Степан Николаевич, худощавый, уже не молодой мужчина с бамбуковой удочкой наперевес и алюминиевым ведерком в руке аккуратно пробрался сквозь заросли камыша к небольшому лесному озеру. Он принялся старательно вытаптывать упертое растение ногами, готовя логово для ночной рыбалки. Для себя и своего товарища. Сергей Васильевич — гордый, полнотелый мужичок средних лет, одетый по последнему слову рыбацкой моды, с огромным походным рюкзаком за плечами, брезгливо перешагивал через заросли, высоко подняв над головой свой новый дорогой спиннинг и чемоданчик со снастями.

— Места тут у вас живописные! Красиво. А главное тихо! Ни души вокруг. — Сергей Васильевич бережно опустил свою поклажу на вытоптанную другом полянку.

Степан Николаевич оглянулся назад, пристально осмотрел лесные заросли и тихонько прошептал:

— Да, ни души!

— Что ты там шепчешь?

— Говорю, что ни души здесь нет! Не то, что в вашей столице. Шум, гам, газы. Сейчас еще рыбки свеженькой наловим, уху на костре наварим. — Степан достал из своего ведерка казанок, жестяную банку с червяками, насадил на крючок, поплевал и закинул в воду.

— Хм! По-старинке? — Сергей иронично улыбнулся и принялся рассматривать свой новомодный чемоданчик.

— Сейчас, Сергей Василич, посмотрим, на чью наживку наш местный карасик клюнет: на ваши новомодные побрякушки или на старого доброго опарыша.

Прошел первый час рыбалки, а запасы рыбаков не пополнились ни на мельчайшего карасика. Городской гость уже порядком начал скучать. Он раздраженно перебрасывал удочку по разным сторонам, пытаясь раздразнить местную фауну:

— Степка, а тут точно рыба водится? Хоть бы раз дернуло. Наверное, нет здесь ничего. Если хотел меня из города в вашу выманить, покалякать о жизни, так бы просто и сказал. Лучше б водки да шашлыка взяли, помнишь, как в армейские годы? А то привел, Бог знает куда, комаров кормить. — Сергей хлопнул себя по шее, отгоняя комаров.

— Да, полно здесь рыбы! Ну, по крайней мере, раньше было. Я просто давно не ездил.

— Что-то я кроме нас больше никого не вижу.

— Людей нет, потому что местные сюда вечером особо не ходят.

— Чего это? Тут же до деревни рукой подать, — насторожился Сергей.

Степан еще раз обернулся назад, словно кого-то там искал, и неуверенно продолжил:

— Да, слух уже пару лет ходит, что завелась в здешних лесах какая-то нечесть. То ли русалка, то ли ведьма, то ли призрак. Черт его знает.

Сергей на секунду замер, а потом разразился диким хохотом. хохочет. Он еле угомонился, вытер рукой слезу и похлопал товарища по плечу:

— Ну, ты и шутник, Степка. Русалка, говоришь? Это она, что ли всю рыбу съела?

Степан немного обиделся и начал оправдываться:

— Может, и она. Это ж не я придумал. Местные так говорят. Хотя, может, это просто деревенские наши легенду такую специально сочинили.

— Зачем?

— А кто их знает? Может, думали в наши места таким образом туристов привлечь. А то раньше на озере от отдыхающих отбоя не было: шашлыки-машлыки, барды здесь неделями под дождем осенью кисли, парочки по кустам обжимались. А теперь никто сюда не едет — все по заграничным курортам.

— Вот молодежь пошла! Насмотрелись всяких «Экстрасенсов».

И что? Работает ваш маркетинговый ход?

— Нет, теперь и местные здесь после заката боятся оставаться.

Сергей снова захохотал, да и его друг выдавил из себя робкую улыбку:

— Смотри, что покажу! — Степан отодвинул полу куртки.

Столичный гость присвистнул от увиденного — на поясе Степана красовалась граната.

— Да ладно! Это еще из тех, которые ты со склада тащил, когда прапором был?

— Ага. Если на удочки не хочет, мы ей сейчас взбучку устроим.

— Ах, ты шельма!

Сергей опять залился смехом. Степан тоже начал хихикать. Но тут среди мужских голосов послышался тоненький женский смешок. Сергей замолк первым. Он жестом руки остановил второго рыбака, сначала поднес свой указательный палец к губам, прислушался, и медленно отвел руку в сторону лесной чащи, откуда доносился женский смех.

— Тихо. Слышишь?

Степан тоже замолк и схватился за первый попавшийся камень. Сергей же достал из-за пазухи пистолет и командным голосом заорал на весь лес:

— Кто здесь? Выходи, дура!

В деревьях вокруг озера, послышался шорох. Что-то будто бегало по верхним веткам. Мужчины закрутились на месте, пытаясь отследить движение в листьях. Вдруг что-то пролетело за их спинам, и костер погас. Рыбаки на несколько секунд оказались в полной темноте. Наедине с шорохами леса. Сергей хаотично целился то в один куст, то в другой. Ему казалось, что весь лес живой и каждая ветка тянется, чтобы их задушить. Степан крепко прижимал к себе камень и пытался прятаться за спиной у товарища. Наконец, тучи рассеялись, тоненький серп луны осветил лесные силуэты, и мужчины застыли в ужасе из-за открывшейся перед ними картины — жуткое существо просто парило в воздухе. Белая, абсолютно белая женщина: белые одежды, фарфоровая кожа, седые волосы и страшные бесцветные глаза!

— Матерь Божья, Призрак! Свят! Свят! Свят! — заорал Степан.

Сергей побледнел, он попытался взять себя в руки, дрожащими руками навел на привидение пистолет. Он ни на что не надеялся, однако почему-то пригрозил:

— Стой, убью гадину!

Степан хотел было объяснить товарищу, что сущность перед ними и так, по всей видимости, мертва. Но тот выстрелил в пустоту и к их удивлению, призрак действительно будто испугался и попятился назад. Сергей нервно ухмыльнулся и взвел курок:

— Что, не нравится, тварь?

— Уходите! Она идет! — провыл призрак.

— Сама убирай… — недоговорил Сергей. Степан увидел, как что-то огромное, темное, неведомое толкнуло его товарища в спину и скрылось в чаще. Того протащило несколько метров по земле. Пистолет остался лежать в стороне. Степан кинулся к оружию, но не успел добежать. Из кустов раздался дикий вопль. Мужчины поняли, что нечто снова приближается. Сергей быстро вскочил на ноги, все, что он успел рассмотреть, это чей-то налитый кровью взгляд и звериный оскал.

В новостную редакцию в разгар рабочего дня победоносно вошел симпатичный парень. Рыжеватые волосы, лицо в веснушках, широкая белозубая ухмылка. Такой себе подросший Антошка из советского мультика. И сложен он был не дурно: высокий, широкоплечий. Парнишка поднял руки вверх, как делают это чемпионы Олимпийских игр или политики, которые победили на президентских выборах. Коллеги-журналисты приветствовали вошедшего аплодисментами:

— Ну, Вадька, ты даешь!

— Молодец, Серов! Как ты это делаешь?

На одной из стен висела огромный телевизор, на экране как раз завершался репортаж Серова. Сильно пьяная звезда, протитровання как певица Белка, изливает душу молодому журналисту. Она явно не догадывалась, что разговор записывался, потому как прямым текстом сливала своих коллег по цеху: «Да, говорю же тебе, он за тот концерт налоговой ни копейки не заплатил, все провел через благотворительный фонд, типа бескорыстный такой. А сам три ляма в карман положил».

Заканчивалось расследование стенд-апом Вадима: «Вот так звезды отечественного шоу-бизнеса наживаются на детях-инвалидах. Мы уже передали материалы налоговой.

Будем следить за развитием событий. Вадим Серов, Михаил Черкасов, Скандал-Ньюз».

В стоял посреди ньюсрума с довольной ухмылкой. Из самолюбования его вывел звук вибрирующего в кармане телефона. Парень неохотно достал гаджет — звонила та самая Белка. Он недовольно скривился и не стал отвечать на вызов. Телефон продолжал разпываться, а Вадим неохотно поплелся к своему рабочему месту и приступил к своим повседневным делам: принялся рассматривать ленту новостей Facebook на компе.

Вадим собирался было поставить лайк какой-то фейсбучной подруге в купальнике, как на его плечо опустилась мужская рука. Парень аж подпрыгнул на месте и машинально хотел закрыть ноут. Но шухер был ложный. Это оказался всего лишь оператор Михаил. Невысокий мужчина лет 35, с небольшой камерой в руках, с шеи свисали наушники, из кармана жилетки торчал микрофон. Мелкие морщинки уже начали портить его некогда симпатичное лицо, в висках и недельной щетине появились седые волоски.

— А, Мишка, привет! На съемку едешь? Дай пятюню!

— Да, Ленку жду, за карточками пошла и пропала. Я пока решил зайти поздороваться.

Телефон Вадима снова начал разрываться, Вадим взглянул на экран и спрятал гаджет в карман. Однако Мишка успел рассмотреть имя абонента.

— Это она тебе наяривает?

— Ага, это мое расследование только что показали!

— И как? Начальству понравилось?

Вадим гордо откинулся на стуле назад и расплылся в довольной улыбке.

— Да, премию обещали!

— И мне тоже?

— Ну… — Вадим поджал губы, не зная, что ответить.

— Мы ж вместе снимали.

— Э, не знаю… Черкасов, спроси сам у бухгалтерии или у своего начальства.

Михаил посмотрел на коллегу недовольным взглядом, но промолчал. Телефон Вадима издал короткий треск — пришла СМС: «Урод! Как ты мог после того, что было между нами ночью. Я думала, мы будем вместе!». Михаил успел посмотреть через плечо Вадима содержимое.

— Вадька, тебя совесть совсем не мучает?

— Я ради хорошего материала на многое готов. Совместил приятное с полезным, — он снова довольно улыбнулся.

— На все готов, говоришь? Похвально! — Михаил с Вадимом обернулись, это был солидный мужчина средних лет, в очках и с каким-то клочком бумаги в руках. Михаил пожал ему руку:

— Здрасьте, Евгений Дмитриевич!

— Вот вам новое задание редакции: поедите оба в командировку в область. Мой давний знакомый рассказал, что на него с приятелем на рыбалке напал то ли призрак, то ли монстр какой-то.

Оба собеседника начали хихикать. Серов показал характерный жест у горла:

— Простите, но на рыбалке после этого дела и не такое может привидится.

Но Евгений Дмитриевич остался серьезным:

— Я сначала тоже так подумал. Но, во-первых, он уже полгода не пьет: язва открылась. Во-вторых, он — полковник, человек серьёзный. Кроме, того, он же это не один видел. Да и, по словам, местных, эта тварь деревню уже несколько лет кошмарит. В общем, на месте разберетесь. Вот координаты и контакты.

Редактор протянул Вадиму клочок бумаги.

— Это номер Вашего друга?

— Не, ты что! Он же при исполнении, зачем ему такая шумиха в СМИ? Там есть контакты второго очевидца, местного рыбака. Вот его и расспросишь.

Новенькая иномарка ехала по разбитой дороге в глухую деревушку. Местные оборачивались при виде чужаков, здесь такие машины встречались редко. Вадим аккуратно объезжал каждую ямку и ухаб, чем сильно злил Михаила.

— Вадька, а чего ты свою машину убиваешь по этим дорогам? — ерничал оператор: — Поехали бы на служебной, с водителем. А так и пивка по дороге не дернешь с тобой. Самому ж пить не охота. Или ты на казенном бензине мутишь?

— Какой ты догадливый!

— И что, стоит ради этих копеек машину убивать?

— Ну, во-первых, я сюда сразу газ поставил. Только бухгалтерия об этом не знает. Во-вторых, машина в кредите.

И эти, как ты говоришь, копейки, очень даже спасают. Так, вроде, этот двор.

Вадим остановил машину напротив одного из домов, возле которого на лавке за импровизированным столиком в виде пня сидели трое местных мужиков. Они пили самогон из пластмассовой бутылки и о чем-то громко спорили. Вадим вышел из машины и направился к ним. Михаил по привычке остался возле авто ждать команды:

— Здоров, мужики! А я ищу Степана Николаевича Ершова.

Один из мужчин медленно встал, слегка пошатываясь от выпитого, и недоверчиво осмотрел парня с ног до головы.

— Ну, я. А ты тот журналист что ли?

— Да, мы по телефону разговаривали по поводу инцидента, который произошел с Вами на озере.

— Ага, и я тебе ничего не обещал. И вообще, ребята, я сейчас не в настроении.

Вадима отказ не смутил, наоборот, он искренне улыбнулся белозубой улыбкой.

— Понял. Тогда разрешите просто к вам присоединиться.

А то издалека ехали, устали малость с дороги. Мы с гостинцами.

Вадим кивнул оператору. Тут понял намек: достал из салона огромный пакет и потащил гостинцы к компании. По мере того, как из пакета появлялась провизия, местные становились все улыбчивее и улыбчивее: Вадим извлек из полиэтилена бутылку коньяка, палку сервелата, банку маринованных грибочков, еще кое-какие вкусности и себе банку безалкогольного.

— Ну, ладно, милости просим! — совсем растаял Степан: — Знакомьтесь, Петька, — он указал на невысокого хилого старичка, потом кивнул на второго, тучного лысого мужика средних лет: — и Макар. А это — журналисты из столицы.

— Вадим! Рад знакомству. А это мой товарищ — Мишка.

Бутылка быстро опустел. Мужики совсем повеселели, расслабились, медийщики уже не казались им такими уж чужаками. Вадим понял, что пришло его время:

— А что, говорят, у вас тут не спокойно? Люди в лес ходить боятся.

— Да, завелась какая-то чертовщина! Охотников пугает, рыбаков, — начал неохотно Степан.

— Так, может, Вы это, Степан Николаевич, на рыбалке лишнего хватили и в темноте привиделось что-то. Может, зверек какой-то вдалеке пробегал? Заяц?

Вадим явно брал мужчину на слабо, но этот ход сработал, у Степана выпрямил спину и яростно принялся отстаивать свою задетую только что честь:

— Да не пили мы, ни грамму. Вот тебе крест! — Степан размашисто перекрестил грудь. Его собутыльники закивали в поддержку: — Стемнело уже, но у нас костёр горел, все видно было. Я это чудище видел, вот, как тебя сейчас, на расстоянии руки. Сначала девушка какая-то показалась, ржать начала на весь лес.

Серов сидел с «лицом кирпичом» и ритмично кивал головой — профессиональная привычка журналистов.

— Ага, так и что?

— Чудная такая: в воздухе летала, вроде призрака, а сама белая-белая, глаза прозрачные. А потом словно весь лес ожил, что-то там ползало или летало, я даже вроде чьи-то глаза видел. Жуткие такие. Но особо не разглядел. Мы еле ноги унесли.

— А вы потом на то место возвращались? Вещи забрать?

— Нет, ты что! Я с тех пор туда ни ногой.

— А кроме Вас и Сергея, ее еще кто-то видел?

В разговор вступили собутыльники Степана:

— Да эта Белка уже лет 5 как объявилась. Никто не знает, что оно и откуда, — добавил Петр.

Вадим с Михаилом расхохотались в один голос. Оба вспомнили ту самую артистку Белку, которую Вадим подставил накануне поездки.

— Что, прям, так и зовут «Белка»? Откуда имя такое, если никто не знает, кто она?

— Да, просто ее и раньше видели. То к рыбакам приходила, то к молодежи, которая на озере отдыхала, — начал Макар: — Кому девочка являлась, прозрачная, как призрак. Кому чудовища лесные.

— Но кто ж в такое поверит, такое только попьяне привидеться может, — подхватил Петр: — Ну, не может быть хорошего отдыха без водки или пива. Вот и стали здесь шутить, что, мол, «опять Белка приходила». Раньше ж она безобидной была.

— В смысле? А потом что случилось?

Мужики переглянулись, решаясь, говорить или нет. Но Степан набрался храбрости и прошептал:

— А потом Белка распоясалась — человека убила.

У Вадима и Михаила округляются от удивления глаза.

— Как убила? — не поверил Вадим. Запахло сенсацией.

— Вот так убила: егеря забрала! — продолжил Степан: — Напала на него, и тот пропал.

— Больше бедолагу никто с тех пор не видел, — Макар заглянул в пустой стакан и раздосадовано перевернул пустую тару дном вверх: — Хорошим человеком был Павлуша наш.

— Царство ему небесное, — Степан перекрестился и поднял глаза вверх.

— Может, он тут какие-то делишки проворачивал и сбежал от какой-то ответственности? — засомневался журналист: — откуда прямо такие данные, что его кто-то убил.

Мужики явно обиделись на то, что их слова поддали сомнениям. Начали наперебой закидывать Вадима аргументами:

— Во-первых, свидетель есть. Бывший следователь — Николай Гонцов! — начал Степан. Макар взял Вадима за руку и дал совет:

— Да, ты к нему подойди, он расскажет, как все было. Там такая жуткая история!

— Да, лучше днем, чтоб ночью не приснилось, — Петр многозначительно поднял палец вверх.

Мужиков уже изрядно развезло, жесты стали размашистыми, речь громкой, отношение фамильярным. Разговор пошел в нужное русло, Вадиму оставалось только подливать масла в огонь — поддакивать в нужном месте. Степан уже подсел ближе к Вадиму и практически обнимал его, как старого друга:

— Вот ты говоришь, что он там что-то неладное творил. Ты зря, парень, о покойном такого мнения! Ты нашего егеря не тронь! Да, его и браконьеры боялись, и порядок во всем был: каждый заяц подсчитан.

— Ни одного случая бешенства за 20 лет! — дополнил Петр.

— Да, сейчас такого егеря редко встретить можно? — Большинство за деньги готовы даже собственноручно помогать краснокнижных зверей отстреливать. Может, о егере скажите на камеру несколько хороших слов?

Мужики одобрительно закивали, поглядывая на Степана. Тот допил содержимое своего стакана до дна:

— Ладно, давай, парень ты хороший. Тащи свою волынку.

… На улице уже была глухая ночь, когда машина съемочной группы подъезжала к небольшому ПГТ. Михаил уже практически спал на пассажирском сидении:

— Хорошо, что у нас гостиница в райцентре. Я б в этой деревне ночевать не остался ни за что.

— Да не трусь. Ты что, в призраков веришь? Перестань. Наверное, кто-то контрабанду в лесу прячет, или деревья незаконно пилит. Землю захватить хотят, вот и обесценивают всякими страшилками. Да, мало ли что.

— Может, и так. Кто его знает?

— Вот наша задача и узнать все.

— Вечно ты, Серов, во что-то как вляпаешься…

— Кстати, об этом. Вытирай ноги, когда в машину садишься.

Михаил посмотрел на свои грязные подошвы и брезгливо поморщил нос.

— Ешкин дрын! Новые кроссовки.

— Да, здесь нас с красной дорожкой никто не встречает.

— Да ты видишь, что местные вообще говорить не хотят. Как ты их на интервью раскрутил? Думал, зря в такую даль перлись. Мы завтра опять туда поедем?

— Да, навестим старого участкового и попробую с местными ментами договориться на интервью.

Следующим утром Вадим с Михаилом отправились в ту же деревню. У сельской наливайки, небольшого магазинчика, с самого утра толпились местные алкоголики. Среди них были вчерашние знакомые — Петр и Макар. Вадим подошел к ним к ним, пожал руки.

— Как жизнь!

— Да потихоньку, гостинцы ваши вчерашние похмельем, — пошутил Петр.

— Может, к нам присоединитесь? Сегодня мы вас угощаем! — предложил собутыльник.

— Спасибо, я вечерком заскочу. Есть еще кое-какие дела.

Вы вчера рассказывали о бывшем участковом, где его найти?

— Кольку? Так вон он сидит, — Петр ткнул пальцем в сторону.

Недалеко от наливайки возле самодельного столика из бревен и старой двери вместо столешницы сидел высокий, широкоплечий мужчина. По гордой осанке и суровому выражению лица видно было, что когда-то он имел власть, привык командовать. Но сейчас бывший участковый выглядел очень потрепанным: одетый в затасканную одежду, с немытой лохматой головой, сильно заросший. И несмотря на ранний час, уже был сильно пьян. На столе лежали остатки пиршества: недопитая бутылка водки, надкушенный огурец.

Вадим повернулся к Михаилу и прошептал:

— Приготовь камеру.

Журналист подошел к Гонцову. Тот сначала не обратил на гостя никакого внимания.

— Николай, простите, как Вас по отчеству?

— Егорович, — неохотно протянул тот.

— Николай Егорович, здравствуйте! Меня зовут Вадим Серов, я — журналист «Скандал-Ньюз».

Николай не поднял головы, продолжил пить и закусывать:

— Ну?

— Мы расследуем дело о загадочных нападениях на жителей Вашей деревни. Вы наверняка слышали о так называемой Белке? Говорят, Вы стали свидетелем убийства местного егеря. Можно задать Вам пару вопросов на камеру?

— Валяй! Эта тварь мне всю жизнь сломала!

Николай допил стакан и потянулся за бутылкой. Вадим достал из кармана радиомикрофон и кивнул Михаилу, тот вскинул камеру на плечо:

— Пишем!

Вадим только открывал рот, чтоб задать вопрос, но Николай его опередил:

— 5 июня 2013 года около десяти вечера я пошел проведать Павла Владимировича Шишкина: за несколько часов до того он сообщил мне по телефону, что в озере браконьеры расставили сеть. Попросил приехать. Я тогда исполнял обязанности участкового милиционера, кроме того, находился с Павлом Шишкиным в дружеских отношениях с детства. Поэтому поспешил на вызов. Когда мы достали сеть из воды для осмотра нанесенного ущерба, неожиданно показалась неизвестная мне ранее гражданка.

— Опишите ее подробнее, пожалуйста.

Николай смотрел будто вдаль, вспоминая события.

— Такая не высокая. На вид лет 15–16, с белым цветом волос, белой кожей, бесцветными глазами. Она начала угрожать, хотела, чтобы мы уходили. Я достал табельное оружие. Но Павел Шишкин, испугавшись этой особы, оступился и упал, ударившись виском о ветку. Я хотел оказать потерпевшему первую помощь. Но на том месте, где была ранее описанная мной гражданка, я увидел неизвестное мне животное. Оно собиралось броситься на меня. Что случилось дальше с Шишкиным, я не могу знать. Так как была угроза уже моей жизни. Я вынужден был спасаться бегством.

— Вы как-то протокольно рассказали. Заучено. Можете своими словами?

Николай резко перевел взгляд на Вадима и повысил голос.

— Слушай, парнишка, я понятия не имею, кто ты и что, как ты будешь использовать эту запись. Хочешь поговорить, выключай камеру.

— Хорошо. Давайте без камеры.

Вадим убрал микрофон и подал знак Михаилу, рукой показывая на землю и подмигивая. Оператор кивнул в ответ, поставил камеру на землю, но красная лампочка на камере продолжила светиться, камера все писала.

— На что был похож зверь?

— Не знаю. Что-то огромное, все шерстью покрыто, глаза дикие.

— Кто расследовал это убийство? Вы?

Николай пришел в ярость, ударил кулаком по столу, стакан и бутылка упали на землю.

— Ты дурак, что ли? Меня ж сразу отстранили, обвинили в убийстве Шишкина! Я в СИЗО полгода отсидел! По психушкам тягали…

— Но, раз Вы сидите здесь, обвинения ж сняли?…

Николай ухмыльнулся, поднял бутылку и стакан.

— Конечно, сняли. У них на меня ничего не было! С области следаки приезжали, прокуратура. Искали, выспрашивали. Экспертизы проводили. Но пф! Я чист!

— Вы продолжили работать участковым?

— Сначала да. Но после этого случая вся моя жизнь пошла наперекосяк. Знаешь, какие люди у нас злые? Все шептались за моей спиной, весь участок в меня пальцем тыкал. Одни обвиняли меня в смерти Павла. Другие крутили у виска, типа, что я того, спятил, допился.

Николай перевел взгляд за спину Вадима. Злобно улыбнулся. Вадим обернулся и увидел, как вокруг них собралась уже немалая толпа местных зевак. Бывший следователь наклонился ближе к Вадиму и перешел на шепот.

— У меня нервы сдавать начали, жена ушла, детей забрала. Из органов меня поперли.

— Ну, хорошо, а неофициально? Разве Вам не было интересно узнать, кто такая эта Белка?

— Искал я! Все архивы по селу поднимал, с собакой весь лес сам прочесал. Ты себе не представляешь, как я эту мразь хотел бы найти. Она ж мне всю жизнь сломала. Да, если б она мне попалась, я б ее голыми руками придушил.

Мимо на велосипеде проезжала пышная женщина, она спешилась и подкатила велосипед к толпе. Первым ее заметил Макар.

— А, Катерина и ты тут!

— А это что за папарацци?

— Журналисты о Белке нашей фильм снимают.

Катерина растолкала толпу и, не дожидаясь окончания беседы, перебила Николая.

— Эта тварь нам уже лет 5 проходу не дает.

Вадим поднял микрофон и кивнул Михаилу, чтобы тот снимал. Николай молча встал и ушел. Катерина даже не сконфузилась при виде камеры, продолжила тараторить, активно размахивая руками.

— Она мужиков наших совращает. Мужа Тамарки сутки по лесу водила, когда он на охоту ходил. Еле назад дорогу нашел.

Худощавая женщина лет 40, та самая Тамара вышла из толпы.

— Да! Пришел весь ободранный, говорит, еле отбился, всю дорогу его эта тварь преследовала.

Катерина перебила подругу, пододвигая лицо ближе к микрофону, фактически упершись в поролон губами.

— Коровы вечно пропадают. Так и запиши! Стадо ж рядом с лесом прогоняют. Вон у Зинки буквально в том месяце буренка пропала.

Женщина указала рукой на маленькую, худенькую старушку напротив.

— А что, пастух сам рассказывал, как она выскочила и затащила нашу Марту в лес.

— Вот, видите! Она на наше село неурожай насылает и болезни разные. Особенно детки часто болеть стали и пожилые люди. Головные боли, болячки по телу, тошнота, рвота. Умоляем, спасите нашу деревню! Позовите экстрасенсов из передачи! Ну, вы же можете, вы ж там всех на телевидении знаете, — умоляла Катерина.

Вадим всех внимательно выслушал, записал, как полагается, нужные контакты в блокнот. Когда толпа понемногу рассосалась, парень подошел к Михаилу. Оператор снимал виды деревни.

— Отраженку снимаешь? Хорошо. Тут для полной картины позорного столба и костра посреди площади не хватает.

— Средневековье какое-то: неурожай, хвори, съеденные коровы. Бред полный. — Михаил снял камеру с плеча и выключил. — Я тебе давно говорил, что не нравится мне эта история.

— Сейчас, надеюсь, поговорим с адекватным человеком.

Сейчас следак должен приехать, который убийство егеря расследовал. Как его там? Фамилия такая смешная: Пузиков.

Игорь Пузиков — симпатичный мужчиной, лет 40, даже еще не успел обзавестись пивным животом. Лишь легкая седина выдавала его возраст. В руках он держал папку с документами — материалы дела. Он согласился провести журналисту экскурсию по лесным дебрям. Природа в этих местах была действительно красивой. Древний, дремучий лес. Густые заросли старых деревьев, солнечные лучи едва пробивались сквозь густую листву, освещая поросшие мхом камни и пни. Экскурсию столичных гостей сопровождал хор лесных птиц.

— Спасибо, Игорь Владимирович, что согласились провести к месту преступления. Столько времени прошло.

— Угу, помню это дело хорошо. Сам лично в расследовании тогда участвовал.

— А почему дело развалилось? Скажите честно, не на камеру, своего побоялись подставить?

— Как не странно, нет. Николая начальство не любило. На него знаешь, сколько жалоб было: взятки брал, превышал служебные полномочия, был местным царьком, короче.

— Ясно, откуда такие понты у него.

— Его ж сразу повязали, как первого подозреваемого. Он сначала все обстоятельства скрыл. Это на следующий день о пропаже егеря глава сельсовета сообщил. А мы по телефону быстро вычислили, что Гонцов последний в лесу был, рядом с Шишкиным. В крови у Николая алкоголь нашли. У следствия какая версия была? Думали, что он свои сетки приехал проверять на лесное озеро, егерю это не нравилось, поругались и Гонцов по пьяне его грохнул.

— Ну, и что потом пошло не так? Почему отпустили?

— Во-первых, Шишкин бесследно исчез. В ту ночь, когда все произошло, ливень сильный был, кровь смыло. Мы прочесали лес, водолазы дно озера. А как говорят, нет тела — нет дела. И Гонцов свою вину отрицал, твердил о каком-то монстре. Думали, что сочиняет. Но провели психиатрическую экспертизу. Оказалось, что он реально что-то видел. И самое странное, кроме отпечатков ног Гонцова и Шишкина, были там еще следы. После дождя на грунте они хорошо отпечатались. Одни от небольшой ножки, типа женские или ребенка- подростка.

Следователь достал из папки фотографии:

— И еще одни.

Вадим взял снимок, там красовались отпечаток ноги, похожий на стопу человека, но значительно шире, только с двумя пальцами. Следы расположены были не параллельно, а навстречу друг другу, существо, оставившее их, явно косолапило.

— Мишка, подсними пару планов этих фоток.

Михаил принялся за дело. А Вадим продолжил допрашивать следователя.

— Чьи они?

— Понятия не имеем. Мы уже и зоологам показывали, и даже орнитологам. Никто не знает. А самое интересное, что эти следы, пропали так же внезапно, как и появились. Собаки брали след, но через пару метров теряли его. Те, кто их оставил, словно в воздухе растворились.

— Сами сказали, что ливень был, может, размыло следы.

— Может. Кто его теперь разберет.

Они вышли к тому самому лесному озеру. На секунду следователь и Вадим замолчали, любуясь пейзажем. Затем Игорь Владимирович, продолжил:

— Вопросов осталось много, но возиться с таким висяком никто не захотел. Дело развалилось. А поскольку у егеря родственников не было, никто не возражал.

Следователь отдал Вадиму папку с материалами дела.

— Фотографии можешь оставить себе. Вот еще кое-какие материалы.

Михаил, как истинный любитель своего дела, пытался запечатлеть для потомков как можно больше красивых картинок — снимал лесные пейзажи. Его внимание привлекло странное приспособление: с высокого дерева свисали два каната из засохших сплетенных ивовых веток, между ними привязано было бревно.

— Ух ты! Качели что ли!

— Да, их тут много по лесу встречается, — пояснил следователь: — Давно они уже здесь. Наверное, детишки местные сделали. Или молодежь развлекалась.

Вадим не обратил на находку оператора особого внимания. Он открыл папку с материалами по убийству егеря, его заинтересовала фотография озера.

— А я вот еще что заметил: на фотографиях очертания озера немного другие.

— Да, я ж говорил, что в ту ночь ливень такой сильный был, вода берега подмыла. А поскольку озеро на холме расположено, вода чуть ли не до деревни бежала. Вон видишь, в том месте насыпь делали. Деревьев там насадили, чтоб корни береговую линию укрепили.

Один берег, к которому вела дорога, был укреплен насыпью из песка и щебня, дальше виднелись насаждения молодых деревьев.

— Ясно.

Вадим перевел взгляд на стопку фотографий, взял следующую, на которой запечатлен был небольшой деревянный домик посреди лесной поляны.

— А это что за дом?

— Это дом егеря, — следователь уловил вопросительный взгляд Вадима: — Но туда, простите, товарищи, я Вас не поведу. Я в лесу плохо ориентируюсь. Он где-то в километре отсюда. Лучше местных мужиков попросите, они за бутылку вам весь лес покажут. К тому же, мне пора.

Троица вышла к машинам. Пузиков пожал руку Вадиму и Михаилу.

— Спасибо Вам большое за интервью и экскурсию по лесу.

— Обращайтесь! Вы со мной?

— Нет, мы тут еще немного осмотримся, поснимаем, стенд-апы попишем.

Следователь нахмурился:

— Поаккуратней! Днем тут еще люди ходят, но после захода солнца лучше не задерживайтесь. Если что — мой телефон у вас есть.

Служебная машина скрылась из виду. Михаил провел авто взглядом и подошел к напарнику, включая камеру:

— Ну, текст стенд-апа уже придумал? Озвучишь? Давай пошурику и валим из этого жуткого места. А то здесь даже комары какие-то особенно кусючие, — оператор хлопнул на себе очередное назойливое насекомое.

— Мы никуда не едем.

Михаил опешил, чуть камеру не уронил.

— Как это?

Вадим подошел к своей машине, открыл багажник и принялся там что-то искать:

Мишка, ты посмотри, какая природа вокруг! Мы ж с тобой настоящие мужики? Значит, идем на рыбалку. — Вадим на удивление товарища вытянул из багажника бамбуковые удочки: — Будем ловить на живца!

— И что-то мне подсказывает, что приманкой будут не черви.

— В точку. Да, ладно, не трусь. Когда мы еще на природу выберемся? Я пива захватил. Угощаю.

— Серов, это добром не кончится. Но сейчас ради глотка пива я на все готов.

На озере уже начало темнеть. Вадим сидел на берегу, глядел на водную гладь и умиротворенно посербывал пиво. Михаил наоборот заметно нервничал, он то и дело вытягивал удочку, показательно гонял комаров, или пинал ногой какие-то камешки, попадавшиеся ему на пути:

— Не клюет что-то. Где ж ты, Вадька, эти древние удочки-то достал?

— Степан одолжил.

— Не думал, что ты такое хоть раз в руках держал.

— Я когда в детдоме был, рядом небольшая речушка протекала. Так мы с пацанами на рассвете, пока воспитатели еще спали, перелазили через забор и бегали на рыбалку, клянчили у местных рыбаков удочки. Главное было до подъема вернуться. Это, наверное, единственная наша радость в жизни тогда была.

— Так ты детдомовский что ли?

— Ну да. Круглый сирота.

— А я думаю, откуда в тебе столько наглости то.

— А что делать, если в жизни можешь рассчитывать только на себя? Мне помочь некому. Всего сам добиваюсь. Отца в 90-х зарезали на улице: с завода домой шел с получкой. А мать в мелкой газетенке работала. Так вот с зарплатой тогда туго было, и она, чтоб не видеть, как я от голода пухну, из окна сиганула, пока я в детском саду был. Это официальная версия. А я думаю, что убрали ее, копала она под одного авторитета.

— Так ты по следам матери пошел?

— Угу! Мечтал, когда вырасту, проведу честное расследование, найду виновных, чтобы их наказали.

— И что? Получилось?

— Нет. Оказалось, что авторитета, о котором мама информацию собирала, убрали через пару месяцев. Представляешь, прям в бане взорвали! А следак, который вел дело, тоже был потом убит в перестрелки.

— Ну, если они были виновны, то свое и так получили…

Вдруг в лесу раздался дикий визг, метрах в десяти от озера. Что-то завыло, застонало. Вадим вскочил на ноги, включил камеру телефона и побежал на звук.

— Вадька, стой, ну, стой же! Кошмар какой-то. — Михаил на мгновение замешкался, решаясь, что делать. Ему показалось, что кто-то наблюдает со стороны, оператор прищурился, но рассмотрел только странное движение веток, ведь ветра в этот день не было: — Ай, Вадька, подожди! Ау, ты где?

Михаил помчался за напарником в лес. Он нашел парня на корточках, тот пытался вытащить из капкана маленького лисенка. Малышу прищемило хвост.

— Стой, малыш! Больно, да, бедолага. Сейчас мы тебя вытащим, — Ой, Мишка, ты здесь? А чего такой перепуганный?

— Да я, это, самое…, — Михаил увидел, как кусты снова подозрительно зашевелились: — Там, это, что-то…

— Что там? Не понимаю? — огляделся Вадим.

— Кусты… Беги! — Михаил собрался было бежать, как показалась еще одна рыжая мордочка.

— А это мамка его. Переживает.

Вокруг крутилась перепуганная лисица. Она понимала, что ничем не может помочь, оставалось только надеяться на благородство природных врагов.

— Ничего, сейчас! — Серов разжал железные скобы и вытащил зверька.

У малыша после кровил хвост, оставлять его так было нельзя. Вадим отнес кроху к машине, нашел в аптечке какие-то антисептики и перемотал ранение бинтом. Лисенку обработали ранку и отпустили в лес с матерью.

На улице уже стемнело. Михаил посмотрел на часы:

— Может, поедем в гостиницу, пока не поздно?

— Нет, я хочу провести эксперимент: переночевать здесь. Сейчас запишем лайфик, как я иду спать в машину и на боковую.

— Хорошо. Только фонарь не выключай.

— Да, я еще включу видеорегистратор и гоу-про на капоте. На всякий случай.

Ночь была тоже ясная, лунная, безветренная. Вадим проснулся, посмотрел на часы в мобильном — полночь. Михаил мирно храпел на заднем сидении в обнимку с камерой. Вадим включил фары и фонарь на мобильном телефоне, вышел из машины, огляделся по сторонам в поиске дерева или куста. Он едва успел ширинку застегнуть, как услышал в кустах шорох. Повернул голову в сторону и замер от ужаса. Всего в паре метров от себя парень увидел женскую фигуру. Это был девушка, лет 16–17. Она выглядела, как призрак: в белом платье, с седыми волосами, фарфоровой кожей, бесцветными глазами. Лунный свет, который проходил сквозь ветки и падал на нее, придавал даме свечения. Вадим инстинктивно протер глаза, чтобы убедится, что не спит. Но не сработало — девушка по-прежнему стояла и пристально смотрела на Вадима.

— Не бойся! Я тебе не трону.

— Кто ты? Чего хочешь? — Он вглядывается в чащу леса, пытаясь разглядеть диковинное существо.

— Я пришла сказать спасибо.

— За что?

— Ты спас малыша.

Журналистские инстинкты перебороли страх, он незаметно включил на телефоне камеру, чтоб записать странное интервью с призраком.

— Это твой лисенок?

— Мой, здесь все мое.

— Ты хозяйка леса?

— Можно и так сказать.

Вадим открыл рот, чтоб задать очередной вопрос. Но недалеко зашумели листья. Шум, быстро нарастал, что-то стремительно к ним приближалось. Белка занервничала и прошептала:

— Уходи!

— Но…

— Уходи! Она идет! — уже закричал призрак: — Она не одобряет!

Белка скрылась в чаще леса. А Вадим поднял голову и увидел, как по верхушкам деревьев на него неслось нечто: существо огромное, черное, похоже на крупную обезьяну, одетую в какие-то лохмотья. Парень закричал помчался к машине.

Михаил проснулся от крика товарища и попытался разглядеть, что происходит. Он увидел, как Вадим заскочил в машину, нервно завел ее и вжал педаль газа в пол. Машина резко рванула назад, вылетела на лесную дорогу и забуксовала в песке. Колеса крутились, но авто стояло на месте.

И тут в свете фар товарищи увидели Нечто! Из чащи леса медленно вышла та самая тварь.

— Что за черт? — Серов попытался рассмотреть вдалеке зверя. Это было что-то огромное, обезьяноподобное, со свирепым взглядом. — Ети что ли?

У Михаила от ужаса округлились глаза, он начал трепать Вадима за плечо и орать ему на ухо:

— Гони! Гони! Гони!

— Я пытаюсь! — Вадим нервно крутил руль в разные стороны и давил на газ. Зверь замер на мгновение, оценивая обстановку. Михаил продолжал бить водителя. — Выйди подтолкни!

— Дебил! Оно меня сожрет!

— Давай! На три! Три!

Парни выскочил из машины и принялся толкать, что есть сил!

— Оно приближается! — заорал Михаил, и в это мгновение им удалось сдвинуть машину, они заскочили в авто, захлопнули дверь и рванули прочь из леса.

Через мгновение Михаил обернулся, посмотрел в заднее стекло, чудовища уже исчезло.

В ту ночь, съемочной группе было не до сна. В гостиничном номере ребята снова и снова просматривали на ноуте слитое с видеорегистратора. Точнее один и тот же момент, где из леса в полутьме показывается диковинное существо. Вадим снов и снова нервно тыкал пальцами по клавиатуре, пытаясь поймать момент.

— Еще раз! Еще раз! Блин, что ж запись такая не четкая.

Вот словил! Стоп-кадр нормальный.

Картинка была размытая, тусклая, четко прослеживается только темный силуэт огромного коренастого существа.

— Что ж это за тварь такая? Может, обезьяна какая-то?

— Я, Мишка, без понятия! Но четко знаю две вещи. Во-первых, это существо женского рода. Так Белка сказала.

А во-вторых, Белка ему подчиняется, — Вадим замолчал на секунду и потом тихонечко добавил: — Может, ей нужна помощь:

Михаил выкатил глаза:

— Кому? Призраку? Ты что рехнулся?

Михаил забегал по комнате и разорался на Вадима.

— А, я, Вадька, знаю. У тебя стокгольмский синдром! Ты начал защищать существо, которое хотело тебя убить. Слушай, давай вернемся в столицу. Для материала тебе хватит, а с остальным пусть разбираются экстрасенсы, полиция, охотники за приведениями, или кто там этим должен заниматься?

Журналист замешкался, подумал и четко ответил:

Я не уеду. Не могу просто, мне нужно разобраться. Я уверен, материал будет — бомба.

— Материал? Ты готов рискнуть жизнью ради очередной премии что ли?

Вадим посмотрел Михаилу в глаза:

— Ты не понимаешь! Мне нужно что-то такое снять! Сколько можно в девках сидеть? Я уже год снимаю одни сплетни, какие-то выставки котиков, звезд этих обкуренных.

— И что? Снимай себе на здоровье.

— Да я работаю за еду практически. Вон у парламентских и военных коров ставка в два раза выше, мне ребята в курилке говорили. Понимаешь, мне доказать нужно, что я что-то умею. Мне в этой жизни никто ничего просто так не дал, я всего сам добиваюсь.

— Ну и добивайся себя, только я твою жопу прикрывать не собираюсь. Ради чего мне собой рисковать? У меня между прочим, жена, дети.

Вадим сел перед ноутбуком и уставился в экран монитора, игнорируя товарища:

— Хочешь, можешь возвращаться один. Только своим ходом, на автобусе. Я аппаратуру оставлю под свою ответственность, потом сам привезу на базу.

Михаил замешкался. Видно было, что перспектива трястись в общественном транспорте его не радовала. Оператор поменялся в лице и уже другим, более дружелюбным тоном продолжил:

— Ага, еще чего? Чтоб я тебе камеру доверил? Никогда. Я останусь!

— Не хочешь на автобусе ехать?

— Нет.

Вадим улыбнулся и посмотрел на часы — было уже начало восьмого.

— Ладно. Иди отдыхай. Такая себе ночка выдалась, насыщенная.

— Не то слово!

Михаил зевнул и вышел из номера. Вадим отыскал в телефонном справочнике нужный номер и, не смотря на ранний час, решил звонить:

— Игорь Владимирович!

В динамике раздался сонный голос.

— Да! Что-то случилось?

— Да так, ничего важного. Простите, что я вас в такую рань беспокою, просто у нас время поджимает, нужно скоро назад возвращаться. А у меня еще вопросы есть. Не на камеру.

— Ладно, приезжай.

… Игорь Владимирович вышел из участка с чашкой кофе на улицу и практически столкнулся в дверях с сослуживцем. Тот в отличии от Пузикова, успел обзавестись всеми атрибутами правоохранителя за 40: толстым пузом, красными круглыми щеками и лысиной:

— Черт! Сизый, куда ты так летишь? — Игорь Владимирович вытер ладошкой потеки кофе с кружки.

— Та бомжа какого-то подрезали, нужно на место выехать. — Александр Викторович тоже принялся аккуратно протирать платочком забрызганные кофе новенькие туфли: — Гоняют по пустякам в такую рань. А ты чего домой не идешь? Ты ж после ночного.

— Та журналистов жду, помнишь, на планерке говорили? Ну, те что об убийстве егеря тут у нас снимают.

— А! Помню! Помню! Ненавижу этих журналюг, вечно все перекрутят, понапридумывают, а мы у них всегда виноваты.

Будь осторожен, лишнего не болтай.

— Та я в курсе. Вон, кстати, и они подъезжают. Ладно, бывай!

Игорь Владимирович пожал руку товарищу и направился к только что подъехавшей иномарке. Дверь авто открылась и следователь расплылся в улыбке. Парень приехал на встречу во вчерашней помятой одежде с пятнами после ночного приключения, с немытой, лохматой головой.

— О, брат, плохо выглядишь! Это местные девки вам спать всю ночь не давали?

— Ну, можно и так сказать.

— Понимаю, понимаю. Ну, к делу?

— Я чего приехал? Вы случайно не знаете, в этом районе за последние лет десять женщины или девушки не пропадали?

— Нет, мы когда убийство егеря расследовали, поднимали архивы, у людей спрашивали окрестных сел, не было такого.

— А дети?

Пузиков поднял глаза вверх, вспоминая информацию.

— По сводкам несколько детишек числились как пропавшие.

Одна девочка пропала в 2000, но она утонула в озере — потом тело нашли.

— Взрослая?

— Нет, лет 7, из дома сбежала, покупаться хотела. И двое мальчишек, но их песком в карьере присыпало.

— А женщины были, такие чтоб от насильственной смерти погибли?

— Были, но почему ты спрашиваешь? Вы ж вроде не от экстрасенсов. Серьезное СМИ, а туда же.

Вадим сделал «лицо кирпичом».

— Мы ж должны все версии проверить, баланс мнений и все такое.

— Ну, ладно. Несколько в ДТП погибли. Одну, лет 40, повешенной нашли, но она такая с придурью была — самоубийство стопроцентное. И парочка бытовух: с мужем чего-то по пьянее не поделили. Погорельцы были. Ну, такое, как везде.

— Жаль. Ничего интересного, — расстроился Вадим.

— Да, вы — журналисты, сама доброта! Ну, простите, что здесь Джек Потрошитель не орудует или какой-нибудь Чикатило, — сыронизировал Игорь Владимирович.

Вадим попытался оправдаться:

— Не, я не то имел ввиду. Просто ничего из этого не объясняет появления Белки.

— Если допустить ее существование, то, пожалуй, ничего.

Зависла неловкая тишина. Игорь Владимирович посмотрел куда-то вдаль.

— Ну, попробуй еще в городском архиве поискать или лучше в библиотеке — там обычно подшивки местных газет собирают или прессу, где упоминалось о важных событиях из жизни региона. Я когда студентом был, курсовую защитил по динамике роста преступности в регионе благодаря этим подшивкам.

— А как пройти в библиотеку?

— Здесь не далеко. Метров 100 от нашего участка.

Библиотекарь — полная женщина лет 50, в очках с толстой оправой и в теплой кофте, не смотря на жаркий летний день. Она мирно попивала кофеек и смотрела какой-то сериал на планшете. Женщина сидела спиной к залу, поэтому и не заметила единственного посетителя.

— Доброе утро! — заорал Вадим!

Женщина подскочила на стуле от испуга. Она недоверчиво осмотрела парня с ног до головы.

— Чего Вам надобно, молодой человек? Косметику или окна на сей раз пришли рекламировать?

Вадим рассмотрел на бейдже библиотекаря представление: «Римма Каземировна Бычкова».

— Почему сразу косметику или окна, Римма Каземировна?

Женщина насторожилась еще больше.

— А что, не угадала? Молодежь нынче сюда дорогу позабыла.

Все Гугл знает.

— Я по делу. Меня Вадим Серов зовут, журналист «Скандал-Ньюз». Мы в Ваших краях дело одно расследуем. Мне нужна информация из местных газет по одной деревни. Интересует криминал: убийства, изнасилования, исчезновения людей.

— Ну, хорошо. Сейчас поищем.

Римма Каземировна медленно встала со стула и неспешно поплыла в сторону каталога. Она открыла ящички, из которых поднялись облачка пыли, копившейся там годами. Видно было, что посетители здесь и правду бывают редко.

— Так, вот это пригодится, вот это интересно. Ага, еще что-то такое припоминаю.

— Хорошо! Я Вас за тем столиком подожду.

— Куда?! Стоять! А читательский билет? Кто его за вас оформлять будет?

— А, ну да, простите… Со школы в библиотеках не был.

Через полчаса беготни по залу, библиотекарь завалила стол, за которым сидел Вадим, стопками газет, журналов, брошюрками. Здесь лежала и какая-то региональная пресса и вырезки из крупных изданий, где упоминался регион. Парень все старательно изучал, перелистывает каждую страничку. Просматривал заголовки, криминальные сводки, даже сплетни. Его взгляд вылавливал из текстов нужные слова — «повесился», «утопился», «пропал безвести». Но, ни одна история и близко не вязалась с Белкой и чудовищем. Время шло. Вадим попивал одну чашку кофе за другой, пока уже его глаза не покраснели и не начали слезиться от усталости.

— Кто ж ты? Кто? Может, не там ищу.

Из размышлений Вадима вывела Римма Каземировна.

— Молодой человек, уже 4 часа. Библиотека закрывается.

— Так рано?

— А что Вы хотели, чтоб я на эту ставку здесь круглосуточно сидела?

— Ну, да. Просто не нашел, чего хотел.

— А чего вы хотели? У нас округ относительно спокойный. Я вообще за последние лет 15 никаких крупных происшествий не припомню. Последнее громкое событие было, это когда цирк сгорел. Но, не в том населенном пункте, который вас интересует. А километров за 20 от него.

У Вадима вытянулось лицо:

— Цирк? Это интересно. А есть у Вас какая-то информация об этом событии?

— Конечно, о том происшествии даже столичная пресса писала. Сейчас принесу Вам. Но это последнее на сегодня!

Вадим положил руку себе на сердце.

— Конечно, конечно. Я все понимаю. Принесите, будьте так добры.

Римма Каземировна бросила на стол очередной пыльный журнал с газетными вырезками и пару экземпляров местной прессы.

— Вот, все, что есть.

Газеты пестрили заголовками: «Сгорел бродячий цирк: все артисты погибли!», «Несчастный случай с несчастными людьми: сгорел цирк уродов!», «Следствие выяснило, почему сгорел цирк: вся труппа была мертвецки пьяна!». Вадим нашел статью, где было общее фото артистов на фоне шатра: «Это одно из последних фото артистов. Напомним, в пожаре погибли все 15 человек, среди них директор Юрий Киль, любимые публикой артисты: семья карликов-жанглеров (мать, отец и сын), сиамские близнецы Марк и Цезарь, акробат Святогор, семейная пара мимов-альбиносов Дмитрий и Полина…»

Надежда Каземировна увидела, что посетитель явно оживился.

— Ну что, молодой человек, нашли, что искали? Отпустите меня домой?

— Кое-что, да. Спасибо Вам огромное! Я сейчас только на телефон пару фоток сделаю и ухожу.

Вадим вышел на улицу и набрал Михаила.

— Мишка, надеюсь, ты выспался. Я, кажется, догадываюсь, чьи призраки пугают жителей деревушки. Собирайся. Едем на экскурсию.

Михаил недовольно забурчал:

— Куда это на ночь глядя?

— Здесь не далеко. 20 километров.

— Ну, ладно. Я видео с камер слил на твой ноут и себе на флешку все, что было по делу продублировал.

— О, вообще красавчик!

Михаил сбросил вызов и достал из ноутбука флешку.

— Авось кому-то пригодиться.