Оглавление

Книга «Иной мир»

Часть четвёртая

Глава 1

— Мы могли бы быть вместе, Никита, но это, к сожалению, невозможно, потому что ты уходишь, а я остаюсь, и этого не изменить. Жаль, ведь я хочу быть с тобой, хочу обнимать и целовать тебя, чувствовать твоё тепло, быть желанной и любимой, быть твоей. Ты, наверное, думаешь, что я такая со всеми? Отвечу честно, ведь врать смысла нет: то, что сейчас чувствую, со мною впервые. Раньше многие пытались подкатить, но я обламывала их. Что же нашла в тебе, так и не отвечу, даже самой себе, но знаю точно — я могла бы быть с тобой. Ты — мой человек…

Всё, что говорила Маша, я старался не принимать близко к сердцу. Не знаю, что она напридумывала, и какое количество воздушных замков успела возвести, но уверен в одном — это просто секс, и точка. Какие, к чёрту, могут быть чувства? Она остаётся здесь, в нормальном мире, а я отправляюсь туда, в неизвестность, и что меня там ждёт, знает лишь Господь Бог, но он не скажет, сколько ни упрашивай. Решил быть жестоким:

— Машуль, что бы ты ни говорила, не верю ни единому твоему слову. Первый я такой, или сто первый, фиолетово. Мы сейчас с тобой где? Мы в кровати. Что мы с тобой делали? Занимались сексом. Не любовью, заметь, а именно сексом. — Последние слова произношу по слогам: — Сексом без обязательств.

Удивительно, но ожидал другой реакции. Видимо, Вселенная решила сломаться. Маша сломала её, она словно не услышала, что я ей сказал, обняла ещё сильнее, поцеловала и ласково прошептала:

— Давай спать, Никита, завтра нас ждёт трудный день…

Вечеринка, устроенная в мою честь, продолжается. Хотя, кого я обманываю? Она, судя по возрастанию громкости музыки, только перешла в стадию разгара. Я был уверен, что пляски и поглощение спиртных напитков затянутся до утра, а может и дольше, но меня здесь уже не будет. Люди, работающие на Тёмное Будущее, веселиться умеют, а вот мне не весело, потому что неопределённость и безысходность давят. И чёртово дежавю к ним подключилось. Ощущение, что всё это уже происходило, противно зудит мозг, в голову лезут какие-то нелепые воспоминания. Что вообще происходит?

«Маша была беременна от меня, но умерла…» — это одно из воспоминаний, неизвестно откуда появившееся в моём хмельном мозгу. Вискарь, что ли, палёный попался? Или… Нет, не верю, выпивка точно была хорошей, в этом я, конечно, не профессионал, но и далеко не дилетант. Хотя, кто его знает, от покупки палёнки никто не застрахован.

Батюшки, Ермак, да ты, похоже, того, с крышей прощаешься! Вот-вот она встанет на колёса и со шлейфом умчится вдаль. Новые воспоминания, одно другого хлеще по бредовости, заливались в мой опьяневший мозг. Какой-то Боков и говорящий медведь. Горы, погоня…

Тяжёлые наркотики на это способны? Вероятно, да. Неужели кто-то решил подшутить надо мной и споил мне лютую синтетическую хрень веселья ради? Если так, то после отходняка я найду этого весельчака и вышибу ему несколько зубов. И не только…

Поток бреда усилился, он не поддаётся контролю. Воспоминания из жизни, которой не было и быть не могло, хлынули как цунами. На физическом состоянии это отразилось негативно — дико закружилась голова и жутко затошнило. Всё, что было съедено и выпито, устремилось наружу. Оттолкнув Машу, я спрыгнул с кровати. Упав на пол в коленно-локтевую позу, наконец-то дал волю разбушевавшемуся желудку. А ещё я вспомнил, вспомнил всё!

Мозг, не готовый к подобным нагрузкам, решил, что самое время отдохнуть и просто выключился. Неприятно получилось…

Вода была ужасно холодной, но благодаря температуре отлично справилась со своей задачей — я открыл глаза и осознал себя сидящим в ванной у стены. Напротив, хмурясь и потирая подбородок, сидел Владимир Росс. Если бы он знал, как я рад его видеть! Если бы они все знали, что было, и что удалось изменить, то радовались бы больше меня. Но, увы, этот истерический смех со слезами на глазах — только моя участь. Плевать, что холодно и зубы цокают как пулемётная очередь, я счастлив!

Видимо, моя радость была расценена неверно — Росс снова включил ледяную воду и начал активно махать перед лицом душевой лейкой. Успокоившись и прополоскав рот, я сплюнул, и жестом показал — хватит.

— Полегчало? — спросил экзекутор, выбросив в ванную орудие пыток. Ничего не изменилось, дядька у меня немногословный. О том, что мы родственники, он пока не знает, но это его проблемы. Я, как бы сильно этого ни хотел, эмоции удержать не смог.

Наплевав на наготу и головокружение, вскочил и обнял Росса. Для него это стало неожиданностью и первые пару секунд он бездействовал. Затем, как и положено, отлепил меня от себя, развернул, и повёл к выходу из просторного санузла. Тихо сказал:

— Не знаю, что с тобой происходит, Ермаков, но уверен — тебе нужно выспаться. Этим ты сейчас займёшься…

Покорно дойдя до кровати и попутно собравшись с мыслями, я хотел начать важный разговор, но случилось неожиданное — осознал, что помимо меня в моей голове теперь проживает ещё кто-то. И этот кто-то смеет командовать:

«Ничего не говори, просто ложись на кровать и укройся, а затем прими позу эмбриона и пробормочи, что тебе уже полегчало, но поспать всё же не помешает. Скорее всего, этого будет достаточно, чтобы Росс ушёл. Даже если не уйдёт, это мало что изменит, потому что ты будешь делать именно то, что он сказал. Во сне организм лучше всего адаптируется к изменениям, а они нам нужны. И не спрашивай, кто я. Для начала выполни всё, что тебе сказано!».

С крайне идиотским выражением лица я лёг, накрылся одеялом, свернулся калачиком и пробормотал:

— Перепил я, Старый, но мне уже легче. И да, ты прав, поспать не помешает. Жаль, что Маша убежала, с ней намного теплее было бы…

Сжав кулаки, Росс просверлил меня взглядом, но промолчал. Резко повернувшись, он удалился из комнаты бесшумно, словно хищник. Даже дверь умудрился закрыть так, что я ничего не услышал. Дядя Вова сильно разозлился, потому что была затронута больная тема — Машу он считает кем-то вроде дочери и сильно ревнует меня к ней. Ничего, скоро перестанет. Скоро всё изменится.

«В этом я не могу с тобой не согласиться. Большие изменения грядут, и ты будешь тем, кто их создаст. Благо, у нас имеется огромная информационная база из будущего, потому что настоящего, из которого ты и я прибыли, больше нет. Каким будет новое настоящее — зависит только от нас с тобой. Мы пока единственные, кто знает обо всём».

Так, из ума я точно не выжил, не могло такого случиться. Происходит нечто другое, в чём пока не разобрался, но уверен на все сто — это не раздвоение личности.

«Ты не прав, Ермаков, потому что по факту, оперируя медицинскими терминами, я именно вторая личность, существующая в твоей голове абсолютно независимо. Так сказать, над-личность или, если такой термин вообще существует, под-личность. Первенство мне не дано, поэтому об управлении физической оболочкой даже не мечтаю. Мои полномочия узкие, они несут чисто вспомогательный характер. Я твой личный помощник. Можешь звать меня Основой, или как тебе заблагорассудится, потому что имя беспокоит в последнюю очередь. Плевать на имя, в общем. И на многое другое, не касающееся главной цели, тоже плевать, потому что я — создание искусственное, намеренно помещённое в твой разум, но перед этим умело сгенерированное интеллект-системой. В двух словах — персональная программа-помощница. Понимаешь теперь, с кем имеешь дело?»

— Понимаю, что ничего не понимаю, — пробормотал я. — Ты, это, можешь более понятливо объяснять?

«Куда ещё понятливее, Никита? Хотя, ладно, попробую проще, раз ты такой тупой. Я — скопированная часть твоего сознания, скачанная интеллект-системой, а затем модернизированная для выполнения цели, которой является проект Основа. Мы с тобой, хочешь ты этого или нет, теперь компаньоны до тех пор, пока не будет выполнено основное задание, на которое ты подписался. Дал согласие — пожинай плоды. Но, чтобы сильно не расстраивать, расскажу кое-что ещё. Первое и главное — теперь ты без труда способен получать любую информацию из своей ДНК или ДНК погибшего в несуществующем настоящем друга Александра Бодрова. Интеллект-система зачем-то скопировала часть информации из его ДНК и загрузила в твою. Теперь она доступна мне и тебе. Копаясь в ней, начинаю понимать, что интеллект-система поступила верно. Там много полезного хранится, в будущем ты обрадуешься возможности это просмотреть. Интеллект-система Основы только кажется примитивной, но на деле таковой не является. В этом мире вряд ли сыщется хоть кто-то, способный делать то же, что она».

Голос замолчал. Я тихо спросил:

— Второе будет?

«Конечно будет, как без него? Второе не менее полезно, и тоже завязано на ДНК. При желании и твоём согласии могу обучать тебя всему, что знали и умели твои предки. Эффективность знаний даже не ставится под вопрос, потому что знание — это сила. С умениями, увы, не так просто. Научить разум не проблема, но с телом уже сложнее, его придётся тренировать и этим мы займёмся с завтрашнего дня. На этом всё, пожалуй. Теперь ты будешь спать!».

— А если я не хочу спать? — с вызовом спросил я. — Ты вообще понимаешь, что со мной произошло, и чего я сумел избежать? Нет, с таким перевозбуждением нервной системы о сне даже говорить не стоит!

«Ошибаешься, Ермаков. Заставлять тебя спать, благодаря интеллект-системе, я могу. Кстати, это очень полезное свойство, засыпать при одном желании. В будущем ты не раз поблагодаришь Основу за щедрый подарок. А теперь спи!».

Я усмехнулся и хотел ответить, что усыпить меня под силу только цистерне снотворного, но понял, что действительно ошибался: сон налетел так же неожиданно, как налетает на зазевавшуюся газель голодная львица — без шансов. Не успев воспротивиться, уснул…

***

Не каждому дано испытать то, что случилось со мной. Возможно, я в своём роде единственный. Ну а как иначе, спрашивается? Вандалов, взламывающих время, до меня точно не было. Именно мне посчастливилось вернуться в прошлое, при этом уничтожив настоящее и сохранив всю память о нём. Теперь настоящее — это прошлое. И никаких копий меня. Вандализм со временем — налицо! Это, так сказать, второй шанс. И его нужно не упустить.

«Соглашусь с тобой, Никита, это можно считать вторым шансом. Но не обольщайся, бессмертия ты не получил. Остался таким же, как и раньше, одна роковая ошибка и жизнь закончится. Человек хрупок, а значит, должен быть осторожным. И уясни — третьего шанса не будет».

Дверь приоткрылась, в щель просунулась голова Росса и скомандовала:

— Подъём, Ермаков. У тебя десять минут, чтобы собраться.

Основа приказала: «Задержи его!».

— Встаю, — лениво ответил я, даже не подумав выполнить распоряжение. Когда Росс ушёл, я тихо поинтересовался:

— И зачем мне нужно было его задерживать? Доброго утречка пожелать, в щёчку чмокнуть или ты что другое имела в виду? Если физическое воздействие, то нет, задерживать его не буду ни за какие награды, потому что это чревато переломами и другими малоприятными повреждениями.

«Паясничать будешь с Машей, со мной не надо. Я требую — ты выполняешь. Хочешь ты этого или нет, но плану, разработанному интеллект-системой, нам придётся следовать. Он максимально безопасен, что автоматически снижает вероятность гибели. Ты ведь не хочешь сдохнуть? Если нет, тогда выполняй, что требую. Советоваться, кстати, не запрещаю. Желаешь узнать, как мы изменим ближайшее будущее?».

— Валяй, — ответил я и направился в ванную. Пока не приму душ, никуда не поеду. В прошлый раз такой роскоши себе не позволял. Сейчас всё иначе.

«Если забыл, я напомню: совсем скоро вас сольют Светлым и начнётся перестрелка возле двух забегаловок на трассе, в которой погибнут многие, а Владимир Росс получит ранение в руку. Это известное нам будущее, но новое может стать другим. Не исключена гибель тебя и Росса. Нам это надо? Нет, не надо. Мы ситуацию обыграем, сделаем всё, чтобы её не было. Михаил Устюгов — человек, который слил Светлому Будущему информацию о точке открытия портала. Возможно, он и маршрут слил. Сообщи это Россу. И да, тут я тебе не советчик, импровизируй, но убеди его, что инфа стопроцентная. Ну и немного расклада на грядущее — Владимир Росс отправится в портал вместе с тобой, а Маша останется здесь, и это не обговаривается. Понял меня?».

Выйдя из-под струй воды я сплюнул и прорычал:

— Чёрта с два я её одну в этом мире оставлю. Маша пойдёт со мной. Так безопаснее!

«Ладно, пусть идёт, переубеждать всё равно смысла нет, интеллект-система предусмотрела это, она отлично предсказывает тебя…».

Остановившись возле машины, в которой дожидался меня Росс, я попытался вспомнить то, что уже происходило:

Сейчас мы поедем в промзону Кемерово, чтобы осмотреть мою Тойоту и всё, что в неё положили. Кирилл, Марат и Боря — сотрудники Тёмного будущего, которые нас там встретят. Первые двое заведуют транспортом и всем, что его касается. Последний рулит по части оружия. Парни они нормальные, вот только я успел позабыть, как выглядят. Быстро, однако, память ненужное выкинула.

Позже нас в промзону подтянется Василий, и его я помню. Точнее, помню строгий костюм, а вот рожу забыл, хоть убей.

Примерно в девять часов утра начнётся основная движуха — приедет фура, в которой повезут Тойоту, я потрачу остатки денег на патроны, несколько раз всё перепроверю, но так и буду нервничать и думать, что всё равно забыл что-то важное. Как же хорошо, что всё пройдено и сейчас беспокоиться не о чем.

«Не обольщайся, Ермаков, беспокоиться придётся. И не стой столбом, садись в машину!».

— Иди ты лесом, — ласково подсказал я направление второй личности, с сожительством которой придётся смириться, потому что это точно не на пару дней.

Над-личность не ответила. Обиделась, наверное.

Окно бизнес-седана бесшумно опустилось и послышалась сердитая команда:

— Сел в машину, Ермак. Резко, мать твою!

Открыв дверь и мощно опустившись на сиденье, я буркнул:

— Маму мою не трогай…

Всё-таки успел позабыть, кто такой Владимир Росс, и что он может. Пистолет, только что неизвестно где находившийся, возник в его правой руке. Я ощутил виском холод металла. Затем прозвучал вопрос:

— Люди не меняются за одну ночь — верно, Никита?

— Не понимаю, о чём ты, — стараясь сохранить невозмутимость, ответил я. — И… Михалыч… это… ствол-то убери! Не люблю я, когда оружие к башке приставляют!

Голос подвёл, проглотил некоторые слова, и вообще, весь ответ получился какой-то сумбурный. Ещё неопознанная личность в голове, с мыслей сбивает:

«Росс, похоже, раскусил тебя. Это было ожидаемо, потому что вернувшийся, ты отличаешься от себя прежнего. Манеры изменились, самоуверенности прибавилось. Это не предположения, а факты, которые я вывела только что при изучении твоей памяти. Наверное, единственно правильное действие в данной ситуации — сказать правду. Решай сам, а я умываю руки. Понадоблюсь — позовёшь. Но уже после, как проблему решишь».

Вот наглая! Кинула в самый неподходящий момент, над-личность фигова…

Медленно повернув голову, чтобы не провоцировать, я скосил глаза на пистолет, теперь смотрящий в лоб, и спросил:

— В чём проблема, Старый? Я что, где-то накосячил?

Замах и последующий хруст… Да, зря я поворачивался, удар пришёлся в переносицу. Из носа хлынула кровь, а в глазах закрутились микроскопические планетки. Пока пытался оклематься, Росс вытащил меня из машины, приложил башкой об бетон, и крайне быстро сковал наручниками. Всё это длилось, по ощущениям, не больше трёх секунд. Нормальное восприятие реальности вернулось, когда я уже лежал на спине.

— Было больно… — буркнул я.

Ещё мне было дико обидно, но я об этом не сказал.

— Ты изменился, Никита, — тихо заговорил дядя Вова, всё так же направляя оружие в лицо. — Вчера я наблюдал испуганного парнишку, который не врубается в происходящее, но всеми силами пытается показать, что он никого и ничего не боится, а путешествие в новый мир для него что-то вроде развлечения. Знаешь, на чём провалился? Взгляд тебя выдал, Ермаков. Глаза, они врать не умеют. Я вижу, что они не врут, читаю в них дикую самоуверенность, которой там быть не должно. Откуда она?

Что я мог ответить? Соврать или правду сказать? Ещё кровь, хлещущая из носа, не хочет останавливаться. Надо срочно выкручиваться из ситуации, в которую сам себя загнал.

— Иди ты, Росс! — рявкнул я. — Твой метод принуждения — полный отстой! Хочешь нормального разговора, тогда убери ствол себе в задницу, освободи мне руки и, особая просьба, дай платок или салфетку. Ещё можешь башкой об асфальт треснуться, я этому очень обрадуюсь. Над последним пунктом поразмысли, он важен!

Как ни странно, это подействовало. Пистолет оправился в кобуру, а я оказался вздёрнут на ноги. Посмотрев мне в глаза, дядя Вова прошипел как змея:

— Не знаю, откуда ты узнал мою фамилию, но я тебе обещаю, ты мне всё расскажешь. Всё, до малейших подробностей!

Наручники не снял, пришлось сесть в машину со скованными руками. Зато с носом повезло, в него Росс небрежно запихал пару влажных салфеток. Запустив мотор и направив машину к воротам, родственник-экзекутор достал телефон, кого-то вызвал и холодным голосом доложил:

— Возникли небольшие проблемы, мы немного опоздаем. Пока всё в штатном режиме, планов не меняем.

Наверное, пора. Скажу многое, но не всё. Поверит — хорошо. Не поверит — буду рассказывать ещё и ещё, пока не получу нужного результата.

— Я, как бы бредово это ни звучало, правда, стал другим. И ты, хвалю наблюдательность, это увидел. Поставь себе пятёрку, заслужил. А мне кол влепи. Обоснованный, кстати, за то, что прокололся. А если по-честному — я и не пытался скрывать. Вчера, когда меня дико тошнило, это был не перепой, потому что выпил с гулькин нос. Это был, как бы помягче выразиться, перенос сознания сквозь пространство и время. Мне пришлось прибыть из будущего. Из того, где ты давно умер, а я был в шаге от смерти. Веришь?

— Не верю. — Росс глянул на меня исподлобья. — Чтобы поверил, тебе придётся привести аргументы. Постарайся, потому что единственное, во что я пока готов поверить — ты агент Светлых. Если не переубедишь, методы будут применены более изящные. Будь уверен, Никита, правду из людей вытягивать мне так же привычно, как убивать.

Выплюнув сгусток крови на коврик, я начал рассказывать:

— Ты не помнишь своего детства, и юношества не помнишь. Твоя память началась с больницы КГБ, ты себя осознал там. Отчество у тебя Михайлович, и оно настоящее, потому что твоего отца зовут Михаил Росс. Всё, что было до больницы, из твоей памяти намеренно стёрто, и сделал это твой отец. Я, это не шутка, твой племянник, потому что моя мать, Людмила, твоя старшая родная сестра. Моего отца звали Андрей Ермаков. Он и мама погибли, пытаясь спасти меня. Ты был свидетелем их гибели, и ты тот, кто меня спас. Мы с тобой не из этого мира. Мы из мира, в который я совсем скоро отправлюсь.

— Попытка номер один провалена.

Дядя Вова следит за дорогой, но можно не сомневаться, периферическое зрение у него работает отлично, каждое моё движение он контролирует.

— Никита, сказка получается красивая, но фактов я пока не услышал. Ты продолжай, слушаю тебя внимательно.

Честно сказать, надежд, что этого хватит, чтобы убедить Росса, я не строил. Радует, что информации в запасе навалом. Продолжаю:

— Начну с ближайших событий и закончу крайними, после которых я вернулся сюда, в прошлое. Самое важное — то, что случится в скором времени и закончится для тебя серьёзным ранением в руку, наступит совсем скоро. Произойдёт это на трассе, возле двух кафе, которые называются Арарат и Дары Сибири. Там нас прижмут бойцы Светлого Будущего, но мы, пусть и дорогой ценой, одолеем их. Человека, слившего нас, знаю, его зовут Миша Устюгов. Информация стопроцентная, услышанная от тебя в скором будущем, которое уже не случится.

— Помолчи, — попросил Росс и набрал чей-то номер. Прошло несколько секунд, и он дал команду: — Устюгова упаковать и доставить в промзону. Желательно так быстро, чтобы, когда я приеду, он уже дожидался меня в особой комнате Бориса и был готов рассказать всё, что знает и не знает. Выполняй.

Закинув телефон в кармашек, дядя Вова многообещающе сказал:

— Учти, Ермаков, если сказанное тобой окажется ложью, всё, что испытал Устюгов, ты испытаешь в десятикратном размере.

Мысленно пожелав неизвестному Мише Устюгову расколоться как можно быстрее, я продолжил:

— После перестрелки тебя увезут в неизвестное мне место, наверняка в больничку, а мы с Машей поедем к Енисею. Отправление пройдёт в нормальном режиме. Новый мир встретит меня пещерой и пропастью, но глобальных неприятностей в ближайшем будущем не предвидится. Будет что-то среднее между пикником за городом и путешествием по африканским джунглям голышом. Цветочки, в общем. Ягодки будут позже, и будет их много.

— Попробую угадать, — буркнул Росс. — На тебя выйдут Светлые?

Я качнул головой:

— Нет, не выйдут. Правильнее будет так — мне придётся участвовать в некоторых событиях, которые касаются конторки «Светлое Будущее» и её дальнейшего благополучия. Точно не скажу, но уверен, что всё не так просто, как мне казалось на тот момент. Есть гипотеза, достоверно не подтверждённая, но стремящаяся к этому, и она такова: многое из того, что со мной происходило, дело рук твоего отца, Михаила Росса. Он был и остаётся человеком, способным на многое, вот только какие цели были им преследуемы, пока не узнал. В этот раз, надеюсь, узнаю.

— Я не понимаю твоей болтовни, Ермаков. Говори фактами. Убеждай меня.

— Если бы я мог вылить на тебя ведро фактов, то уже сделал бы это. — Я тяжело вздохнул через рот и продолжил: — Поначалу думал, смогу легко убедить тебя, что говорю правду, а теперь понимаю, что большее из известного мне — чепуха, которая тебе мало о чём расскажет. Разве что твоя рука, которая с детства страдает, поможет. Ей ведь постоянно достаётся, я прав?

Росс еле заметно кивнул:

— С рукой верно, она у меня невезучая. Но этого мало, расскажи что-нибудь ещё. Если мы контактировали с тобой там, до того, как я умер, то, возможно, я рассказал тебе что-то такое, чего ты знать сейчас никак не можешь. Напряги извилины.

— Напрягаю, да не напрягаются. Головушка думать отказывается, потому что какой-то дурак посягнул на её неприкосновенность. Прибил бы, да совесть не позволяет трогать единственного родственника…

Вторая личность проявила себя вовремя:

«Было бы что напрягать, да, Никита? Но напрягать нечего, признай. Твой мозг извилинами не блещет, он ровный как шар для боулинга. Странно, что там нашлось хоть немного места для меня. Везение, не иначе. Ну да чёрт с ним, с мозгом, какой есть, такой есть, другого не будет, переходим к делу. Росс готов поверить, потому что дядька умный. В отличие от тебя, заметь. Чтобы поверил, тебе нужно сказать следующее: полковник Синицын, когда ты очнулся, сказал, что путешествие закончено, Володь, можешь рассказывать всё, от меня у тебя не должно быть секретов. Но ты не смог ничего рассказать, потому что рассказывать было нечего. Память, её не стало. Стёрли, словно опухоль вырезали, при этом ничего другого не задев. Говори это Россу слово в слово, Ермаков. И как-нибудь поблагодари за то, что он умер в несуществующем будущем, благодаря этому у нас есть его воспоминания».

Мысленно послав вторую личность туда, куда обычно посылают всех, кто ведёт себя неправильно, я чётко повторил:

— Полковник Синицын, когда ты очнулся, сказал так: путешествие закончено, Володь, можешь рассказывать всё, от меня у тебя не должно быть секретов. Ты не смог ничего сказать, потому что рассказывать было нечего. Память, её не стало. Стёрли, словно опухоль вырезали, при этом ничего другого не задев.

Невозмутимость не покинула лицо дяди Вовы. Глядя на дорогу, он сказал:

— Мы подъезжаем к промзоне. Будем минуты через три. Пока молчи, не сбивай меня с мыслей. И считай, что у тебя почти получилось убедить. Разберусь с предателем, тогда и решу, что делать с тобой…

Почти — не то, что я хотел бы услышать, но надеюсь, что зерно веры уже посажено и стремительно всходит. Михаил Устюгов, сливальщик, должен стать удобрением, которое даст ему стремительный рост. Уверен, что минут через двадцать-тридцать дядя Вова будет менять все планы. Главное, чтобы не поменял место отправления. Других порталов и даром не надо, потому что тот, через который уже выходил, проверен на сто процентов и ведёт в нужную точку материка. Я не собирался кардинально менять будущее, его нужно только немного подкорректировать.

«Надо бы добить родственничка, Ермаков. Скажи ему следующее: Кира ушла в три ночи. Ты сделал вид, что спишь, потому что сил попрощаться не было. Дверь закрылась и слёзы хлынули из глаз. Больше вы не виделись, хоть это и не было проблемой при твоих возможностях. С тех пор прошло больше двадцати лет, но чувства к ней по-прежнему бушуют в твоём сердце. Ты любишь её, но не можешь признаться в этом самому себе».

Нет, я не хочу этого говорить, потому что информация слишком личная. Ты меня слышишь, Основа?

«Конечно слышу, все твои мысли мне доступны. И требую сказать всё слово в слово. Не скажешь — заставлю. Будь уверен, методы воздействия на тебя у меня имеются. Хочешь ощутить всю их прелесть?».

Пожелав над-личности заблудиться в клетках моего мозга, я собрал волю в кулак и тихо заговорил:

— Кира ушла в три ночи. Ты сделал вид, что спишь, потому что сил попрощаться не было. Дверь закрылась и слёзы хлынули из глаз. Больше вы не виделись, хоть это и не было проблемой при твоих возможностях. С тех пор прошло больше двадцати лет, но чувства к ней по-прежнему бушуют в твоём сердце. Ты любишь её, но не можешь…

Росс ударил по тормозам, ремень безопасности натянулся и тем самым спас моё многострадальное лицо от встречи с салонным пластиком. Визг шин послышался где-то позади, затем почувствовался не слишком сильный удар. Ну всё, приехали!

Быстро вызвав кого-то по телефону, Росс сказал:

— Мы в пяти километрах, попали в ДТП. Присылай на оформление знакомый экипаж и за нами машинку вышли. Жду. — Отключив звонок, дядя он грозно посмотрел на меня и прорычал: — Считай, что я поверил тебе, потому что того, что ты сказал, кроме меня в настоящем не знал никто. Совет на будущее: постарайся забыть эту информацию. Не подведи.

Росс покинул салон, потому что водитель старенькой Лады, прилипшей к заду нашей машины, уже маячил у окна. По его лицу видно, что виноватым себя не считает и готовится отстаивать правоту. Дистанцию надо было соблюдать, тогда бы не въехал, хотя и дядя Вова тоже виноват.

К моему удивлению, экипаж ДПС приехал спустя семь минут после ДТП. За нами приехали ещё через две минуты. Оперативно работают…

Глава 2

В прошлый раз мне не удалось побывать в закрытых помещениях организации Тёмное Будущее. Сейчас всё иначе.

Особая комната похожа на зубной кабинет и столярную мастерскую одновременно. В массивном кресле сидит человек, конечности и тело которого прочно стянуты ремнями. Выглядит неважно. Хотя, чего таить, скажу правду — выглядит Миша Устюгов так дерьмово, что самому лютому врагу не пожелаешь. А вот Боря, тот самый повторюша-оружейник, само солнышко, светится от радости. Кровь, от которой начинает подташнивать, везде. Картину дополняют сильный запах мочи и дерьма.

Увидев Росса, Боря затарахтел:

— Этот гавнюк всё мне рассказал, всё-всё, гавнюк такой. Я спрашивал, он молчал. Молчал, но я ведь умею спрашивать. Там подрезал, тут подпалил, где-то саморезик завернул, а где-то молоточком подстучал. У меня и не такие говорить начинали! Покойника разговорю, лишь бы он боль чувствовал! Слабенький, шкуру снимать даже не пришлось!

Первое впечатление, однако, бывает неправильным. В жизни бы не подумал, что мелкий замухрышка по имени Боря способен на такие зверства. Миша Устюгов — дядя не маленький, вот только размер в этом деле не важен. Болевой порог — главная черта. И, каким бы высоким он ни был, превышающая разумную грань боль будет найдена, если за дело берётся профессионал. Взглянув в лицо Миши, я понял, что нормальным человеком ему уже не быть, Боря его сломал. Не физически, это ерунда, уничтожил психически, у него больше нет воли. Только подчинение. Беспрекословное.

Схватив со стола измазанный кровью листок, Боря протянул его Россу и обрадованно доложил:

— Тут всё, всё до единого слова, записано. Ничего не пропустил, всё спросил, всё запомнил, всё написал. Бери, Старый, читай, наслаждайся. А я продолжу!

Брезгливо выхватив листок, Росс рявкнул:

— Отставить продолжение. — Глянув на Мишу Устюгова, он на секунду задумался, а затем озвучил решение: — В расход его, Боря, потому что от него теперь никакого толку, а значит, и мучить дальше смысла нет. Проявим гуманность. И, пожалуйста, отмойся как можно быстрее, потому что вскоре ты мне понадобишься. Готовь базовый и резервный варианты. Марату и Кириллу та же команда.

Превратившись в недовольного жизнью человека, Боря взял со стола нож, ловко перебросил его в левую руку и одним взмахом перерезал горло Устюгова. Росс успел отпрыгнуть, а вот мне не повезло — кровь забрызгала ноги.

Словно не заметив этого, Боря направился к двери, на ходу пробормотав:

— Никакого удовольствия. Опять эти железяки перебирать…

Читая написанный на листке каллиграфическим почерком текст, Росс спросил:

— Какой была моя смерть?

Я ответил, замешкавшись на секунду:

— Рикошет в сердце. Умер во сне.

— Хорошая смерть, не заслужил столь лёгкую.

Он смял листок, бросил его на стол, и, указав на выход, скомандовал:

— Вали на улицу, Никита. Можешь помогать парням или просто бездельничать. Понадобишься, я тебя найду, а пока мне нужно подумать и решить, как правильнее поступить. Одно ясно — пушной зверёк песец подкрался к нам слишком незаметно…

Оказавшись на «свежем» воздухе Кемеровской промзоны, задышал полной грудью. Вроде бы недавно всё это проходил, насмотрелся на кровь и дерьмо множество раз, но почему-то всё равно замутило. Сейчас бы сигаретку, чтобы в чувство прийти. Или сто граммов водки. Или всё вместе…

А лучше спирта, да побольше! Выжрать, сколь влезет, и отключиться. Настоящее исчезло, прошлое вернулось с шансом всё изменить, но я остался тот же — уставший и мечтающий о разрядке. Неужели мне придётся терпеть то же самое, но в другой интерпретации? Нервная система, ты будешь не рада…

***

— Не знаю, что ты там наплёл Старому, но то, что он хочет сделать, меня не устраивает! — Маша приехала вместе с Василием, нашла меня в каморке, в компании с дешёвым растворимым кофе, и тут же начала причитать: — Отправиться туда вместе с тобой? Да ни в жизнь! Если ты не объяснишь мне всё от начала и до конца, Никита, то я…

— Что? — усмехнулся я, во второй раз в жизни увидев её в гневе. — Начала говорить, так продолжай.

— Ах, вот ты как!

— Ах, вот я как! — поставив кружку на стол, подошел к Маше и обнял. Взглянув в глаза, прошептал: — Солнышко, для начала успокойся. Если успокоилась, то кивни.

Гнев сменился удивлением. Кивок был сделан скорее на автоматизме. Я продолжил:

— Происходит то, что должно было случиться через несколько месяцев, но благодаря мне эти события ускорились, и теперь могут пройти более мягко, в сравнении с оригиналом. Как минимум, удастся избежать смерти нескольких десятков невинных людей. И да, что бы ты ни говорила, и как бы ни сопротивлялась, решение уже принято, отправляешься туда вместе со мной. И это, зайчонок мой, не обсуждается.

Увидеть новую порцию гнева помешал Росс. Спасибо ему, вовремя вошёл. Точнее, влетел.

Ногой открыв дверь, дядя Вова рявкнул:

— Отлип от неё и пошёл за мной! — Сурово глянув на Машу, добавил: — Тебе отдельное задание, и на него всего час: собираешь всё необходимое, не забывая про трусики-прокладки, и сидишь на сумках, готовая. Возражения есть? — Маша хотела открыть рот, но не успела. — Возражений нет. Выполняй!

Глядя на широкую спину шагающего впереди Росса, мысленно благодарил его за сброшенный с моих плеч камень. Сколько бы мне понадобилось времени, чтобы убедить Машу? Наверное, много. Дядя Вова, безусловно, рекордсмен. Авторитет решает…

Главное действие происходило за ангаром, туда мы и пришли. Марат готовил мою Тойоту к заезду на трал. Кирилл в компании трёх неизвестных ребят копался с другой, более серьёзной машинкой, которая зовётся бронеавтомобилем «Тигр». По количеству пыли заметно, что броневик стоял на консервации и сейчас требует неких работ, в основном, замены расходников. Ещё трое рабочих занимались грузовыми Газелями, потому что их нужно разгрузить. Одна набита ящиками с оружием и их вскрытием уже занимается Боря. Содержимое других пока неясно. Судя по незначительной загрузке — всё нужное газельки доставляли с разных складов. Да, движуха нешуточная пошла.

Василий выскочил как чёртик из табакерки и тут же заорал на меня:

— Вот ты где! Ты что такое болтаешь, а? Ты, вообще, кто такой и откуда взялся? Да я тебя…

— Язык проглоти, пока не вырвал! — рыкнул Росс, и Василий превратился в статую. Дядя Вова, слегка ухмыльнувшись, более спокойно добавил: — Я тебе, Васёк, всё уже объяснил. Вариантов, как и прежде, два. Выбирай один, пока не поздно. Времени, сам знаешь, в обрез. Как решишь — дай знать. И, пожалуйста, не мешайся под ногами, а то ведь затопчем ненароком.

Василий побрёл к ангару, став похожим на лунатика. Росс проводил его взглядом и пробормотал:

— Жаль мне его, по-человечески жаль. Семья у мужика, жена и трое детей, хоть он и не живёт с ними по причине специфической работёнки. Семья, Никита, это рычаг воздействия. Вася сейчас в шоке, но это не мешает ему понимать, что остаться в этом мире и попытаться залечь на дно — точно не решение проблемы. Для него единственный выход — отправиться туда вместе с нами. Если останется, то погибнет в ближайшем будущем. Какой бы глубокой нора ни была, её найдут и раскопают. Проходил, знаю. Сам не раз, и не десять, таким поиском занимался.

«Узнай у него о допросе. Возможно, будущее уже изменилось. По крайней мере, мне так кажется».

Мысленно выругавшись, я спросил:

— Боря узнал что-то важное?

— Да, благодаря твоему рассказу и действиям Бори, нам стало известно много важного: глава Тёмного Будущего, нашей любимой конторки, оказывается, работает и на Светлых. И ещё куча других высоких шишек вместе с ним. И эта кодла, как бы я хотел удавить их всех, надумала слияние двух контор в одну. Случится это в ближайшее время. На высшем руководстве, надо полагать, такое явление отразится слабо. Максимум, пару десятков ненужных людей уберут. А вот на низшем всё хуже, и особенно для идейных, таких, как мы. Убирать будут тихо или с шумом, как получится. Могу смело заявить: этот мир ждут глобальные перемены. Что-то нехорошее назревает. Если знаешь что-нибудь об этом, Никита, может прольёшь свет?

Быстро порывшись в памяти, я ответил:

— Информация о происходившем здесь, на Земле, весьма ограничена, потому что там, где я был, интернета нет. Все новости приходят с новоприбывшими, а они, если честно, встречались мне не часто. Говорю с твоих же слов, ведь ты был для меня новоприбывшим. На Земле происходило дерьмо, которое вынудило тебя бежать туда. По случайности, или благодаря твоим скрытым способностям, портал открылся возле меня, что просто невозможно по теории вероятности. Если ты хочешь знать всё, что знаю я, придётся сесть и послушать. Думаю, что рассказ растянется минимум часов на пять, а то и в два раза больше. Начинать сейчас или попозже?

Росс усмехнулся, приобнял меня, похлопал по плечу и выдал то, что от него было трудно ожидать:

— Ты начинаешь нравиться мне, племянничек. Если всё сложится благоприятно, мы подружимся. Это ведь в твоих интересах, так что не подведи. Себя в первую очередь. И меня заодно. Не подведёшь?

Я кивнул.

— Вот и славно. — Росс подтолкнул меня в сторону газелей. — А теперь иди поработай. Грузчиков, как видишь, не хватает…

Тяжёлый физический труд полезен, но не всегда. Сейчас именно такой момент — организм, подпорченный Россом, отказывается работать. Чтобы не быть в глазах остальных бездельником, решил присоединится к компании Марата и Кирилла, которые сейчас колдуют с броневиком, отстранив от работы всех остальных. Пользы им я вряд ли принесу, но зато себе её обеспечу точно — невзначай узнаю много нового.

И первым новым, хоть и не горел обладать этими знаниями, стал Боря. Парни поведали почти всю биографию повторюши. Интересный он, оказывается, фрукт.

В далёкие девяностые Борис Кушкин был студентом мединститута, и окончил его с красным дипломом. Как его угораздило оказаться на войне, одному ему известно, и рассказывать он об этом не торопится. Повоевал в горячих точках, благодаря навыкам спас жизни немалому количеству людей, вот только сам при этом сумел покалечиться — получил несколько осколочных ранений и сильную контузию. Всё это сказалось на мирном будущем уволенного из армии по состоянию здоровья Бориса — крыша на гражданке поплыла.

Объектом своих развлечений Боря выбирал исключительно педофилов и насильников, целую систему заманивания придумал. Почти два года его детище работало, и всё новые нехорошие персонажи попадали под нож психа, которому разделывать людей понравилось так же, как нимфоманке секс. Заброшенный завод, который Боря присвоил для личных нужд, за пару неполных лет стал настоящим «шедевром» среди пыточных. Ни один застенок не смог бы сравниться с ним. Как сказал Марат: Старый много дерьма за свою жизнь повидал, но то, что творил Боря, и как творил, даже его шокировало. Удивить Росса, по себе знаю, почти невозможно. Борис Кушкин смог это сделать.

Благодаря связям удалось сделать так, чтобы Боря исчез. На самом деле он просто приобщился к важному занятию и стал постоянным жителем промзоны. Универсальные люди, и к тому же профессионалы сразу в нескольких направлениях, всегда нужны. Боря таких направлений имеет целых три — хорошо шарит в оружии, умеет чинить людей, и умеет делать из них безвольных кукол. Не человек, а настоящий клад. В кавычках, потому что то, чем он любит заниматься, мне довелось увидеть, отчего до сих пор в дрожь бросает. Да, не хотел бы я оказаться на месте Миши Устюгова. После такого даже то, что позабыто давным-давно, расскажешь.

После вводной в биографию Бори я узнал, что он, весёленькая новость, отправится в портал вместе с нами. И вообще, как оказалось, команда неслабая набирается — помимо меня, Маши и Росса к путешествию в другой мир присоединяются Марат, Кирилл, Василий и некий Немой, имя которого никто не знает. Хотя, уверен, что его знает дядя Вова. Этот много чего знает, да не всё рассказывает. Личность, сидящая в моей голове, будто бы с него пример взяла: зову, чтобы прояснить некоторые моменты, но не отзывается. Игнорирует, гадина искусственная.

Поспешная смазка лыж — так можно назвать происходящее. Собираться пришлось в спешке, Россу нужно сказать отдельное спасибо, потому что предусмотрел подобное и подготовился. Нехило так подготовился, скажу я. Со слов Марата — сейчас дядя Вова занят распространением информации. Составил масштабное предупреждение и рассылает его всем «тёмным». Конечно, вряд ли все идейные сотрудники организации Тёмное Будущее, которые попали или попадут в списки на уничтожение, сумеют спастись. Если выживет хотя бы половина — уже достижение. Всё зависит от скорости зачистки и возможностей тех, кого нужно зачищать. Всегда нужно иметь запасной вариант, этому жизнь учить меня не прекращает. А ещё я наблюдаю глобальное изменение будущего. Главное, дров не наломать…

***

В прошлый раз тягач Вольво тащил трал, на котором в гордом одиночестве стояла Тойота. В этот раз компанию ей составил грозный Тигр, к фаркопу которого зацепили загруженный «полезным» до выпрямления рессор прицеп. О том, что на выходе из портала нас ждёт сюрприз в виде пропасти, Росс даже слушать не стал. Отмахнулся и сказал, что проблем данный факт не составит. Надеюсь, он знает о чём говорит.

Обрадовало, что без платёжных средств на ту сторону идти не придётся, кое-какие сбережения дяди Вовы и Василия, намеренно зарезервированные ими для подобной ситуации, составляют немалые три килограмма золотом. Богатенькие, оказывается, сотрудники у Тёмного Будущего, потому что основные накопления наверняка держат в банках, и точно не в трёхлитровых. По нынешнему курсу в рублях, три килограмчика золотом — это почти пятнадцать миллионов. Курс по другую сторону мне неизвестен, но известно другое: золотишко там считается самым желанным видом расчётов, и купить на три кило можно совсем немало. Неплохой стартовый капитал имеем, так сказать. Война, она ведь требует три вещи: деньги, деньги и ещё раз деньги. Зная будущее, не сомневаюсь, воевать придётся. И лучше делать это плечом к плечу с верными друзьями и надёжными союзниками. Я вспомнил: Адриан Лейн — один из таких людей. Вылезу из шкуры вон, но сделаю его союзником. На дружбу вряд ли стоит надеяться, потому что не бывает у таких людей друзей. Эх, вот бы вернуть того Лейна, из несуществующего будущего, и чтобы он был с нынешними возможностями. Армия наёмников нам бы точно не помешала…

***

Рассказывал троим слушателям — Россу, Маше и Василию. Было много вопросов, на которые приходилось давать развёрнутые ответы. Это, к сожалению, не помогало, и новых вопросов возникало ещё больше. Удивительно, но удалось отмучаться за четыре с хвостиком часа. Всё до мельчайших подробностей рассказал. Особый фурор, как и ожидал, возымела заключительная часть. Основа удивляет не по-детски. По сути, четверо людей, сидящих в салоне семёрки БМВ, мчащейся по трассе, возможно, единственные на два мира, кто знает истину. Ту самую, заветную, раскрывающую тайну нашего происхождения. Сотни и тысячи гипотез можно смело отправить в отставку с пометкой «не оправдали ожиданий». Адам и Ева собирают пожитки и уходят в закат самыми первыми.

Росс, когда я закончил, заговорил почти неслышно:

— Десятки лет я искал правду и строил логические цепочки. Насилие над собственным мозгом, к которому прибегал ради пробуждения памяти, не помогало. Всякие методики, разумные, и граничащие с безумством, пробовал, но так и не смог добиться того, что хотел. Хотел вспомнить прошлое и понять, что со мной не так. Теперь понимаю, что всё не так. Я, оказывается, игрушка. А играл мною мой отец. Странно, но теперь уверен на сто процентов — он продолжает играть. И ты, Никита, скорее всего, тоже игрушка, но тебе удалось то, что никому до этого — ты обладаешь могущественным знанием, которое при правильном применении может помочь стать почти Богом. Всё в наших руках.

— А я бы не стал делать поспешных выводов, — буркнул Василий. В отличие от Росса и Маши, он за время рассказа не задал ни одного вопроса. Просто слушал и часто качал головой. Не верит? Наверное, я бы тоже не поверил.

— Поспешные ты сделаешь выводы, или тщательно обдуманные, мне плевать, — сказал я, развернувшись в кресле. — Сейчас твоя жизнь зависит от меня, и чтобы сохранить её, постарайся не идти на конфликт. Там, куда мы отправимся, много опасностей, и часть из них мне известна. Определись, чего ты хочешь — быть предупреждённым и живым, или гордым и мёртвым? Уверен, что в теории новый мир ты знаешь, Вась, но практики не имеешь даже секундной. Задумайся… И да, у тебя по-прежнему есть возможность отказаться от перехода. Просто попроси дядю Вову, и он остановит машину. Дверь, чтобы выйти, сам откроешь.

Широко открыв рот, Вася набрал побольше воздуха, но не успел ничего сказать, потому что заговорил сидящий за рулём Росс:

— Нормально ты его осадил, Ник. Слышал, Васёк? Я того же мнения. Хочешь жить, умей располагать в себе. И пойми уже, лавры начальства с твоих плеч слетели, теперь все равны. Чтобы выжить, нам нужно быть дружными. Я тому пример, будь как я.

Василий не ответил. Повернулся и начал рассматривать стремительно бегущую в окне Сибирскую тайгу. Маша, что-то разглядывающая в планшете, спросила:

— Старый, маршрут не меняем?

— Светлые в курсе, что мы всё знаем, поэтому смена маршрута не имеет смысла. Машина у нас свежая, отследить вряд ли смогут, так что причин для беспокойства не вижу. Неприятностей будем ждать в точке отправки, но я об этом уже позаботился, нас подстрахуют серьёзные ребята.

— Ребята Бори Стрелкова, — улыбнулся я.

Росс, глянув на меня, оскалился и буркнул:

— А ты догадливый и меня это даже раздражать начинает… Кстати, проезжаем то самое место, про которое рассказывал.

Пролетаем — так будет правильнее. Даже разглядеть позабытые кафе толком не успел, потому что скорость около ста пятидесяти.

«Спроси насчёт портала. Падение в пропасть нам не нужно. Это в твоих интересах».

«И в твоих тоже!» — мысленно рявкнул я. — «Если сдохну я, то и ты тоже».

«Я уже сказала, что ты тупой, Никита, и повторяться не горю желанием. Зачем говоришь о том, что и так очевидно? Я часть тебя, твои интересы — мои интересы. Но не забывай про интересы Основы, которые превыше всего. И хватит на меня орать, ладно? Давай будем друзьями. Ну, или приятелями, на худой конец…».

— В прошлый раз портал в том мире открылся у пропасти, и мне банально повезло не свалиться в неё. В этот раз в портал заедут две машины, одна ещё и с прицепом, а местечка там маловато. В данный момент меня это беспокоит. Дядя Вова, не соблаговолишь ли ты развеять мои опасения?

— Мне плевать на тебя и твои страхи, — грубо ответил он. — Как работают порталы, я не знаю, но уверен, что если развернуть на сто восемьдесят градусов технику, которая их открывает, то и там портал развернётся. Считай, что в обратную от пропасти сторону поедем. Даже разворачиваться не придётся.

— Это неизвестно доподлинно, — вмешалась Маша. — Может не сработать, даже теорий таких учёные не допускали, потому что столь плоско и глупо порталы работать не могут. Ориентирование в пространстве тут и там может зависеть от множества факторов, и они никому не известны. Если бы была постоянная связь, это бы решило проблему, и мы бы знали…

— «Бы» мешает! Учёные не допускали, а я допускаю. — Росс невозмутим. — Чтобы избежать риска, большая часть пойдёт пешком и всё проверит, а там, глядишь, и придумают чего. Не вижу смысла беспокоиться по поводу такой ерунды. Лучше поспите…

«Ответ мне не понравился, но по поводу сна твой дядя зрит в корень. Сон — то, что нам сейчас нужно. Спать, по моим расчётам, будешь часа два, потому что через столько времени мы приедем на точку отправления. Предлагаю немного порыться в ДНК и применить к твоему организму парочку нужных умений предков. В принципе, никаких глобальных изменений я не планирую, поэтому сильно не беспокойся. Первое — корректировка зрительных органов, которая приведёт к тому, что будешь лучше видеть в темноте. На кошачье зрение не рассчитывай, но и недовольным не останешься. Побочные эффекты простые, пару дней картинка будет часто плыть, а глазёнки немного побаливать и сильно слезиться. Второе умение попроще, это слух. С летучей мышью точно не посоревнуешься, но прибавку процентов в пятьдесят-сто гарантирую. Побочные эффекты также на день-два, затем всё будет в норме. Так, малость ушки поболят-постреляют, да звоном порадуют. Даёшь добро?».

«Стоять!» — мысленно скомандовал я. — «Для начала объясни суть процесса. Какие, к чёрту, модернизации? Я тебе что, киборг?».

«Основа дала мне базовые знания твоих предков. А они, в свою очередь, были предками древних людей, тех самых, совершенных, таких, как Скарг. Ты помнишь, каким он был? Или из дырявой головы уже всё вылетело?».

«Помню этого переростка отлично. Я что, могу стать таким же быстрым и непобедимым?».

«Если бы это было так, Никита, то я бы запрыгала в твоем мозгу от радости. Но нет, до Скарга тебе — как до Альфы Центавра на велосипеде. Миллионы лет деградации сыграли не очень хорошую шутку. Ещё долбанный блок родовой памяти, неизвестно кем установленный, ниже которого нельзя опуститься. Всё, что доступно, крупицы, но и им радоваться нужно, плюс — Основе спасибо сказать. Создавая меня, она подарила много полезных навыков. И да, я не ты, времени даром не теряю, роюсь в твоей ДНК, ползаю по твоим предкам, сохранившимся в ней, ищу полезности. И жду ответа. Ну что, даёшь добро?».

Согласиться или отказаться? Предложение вроде заманчивое, но боязно. Вдруг какие-нибудь патологии вылезут, всё-таки изменения тела буду происходить на клеточном уровне, хоть и засчёт ресурсов организма. Блин, да я ведь в этом полный ноль, лишь догадки могу строить. Может спросить у Росса? Орёл — даю добро. Решка — откажусь.

«Ну спроси, коль сам не можешь решения принять».

— Дядь Вов, орёл или решка? — пробурчал я, не открывая глаз.

— Орёл, — тут же ответил Росс.

«Разрешение получено. Спи, Никита…».

Знакомое ощущение, которому сопротивляться просто бесполезно. Расслабился и ушёл из реальности на пару часов, мысленно соглашаясь с недавними словами второй личности: спать по команде — и вправду, прекрасное приобретение…

Глава 3

— Ермак, просыпайся, у нас проблемы.

Разбудил меня не голос Росса, а сильный толчок ладонью в плечо. Его даже ударом можно назвать, потому что почувствовал боль.

— Да открой ты уже глаза и посмотри на меня! — дядя Вова раздражён. — Маша, растормоши его!

Понимаю, что мы всё ещё едем, а вот видеть нормально не могу, потому что всё плывёт. Не картинка, а туман, в котором иногда мелькают различные цвета, перемешанные, как в водовороте. И ещё слёзы с резью одолевают. Первые заливают щёки, а вторая заставляет часто моргать, но ощущение насыпанного в глаза песка не пропадает.

«Приношу извинения, хоть и не виновата в случившемся на все сто процентов. Форс-мажор, так сказать, произошёл, потому что разбудили тебя минут на двадцать раньше срока. Видимо, случилось что-то нехорошее. Сам знаешь, я будущее предсказывать не умею, а то, которое известно, меняется».

«Варианты?», — мысленно спросил я, понимая, что зрения лишён почти полностью, да и со слухом тоже неладно, звук как из склепа получается. — «Есть возможность сделать откат и вернуть всё в изначальное состояние, или придётся терпеть? И что мне им сказать, как объяснить данный факт?».

«Что говорить, решать тебе, я пасую. Насчёт отката тоже пас, уже ничего не изменить. Самое оптимальное — это ускорить модернизацию и для этого нужно следующее: вода, желательно как можно больше, и пища, лучше всего белковая. Ну и капельки в глаза не помешают, потому что слизистая испытывает раздражение, которое можно снизить при их помощи. На этом всё».

— Не кричи, дядь Вов, — попросил я и частично соврал: — Не знаю, что произошло, но мои глаза и уши отказываются нормально работать. Слышу вас отдалённо, будто беруши вставили. Видеть не вижу, пелена в глазах и резь дикая. Раньше такого не было.

По мягкости и нежности рук понял, что к лицу прикоснулась Маша. Она слегка приподняла мне веки, протёрла каким-то платочком, и я услышал вердикт:

— Не знаю, что с ним, на окулиста не училась. Глаза как глаза, только расфокусированные какие-то, ну и слёзовыделение большое, скорее всего, из-за раздражения.

— Марат и Кирилл, они там сваркой не баловались, случайно? — спросил Росс. — Никита, ты на сварку не смотрел?

— Не смотрел, потому что там никто ничего не сваривал. Я не знаю, что случилось, но это вроде проходит. Вода есть? Пожрать найдётся?

— Твою мать, Ермак, нашёл время! — взревел Росс. — Нас Светлые вот-вот накроют, а ты о еде думаешь. Скажи, насколько всё плохо? Если дам автомат, стрелять сможешь?

Кто о чём, а вшивый о бане. Дядя Вова при возникновении угрозы думает только об одном: как её избежать или, если первое невозможно, нейтрализовать.

— Стрелять смогу, — ответил я. — Вот только вряд ли увижу, в кого стреляю, поэтому оружие в руки брать отказываюсь. Вам покажется это странным, но способ вернуть зрение есть. Банально, мне нужна вода и еда. Потом, если всё сложится благополучно, я объясню причину потери зрения. Сейчас не до этого.

Зашуршала помехами портативная рация, а затем послышался голос неизвестного:

— Старый, нас тут со всех сторон тихо окружают, что не есть хорошо. Ещё и вертушка на подходе, со стороны Енисея тащится. Думаю, вряд ли она принадлежит кому-то из наших. Когда этот сфинктер сократится, и Светлые начнут, нам пары минут не выстоять. Может мы это, начнём первые, ведь дело всё равно гиблое, так хоть побольше с собой прихватим.

— Жди вертушку, Немой, и сделай всё, чтобы она благополучно села. Боря Стрелков тот ещё имбецил, но дело своё знает. Он и его парни вам помогут, а минут через десять и мы подтянемся.

Так, с ещё одним человеком разобрались. Немой, оказалось, совсем не немой, а наоборот, чрезмерно болтлив.

— Насчёт десяти минут ты брешешь, Старый, я ведь знаю тебя. Пятнадцать-двадцать уже на правду похоже, но не десять, точно не столько. И да, спасибо за Борю Стрелкова, второй псих-Борис нам не помешает. Приземлится и я его расцелую. Выживу — и тебя, Старый, расцелую, ты только не сопротивляйся. Если отделаемся малой кровью, то я согласен на оргию с участием двух Борисов. Ты в ней обязательное лицо! Обещаешь, что не дашь заднюю? Пообещай, а я постараюсь, такой шанс ведь раз в жизни выпадает. Обещаешь?

— Обещаю, что пристрелю тебя, Немой, если ты продолжишь болтать.

— Оргии быть, я так понимаю, так что добавлю ещё одно условие: тот парняга, который всех взбаламутил, и которого надо было отправить, он ведь с тобой, верно? С тобой, можешь не отвечать, знаю. Моё условие: пусть этот парняга будет главным блюдом оргии, которую мне не терпится устроить после победы. И пусть готовит вазелин, потому что без него его зад рискует развалиться. А теперь всё, Старый, до связи, мы начинаем шоу…

Переговоры закончились. Дядя Вова переключился на Машу и Василия. Заорал так, что даже мне не по себе стало:

— Вы не слышали, чего от вас просил Ермак? Он просил воды! Дайте!

Послышался лёгкий пшик, и Маша вручила мне литровую Кока-Колу. Газы — это плохо, придётся терпеть. Выпив всю в три захода, не сдержался и громко рыгнул. Извинился:

— Прошу прощения за несдержанность, но иначе никак, сами понимаете. Больше воды, так полагаю, у нас нет?

Пробило меня на вежливость, куда деваться? Росс вон сам на себя не похож, орёт во всю мощь, хотя обычно сдержан до ужаса. Видимо, ситуация совсем плохая, раз даже его из привычной колеи выбило. Я теперь его заменяю, само спокойствие.

— Есть энергетик, — тихо сказал Василий.

— Давай, — согласился я и уже через несколько секунд пил кисло-сладкую хреновину. Бросив пустую банку на коврик, поинтересовался: — Пожрать ничего нет?

— Нормальной еды нет, — ответила Маша. — Я бы сама от неё не отказалась.

— Есть три протеиновых батончика, но от них толку мало, — сказал Василий. — Да и диета у меня, вес пытаюсь набрать, поэтому самому нужны.

— Диета? — Росс, наверное, похож на перегруженный паровой котёл, который вот-вот рванёт. Жаль, не вижу его, только силуэт. Зато отлично слышу грозный рёв: — Я тебе, Вася, все твои батончики в задницу запихаю, предварительно вымочив их в скипидаре, если ты и дальше будешь так тупить! Быстро отдал их Ермакову!

Голос в голове проснулся с последним съеденным батончиком:

«Зрение начинает восстанавливаться. Минут через десять ты сможешь передвигаться без посторонней помощи. Участвовать в предстоящем бою даже не рассчитывай, потому что вдаль смотреть ещё долго не будешь. Действуй по ситуации, Никита, я помочь ничем не могу, потому что, как и ты, слепа. Надеемся на благосклонность удачи…».

Впервые за всё время послышалось беспокойство. Вторая личность, оказывается, эмоций не лишена. Боится, что помрём? Я вот не боюсь. Может, это из-за зрения, а может, просто самообман. Разбираться некогда.

Равномерный гул шин по асфальтированному покрытию сменился треском грунтовки — подъезжаем к месту назначения. Память говорит, что осталось километров семь. Интересно, техника для открытия порталов уже прибыла, или где-то тащится? Грузовик с Тойотой и Тигром точно не доехал, его ещё часа полтора ждать, а может и больше. Это что, получается, нам всё это время со Светлыми воевать придётся? Вот же, блин, к такому не готовился. В прошлый раз, если посмотреть, всё намного легче прошло.

«Я согласна с тобой, Никита, в тот раз ситуация была более мягкой. Мы с тобой, стремясь к лучшему, всё усугубили. Ни твоей, ни, тем более, моей вины в этом нет. Любое изменение влечёт непредсказуемые, в сравнении с оригиналом, последствия, такова природа возвращения во времени. Отныне и впредь нужно тщательно обдумывать действия и только после этого переходить к их реализации. Согласен со мной?».

Согласен. На все сто процентов…

***

Не знаю, почему дядя Вова так беспокоился, потому что лично моё мнение: всё не так плохо, как могло бы быть. Да, можно считать, что находимся в осаде, но это лишь по той причине, что идти в атаку смысла нет. Силы обороны и нападения примерно равны, подкрепления не получают ни те, ни другие, войнушка зависла. Редкие выстрелы — единственный раздражитель на данный момент. Позиция у нас хорошая, поэтому вероятность схлопотать пулю близка к нулю. Час, и всё закончится, нужно только потерпеть.

Местность, где должен открыться портал, стала высотой, которую нужно удержать любой ценой. Такую команду от Росса получили Немой и его семеро бойцов, прибывшие самыми первыми. И они держали, хоть и несли потери. Главное — смогли. Два с лишним десятка Светлых, пытавшихся выбить их, получили нешуточный отпор, а затем и вовсе были вынуждены отступить, потому что на вертолёте Ансат прибыло восемь федералов, возглавляемых Борей Стрелковым. Дырок в винтокрылой машине Светлые понаделать успели, но вывести из строя не смогли, и решили ждать подкрепления.

Микроавтобус, набитый парнями из Тёмного Будущего, стал для Светлых сюрпризом, и они успели приуныть, а также перегруппироваться и начать отступление, но тут появился новый транспорт и количество Светлых относительно Тёмных выровнялось. Затем приехали мы, попали под обстрел, но добрались до зоны «покоя» целыми и невредимыми. С того момента прошло полчаса, но значимых изменений не произошло. Одно только плохо, дядя Вова по-прежнему не успокоился. Значит, чего-то боится. Как бы новое подкрепление Светлых не пожаловало…

***

Сидя в «надёжном» укрытии, я потягивал негазированную минералку и пытался научиться смотреть новыми глазами. Всё, что находится на расстоянии вытянутой руки, вижу вполне сносно, если хорошенько перед этим проморгаюсь. Вдаль смотреть смысла нет, картинка расплывается, и разобрать хоть какие-то детали невозможно. Модернизации, которые должны помочь, пока что вредят. Вторая личность уже не оправдывается, только просит подождать. Снова, что ли, наехать на неё?

«Дура, ты тут?» — позвал я.

«Тут, куда мне деваться, твой мозг ведь не Домодедово, из него не улетишь, а так бы хотелось, потому что твоя тупость уже поперёк горла сидит. Ты, Никита, дурак, каких ещё поискать надо. Прошу, не спрашивай меня больше, тут я или нет. Всегда тут!».

«Просто ты с другими людьми не контактировала. Все твои выводы и ржавого гвоздя не стоят, потому что нет статистики. И, да, мне на них сугубо фиолетово, а вот твоя ошибка напрягает, из-за неё в опасности оказалась вся наша миссия. Ты, заметь, а не я, причина потери зрения и белиберды со слухом».

«Опять шарманку заводишь? Не надоело? Может, уже о деле думать начнёшь?».

«Начну, ты не беспокойся, всему своё время, но про тупость твою всё же скажу: что тебе, дуре искусственной, мешало модернизировать сперва один мой глаз, а затем второй? Походил бы пиратом, невелика потеря, всяко лучше, чем быть слепым. Ответишь?».

«Не думала, что скажу это, но ты прав, надо было сделать именно так. Жаль, что назад не вернёшься, исправила бы. Я, как ты понял, тоже не всегда верно поступаю, кое-что могу упустить. Спрошу: где ты был с этим советом несколько часов назад? Отвечу: он только что созрел, верно? Хорошая мысля, она ведь опосля приходит. Забыли, терпим. Кстати, слышишь шаги? Кто-то идёт…».

Человек сел рядом, щёлкнул мне по носу и затараторил. Без труда узнал по голосу Немого.

— Так вот ты, значит, какой, индюк Сибирский! По рассказам серьёзный парняга, а на деле полуслепой гондурас, ГРУшник ещё, называется… Ты хоть понимаешь, насколько серьёзных людей потащил туда? Нет, ты не понимаешь. Молчишь, да? Ну и правильно, молчи, а то откроешь рот, а оттуда дерьмом понесёт. Ну его нафиг, вонь задниц, которые подлизнул, нюхать! До сих пор не пойму, как ты сумел уговорить Старого. Расскажешь, какие методы использовал и какое место подставлял?

Рожа Немого представлена круглым расплывающимся блином. Не знаю, какая она, но уже хочу разбить её. Интересно, свалю одним ударом или придётся поднапрячься? Возникло дикое желание проверить, но стерплю. Для начала отвечу тем же оружием:

— Дребезг этот мне уже довелось слышать, и забыть его невозможно, ведь такой голос должен принадлежать трассовой шлюхе, которой уже за семьдесят, но ввиду мизерной пенсии из-за отсутствия трудового стажа приходится продолжать работать. Увы, но всё хуже, голос принадлежит гомику, который любит подставлять свою пятую точку всем желающим. Радует, что желающих не находится. Один ты такой…

Бац!

Прилетело в челюсть, но каким-то волшебным образом я успел среагировать и частично остановил удар запоздалым блоком. Жаль, что второй удар достался носу. Бедолага, весь день страдает.

Цель вижу расплывчато, но драться способен, поэтому приступил к ответным действиям. Левой рукой схватил за волосы, а правую всадил чуть ниже, аккурат в рожу. Попал, что самое главное. Судя по мягкости — тоже в нос.

То ли я такой злой, то ли Немой мелковатым и трусоватым оказался, но одного удара хватило, чтобы я стал безоговорочным победителем. Враг решил отступить. Не разожми я кулак — солидный шмат шевелюры остался бы в нём.

Шлёп!

Похоже, кто-то кому-то отвесил здравого леща. Секунду спустя стало понятно, кто и кому, потому что зарычал Росс:

— Немой, тварь ты такая, что творишь-то? Я тебе говорил — не трогать Ермака? Говорил! Ты на кой чёрт к нему полез?

— Старый, я просто поговорить хотел, — послышался недовольный ответ. — Я и говорил, вот только он почему-то драться начал, нос мне свернул набок, сволочь такая. Кто знал, что он такой псих? Думал, что ненормальный, но не настолько же!

Маша, видимо, наблюдавшая за происходящим, решила вмешаться:

— Старый, всё не так было, Немой первый Никиту ударил, я видела.

Снова послышался смачный шлепок отвешенного леща и рык Росса:

— Сгинь с глаз моих, Немой, пока не убил тебя…

Шуршания и осторожные прикосновения. Маша колдует с моим носом, за что очень ей благодарен. Росс сейчас где-то слева, недовольно бурчит:

— Уже жалею, что Немой отправится с нами. Боец он хороший, со снайперской винтовкой на «ты», но его характер — это что-то невообразимое. Всегда и везде найдёт к кому прицепиться, затем получит наверняка, потому что хилый, и затаит обиду. Понять, что сам виноват, не способен. Язык Немого — его враг, и когда-нибудь он лишится его. Может, подстраховаться и отрезать сейчас? Ещё один косяк и точно отрежу…

Меня часто тревожит мысль о перехвате Светлыми грузовика, везущего Тойоту и Тигр. Ещё беспокоюсь за технику, которая делает портал стабильным, должна бы уже приехать, а её всё нет. Поинтересуюсь, душу успокою:

— Дядь Вов, как обстоят дела с транспортом?

Молчание, тяжёлый вздох, грохот автомата совсем близко, затем ответ:

— Всё не привыкну к тому, что ты называешь меня дядей, Никита, даже коробит малость. По транспорту всё сложно, связи с водителями нет, и с группами, их страхующими, тоже не удалось созвониться. Наверное, где-то едут. Шишиги, которые займутся порталом, должны были минут десять назад подтянуться, но нет и их. Трал пока что за временнЫе рамки не вышел, минут через сорок приедет. У тебя что, тоже на душе неспокойно? Твоё предсказанное будущее накрывается медным тазом, да?

Маша закончила возню с носом и ватными тампонами, я поблагодарил её и ответил Россу:

— Будущее меняется, это неизбежно. По поводу души даже не знаю, есть ли она у меня, оцениваю происходящее по факту: всё не так плохо, но хотелось бы получше. Без портала мы обречены, и ты это знаешь. Светлые с их возможностями не позволят нам дожить до завтра. Портал — единственный способ выжить. Возможно, всё бы не закрутилось так сильно, если бы ты не начал масштабное информирование сотрудников Тёмного Будущего. Взбаламученная система огрызнулась, и вместо небольшого отряда, который был в прошлый раз, мы теперь имеем тотальную охоту, устроенную на нас. Светлое Будущее далеко не светлая организация, и те, кто у руля, сильно не любят, когда им переходят дорогу. В прошлый раз я это испытал на собственной шкуре и не хотел бы повторения, но теперь уже поздно давать заднюю, мы оба в списках на устранение. Будет трудно. Очень трудно.

— Ты не всё знаешь, племянничек. Многое, но далеко не всё, поэтому не упрекай меня в том, что я сделал, это было правильно. И давай закончим разговор, он мне неприятен…

«Поясняю то, что тебе неизвестно, Никита: после того, как Владимир Росс прибыл в этот мир и лишился памяти, он, благодаря хорошим людям, был взят на службу в КГБ. Основной профиль, по которому работал — Иной мир. Потом была служба в ФСБ, а затем уход на пенсию по здоровью. Фикция, сам понимаешь, потому что на самом деле Росс просто сменил место работы, возглавил хорошо известное тебе Тёмное Будущее».

«И долго он проработал его главой?».

«Три года, затем был вынужден исчезнуть, потому что на него объявили охоту. Как только у Тёмного Будущего появился новый глава, охота прекратилась. Понимаешь, в чём суть? Росс понимает».

«Дурак и то поймёт, сложного тут нет: организации Тёмное Будущее и Светлое Будущее, по сути, одно целое, а всё противостояние создано лишь для отвода глаз, это я узнал давно. Первая конторка выполняет одни задачи, вторая другие, а те, кто на самом верху, лишь корректируют курс. И, да, я сейчас про Кукловодов, про которых по-прежнему ничего не известно. Одно мне ясно: я для них чем-то интересен и, не побоюсь этого слова, даже опасен. С Россом ситуация аналогична».

«Правильно мыслишь, Никита, мне это нравится. Пожалуй, дам тебе ещё немного пищи для размышления. Все выводы сделаны мною в процессе изучения твоей памяти и памяти предков, а это колоссальный объём информации, которую не скоро перелопачу, но одно скажу точно: чем больше изучаю память, тем больше убеждаюсь в правильности сделанных выводов. Они таковы: этот мир и тот связаны искусственно, и с одной целью — властвовать. Кто-то, кого ты зовёшь Кукловодами, давно затеял весёленькую игру, выбрав местом действия две планеты. Стоит им только захотеть, и один из миров начинает стремительно развиваться, а другой чахнуть. Желают войны, и они устраивают её. Думай…».

Диалог был прерван, потому что кто-то подбежал и затараторил:

— Сычёв вышел на связь, они ведут бой в пяти километрах, зажали их с двух сторон, помощи просят, говорят, долго не продержатся. Ещё он про трал сказал, Марат ему звонил, опасался хвоста. Что прикажешь, Старый?

— Прикажу выручать наших. Пока не знаю, как, но нам придётся положить всех Светлых, иначе они нас в покое не оставят…

Ситуация пришла к закономерному итогу — попа, одним словом. Мы в частичном окружении, хоть и бойцов у нас и противника примерно поровну. Выход из окружения, чтобы помочь своим, без боя невозможен, и потери в таком случае неизбежны. Начинаю понимать главную ошибку: слишком рано всё рассказал Россу. Как теперь выкручиваться?

«На этот случай у нас есть козырь, который можно использовать в крайней ситуации. Данную можно расценивать как крайнюю, поэтому сообщаю о нём. Но есть минусы, задействовав козырь, ты на время усилишься, но потеряешь все силы и станешь на несколько дней овощем, а также значительно постареешь. Три-пять лет жизни на свалку отправишь, готов к такому?».

«Тот разговор, про Кукловодов, он интересен мне, вернёмся к нему позже, а пока займёмся более значимыми проблемами. Что за козырь, подруга? Я слеп, если забыла».

«Я помню, друг, и это не проблема. Зрение восстановится за пару минут, если я активирую все скрытые резервы организма. Слух тоже нормализуется, и даже усилится. Бонусов будет много, и все понравятся, но не забывай о последствиях: три-пять лет жизни в лучшем случае потеряешь. Можешь и все десять, как повезёт. Худший из раскладов — умрёшь».

«Мы сейчас как мыши, обложенные мышеловками. Неверное движение или просто промедление, и они начнут срабатывать. Если есть козырь, то используем его. Один вопрос: внешность, когда восстановлюсь из состояния овоща, сильно изменится?».

«Нет, когда восстановишься, будешь прежним. Последствия проявятся в будущем и главное будет выражаться в преждевременном старении. Простейшие расчёты говорят, что проживешь ты примерно семьдесят восемь лет плюс-минус три года. Потерянное отнимешь сам, но учти, все мои расчёты приблизительны, так что не нуди, если просчитаюсь. Мы с тобой рискуем, по-крупному рискуем, Никита…».

Раздумывать нет времени, была не была, мысленно соглашаюсь:

«Давай уже, активируй свой козырь, посмотрим, что из этого получится…».

Первой пришла лёгкость. Ух ты, такого со мной никогда прежде не было! Начало казаться, что способен одной левой свернуть гору, а если задействую и правую, то отправлю её в полёт до Южного полюса. Сил в тело вливается столько, что диву даёшься, как раньше жил таким слабаком? Наверное, супермен бы чувствовал себя аналогично, если б существовал в реальности. Ну и забористая дурь перепала от второй личности!

«Не обольщайся, Ник, физически ты уязвим, как и прежде. И жди, сейчас остальные эффекты подтянутся».

Спасибо, что напомнила, а то размечтался чего-то. Желание броситься на врага и начать рвать его голыми руками пришлось погасить, буду работать старыми методами и с максимальной осторожностью. Только дождусь, когда зрение восстановится.

Ждал, что прозрею, а начал отлично слышать. И с лёгкостью отделять нужные звуки от ненужных. Ох, и шумно, оказывается, в округе. Да, правильно один учёный в статье писал, человек может обладать суперспособностями, просто они по какой-то причине скрыты и открывать их мы пока не научились. Иногда, примеров много, сверхспособности проявляются в стрессовых ситуациях.

Мой слух теперь можно назвать суперским. Слышу, как шуршит мышь в двух сотнях метров, и дыхание засевших в укрытиях светлых тоже слышу, при этом, звуки стрельбы совсем не помеха, удаётся гасить их как ненужные.

Зрение, как скучал по тебе, привет! Новое, пусть и временное, но такое отличное, любой снайпер позавидует. И зачем мне оптика, когда без неё хорошо? Летающего высоко в небе ястреба могу рассмотреть отлично. И ведь не боится того, что на земле происходит, кружит себе.

На изучение местности потратил минимум времени, она мне знакома с прошлого раза, оригинал ведь: всё тот же берег Енисея, возвышенность, кустарниковая растительность и редкие деревья, высокая трава, природных укрытий множество как для нас, так и для врага, но последний не знает, что появился тот, кто может находить не только глазами, но и ушами. Берегись, я иду!

Подмигнув Маше, вскочил и побежал к позиции дяди Вовы. Стрелять по столь прыткой мишени никто не попытался, двадцать метров преодолел без происшествий. Росс, увидев меня, свалившегося рядом, округлил глаза. Не ожидал, да?

— Прозрел и готов помочь! — выпалил я. Показав на винтовку, тот самый винторез, который уже видел в изменённом прошлом, попросил: — Одолжишь игрушку по-родственному?

— Не понял?! Ермак, ты чего такой возбуждённый?

— Просто дай мне винтовку и наслаждайся! — настоял я. — Поверь, в моих руках от неё будет больше пользы!

Росс, секунду поколебавшись, отдал оружие, но от реплики не удержался:

— Поосторожнее с ней.

— Не обещаю, всё от везения зависит…

Транспорт Светлые оставили в полукилометре, и его местонахождение нам известно. Сейчас нужно сделать так, чтобы они решились на отступление, напугаю потерями так, что побегут без оглядки. Страх, он ведь тоже оружием является.

Сто метров с небольшим, пышно растущий куст, боец дышит как-то странно и постоянно шуршит. Так, у нас тут курильщик нарисовался, а это вредно для здоровья. Блин, да я, похоже, и запахи на таком расстоянии чувствую, косячок смолит, зараза, травкой балуется. А вот и дымок разглядел, на тебе девятимиллиметровый бронебойный подарочек!

Булькающий звук сказал о смертельном попадании, можно искать вторую цель. Кто у нас в полутора сотнях метров засел? Равномерное сильное дыхание, никакого шуршания, укрытие надёжное: ямка, высокая трава, море ольхового валежника. Как с первым не получится, точно не поймёшь, где прячется, бью вслепую…

Стоп, неправильная тактика, нужно действовать сообща. Я оставил позицию и вернулся к Россу.

Обстреляли, суки, но обошлось, расстояние помогло. Светлые будто ждут чего-то, в атаку совсем идти не хотят. Не надо иметь семь пядей во лбу, чтобы догадаться, чего ждут — подмоги, хотят получить численное превосходство и затем просто раздавить. Ну, ждите, нам же лучше, ударим первые.

Дядя Вова всё там же, смотрит на меня и ничего не понимает. Ну да, тут хочешь не хочешь, а удивишься, скорость показываю запредельную. Обрадую его:

— Одного снял, но это ерунда, мне нужно другое оружие, и чтобы стреляло трассерами. Есть трассеры? Давай, дядь Вов, поищи их. Быстро!

Быстро не вышло. Убеждал минуту, объяснял, что происходит, и почему такой быстрый, затем ещё три минуты ушли на поиски трассеров, которые всё таки нашлись, хоть это было маловероятно. На позицию вернулся по прошествии почти десяти минут. Теперь неизвестно, сколько бой продлится, а ведь нам ещё ехать на помощь нужно будет… Время, остановись, не беги!

Прежняя мишень на месте, ничего не подозревает, никак себя не проявляет. Заранее присмотрел новое укрытие, включил рацию и скомандовал:

— Сейчас покажу цель длинной очередью трассирующих, после этого наверняка буду обстрелян. Обо мне не беспокойтесь, что-нибудь придумаю. Ваша цель другая, лупите дружненько в то место, на которое укажу. В общем, сами разберётесь, сложностей никаких, начали!

Резко встал, выпустил длинную очередь и сразу упал.

Вовремя, как показала ситуация, потому что стрелять по мне начали минимум из пяти стволов. Ответный огонь подключился с запозданием, но усилил канонаду раза в три. Кто куда стреляет не понял, потому что вжался в землю всеми силами. Ямка, казавшаяся глубокой и защищённой, теперь такой не кажется. Страшно, однако!

Заметил, что в таком рокоте усилившийся слух работать отказывается, только хуже вышло, да настолько, что чуть мозги не закипели. Когда стало тихо, облегчённо выдохнул и понял, что у всего есть предел. Ну и убедился, проверив заработавшим суперслухом, что указанный враг повержен. Что ж, приступаю к следующим…

— Турбовый, ты там как, живой?

Ух ты, сам полковник Стрелков говорит, не ожидал. Я-то его знаю, а вот он меня нет, но это поправимо.

— Всё нормально, дядь Борь, рад, что ты спросил. Желание повоевать осталось или трепаться будем?

— Дерзкий малый, нравишься мне. Давай, обозначай следующую цель, а мы её обработаем. Причину, как ты их видишь, расскажешь потом. И почему такой резкий тоже расскажешь…

На этот раз действовал иначе, совместил стрельбу со сменой позиции. Жаль, что всё прошло не слишком удачно, ногу зацепило и, кажется, прилично. Снова вжался в землю и засёк время. Стреляют так, словно совсем не собираются прекращать. Решил осмотреть себя, пока время есть. Увижу рану и либо успокоюсь, либо запаникую.

Фууух, пронесло, выдохнул облегчённо, ранение касательное, можно даже не зашивать, кожа совсем немного разошлась, кровь почти не бежит. А ведь могло и артерию разорвать, если на пяток сантиметров в сторону! Стоп, не думай обо этом, есть вещи поважнее. Стрельба успокоилась, за дело…

Глава 4

Техника для открытия порталов на месте, моя Тойота и красавчик Тигр тоже прибыли. Скоро отправление. Держусь на пределе. Вторая личность, похоже, тоже устала, потому что не отвечает на вопросы. Неужели решила взять отпуск? Кто разрешил?

Даже не верится, что прошедшие полтора часа были реальностью. Война — вот что там было, и главным участником был я. Светлые, скажу прямо, облажались, разбили силы на части, хотели задержать нас, дождаться подхода основного отряда, а затем уже раздавить троекратным превосходством. Не вышло, мы решились и ударили, да так, что звон выстрелов до сих пор голову не покинул. Жаль, не без потерь…

Четыре боя — столько за раз я не припомню на своей памяти. Это был час ада, хоть начало и было лёгким. На точке отправления разобрались со Светлыми быстро и без потерь, ранение лишь я получил, да и то пустяковое. Так прошла разминка.

Ситуация усложнилась, когда выручали ребят, зажатых двумя малыми группами Светлых на трассе. Численное преимущество и эффект внезапности были за нами, но враг всё равно не сложил оружия. Ощущение, что с фанатиками воевали. Результат — двоих бойцов Стрелкова смертельно ранили и Немому кисть прострелили. Парням, которые будут колдовать с порталом, тоже досталось, их стало на одного меньше. Но мы не знали, что всё самое плохое ещё впереди.

Трал с техникой не доехал каких-то двадцать километров, Светлые пошли на крайние меры, применили оружие помощнее, водитель тягача и два пассажира, старые знакомые Марат и Кирилл, погибли от прямого попадания снаряда РПГ-7 в кабину новой Вольво. Шансов выжить не было.

Я, Росс и трое федералов, включая Стрелкова, опоздали на несколько минут. Когда приехали, тягач уже разгорелся, пламя неумолимо приближалось к моей Тойоте, обещая вскоре сделать из неё металлический уголёк. У нас было дикое желание заняться пожаром, но ещё больше хотелось крушить Светлых, которые вели активную перестрелку с остатками отряда ОМОНа. Пустынный участок трассы на время превратился в ад.

ОМОН, ехавший по своим делам на КАМАЗе, оказался не в том месте не в то время, но именно это значительно упростило нам задачу по уничтожению Светлых. Росгвардейцам сильно не понравилась горящая фура и три чёрных микроавтобуса Мерседес, стоящие вокруг неё, и они решили вмешаться. Светлые среагировали раньше и пульнули по КАМАЗу из гранатомёта. Итог: ОМОНа был взвод, а стало маленькое отделение, но даже таким количеством они задали Светлым жару. Ещё были машины сопровождения, две Шкоды с экипажами ДПС, но как только рванул КАМАЗ, их след простыл. Не рискнули…

Гранатомёты у нас были, и первое, что мы сделали, применили их. Меньше, чем за минуту все три Мерседеса превратились в куски искорёженного железа. Часть Светлых, использовавших транспорт как укрытие, не выжила. Начало третьего боя мне понравилось, но вот конец подкачал: трое убитых с нашей стороны, и двое тяжелораненых, один из которых полковник Стрелков. Лёгкие ранения не считали, это сложно, их немерено. ОМОНУ тоже досталось, только семеро выжили. Тойоту и ТИГР спасли. Досталось им, конечно, но все повреждения поправимы.

Последний бой был самым трудным, прибыли основные силы Светлых. Увидев их количество, я предположил, что где-то у Светлого Будущего точно есть конвейер, который штампует им бесстрашных бойцов. Иначе где они их берут? Полсотни вооружённых рыл приехали на внедорожниках и сходу хотели устроить нам апокалипсис, но вместо этого получили достойный ответ, потому что думать и воевать не научились. Любители — да, но точно не профи…

Там, по ту сторону портала, я ездил на своей Тойоте. Пусть давно это было, и того будущего уже не существует, но воспоминания остались, машина была прекрасна, как же она мне нравилась.

Сейчас не до восторга, ситуация другая. Не мирная покатушка, цель которой изучение нового мира, а бешеная езда по родной Матушке Земле. Я мчался в сторону Енисея без лобового стекла, с двумя пассажирами-федералами на крыше, и кучей вражеского транспорта на хвосте. Парни, как вы там, на багажнике, терпимо? Советую держаться крепко и не забывать палить по врагу!

Заветный поворот, машину подкинуло, она стала похожа на свежеиспечённого мерина, которого только что без наркоза лишили самого главного, но мне удалось избежать опрокидывания набок, а федералы чудом удержались. Чувствую, что сейчас по нам шмальнут, поэтому руль резко влево, прямо на бугорок. Сейчас ляжем набок…

Свист и дымный след. Спасибо тебе, пятая точка, не подвела. Чувствительная у меня, оказывается, на опасности задница. Даже она усилилась на время!

Проехав метров десять на двух колёсах, машина вернулась в нормальное положение, и оказалась недоступной для обстрела несущимися сзади джипами. План был состряпан на коленке, поэтому надеюсь, что никого не задавил. Просил же не прятаться у дороги, так что не виноват, в любом случае.

Враг доехал до места, где моя Тойота лишь чудом не кувыркнулась, и оказался в ловушке. Три гранатомётчика, засевших в траве, поднялись и дружным залпом уничтожили две цели: двухсотый Крузак и Ниссан Патрол. Остальной транспорт, ещё пять машин, тут же передумали ехать дальше. Любое бесстрашие можно заменить страхом, если создать нужное зрелище. Мы его создали.

К месту открытия портала я приехал в состоянии выжатого лимона, и уже знал, что бодрствовать мне осталось несколько минут, а затем будет глубокий сон. Выйти из машины самостоятельно не смог, вывалился. Сильные руки подхватили, немного пронесли и уложили на мягкое. Зрение снова пропало, и слух тоже. Теперь жду не дождусь, когда всё закончится, устал сильно.

— Через семь минут можно переходить на ту сторону. Стрелков и его бойцы, а также пара наших, задержат Светлых. Отдыхай, Никита…

«Скажи Россу чтобы кормили тебя и поили. Это важно для скорейшего восстановления».

— Еда и вода, — прошептал я. — Дядь Вов, не забывайте давать мне пить и есть…

«Ну а теперь всё, Никита, можно отключаться. На твои вопросы отвечу, но чуть позже, потерпи. А теперь засыпай…».

***

Помню быстро навалившийся сон, затем немного темноты, а после беспамятство…

Нет, не так, по-другому. Я не помню момента, когда темнота успела смениться явью. Вроде, только что уснул, а уже сижу на песке, да при этом не один, потому что сбоку, развалившись на надувном матрасе, лежит симпатичная девица в купальнике и потягивает коктейль, мечтательно поглядывая то на меня, то на море. Ух ты, да я в Крыму! Как это могло случиться? Почему опять вернулся в прошлое? Всё это было лет пять тому назад, и повториться не может.

Раздался крик чайки, и на плечо что-то упало. Эх птичка, ну зачем ты так? Я что, мишень для бомбардирования фекалиями? Блин, воняет, а во снах ведь нет запахов. Ущипнуть себя надо бы, говорят помогает.

Больно! Нет, это не сон, и не возвращение в прошлое по генетической ветке, потому что в таком случае появился бы Второй, моё внутреннее «я», и начал много болтать. Что это? Проделки чудо-личности? Дура, ты что, новый способ издевательства придумала?

— Эй, паря, мы с тобой раньше не встречались?

Я обернулся и посмотрел на существо лет пятидесяти, сильно страдающее ожирением и покрытое с ног до головы редчайше стрёмными партаками. Вспомнил: узнав, что мы не знакомы, существо допьёт пиво и начнёт подбивать клинья к соседке-блондинке, поэтому мне придётся вмешаться и дело чуть до драки не дойдёт, но существо одумается и уйдёт восвояси. Блондинка тоже уйдёт, но на пару минут позже. Отлично помню это прошлое, будто всё вчера происходило, но есть деталь, которой не было — чайка на моё плечо не гадила.

— Твоя радость, что мы не знакомы, — ответил я и пристально посмотрел на мужика. Три секунды у него ушло на обдумывание услышанного, затем он насторожился, мощные брови сомкнулись, даже вроде бы мозг заскрипел. Наверное, пора его остановить, а то как в прошлый раз будет: — Если ты и правда думаешь, что красотка, которая лежит рядом со мной, будет рада знакомству с тобой, то я тебя огорчу, в зеркало посмотри, да призадумайся, а уже затем действуй. Так как зеркала здесь нет, то вместо него буду я и поставлю вердикт — вали нахрен, урод!

Существо, украшенное последствиями некачественной работы татуировщика, начало вставать, одновременно набирая в грудь много воздуха. Погрозив пальцем, я тоже встал. Продемонстрировав явное физическое преимущество, посоветовал:

— Не стоит этого делать, мужик, потому что может здоровья не хватить. И ладно, если я тебя просто покалечу, а что, если нет? Что если ты помрёшь ненароком? Узнать, как выглядит морг Феодосии, желание появилось?

Эту комедию я играл намеренно, потому что понял главное: не в прошлом нахожусь, а в собственном воспоминании, но способен менять его. Хотя, кто его знает, может и не от меня всё зависит, а от лежащей на матрасе блондинки. Какого фига она ведёт себя не так, как в оригинале? Та девушка, из реального происходившего, проявляла эмоции, а этой всё безразлично. И с лицом что-то не то, оно другое.

Мужик-партак растаял, а затем и остальные люди, оккупировавшие песчаный пляж, испарились. Остался лишь я и виновница происходящего. Отбросив коктейль, она посмотрела на меня и улыбнулась.

— Чего скалишься, дура? П