Эннеады Плотина. Книга 3
Қосымшада ыңғайлырақҚосымшаны жүктеуге арналған QRRuStore · Samsung Galaxy Store
Huawei AppGallery · Xiaomi GetApps

автордың кітабын онлайн тегін оқу  Эннеады Плотина. Книга 3

Валерий Антонов

Эннеады Плотина

Книга 3






18+

Оглавление

Введение в Эннеады III Плотина: Мир, Судьба и Свобода Души

Эннеады Плотина — это не просто философский трактат, это духовное руководство, карта реальности и глубокий опыт мистического восхождения. Чтобы понять значение третьей Эннеады, важно помнить общую структуру его учения.

Ключевые основы философии Плотина:

1. Три Ипостаси (Принципа) бытия: Всё сущее исходит из Единого невыразимого Первоначала.

o Единое (Благо): Абсолютное начало всего, неизреченное, лишенное всяких форм и качеств. Источник бытия и блага.

o Ум (Нус): Первое эманация Единого. Это сфера чистого Бытия, Идей и Вечных Сущностей. Здесь мыслящее и мыслимое тождественны.

o Душа (Психея): Эманация Ума. Мировая Душа порождает Космос и связывает умственный мир с материальным. Наша индивидуальная душа — часть этой Мировой Души.

2. Материя: Последняя и самая слабая эманация, граница бытия, принцип не-сущего, тьмы и зла (поскольку лишена света и формы Единого).

3. Цель человеческой жизни: «Бегство одинокого к одинокому» — обратное восхождение души через самопознание и добродетель от мира тел через душу к Уму и, в конечном итоге, к мистическому соединению с Единым.

Место Третьей Энеады в corpus`е Плотина:

Если Первая Энеада посвящена в основном этике и самопознанию человека, а Вторая — критике гностицизма и проблемам материального космоса, то Третья Энеада становится мостом между ними. Она фокусируется на ключевых вопросах, которые возникают на стыке божественного и материального миров:

· Как устроен видимый Космос? Является ли он творением злого демиурга (как у гностиков) или прекрасным воплощением божественных идей?

· Что такое Судьба (Рок, Heimarmene) и Провидение? Подчинены ли мы слепой необходимости или миром управляет божественный замысел?

· Есть ли у человека свобода воли? Если да, то в чем она заключается и как ее обрести?

· Что такое Любовь (Эрос)? Является ли она лишь низким влечением или двигателем духовного восхождения?

· Как связано время с вечностью?

Таким образом, Третья Энеада — это глубокое исследование причинности, свободы и порядка в универсуме.

Ключевые трактаты III Энеады и их основные идеи:

1. III.1 [3] «О Судьбе»: Плотин отвергает стоический фатализм, согласно которому всё предопределено цепью причинно-следственных связей. Он проводит различие: тело человека подчинено судьбе (законам материального мира), но высшая часть его души свободна, так как принадлежит к умопостигаемому миру, где царит не необходимость, а свободная воля и разум.

2. III.2—3 [47—48] «О Провидении» (I и II): Это центральные трактаты. Плотин решает проблему зла: если мир создан по божественным образцам, почему в нем есть несправедливость и страдания? Его ответ: Провидение не micromanages каждое событие. Мир устроен по общим, совершенным законам, исходящим из Ума. Отдельные «несправедливости» — это неизбежные побочные эффекты жизни в сложной, иерархической системе, где низшие существа страдают от рук высших (как животные от человека), а зло — это просто отсутствие блага, ущербность материи. Космос в целом прекрасен и справедлив.

3. III.4—5 [15] «Об Эросе» и «О любви»: Плотин проводит различие между Афродитой Небесной (душой, принадлежащей Уму) и Афродитой Пошлой (душой, связанной с телом). Соответственно, и Эрос бывает двух видов: низший — стремление к телесному порождению, и высший — тоска души по своему истинному отцу, Уму, и стремление к творению в сфере красоты и духа.

4. III.7 [45] «О Вечности и Времени»: Один из самых важных и сложных трактатов. Плотин определяет Вечность не как бесконечную длительность, а как вневременную жизнь Ума, где всё пребывает в совершенном единстве, покое и полноте («все сразу»). Время же — это жизнь Души в ее движении и стремлении от одного состояния к другому. Время — это «беспокойный образ вечности», подражающий ее полноте через последовательность.

5. III.8 [30] «О созерцании»: Плотин радикально расширяет понятие созерцания. Созерцает не только философ — вся Вселенная живет созерцанием. Природа молчаливо творит, подражая идеям (это ее форма созерцания). Душа созерцает Ум, а Ум созерцает Единое. Творение — это не активное «делание», а пассивный продукт созерцания.

Почему это актуально для читателя сегодня?

Третья Энеада предлагает уникальный взгляд на извечные вопросы:

· Она учит видеть гармонию и порядок в целом, не зацикливаясь на хаосе и несправедливости в частностях.

· Она дает философское обоснование свободы: наша истинная свобода — не в возможности удовлетворять любые желания, а в способности подняться над детерминизмом материального мира через обращение к разуму и духовному началу в себе.

· Она представляет время не как нейтральные тикающие часы, а как отражение внутреннего состояния души. Чем ближе душа к вечности Ума, тем больше она преодолевает fragmentation времени.

Чтение Третьей Энеады — это интеллектуальное путешествие, которое заставляет пересмотреть самые базовые представления о мире, своей роли в нем и природе подлинной свободы.

Трактат I (3.1) О судьбе. Начало: «Все происходящее…»

О причинности, судьбе и свободе

В начале трактата Плотин устанавливает главный закон мироздания: ничто не происходит без причины. Однако он сразу усложняет картину, показывая, что причинность — не однородный механизм (как у стоиков), а сложная иерархия: от самодостаточной деятельности вечного Ума до переплетения множества частных причин в материальном мире. Это основа для его дальнейших рассуждений о том, как в этом причинно обусловленном мире возможна подлинная свобода человеческого душа.

Текст Плотина (Эннеады III.1, начало)

«Все происходящее и существующее либо происходит и существует по причинам, либо оба — без причины; либо одно — без причины, другое — с причиной в обоих случаях; либо все происходящее — с причиной, а из существующего одно — с причиной, другое — без, или же ничто — с причиной; либо, наоборот, все существующее — с причиной, а из происходящего одно — так, другое — иначе, или же ничто из них — с причиной… Поскольку же все происходит по причинам, ближайшие причины каждого легко установить и к ним свести [его действия]…»

Плотин начинает трактат не с утверждения, а с логического перебора всех возможных вариантов отношения причины и следствия в мире. Он структурирует проблему, как геометр, прежде чем дать решение. Его цель — опровергнуть теории случайности (как у эпикурейцев) и слепой предопределенности (как у стоиков), чтобы утвердить собственную, иерархическую модель причинности.

1. Логический фундамент: Классификация всех возможностей

Прежде чем говорить о судьбе, нужно рассмотреть все логически возможные отношения между вещами и их причинами. Мир состоит из того, что «существует» (например, вечные идеи, законы, душа) и того, что «происходит» (события, действия, изменения). Для каждого из этих аспектов можно предположить четыре варианта:

1. Все имеет причину.

2. Ничто не имеет причины (полный хаос).

3. Существующее имеет причину, а события — нет (мир стабилен, но события случайны).

4. События имеют причину, а существующее — нет (все события предопределены, но основы мира беспричинны).

Плотин методом исключения приходит к выводу, что единственно разумная позиция — это признание тотальной причинности. Беспричинность — абсурд.

Комментарий:

Г. В. Малеванский (дореволюционный русский переводчик): «Плотин… желая опровергнуть учение эпикурейцев о случайном отклонении атомов (κλίσις), а вместе и всех вообще, допускающих беспричинность чего бы то ни было в мире, предпосылает своему исследованию диалектическое разделение всех возможных случаев отношения между причиной и следствием… дабы показать, что из всех возможных гипотез только одна заслуживает внимания — та, по которой все имеет свою причину» [Малеванский Г. В. Философия Плотина. Т.1. Санкт-Петербург, 1914. С. 325].

А. Ф. Лосев (советский исследователь): Этот логический перебор — не схоластика, а «метод исчерпывающей дихотомии», характерный для платоников. Он служит для очищения ума читателя от ложных предпосылок, чтобы подготовить его к восприятию истинной, умопостигаемой причинности, отличной от физической [Лосев А. Ф. История античной эстетики. Т. VI. М., 1980. С. 592—593].