Оглавление

Все имена и события вымышлены,

любые совпадения случайны

Часть 1

Глава 1

— Говорят, что влюбленные — это две половинки одного целого, и, будучи разделенными самой вселенной, они будут искать друг друга, чтобы воссоединиться. Но судьба коварна. Часто она ставит ловушки несчастным влюбленным, раскидав их по разным мирам и измерениям. Словно трепетные мотыльки, души влюбленных будут метаться по земле, пытаясь найти любимого либо сгореть в бесжалостном огне вечности, — громко и с выражением прочитала моя коллега Светка.

— Свет, что за любовную чушь ты снова читаешь, — поинтересовалась я, отрываясь от чтения документов.

— Чушь — не чушь, но какие слова, прямо за душу берут, — парировала Светка. — Лен, неужели тебе неинтересно, где сейчас бродит твоя половинка?

— Она, судя по всему, заблудилась в параллельном мире, — мрачно пошутила я.

Так началась моя удивительная история о событиях, перевернувших всю мою жизнь.

Что ж, разрешите представиться. Меня зовут Лена Сергеева, мне двадцать восемь лет, я родилась и живу в старинном областном городе Ярославле. По профессии я юрист, работаю я в солидной организации в центре Ярославля неподалеку от Волжской набережной. Да-да, я тот самый человек, в постоянном лексиконе которого имеются слова «оферта» и «акцепт», «виндикация» и «суброгация». Я тот самый человек, который бродит по судам в скучном строгом костюме и проводит дни и ночи в офисе, зарывшись в бумажки, название и содержание которых приводят обычного человека в замешательство. Работу свою я люблю, однако с прискорбием отмечаю, что жизнь моя, как и профессия, скучна и однообразна.

Вообще я девушка серьезная и даже строгая. Я считаю, что всему можно найти логические объяснения. Юристом я стала вполне осознанно, а не поддавшись веянью моды, поскольку посчитала эту профессию наиболее подходящей для своей абсолютно не творческой натуры.

Кстати, про личную жизнь. Про нее, как вы уже, наверное, поняли, мне рассказывать особо нечего. Неземную любовь до гроба я считаю басенками для скучающих домохозяек. Вся моя личная жизнь к двадцати восьми годам сводилась к недолгому опыту совместного проживания на моей территории с одним эгоистичным товарищем, который спустя несколько месяцев был отправлен восвояси вместе со своим самостоятельно нажитым имуществом. Поэтому живу я в своей небольшой двухкомнатной квартире на улице Некрасова (правда, полностью моей она станет через пятнадцать лет, когда я выплачу ипотеку) в компании с любимым котом Валериком. Валерика я нашла три года назад морозным зимним утром в кустах неподалеку от дома в весьма плачевном состоянии. Судя по его травмам, котейка был сбит автомобилем. Бедолагу я вылечила и оставила себе. Ранее кот явно был домашним — на его шейку был надет необычный серебристый металлический ошейник, однако на мои объявления о находке никто не откликнулся. Окрас мой кот имеет замечательный: он ярко-рыжий с изумрудными глазами, а на макушке у него есть белое пятнышко в форме сердечка.

Собственно, кот и послужил причиной расставания с моим несостоявшимся возлюбленным, который решил, что от кота нужно избавиться, так как толку от него нет, а трат много. Я рассудила, что кота я подбирала не для того, чтобы потом выбрасывать, поэтому решила избавиться от другого бестолкового существа в моей жизни.

Другим моим близким существом, если так можно выразиться, является моя старенькая бюджетная иномарка — ласточка, как ласково называю ее я. Старушка моя имеет достаточно почтенный возраст, однако бегает по улицам Ярославля весьма резво и на пенсию не собирается.

Фактом моего одиночества весьма огорчена моя матушка, которая, особо не спрашивая мое мнение, пытается устроить мою личную жизнь, сватая меня сыновьям своих подруг, подруг их подруг, ну и так далее. Однако порадовать мне ее нечем — человека, с которым я бы хотела пойти под венец, а также засыпать и просыпаться вместе до конца жизни, я еще не встретила. Я не знаю, где и как его искать. В принципе, я уже смирилась со своим одиночеством и нашла в нем свои плюсы. Матушка, конечно, с этим несогласна, но ей приходится довольствоваться тем, что каждый раз при встрече она, заламывая руки, причитает о моей одинокой старости и дурном характере, отпугивающем всех потенциальных претендентов на мою руку.

Наверное, еще стоит рассказать о моей внешности. Я достаточно симпатичная, но не красавица, имею средний рост, среднее телосложение, светло-русые волосы до плеч, голубые глаза. В общем, абсолютно среднестатическая девушка, подобных которой много ходит по улицам российских городов.

Итак, было 21 июня 2023 года, и я, как вы уже поняли, сидела в офисе со своей коллегой Светкой. Был самый обычный рабочий день, ничем не отличающийся от других рабочих будней. С самого утра я изучала документы, готовясь к завтрашнему судебному заседанию.

Ближе к обеду настроение мне попортил звонок моей матушки, которая активно продолжала устройство моей судьбы. Матушка нашла мне очередного жениха.

— Не вздумай отказываться, — вещала она в трубку, — Соколовы уже ждут нас в выходные на даче. Подумаешь, сорок два года и разведен, кого сейчас этим удивишь. Зато серьезный уже, не мальчишка. И хозяйственный, все в дом. Тебе, Лена, вообще ничем не угодишь, а ты не девочка уже, чтобы женихов перебирать.

— Мама, он такой же плешивый, как предыдущий претендент, которого ты мне сватала?

— Ну, не красавец, конечно. А где я тебе красавца найду? Ну и что, для мужика красота — это не главное. Все, Лена, на выходные ничего не планируй.

После разговора с матушкой у меня разболелась голова. Знакомиться с очередным женихом мне решительно не хотелось.

Едва дождавшись обеденного перерыва, я вышла на улицу прогуляться. Я любила бродить по Волжской набережной, стоять, оперевшись о парапет, и наблюдать за неспешными водами реки Волги. В такие моменты мне казалось что моя река, моя Волга, успокаивает меня и возвращает силы.

Незаметно для себя я дошла до белокаменных стен старинного Спасо-Преображенского монастыря. На улице было непривычно тихо, и, несмотря на хорошую погоду, ни души. Воспользовавшись случаем, я решила выкурить сигаретку (да, я знаю, что курить вредно, но иногда я не могу удержаться от искушения). Привычку свою я скрываю, поэтому отсутствие прохожих, случайных свидетелей моей тайной страсти, было мне на руку. Я остановилась и стала копаться в своей сумке в поисках пачки сигарет и зажигалки.

Неожиданно я почувствовала в воздухе резкий запах озона и гудение, похожее на звуки, издаваемые помещением серверной у меня в офисе. В этот момент о своей пагубной привычке я забыла напрочь, поскольку увидела то, что заставило меня замереть на месте. Крепостная стена монастыря прямо напротив меня пошла волнами, запульсировала и замерцала холодным белым светом. Я судорожно посмотрела по сторонам, однако кроме меня и спешащей по своим делам собаки, не обратившей на происходящее никакого внимания, на улице никого не было.

Я понаблюдала за этим необычным явлением, но потом во мне взыграло любопытство. Я решила подойти ближе и не сразу поняла, что угодила в ловушку — неведомая сила будто магнитом подхватила меня и потащила прямо к волнующейся стене.

— Помогите, — пискнула я и ухватилась за чахлый куст, возникший у меня на пути.

Некоторое время, вцепившись в тонкие ветки моего помощника, я смогла посопротивляться силе, упорно тянущей меня вперед.

— Ой, нет, только не это.

Моя рука предательски соскользнула с кустика, за который я ухватилась, как за последнюю надежду. Меня потянуло к стене еще сильнее. Я чувствовала, как подошвы моих туфлей скользят по траве. Стена становилась все ближе и ближе, как бы я не пыталась оказать сопротивление, упираясь ногами в газон. Когда до стены остались считанные сантиметры, я закрыла глаза и перестала сопротивляться, мысленно попрощавшись с жизнью.

Неожиданно гудение прекратилось. Я открыла глаза и обомлела.

Передо мной стоял человек в красивой бордовой форме, определить принадлежность которой я не смогла. Мундир был украшен золотыми погонами и вышитым гербом на рукаве в виде шара, пронзенного мечом и стрелой. Мужчина удивленно таращился на меня, рассматривая с ног до головы. Я, еще не отойдя от испуга, стала в свою очередь таращиться на него.

Пока мы предавались этому увлекательному занятию, краем глаза я увидела приближающегося к нам молодого человека лет тридцати в форме синего цвета. Он был высок, худощав и темноволос, имел правильные черты лица с четко очерченными губами и прямым носом. Мужчина был красив, причем красив именно той красотой, которая считается аристократической. Единственное, что портило его внешность — надменное и, я бы даже сказала, высокомерное выражение лица. Мундир на нем был украшен разными золотистыми веревочками (аксельбантами — услужливо подсказала мне память) и вышивками и выглядел более роскошно, чем у товарища в бордовом. Мужчина встал чуть поодаль, достал из кармана небольшой сверток, развернул его, поднес к уху и стал разговаривать, одновременно изучая меня с таким видом, как если бы я была музейным экспонатом. Со стороны это выглядело, будто человек общается по мобильному телефону.

— Где я, — наконец отмерла я.

— Сударыня, не беспокойтесь, мы не причиним вам вреда, — ответил мне мужчина в бордовом мундире и повернулся ко второму. — Ваше сиятельство, впервые за много лет через врата прошел человек из того мира.

Речь мужчины была обычной, но слова он произносил немного непривычно для моего слуха, более певуче.

— Вижу. Я сообщил царице, она распорядилась привести сударыню к ней, — сухо ответил человек в синем мундире, убрав от уха сверток и продолжая рассматривать меня. — Вы кто? — спросил он, уже обращаясь ко мне.

К какой еще царице? Какая еще сударыня? Какие еще врата? Что вообще происходит? А, я поняла, это какой-то розыгрыш, я видела подобные в интернете и по телевизору. Сейчас меня на радость публике снимает скрытая камера, а потом я увижу свою перекошенную от удивления физиономию где-нибудь в сети.

— Это вы мне скажите, кто вы такие. Так, я все поняла. Прекращайте съемки, я не давала на них согласия, — грозно сказала я. — Где у вас камера спрятана? Мне ваши приколы вообще неинтересны. Увижу где-то свое видео — по судам затаскаю, ясно? Все, я пошла. Привет царице.

Я резко развернулась и практически уперлась лбом в стену. На всякий случай я потрогала ее, но пальцами почувствовала лишь холодный твердый камень. Для верности я все же решила попинать стену ногой, но ничего не изменилось.

— Сударыня, я не понимаю, что вы говорите, — сказал мужчина в бордовом, напряженно наблюдая за моими действиями. — Попрошу вас проследовать со мной.

Я огляделась по сторонам. Увиденное повергло меня еще в больший шок. Местность, где я оказалась, была абсолютно мне не знакомой. Логично было бы, если я прошла сквозь стену, что я должна была оказаться на территории Спасо-Преображенского монастыря (хотя о какой логике в данной ситуации вообще может идти речь). Я достаточно часто бывала там в музейном комплексе и хорошо представляла себе внешний вид и расположение его построек.

Однако увиденное мною никак не походило на знакомые места. Я находилась на небольшой аллее, по обеим сторонам которой были высажены идеально подстриженные деревья. За моей спиной влево и вправо куда-то вдаль уходила высокая белокаменная крепостная стена, минимум раза в три выше, чем привычные мне защитные стены монастыря. За аллеей виднелось несколько грандиозных по размеру строений, облицованных белым камнем и напоминающих дворцы в стиле древнерусского зодчества, за которыми сверкал на солнце золотыми куполами огромный собор.

Я вообще перестала что-либо понимать. Неужели я переместилась в прошлое, в древнюю Русь? Я видела несколько фильмов о попаданцах, но все эти истории являются просто вымыслом и фантазией автора. Да и на древний Ярославль место, где я оказалась, ну никак не похоже.

— Какой сейчас год и что это за город? — понимая абсурдность вопроса, спросила я.

— Сейчас 21 июня 2023 года, мы находимся в столице Великого Русского Царства — Ярославле, — приветливо ответил мужчина в бордовой форме. — Пойдемте, сударыня, я провожу вас к царице.

— Как это — в Ярославле, — попятилась я, пока не почувствовала затылком холодный камень стены. — Что за дурные шутки? Что здесь, черт возьми, происходит?

Я стала кричать и вопить, требуя прекратить этот дурацкий розыгрыш и вернуть меня обратно. Разумеется, периодически пинать стену при этом я не забывала.

В какой-то момент я встретилась взглядом с мужчиной в синем мундире и замолчала. Его серо-зеленые глаза смотрели на меня из-под темных бровей слегка насмешливо. Отчего-то взгляд мужчины меня смутил, и я решила временно прекратить истерику.

— Ведите меня к своей царице, — отважно сказала я.

Мужчина в бордовой форме облегченно выдохнул и направился по аллее в сторону дворцов, жестом показав мне следовать за ним. За неимением другого варианта я повиновалась. Обладатель серо-зеленых глаз с нами не пошел, а только проводил меня взглядом, слегка усмехнувшись. Но мне было все равно. Я лихорадочно соображала, что мне делать. Я понимала, что мой спутник явно не позволит мне убежать далеко, даже если бы я попыталась это сделать. Да и бежать в этом непонятном месте мне было некуда. Может, я сошла с ума и это все мне кажется? Да нет, я вроде нормально все соображаю.

Внезапно до меня дошло, что скорее всего я умерла и очутилась на том свете. «Меня ударило электрическим током, когда я стояла у стены», — поняла я. «Вот что гудело и сверкало — это было электричество». Данная мысль привела меня в такое уныние и отчаяние, что я вообще перестала интересоваться чем-либо вокруг себя и шла, погруженная в свои горькие думы и проклиная свое глупое любопытство, отправившее меня к стене на мою погибель. Что скажет матушка? Как будет дальше без меня мой кот? А моя работа? У меня же завтра судебное заседание, его нельзя пропускать. Боже, о какой чуши я думаю — я уже умерла, а все о работе беспокоюсь. И вообще, мне же еще совсем мало лет, чтобы умирать!

С другой стороны, эти мужчины не похожи на ангелов — у них нет белых одеяний и крыльев. Хотя откуда бы мне знать, как они выглядят.

Тем временем мы покинули аллею, пересекли площадь с мраморными статуями и оказались возле крупного здания, украшенного лепниной, которое я увидела, еще находясь у стены. Я очнулась от своих дум. На красивой широкой лестнице нас встретили двое мужчин в такой же бордовой форме, как и у моего спутника. Поклонившись, они распахнули перед нами массивные деревянные двери, и мы вошли внутрь. Я очутилась внутри просторного помещения с высоким сводчатым потолком и расписанными яркими узорами стенами. Навстречу мне и моему спутнику вышел мужчина в строгом сером костюме, напоминающим мой, и поклонился.

— Нас ожидает царица, — поклонившись в ответ, сказал мой спутник.

Я решила, что кланяться не буду, и просто скромно улыбнулась. Вообще, что это за странная привычка — постоянно кланяться?

— Ваше высочество предупредила меня. Я провожу вас к ней, — промолвил в ответ мужчина и жестом пригласил нас следовать за ним.

Мы пересекли помещение и оказались в небольшой комнате без окон со стенами, отделанными бледно-розовым мягко светящимся камнем. На стене справа располагалась панель с круглыми блестящими кнопками.

Наш провожатый нажал несколько кнопок. С тихим шелестом проем, через который мы попали в комнату, закрылся выдвинувшейся откуда-то сверху стеной из аналогичного розового камня. Я почувствовала, что мы быстро поднимаемся вверх, и сообразила, что, по всей видимости, нахожусь в лифте не совсем привычного для меня вида.

Спустя несколько секунд движение прекратилось. Одна из стен комнаты уехала наверх, освободив проем. Мы покинули лифт и оказались в помещении, стены которого так же, как и внизу, были покрыты яркими росписями. Сквозь арку в противоположном конце помещения было видно уходящую вдаль анфиладу комнат. С правой стороны от нас располагались большие резные деревянные двери, к которым и подошел наш сопровождающий. Предварительно постучав, он распахнул двери. К моему удивлению, за ними нас встретило помещение, напоминающее вполне себе обычную уютную гостиную в классическом стиле с диванами и креслами.

— Ваше высочество, к вам посетители, — низко поклонившись, сказал мужчина в сером костюме.

Мой спутник в бордовой форме тоже согнулся в низком поклоне. Я решила не изменять своим принципам и обойтись без церемоний. Конечно, я могла сделать реверанс, но потом посчитала, что это будет излишним. Однако во мне проснулось любопытство, что же это за неведомая царица, на аудиенцию к которой я сейчас попала.

С одного из диванов поднялись две женщины в длинных платьях, похожих на тунику и перехваченных широким поясом, одна из которых — темноволосая, кареглазая, невысокая и чуть полноватая — казалась моей ровесницей, другая выглядела гораздо старше. На вид ей было не меньше пятидесяти лет. Взгляд молодой женщины выражал приветливость, а ямочки на щеках делали ее очень симпатичной. Вторая женщина имела высокий рост, темно-каштановые волосы и крайне суровый взгляд каре-зеленых глаз. Волосы обеих женщин были уложены в сложные прически.

— Вы можете быть свободны, — сказала молодая женщина моим спутникам и с любопытством посмотрела на меня.

Снова поклонившись, мужчины покинули помещение, оставив меня наедине с дамами. Дверь за моей спиной захлопнулась.

— Она нормальная, — удивленно шепотом сказала молодая женщина другой. — В мужской одежде, но нормальная.

Я оскорбилась до глубины души. На мне был надет брючный модный костюм серого цвета от знаменитого дизайнера, являющийся предметом зависти моих коллег. Костюм по случаю мне удалось приобрести по хорошей цене в одном из именитых московских бутиков.

— Разумеется, я нормальная, — возмущенно ответила я. — И костюм у меня женский. И, между прочим, очень даже недешевый. И сумка вполне себе женская и приличная.

Точно, сумка, как я могла про нее забыть! У меня же в сумке есть мобильный телефон. Я быстро раскрыла сумку, которая все это время висела у меня на плече, и достала из нее смартфон. Экран телефона продемонстрировал мне отсутствие сети.

— Вы можете мне объяснить, где я, и что все это значит? — держа в руках бесполезный телефон, спросила я.

— Простите, сударыня, я не хотела вас обидеть своим высказыванием. Сейчас мы все вам объясним, — молодая женщина приблизилась к окну, раздвинула штору и жестом пригласила меня подойти.

Я выглянула в окно и остолбенела — передо мной до самого горизонта раскинулся незнакомый, кажущийся бесконечным, белый город. Я увидела широкие пролеты улиц, высокие строгие башни, грандиозные мраморные статуи. В небе на высоте птичьего полета сновали необычные летательные аппараты, похожие на стальные капли. Далеко над рекой раскинулось несколько мостов. Я протерла глаза, но изображение не изменилось.

— Вы в Ярославле, — сказала молодая женщина, внимательно наблюдая за мной, — столице Великого Русского Царства. Я — царица Мирослава, а она, — она кивнула на вторую женщину, — моя главная придворная дама Татьяна Алексеевна.

Не спросив разрешения, я села на ближайший ко мне диван. Ноги отказывались мне повиноваться, а в голове творился полный сумбур.

— По правде сказать, многое в устройстве мира и вселенной для нас остается загадкой, — усевшись на соседний диван, продолжила царица, — однако нам известно следующее.

Помимо нашего мира, во вселенной существует еще несколько схожих миров, в одном из которых проживаете вы. Вы называете свой мир, свою планету, Землей, а мы свою — Террой. Наши миры объединяют врата, которые вот уже много веков открываются каждый год в течение трех летних месяцев — ровно в четырнадцать часов 21 июня, 21 июля и 21 августа. В иное время пересечь миры невозможно. Не знаю, где именно в вашем мире открываются врата, но в нашем это происходит на территории царского двора. Через врата могут пройти далеко не все, поскольку видеть их дано не каждому. Как врата выбирают, кому показаться — мы не знаем. Мы просто приняли как данность тот факт, что три раза в году врата открываются и к нам могут попасть люди из вашего мира. Поэтому к назначенному времени мы выставляем возле врат стражу из доверенных лиц, чтобы не пропустить возможное появление пришельца. К счастью, это происходит крайне редко, в последний раз пришелец из вашего мира приходил лет двадцать назад. Честно говоря, мы и не думали, что когда-нибудь снова увидим человека с Земли, но сегодня врата удивили нас. Вот так, собственно, вы и оказались здесь, — завершила рассказ царица.

Я переваривала информацию.

— То есть я все-таки не умерла или не лежу сейчас в коме? — недоверчиво спросила я.

— Нет, конечно, — засмеялась царица. — Вы всего лишь оказались в параллельном мире!

Постепенно до меня стал доходить смысл услышанного.

— Три раза в году в течение трех летних месяцев, — медленно произнесла я. — То есть в следующий раз врата откроются только через месяц, 21 июля?

— Совершенно верно. Не беспокойтесь, я дам указание приготовить вам покои, где вы сможете провести это время. Но прошу никому не говорить, откуда вы — мы стараемся сохранить тайну существования врат. О них знают только царь, я и несколько доверенных нам людей. Поэтому я представлю вас своей родственницей, прибывшей издалека навестить меня.

— Но я не могу быть здесь целый месяц. Мне нужно домой!

Я была в отчаянии. Я представила себе реакцию своей матушки, когда она узнает, что ее единственная дочь пропала без вести. Кроме того, я вспомнила про кота Валерика, который в настоящее время мирно ждал меня дома. Конечно, у матушки есть ключи от моей квартиры, она заберет кота к себе и не даст ему погибнуть от голода, но тем не менее, что мне делать целый месяц в этом непонятном чужом мире?

— Я понимаю вас, но мы не сможем вам помочь, — царица сочувствующе посмотрела на меня. — К сожалению, врата нам не подчиняются. Единственное, что мы можем — это предложить кров попавшему к нам из другого мира человеку.

Я молчала.

— Пожалуйста, расскажите вы нам теперь о себе, — мягко улыбнулась царица.

Я представилась и кратко рассказала дамам свою биографию, а также о том, как попала к этим чертовым вратам.

— Надеюсь, мы с вами подружимся, — сказала царица. — Вы кажетесь мне умной и доброй девушкой. Мне было бы интересно узнать о вашем мире.

— А почему вы сказали, увидев меня, что я нормальная? — вспомнила я. — Вы ожидали, что из этих, как их там, врат, выйдет чудище?

Царица и ее придворная дама смущенно переглянулись. Татьяна Алексеевна хмыкнула.

— Сама я свидетелем этих событий, разумеется, не была, но около тридцати лет назад через врата прошел человек с Земли в странных рваных одеяниях из ткани, которую у нас носят рабочие, и с такой прической, будто его ударило электричеством, — ответила царица. — Я забыла, как он называл себя.

— Рокер, — подсказала придворная дама.

— Да, точно, рокер. Ничего внятного о том, что происходит на Земле, он не сказал. Мы еле дождались открытия врат, чтобы отправить его обратно. Все это время он пил, дебоширил и громко кричал песни, пугая слуг. Несколько лет спустя врата пересек человек в кожаных одеждах, увешанных металлом, тело его было разрисовано рисунками, а волосы стояли дыбом и были красного цвета.

— Панк, — снова подсказала придворная дама.

— Он хулиганил, приставал к юным служанкам и пытался нацарапать на дворцовых стенах всякие непотребные надписи. Правивший тогда царь стал подозревать, что в вашем мире произошла какая-то катастрофа и человеческая цивилизация пришла в упадок. Потом мы окончательно в этом убедились. Примерно двадцать лет назад сквозь врата прошел изможденный пожилой человек со спутанными волосами, одетый в грязные лохмотья. За месяц пребывания на Терре он нашел и опустошил наши винные запасы, несмотря на то, что мы их хорошо прятали. Ну, а когда наконец мы отправили его обратно, выяснилось, что он назанимал денег у половины слуг. С прискорбием мы признали, что родственной нам цивилизации на Земле пришел конец. Поэтому, когда мы увидели вас, то очень удивились. Мы очень рады, сударыня, что наши выводы о вашем мире были ошибочны.

Мне стало стыдно за своих предшественников, хорошее же впечатление они создали о нашем мире. Да и вообще интересная компания подобралась — рокер, панк, бомж и я.

— Почему вы, если решили, что на Земле произошла катастрофа, не оставили этих людей у себя? — спросила я.

— Мы не можем этого сделать, — ответила царица. — Существует закон равновесия между нашими мирами. Каждый человек должен находиться в том мире, в котором он был рожден, а предмет — в том мире, в котором был создан. Возможны только кратковременные посещения соседнего мира, поскольку, если баланс будет нарушен, последствия могут быть крайне серьезными как для Терры, так и для Земли.

— В общем, — подытожила царица, встав с дивана, — добро пожаловать на Терру!

Царица вызвала слугу, который проводил меня в гостевые покои, находящиеся в этом же здании несколькими этажами ниже. По дороге слуга удивленно косился на мой брючный костюм, но, разумеется, никаких вопросов не задавал. Я в свою очередь почувствовала себя крайне неловко.

— Я… родственница ее высочества и прибыла издалека, — сказала я слуге, помня про уговор с царицей. — Мой багаж потерялся по дороге.

Мужчина снова удивленно посмотрел на меня и поклонился в ответ. Интересно, в этом мире авиакомпании теряют багаж своих пассажиров? И есть ли вообще у них авиакомпании?

Выделенные мне комнаты оказались очень приличными и напоминали гостиничный номер в дорогом отеле. Я прошлась по комнатам, которых оказалось две: гостиная и спальня, заглянула в ванную комнату. К моему удивлению, выглядела она вполне привычно и по-земному. Вернувшись в гостиную, я подошла к панорамному окну и посмотрела на раскинувшийся передо мной незнакомый город.

Добро пожаловать на Терру…

Я ушла в спальню, села на широкую кровать, застеленную вышитым золотом покрывалом, и уставилась невидящим взглядом в стену. Разум до сих пор отказывался признать, что все события со мной происходят в действительности, а не являются затянувшейся глупой шуткой. Черт, меня же сейчас будут искать на работе. И мама, бедная моя матушка… Как говорят психологи, есть пять стадий принятия ситуации: отрицание, гнев, торг, депрессия, принятие. Нужно смириться и принять как неизбежность тот факт, что мне придется провести здесь месяц. Вроде бы царица (боже мой, неужели я на самом деле нахожусь в мире, где существуют царицы!) отнеслась ко мне доброжелательно. Надеюсь, что никто не причинит мне вреда и не сдаст на опыты.

В открытую дверь спальни тихо постучали.

— Войдите, — сказала я, оторвавшись от мыслей.

В комнату осторожно заглянула девушка в длинном темном платье и белом переднике.

— Сударыня, — вежливо произнесла она, — ее высочество распорядилась передать вам одежду и украшения. Она приглашает вас присоединиться к ней на обеде. Когда вы подготовитесь, я отведу вас в личную столовую ее высочества. Я буду ждать вас возле покоев.

Девушка исчезла. Я вернулась в гостиную. У входных дверей в мои апартаменты, то есть покои, появился рейл для одежды с развешанными платьями, под которыми на специальной подставке стояло несколько пар туфлей на каблуках. На резном деревянном столике рядом с рейлом я обнаружила красивую шкатулку из зеленого камня.

Я осторожно перебрала вешалки. Что ж, царица умеет определять размер одежды на глаз. Платья, изготовленные из явно дорогих натуральных тканей, были классического кроя и выглядели просто, но одновременно изысканно. Я почувствовала искреннюю благодарность к царице, которая проявила радушие и заботу к постороннему для нее человеку, свалившемуся неизвестно откуда на ее голову.

Я выбрала темно-синее, шелковое платье длиной чуть ниже колена с простым круглым вырезом и слегка присборенными рукавами и переоделась. Свой костюм я аккуратно расправила и повесила в шкаф. Из сумки я достала расческу с косметичкой и привела себя в порядок, затем переобулась в бежевые кожаные лодочки и, покопавшись в шкатулке, надела на шею жемчужное ожерелье. Волосы я забрала заколкой в высокий хвост.

Я подошла к большому зеркалу, висящему в углу спальни. Вместо серьезной офисной дамы из зеркала на меня смотрела незнакомая симпатичная, но немного бледная девушка. Даже и не вспомню, когда в последний раз я надевала платья или юбки. На работу я обычно носила брючные костюмы, а в свободное время предпочитала джинсы. Что же, на некоторое время придется изменить своим привычкам. Да, и заодно освоить ходьбу на каблуках, которые я не носила уже несколько лет. Но в принципе мой новый внешний вид мне даже нравится.

Глубоко вздохнув, я покинула покои. У входа меня ожидала горничная, которая, поклонившись, пригласила меня следовать за ней к ее высочеству. Я собралась с духом и пошла навстречу своей новой жизни.

Глава 2

Так потянулись дни моего вынужденного пребывания и безделья на Терре. Постепенно я смирилась с мыслью о том, что вернусь домой только через месяц. Первые несколько дней большую часть времени с разрешения ее высочества я проводила в царской библиотеке. С детства я интересовалась историей, это был мой любимый школьный предмет. Грех было не воспользоваться ситуацией и не узнать как можно больше о мире, в котором я оказалась по воле случая. Изучение книг отвлекало меня от грустных мыслей и от острого чувства одиночества, ощущаемого каждой клеточкой своего тела.

В Великом Русском Царстве также использовалась кириллица, однако алфавит содержал некоторые отличия. Первое время мне было крайне сложно изучать местные книги, однако постепенно я приноровилась.

Царской библиотекой руководил волхв — старец Федор. Да-да, в этом мире волхвы еще существовали. Они являлись хранителями всяких тайных знаний, о которых, кроме них, больше никто не знал. Старец Федор жил при дворе и параллельно со своими основными задачами по хранению всяких секретов и управлением библиотекой писал грандиозный труд по истории своего государства. Судя по внушительному размеру его рукописи, писал он свой труд давно. Сколько лет было старцу — сложно сказать, выглядел он глубоким стариком, но был весьма энергичен и обладал ярко-голубыми глазами, молодо сверкающими на изборожденном морщинами лице. Своей длинной седой окладистой бородой волхв напоминал мне Деда Мороза с новогодних открыток.

Старец был посвящен в тайну моего появления в этом мире. Узнав о моем интересе историей, волхв предложил зачитать мне вслух главы из своего монументального труда. Я с готовностью согласилась, чем вызвала искреннюю симпатию этого необычного старика. Я так понимаю, что ранее особо желающих приобщиться к великому творению старца не имелось.

Так я узнала, что изначально Великое Русское Царство и Россия развивались одинаково, однако примерно с 1591 года вехи истории двух государств разошлись. В этом параллельном мире царевич Димитрий (последний сын царя Ивана Грозного) не погиб таинственным образом в городе Угличе, куда был сослан вместе с матерью по приказу Бориса Годунова. Он вырос и, объединив вокруг себя союзников, венчался на царство. В юности царевич Димитрий часто бывал в Ярославле и полюбил этот город. Став царем, Димитрий перенес столицу царства в Ярославль.

Соответственно, не было в истории этого государства ни правления Романовых, ни революций, ни советского времени. Разумеется, в течение этих веков в стране происходили свои исторически значимые события, случались и войны, и общественные волнения, но ничего общего с Россией они уже не имели. Великое Русское Царство являлось монархией, ныне управляемой потомком Рюриковичей — царем Иваном Двадцать Седьмым. Резиденция царя — царский двор — находилась в самом сердце Ярославля, где, собственно, я и очутилась.

Постепенно я очень сблизилась с супругой царя, царицей Мирославой. Мы много времени проводили вместе, болтая обо всем, царица постоянно приглашала меня составить ей компанию во время трапезы. Несмотря на высокий статус, она была простой и милой девушкой, любительницей поболтать и посмеяться.

Ее высочество происходила из знатного рода таманских князей, живущих на юге царства. Мы оказались с ней ровесницами. Замужем царица была несколько лет, детьми пока супружеская пара не обзавелась, о чем царица переживала, хотя и не показывала виду. Царица чувствовала себя крайне одиноко в столице, и в этом мы с ней были похожи. Местное дворянство ее раздражало своим снобизмом и высокомерием. Царь, как правитель огромной империи, был постоянно занят и не мог уделять ей много времени.

Беседуя с царицей, я узнала, что летоисчисление в Великом русском царстве не отличалось от принятого в моем мире. Еще в начале ХVIII века царь решил перейти от принятого на Руси летоисчисления от сотворения мира к европейскому. Кстати, универсальным языком общения в данном мире являлся не английский, как у нас, а латынь. При этом латынь являлась вполне себе живым языком, активно используемым народами Средиземноморья и распространившимся на весь мир.

Русский язык в наших мирах был практически схож, поэтому особых сложностей в общении я не испытывала. Речь жителей царства была несколько витиеватой, немного даже старомодной для меня, однако я быстро к этому привыкла и буквально через пару дней перестала обращать внимание. В основном все общались между собой на «вы», а на «ты» могли переходить лишь близкие друг другу люди либо человек, обладающий более высоким статусом по отношению к собеседнику.

Технический прогресс не обошел Терру стороной, во многом он даже превосходил уровень развития Земли. Здесь также использовалось электричество, но оно каким-то непонятным мне способом вырабатывалось прямо из воздуха. Я гуманитарий до мозга костей, поэтому, конечно, так и не смогла до конца разобраться в этом вопросе. Устройствам не требовалась зарядка или подключение к розетке — электричество они получали непосредственно из воздуха прямо во время работы.

Транспортные средства — «волосферы» — тоже работали на электричестве. По факту они представляли собой летательные средства разных размеров каплевидной формы, без винтов и крыльев. Как мне объяснила царица Мирослава, название транспорта было образовано от латинского слова «volo» — летать. Большинство волосфер перемещались низко над дорогами, почти как земные автомобили, только без колес. Однако некоторые волосферы могли подниматься выше домов, именно их я и видела из окна покоев царицы Мирославы. При этом в зависимости от принадлежности транспорта и статуса владельца им было разрешено перемещение на разных высотах. Ну, а совсем высоко в небе, как наши самолеты, летали огромные волосферы, предназначенные для перемещения между городами и странами.

Имелись в этом мире и переносные телефоны, однако выглядели они весьма необычно: смартфоны представляли собой свиток, выполненный из непонятного желеобразного материала. При разворачивании свитка он непонятным мне образом твердел и превращался в предмет, напоминающий смартфон. Именно его я видела у молодого человека возле врат и правильно поняла, что он общается по телефону. Его высочество выдала мне для общения местный мобильный, хотя мне в принципе не с кем было здесь общаться, и мне пришлось потратить некоторое время, чтобы научиться нормально разворачивать его и приноровиться к непонятным символам меню и приложений. К слову, компьютеры в этом мире тоже представляли собой свитки, только большего размера, которые тоже нужно было разворачивать для использования. Тогда они превращались в некое подобие планшета или ноутбука.

Со временем я обнаружила, что одевались в этом мире более старомодно. Чем-то одежда местных жителей напомнила мне земную моду тридцатых годов. Брюк женщины практически не носили, используя их преимущественно для занятий спортом. В общем, никаких джинсов, шорт, мини-юбок и кроссовок.

Вообще жизнь на этой планете произвела на меня неоднозначное впечатление. С одной стороны, здесь было консервативное и несколько чопорное общество, а ритм жизни был более неторопливый. С другой — люди перемещались на летательных аппаратах, болтали на улицах по телефонам, смотрели местное подобие телевизора и мало чем отличались от землян.

Все эти дни у меня не выходил из головы молодой человек с надменным взглядом, которого я увидела в день своего появления на Терре у врат. К сожалению, на глаза он мне больше не попадался, и почему-то меня огорчал этот факт. Честно говоря, такое происходило со мной впервые. У меня, конечно, были влюбленности в школьном и студенческом возрасте, но, став взрослой, розовые очки я давно потеряла и имела вполне трезвый взгляд на жизнь. Одной только красивой внешностью меня покорить было сложно. Да и своим поведением молодой человек не произвел впечатление знойного мачо.

В общем, со мной происходили странные вещи. Да, госпожа Сергеева, неужели ты влюбилась. Нет, наверное, моя дурная голова просто занята ерундой в связи с резко образовавшимся свободным временем. О какой любви может идти речь, если через месяц я вернусь домой и больше не увижу никогда этого мужчину.

Тем не менее, на третий день моего пребывания на Терре во время прогулки с царицей по дворцовому парку, пользуясь тем, что главная придворная дама отстала от нас, я решила аккуратно выяснить насчет зеленоглазого красавца.

— Ваше высочество, — осторожно спросила я, — скажите, когда я прошла через врата, я увидела мужчину в синем мундире — кто он такой?

Царица Мирослава лукаво взглянула на меня.

— Это — начальник царской охраны князь Денис Николаевич Васильев. Он, кстати, является племянником главной придворной дамы Татьяны Алексеевны. Они происходят из знатного княжеского рода Васильевых, являющегося боковой ветвью рода Рюриковичей. Он рано остался сиротой, и Татьяна Алексеевна фактически заменила ему родителей.

Ничего себе, он — князь? Я приуныла. Разумеется, он и внимания не обратит на самую обычную простолюдинку с Земли.

— Он понравился тебе? — хитро улыбнулась царица.

— Нет, что вы, — покривила я душой.

— Князю тридцать один год, но, несмотря на возраст, должность он занимает весьма серьезную, — продолжила царица Мирослава. — Фактически он является основным доверенным лицом царя и контролирует все, что связано с безопасностью царя и государства. Он холост, дни и ночи проводит на работе и равнодушен ко всему остальному. Была у него какая-то печальная история любви, но я не знаю подробностей. У князя есть поместье где-то в пригороде Ярославля, но он живет в выделенных ему царем покоях здесь, при дворе. Ведомство его тоже находится здесь же. За глаза я называю его «каменный истукан», хоть Татьяна Алексеевна и обижается за своего любимого племянника. Кстати, — царица снова лукаво посмотрела на меня, — сегодня я пригласила его присоединиться к нам на обеде. Его не было в столице несколько дней, но сегодня он вернулся. Собеседник он, конечно, так себе, но Татьяна Алексеевна будет счастлива лишний раз повидаться с племянником.

— Вот как, — растерялась я. С одной стороны, мне бы хотелось увидеть князя еще раз, с другой — я заволновалась от предстоящей встречи, как старшеклассница накануне первого свидания. Боже мой, да что же со мной происходит!

Мы завершили прогулку и пошли собираться к обеду. Оказавшись в своих покоях, я бросилась к своему временному гардеробу и принялась судорожно перебирать вешалки. Так, ч