел от увиденного сна. И приснится же такое, в самом деле!

— Ну, коли всё хорошо, пойду я! — сказала старушка и потащила тележку в сторону одного из домой. Сумка на тележке для миниатюрной бабушки была явно тяжёлая.

— Погодь, мамаша! — пробасил Игорь. — Дай я помогу, а то тебе так и надорваться недолго.

— Ой спасибо, милок! — воскликнула старушка.

— Да будет вам! — отмахнулся Игорь.

Он встал со скамейки, подошёл к старушке и взял её тележку. Лифт, конечно же, не работал и пришлось подниматься по лестнице. Ноша старушки для Игоря была просто невесомой, трудность заключалась лишь в том, что Игорю, с его габаритами, было малость тесновато в подъезде, но это не беда.

— Ой, спасибо, милок! — воскликнула старушка. — Так бы я без тебя долго мучилась! Ты вон какой огромный да сильный! Я пока дошла — смотрю, а ты уже тут!

— То есть? — не понял Игорь.

— Милок, так не ты разве давеча в зоомагазине рыбку купить хотел? — удивилась старушка. — Я своему котику там корм брала и тебя видела!

Игорь не знал, что ответить на это. Сказать, что это был не он — бедная бабуля решит, что у неё уже галлюцинации начались, а расстраивать её совсем не хотелось.

— Да, я, — кивнул Игорь, хотя прекрасно понимал, что бабуля встретила там одного из его братьев.

— Быстро же ты ходишь, — вздохнула старушка. — Я пока дошла, так уже и ног не чую!

— Разве далеко тут идти? — спросил Игорь.

— Да где там! — ответила старушка. — Тебе-то недалеко, сам знаешь, где этот магазин!

И словоохотливая бабушка во всех подробностях объяснила ему дорогу до зоомагазина. Всем ведь известно о том, как сильно старушки любят поговорить! А Игорю только это и надо было — он сразу узнал то, что хотел.

— Спасибо, бабуля! — он от всей души поблагодарил разговорчивую бабушку.

— Да не за что, милок! — ответила старушка. — Пойдём в гости, я тебя чаем с вареньем угощу!

— Спасибо, бабуля! — ответил Игорь. — Я бы рад, да некогда мне, тороплюсь я очень!

— Вечно молодёжь куда-то торопится, — с улыбкой вздохнула старушка, глядя вслед Игорю Горынычеву.

А Игорь, подобно лавине уже нёсся вниз по лестнице на всех парах, умоляя судьбу только об одном — лишь бы никто не поднимался ему навстречу! Оказавшись на улице средний Горынычев достал телефон, чтобы посмотреть время. Достал и похолодел, когда увидел пропущенные звонки от Родиона. Точно что-то случилось! Он старался не обращать внимания на дискомфорт в груди, но теперь это тяжёлое чувство вышло на передний план, и именно оно гнало его вперёд, в направлении зоомагазина.

***

Выбор подарка — это такое мероприятие, на которое можно смотреть по разному. Для одних это очень приятный и доставляющий удовольствие процесс, и такие люди целиком и полностью отдают себя этому занятию, в конечном итоге вручая подарок они испытывают не меньше радости, чем тот, кому этот подарок предназначается. Есть еще те, кто выбирает подарок по известному принципу про дареного коня — дескать, дорог не подарок — дорого внимание. Есть ещё и третья категория людей — они хотят порадовать человека хорошим подарком, но их фантазия при этом, к сожалению, оставляет желать лучшего. И вот эти-то люди и страдают больше всех остальных — им и человека порадовать хочется, и времени на поиски подарка им не жаль, но вот что именно подарить они совершенно не представляют.

Виталик сидел в кафе и грустил. Подарка для дедушки он выбрать так и не смог, и чувствовал себя совершенно раздавленным — он затеял эту поездку, а в итоге — не смог найти ничего стоящего в качестве подарка! А ведь ещё и братьев упрекал в этом! От этого было ещё хуже. Они-то наверняка уже присмотрели подарок для дедушки Горына, а он, Виталик, явится на юбилей с пустыми руками. Он оббегал буквально все магазины в городе, но так-как он даже представления не имел, что именно дарить, то и выбрать ничего подходящего не смог. Да уж, ссориться, это всегда легко, а вот попробуй после этого помириться! Мириться всегда тяжело, но идти на этот шаг было надо. Виталик Горынычев решил пойти сдаваться. Братья, конечно же, сначала выскажут ему всё что о нём думают, потом от души высмеют, но помогут. Всё-таки братья — это братья, и никого, кроме них и дедушки у Виталика больше нет.

На улице было всё так же пасмурно и холодно, но для троицы местных даже такая погода была нипочем — они стояли возле кафе, и до Виталика донеслись обрывки их разговора, он остановился и прислушался.

— Вот крест вам, мужики! — говорил один. — Вот, честное благородное слово! У меня в глазах двоится!

— Сейчас снег пойдёт, — заметил другой. У него были длинные и спутанные волосы, давно уже позабывшие, что такое шампунь. Часть шевелюры закрывала его лицо таким образом, что второго глаза совсем не было видно. — С чего это вдруг ты решил?

— В глазах двоится! — вновь заявил его товарищ. — Вот честное слово!

Третий в ответ на это заявление лишь рассмеялся.

— Да ну вас! — обиделся рассказчик. — Вам от всей души рассказываешь, а вы! Я этого мужика видел, так же как вас сейчас! А потом смотрю — ещё один мужик бежит — ну точно такой же! И огроменные оба! Огроменные!

— Ну, а дальше-то, что было? — спросил его длинноволосый.

— Не знаю! — ответил рассказчик. — Я так испугался, что бежал от этого зоомагазина, дальше, чем видел!

Значит, два огромных мужика возле зоомагазина? Замечательно! Вот и братья отыскались! Виталик осторожно отошёл в сторону, чтобы не попасться троице на глаза и на спринтерской скорости побежал в сторону зоомагазина. Если братья там, то не исключено, что и подарок дедушке они уже купили! И причём сообща!

Виталик успел вовремя для того, чтобы увидеть, как из зоомагазина вышли Родион и Игорь. У первого в руках что-то светилось. Нет, даже сияло, мягким золотистым светом. Конечно же, Виталику всё и сразу стало ясно.

— Ну вот и кто вы после этого? — спросил Виталик. — Купили деду подарок — и без меня!

— Да ладно тебе! — ответил Игорь. — Всё равно ведь все вместе подарим!

Но Виталику всё равно было обидно.

— Дай хоть понесу? — попросил он у Родиона.

— Успеешь ещё! — ответил он.

— Топать до вокзала нам ещё много, — резонно заметил Игорь.

— Не болтайте под ноги, — сказал Родион.

Он старался идти очень осторожно, и его можно было понять — когда несёшь что-нибудь хрупкое, всегда боишься эту вещь выронить. Тут ещё, как назло, и руки трястись начинают, и под ноги что-нибудь, да подвернется! Или кто-нибудь отвлекает пустыми разговорами!

Братья шли мимо кафе, возле которой по-прежнему культурно отдыхали три представителя местной интеллигенции.

— Да говорю же я тебе — двое из было! — один из них продолжал стоять на своём. — Одинаковые! И здоровые!

— Да ну тебя! — отмахнулся его собеседник.

И тут он увидел проходящих мимо братьев Горынычевых.

— Ребятки! — сказал он, хлопнув одного из них по плечу.

— Чего тебе? — они двое обернулись, да так и замерли, раскрыв от удивления рты.

— Мать честная! — сказал один из них.

— Ну вот, — сказал другой. — Теперь три штуки стало!

Братья Горынычевы шли своей дорогой и у них была одна забота — доставить подарок в целости и сохранности.

— Родя, осторожнее! — сказал Игорь. — Не видишь, там ямка?

— Вижу! — Родион осторожно обошёл ямку, хотя мог её просто-напросто перешагнуть.

— По правой стороне иди! — Игорь продолжал учить брата. — Она лучше, чем левая!

— Слушай, Игорь, я не слепой! — рявкнул Родион, повернувшись к брату и не сбавляя при этом шага. — Уж в конце-то концов я, по-твоему, что, не смотрю, куда иду?

— Как раз сейчас и не смотришь! — воскликнул Виталик, но было уже слишком поздно. Родион споткнулся и картинно взмахнув руками, полетел на асфальт. Аквариум с золотой рыбкой взмыл в небеса и набрав высоту на мгновение замер в воздухе. Замер, и словно в замедленной съёмке начал падать вниз. Игорь хотел закричать, но крик застрял у него в горле. А Родион молча смотрел, как устремляются к земле все их надежды. Трудно было сказать, что он испытывал и переживал в данный момент. Игорь и Родион одновременно закрыли глаза, чтобы не видеть того, как их самое доброе и искреннее начинание разобьется об асфальт. Братья ждали удара. Но вместо звона разбитого стекла они услышали такой звук, будто на землю упало что-то массивное, тяжёлое и уж точно не стеклянное.

— Всё под контролем! — они услышали голос Виталика.

Открыв глаза, Родион и Игорь увидели лежавшего на спине Виталика, который держал на вытянутых руках аквариум с золотой рыбкой, который он каким-то образом умудрился поймать.

— Братья, ну вы даёте! — сказал он.

— Это как это? — спросил Игорь.

— Он её поймал, — поражённо сказал Родион. — Как вратарь мячик! Поймал!

— Поймал! — подтвердил Виталик. — Я думал, не успею!

— Виталя, ну ты красавчик вообще! — заорал Игорь.

— Ну ты даешь! — воскликнул Родион. — Шикарный сейв!

Братья Горынычевы были заядлыми любителями футбола.

— Родя, давай его поднимать! — сказал Игорь. — А то он так и пролежит!

— Аквариум возьмите, а встать я и сам могу, — сказал Виталик.

— Осторожно, рыбку не урони! — предостерёг Игорь, когда они пошли дальше.

— А знайте, братья, я заметил, что когда мы вместе — у нас всё получается лучше, чем когда мы действуем в одиночку, — сказал Родион.

— Твоя правда! — кивнул Игорь.

— Это потому, что вместе мы — сила! — сказал Виталик.

— Мы всю жизнь вместе! — сказал Родион. — А то, что произошло сегодня только лишний раз доказывает то, что мы должны держаться вместе и принимать решения сообща!

— Потому что мы — Горынычевы! — подвёл итог Виталик.

Братья дружно зашагали к зданию автовокзала, до которого было уже буквально рукой подать.

Обратный путь

Костя сидел за рулем своего автобуса. Позади была рутинная процедура с путевыми документами. Первый пассажир уже был на подходе. Вернее, пассажирка, поскольку к автобусу приближалась молодая девушка.

— Простите, это вы до Тридевятинска? — спросила она. — У меня вот, есть билет.

— Да-да! — кивнул Костя. — Проходите, располагайтесь!

— Спасибо! — улыбнулась девушка. — Меня, кстати, Василиса зовут!

Она была одета в джинсы и белую куртку. Из-под такой же белой шапки до самой талии спускалась роскошная коса, очки завершали образ.

— Костя! — ответил Константин.

— Очень приятно, — сказала Василиса, садясь на одно из кресел. — Вы чем-то расстроены? Извините, если лезу не в своё дело.

— Да так, — отмахнулся Костя. — Типичные жизненные неурядицы.

— Так почему бы вам о них не рассказать? — спросила Василиса. — Вот увидите, вам сразу станет легче, да и я с удовольствием вас выслушаю!

Она была особенная. Что-то неуловимое выделяло её, она отличалась от других и словно была светлее, чем этот серый и невзрачный день. И Костя рассказал ей всё, за исключением того, что с окружающим миром произошло что-то странное. Ему вовсе не хотелось казаться сумасшедшим.

Василиса внимательно его выслушала. Действительно, было видно, что ей очень интересно и слушала она не просто так.

— Костя, вы и правда очень её любите, — сказала она после того, как Константин закончил свое безрадостное повествование. — Не нужно себя накручивать! Ведь давно уже известно, что это совершенно напрасное самоистязание, которое совершенно ни к чему хорошему не приводит! Человек себе сам навыдумывает, а потом оказывается, что всё совсем не так! И зачем, в таком случае, зря страдать? Ваша девушка непременно вернется, вы помиритесь и поженитесь! Вот увидите! Не думайте о плохом, не программируйте себя на негатив! Тем более перед дорогой!

— Спасибо вам огромное! — улыбнулся Костя.

После разговора с Василисой ему стало намного легче. Даже всё вокруг происходящее уже не так сильно давило на него. Всё будет хорошо. И Лена действительно вернётся.

— А вот и мы! — послышался знакомый голос. — И у нас билетики!

Перед автобусом стояли те самые тройняшки. Судя по их виду и очень довольным улыбкам, они явно пережили какое-то приключение, которое явно закончилось для всех троих просто замечательно. Один из них держал аквариум, в котором плавала золотая рыбка.

— Проходите! — сказал Костя.

Братья с трудом забрались в автобус. Теперь все трое действовали гораздо осторожнее, видимо боялись за аквариум с рыбкой.

— Скажите, — спросил Костя. — А ваша рыбка, случаем, желания не исполняет?

— Мы не знаем! — хором ответили все трое.

— А вы попробуйте! — предложил один из них.

— Только не вслух! — добавил другой.

— А то не сбудется! — улыбнулся третий.

Костя так хотел, чтобы рядом оказалась его Леночка, его самый родной и близкий человек, что был готов поверить даже в чудо. И потому, подумал он именно о ней, о том, чтобы она оказалась рядом и больше никуда и никогда не уходила. И едва только ему стоило подумать об этом, мир словно бы стал светлее.

— Ну что, — спросил Костя, оглядев салон, который уже был полон пассажиров. — Все готовы? Мы отправляемся!

Зарокотал двигатель двухгармошечного «икаруса», с неизменным шипением закрылись все пять дверей и автобус тронулся. «Икарус-293» отправился в сторону своего пункта назначения — города Тридевятинска.

День рождения — только раз в году

Над Тридевятинском повисли тёмные тучи, но на улицах всё равно было многолюдно — люди возвращались домой с работы, с неодобрением глядя на тучи — никому не хотелось попасть под дождь, если он всё-таки начнется.

— Пусть бегут неуклюже пешеходы по лужам, и вода по асфальту рекой, — сказал дед Горын, глядя в окно. — Ведь не ясно прохожим, в этот день непогожий, почему я весёлый такой.

Его маленький уютный дом находился в частном секторе, который был расположен через дорогу от огромного мегаполиса. Казалось, что Тридевятинск наступал, поглощая такие вот маленькие дома, расширялся, и внезапно остановился, словно раздумывал — расти ему дальше, или нет.

— Да будет тебе грустить, Горын! — воскликнул его давний друг Иван Кузьмич. — Тебе ли расстраиваться? Тем более в такой день!

— День, как день, — сказал дед Горын.

— Не скажи! — Иван Кузьмич внимательно посмотрел на своего друга. — Не каждый день вековой юбилей справляешь!

Невзирая на свой почтенный возраст дед Горын полон сил и ни за что на свете нельзя было сказать, что этот старичок прожил целый век. Он был невысокого роста, его голову венчали белоснежной седины волосы, а глаза светились мудростью и добротой. Но сегодня его взгляд был грустным.

— Снести нас хотят, Иван, — вздохнул он. — Сам ведь знаешь. Как я без всего этого жить буду?

Он обвёл комнату грустным взглядом.

— Сколько лет она меня согревала! Как же я без всего этого?

— Как будто тебя новая квартира не согреет! — сказал Иван Кузьмич. — Не забывай, соседями будем! И от хозяйства наконец отдохнешь!

— Ага, — буркнул дед Горын. — Успею ещё отдохнуть! Если только и делать, что ничего не делать, так не бывает! Что предлагаешь, цельный день перед телевизором сидеть? Что ещё в квартире делать? Не такой я человек, чтобы перед телевизором сидеть! Даже воду из колодца, и ту носить не надо — кран повернул — и течет, будь она неладна! Изнеженное поколение, честное слово! Печь топить не надо — отопление, в погреб лазить — не надо, всё в холодильнике!

— Горын, будет тебе ворчать! — вздохнул Иван Кузьмич. — Все так живут, не жалуются! И в квартире ты себе дело найдёшь! Ремонт затеешь!

— В новой-то квартире? — усмехнулся дед Горын. — Там уж всё затеяно!

— Прогресс! — сказал Иван Кузьмич. — Или ты хочешь сказать, что он тебе уже не по зубам? Что уже жизнь в квартире не осилишь?

— На слабо взять решил, Ванька? — спросил дед Горын. — Ты мне это брось! Вот из принципа приду к тебе в квартиру пожить, чтобы ты убедился, что ничего для меня в этом сложного нету! Прогресс! Житья от него нет!

— Да неужели? — Иван Кузьмич лукаво прищурился и посмотрел на своего друга. — А что-ж ты тогда на свой мобильник не жалуешься?

— Тьфу-ты! — воскликнул дед Горын. — Да ну тебя, Ванька!

— Что, уел я тебя, Горын? — усмехнулся Иван Кузьмич. — По началу ты и смартфон, который тебе внуки подарили, мутью называл, а теперь что? И с квартирой также будет, помяни моя слово!

— Муть и есть, — буркнул Горын. — Ослепнуть можно, пока в этом маленьком экране что-то увидишь! А пока я все эти его заморочки выучил — думал, что и вовсе с ума сойду!

— Однако же не сошёл и теперь свою любимую передачу про рыбалку там смотришь! — усмехнулся Иван Кузьмич.

— Подарили игрушку! — в сердцах сказал дед Горын. — Говорят удобно будет! Звонить будем и друг на друга смотреть!

— Ну вот! — воскликнул Иван Кузьмич. — Ты ведь внуков своих чаще видеть теперь стал!

— Видеть! — буркнул дед Горын. — Им всем троим уже жениться давно пора, а они всё ещё мне по интернету звонят! Лучше бы тогда по-настоящему в гости приходили!

— Ворчун ты старый, — сказал Иван Кузьмич. — Ты ведь понимаешь — работа у парней ответственная, все они при важном деле!

Да, дед Горын очень скучал по внукам, они были единственной отрадой в его жизни, но прекрасно понимал, какая серьёзная у них работа.

— Они тебе сегодня звонили? — спросил Иван Кузьмич.

— А то! — ответил дед Горын. — Звонили, по этому интернету, чтоб ему зависнуть! Прийти обещали, да ещё и с подарком!

— Ну вот, а ты грустишь! — воскликнул Иван Кузьмич. — Тебе радоваться надо, чудак-человек! Таких парней вырастил! Не каждый может гордиться такими внуками!

— А то я не горжусь! — улыбнулся дед Горын. — Они у меня парни хоть куда! Знать бы ещё, что от них сегодня ожидать! Поди умную машину подарят, как её там?

— Компьютер? — подсказал Иван Кузьмич.

— Во-во, его самого! — кивнул дед Горын. — И буду я весь как этот, кот-ученый, в этих интернетах ваших сидеть, с гуглами общаться!

— Вполне себе занятие! — сказал Иван Кузьмич. — Будешь со мной на расстоянии в шахматы и домино играть!

— Не говори ерунды! — заявил дед Горын. — Сейчас мои внуки придут, устроим праздник! Или я, по-твоему, зря всё это затеял?

Дед Горын кивком головы указал на праздничный стол, над которым он трудился ещё со вчерашнего дня.

— Запаздывают ребята! — сказал Иван Кузьмич.

— Подарок небось присматривают! — улыбнулся дед Горын. — Но я думаю, что они должны уже вот-вот…

Громкий стук в дверь не дал деду Горыну договорить.

— Ну вот, — усмехнулся он, открывая входную дверь. — Я же говорил!

— С днём рождения! — в комнату ворвался Родион и крепко обнял дедушку.

— Здорово, дедуля! — вслед за братом вошёл Игорь.

— С днём рождения, дед! — Виталик осторожно занёс в комнату большую коробку.

— Добрый вечер, Иван Кузьмич! — хором сказали все трое после того, как коробка была поставлена на стол.

— Привет, ребята! — ответил Иван Кузьмич. — А что это у вас там?

— Подарок! — хором ответили все трое.

— Мне прямо самому интересно стало, что там может быть, — усмехнулся дед Горын. — Поди чайник какой-нибудь электрический, с интернетом!

Братья Горынычевы так и покатились со смеху.

— Открой да посмотри, — усмехнулся Иван Кузьмич.

Когда дедушка Горын стал осторожно открывать коробку, все затихли.

Наконец, подарок увидел свет.

— Ну как? — спросил Родион.

Дед Горын молча смотрел на золотую рыбку, и по его виду трудно было сказать, о чём он думает в данный момент.

— Мать честная! — прошептал дед Горын. — Ну, внучата, сумели вы меня удивить! Иван Кузьмич, ты глянь, красота какая!

Рыбка и правда была красивая, она словно переливалась всеми оттенками золотого цвета.

— А ты желание загадай! — предложил своему другу Иван Кузьмич.

— А я и не знаю даже, что пожелать, — растерялся дед Горын. — Мне и жаловаться не на что!

— А ты не жалуйся, — сказал Иван Кузьмич. — Ты загадывай.

— Выдумщики! — буркнул дед Горын.

Он сосредоточился и задумался. Ему и просить было не о чем — он прожил действительно долгую и главное — достойную жизнь, за которую уже успел увидеть всякого, как хорошего, так и плохого. Но и плохое он принимал стойко, не жалуясь на судьбу. Теперь всё это осталось позади и всё было хорошо. А раз так, то, чего ещё желать-то? Пожалуй, только того, чтобы и дальше продолжалось так же!

— Ну, — сказал дед Горын. — Чтобы всё и всегда у всех нас было хорошо!

— Кто-ж вслух загадывает, дедуль? — спросил Родион.

— А то не сбудется! — сказал Игорь.

— В этот день — сбудется! — заявил дед Горын. — Ведь такой день — только раз в году!

Да, это был особенный день. Ведь как известно, день рождения — только раз в году. Всё было хорошо, и дедушка Горын верил — что и завтра всё будет точно так же, и послезавтра, и всегда. И глядя на своих замечательных внуков он в этот миг почувствовал себя самым счастливым дедушкой во всём мире.