Оглавление

Синопсис

Дождливым осенним вечером пожилой Учитель литературы идёт в бар, где встречает одинокого мечтательного Студента. Оказывается, что молодой человек хочет поделиться с кем-нибудь своим рассказом. Заинтересовавшись, Учитель знакомится с историей о мальчике, который увлекается приключенческой фантастикой и однажды отправляется в заброшенную долину, чтобы спрятать клад. Но по пути назад парня настигает видение о тайной железной дороге, что ведёт в глубь леса. Выяснив, что этот рассказ является лишь прологом, Учитель решает узнать всю историю.

Студент рассказывает о компании, которая исследует фантастические способы применения энергии касательно тела и души человека. Там создают различные устройства, в том числе могущественные инструменты для управления энергией — дивинайтемы. Компанию основали два довольно молодых парня: одержимый изобретательством учёный Леонард и загадочный Нэминэм, человек без прошлого, тонко чувствующий человеческие души и обладающий сверхъестественными способностями управления энергией. Он часто меняет судьбы людей: одному подростку, Андрею, он помог справиться со слепотой, также обучив сверхспособностям, чему была не рада мать парня, осознавшая опасность этого пути. Другого же подростка, Константина, Нэминэм с Лео и вовсе с помощью дивинайтема, несущего чистейшую светлую энергию — сферы «Айя», спасают от смерти, обрекая на жизнь в мёртвом, вечно молодом теле.

Учитель в ходе рассказов подмечает, что Нэминэм, по сути, создаёт из людей угодных ему героев, а затем вербует. Студент отвечает, что тот не ставил перед собой такой задачи, но оставался доволен результатом.

Следующая история происходит до основных событий и повествует о том, как Нэминэм познакомился с Леонардом: он пришёл в именье к учёному с интересным предложением по работе — найти Бога. Лео соглашается на этот вызов, и для достижения цели они создают опасное и могущественное устройство — первый дивинайтем «Эфир». Поиски приводят героев в глушь, где они находят старика. Нэминэм вступает в конфронтацию с незнакомцем, в ходе которой выясняется, что тот знает настоящее имя Нэминэма — Михаил, и что Михаил подстроил свою смерть и изменил внешность, оставив семью, которая не понимала его. Старик провоцирует Нэминэма, в результате чего последний вырывает из груди незнакомца сердце. Тело исчезает, а Нэминэм успокаивает Леонарда и подмечает, что едва ли это был Бог.

После представления основных героев Студент переходит к началу действий: в результате диверсии в одной из лабораторий компании был сломан дивинайтем «Стихия», и теперь городу грозит уничтожение от появившихся ураганов и землетрясений. Герои прибывают в город, чтобы остановить катаклизм и эвакуировать население. После взлёта вертолётов с горожанами Нэминэм видит оставшуюся на земле девушку и спрыгивает, чтобы спасти новую героиню. Но тут выясняется, что Нэминэм не способен управлять энергией, порождённой дивинайтемами.

Встретившись с Леонардом, они придумывают план по остановке «Стихии»: лишь дивинайтем «Айя» способен нейтрализовать действие других дивинайтемов, но, чтобы им управлять, нужно наделить человека этой силой. И после того, как Нэминэм спас Аделаиду от смерча, она решает вернуть долг и соглашается на эксперимент. Соединение Аделаиды с «Айей» удаётся, и девушка останавливает катаклизм.

После этих событий доверие у общества и государства к компании упало. Нэминэм ведёт своё расследование и рассылает людей по заданиям. В то же время появляется новость, что по городу идёт погоня неизвестных лиц за девушкой, обладающей способностями, как у Нэминэма. Тот срывается с места и спасает её. Она, Елизавета, рассказывает, что скрывала свои способности и не знает, почему её преследуют.

В итоге Андрей узнаёт, что в компании был предатель, который устроил аварию со «Стихией» и передавал секретные данные неизвестным людям. Константин и Аделаида попадают в засаду, в результате чего девушка погибает. А Елизавета сбегает из компании и, идя по подброшенным Нэминэмом подсказкам, находит спрятанный им клад, о котором Студент написал пролог.

Также следуя подсказкам, Елизавета приходит к полковнику Николаю Сергеевичу и передаёт ему послание от Нэминэма и найденную коробку. В ней был спрятан старый ржавый манометр, который ещё будучи детьми в заброшенной долине нашли Николай и его друг Михаил. Полковник понимает, что перед ним сидит сестра Михаила, а Нэминэм и есть Михаил Одинцов, и решает ему помочь.

Тем временем, исходя из того, что была убита единственная, кто мог помешать работе дивинайтема, Леонард и Нэминэм понимают, что конечной целью врага является «Эфир», который находится в хранилище, спрятанном в той самой долине. Герои отправляются туда по тайной железной дороге, построенной компанией согласно видению Нэминэма из детства. Туда же прибывает вооружённый отряд во главе с Николаем Сергеевичем, и вместе они ловят преступников.

Выясняется, что за всем этим стоит простой человек, который из-за страха перед всемогущим существом решил действовать. В личном разговоре с Нэминэмом он рассказывает, что хотел уничтожить все дивинайтемы, чтобы обезопасить мир, ведь Нэминэм сам сделал всё, чтобы эти события смогли произойти.

Учитель с Студентом вместе подмечают все моменты, из которых ясно, что Нэминэм делал всё, чтобы его жизнь и жизни окружающих людей были фантастичней. Хоть слова преступника и посеяли сомнения в голове Нэминэма, он не взял на себя вину за произошедшее.

Последний рассказ Студента переносит события на несколько лет вперёд и начинается с другого героя. Молодой парень Дима страдает от боли, от неразделённой любви. Бредя вечером по улице, он случайно встречает Нэминэма и Леонарда и просит их избавить его от этой боли. Они отказывают Диме, но берут с собой в гости, в именье, в котором когда-то познакомились.

Выясняется, что к этому моменту герои отошли от старых дел, уничтожили последний дивинайтем, Нэминэм вернулся к имени Михаил, к сестре и другу, а остальные герои, кто остался жив, покинули компанию.

Ночью в именье Михаил помогает мальчику справиться с болью. Он рассказывает о том, как долго сам искал любовь и создал её, воплотив в Аделаиде свет дивинайтема «Айя», но в итоге потерял и её. Рассказывает свою историю, полную искалеченных судеб, и наставляет Диму, чтобы тот не совершал таких ошибок.

Пока Студент рассказывал свою повесть, Учитель внимательно его слушал и искал, какие моменты истории близки рассказчику и в каких персонажах больше всего отражался сам Студент. В напутствиях Михаила Диме были видны рост и взросление автора, уход от неясных мечтаний и переживаний и переход к осознанному пути. Учитель догадался, что молодой человек действительно спрятал клад. Студент отвечает, что устал от этих фантазий и похоронил этот клад, а потому передаёт эту историю собеседнику, чтобы тот дал ей новую жизнь.

От автора

Все персонажи и события книги вымышлены. Любые совпадения с реальностью случайны.

Мост

Вечер четверга. Совсем мало людей на улице. Да и кому бы вообще захотелось выходить под октябрьский дождь? Ну, как минимум, мне. Я шёл по засыпанным мокрой листвой тротуарам в свой любимый бар на Нагорной. Не могу назвать себя завсегдатаем и уж тем более пьяницей, но определённая привычка зайти в бар после работы у меня всё же имеется. Да и пить в моём возрасте уже рискованно, но дегустировать-то мне никто не запрещает.

Вход в бар находился в довольно узком переулке. Кирпичный коридор, образованный стенами двух соседних домов, освещался тёплым светом старого фонаря. Откровенно говоря, именно этот вид несколько лет назад заставил меня из любопытства свернуть на улицу Нагорную, где и находился бар. Вообще, это довольно культурное заведение, где проводит время наша творческая интеллигенция. Поэты читают стихи, городские группы дают концерты. Я никогда целенаправленно не хожу на такие мероприятия, но, если мой визит совпадает с выступлением, бывает очень интересно послушать молодёжь.

Войдя в помещение, я повесил зонт и кепку, прикрывающую мою «скоролысину», на вешалку и, расстегнув пальто, сел за барную стойку. На небольшой сцене сидел гитарист и играл приятный блюз. Он часто мне встречался, кажется звать Александром. Впрочем, я мог и спутать… Но играет и правда профессионально, и даже как-то непринуждённо, почти не напрягаясь.

— Здравствуйте, — отвлёк меня от мыслей бармен, — Вам как всегда, или желаете сделать другой заказ?

— Привет, пожалуй, нет. Давай как всегда.

Он улыбнулся и принялся за работу. Фраза «как всегда» и правда звучит довольно забавно, если знать, что каждый раз я прошу бармена удивить меня и налить коньяк, которого ещё не пробовал. И, учитывая, что он ещё ни разу не повторился, разнообразие этого бара действительно удивляет. Да… Если бы мои ученики узнали, что я занимаюсь этакой любительской дегустацией, то наверняка бы осудили… Или, того хуже, не дай бог, нашли бы в этом причину для уважения.

— Курвуазье. Франция. Трёхлетней выдержки. Сто грамм?

— Да. Спасибо.

После того, как фужер наполнился, я сделал глоток.

— Ну, что скажете?

Я подождал с три секунды, оценивая послевкусие.

— Мягко… Вкусно и не очень терпко. Да, такого я точно ещё не пробовал.

Бармен улыбнулся.

— Кофе?

— Нет, может попозже.

Я сел вполоборота и стал осматривать других посетителей. За столиком сидела группа людей, аплодировавших гитаристу — его знакомых. Кстати точно, я был прав, что его зовут Александром. Услышал в их разговоре. Остальные же люди довольно быстро входили и выходили из бара. Кто поодиночке, а кто парами.

Вот вошёл молодой человек в поношенной кожаной куртке. В руках он держал плоскую старую сумку. Медленно осмотрев помещение и всех посетителей, парень прошёл к барной стойке.

— Здравствуйте. Кружку самого дешёвого пива, пожалуйста, — обратился он к бармену, а затем повернулся ко мне. — Вы не против, если я сяду рядом?

— Нет, пожалуйста.

Чувствовалось, что ему есть о чём поболтать, а я обычно не упускаю шанса поучаствовать в дискуссии. Несмотря на очевидно малый достаток, парень выглядел весьма приятно и даже интересно.

— Вы случаем, не учитесь в техническом университете на Ленинградской? — решил я завязать разговор.

— А вы случаем, не там преподаёте? — с улыбкой и стеснением парировал он.

— Нет, но вы почти угадали. Я учитель в школе.

— Что преподаёте? Или, вернее сказать, чему учите?

— Литература — мой предмет.

Стеснение ушло с его лица, и он повернулся в мою сторону.

— Ясно. А вы правы, я студент. Вы не против так и обращаться? Короче, я буду Студентом, а вы — Учителем.

— Ну хорошо, но зачем?

Бармен поставил моему соседу кружку пива. Сделав глоток, он вынул из сумки чёрную папку. Я сидел в предвкушении.

— Вы знаете, что такое «эффект попутчика»? — спросил меня Студент.

— Да, это феномен, при котором человеку легче поделиться мыслями с незнакомцем, чем с близкими людьми.

— Верно, — улыбнулся он, открывая первую страницу папки. — Так к чему это я… Короче, поделиться я хочу своим рассказом. Вы будете первым, кто его прочтёт.

— Так вы за этим сюда пришли? — смеясь, спросил я.

— Ну… да. И походу очень повезло, что мне встретились именно вы. Там несколько страничек. Но если вы не хотите… я позволю себе наглость продолжить стоять на своём. Пожалуйста.

Немного покраснев, Студент сделал ещё глоток и с улыбкой посмотрел на меня. За годы работы в школе я часто встречался с дерзостью детей, но о том, чтобы меня так упорно просили проверить чью-то работу, я уже давно не мечтал. Это в какой-то степени восхитительно. А ведь на мой стол редко попадают действительно интересные и вдумчивые сочинения.

— Ладно, товарищ Студент, вы раздразнили моё любопытство.

Он взял в руки кружку. Я взял в руки папку. Итак, Мост…

«МОСТ

Это место должно было быть идеальным: достаточно видным, чтобы не вызывать подозрений, но довольно скрытным, куда случайно не попасть. Летним утром один мальчик искал такое место. Он уже прошёл небольшой пруд, где часто рыбачил и купался в детстве, и двигался вдоль реки. Эта долина находилась за городом, и, хотя мальчик был здесь не один десяток раз, когда гулял с друзьями, но в этот раз всё было совсем по-другому. Он был один… всё было совсем другим. Мальчик был худым, среднего роста, в рубашке и шортах, на вид лет шестнадцать. Он шёл по прямой дороге, справа тянулась река, ещё правее возвышались деревья, за которыми виднелись заброшенные здания; слева на возвышенности была железная дорога, по которой как раз проезжал грузовой поезд с длинной очередью вагонов. Когда-то в этой долине разрабатывались шахты, но теперь всё добыли и забросили, лишь полуразрушенные здания и тропы из деревянных шпал напоминали об этом.

Вообще, странно было бы встретить в подобном месте подростка. Тем более одного. Но кое-что его отличало: из всех людей, проходивших здесь за многие годы, он единственный осознавал, что находится именно там, где хочет быть. Где должен быть. Да никто и не встретился ему на этой дороге, что было на руку путнику. Впервые в жизни этот мальчик чувствовал себя абсолютно свободным, его переполняли уверенность и спокойствие, не было ни намёка на тревогу. Вокруг чувствовались приятные запахи, тепло… и страх. В этих словах можно увидеть противоречие, но страх исходил не от мальчика. Вся долина словно дрожала в ужасе: с каждым шагом путника сотрясались травинки, с каждым его вдохом облака останавливались, и продолжали плыть по небу, только когда он выдыхал, а течение реки было столь аккуратным, что вода, проходя через торчащие камни, совсем не создавала брызг. Было тихо.

На полпути дорогу пересекали шпалы, глубоко вмятые в землю, и заросшие травой рельсы. Когда-то здесь возили руду. Железная дорога шла из леса и оканчивалась на невысоком обрыве перед рекой. Что-то в этом виде заворожило мальчика, но он продолжил свой путь.

Пейзаж изменился: лес виднелся далеко в горах, которые окружали большое поле, заросшее высокой травой и кустарниками. Через это поле извивалась река, образуя у берегов небольшие мысики, а дальше водное течение расширялось и проходило через крохотные острова, обросшие пушистыми елями. На зелёных горах лежал туман, освещённый слабым утренним солнцем. Вся долина скромно сияла в этом свете. Но у мальчика не было нужды идти дальше по изгибам реки, ведь он уже дошёл до искомого места.

Реку пересекал длинный бетонный мост. У него не было перил, зато были внушительные сквозные дыры. Мальчик аккуратно прошёл по мосту, на котором редко встречались деревянные шпалы. Это могло бы подойти для его цели, но огромные сгнившие бруски слишком глубоко засели в бетон. Путник отмёл этот вариант и пошёл назад. Мост был выбран не случайно, ведь только летом уровень воды в реке падал, благодаря чему показывался заваленный каменными валунами берег, на котором стояли опоры моста. Мальчик оценил эту особенность и уже спустился к берегу. Подходя к бетонному столбу, держащему мост, путник заметил гигантский камень, плотно обвалившийся на эту опору. Между столбом и валуном была широкая щель, образующая небольшой «карман».

«Идеально», — подумал мальчик, снял с себя рюкзак и достал из него железную коробку. Положив баночку в этот «карман», путник поднял несколько небольших камней, лежавших у его ног, и плотно заткнул ими оставшиеся пустоты щели.

Сама коробка представляла собой обычную железную банку из-под чая, в которой находилась деревянная шкатулка, добротно обмотанная изолентой. Что же касается содержимого этой шкатулки… Это сложный вопрос. Даже сам мальчик не смог бы на него ответить. На самом деле там находилась надежда… Поражающая своей чистотой и наивностью надежда.

Все эти виды, удивляющие свой красотой, так и манили погрузиться в грёзы, и дать волю воображению. Идя назад всё той же дорогой, мальчик стал размышлять.

Вдруг из далека донёсся детский смех. «Наверное дети рыбачат», — подумал путник, и тут же вообразил сюжет, как школьники в одном из библиотечных учебников обнаружили карту сокровищ. Карта как раз указывала на один из речных мысов, и дети, вооружившись лопатами, исследовали берега этой загадочной реки в надежде найти спрятанный клад.

На обратном пути открывалась другая картина: силуэты многоэтажных домов, трубы заводов, выдыхающие густые клубы дыма, и пруд, отражающий облачное небо.

За всеми этими раздумьями путник не заметил, как уже подошёл к обрыву у реки, где оканчивалась железная дорога. Мальчик опять стал долго всматриваться в этот вид. На одно мгновение показалось, что время остановилось, а после раздался резкий гудок поезда, мчавшегося к самому обрыву. Земля затряслась, а оглушительный стук колёс заполонил всю долину. Из глубины леса вылетела стая испуганных птиц. Река вдруг загудела, и сквозь толщу воды прорвался мост, поднявший рельсы, с которых быстрым ручьём стекала освещённая вечерним солнцем вода. Поезд лихо соскочил с железной дороги на поднявшуюся переправу, и, пересёкши реку, отправился дальше, скрываясь за весенним лесом. Но куда он отправился? Наверняка это засекреченное место, у которого тёмное и загадочное прошлое. Место, которое… скрыла эта…

Долина. Сквозь облака пробилось яркое дневное солнце. Мальчик всё также задумчиво стоял у обрыва и смотрел на водное течение: аккуратное, не смеющее перебить его мысли. Путник улыбнулся лесу, тянущемуся по ту сторону реки, развернулся к дороге и тихо произнёс:

— Вот только для этого кто-то должен спрятать клад.

Конец».

Я прочитал дважды, после чего положил папку на место.

— Ну как? — спросил меня Студент.

— Весьма недурно… Нетривиально. Написано не плохо, читабельно. В общем способности у вас имеются. Видно, что текст продуман, осознанно выбраны слова. Вы пользовались редактурой?

— Нет, я… сам себе редактор.

Парень очень внимательно меня слушал, что, конечно, мне как учителю важно. Однако в его глазах читалось какое-то ожидание.

— Что ж, я так понимаю, вы ждёте уже оценки самого сюжета, — улыбнулся я ему. — Действительно, получилось создать такую загадочную, интригующую атмосферу.

Студент был доволен. Смотрел на меня с благодушной улыбкой. И само собой ждал моего вопроса. Им-то я и захотел немного осадить парня.

— В общем хорошо, только это не книга, — мой сосед смутился, — это вполне интригующий пролог.

Он довольно кивнул мне, и я спросил его, улыбаясь:

— Так продолжение-то есть?

— Интересует?

Про слепого

Когда Студенту повторили заказ, я продолжил с ним общение.

— Итак, товарищ Студент, судя по прологу, история будет весьма объёмной.

— О да! Ну как? Хотелось бы сделать её такой, но все соки она из меня уже вытянула… Поэтому я здесь. Писать у меня нет сил, так что последнее, что мне остаётся — просто передать эту историю.

— Так, стоп. Вы что-то слишком горячо…

— Нет, постойте. Я вам кое-что покажу, — перебил меня парень, и стал копошиться в сумке, пока не достал из неё листок. — Вот, смотрите.

На помятой бумаге были написаны в столбик несколько слов.

— Это названия историй, которые я хотел рассказать. Так и ненаписанные книги. Ну то есть не просто истории, а части большого сюжета. Написана только одна — «Мост» — вы только что её прочли.

— Ну так пишите дальше, — улыбнулся я собеседнику.

— Не могу. Хочу, но не получается.

Честно говоря, меня такое отношение к работе всегда возмущало. Положить начало и бросить, столкнувшись с трудностями! Да, это можно оправдать отсутствием вдохновения, умения… даже ленью. Но всё это преодолимо. Впрочем, я решил дать возможность Студенту рассказать свою фантазию, чтобы потом мотивировать его к написанию.

— Короче, следующая книга про слепого. Название так и не придумал. Я долго её писал… Полностью за несколько дней придумав сюжет, я где-то полгода пытался перенести это все на бумагу…

— И?

— Написал. Прочёл, и понимаю, что такое говно получилось!

Я засмеялся:

— Ну, это со всеми бывает. А через время вы и сами придумаете, как исправить. Может вместе посмотрим?

— Нет, тут даже не в редактуре дело… Не знаю в чём. В любом случае, я не могу так неуважительно отнестись к этой истории.

— А рассказать её первому встречному — уважительно?

— Господин учитель литературы, вы лучший из вариантов, кого бы я мог встретить. Для меня главное, чтобы эта история жила.

— Да что же это за история такая, что вы отдаёте ей так много чести? — с любопытством и недоумением спросил я.

— Вот. Структурно весь сюжет состоит из подсюжетов. Короче получается что-то типа франшизы из рассказов, где действия происходят в одной реальности.

— Объединённая сюжетом серия книг.

— Да, верно. Вот… Значит реальность условно говоря наша, только с учётом технологий будущего.

— То есть это научная фантастика? Роботы, будущее…

— Да, такая научная фантастика с налётом мистики… Но не в роботах суть. Ладно, про составляющие мира потом… Значит, есть главный герой. Я бы сказал «заглавный герой», который связан со всей большой историей. Нэминэм. В общем романтический герой.

— «Нэминэм»? Что это значит?

— С латыни примерно переводится как «Никто».

Студент сделал глоток, а я же в свою очередь устроился поудобнее.

— Короче, действие происходит весной, когда снег уже стаял, но всё ещё холодно. Это рассказ про слепого мальчика Андрея. Ему шестнадцать лет и пару недель назад он попал в аварию, где получил повреждения глазных яблок и полностью потерял зрение. Андрей, конечно, угнетён своим положением, но больше всего его беспокоит мама, которая все бегает по врачам, пытаясь найти хоть какой-нибудь шанс на выздоровление. И вот, выходя из очередной офтальмологической клиники, мальчик почувствовал что-то необычное. Он все ещё ничего не видел, но ощущал ясную и чистую энергию, и стоящего вдалеке человека, который был её источником. Андрей, хотел было подойти нему, однако энергия внезапно исчезла. Они с матерью отправились домой. На подходе к дому парня снова настигло это чувство, только теперь что-то очень быстро приближалось к нему. Андрей резко развернулся и поймал летящее в него яблоко. Мать в замешательстве посмотрела сначала на сына, потом на мужчину, бросившего фрукт.

— Шестое чувство?

— Вы знаете, поп-культура уже дала столько определений шестому чувству, что я, пожалуй, остерегусь и назову это седьмым чувством.

— Ха-ха, да, это верно. Хорошая сцена с яблоком. Я так понимаю, этим мужчиной был Нэминэм?

— Да. Как полагается любому уважающему себя романтическому герою, он носит длинный плащ. Среднего роста, на вид молод, но в глазах, немного прикрытых тёмными неуложенными волосами, виднеется глубокая старость. А что касается этой энергии… Дело в том, что он всегда таким был. Нэминэм всю жизнь очень тонко чувствовал мир, энергию, наполняющую окружение. Он может видеть души людей. Их чувства проходят через него. И он умеет работать с этой энергией, преобразовывать её. Вообще, это я забегаю вперёд, двигателем прогресса в этом мире является именно работа с энергией и способность преобразовывать чувства в эту самую энергию.

— Ну понятно. Не очень научная, но очень фантастика, — упрекнул я Студента, на что тот посмеялся, пожав плечами.

— Короче, дальше сюжет предсказуем: Нэминэм берёт Андрея в ученики, дабы развить способность к этому… седьмому чувству. Он научит парня, обходясь без зрения, полностью понимать окружение. То есть чувствовать все физические превращения энергии. Но в первую очередь Андрей согласился на обучение именно из-за любви к матери — чтобы порадовать её, спасти от горя.

— Он станет как Нэминэм?

— Нет, только обретёт это седьмое чувство. Нэминэм, в силу своей природы способен не просто ощущать энергию, но и работать с ней.

— Ага. Всё, понял.

— Эм… Да, про образ Андрея ничего не сказал… Ему в процессе обучения выдадут две важные вещи: чёрную повязку на глаза и трость, но не для передвижения, а для самообороны.

— От кого ему обороняться?

— Вот, это хороший вопрос. Дело в том, что Нэминэм к прочему научит Андрея драться. Вообще стоит отметить некоторую наивность парня. Он юн и мыслит не совсем здраво. Но в самом деле, какой мальчишка в детстве не мечтал получить суперсилу?

— А вы хотели?

— Да я и сейчас не против, — отшутился Студент.

Я, конечно, тоже посмеялся, но памятуя, что в каждой шутке есть доля правды, задумался… Хотя наверняка мой собеседник гораздо ближе к Нэминэму, чем к Андрею.

— Так, стало быть, это суперсила?

— Технически да, но так как действие происходит в максимально приземлённой обстановке, эти умения выглядят пугающе, и мать мальчика осуждает нашего «романтического героя». Андрей очень сблизился с ним, доверился, и было за что. Но мать была очень насторожена, хотя никаких справок о Нэминэме навести не удалось, да и сам он о себе ничего не рассказывал. Она укорила Нэминэма, за то, что он пользуется доверием и мечтательностью парня. И в конце рассказа, после окончания школы, Андрей пришёл к своему учителю и сообщил, что намерен идти за ним ради благой цели, чему последний рад.

— А что мать?

— Мать? Она, конечно, безумно рада тому, что Андрей сможет полноценно жить, но она также желала для сына спокойной жизни: чтобы он поступил в ВУЗ, пошёл работать, завёл семью…, а тут явился странный мужик и раскрыл в Андрее сверхспособности, что, конечно, повлекло за собой сверхдеяния и совсем другое будущее. И будем честны, жизнь романтических героев и так нельзя назвать спокойной, а учитывая мистицизм Нэминэма…

— М-да… То есть ваш «заглавный герой» … завербовал мальчика?

— Это слишком резкое заявление, но нельзя отрицать, что некоторая неоднозначность здесь присутствует. По моей задумке, Нэминэм не ставил перед собой такой цели, он в первую очередь хотел помочь. Однако то, что он остался доволен таким раскладом, тоже нельзя отрицать.

Я задумчиво посмотрел на фужер. В общем это было неплохое начало сюжета. Андрей, правда, был плохо раскрыт… Ну да ладно, возможно в дальнейшем ему будет уделено больше внимания. А вот Нэминэм заинтриговал… Странный персонаж.

— Бармен, кофе, пожалуйста.

Мертвец

Я сделал глоток свежесваренного кофе и посмотрел на листок, лежащий на барной стойке.

— Итак, следующая история называется «Мертвец»?

— Угу, здесь уже появится компания. Компания Хомоновус.

— Я так понимаю, там занимаются изучением людей?

— Верно, — улыбнулся мне Студент. — Изучением людей и методов их эволюции. Хомоновус был основан учёными из разных областей науки и заинтересованными бизнесменами, но у истоков создания стоят, конечно же, Нэминэм и молодой учёный Леонард. Их совместные разработки задали новый вектор развития науки — использование энергии не как ресурса, а как инструмента — квантового алгоритма. Дальше станет понятней. И в общем компания занимается работой как с телом человека, так и с его психикой.

— Ага, звучит интригующе. Даже пугающе…

— И здесь нужно оговорить несколько моментов. Леонард — гениальный изобретатель, отучившийся на квантового физика. Для него нет ничего невозможного. Лео посвятил свою жизнь воплощению фантазий в реальность. Но у него есть определённая особенность: непреодолимое стремление действовать, несмотря ни на риски, ни на мнения, ни на что.

— Цель оправдывает средства?

— В некотором смысле. Леонард готов осуществить любую фантастичную идею. В самом начале своей карьеры, на одном из экспериментов он, не помня техники безопасности, покалечил себя: ожёг лицо, правая бровь и половина волос на голове стали седыми, а он, махнув рукой, продолжил опыт. Это сравнимо с одержимостью. Он любит экспериментировать, искать ответ на возникший вопрос. В некотором смысле он довольно клишированный безумный учёный. То есть для него это желание изобретать может оказаться более важной потребностью, чем потребность в еде или сне… Хотя в общем он ведёт весьма здоровый образ жизни.

Студент сделал глоток из кружки и продолжил:

— Короче, переходим к действию… Осень. Прошло около десяти лет с событий прошлой истории. Нэминэм и Леонард находятся в комплексе Хомоновус, который, по закону жанра, является высоким футуристичным зданием. На улице примерно такая же погода, как и сейчас за окнами этого бара. И так же время близится к ночи. Леонард, как часто бывает, не идёт домой, а, не замечая времени, работает. Нэминэм составляет ему компанию.

В это же время сотрудники Хомоновус — уже повзрослевший Андрей и врач Крылов — по указанию Нэминэма осматривают территорию за городом, где были зафиксированы изменения энергетических полей. И если Андрей оправдывает этот поиск ветра в поле господством и мудростью своего наставника, то Крылов, в минуты когда не проклинает Нэминэма, думает о расширении штата компании. Несколько часов они блуждают по сырому лесу под голыми деревьями, утопая в мокрой листве, словно в болоте. Их рейд заканчивается тем, что они находят труп парня с колотыми ранами. Стройное тело в чёрном костюме с белой рубашкой и красным галстуком, а лицо обезображено порезами. Только труп не совсем труп: Андрей чувствует энергию, словно психические процессы, проходящие в мёртвом теле.

Парни привозят труп в комплекс, в медицинский отдел. После осмотра тела выясняется, что мозг и глазные яблоки ещё способны на передачу электрохимических импульсов. Нэминэм убеждает Леонарда в том, что юношу нужно спасти, и в изобретателе просыпается это его «одержимое нутро». Он придумывает способ спасти парня: остановить процесс разложения и искусственно подключить управление опорно-двигательным и дыхательным аппаратом к мозгу, минуя нервную и мышечную систему.

— Так, и что это значит?

— Это значит, что парень сможет видеть, разговаривать и двигаться с помощью механической памяти. Короче, представьте: рука совершает механические движения. Энергию, которая участвует в этом процессе, поглощают и используют как алгоритм. У них в лаборатории уже есть образцы такой энергии, только не на одну руку, а на всё тело. Остаётся применить эту энергию-алгоритм к телу подростка, а управление привязать к мозгу.

— Хорошо, то есть можно, условно говоря, научить неживое двигаться как живое. Правда, если тело мертво, то и процесс энергообеспечения не работает. Но ведь эту энергию-алгоритм нужно как-то поддерживать?

— Совершенно верно! Питаться тело будет искусственно, от источника питания.

— Это уже получается киборг какой-то, — усмехнулся я.

— Ну, в некотором смысле да.

— А дыхательная система, значит, нужна чтобы разговаривать… понятно. А вот ещё вопрос: как Леонард собирается остановить процесс разложения?

— А вот это… я ещё не продумал. Наверняка есть какие-нибудь исследования в этом направлении, но я что-то не поинтересовался, хотя зря.

— Да, было бы хорошим тоном изучить эти… аспекты биологии. Ну ладно. Значит что?

— Леонард создаёт источник питания и блок с алгоритмом по управлению телом, которые Крылов внедряет в труп. Остаётся связать сознание парня с этими имплантатами.

— Я так понимаю, этим «вручную» будет заниматься Нэминэм?

— Верно, — кивнул мне студент. — Но процесс работы с энергией невероятен по своей сложности. И, чтобы сущность юноши не смешалась с преобразованиями энергии в теле, они используют своё старое изобретение — сферу «Айя».

— Айя? Айя… Не похоже на латынь. Скорее звучит как имя какой-нибудь богини.

— Да, богиня света и восхода. Это изобретение защищает сущность человека от других энергетических воздействий, и… отрезвляет сознание, взывает к душе. Кстати, именно эту энергию ощутил в прошлой истории Андрей.

— Обалдеть… Я уже не знаю, чего здесь больше: науки или магии.

— Да, есть такой грех… Но образы сами себя не сделают, — заключил Студент, саркастично сделав мудрого вида мину. — Короче, у них получилось. Нэминэм возвращает парня в сознание. Выясняется, что его зовут Константин. Его приводят в комнату отдыха и пытаются выяснить, что с ним случилось. Парень отвечает, что не помнит, кто его убил и откуда у него на лице эти шрамы. Он ближе знакомится с нашими героями и просит оставить себя на время одного, после чего, всё той же ночью, сбегает.

— Куда же он пошёл? Его ждёт вендетта?

— В точку! Да, и можно сказать, что всё ранее изложенное было только вступлением. Дальше идёт любовная история и раскрывается Константин. Он обаятельный ухажёр, скажем так: более увлечённый чем романтический герой, но менее увлечённый чем донжуан.

— Ага, что-то мне подсказывает, что история эта будет про любовный треугольник.

— Не беспокойтесь, от треугольника нам важен только факт его наличия; куда интереснее последствия итога. Короче, итог в общем уже известен: в борьбе за сердце девушки оппонент убивает Константина. Сбежав из Хомоновус, последний подстерегает своего убийцу и… не убивает его! Константин выходит из тени, предстаёт призраком. Свет уличного фонаря освещает бледное, словно стекло, разбитое лицо. Его убийца, не веря своим глазам, вонзает нож в грудь трупа, но у того даже кровь не течёт. Константин велит бежать из города, иначе до конца смерти будет преследовать парня. Как только убийца скрылся из виду, за спиной нашего «мертвеца» появляется Нэминэм. Константин догадывается, что тот сразу понял его намерения, но дал сбежать. И Нэминэм не мог знать наверняка, убьёт ли Константин своего противника или нет. На что «волшебник» ничего не отвечает, но дарит сделанную Леонардом маску-протез. Константин соглашается работать с компанией, но до утра у него есть ещё одно дело.

— Так, Нэминэм в своём репертуаре. Сначала спасает, а потом переманивает…

— Ну да, ситуация похожая. Хотя здесь все более однозначно. Парень стал бессмертной сущностью в бледном мёртвом теле… Вариант присоединиться к схожим по уровню странности героям… довольно логичен.

— Он, стало быть, теперь вечно молод?

— Да. Молод, условно бессмертен, не способен ничего ощутить физически…

— Ага… С мёртвым сердцем, но живыми чувствами… Да, красиво, с этим можно хорошо поработать. Так что за дело у Константина? Девушка?

— Да. Он приходит к девушке на свидание. Приходит в маске… то есть, как ему самому казалось, ещё более обаятельным и загадочным. Рассказывает, что случилось, и что тот парень её больше никогда не побеспокоит. Но реакция девушки оказалась для него сюрпризом: она испугалась; испугалась вида Константина, его смерти. Не поняла воскрешение. Вся эта история вызывала у неё отвращение. Девушка попросила у парня прощения и ушла, взяв с него слово, что они никогда больше не встретятся.

— И остался он один.

— Да. В дремлющем городе, под покровом холодной ночи остался дожидаться рассвета. Константин твёрдо решил остаться с Хомоновус, остаться в этой маске. Он решил, что сможет помочь людям, будучи в этом мрачном образе. Противостоять бандитам и преступникам, что, в общем, ему уже удалось… Ведь больше ему ничего не остаётся, чтобы оправдать своё воскрешение и существование.

— Ага… Дурная идея. Тоже решил стать супергероем. Только помрачнее. Хорошо… Эта история вышла повкуснее… Да и общий сюжет тоже обрастает подробностями. Кстати, хорошим тоном было бы поднять тему этичности воскрешения.

— Да, об этом и я думал. Действительно много пространства для мысли.

Мы оба смолкли. Да и в баре тоже стало тихо: музыканты давно ушли, а посетители в основном перешёптывались.

Сердце бога

За окном совсем стемнело. Дождь прекратился, и город начал засыпать. Студент доедал заказанную закуску, а я уже опустошил кружку кофе.

— Ну так вот, — продолжил Студент, дожёвывая кальмара, — следующая книга — «Сердце бога» — рассказывает о том, как встретились Лео и Нэминэм. Да, в целом история рассказана в хронологическом порядке, но только «Сердце бога» отходит от этого правила. И действие происходит скоро после истории с Андреем.

— С чем же это связано?

— С раскрытием Нэминэма. Мне нужно было сначала показать его, а потом уже отвечать на вопрос «Кто он вообще такой и почему так себя ведёт?». Ну и из этого строится неплохая интрига. Так вот… у наших героев был общий знакомый — Крылов.

— Врач.

— Да, — кивнул мне Студент. — Короче, Нэминэм познакомился с ним в больнице, когда начал практиковать своё чудотворство.

А с Леонардом это давняя история: ещё в студенчестве, до седых волос, к нему обратилась за помощью бывшая одноклассница Мария. У неё пропал младший брат, и Лео, учившийся на квантового физика, согласился помочь. Уже тогда он изучал альтернативное использование энергии, и смог, исследуя их внутреннюю связь на квантовом уровне, вычислить местоположение мальчика вплоть до дома.

— Так. Опять что-то сказочное. Ладно Нэминэм, но Леонард-то, как умудрился?

— Лео поставил эксперимент на Марии, чтобы создать определённый энергетический сигнал, и, подав этот сигнал на квантовом уровне, с помощью специальных датчиков определил зону, которая отреагировала на эту энергию.

— Ладно, уже звучит убедительнее.

— Вот, кстати, тогда же Леонард и заметил своё одержимое научное нутро: он завершил эксперимент и нашёл мальчика, но при этом чуть не убил одноклассницу, о чем, конечно, будет всегда сожалеть.

— М-да…

— Тогда же они поехали в больницу, где и произошло знакомство с Крыловым.

— Понятно, — кивнул я Студенту и попросил бармена повторить кофе.

— Ну а, собственно, само знакомство будущих основателей Хомоновус произошло в мае. Нэминэм, по подсказке Крылова, приходит в избушку посреди леса, где обустроил свою мастерскую Леонард. Именье «Кедровое», названное в честь двух близстоящих деревьев, к основаниям которых много лет назад была приколочена скамья. Там герои знакомятся и Нэминэм говорит, что знает историю про пропавшего мальчика и пришёл с деловым предложением. Лео думает, что это какой-то грантовый проект или стартап. Но немного помявшись, гость озвучивает свою цель: он хочет отыскать бога.

— Ухты! Ха-ха, да… интересная цель для поисков.

— Ха, да. Леонард реагирует также, думает, что это розыгрыш, или его гость просто сумасшедший. Но Нэминэм убеждает учёного, и тот всё же решается бросить вызов невозможному.

— Простите, а бог имеется в виду религиозный?

— Нет, скорее абстрактный… как высшее существо, без какой-либо религиозной или мифологической привязки.

— Ясно… Но… зачем Нэминэму это? Личная встреча с богом…

— Ну вообще это будет интрига… А так… Вообще, вам никогда не хотелось встретиться с тем, кто вас создал? С тем, кто находится вовне?

— Полагаю, в этом и будет состоять трудность: я просто не смогу понять сущность, живущую за пределами моего понимания. А вы? Хотели бы повстречать бога?

Студент насупился, словно мой ответ обидел его своей бескомпромиссностью.

— Не то чтобы у меня был весомый повод для этой встречи… Но мечта прикоснуться к чему-то высокому всё же имеется, — улыбнулся писатель и продолжил. — После нескольких дней обсуждений они разрабатывают план и создают первый дивинайтем — «божественный предмет».

— И что же позволяет делать этот дивинайтем?

— Играть в бога, — загадочно улыбнулся мне студент. — Дивинайтем — это вид уникальных изобретений, которые невозможно создать без Нэминэма. Короче, мы уже знаем, что в этом мире можно брать и использовать существующие энергетические алгоритмы. Но эта материя настолько тонка и хрупка, что при малейших изменениях энергии сразу теряются её свойства. То есть люди могут только копировать алгоритм, так как нет инструмента, позволяющего менять или создавать с нуля эту энергию. Зато Нэминэм может это делать. И дивинайтемы представляют собой изобретения Леонарда, в которых заключены созданные Нэминэмом алгоритмы.

— Угу, вроде понятно… Я так полагаю, эти дивинайтемы будут играть роль макгаффинов?

— Да, и один из них уже появлялся в сюжете — Сфера Айя. И, если большинство изобретений и инструментов имеет футуристичный вид, то дивинайтемы похожи скорее на магические артефакты.

— Почему, если не секрет?

— Не знаю… Просто такие штуки должны выглядеть как-то волшебно, загадочно… Или просто поп-культура внушила мне это, — улыбнулся Студент.

— Понятно… Так что же они придумали для поиска бога?

— Короче, выясняется, что Нэминэм научился создавать раскол в энергетических полях мироздания, который позволяет ощутить всю энергию вселенной. Но чтобы прикоснуться к этой энергии, необходимо опосредованно поддерживать этот раскол, чего физически не смог сделать Нэминэм. И вот, Леонардом был создан первый дивинайтем — «Эфир», который стал инструментом для временного разрыва ткани мироздания. Сама же идея поиска заключалась в том, чтобы найти пересечение всех энергетических потоков, в чем, в теории, и должна отражаться божественная сила. Теперь, когда раскол поддерживается Эфиром, Нэминэм погружается в него и ощущает пересечение всех нитей вселенной. И для поиска этого места в пространстве Леонард использует ту же технологию, что и при поиске мальчика: с помощью датчиков Лео отслеживает источник квантовых колебаний, которые создаёт Нэминэм, находясь в расколе.

— Потрясающе… Так что? Они нашли его?

— Ну, условно да. Они нашли как минимум весьма интригующее место, чему Леонард уже был рад. Но место это находилось в двух днях пути, так что, не имея другого плана, наши герои двинулись навстречу неизвестному. Сначала на самолёте, а дальше на поезде они добрались до нужного населённого пункта.

— Простите, я вас перебью. Вот ещё вопрос имеется по поводу описанного мира: где, собственно, происходят события? Какая страна, какой город? И в одном ли городе происходили события предыдущих историй?

— Вот, это… конечно хороший вопрос, который меня тоже волнует, — посмеялся Студент. — Это скорее всего наша страна, и было бы, наверное, неэтично переносить действие в места, в которых не бывал… А касательно города — это неважно. Мне не хочется придумывать города или называть буквой «N» … Короче, когда для сюжета будут важны территориальные условия, они будут оговариваться, но, в общем и целом, это неважно.

— Ладно, принимается, — улыбнулся я Студенту.

— Да… И в поезде, вечером, под стук колёс… и с прочей железнодорожной романтикой будет сцена их разговора. Лео будет пытаться выяснить что-нибудь о прошлом своего коллеги, ведь «Никем» не рождаются. И хоть Нэминэм твердолоб в своей загадочности, всё же выясняется, что ему не нужны ни дом, ни деньги. Живёт за счёт хороших знакомств, товарищей, и за свои услуги плату берёт услугами: например, ужин и место для ночёвки за оказанную помощь. Забегая вперёд, скажу, что он не будет официально трудоустроен в Хомоновус, ведь у него даже паспорта нет.

— Этакий аскетичный путешественник?

— Скорее одинокий бог. И ещё Леонард узнаёт, что по профессии Нэминэм менталист.

— Психолог?

— И весьма хороший. Кроме ментального «чтения мыслей», он обладает навыком манипуляции.

— Ага, — протяжно промычал я, — теперь становятся понятней моменты его взаимодействия с другими персонажами.

— Да, — довольно улыбнулся мой собеседник. — Но и Леонард не остаётся в тени: раскрывается его отношение к прогрессу. Он считает, что изобретатель должен осознавать свою ответственность и перспективы применения его изобретения. И Леонард решил для себя, что никогда не даст миру технологию, которую сам не изучит на сто процентов и чьё развитие не сможет контролировать. Кстати, поэтому существование дивинайтема Эфир будет строжайшей тайной.

Студент достал из сумки ещё один листок и продолжил:

— Собственно следующим днём они прибывают в нужную деревню и идут к местному озерцу, окружённому высокими елями. И, поскольку эту сцену я всё же описал, я, пожалуй, прочту:

«Пасмурное небо отражалось в спокойном озере. Не было слышно ни птиц, ни ветра. Людей тоже не было, кроме одного бородатого мужичка, стоящего на краю длинного рыбацкого причала.

Герои подошли к берегу.

— Это он, — произнёс Нэминэм, глядя на незнакомца.

Старик пошёл им навстречу, и втроём они сошлись на середине причала.

— Итак. Вы хотели меня видеть. Я пришёл.

— Простите, — со страхом и недоумением ответил Леонард, — но это мы вас нашли. Мы…

— Вы нашли меня только потому, что я позволил, — язвительно перебил старик. — В следующий раз трюк не сработает. И больше мы не встретимся. Так что, «Нэминэм»? Чё хотел-то?

— Болезни, войны, катаклизмы…, — робко произнёс менталист. — Почему ты не помогаешь людям?

— Смешно. Не этот вопрос тебя волнует. Эти банальности волнуют тебя, потому что ты чувствуешь боль за всех людей планеты. Твой вопрос: «Почему я?». Не льсти себе, — ухмыльнулся мужичок, — на свете полно людей с такими же способностями, как у тебя.

— Мне плевать на себя, — шагнул вперёд Нэминэм, — меня волнуют те, кто нуждаются в помощи. В твоей помощи!

— Ха, не лги, Михаил, — ответил незнакомец и обратился к недоумевающему Леонарду. — Что, он тебе не рассказал? Как исчез Михаил Одинцов!

Мужичок медленно обходил героев, рассказывая историю Леонарду.

— Жил-был Миша. Малец, каких много, да только необычный. Чувствителен к миру он был, к людям. И не нужно ему было учиться ни в других эмоции распознавать, ни самому стараться их проявлять. В семье считали его замкнутым, не понимали его возвышенности целей, а желали ему личного счастья. И можно было бы терпеть эти укоры, да только родительской боли Михаил стерпеть не смог. Сбежал! Инсценировал свою смерть! Умер Михаил Одинцов. Сменил имя, лицо. Стал «Никем» … Решил людям помогать, да только не смог семье своей помочь! Решил, что боль от смерти будет полегче переживаний за живого сына.

Лео в ужасе посмотрел на Нэминэма, который замер, словно зверь перед атакой: глядел на незнакомца и свирепел. Наконец Михаил медленно пошёл к старику, и с каждым его шагом возрастал ветер.

— Так почему ты не помог мне? Всем людям, что молят о помощи?!

— А с чего бы? Сами справятся, — надменно ответил мужичок.

— Но ведь сила прямо пропорциональна ответственности, — вступился Леонард.

— Ты это в книжке прочитал? — ответил незнакомец. — Ха, Лео, тебе не понять, насколько ты прав и не прав одновременно.

Поднялся ураганный ветер. Грозовые тучи сгустились над озером.

— Почему ты бездействуешь? — крикнул Нэминэм.

— А у тебя всё одна песня… А что, если я не бездействую? Что если окажется, что я приношу все эти «несчастья»? — засмеялся старик.

Было ясно, что незнакомец провоцирует героев, но этот ответ взбесил Нэминэма сильнее прежнего. Молнии стали разбивать небо в осколки. Озеро вскипело и накинулось обжигающими волнами на берега.

— Если бы ты создал этот мир, ты бы так не ответил… Ты не смог бы спокойно смотреть на мучения людей… ТЫ НЕ БОГ! — громче грома крикнул Нэминэм.

— О да, как же меня забавит, когда люди осуждают богов! — залился смехом мужичок. — Слушай, Миша, а может это тебе надо быть богом, раз ты так хорошо всё знаешь? Давай, на полставочки!

Нэминэм кинулся на старика и, повалив на причал, пробил рукой ему грудь и вырвал сердце. А старик всё смеялся.

— Нет. Нет! — в ужасе кричал Леонард.

Кровью наполнилось озеро, освещённое мерцанием молний. Деревья трещали и скрипели под гнётом ветра. А Нэминэм держал в руке ещё живое сердце и чувствовал, как с этим сердцем синхронно билось и его. Удар в удар. А молнии не угасали. Из небесных трещин вырвался белый свет, и, наконец, поглотил всё вокруг.

Когда герои пришили в себя, озеро было спокойно. Ни ветра, ни волн. Ни крови, ни старика. Но в руке у Нэминэма всё ещё билось сердце. Так же в такт с его сердцем.

— Ты что убил бога? — с дрожью в голосе спросил Леонард.

— Едва ли. Да и вряд ли это был бог, — ответил Нэминэм и бросил сердце в озеро. — Впрочем, это уже неважно… Нам пора».

Студент дочитал и положил лист к папке с первой историей.

— Да, весьма… интересно. Хорошо, — резюмировал я.

— Ну… в общем, мне тоже кажется, что получилось неплохо.

Я удовлетворённо кивнул и продолжил медленно пить свой кофе.