Черубина де Габриак. Неверная комета
Елена Погорелая

Толық оқу және тыңдау

Тегін үзінді

Кітап туралы Пікірлер4 Дәйексөздер433 Қазір оқып жатыр417 Сөрелерде

С легкой руки Максимилиана Волошина имя Черубины де Габриак впечаталось в историю поэзии Серебряного века мгновенно и накрепко — в то время как имя той, кто участвовала в создании этой химеры, оказалось на многие десятилетия зачеркнуто и забыто. Между тем жизнь Елизаветы Ивановны Дмитриевой: поэта, переводчицы, драматурга, тайновидицы и оккультистки — куда интереснее и насыщеннее, нежели яркая биография вымышленной поэтической однодневки, от чьего имени она некоторое время писала стихи. Как Дмитриева вошла в отечественную поэзию XX столетия, кем она в ней осталась? Как вышло, что из-за невзрачной «плебейки хромуши» чуть не убили друг друга Волошин и Гумилев? Как, наконец, сложилась судьба Лили Дмитриевой после дуэли? Настоящая книга — попытка реконструировать реальную биографию той, что известна под именем Черубины де Габриак: самой известной мистификации Серебряного века и, по слову А. Толстого, «самой фантастической и печальной» фигуры в русской литературе

Биографии и мемуары Поэзия Виртуальный рассказчик

Жас шектеулері: 12+

Құқық иегері: WebKniga.ru

Түпнұсқа жарияланған күн: 2022

Баспа: Молодая гвардия

Қағаз беттер: 415

Ұқсас кітаптар

Мария БарятинскаяМоя русская жизнь. Воспоминания великосветской дамы. 1870–1918

Людмила ШтернПоэт без пьедестала

Ирина ОдоевцеваНа берегах Невы. На берегах Сены

Викентий ВересаевГоголь в жизни

Иван БунинДневники (1881–1953)

Борис МессерерДар Асафа и Майи

ТэффиМоя летопись. Воспоминания

Анастасия ЦветаеваНевозвратные дали. Дневники путешествий

Дмитрий ВоденниковИван Бунин. Жизнь наоборот

Ирина ЗоринаДача Сельвинского. Жители. Соседи. Гости

18+

Зинаида ГиппиусМне нужно то, чего нет на свете. Живые лица. Петербургские дневники

Тамара КарсавинаТеатральная улица: Воспоминания

Илья ЭренбургЛюди, годы, жизнь. Под колесами времени

CборникСеребряный век. Жизнь и любовь русских поэтов и писателей

Валерий ШубинскийВладислав Ходасевич

18+

Илья ЭренбургФранцузские тетради

Михаил ВрубельПисьма сестре

Тимур КибировСм. выше

Нина БербероваКурсив мой

Ариадна Тыркова-ВильямсНа путях к свободе

Оқыдыңыз ба? Не айтасыз?

👍👎

Пікірлер4

Александр Лозинпікірімен бөлісті10 ай бұрын

👍Ұсынамын

1 Ұнайды

Комментарий жазу

Екатерина Шульминапікірімен бөлісті2 апта бұрын

👍Ұсынамын

Комментарий жазу

Марина Сютаевапікірімен бөлісті3 ай бұрын

👍Ұсынамын

Комментарий жазу

Дәйексөздер433

Мария Ч.дәйексөз келтірді7 ай бұрын

Путь искусства — путь избранных, людей, умеющих претворять воду в вино. А для других — это путь постоянной горечи; нет ничего тяжелее как невозможность творчества, если есть вечное стремление к нему.

1 Ұнайды

Комментарий жазу

Екатерина Шульминадәйексөз келтірді2 апта бұрын

Если вернуться к Лилиному уходу, то едва ли не больше всех был потрясен им Евгений Архиппов. «Я больше не пишу о Черубине, я не могу притронуться к Ея вещам, к книгам, подаренным Ею. После Ее смерти — я избегаю смотреть на Ея вещи», — с отчаянием говорил он Волошину в 1929-м. Однако судьба уготовила Лилиному биографу долгую, хотя и не безоблачную, разумеется, жизнь. В конечном итоге именно его архив сохранил для нас и Черубину, и Лилю, и Елизавету.

Комментарий жазу

Екатерина Шульминадәйексөз келтірді2 апта бұрын

Со слов Щуцкого записала историю Личиши и его племянница М. Соловьева. Эти блестящие записи, опубликованные на электронных ресурсах, все еще ждут своего издателя и комментатора. Юлиан же хотя и не успел оставить подробных воспоминаний, но даже десятилетие спустя признавался, что «вещества» его дружбы с Васильевой не нарушила самая смерть. Вообще, если вдуматься, то окажется, что о Лиле, собравшей столько уничижительных отзывов после смерти: ее упрекали в кликушестве, лживости, ненасытности; в том, что она манипулировала мужчинами, в том, что умышленно сталкивала их лбами… Так вот, об этой Лиле никто из близко знавших ее никогда плохо не говорил. Все упреки обращены к ней от тех, кто ее знал лишь мельком: от М. Кузмина, от С. Маковского, от И. фон Гюнтера… Ко всему прочему, знали они только Лилю Дмитриеву 1909 года — юную, пробующую свои женские и поэтические силы, находящуюся на грани измененного состояния сознания, — а вовсе не Елизавету Васильеву 1910—1920-х годов с ее творческой силой и внутренним магнетизмом. Эту Елизавету Васильеву все любили. Максимилиан Волошин, Самуил Маршак, Юлиан Щуцкий, Лида Брюллова-Владимирова, для которой их дружба была самой яркой страницей всей жизни; друзья, поклонники, корреспонденты, ученики… Уходя из жизни (Волошин умер после тяжелой болезни в 1932 году; Лида и Юлиан, оба пострадавшие за антропософию, погибли под колесом репрессивной машины, — Юлиан был расстрелян в 1938-м, Лида умерла в ссылке в начале 1950-х…), они вспоминали о Лиле с теплом и признательностью, а ее дружба как будто бы переводила их через смерть.

Комментарий жазу