Глава 1. Почему одни семьи вместе смеются, а другие ругаются

Всякое улучшение бывает следствием трех необходимых условий – времени, опыта и соревнования, или, верней сказать, соперничества.

Михаил Загоскин,

«Москва и москвичи: записки Богдана Ильича Бельского»

Что такое конкуренция

Конкуренция – понятие широкое, меняющее смысл в зависимости от контекста. Многие из нас знакомы с межвидовой конкуренцией в биологии, рыночной в экономике, честной в спорте – как со сражением за привилегии, ограниченные ресурсы, выживание.

В различных парадигмах для обозначения конкуренции используются синонимичные слова: «соперничество», «борьба за власть», «состязание», «противоборство», «противостояние» и схожие по сути «ревность», «зависть».

Психологический смысл конкуренции мало чем отличается от общепринятого понимания этого феномена – это такие взаимоотношения или взаимодействие между людьми, которым свойственна явная или скрытая борьба за признание, внимание, любовь, материальные блага, власть, самореализацию и самовыражение.

Пишу и слышу разговор своих детей с кухни. «Эй, а мне мороженое?!» – восклицает младший. «Тебе не дают, что ли? Иди и возьми в холодильнике, там есть», – отвечает старший. Маленькое проявление сиблингового соперничества[3].

Честная, или здоровая, конкуренция подразумевает сотрудничество, стимулирует появление новых идей, решений, стремление к развитию. Противоположность – недобросовестная, или нездоровая, конкуренция. Она исключает возможность партнерства и превращается в борьбу за место под солнцем, «ходьбу по головам», козни, конфликты.

Соперничество – социокультурный феномен и часть человеческой природы. Мы стремимся общаться и вступать в группы по интересам, быть частью целого, большего. Ощущение принадлежности помогает чувствовать себя увереннее, дает ощущение спокойствия, защищенности, собственной нужности. Кроме того, нам свойственно искать образцы эталонной жизни вовне как опору, не отставать от общепринятых ориентиров, целей, ценностей. Большинство из нас желают быть максимально успешными, активными, всеми любимыми.

Сравнивая себя с другими, мы выстраиваем свою внутреннюю систему координат: кто я в этом мире? Какой я?

В контексте конкуренции напомню, что наши семьи сложились благодаря тому, что однажды мы одержали победу над соперниками, став для любимого человека самыми желанными.

Так что потребность сравнивать, быть лучше, превосходить – абсолютно нормальное эволюционное стремление расширять пределы возможного, создавать комфортную среду существования. Усложняет ситуацию, когда наша внутрипсихическая система координат держится исключительно на внешней оценке по принципу «то, как меня видят другие, говорит о том, кто я есть на самом деле», тогда даже незначительная критика превращается в катастрофу. Мы проваливаемся в свое особенное, уязвимое, сдобренное переживаниями «я», где мы вечно маленькие, беспомощные, проигравшие и безутешные. Там горечь от своей неудачи простирается далеко за пределы «здесь и сейчас», вороша весь прошлый опыт, где хоть что-то не получалось.

Конкуренция в семье

Конкуренция в семье представляет собой борьбу за власть, где каждый пытается убедить другого в своей правоте и заставить жить по своим правилам. Чтобы обрести доминирующее положение, в ход идут различные инструменты давления: манипуляции, контроль, обесценивание, дружба «против», спекуляция на любви, болезни и другие способы.

У подобных отношений высокая эмоциональная нагрузка, поэтому, когда борьба заканчивается, все участники чувствуют себя опустошенными, несправедливо проигравшими, что запускает новый виток противостояния.

Чтобы конкуренция возникла, необходимо несколько условий:

• наличие двух или более людей, взаимодействующих между собой, – конкуренция любит компанию;

• субъективное неравенство, неважно, в чем: ты выше, я ниже, младше – старше, мужчина – женщина, я начальник – ты дурак и т. д.;

• неравенство касается тех жизненных областей, которые важны для человека, где он чувствует себя наиболее уязвимым, несостоявшимся;

• степень повышенной тревожности хотя бы у одного участника компании. Тревожность проявляется в неуверенности в собственных силах, чувстве незащищенности, недоверии, страхе быть ненужным, не справиться, желании контролировать ситуацию и всяко-разно укреплять свои позиции;

• обстоятельства сравнения. Сравнивать может кто-то другой или вы себя сами – с окружающими или с желаемым образом себя.

Семейные психотерапевты давно обратили внимание: люди выбирают таких партнеров, которые будут «обслуживать» их психологические потребности. Спасатель найдет страдальца, чтобы помогать ему и чувствовать себя нужным. Ревнивый – эмоционально отстраненного, чтобы реализовать свою потребность в контроле. Лидер – того, кто будет поддерживать конкурентную борьбу в семье и подтверждать его значимость.

В некоторых семьях борьба за власть становится суррогатом близости. Сближает переживание одинаковых эмоций.

Когда любовь уже не объединяет людей, они могут оставаться на одной волне, испытывая взаимную обиду, ревность, гнев.

Основополагающее в семейной конкуренции – это намерение: сознательно или нет, человек демонстрирует свое превосходство в статусе, экспертности, любовных интересах, житейском опыте и пр.

В своей практике я встречала следующие фразы, сигнализирующие о возможной борьбе за власть в семье:

«не собираюсь уступать»,

«хожу как по минному полю»,

«отстаиваю свои права»,

«забаррикадировался в комнате»,

«тянет одеяло на себя»,

«тащу все на себе»,

«почему я должен?»

«выталкивают из отношений»,

«чувствую себя как заложник»,

«он/а как неприступная крепость»,

«жду от нее/него приговора»,

«в наших отношениях бесконечная гонка»,

«он/а выходит за рамки своей территории»,

«в такие моменты мне важно (супруга/у) погасить»,

«он/а брызжет ядом».

Когда в вашей семьей точно нет конкуренции…

В процессе совместной жизни людям приходится решать различные задачи: воспитывать детей, планировать бюджет, вести хозяйство, сохранять атмосферу любви и безопасности. Предполагается, что здоровая семья – та, которая успешно преодолевает кризисные этапы и справляется с основными задачами.

20 признаков здоровых отношений в семье

1. Доверительное и безопасное общение.

2. Каждый может поделиться своими чувствами, проблемами и рассчитывать на понимание и поддержку.

3. Чувства взаимны, каждый ощущает свою ценность для других.

4. Взаимодействие между членами семьи направлено на сотрудничество, достижение общих целей.

5. Преобладает сплоченность, а не разобщенность.

6. Проблемы не отрицаются, а решаются.

7. Отсутствует насилие в любом виде. Манипуляции, унижение, насмешки не используются.

8. Уважаются личные границы, мнения и свободы каждого, поощряются его интересы, желания.

9. Каждый стремится к тому, чтобы выражать свои чувства адекватно, избегая беспочвенных обвинений и давления.

10. Ошибки прощают и помогают извлечь опыт.

11. Принимается уникальность каждого, создаются возможности для самовыражения и развития.

12. Семейные правила обсуждаются, возражения и пожелания принимаются и учитываются.

13. Роли не навязываются, а в процессе естественного развития семьи могут изменяться.

14. Ответственность не избегается, обещания выполняются.

15. Каждый, кто обладает самостоятельностью, может удовлетворить свои потребности, не перекладывая груз забот на другого.

16. Члены семьи получают удовольствие от совместно проведенного времени.

17. В семье есть свои традиции и ритуалы.

18. Важные решения, касающееся общего бюджета, рождения и воспитания детей, переезда и пр., принимаются совместно.

19. Особенности совместной или интимной жизни с партнером не обсуждаются без его согласия со знакомыми и родственниками.

20. Между членами семьи не существует враждебных коалиций.

… и когда она есть

Конкурентные отношения возникают, когда, вместо того чтобы действовать как одна команда, люди соревнуются друг с другом, стремятся обойти или превзойти другого. Успех близкого не приносит радости, его стараются обесценить, а неудачи, напротив, долго смакуются. Бывает, что члены семьи приписывают достижениям близкого свое участие, говоря «Это потому, что ты меня послушал/а» или «Вот если бы я тогда не вмешался/лась, то все пошло бы прахом». Или объясняют ошибки тем, что другой не следовал советам: «Надо было делать так, как я говорю».

Есть ли в вашей семье конкуренция? Проверьте себя.

20 признаков борьбы за власть в семье:

1. Члены семьи склонны действовать разобщенно, а не сплоченно. Принадлежность к семье не ценится.

2. Один из партнеров ревностно или с недовольством воспринимает успехи другого. Ценность достигнутого нивелируется.

3. Когда у партнера что-то получается лучше, другой начинает раздражаться или обижается. Успех партнера вызывает неуверенность в себе и тревогу «вдруг он/а меня теперь бросит?»

4. Некоторые поступки совершаются из принципа «я тебе докажу»…

5. … а некоторые – из принципа «я тебе покажу».

6. Неудачи встречаются злорадством и припоминаются при каждом удобном случае.

7. Даже самый несущественный промах раздувается до размеров катастрофы.

8. Предъявляются несоразмерно завышенные требования.

9. Партнера открыто сравнивают со знакомыми, коллегами и невесть с кем еще, кто «уж точно лучше». Пытаются его «переделать» или «починить».

10. Члены семьи стараются не сообщать близким о своих неудачах, ошибки прячутся, проблемы утаиваются.

11. Об успехах либо не рассказывают, либо их намеренно выпячивают, преувеличивают, чтобы задеть другого.

12. В спорах часто присутствуют темы «кто больше делает для семьи», «кто кому должен», «кто лучше знает, как…»

13. Члены семьи стараются не делать что-либо вместе, чтобы случайно не обнажить друг перед другом свои слабые стороны.

14. Увлечение любимым делом или сверхурочную работу ставят в укор, заставляя испытывать чувство вины за «несделанные по дому дела» и «заброшенную семью».

15. Отсутствуют доверие и честность. У членов семьи есть тайны друг от друга.

16. В отношениях не брезгуют манипуляциями, применяют различные формы насилия.

17. Достижение компромисса невозможно, каждый настаивает на своих условиях, желания и потребности другого не принимаются в расчет.

18. В конфликтах с третьими лицами члены семьи встают не на сторону близкого, а поддерживают правоту посторонних.

19. Партнеры критикуют друг друга в присутствии общих знакомых или родных.

20. Члены семьи не признают ответственности за свои ошибки и защищают себя, сваливая вину на близких.

И немного научных данных[4]:

• Ученые объясняют эволюционные причины конкурентных отношений потенциальным преимуществом в репродуктивных возможностях. Мужчина может иметь намного больше детей, чем женщина, поэтому первые стремятся быть более конкурентоспособными.

• Оказываясь в условиях соперничества, мужчины проявляют больше самонадеянности и уверенности в своих способностях. Тогда как женщины неохотно присоединяются к конкурентной борьбе, потому как чаще сомневаются в своей победе.

• Предрасположенность к соперничеству связана с особенностями воспитания. Девочек учат быть скромными, нежными, уступать. От мальчиков ждут активности, находчивости, первенства.

• Люди, состоящие в браке, чаще радуются победам супруга и сопереживают его потерям. Партнеры, которые просто встречаются, ревностно относятся к достижениям другого, если они лежат в области их собственных интересов. Но охотно поздравляют другого, если ему удалось преуспеть в сфере, которую они не считают значимой для себя.

• Если у жены уровень образования выше, чем у мужа, или она преуспевает в карьере, риск развода возрастает более чем на 40 %.

• Люди с заниженной самооценкой ошибочно считают, что партнер склонен преуменьшать их заслуги.

По данным опроса ВЦИОМ[5], среди причин развода, касающихся постоянного соперничества, участники указывают:

неумение идти на компромиссы – 21 %,

разные взгляды на жизнь – 15 %,

разногласия из-за бытовых вопросов – 8 %,

легкомысленное отношение к браку – 4 %,

различные цели – 3 %,

разочарование – 2 %,

вмешательство родителей – 1 %,

различие в социальном статусе – 1 %.

Если суммировать все указанные причины, получится больше 50 %. Невозможность договориться и нежелание принять отличия партнера в большинстве случаев приводит к разрыву.

Люди, склонные к борьбе за власть

Существует ли тип человека, склонный к конкуренции в семейной жизни? Здесь я ступаю на тонкий лед категоризации, рискуя поделить всех людей на конкретные типы будто раз и навсегда. На самом деле в ситуациях соперничества разделение происходит по принципу «мои интересы и все остальные».

Тем не менее я попробую описать некоторые жизненные обстоятельства, которые делают нас более чувствительными к несогласию, критике и желанию защищать свое. Для этого перенесемся в детство (как это любят все психологи), потому что именно в раннем опыте отношений закладывается психологический фундамент восприятия мира и взаимодействия с ним.

Итак, в большей степени оказаться склонным и чувствительным к соперничеству может:

1. Ребенок, который при рождении (а иногда еще при зачатии) «награжден» большими родительскими ожиданиями.

Выстраданный, не такой как все (например, одна девочка среди мальчиков и наоборот), старший или младший, похожий на кого-то из родных, кто в семье в особом почете. Иначе говоря, ребенок, которому семья выдала кредит доверия, и ждет, что он его оправдает. У таких детей особенные отношения со словом «должен»: быть лучше других, соответствовать, не подвести, преодолеть и достичь то, чего не удалось родителям. Быть не хуже, чем мать, отец, дедушка-профессор и другие, считающиеся фамильной гордостью.

Иногда долг по «кредиту» становится неоплатным – сам ли человек испытывает это ощущение, или ему сообщает семья, что «он мог бы и лучше» или «способен на большее».

Особенный случай – конкуренция с умершим родственником. Да, и такое бывает.

Младший брат Сергея погиб в юном возрасте в результате несчастного случая. Побежал с друзьями купаться, неудачно нырнул, ударился затылком о камни. Мало того что Сергей до сих пор испытывает вину выжившего[6], его жизнь, в результате трагедии разделившаяся на «до» и «после», протекала в тени ушедшего брата. Сергей побеждал в соревнованиях, окончил вуз с отличием, защитил докторскую, построил дом. Но все, что он делал, сравнивали с братом: «У Коли была феноменальная память!», «А как Коля пел!», «Если бы Коленька был жив…» Как вы понимаете, выиграть битву с необратимым никому не под силу.

2. Ребенок, выросший в семье, где есть другие братья и сестры.

Даже когда взрослые дарят всю свою любовь детям, подрастающее поколение обязательно начинает делить не только игрушки, но и родительское внимание. Зачастую невольных сравнений невозможно избежать, нельзя воздержаться от запретов в пользу одного из детей. Мамино «Я сейчас покормлю (младшую) сестренку, а потом помогу тебе с уроками» воспринимается старшим как «Ты для меня менее важна, чем она». Или традиционное «Не шуми, пожалуйста, Ваня спит», сказанное пусть ласково и нежно, слышится как «Поставь себя на паузу, исчезни на время».

Можно ли по-другому? Нет. Потому что младшие действительно требуют больше заботы, и мама часто привязана и измотана. Потому что тот самый квартирный вопрос – не всегда есть возможность разойтись по разным углам и никому не мешать. Стоит ли корить себя за это родителям? Нет. Легче ли от этого ребенку, который вынужден уступать и дожидаться своей очереди? Тоже нет.

Что с этим делать, мы обязательно обсудим в Главе 6. А пока замечу, что дети изобретают разные способы, чтобы перехватить свою порцию маминого внимания, стать любимчиком, единственным в своем роде.

С братьями и сестрами не всегда получается обрести навык выстраивания отношений на равных, и во взрослом возрасте сценарий соперничества используется уже как копинговая стратегия.

3. Ребенок, выросший в специфических жизненных условиях, требующих выживания или постоянного преодоления трудностей.

«Мне все равно, каким будет мой муж, – говорит Наташа. – Неказистый, сутулый, бедный – главное, чтобы не пил. Совсем».

Потенциальные женихи девушки, сами того не подозревая, уже оказались втянуты в конкуренцию с ее отцом. Точнее сказать, антиконкуренцию.

Об отце и о детских годах в отчем доме Наташа вспоминает со слезами: «Денег вечно не хватало, мы с сестрой и матерью ходили по ночам на овощебазу картошку перебирать. Платили копейки, но с собой давали сумку овощей. Зима, руки мерзнут, утром в школу. А он (отец) из дома последнее уносил продавать. Как вспомню…»

Дети, выросшие в алкогольных семьях, в период переломных исторических моментов, катастроф и катаклизмов, подвергавшиеся насилию, пережившие угрозу жизни, внезапную потерю близких, вынуждены рано взрослеть и бороться за существование всеми доступными способами. В такой семье человек вырастает с ощущением, что мир небезопасен, и полагаться можно только на себя. Окружающие воспринимаются с недоверием, а борьба за выживание становится жизненным сценарием.

4. Ребенок с ярлыком изгоя, «не такой как все».

Алена к 35 годам трижды была замужем. И все в целом неплохо, но есть проблема: все браки распались как под копирку.

Девушка родилась слабенькой. До пяти лет они с мамой не вылезали из больниц – у девочки был редкий порок, врачи сначала долго искали, потом разводили руками. Помог столичный профессор – взялся за операцию.

Мама очень беспокоилась за Алену и оберегала дочь даже после того, как недуг успешно излечили: позже отдала в школу, запрещала активные игры, многого не требовала. Девушка выросла с самоощущением себя болезненной и бесталанной. Она смотрела на историю своей жизни через призму болезни. За скобками оставались достижения, включая небольшой, но успешный бизнес, прекрасное образование, победу на любительском конкурсе бальных танцев.

В мужья Алена выбирала состоявшихся, уверенных мужчин – именно такие качества позволяли девушке уравновешивать внутреннее ощущение себя «недо-». А потом она начинала стараться. Изо всех сил и по всем фронтам семейной жизни, чтобы случайно не показаться мужчине «хворой и неспособной». Алена называла это «из недо- в ого-го!» Партнер все больше дистанцировался, находил дела вне дома и в один из дней говорил: «Извини, я не могу сделать тебя счастливой. Рядом с тобой мне начинает казаться, что я никто».

Увы. В попытке справиться с ощущением своей неполноценности, Алена вступала в конкурентную борьбу за звание идеальной жены, которая может все сама и лучше других. Мужчины поначалу пытались сопротивляться, обозначать свою нужность и желание участвовать, потом сдавались и уходили. C ощущением своей бесполезности и никчемности, потому что места для их самовыражения в семье как супруга, равного партнера, просто не оставалось.

«Не таким как все» обычно становится ребенок, наделенный отрицательными ожиданиями семьи, тот, на кого махнули рукой. Например, как в случае с Аленой, «немощный», «слабый». Или рожденный «в неподходящее время», «не от того человека», «сломавший» судьбу или карьеру, с родительскими посланиями «мы хотели, чтобы ты был/а (дальше перечисления в превосходной степени), но ты…», «если бы не ты, то я бы…» (тут уже про родителей, как прекрасно сложилась бы их жизнь без ребенка). Такие люди с детства привыкают доказывать окружающим, что могут и достойны.

5. Ребенок, выросший в семье, где среди взрослых шла борьба за звание «кто главный» или «кто лучше знает, как».

Антон – поздний ребенок в семье, увлеченной ответственным родительством. Еще с первого класса родители всерьез стали планировать будущую карьеру сына. Папа считал, что мальчикам необходима хорошая подготовка по математике, и настаивал на поступлении в лицей. Мама же видела будущее сына в медицине и уже почти договорилась о спецклассе в гимназии от Сеченовки. В последний момент папа добился своего – документы Антона подали в физико-математическую школу. Мама дулась, но тихо, чтобы не спровоцировать ссору с мужем. Каждый родитель своим способом сообщал: «Я лучше тебя знаю, как воспитывать детей».

Мальчик оказался в конфликте лояльности. Как любого восьмилетнего ребенка, его тянуло не к наукам, а к играм с друзьями. Ему было все равно, кем быть через 10 лет: инженером или хирургом. Он любил маму и папу и не хотел, чтобы они ссорились. И поэтому выбрал путь «не учиться вообще». Если бы он показал свое пристрастие к математике, расстраивалась бы мама. Сделай наоборот – папа был бы недоволен.

Поэтому Антон начал безвылазно болеть. Родители перестали говорить об учебе, обижаться друг на друга. Вместо этого сообща обсуждали, как поднять ребенку иммунитет, не стоит ли переехать из города туда, где чище воздух. И, надо сказать, по этим вопросам сходились во мнении – никто не звучал как «я лучше тебя знаю».

Когда между членами семьи случается противостояние и они не находят общего языка, ребенок непременно оказывается в конфликте лояльности. Внутри его психики происходит своя борьба, в которой надо сделать невозможный выбор между самыми близкими и любимыми людьми.

В конфликт лояльности ребенок попадает в многочисленных жизненных ситуациях:

• развод или постоянные ссоры родителей, когда один перетягивает ребенка на свою сторону, настраивая против второго. Возможно, вам приходилось слышать «ты вся в своего отца» или «вот и иди тогда к своей мамочке!»;

• межпоколенный конфликт между родителями и бабушками-дедушками. Например, ребенок любит гостить у бабули, а папа против – считает, что там ему все дозволено и он возвращается неуправляемым.

• взрослые манипуляции, где ребенок вынужден идти на определенные поступки из страха: «если ты будешь так себя вести – ты мне больше не сын/дочь», «купим мороженое, но маме не говори», «скажи своему отцу, чтобы шел ужинать» и т. д.

Наверняка у каждого из вас есть воспоминание из детства, где взрослый спрашивал: «Кого ты больше любишь – маму или папу?» Если подобные истории случались регулярно, вы оказывались в ловушке конфликта лояльности, а значит, и сейчас незаметно для себя легко втягиваетесь в ситуации соперничества в семье.

6. Ребенок, который часто слышит про «сына маминой подруги».

Речь идет о постоянной атмосфере сравнения. Возможностей своей семьи и других; способностей своего ребенка и чужого, вовлеченности мужа, жены, бабушек у себя и у знакомых. Как будто все однажды стартанули и бегут марафон длиною в жизнь, периодически останавливаясь и сверяясь – ты среди первых или отстающих. Еще поднажать или можно уже выдохнуть?

Пересчитываются годы совместной жизни, количество романов, денег на счету, лошадиных сил, квадратных метров, кружков и секций:

• Эдик едет учить английский на Кипр.

• А Стас поступил на журфак.

Однажды я стала свидетелем беседы двух семейных пар. Муж из первой с гордостью говорил: «Мы купили Яночке новую “Тойоту”!» Муж из второй пары тут же парировал: «А мы Анечке заказали в салоне “Мерседес”». На несколько секунд воцарилась пауза, но тут же первый муж нашелся с ответом: «Да, мы бы тоже купили “Мерседес”, но у нас же сейчас ремонт полным ходом в квартире, 150 квадратов – шутка ли». «Мммм, – потянул второй. – Понимаю. Мы вот виллу у моря присматриваем». Разговор двух мужчин напоминал игру в карты, где каждый, перед тем как сделать ход, присматривался к козырям и тузам на руках.

Родители нередко сравнивают детей между собой. Если ребенок единственный – то с детьми родственников, знакомых или с эталонным образом абстрактного ребенка, то есть представлениями о том, каким он должен быть: смышленым, инициативным, послушным, с энтузиазмом мыть посуду и с улыбкой на лице делать уроки.

«Подтянулся на физре 30 раз, а Иванов сколько?» или «Вот она вырастет и будет начальником у таких, как ты. Этого хочешь? Нет? Тогда иди запишись еще в 5 секций – больше не меньше». Вырастая, такие люди думают о себе и о других в сравнительной степени – а у других как? Они лучше? Тревога усиливается. Хуже? Тогда наступает временное успокоение.

Со временем подобное мировосприятие рискует превратиться в гонку за безупречностью, где человек ставит цель, но, достигая ее, не присваивает успех, а тут же устремляется к следующей. Остановиться страшно – вдруг опередят, и окажешься в отстающих.

7. Ребенок, чей родитель живет по принципу «Что скажут люди?»

За вопросом «что скажут люди?» обычно скрывается хроническое чувство стыда и вины. Логика здесь такая: ты изначально ничего не умеешь, делаешь не так и только все портишь. Плохой!

Сцена в магазине: «Господи! Да не ори ты! Позоришь меня перед всеми», – шипит женщина в ухо ребенку. Ей уже стыдно, хотя никто из окружающих не сказал ни слова. Стыдно, что ее ребенок слишком «шумный», что она не может с ним справиться – значит, «горе-мать». Если таких ситуаций в жизни ребенка будет много, он научится делать не то, что ему самому удобно, а то, что от него ждут другие. Ему будет свойственна сверхбдительность к настроению окружающих. Их молчаливость, задумчивость и раздражительность он запишет на свой счет, отчаянно вспоминая, где мог обидеть, ошибиться.

Еще он разучится хотеть чего-либо и будет ориентироваться на желания других (потому что вдруг его собственные желания тоже «неправильные»). Приноровится недоговаривать или приукрашивать в рассказах о себе, чтобы казаться лучше. У него, вероятно, появится неизбирательная потребность соревноваться и побеждать (или избегать поражения) любой ценой.

Так воспитывали наших родителей, так воспитывали некоторых из нас. Думаю, одной из причин этого стала высокая ценность коллектива и низкая значимость индивидуальности в отдельные периоды истории. Принадлежность к определенной социальной группе давала привилегии, поэтому выделяться, идти против общих правил означало лишиться их. Самооценка формировалась на основании того, какую пользу ты приносишь обществу и насколько оно тебя уважает. Борьба за место под солнцем начиналась у шкафчика в детском саду и продолжалась в собственной семье в виде отстаивания лидерства.

Люди с высоким потенциалом конкуренции, постоянно сравнивающие себя с другими, ориентированные на стороннюю оценку, живут в бесконечном стрессе.

Их мозг неустанно проводит огромную работу, сверяя внешнюю картинку с внутренним шаблоном «идеально»/«не идеально». Сам человек не осознает этот процесс и чаще описывает его как внутреннее напряжение, усталость, апатию, раздражительность, неуверенность в себе. Налицо все признаки стресса, потому что мозг интерпретирует соперничество как борьбу за выживание, а человек оказывается в состоянии патологической витальной тревоги[7].

Как порядок рождения супругов влияет на особенности конкурентных отношений в паре

Каким по счету ребенком вы родились? Первым, средним или младшим? А может, вы были единственным в семье? Порядок рождения – важная составляющая человеческой личности, которая прямо влияет на отношения с членами семьи и нашими близкими.

Старший ребенок – амбассадор родительских проекций. С ним в жизни мамы и папы все случается впервые – колики, улыбка, двойка, выпускной. С ним набивают шишки и делают выводы об эффективных и не очень методах воспитания. В него вкладывают максимальные инвестиции и возлагают большие надежды на дивиденды в виде успехов в учебе и карьере. Ложатся родительские обязанности заботиться о младших, быть примером. Старшим детям свойственны ответственность, упорство, лидерские качества, при этом им сложно расслабиться, отпустить контроль. В своей семье они продолжают следовать привычным курсом, оставляя последнее слово за собой.

К появлению младших детей родители если уже не выдохлись, то приобрели больше компетенций и стали менее притязательны. У них есть понимание, «что делать, если…», спокойствие и уверенность, что «мы справимся». Накал воспитательных инициатив снижается, и младшие растут более уверенными в себе, непосредственными, с верой во все лучшее. В собственном браке они обычно уступчивы, не претендуют на главенство и с радостью делегируют ответственность партнеру.

Средние дети обладают качествами тех, к кому они ближе по возрасту – к старшим или младшим. Когда отношения между сиблингами дружелюбные, то средние дети вырастают весьма общительными, высокоадаптивными, покладистыми, умеют находить подход к людям.

Если интересы среднего ребенка притесняли, ему приходилось постоянно отстаивать себя, бороться за внимание родителей, то с большей вероятностью и во взрослых отношениях он будет рьяно доказывать свою значимость.

Единственный ребенок во взрослых отношениях проявляет себя по-разному. Если в детстве к нему предъявлялись повышенные требования, то, как старший, он вырастает с чувством гиперответственности за всех и вся, в собственном браке стремится доминировать. Если же в детские годы единственный ребенок был для родителей залюбленным центром вселенной, во взрослых отношениях он продемонстрирует черты младшего: будет ждать, пока другие сделают все за него, отстраняться от ответственности, нередко изводить супруга ворчанием и капризами.

Анализируя влияние порядка рождения, важно учитывать разницу в возрасте между детьми. Если она больше 10–11 лет, то по указанным характеристикам каждый ребенок будет ближе к единственному. На роль старшего может также выдвигаться ребенок, выделяющийся талантами или соответствующий родительским убеждениям относительно пола. Например, старшая дочь воспринимается как мамина помощница, и ей отдается второстепенная роль, а в младшем сыне видят надежду и опору, фокус родительских ожиданий направляется на него.

Мужчина, у которого есть сестра (или сестры), в своем браке, как правило, остается устойчив к женской требовательности, крику, эмоциям. До него сложно достучаться, он с детства привык быть «в домике» от девочек. Если у мужчины есть старшая сестра, то отношения с ней он невольно будет воспроизводить с женой. Например, продолжит оставаться «младшим братиком», требующим заботы и внимания. Тот случай, когда вне дома человек сворачивает горы, а в семье «отключается» от забот и демонстрирует беспомощность.

Женщины, на которых в детстве лежала забота о младших братьях, по привычке берут на себя всю ответственность и в своей семье.

Отношения с мужчинами обычно строятся из позиции «сверху» – это и тревожная, оберегающая жена «сиди, я все сделаю», и эффективный руководитель «делай, как я говорю». А женщинам, которые росли рядом со старшим братом, порой привычно уступать, соглашаться, во всем полагаться на мужа.

Отношения с братьями и сестрами влияют на наши общие представления о противоположном поле. Например, брат рос проблемным, родители вечно беспокоились за него, думали, как помочь. Тогда его сестра в своем браке будет чутко реагировать на любые изменения в настроении или поведении партнера, стараясь строить семейную жизнь вокруг его потребностей.

Считается, что оптимальными, с точки зрения отсутствия борьбы за власть в семье, будут браки между партнерами, один из которых был старшим, а другой – младшим ребенком. Предполагается, что оба продолжат следовать правилу: старшие заботятся о младших, младшие слушаются старших. Тогда конфликтов по поводу того, кто главный, не возникнет.

Более проблемными окажутся браки между двумя младшими или двумя старшими (единственными) детьми. Одни будут требовать внимания и хотеть «на ручки», в свою очередь не умея самим проявлять заботу и брать ответственность. Другие привычно продолжат настаивать на своем и командовать, а как известно, два лидера в семье с трудом уживутся, если не смогут вовремя договориться о разделе полномочий.

Благополучие союза двух средних детей зависит от того, какие позиции каждый из них занимал в родительских семьях, какие отношения у них складывались со старшими и младшими.

Опыт налаженных близких отношений с сиблингами говорит о том, что средний ребенок обладает социальной пластичностью, способен идти на компромиссы и договариваться. Напряженное взаимодействие имеет шансы повториться в браке в виде конфликтной конкуренции.

У меня меня украли, или как мы переживаем появление соперника

Конкурентные отношения в семье обладают признаками статусного соперничества, которое связано с поддержанием определенного образа себя. Человек живет, у него формируется некое представление о том, насколько он хорош, умен, способен. Представление о себе можно описать словами, опираясь на свои сильные стороны, или нащупать его контуры через отношение окружающих, ориентируясь на их оценку. Например: если со мной советуются – мой опыт полезен и важен, просят о помощи – я умный и всегда найду правильное решение.

Образ себя – устойчивое представление человека о своих способностях, умениях, чертах характера, интеллекте, внешности.

Потом случаются обстоятельства, меняющие привычный порядок вещей: появляется или обнаруживается соперник – тот, кто претендует на внимание и любовь людей, с которыми у нас уже сложились особенные отношения, на нашу уникальность, статус, положение.

С точки зрения психологии, описанный процесс относится к переживанию потери – мы утрачиваем устойчивое представление о себе, связанные с ним ожидания от будущего, надежды, планы, мечты. Да, боль утраты привычного образа себя может быть очень сильной и вызывать столь мощные эмоции, как и потеря близкого, предательство.

В ход идут все способы, чтобы вернуть «как было», восстановить контроль над ситуацией, сохранить или улучшить свое положение. Хрестоматийный пример: в семье рождается второй ребенок. Старший, который до сих пор был объектом восторженного умиления и центром внимания, утрачивает свою уникальность. Любовь взрослых рассеивается уже на обоих детей, внимание мамы в первое время и вовсе сосредотачивается только на младшем. Родители жалуются: старший стал неуправляемый, постоянно капризничает, ведет себя как маленький. Ребенок же пробует и смотрит: а что вызовет наиболее яркий эмоциональный отклик у взрослых? С точки зрения привлечения внимания – неважно, будет ли их реакция позитивной или негативной, цель достигнута, если все обеспокоены и говорят только о нем. Ребенок делает что‑то подобное не из вредности или ненависти, а потому что чувствует себя отверженным и незащищенным, ему страшно.

Право не прощать

Если помните, еще в начале я упомянула о том, что постаралась рассказать просто о сложном. Но кроме этого, я надеюсь, что помогу вам осознать неосознанное. Задача любого психологического текста – объяснить, как устроены наши чувства и поведение. То, о чем мы порой не подозреваем.

Под осознанностью порой подразумевается некая блаженность и мудрость на грани потери контакта с реальностью. Мне приходилось сталкиваться с такими мифами об «осознанном человеке»: он всегда сохраняет спокойствие и, главное, обязательно должен всех простить (обычно далее по сюжету страшилка о разрушающей изнутри обиде, которая приводит к тяжелым болезням).

Это не так. У каждого из нас есть свой «опыт непрощения»: люди, события, поступки, которые невозможно понять, осмыслить и уместить в свою картину мира. Например, предательство, ложь, равнодушие, унижение. Можно утешить себя, не обижаться – после, возможно, станет легче. Однако это будет скорее самовнушением, а не прощением.

Некоторые из вас, пока читали первую главу, могли прикоснуться к собственному печальному опыту, воспоминаниям и давно забытым чувствам досады, горечи, боли. Знание о том, какие эмоции движут человеком, когда он встает на путь нечестной борьбы за власть в семье, не означает, что его поступки автоматически находят оправдание.

Каждый из вас имеет полное право выбирать: прощать или не прощать.

У этого права нет ничего общего с обидой, зато много про ваши желания, цели и ценности. Никто, кроме вас, не вправе решать, как вам проживать свою жизнь.

Несколько важных вопросов самому себе

Прежде чем продолжить исследование конкуренции, я хочу попросить вас поразмышлять над несколькими вопросами. Не на все из них сразу найдутся ответы, можно вернуться к этой странице позже, но пролистывать без внимания не стоит.

1. Сколько места в вашей жизни занимает слово «должен/должна»? А сколько «хочу»?

2. Если вам чего-то хочется, как вы обычно обращаетесь со своими желаниями?

3. Какие ассоциации возникают у вас со словом «семья»?

4. Есть ли в вашем окружении человек, который всегда будет на вашей стороне, что бы ни случилось? Кто он?

5. Какие ассоциации возникают у вас со словосочетанием «любовь к себе»?

Глава 2. Эмоции, чувства и их роль в конкурентных отношениях

Ты меня не возьмешь!

В известном диалоге из фильма «Служебный роман»[8] герои сцены изо всех сил пытаются отстоять свое превосходство, выясняя отношения:

– Как вы оригинально и замечательно ухаживаете. Ну ничего не скажешь, – едко говорит Людмила Прокофьевна. – Вы настоящий современный мужчина.

– Какое право вы имеете меня так оскорблять?! Если вы директорша, вы думаете, все можете себе позволять? Уничтожать! Топтать! – негодует Новосельцев.

– Вас-то? – передразнивает директор.

– Бить, да? – не останавливается Анатолий Ефремович.

– И будет мало, – наносит удар Калугина.

– Хамить! Мымра! – в сердцах кричит Новосельцев.

На глазах у наблюдательного зрителя разворачивается соревнование, кто больнее уколет: Людмила Прокофьевна использует язвительные интонации, Новосельцев переходит на оскорбления. Каждый выковыривает недостатки собеседника и кидается ими, будто тортом.

В конкурентных отношениях мы всегда готовы защищаться и нападать, наше внимание максимально сосредоточено на внешних факторах. Если бы я попросила вас сейчас подробнее рассказать о ситуациях соперничества в вашей семье, в большинстве случаев история представляла бы собой детальное обсуждение третьего лица – «зачинщика», его поведения и характера. С раздражением и обидой вы говорили бы: «почему он/а так со мной поступает!», «он/а вечно недоволен/льна тем, что я делаю!», «они постоянно учат меня жизни», «мать меня никогда не хвалила» и т. д. Пытались бы найти объяснение: «потому что ему/ей так удобно», «думает только о себе», «самоутверждается за счет других», «невоспитанный». Искали бы пути решения проблемы: «просто надо перестать с ним общаться», «надо быть выше этого», «отвечу ему тем же самым».

Соперник наделялся бы мстительностью, зловредностью, жадностью, иногда и вовсе диагнозом – «психопат», «истеричка». А все его цели, скорее всего, сосредотачивались бы вокруг одного – испортить вам жизнь.

В меньшей степени вы бы спрашивали себя, почему уколы критики и сравнения столь болезненные. Что за чувства оживают в вашей душе, заставляя защищать и отстаивать себя. Здесь есть над чем подумать.

Эмоции и разум

На разнообразные жизненные ситуации человек реагирует двумя способами: рациональным, находя логические объяснения, и эмоциональным – спонтанным душевным откликом. Рациональный способ состоит из представлений «как должно быть», а эмоциональный – «как я хочу». Последний отражает наши истинные потребности, а потому лежит в основе поведения. Сначала мы чувствуем, и лишь потом действуем.

Но что такое эмоции и чувства? Как они появляются и почему управляют нашим поведением, порой незаметно для нас самих?

Эмоции – простые непосредственные переживания в текущем моменте. Они возникают и исчезают.

Чувства – устойчивы и сохраняются в течение длительного времени.

Мне страшно (сейчас) – эмоция, я боюсь (обычно, всегда) – чувство.

Эмоции быстрее разума, это автоматический моментальный способ оценки окружающего мира, который эволюционно помогал живым организмам выживать. Они дают человеку актуальную информацию: насколько то, что происходит здесь и сейчас, имеет для него значение.

Разум помогает решать задачи, но насколько происходящее является срочным и важным, нам дают понять именно эмоции и чувства.

Существует 7 базовых (или первичных) чувств, которые даны человеку от рождения. Они биологически запрограммированы и включаются по мере взросления.

1. Стыд.

2. Страх.

3. Отвращение.

4. Грусть.

5. Радость.

6. Удивление.

7. Гнев.

Все семь – составляющие широкого репертуара выученных чувств, то есть тех, с которыми мы знакомимся по мере расширения социального опыта. Примеры выученных чувств: беспомощность, вина, удовольствие, любовь, ревность, зависть, восхищение, обида, тоска и др.

Выученные чувства – не то чтобы неискренние или неважные, у них другая задача: они помогают адаптироваться к правилам общества о том, «как следует переживать различные жизненные ситуации». Условно говоря, мы их чувствуем и осознаем, потому что когда-то нас так научили, так принято, они помогают создавать и поддерживать отношения.

Выученные чувства обычно заметны для окружающих, базовые – скрыты от посторонних глаз и иногда не осознаются самим человеком.

Ребенок выходит с мамой на прогулку и на детской площадке становится неуловимым. Он нарезает знак «бесконечность», не видя препятствий, и, наконец, падает рядом с железными качелями. Мама не выдерживает и начинает его ругать. Окружающие цокают языком, мол, какая несдержанная дамочка. На лице мамы досада и негодование – уследить за ребенком не получается. Если спросить ее, почему она кричит на сына, скорее всего, сначала она расскажет, как устала, что ребенок не слушается, игнорирует просьбы, выводит ее из себя, а сил у нее никаких не осталось. После обязательно упомянет, что у других родителей дети как дети, не едят песок, не таскают за хвост дворового кота и не ложатся в лужу. Может, бабушка его избаловала, или стоило рожать в более осознанном возрасте, потому что сейчас она ужасная мать и наверняка травмирует ребенка своим ором.

Лишь потом, успокоившись, мама скажет о леденящем страхе. Когда ребенок упал рядом с железкой, она испугалась его потерять. Ее крик был голосом ужаса и отчаяния. Бабушка ни при чем, пусть себе балует.

Страх скрывается за пенкой раздражения и остается какое-то время незаметен для мамы и тем более для окружающих.

Базовые чувства выполняют три основные задачи:

1. Являются первичной сигнальной системой: хорошо нам или плохо, страшно-спокойно, опасно-безопасно. Мы еще не успели подумать и сказать, но уже уловили изменения в теле – расслабились или стало «не по себе». Базовое чувство всегда содержит потребность, указывает на то, что нам нужно, – то есть у наших переживаний всегда есть смысл.

2. Формируют систему стереотипов восприятия мира и мышления. Когда мы продолжительное время испытываем комплекс одних и тех же базовых чувств, они закрепляются в психике как сценарий восприятия событий и поведения в соответствующих ситуациях.

3. Побуждают к действию, дают стимул, регулируют поведение. Но пока мы не умеем определять и осознавать базовые чувства, мы описываем их как «внутреннюю движущую силу», «чутье».

Конкуренция, как вид взаимоотношений между людьми, представляет собой комплекс привычного восприятия мира и возникающих в связи с этим чувств.

Какие чувства лежат в основе конкуренции?

Попробуйте вспомнить любую ситуацию, где вы оказывались вовлечены в нездоровое соперничество. Возможно, вас сравнивали, оценивали, указывали на недостатки. Что из перечисленного вам приходилось испытывать?

Чувства, обращенные к сопернику:

• злость, гнев, раздражение;

• обида;

• ненависть, отвращение;

• мстительность, злорадство;

• ревность.

Чувства, переживаемые по отношению к себе:

• жалость, сочувствие;

• униженность, подавленность;

• недовольство собой, стыд;

• злость на себя, которая переживается как чувство вины;

• страх потерять контроль, не справиться, проиграть;

• грусть, печаль.

Ситуация соперничества создает «дугу напряжения», которая возникает внутри нашей психики достаточно быстро и лопается как мыльный пузырь, получая разрядку. Как вы помните, соперничество переживается как утрата чего-то важного для нас, а потому на рисунке я обозначила еще и стадии принятия. Они хорошо знакомы всем вам. Посмотрим, как они вписываются в жизнь:

Точкой входа является триггерная ситуация, когда кто-то нарушает наши личные границы, дает свою оценку нашим действиям, мнению, внешности, критикует, обвиняет, принижает наши достоинства и достижения, игнорирует потребности, ставит свои интересы на первый план.

Триггером служат слова или действия другого человека, на которые мы поневоле «включаемся» эмоционально. Они запускают индивидуальное восприятие ситуации и комплекс переживаний, связанных с ней. Муж проводил взглядом симпатичную девушку, мать дала сестре денег на новую машину, ребенок заявил, что у всех одноклассников уже новые телефоны и т. д.

По мере того как мы втягиваемся в конкуренцию, психологическое напряжение начинает расти, наполняя наше внутреннее пространство крайне неприятными чувствами: стыда, вины, униженности, обиды, жалости к себе, гневом на обидчика и страхом по отношению к нему. Вспоминается жизненный опыт: ситуации, фразы, поступки, где мы были недовольны собой. В голове роятся домыслы и фантазии на тему «а может, я и впрямь никчемный?», приходит растерянность и оглушенность. Начинается внутренний диалог со всеми обидчиками из прошлого, с кем наша психика установила неприятную, но прочную связь.

Наконец, мы выбираем стратегию самозащиты и предпринимаем попытки свергнуть соперника с пьедестала. На этом этапе мы можем обратить на него свой гнев, разбить его доводы в пух и прах, обвинить, обезоружить иронией, намеренно показать, что мы способнее, умнее и по всем признакам лучше него, проигнорировать критику или дистанцироваться от ситуации.

Разрядка наступает, когда нам удается вернуть себе ощущение контроля над ситуацией, чувство уверенности и удовлетворенности собой.

Как только внутренний баланс нарушается, мы выходим на повторный «виток», заново проходя все точки от роста напряжения до обретения устойчивости.

Секреты восприятия: почему так больно каждый раз?

Мои клиенты нередко говорят в отчаянии: «Ну другие-то (люди) нормальные! Живут себе спокойно и счастливо. Почему я так остро реагирую на все?»

Я отвечаю вроде: «Где ж вы видели абсолютно спокойных…» Да, мы не роботы – расстраиваемся, плачем, орем и впадаем в бешенство. Можем любить, радоваться, сопереживать.

Важную роль играет уникальность нашего восприятия. Почему кто-то, увидев, что партнер пьет из его любимой кружки, сразу начнет кричать: «Я ее ищу везде! Какое право ты имеешь брать мои вещи без спроса?! У меня ничего своего в доме нет!» А другой флегматично протянет: «Оо, кружка у тебя. Ладно, я в другую налью».

Одна моя знакомая однажды так кричала на дочь-подростка, что соседи с перепугу вызвали полицию. Юная барышня надела мамину кофту на вечеринку, где ее, разумеется, кто-то нечаянно прожег сигаретой. Кофту девушка спрятала в шкафу, и дефект обнаружился случайно. Но до неистовства женщину довела не испорченная вещь. В сердцах она делилась: «Меня разозлило не то, что она скрыла. Не то, что кофта испорчена. Да фиг с ней, с этой кофтой – невелика потеря. Я не могу держать себя в руках, когда мои вещи берут без спроса! Меня накрывает таким бессилием и гневом, что остановиться я не в силах. Ощущение, что меня отодвигают, игнорируют, выталкивают. На меня наплевать, я пустое место, всем мешаю и никому не нужна. Как будто мне говорят: “Тебя здесь больше нет”».

Как тут не впасть в отчаяние?

Почему мы так по-разному смотрим на жизнь?

Формула восприятия окружающего мира достаточно проста, это:

генетика + среда

Под генетикой я имею в виду врожденные особенности психики, такие как уровень сензитивности[9], подвижность или лабильность[10] нервной системы, темперамент, микроаномалии развития мозга, т. е. различные варианты наследственной предрасположенности к определенному реагированию и поведению.

К средовым факторам относятся: психологическое (не)благополучие семьи, методы воспитания, наличие условий для творческого и социального развития и т. д. Среда способствует созданию смыслов «что и зачем я делаю», задает нормы «так хорошо, а так плохо», содействует саморегуляции «так можно, а так нельзя». Иными словами, если человек появился на свет с лабильной нервной системой, от рождения обладает повышенной чувствительностью, то обстановка, в которой он растет и развивается, может скорректировать врожденные качества – как смягчив их, так и усилив.

Как обстоятельства нас меняют?

Основной строительный материал нервной системы человека – нейрон. Нейроны – клетки, отвечающие за ключевые функции организма. Они расположены в головном и спинном мозге (центральная нервная система), а также в мышцах (периферическая нервная система). Мы двигаемся, думаем, чувствуем, запоминаем, вспоминаем, обучаемся благодаря тому, что нейроны взаимодействуют друг с другом, обмениваясь информацией.

Человек рождается с 100 миллиардами нейронов, практически без связей между ними. По мере того как мы растем, взаимодействуем с окружающим миром, обретаем опыт, в мозге появляются цепочки нейронных связей – своеобразные схемы, по которым передаются нервные импульсы, определяющие нашу реакцию. В них закодированы наши эмоциональные переживания, впоследствии превращающиеся в устойчивые представления о мире.

Нас не учат, как радоваться или грустить – это врожденная программа. А вот чему именно радоваться или по какому поводу грустить – учит опыт.

С раннего детства мозг фиксирует информацию о том, что нас обижает, расстраивает, восхищает, что интересно и скучно, привлекает или отталкивает. Весь этот ценный груз знаний об окружающем мире встраивается внутрь нейронных цепочек. Чем чаще происходит событие, вызывающее определенную реакцию, тем более протоптанной (но менее осознанной) становится тропинка для передачи импульсов от нейрона к нейрону. Хорошая новость: благодаря этому свойству мы с легкостью, не задумываясь, выполняем ежедневные обязанности. Плохая: прочные связи нейронов мешают нам избавиться от вредных привычек, а также заставляют повторять один и тот же сценарий в отношениях, каждый раз наступая на старые грабли.

Как это работает? Когда мы попадаем в какую-либо ситуацию, наша память ищет в архивах аналогичный опыт: было такое или не было? На что это похоже? Какие действия здесь будут уместны? И, обнаружив подобие, включает те нейронные связи, которые были полезны в прошлом. Польза необязательно состояла в том, что наше поведение принесло непомерное счастье, но и в том, что все благополучно закончилось, мы не пострадали физически. Нейронные связи поднимают прошлый опыт, а значит, чувства, мысли и действия, которые мы испытываем в конкретной ситуации, соответствуют не столько текущему моменту, сколько тому, как мы привыкли его воспринимать.

У Татьяны были достаточно строгие родители. Они считали, что без самодисциплины и терпения в жизни не пробьешься. Фразы «не хочу», «не могу, устала» были не в почете, приравнивались к лени или капризам. «Ты все можешь!» – говорила мама. И Таня шла «мочь». Вы не подумайте, что она мучилась. Со временем девушка стала получать удовольствие оттого, что ей удавалось больше, чем другим. Умная, талантливая, целеустремленная, родители поддерживали, создавали условия для развития ее способностей.

Татьяна выросла ответственной, обязательной, требовательной к себе. Надо сказать, что такой человек всегда сохраняет требовательность и к окружающим. Татьяна привыкла смотреть на жизнь так: нет ничего невозможного, главное – желание. Здесь скрывается коварство: если все возможно, то человек не придает значения своим достижениям. Они воспринимаются как нечто само собой разумеющееся, иногда с весомой аргументацией: «Любой бы смог». Неудача, тем временем, переживается в разы драматичнее. Ведь если «главное – желание», то, выходит, плохо старалась. Картина восприятия первая, невротическая: твой успех ничего не стоит, т. к. по силам всем. Во всех ошибках исключительно твоя вина. Проще говоря, «молодец» – это не про тебя, лучше смотри, как бы не оконфузиться.

В какой-то момент у Татьяны появились сложности в романтических отношениях. Точнее, в их отсутствии. Она не прощала никаких недостатков. Один посмел опоздать на пять минут, у другого – средняя должность, у третьего слишком торчат уши и т. д. Нейронная тропинка работала так: все должно быть предсказуемо и соответствовать ожиданиям. В архивах памяти не находилось ситуаций, как обходиться с непонятным, кроме как пытаться преодолеть его или уйти прочь. Картина восприятия вторая, бессознательная: любое несоответствие вызывает смутную тревогу и ощущение потери контроля. У Тани случился срыв, она плакала, обвиняя себя, что с ней что-то не так, она не справляется, не привлекает «правильных» мужчин. На самом деле в ее истории жизни не было (или было недостаточно) опыта, как воспринимать человека, если он симпатичен, но немного не укладывается в привычные «рамки соответствия».

Нашим восприятием управляет не одна, а тысячи нейронных цепочек, и каждая имеет свой «вес». На конечный же результат влияет «критическая масса».

Приведу пример. У Серафима выдался чудесный день. С утра защитил проект на совещании, получил инвестиции. В обед съездил проконтролировать ремонт, остался доволен – все шло по плану. Вечером забрал сына из садика, тот был рад отцу. После ужина позвонил тесть и стал ворчать, что веранду на даче сделали плохо, рабочих Серафим выбрал не тех, лучше бы он (тесть) сам все сделал. Скорее всего, Серафим не расстроится. Может, слегка возмутится про себя, мол, ох уж эти родители, никогда не угодишь. В целом его восприятие разговора будет нейтральным, потому что за день произошло четыре положительных события и одно отрицательное.

А если все было так: Машина не завелась с утра, Серафим вызвал такси, но все равно опоздал на совещание. Правда, успел представить проект, и – ура! – под него выделили финансирование. Жена позвонила, сказала, что сына на выходные забирает бабушка, а значит, они смогут устроить себе романтическое свидание и наконец выспаться. По дороге домой попал под ливень и, кажется, испортил костюм. А вечером позвонил тесть про дачу. Серафим еле сдержался, чтобы не взорваться, а потом долго чувствовал себя виноватым и неугодным родителям жены.

В последнем варианте развития событий критическая масса набралась из четырех отрицательных событий, и два положительных лишь немного смягчили досаду. Во второй день у Серафима в большей степени были активированы нейронные связи, отвечающие за негативные эмоции, поэтому он быстрее включился в переживания отчаяния, раздражения и вины.

Если применить принцип восприятия одного дня на более продолжительный отрезок жизни, то картина останется неизменной.

Преобладание положительных или отрицательных событий создает «чувство того, что происходит», благодаря тому, что постоянно задействуются одни и те же нейронные схемы.

Вспомнилась еще одна иллюстрация того, как формируется восприятие происходящего, – басня Эзопа о мальчике, который кричал «Волки!» Коротко напомню: в одной из горных деревушек маленький пастух подшучивал над жителями, периодически крича «Волки!» Соседи вооружались камнями, вилами и бежали на луг, чтобы защитить овец от хищников. Увидев, что мальчишка так спасается от скуки, они ругались и расходились по домам, вскоре забывая о глупой шутке. Пастушок повторил этот трюк несколько раз, каждый – собирая вокруг себя толпу разгневанных жителей. Однажды серые хищники и впрямь появились. Мальчик в ужасе закричал «Волки!», деревенские услышали его вопли, но махнули рукой: «Да мальчишка опять дурака валяет, никого там нет». Просьбу о помощи никто не воспринял всерьез, и волки ушли сытыми.

Наш опыт влияет на то, какие смыслы мы придаем событию. Когда втягиваемся в болезненное соперничество и терпим поражение – в тот момент мы не убеждены, что никчемны, нам не кажется, мы чувствуем эту никчемность. Она уже закреплена в мозге в виде эмоциональной схемы. Мы испытываем грусть – срабатывает одна схема, при этом, будто по проводам, она передает сигналы возбуждения в другие отделы мозга, отвечающие, например, за злость или страх. Поэтому, если нам грустно, гнев, вина, тревога и прочие неприятные чувства не заставят себя долго ждать – они связаны в нашем мозге не логикой, а нейронными связями. Одно чувство непременно пробуждает другое.

Теперь вы знаете, из чего складывается система восприятия и как она устроена.

Как поменять восприятие

На вопрос «Как перестать злиться/обижаться/грустить?» я всегда отвечаю «Никак». И это правда. Нельзя перестать испытывать какое-то одно чувство, точно так же как нельзя похудеть только животом или бедрами – обязательно уйдет и в ненужных местах. Если мы подавляем негативную эмоцию, притупляется чувствительность в целом, то вот мы уже не испытываем бурной радости, сладостного удовольствия и перестаем чего-либо хотеть.

Абсолютно нормально испытывать отчаяние, печаль, ненависть, страх, гнев, стыд, злость, зависть, досаду, обиду, презрение, грусть в ответ на события, которые нас задевают.

Однако, как мы уже выяснили, наше восприятие порой рисует иллюзорные картины, не соответствующие реальному положению дел. Оттого наш эмоциональный отклик на ситуацию может быть иррациональным, слишком реактивным, ярким.

Мы не всегда можем повлиять на происходящее, но мы можем изменить свое отношение к нему. В наших силах снизить скорость, с которой мы реагируем на события.

Три правила, которые помогут изменить восприятие:

1. Вы не виноваты, с вами все в порядке – это важно усвоить. Просто ваш мозг привык работать в режиме повышенной готовности и защищаться немедленно. Когда-то ему пришлось этому научиться, и теперь в стрессовые моменты он включает автопилот.

Если родители, тренер, учителя твердили, что вы – сплошное мучение без мозгов и с руками, растущими «сами-знаете-откуда», и даже убедили вас в своей правоте, это вовсе не означает, что вы до сих пор тот самый «ребенок-недоразумение». Как минимум, вы взрослый человек с набором навыков, умений и компетенций. Точка отсчета изменилась. Поэтому, когда супруг говорит: «Дай соль, пожалуйста, салат совсем пресный», – не спешите обижаться и принимать замечание на счет своих кулинарных промахов, припоминая ворох ошибок за последние энцать лет. «Здесь и сейчас» происходит всего лишь следующее: один дееспособный человек говорит другому дееспособному человеку, что он воспринимает салат как несоленый и просит передать соль. Точка. Ваш первый подгоревший омлет, двойка по физике и несчастная любовь в 17 лет тут абсолютно ни при чем.

2. Возьмите управление на себя, научитесь реагировать на события из текущего момента. Допустим, при слове «пресный» внутри вас все закипает, воспоминания затапливают, а в голове пульсирует одно: «Какая же ты криворукая!» Скажите себе «стоп», отключите автопилот усилием воли и вернитесь из прошлого в настоящее. Спросите себя: «Насколько мои чувства соответствуют текущему моменту?»

Отрезвляющий вопрос. Быть может, вы с мужем давно в тихой ссоре, а его просьба про соль – маленькая месть, и ваше возбуждение оправдано. Но тогда стоит гневаться на него, не только на себя, вести диалог, искать решение конфликта.

Или фраза «Какая же ты криворукая!» – привычный упрек родителей, и вы вновь чувствуете себя ребенком, который только и умеет, что расстраивать окружающих?

3. Останавливайтесь и ищите другой маршрут. Пробуйте реагировать иначе: медленнее, задумчивее, дружелюбнее или наоборот – как угодно, но по-другому. Минутка психологической магии: требуется 10–14 дней, чтобы в нашем мозге сформировалась новая нейронная связь, и еще некоторое время, чтобы она закрепилась и стала привычной, поменяв восприятие.

«Пойми, как это устроено у тебя, и сделай по-другому много раз» – кому-то данный постулат покажется банальным. Но именно такой принцип способен изменить устойчивые психологические сценарии, превращающие нашу жизнь в замкнутый круг.

Подобно тому, как мы тренируем мышцы в спортзале, осознавая причины нашего восприятия и пробуя реагировать на события по-новому, мы создаем активные нейронные связи, благодаря которым меняются наши чувства и мироощущение.

То, как мы смотрим на мир, влияет на то, что мы чувствуем. И наоборот.

Глава 3. Семья глазами семейного психолога

Подумать только, что из-за какой-то вещи можно так уменьшиться, что превратиться в ничто.

Льюис Кэрролл,

«Алиса в стране чудес»

Семья как система

Семья – это система, живой организм, например, как наше с вами тело. Все части этого «организма» взаимодействуют друг с другом и функционируют сообща. Если один плачет, кричит, радуется, другой обязательно реагирует соответственно ситуации.

Семейному психологу не важен штамп в паспорте: если взрослые люди состоят в постоянных отношениях, ведут общее хозяйство, их отношения характеризуются привязанностью и наличием совместности, они – семья.

Для семьи как для системы характерен «принцип холизма» – целое всегда есть нечто большее, чем сумма его частей. Чтобы стало понятнее про холизм, приведу пример с игрушечным грузовичком. Если мы возьмем отдельные детали: колеса, кузов, фары, кабину, оси, и разложим их на столе, – грузовичок не поедет. Он даже не будет выглядеть как машина, хотя в наличии есть вся «сумма частей». Чтобы превратить груду деталей в автомобиль, недостаточно просто собрать их в одном месте, надо приложить усилие и соединить их определенным образом.

То же самое применимо и к семье: это не просто мама, папа, сын и два кота, проживающие в одном доме, а то, как устроены отношения между ними, как и чем они связаны и влияют друг на друга, превращаясь в единый, функционирующий по своим законам организм. Добавим воздействие внешних событий: повышение цен, сосед с перфоратором, хорошая погода, сезон арбузов и другие приятные или раздражающие факторы могут изменять настроение, поведение членов семьи, их общение между собой.

Для психолога семья – это в первую очередь эмоциональная система, потому что именно эмоции управляют поведением и способствуют формированию семейных сценариев.