Пролог
Записи из дневника Леонида Воронова. Карпаты, октябрь 1953 г.
«…Дождь стучит по крыше этой проклятой хижины уже третьи сутки. Влажность въелась в кости, в бумагу, в струны того… инструмента. Мастер Истрюк принес его сегодня на рассвете. Завернутое в пропитанную чем-то темным холстину. Говорит, нашли в пещере под развалинами скита. Дерево — черное, как ночь без звезд, холодное, как могильный камень, даже через ткань чувствуется.
«Оно спит, маэстро,» — прошипел Истрюк, его глаза блестели лихорадочно в свете очага. — «Но оно будет петь. О, как оно будет петь! Миры откроются! Но для пробуждения… нужна жизнь. Сильная. Чистая. Отданная добровольно? Ха!» — Его хриплый смех заставил меня содрогнуться. — «Музыка сама возьмет свое. Она всегда берет…»
Я прикоснулся. Сквозь ткань. И почувствовал… вибрацию. Словно далекий гул органа под землей. Или стон. Не знаю. Страх сковал меня ледяными пальцами. Но за этим гулом… Мне послышалась бездна гармоний. Невиданных. Немыслимых. Музыка, ради которой стоило родиться. Стоило ли… умереть?
Записать эти звуки — вот цель. Стать величайшим. Единственным. Но цена… Ее жизнь? Нет. Я не могу. Не могу… Но Музыка… Она зовет из глубины черного дерева. Она шепчет мне во сне…»
(Лист испещрен кляксами и дрожащими штрихами, обрывается)
