Синопсис кинопроекта «Глобальная Волна: разумный Эфир и Сфираль Времени»
Формат и тип: полнометражный документально-художественный фильм (нонфикшн, 90–110 минут), сопровождаемый публикацией книги-сценария и полным проектным пакетом (для адресного предъявления лицам, принимающим решение).
Центральная идея: в эпоху, когда официальные институты — государство, академическая наука, бизнес — запаздывают и теряют эффективность, новые идеи, технологии и формы объединения рождаются снизу, через личную инициативу. «Глобальная Волна» — это фиксация реального процесса: как разрозненные исследователи, изобретатели и мыслители, без денег и идеологии, сливаются в живое движение, ощущая исторический момент свития.
Проект не агитирует и не доказывает — он показывает через конкретных людей в конкретной стране, позволяя зрителю (и ЛПР) самостоятельно осмыслить: почему прорывные разработки существуют, но не внедряются, и как это меняется прямо сейчас.
Главный герой и ось повествования: Ярослав Старухин — бывший участник политической системы, консультант по управлению, автор тысяч видео и эфиров. После выхода из аппарата он берёт камеру и начинает фиксировать поток идей: изобретателей, которых игнорируют, исследования, не доходящие до внедрения. Старухин не учёный и не лидер в классическом смысле — он социальная ось, точка сборки. Он соединяет людей, создаёт публичность, удерживает диалог, несмотря на отсутствие поддержки. Его траектория — от частной фиксации к осознанному движению вверх, к уровню принятия решений, с убеждением: изменения возможны только через прямое включение высшего уровня и масштабирование через женское измерение.
Ключевые линии и герои:
— Александр Кушелев (лаборатория «Наномир»): независимый исследователь на границе физики. Показывает эксперименты с эфирными эффектами, электромагнитными установками (включая аналоги EmDrive), измерения без обещаний «быстрых чудес». Его линия — проверка реальности фактами: эффекты есть, но вне официальной картины мира.
— Олег Басаргин: разработчик модели «Сфираль» — топологической структуры времени как зеркально-антисимметричного процесса. Перешёл от предпринимательства к фундаментальным исследованиям. Демонстрирует архитектуры вычислений, логики ИИ, где время не линейно, а объёмно. Его вклад — практическая глубина: древние символы соединяются с современными моделями.
— Эпизодические резонаторы: Зарина Тагаева (женская линия ритмов, эмоциональное и социальное масштабирование), Вадим Горин (телесные практики, работа с состояниями), доктор Игорь Светочев (медицинский контур), Андрей Морев (историческая глубина названия движения) и другие. Они усиливают поле, показывая человеческий масштаб.
Конфликт: не между людьми, а между объёмной реальностью живых процессов и линейными моделями (бюрократия, рынок, академия). Сопротивление проявляется комично и узнаваемо: предприниматели требуют KPI и быстрых денег, чиновники — отчётов, научная среда — игнора. Разрыв: технологии существуют, но без общественного запроса; исследования честны, но не вписываются в витрину.
Структура повествования: нелинейная, сфиральная — нарастание плотности событий (69 сцен, без классических актов). Три фазы, разделённые на отрезки:
Фаза I. Зарождение (отрезки 1–2): Старухин в пути — город, дороги, размышления о времени и суете. Перебирает старые контакты, осознаёт «после системы». Берёт камеру — простое действие рождает поток: первые съёмки изобретателей, накопление контента без монетизации. Появляется название: «Это похоже на волну — она сама идёт». Первые резонансы — отклики, встречи с Моревым. Знакомство с Кушелевым (лаборатория, спокойные эксперименты) и Басаргиным (мастерская, разговоры о времени). Первое пересечение линий — ощущение начала свития.
Фаза II. Свитие и сопротивление (отрезки 3–4): линии углубляются: Кушелев продолжает измерения независимо от публики; Басаргин показывает коды и модели, иронизируя над отказами. Вводятся телесные практики Горина (контраст абстрактного с человеческим) и женская линия Тагаевой (ритмы как сила объединения). Сопротивление нарастает: встречи с предпринимателями (комизм — «где деньги?»), чиновниками (абсурд форм). Старухин осознаёт разрыв: «Мы боимся будущего, о котором говорим». Женская группа собирается быстрее комитетов — закладка масштабирования.
Фаза III. Выход в общественное поле и предъявление (отрезки 5–6): Волна перестаёт быть частной. Подготовка обращения: согласования, материалы, роли. Препятствия — задержки, формальности. Старухин сводит линии в пакет: исследования Кушелева готовы, технологии Басаргина — факт. Кульминация — прямая встреча на высшем уровне: предъявление процесса без лозунгов. Финал: синхронизация — кадры лабораторий, мастерских, встреч, людей в городах. Старухин в пути: «Волна идёт». Открыто: процесс устойчив, запрос сформирован.
Визуальная и звуковая архитектура: строгая система (золотое сечение в композиции, трёхпалитровая цветовая гамма: теплое золото для живых процессов, структурный синий для анализа, инверсионный фиолет для переходов). S-переходы света/звука/камеры задают ритм. Минимализм музыки, приоритет реальному звуку среды. Это усиливает документальность без удорожания.
Реализуемость и производство: опирается на реальность: существующие люди, локации (лаборатории, мастерские, дороги), архивы (тысячи видео Старухина). Мобильная съёмка, естественный свет/звук, компактная группа. Бюджет управляемый, риски минимальные. Юридически чисто (согласия участников).
Актуальность и потенциал: именно сейчас — линейные модели трещат, идеи разрозненны, но совпадают по времени. Проект фиксирует момент: Россия как источник новых парадигм (эфирные технологии, объёмное время). Запуск адресный (закрытые показы для ЛПР), затем фестивали, онлайн. Международный резонанс — универсальные темы времени, объединения, кризиса старого.
Это не просто фильм — начало процесса. Волна уже здесь: готова ли система её услышать?
